Морок
«Неважно, сколько в человеке света, поддавшись однажды тьме, он способен нести с собой лишь боль, смерть и холод»
Тьма
Десницею своей, сожжет она людские души, не дав вернуться им к творцам. В свои чертоги, громогласный бросит крик, безликим и немым гонцам. И явятся ордою, на крыльях вороных несметною волною, подобно адским существам. Вздымая почву до небес, вгрызаясь в воздух, бросая мертвый взор по сторонам. Несчётным полчищем возникнут пред хозяйкой, подобно бешеным и злым чертям…
Пролог
Россия. 23 Ноября 2020 года.
Подобно огромному слизню, над старым, заросшим сухим камышом заболоченным озером, медленно проползал холодный туман. Он молчаливо расплывался по ночному лесу, проваливался в глубокие витиеватые овраги, и будто жидкая паутина окутывал собой мелкие уродливые кустарники и выступающие из-под земли толстые корни деревьев. Он взбирался по склону и погружал в свою безликую субстанцию гниющие листья, трупы мелких животных и голые черные деревья, которые росли плотно друг к другу и сквозь раскидистые кроны рассеивали лунный свет. В его тусклых лучах сквозь дремучую чащу двигалась молодая женщина.
Словно загнанный зверь она сутулилась, и со скрещенными на животе руками и опущенной головой смотрела себе под ноги. Ее голубая куртка, светлые джинсы и невысокие ботинки были забрызганы свежей кровью и черными грязными пятнами. Длинные светлые волосы небрежно лежали на плечах и немного закрывали бледное овальное лицо, по которому кривыми полосами стекала синяя тушь.
Порой женщина резко останавливалась, оборачивалась назад и, затаив дыхание, впивалась взглядом в густой туман, затем снова опускала голову, ускоряла шаг и двигалась дальше. Она часто шмыгала носом, втягивала мутные сопли, и вытирала остатки мокрым рукавом. Правая половина ее лица непроизвольно подрагивала. Голубые глаза, один из которых был наполовину залит кровью в результате лопнувшего капилляра, лихорадочно бегали по лесной чаще, словно пытались что-то разглядеть или ни в коем случае не увидеть этого снова. Огромные черные зрачки пульсировали и поблескивали в лунном свете.
Среди деревьев она замечала мелькающие тени и черные силуэты, которые резко появлялись и снова растворялись в тумане, после чего раздавался ржавый шёпот и полоумный смех. Чтобы не слышать мерзких звуков, женщина плотно прижимала к ушам холодные руки, но все было напрасно, голоса всё глубже проникали в ее голову и сводили с ума. Она начинала истошно кричать, требуя, чтобы все прекратилось, а далее, не в силах выносить подобный ужас, сама начинала заливаться смехом, который быстро перерастал в дикий кашель. Следом за ним она ни в первый раз за эту ночь обильно срыгивала на землю черную полужидкую массу с неприятным едким запахом паленой резины.
Женщина прошла, как ей показалось, большую часть леса, и внезапно услышала невыносимый младенческий крик, который ураганом пронесся рядом. Она вздрогнула, споткнулась о выпирающий из-под земли корень, упала, скатилась в овраг и оказалась в зловонной луже, усыпанной почерневшими листьями и ветками.
Лежа на животе, она начала рыдать. Соленые слезы скатывались по щекам, смешивались с тушью, попадали на опухшие искусанные губы и обжигали их. Женщина чувствовала противный и местами кисловатый привкус, но не могла от него избавится. Она встала на четвереньки, вонзила в землю тонкие пальцы со сломанными накладными ногтями и начала карабкаться по склону в надежде выбраться из заполненного липким туманом и грязью оврага.
Оказавшись наверху, она поднялась на худые ноги и спустя время вышла к шоссе, где упала на колени, преклонила голову к разбитой асфальтированной дороге, словно к иконе, и от радости рассмеялась, как сумасшедшая. В этот момент над ней прокатился раскат грома и пошёл сильный дождь. Промокнув с ног до головы, она вышла на середину дороги и шаткой походкой начала удаляться от проклятого леса, который продолжал преследовать ее голосами и криками до самого въезда в город.
Измотанная, с ободранными до крови пальцами, она добралась до перекрестка, который был в самом начале города, упала на разбитые колени и, дабы навсегда избавиться от язвительного смеха и детского вопля, начала лупить себя по голове. Перед ее глазами все плыло. Фонарные столбы вдоль широкой дороги гасли один за другим, мрак и холод окружили женщину. Пульс зашкаливал, дышать становилось трудней. Она бросала по сторонам воспаленный взгляд, озиралась назад, задирала голову и, раскрыв широкий рот, сбитым голосом, отчаянно кричала в черное небо.
Ее вопли прервали три девичьих голоса, которые словно грязную облезлую дворнягу быстро и унизительно подзывали женщину к себе. Унылая гримаса на лице женщины сменилась безумной улыбкой. Разодранные губы напоминали куски размокшей бумаги. С огромным усилием, изнывая от боли, она оперлась руками на мокрый холодный асфальт, встала на четвереньки и резко посмотрела на три черных силуэта, которые продолжали бросаться оскорблениями.
Женщина схватилась за живот, выпучила глаза и стала хрипеть. Ее организм начала покидать смешанная с кровью черная полужидкая масса, которая выходила через нос, рот, уши и промежность. Она стекала на асфальт, превращалась в бледную засохшую субстанцию, и бурным потоком дождевой воды смывалась в ливневую канализацию.
Женщина истошно кричала, билась в конвульсиях и захлебывалась собственными рвотными массами. Ее кости, мышцы и внутренние органы пронзала невыносимая боль. В следующий момент ее тело, будто сломанная марионетка, поднялось на дрожащие ноги, а сквозь темноту пробился ослепительный свет: многотонный грузовик подмял под себя женщину и размазал по дороге. Из-под широких колес вылетели кровавые ошметки и куски разорванной в клочья одежды.
Все стихло. На перекрестке с включенным двигателем стоял грузовик, а сильный дождь продолжал размывать по разбитой дороге кровь.
Глава 1
31 декабря.
Андрей лежал на широком сером диване в гостиной своей двухкомнатной ростовской квартиры, с зажатой между пальцами тлеющей сигаретой и наблюдал за хлопьями снега, которые медленно кружили в воздухе за большим пластиковым прямоугольным окном. В другой руке находилась стеклянная бутылка пива, которую он удерживал двумя пальцами на весу взявшись за горлышко. Он вяло раскачивал ее и всякий раз делал по глотку, когда в комнату сквозь синие тяжелые шторы залетал свет фар, проезжающих рядом с домом машин. Свет на мгновение выталкивал из темноты внутреннее убранство гостиной: высокий черный шкаф с раздвижной зеркальной дверью, квадратное белое кресло с высокими спинками и маленькими ножками, широкий белый комод с пятью ящиками, невысокий прямоугольный столик со стеклянной крышкой и черный плоский телевизор, который стоял на высокой тумбе напротив дивана.
С улицы, через приоткрытую створку окна медленно заползал легкий морозный воздух. Он скользил по черному напольному покрытию, взбирался на диван, добирался до сигареты и на мгновение распалял ее. Вдалеке гремели глухие звуки музыки, угарного крика и свиста. Кучка неадекватных маргиналов решила отметить «Новый год» в разгар пандемии, ну что же, земля вам пухом – подумал про себя тридцатилетний Андрей и, сделав смачную затяжку, выпустил в потолок столп прозрачного дыма, а после повернул голову на стоявший рядом с диваном прямоугольный столик и посмотрел на цветную фотографию в черной рамке.
Его покрасневшие от едкого дыма темные глаза заблестели, а вскоре по щеке скатилась одинокая слеза. Он поднялся и сел на край дивана. Зажал в зубах сигарету, небрежно смахнул слезу, вытер мокрый нос, сделал еще одну затяжку и затушил сигарету в стеклянной пепельнице, которая стояла на столике и битком была набита мятыми окурками. Залпом допив остатки пива, он поставил бутылку на пол, взял в руки фото, прижал его ко лбу, опустил голову и тихо заплакал.
Его одинокую подавленность прервали мужские крики и крепкий женский мат. Он легко узнал голоса: они принадлежали парочке с первого этажа. Колоритной внешности мужчина и девушка практически каждый вечер собачились между собой во дворе дома. Мужчина общался со своей пассией на повышенных тонах, а та, в свою очередь, на каждый крик своего неадекватного сожителя отвечала крепким матом.
В следующий момент прозвучала хлесткая пощечина, после которой ругань продолжилась с еще большим количеством крика и матерщины.
В любой другой день Андрей вышел бы на улицу и попытался бы унять неспокойную парочку, но только не сейчас: ему было плевать. Для него, как и для большинства ростовчан, город всегда гремел недоброй славой: маньяки, серийные убийцы, воровство, преступные группировки, беззаконие и повальная коррупция. Днем улицы выглядели вполне обычно, для города в разгар пандемии: полупустые переулки и тротуары, по которым в медицинских масках медленно ковыляли раздраженные нищетой и безработицей люди. Вечером и глубокой ночью город наполнялся душераздирающими криками, а иногда и вполне реальными звуками стрельбы.
Ругань во дворе стихла. Андрей протер глаза, аккуратно поставил фото на стол, встал с дивана, поправил черные спортивные брюки и черную борцовку, и, хлюпая носом, вышел из комнаты. Он прошел через заставленный картонными коробками коридор и попал на темную кухню, где закипал красный чайник. Из острого носика со свистом била струя раскаленного пара, который быстро рассеивался в темноте. Андрей пару раз кашлянул и выключил плиту.
Он достал из шкафа красную фарфоровую кружку с красивой белой надписью: «Лучшему отцу и мужу» – бросил в нее две чайные ложки кофе, два кубика сахара, взял чайник и залил содержимое кружки кипятком. В воздухе запахло крепким кофе. Парень сделал глоток, покосился на окно, сделал еще один и мгновенно почувствовал, как что-то живое копошиться у него на языке. Он поболтал это во рту и с отвращением на лице выплюнул в раковину. По блестящей поверхности раковины, растопырив свои длинные тонкие лапки, метался маленький черный паук.
Андрея едва не стошнило. Он скривился, закашлял и обрушил на паука остатки горячего кофе. Мерзкое насекомое резко поджало под себя лапки и вместе с потоком кипятка скользнуло в сливное отверстие. Андрей наполнил пустую кружку водой из-под крана, хорошенько прополоскал рот и сплюнул в раковину. В следующий момент боковым зрением он заметил в окне своего балкона черный неразборчивый силуэт, которого там попросту не могло быть, поскольку парень жил на самом последнем этаже пятиэтажного дома и никогда не хранил на балконе никаких громоздких вещей. К тому же, когда он минуту назад смотрел в окно, силуэта там не было. На доли секунды по его спине пробежали холодные мурашки. Он резко повернул голову, но черный силуэт исчез.
Парень зажмурился, поставил кружку рядом с раковиной, оперся руками на стол и помотал головой. Затем вышел с кухни и направился в ванную комнату, где под струей холодной воды сполоснул голову и покрытое мелкой щетиной грубоватое лицо. Он поставил крепкие жилистые руки на раковину и уставился на свое отражение в зеркале. Капли воды медленно стекали с его черных коротко стриженых волос, попадали на черные брови, плавно огибали темные глаза, немного искривлённый нос, спускались на тонкие губы, скатывались по подбородку и падали в раковину.
Андрей еще раз сполоснул лицо, намочил затылок и шею, вытерся белым полотенцем и вернулся на кухню.
Он взял пачку сигарет и спичечный коробок, которые лежали на холодильнике, вытрусил в ладонь папиросу и зажал ее зубами. Потом чиркнул спичкой о коробок и поднес пламя к краю сигареты: тихую кухню медленно наполнил скрипучий звук тлеющего табака и тонкой листовой бумаги.
Выпустив в потолок струю дыма, он вяло махнул спичкой и затушил ее, а после сунул под коробок и спрятал в карман брюк. Он сделал затяжку, прокашлялся, подошёл к квадратному окну, приоткрыл его и принялся рассматривать ночной город, который готовился встречать начало очередного десятилетия.
***
Андрей не мог уснуть и неспокойно ворочался на диване. Он ждал, пока смолкнут салюты, радостные крики и дикий рев автомобилей, которые гремели по всему городу. И это несмотря на то, что по всей стране запретили массовые скопления людей, а до полуночи оставалось чуть больше трех часов.
Спустя немного времени, Андрею все-таки удалось уснуть, но на этом его страдания не закончились. Как и любой человек, он не понял, в какой момент погрузился в сон и воспринимал все увиденное как реальность.
Он оказался в густом лесу. Пушистые кроны толстых черных деревьев уходили высоко вверх и пропадали в темноте, словно там, в небесах, больше ничего не было. По всей длине ствола каждого дерева проходили узкие трещины, из которых тонкими струями сочилась кровь. Повсюду стояла бледная алая дымка, которая ближе к коленям темнела и полностью становилась красной. Дышать было трудно. Ощущался сладковатый запах с привкусом горечи, от которого Андрея постоянно тошнило. Он чувствовал, как мерзкий аромат, желеобразной слизью, похожей на сопли, оседает на его языке и медленно стекает по ротоглотке в желудок и легкие.
Он сдвинулся с места и медленно пошел вперед. Куда идти он не знал, с каждой стороны его встречал однообразный пейзаж: голые черные деревья и алая дымка. Поэтому он выбрал своим ориентиром конкретное дерево вдалеке, которое незначительно отличалось от остальных, и старался не сводить с него глаз.
Он шел все дальше и дальше. Хотя понять, сколько прошёл, был не в силах. Все, что его окружало, будто застыло на месте. Он чувствовал, что под босыми ногами есть что-то мягкое. Нечто живое и ползающее. Но всякий раз боялся опустить глаза и увидеть это самое нечто. Вдруг там окажутся черви или того хуже полчище маленьких, черный пауков, подобно тому, что попался ему в чашке с кофе. Но оставаться в неведенье было еще страшней.
Он нашёл в себе крупицу смелости, остановился и посмотрел сквозь красную пелену, которая мгновенно рассеялась от его шагов. То, что он увидел, заставило его ужаснуться. Он стоял на голых, сросшихся друг с другом безруких и безногих человеческих телах: дети, старики, женщины и мужчины лежали лицами вверх и были похожи на сплошной ковер из натянутой человеческой кожи, который застилал собой все подножие леса. Андрей не мог определить, где кончается один человек и начинается другой. Люди громко стонали и лихорадочно шевелили глазами.
В следующий момент все рассеялось бледным розовым дымом. Из кромешной темноты вынырнуло оранжевое зарево. В уши ударил монотонный шум, похожий на гудение выключенного старого лампового телевизора. Яркий, кислотный свет расплывался в густом тяжелом воздухе и переливался красным, оранжевым и бледным зеленым цветом. Следом за огнями появилось огромное, покрытое язвами брюхо трупного цвета, с едва видимыми зелеными капиллярами под кожей. Брюхо заслонило собой яркий свет и остановилось. Андрею оно показалось таким же огромным, как и пятиэтажный дом, в котором он жил.
Повеяло невыносимым смрадом и плесенью. Кожа на брюхе стала растягиваться и сжиматься: нечто живое пыталось вырваться оттуда. Внезапно, сквозь распухший, как воздушный шарик, пупок, наружу вырвалась человеческая рука, а следом за ней покрытая мутной слизью женская голова. Ее черные длинные волосы сплошным слоем облепили ее лицо и плечи. Она закричала, уперлась руками в брюхо и начала лезть наружу, пока ее худощавое голое тело не упало на потрескавшуюся почву.
Покрытая мутной слизью, она встала на четвереньки и подняла голову. Ее лицо было лишено бровей, глаз, носа и губ – вместо них был гладкий кожный покров, будто кожу просто натянули на череп. Женщина снова закричала и стала медленно ползти к Андрею.
Парень хотел убежать, но не мог сдвинуться с места: каждый раз, когда он пытался оторвать ноги от земли, его голые ступни вместе с кожей, поднимались на пару сантиметров и снова прилипали к твердой поверхности, словно были приклеены.
Рваное отверстие в пупке, из которого выбралась женщина, разрослось еще больше и начало лопаться. Словно из переполненного вздутого мусорного мешка из него посыпались голые человеческие тела трупного серого цвета. Как и в первом кошмаре, среди них были старики, мужчины, женщины и даже дети. Груда вопящих людей лавиной неслась на Андрея. Он почувствовал, как схватился руками за голову и открыл рот, чтобы закричать, но в следующий момент все растворилось, словно капля краски в стакане воды.
Над Андреем повисло грязное серое небо, а перед глазами раскинулось огромное кладбище с разбитыми надгробными плитами и большими ржавыми крестами. Он сделал шаг вперед и, внезапно провалившись под землю, оказался в круглой светлой пещере, которая была наполнена холодной чёрной водой. Он поднялся на ноги, задрал голову вверх и изумился увиденному: вместо дыры, которая должна была остаться после его падения, находилась темная водная гладь.
В глазах Андрея все поплыло и задвоилось. Он зажмурился, помотал головой, а когда снова открыл глаза, увидел перед собой девушку в рваной грязной ночной рубашке, с опущенной головой и длинными мокрыми светлыми волосами, которые, словно заварная лапша, свисали вниз и полностью скрывали ее лицо. Она медленно подняла перед собой маленькую девочку в черном мокром платьице и встряхнула ее. Ребенок резко задрал голову, уставился на парня пустыми черными глазницами, широко раскрыл рот и завопил. В следующую секунду девушка разорвала ребенка надвое, резко приблизилась к Андрею, выпучила бледные круглые глаза и закричала.
Парень вцепился руками в голову, сморщил от громкого шума лицо и начал крутиться на месте. Но куда бы он не повернулся, его встречала одна и та же картина: кричащая девушка с частями разорванного ребенка в руках.
В одно мгновение руки девушки оказались пустыми, она схватила Андрея за майку и вытолкнула из ямы. Парень оказался на просторах бескрайней пустоши. Повсюду стоял удушливый смрад и бледная холодная дымная мгла. Крики и несмолкающие стоны раздавались со всех сторон.
В этот момент Андрей проснулся и вскочил с дивана в холодном поту. Его выбритые виски пульсировали, а сердце с дикой силой билось о грудную клетку. Он побежал в ванную, выкрутил кран до упора и буквально начал поливать себя холодной водой из разбрызгивателя. Он упал на холодный пол, схватился за лицо и зарыдал. Он узнал кладбище из своих кошмаров, как и девушку с ребенком, и от этого ему становилось только хуже.
Глава 2
Северное кладбище
До полуночи оставался час. Холодный ветер резкими порывами срывал с деревьев остатки сухой листвы, налипшего за весь день снега и разносил их по старому кладбищу: самому огромному погосту на территории России. Однако столь впечатляющее достижение только омрачало образ города.
Помимо обычных людей, на кладбище были похоронены сотни жертв криминальных разборок конца двадцатого века, именуемых в народе «лихими девяностыми», и начала двадцать первого.
Но даже в плохом иногда бывает щепотка хорошего. Несмотря на жесткие меры, которые предпринимались на время пандемии, кладбище частенько подвергалось разорению и многочисленным случаям вандализма. В основном доставалось дорогим бронзовым статуям давно почивших лидеров преступных группировок Ростова. Бывало и такое, что некоторые надгробные плиты и скульптуры, которые устанавливали «ворам в законе», находили разрушенными или расстрелянными.
Для жителей других городов подобная новость не вызывала особого интереса. Очередной случай вандализма на кладбище, ничего необычного. Но жителей Ростова, которые из-за криминальных разборок теряли своих близких, имущество и бизнес, подобные вести, ободряли.
В девяностые, когда страной управляли криминальные личности, простые люди боялись давать отпор бандитам. Впрочем, с тех пор мало что изменилось: люди до сих пор не могли противостоять той мерзости и грязи, которая заполонила их родной город. Но теперь, когда память об убийцах, их детях, любовницах и женах, разбита и напичкана свинцом, они могли вздохнуть с облегчением: хоть кому-то в этой стране надоело молчать и бояться.
***
Под праздничные выкрики сотен людей, которые долетали до кладбища с ближайших улиц, шагая в черной шапке, теплой куртке, джинсах и черных ботинках, Андрей пробирался сквозь нагромождение крестов и надгробных памятников. Его ноги по щиколотку утопали в свежем хрустящем снегу. Он крепко сжимал в руке полупустую бутылку водки, из которой временами небрежно делал по большому глотку, что неизбежно приводило к тому, что часть отвратительного пойла оказывалась на одежде.
Добравшись до нужного места, которое навсегда отпечаталось у Андрея в памяти, он остановился напротив черной кованой ограды высотой чуть выше пояса и сделал глоток. Шатаясь из стороны в сторону, зашёл за ограду и подошёл к двум белым гранитным надгробиям, которые параллельно ютились в метре друг от друга. Он упал между ними на колени и посмотрел на едва видимые черные надписи на плитах:
«Чернова Светлана Владимировна»
10. 02. 1984 – 17. 12. 2020.
«Любящая дочь, верная жена, счастливая мать»
«Чернова Диана»
08. 07. 2016 – 18. 12. 2020.
Андрей стянул с головы шапку, вытер ею свисающие сопли, жадно отхлебнул из бутылки и заплакал, потом поднял голову вверх, завыл во все горло, закрыл глаза и упал между могилами. Он неподвижно лежал на снегу и думал только о смерти, прямо здесь, с теми, ради кого он жил на этой земле. Осушить бутылку, заснуть на морозе и больше не проснуться, такие мысли крутились у него в голове. Он был уверен, что лучше умереть так, чем продолжать дышать и каждый день проживать в одиночестве, в холодной пустой квартире, в тишине, без любимой жены и маленькой дочери, которые спустя пару недель после своей смерти явились к нему в ночном кошмаре.
***
Ветер успокоился. С неба пустился крупный снег, отчего радостных воплей людей становилось больше, как и фейерверков, которые по «давней русской традиции» начали запускать задолго до наступления праздника. Внезапно, сквозь теплую предсмертную дремоту, Андрей услышал треск снега, топот шагов и молодые девичьи голоса. «Допился, алкаш. Слышишь голоса ночью на кладбище в канун праздника», подумал парень, но не смог сдержаться и хриплым голосом громко задал вопрос в пустоту: – Кто здесь?
Ответа не последовало. Андрея трясло, но не от страха, а от холода, который проникал под одежду, медленно сковывал его тело и словно пиявка, высасывал спасительное тепло. Он не мог понять, то ли его сознание начинало медленно разрушаться, от постоянных запоев, превращая его в законченного шизофреника, то ли он действительно слышал голоса людей.
Он приоткрыл глаза, встал на колени, и начал пристально всматриваться в освещаемые лунным светом заросли, откуда спустя секунду появились три черных силуэта, которые быстро приближались к нему. Он протер глаза, но четких образов по-прежнему не видел, только рост и очертание. Бутылка водки сделала свое грязное дело – вместо ясных образов парень смотрел на три размытых черных пятна, по форме напоминающих женские фигуры, и слышал их молодые голоса.
– Ты уверена, что он подходит нам? – глухим эхом отразился в ушах Андрея ворчливый голос первой девушки с явной полнотой в области бедер. – Посмотри на него. Это же убожество, а не человек.
– Ты сомневаешься в моем выборе? – вопросом на вопрос, грубо ответила вторая девушка, широкоплечая, которая стояла в центре и была на голову выше остальных.
– Кто здесь? – переспросил Андрей дрожащим голосом, в надежде, что ему все-таки ответят.
– Не понимаю, как можно грубо отзываться о таком красавчике, – раздался милый низкий голос третьей девушки, которая явно была одета в теплую одежду, но тонкие ноги выдавали ее худобу.
– Для тебя и свинья будет симпатичной, – сказала ворчливая девушка.
– Тебя вообще никто не спрашивал – корова, – прошипела худая.
– На себя посмотри, швабра с зубами.
– Мразь.
– Что ты сказала?
– Что слышала.
– Заткнитесь! – громко скомандовала девушка посередине. – Всю дорогу я только и делаю, что слушаю ваше гавканье.
Андрей продолжал стоять на коленях и тяжело дышать.
– Что происходит? – громко произнес он, поперхнулся слюной и начал кашлять.
– Приступай, – скомандовала высокая незнакомка в центре и кивнула девушке с низким голосом. – Посмотрим, что он нам скажет.
Худая девушка подошла к Андрею, присела на корточки и раздвинула ноги. Ее лицо оказалось напротив его лица. Она провела теплой худой рукой по его щеке, а второй взяла его холодную кисть, оттопырила безымянный палец и жадно его заглотнула. Андрей мгновенно почувствовал ее теплое дыхание с ароматом мяты, приятную дрожь и возбуждение, которое пробирало каждый его нерв. Он закатил глаза и еще шире открыл рот. Спустя секунду девушка начала душно мычать, а после прекратила сосать палец и медленно вынула его наружу.
Она положила голову парня себе на плечо и медленно начала гладить его затылок острыми ногтями своих пальцев. Нос Андрея уперся ей в шею. Он вдохнул ее аромат и оторопел. Он казался ему волшебным. Он мгновенно его узнал. Такой же запах был у его молодой жены. Даже спустя годы он ни с чем его не спутает. У него перехватило дыхание, теплое сердце забилось быстрее, а глаза широко открылись и заблестели от слез.
– Здравствуй, мой хороший, одинокий и печальный малыш, – шепнула девушка на ухо. – Я хочу поговорить с тобой, ты позволишь мне это сделать?
Голос девушки, несмотря на свою твердость, странным образом был Андрею приятен, слышался весьма притягательным и сладким. Его руки камнем повисли над землёй, шапка выскользнула и упала на снег, а сам он словно под гипнозом, приоткрыл рот и покорно кивнул.
– Спасибо, мой хороший, – прошептала девушка, продолжая ласково гладить его затылок. – Бедный… лишился самого дорогого, самого святого, что может быть у человека.
Андрей разрыдался.
– Правильно… поплачь, мой хороший, не стыдись, избавь свое сердце от тяжести.
Андрей продолжал рыдать, но постепенно успокаивался и начинал дышать ровнее.
– Это моя вина. Я должен был их защищать и оберегать…
– Ты неправ, ты ни в чем не виноват. Ты сделал все, что было в твоих силах.
– Это я должен лежать здесь, а не они… только не они.
Девушка поцеловала парня в холодную щеку, оставив красный след от помады, и прижалась к ней своей щекой.
– Ты хотел бы снова увидеть их живые и радостные лица?
– Да, – с дрожью в голосе ответил он.
Девушка мягко моргнула и улыбнулась краешком рта.
– Ты хотел бы их обнять и снова услышать их голоса?
– Да, – неразборчиво прозвучало из слипшихся от соплей уст Андрея.
– Как я тебя понимаю, мой хороший. Ты заслуживаешь этого, как никто другой. Я чувствую твою невыносимую боль и тоску. С тобой поступили несправедливо. Ты достоин быть счастливым, достоин быть с ними. И ты можешь это сделать, ты можешь их вернуть.
Андрей перестал хныкать, хлюпнул носом и сквозь подступивший горький ком, который застрял в горле, пробурчал:
– Но как? Как мне это сделать?
Девушка облизнула губы, положила руки парню на плечи и нежно посмотрела ему в глаза. Андрей прищурился и сумел разглядеть ее бледное лицо, яркие красные губы и темные глаза, которые появились в лунном свете и заблестели.
– Все очень просто. Мы можем наделить тебя великим даром, силой, с помощью которой ты воплотишь в жизнь все, что пожелаешь. Но нам запрещено вручать этот дар без добровольного согласия. Если бы ты согласился, мы бы с удовольствием помогли тебе…
– Я согласен, – без колебаний ответил Андрей.
Девушка улыбнулась, закусила губу и приложила к его губам указательный палец.
– Не спеши, мой хороший. Ты точно уверен, что хочешь этого?
– Да.
– Тебя никто не принуждает, и ты соглашаешься на это по своей воле?
– Да.
Девушка молча уставилась на Андрея и провела пальцем по его губам.
– Прекрасно, – с улыбкой до ушей произнесла она, после чего вцепилась обеими руками Андрею в голову, встала в полный рост, склонилась над его лицом, спровоцировала у себя рвотный рефлекс и сплошным потоком начала срыгивать в его открытый рот густую, черную, как смола, смердящую массу.
Андрей выпучил глаза и истошно замычал. Он не мог как следует вздохнуть и начинал задыхаться. Под праздничные крики людей на улицах, которые в эту самую секунду казались ему глумливым демоническим воплем, он уперся руками девушке в живот и всячески пытался оттолкнуть от себя, но остальные девушки наступили ему на руки и вдавили их в снег. Все это мерзкое действо происходило под обратный отсчет толпы, которая жаждала наступления «Нового года». Люди находились далеко от кладбища, но голос каждого из них Андрей слышал очень хорошо и четко.
Худая девица отпустила голову парня, вытерла ладонью рот и отошла в сторону. Андрея моментально стошнило: весь алкоголь, который был у него в желудке, выплеснулся на снег. Он вытер с лица блевотину и остатки черной жижи, выпучил глаза и попытался вздохнуть, но ему помешала ворчливая девушка. Она крепко сжала его горло, отчего парень широко раскрыл рот и без промедления сделала то же самое, что и ее худая подруга. Спустя еще немного времени ее сменила высокая девушка и повторила омерзительную процедуру. Андрея стошнило еще два раза, а после он забился в конвульсиях и потерял сознание.
– И что теперь. Думайте, он выживет? – спросила ворчливая девица, платком убирая со рта остатки черной слизи. – Та женщина не справилась. Хотя мне понравилось, как ее размазало по асфальту.
– Она была слабой, у нее не было стимула, а у этого экземпляра он есть и очень сильный, – лукаво ответила высокая девушка. – Ну а если и он не справиться, найдем другого: мяса в городе хватает.
Девушки переглянулись, развернулись и быстро скрылись в густых зарослях. Андрей остался лежать под падающим снегом между могилами жены и дочери, в луже собственной рвоты и черной субстанции, которая мгновенно побелела и смешалась со снегом.
Глава 3
Ночное небо озаряли яркие всполохи фейерверков, которые виделись далеко за пределами города. Сильный снег продолжал сыпать и заваливал собой голые поля, черные деревья и узкую обочину, что тянулась вдоль широкой трассы, по которой с включенными фарами медленно ехали черный внедорожник, зеленый джип и черный фургон.
Автомобили свернули на грунтовую дорогу, которая уходила в лесную чащу, и спустя сотню метров наткнулись на полосу препятствий. Им приходилось объезжать поваленные деревья, а также преодолевать коварные ямы и невысокие бугры, которые подло прятались под снегом.
Раздался глухой писк, который обычно можно услышать, пользуясь беспроводной переговорной гарнитурой, а следом за ним последовал голос Артема:
– Отлично, кто-то сейчас объедается салатами и в пьяном угаре орет на новогоднее поздравление президента, который в очередной раз повторяет: как всем россиянам нужно сплотиться в новом году. Ну а мы, как всегда, тащимся в очередную глушь, чтобы разобраться с очередной тварью.
– Это точно, – неохотно согласился Игорь.
– Если бы год назад мне сказали, что я буду охотиться на Чёрта, я бы рассмеялась этому сумасшедшему в лицо, – зевая произнесла Ева.
– Ты ведь еще не охотилась с нами на тварей? – спросил ее Игорь.
– Нет, это будет первый раз.
– Главное, чтобы этот первый раз не стал для нас последним, – сказал Артем.
– Да, я помню: это не тот рогатый персонаж из сказок.
– Вообще не тот, – подтвердил Игорь. – Эта тварь одна из опаснейших, с которыми нам приходилось сталкиваться.
– Ева, ты не могла промахнуться с информацией? – прозвучал холодный голос Кристины.
– Сомневаюсь, но, если ты хочешь, я сейчас пересмотрю, – задумчиво ответила Ева и еще раз решила проверить данные и для всех озвучить. – Две недели назад на сайте местной группы сталкеров появился короткий рассказ одного из ее участников, в котором он говорит, что вместе с друзьями недавно был в этих местах. Потом он отбился от группы и по ошибке забрел в заброшенный лагерь, где в главном здании увидел черное животное с длинным хвостом и рогами. Оно жадно грызло человеческую руку. Его высмеяли и назвали психом. Никакой ошибки нет.
– Понятно, – глубоко вздохнула Кристина.
– Самое интересное, что никто не обратил на это внимание, – пробурчала в микрофон Ева.
– Праздники, ментам сейчас не до этого. Они заняты более важными делами: выбирают проституток для начальства, – с усмешкой ответил Артем. И он знал, о чем говорил. Уже не первый год он наблюдал со стороны, как в преддверие крупного праздника, рядовые полицейские набирали из борделей симпатичных проституток и отвозили их в элитные бани и сауны на потеху вышестоящему начальству.
– Сомневаюсь, что какой-нибудь продажный майор или полковник согласится воспользоваться услугами обычной придорожной шлюхи, пускай даже из борделя. Эти свиньи предпочитают индивидуалок и элитных девчонок. Ну, или мальчиков, – сказала Кристина, после чего прищурила глаза, потеребила кончиком языка правый верхний резец и переключила рычаг скоростей.
После того ужаса, через который пришлось пройти ребятам в общине, Кристина не надеялась, что Игорь и Артем присоединяться к ней и Марку в борьбе с тварями и охоте на фриков. Она думала, что навсегда потеряла их. Что было вполне закономерно. Все просто: из-за своей одержимости местью за убитую тварью мать она купилась на вранье Алисы, поддалась эмоциям и привела ребят в кишащую психами и садистами деревню, в которой погибли Вика, Даша и Максим.
Несмотря на это, спустя несколько недель парни внезапно вернулись. Им необходимо было время, чтобы смириться с утратой близких, принять их смерть, набраться мужества и продолжить жить дальше. Они не хотели, чтобы кто-нибудь еще прошёл через тот кошмар, через который прошли они. Ничего другого ребята по возвращению не сказали.
Кристина была рада их возвращению, но до сих пор чувствовала вину за смерть девушек. Парни по этому поводу не высказывались, ну а их в свою очередь никто не спрашивал, никто не хотел ворошить прошлое. Они внимательно выслушали Марка, который ввел их в курс дела – сообщил о фриках, об их угрозе – и как ни в чем не бывало, приступили к работе.
***
Спустя время в свете фар появились перекошенные ржавые таблички и дорожные знаки, которые давали понять, что ребята въезжают на территорию давно заброшенного пионерского лагеря. Через несколько метров, свет фар внедорожника Кристины осветил покосившуюся деревянную будку в форме терема с пробитой крышей без дверей и окон. Затем свет уперся в высокие стальные рамы, к которым была приварена широкая дугообразная пластина с крупными ржавыми буквами. Вместе они образовывали жуткую приветливую надпись:
«ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ…»
Остальные буквы на пластине отсутствовали. Некоторые из них были разбросаны около врат, а остальные, скорее всего, находились под снегом.
– Ева, ты готова? – поинтересовалась Кристина.
– На все сто, – раздался бодрый голос девушки.
Кристина угрюмо посмотрела по сторонам. Ей не понравился бодрый настрой девушки, которая еще ни разу не участвовала в охоте на тварь, и вела себя слишком легкомысленно. А в таком опасном деле подобное поведение недопустимо. Всегда нужно быть начеку. Всегда нужно сохранять хладнокровие и держать свои эмоции при себе, а не выпячивать их при каждом удобном случае.
– Хорошо, тогда поднимай «птичку» и за работу, – скомандовала она холодным голосом.
Спустя минуту, закрепленный на крыше фургона, алюминиевый контейнер, который раньше приходилось открывать вручную, с помощью нехитрого механизма открылся сам. Из него вылетел черный квадрокоптер, который быстро набрал высоту и двинулся вперёд, вглубь лагеря. Это был тот же аппарат, который ребята использовали и раньше.
– Ева, будь по внимательней, эта тварь могла перебраться в другое здание, – сказал Игорь.
– Как скажешь.
Кристина нежно надавила на педаль газа, чёрный внедорожник тронулся с места и переехал железный лист, который раньше был частью ворот. Следом за внедорожником двинулись остальные автомобили. Ребята переключили фары на ближний свет и въехали на территорию лагеря.
***
Колонна двигалась медленно. Причиной был сильный снег. Он здорово мешал обзору, а на пути у внедорожника Кристины, который двигался первым, могло оказаться бродячее животное, глубокая яма, или какой-нибудь элемент лагеря.
Широкая обочина, вдоль которой стояли сломанные деревянные лавочки на четырех кривых металлических ножках, заросла густым кустарником и мелкими деревьями. Их голые искривленные ветви при определенном освещении напоминали когтистую пятерню чудовища, которая выбралась из-под снежной массы и готовилась схватить любого, кто окажется рядом.
Маленькие кирпичные здания и причудливые деревянные постройки с покатыми шиферными крышами и деревянными окнами напоминали о времени, когда в них шумели детские голоса и смех. Теперь же всё вокруг больше походило на огромный старый склеп, только вместо человеческих тел, безжизненные здания были заполнены; выбитыми стеклами, снегом, мусором, трупами птиц, мелких грызунов и гниющей мебелью, которая осталась после закрытия лагеря.
Окна одноэтажных деревянных корпусов были сломаны. Двери отсутствовали у всех зданий. Каждый вход в очередное строение был завален сугробами и гнилыми почерневшими листьями, которые также тянулись вдоль всей дороги.
– Не дай бог, все это окажется очередной байкой, и здесь нет никакой твари, – заворчала Кристина и бросила в рот жвачку. – Я лично найду этого шутника и свожу его на экскурсию в эту чертову глушь.
– Ты сомневаешься? – поинтересовался Игорь.
Кристина посмотрела по сторонам и скривила губы. Ее смущал рассказ сталкера. За последний год ребята не повстречали ни одной твари, а что касается Чертей, то их последнее появление было более трёх лет назад. Она не могла поверить, что за столько времени никто не набрел на это место и не столкнулся с тварью. Эмигрировать она тоже не могла, в противном случае за ней остался бы след из трупов.
– Не похоже на место, где водятся Черти, слишком далеко от людей.
– Знаю, но стоит проверить, – ответил Игорь.
Кристина открыла окно и выплюнула жвачку, вместо которой тут же кинула другую с апельсиновым вкусом.
– Ева, ты нашла его?
– Секунду, – в наушнике послышалось лёгкое покашливание, и девушка продолжила: – Попался! – восторженно сказала она. – Жилой корпус номер семь, напротив столовой.
– Отлично, – иронично произнесла Кристина, – и где это?
– Через сто метров по правую сторону от нас будет памятник Ленина от него еще два корпуса и потом нужное нам здание.
Крупицы снега продолжали скрывать неровную дорогу, отчего ребятам становилось сложнее выловить ее из темноты. Базовому освещению фар не хватало мощности пробиться сквозь снежную массу. Кристина недовольно прорычала и включила дополнительное неоновое освещение в виде четырех отдельных фар, прикрепленных к поперечной перекладине на крыше внедорожника. Дальность видимости повысилась вдвое, что увеличило шансы вовремя заметить ямы или другие препятствия, которые могли затормозить или помешать колонне двигаться дальше.
На своем пути ребята встречали не только заброшенные здания. Иногда они замечали утопающие в густом сухостое, покосившиеся беседки, металлические качели, пустые песочницы, карусели, горки и ржавые фонари, которые, словно клешни монстров, склонялись над дорогой.
Абсолютно все сооружения выглядели устрашающими. Особенно старый кинотеатр под открытым небом. Его белое, застывшие от минусовой температуры, изорванное на две части полотно и темнота, что находилась за ним, напоминали открытую зубастую пасть, которая жадно пожирала снежные лохмотья и голубоватый свет неоновых фар.
Колонна остановилась в тридцати метрах от нужного одноэтажного здания. Кристина выключила на машине дополнительное освещение, заглушила двигатель и попросила сделать то же самое остальных ребят.
– Мы на месте? – поинтересовался Игорь.
– Да, – ответила Кристина. – Ева, мне нужна картинка восточной и северо-западной стороны лагеря.
– Зачем? Я ведь сказала, где Черт.
В эфире образовалась пауза, после которой Кристина заговорила сухим тоном:
– Давай ты не будешь со мной спорить, а просто сделаешь то, о чем я тебя прошу.
Все ребята поняли по сердитому тону Кристины, что она, мягко говоря, была недовольна ответом девушки. Да и сама Ева это прекрасно почувствовала и поэтому решила не нагнетать обстановку.
– Сейчас сделаю, подождите немного, – обронила она виновато.
– А зачем нам осматривать эти места? – спросил Артем.
Кристина приоткрыла окно, вдохнула свежего воздуха и закрыла его.
– Они ближе всего к дороге. Да и сталкеры могут быть неподалеку. Не хочу встречать незваных гостей.
Вскоре на мониторе ноутбука Евы появились два окна – на одном было черно-белое изображение с камеры ночного виденья, а на другом – картинка с тепловизора, который был установлен на квадрокоптер. Спустя пару минут девушка заметила на мониторе движение далеко от лагеря.
– Вижу небольшое скопления теплокровных в двухстах метрах от лагеря… попробую определить точнее, – сказала она и замолчала на минуту. – Все нормально это собаки.
Кристина посмотрела в сторону и вздохнула. Она вспомнила про свою нелюбовь к этим «друзьям человека», и то, как она убегала от целой стаи в проклятой деревне.
– Ну почему сразу собаки? Почему не белки? – промямлила она, запрокинула голову и тяжело вздохнула.
– Перестань, мы с тобой, – ухмыльнулся Игорь.
– Спасибо Игорь, мне сразу стало легче.
В эфире образовалась пауза.
– Ну так что, какой у нас план? – поинтересовался Артем.
– Сейчас решим. Игорь, подойди ко мне, надо переговорить, – сказала Кристина, откинулась назад и уставилась на падающий снег. Спустя минуту дверь внедорожника открылась, и вместе с морозным воздухом в салоне очутился Игорь.
– Что думаешь? – спросила она.
Игорь провел рукой под носом, прищурил глаза и посмотрел на нужное здание.
– Корпус жилой, значит, в нем много комнат, а судя по строению, он имеет один сплошной коридор, который проходит через все здание. Можно попробовать загнать Чёрта в одну из комнат, чтобы лишить его возможности быстро передвигаться, прижать к полу гранатой и спокойно прикончить.
Кристина молча выслушала парня, бросила на него согласный взгляд, дернула носом и кивнула.
– Отлично, мне нравится, так и сделаем. Объясни ребятам, что к чему, а я сейчас подойду.
– Ничего не хочешь добавить или наоборот убрать?
Кристина скривила рот, подняла брови и качнула головой.
– Да нет, меня все устраивает, хороший план.
Игорь осмотрел девушку и медленно кивнул.
– Хорошо, тогда я пойду, – сказал он и, покинув внедорожник, направился к фургону. Кристина поправила черную облегающую шапку выплюнула жвачку, и вышла из машины.
Глава 4
Как всегда, Кристина и остальные ребята, кроме Евы, были одеты в специальную одежду, которая позволяла им сражаться с тварями и защищала жизненно важные органы от серьезных травм и смертельных ранений.
Раньше это были обычные армейские костюмы, купленные в военторге, но после кровавой бойни в общине и потери снаряжения, а также нескольких стычек с фриками ребята обзавелись другими, недорогими костюмами военного образца.
Один такой костюм состоял из приталенной черной куртки на молнии с эластичной сборкой на талии и черных брюк. На костюме имелись амортизирующие вставки в области плеч, поясницы и бедер, а также дополнительная защита локтевых и коленных суставов: так что ребятам не пришлось разоряться на новые наколенники и налокотники. Весь костюм был из прочной износостойкой ткани.
Костюм не отличался чем-то откровенно особенным: заказать его под свой размер, а потом купить мог каждый, у кого был интернет и лишние шесть тысяч рублей. Как и в случае с оружием и другим снаряжением, новые костюмы доставал Игорь. Некоторые части экипировки, такие как бронежилеты, для гражданского человека, купить было практически невозможно, но Игорь справлялся и с этим. Подобные вещи попадали на «черный рынок» через силовиков, которые воровали их с военных складов и продавали нужным людям.
На Кристине плотно сидел один из таких костюмов, с широким тактическим нейлоновым ремнем на поясе. В районе горла выглядывал воротник черного свитера. Поверх костюма почти в облипку, находился черный облегченный бронежилет, тоже дешёвый. От пуль он защищал плохо, а вот от когтей вполне был способен спасти, к тому же за счет своего малого веса он не сковывал движения и позволял комфортно передвигаться даже в малогабаритных помещениях.
На руках у девушки были черные армейские перчатки с вырезами под пальцы, а на ногах облегченные потертые черные берцы, в которые были заправлены черные брюки от костюма. На парнях были точно такие же костюмы, за исключением размера и расцветки – они были темно-синими. На головах плотно сидели черные шапки. Поверх костюма находились бронежилеты, как и у Кристины, перчатки и облегченные берцы для удобного передвижения. Несмотря на весь пафос, новые костюмы немногим отличались от своих предшественников из обычного городского военторга: они просто были легкими, недорогими, удобными, долговечными и простыми в уходе. Что играло немаловажную роль в постоянной охоте на тварей и фриков. Ведь проще было носить и ухаживать за одним костюмом, чем пять, а то и шесть раз в полгода покупать новую одежду в магазинах, что рано или поздно могло бы вызвать подозрение.
***
Дверь фургона открылась. Из салона в серой шапке, из-под которой выглядывали черные густые длинные волосы, выглянула Ева. Невысокая двадцатичетырехлетняя девушка среднего телосложения. С большими карими глазами, прямым носом, гладкими скулами, острым подбородком и тонкими губами. Девушка была одета в синюю теплую водолазку, поверх которой сидел черный жилет на молнии с высоким воротником. На ногах были дутые черные брюки, которые прикрывали коричневые потертые ботинки.
Ева была в команде новенькой – всего один год. Она занималась поиском необходимой информации о таких фриках, как Алиса и шатенка. Она оказалась в команде после жуткой истории, которая благодаря Кристине обошлась малыми жертвами.
Вместе со своими друзьями Ева была с ночевкой в походе. Когда молодые люди разошлись по своим палаткам, в лагерь забрался неизвестный зверь. Как позже выяснилось, это был Леший, одна из тварей, с которой Кристине уже приходилась сталкиваться в прошлом. Он жестоко расправился с тремя молодыми ребятами и попытался утащить Еву в свое логово, но вовремя подоспевшая команда во главе с Кристиной прикончила его до того, как он успел оторвать от девушки одну из конечностей – именно этим и отличался Леший от других тварей. Он любил поедать добычу равномерно кусок за куском.
Кристине повезло. Вместо того чтобы испугаться и как можно скорее убежать, Ева внимательно выслушала рассказы о тварях и согласилась помогать. Она хорошо владела компьютером и неплохо разбиралась в тонкостях хакерского ремесла. В самом начале Кристина была категорически против того, чтобы девушка осталась. Она объясняла это тем, что Ева была совершенно незнакомым человеком и никак не вписывалась в команду. На самом деле причина была не только в этом. Кристина не хотела видеть чужака на месте, которое раньше принадлежало Даше. Но разбирающийся в компьютерах человек был категорически необходим.
***
Игорь рассказал Артему и Еве план дальнейших действий и какую роль будет исполнять каждый из них на протяжении всей операции.
– А если у вас не получится загнать его и прикончить? – спросила Ева.
– Тогда нам крышка, – сказала подошедшая Кристина. – Сначала он выпустит кишки нам, а потом примется за вас. Еще вопросы? – она внимательно посмотрела на всех, кто находился рядом.
Ребята молчали. Артем развернулся к лобовому стеклу и начал тихо постукивать пальцами по рулю. Ева глубоко вздохнула, поправила шапку, вернулась к обклеенному стикерами ноутбуку, пробежалась пальцами по клавиатуре и взялась за джойстики управления квадрокоптером.
– Отлично… тогда вперед, – произнесла Кристина.
– Смотри, не потеряй нас, – сказал напоследок Игорь и посмотрел на Еву.
Дверь фургона закрылась. Игорь и Кристина вернулись к своим автомобилям и начали вооружаться.
После того как ребята покинули населенную психопатами и садистами общину, чего-то нового, кроме светошумовых гранат, из оружия у них не появилось. Да и откуда ему было взяться. С деньгами, было туго: добывать их прежним способом, снимая понемногу с банковских счетов крупных российских бизнесменов, было рискованно. И вот здесь пригодились навыки Евы. Она собственноручно собрала «ферму» для добычи популярной в мире криптовалюты, которую затем выводила на свой электронный кошелек. Ребята снимали с него наличные через банкомат, и по-прежнему оставались незамеченными.
«Ферма» была маленькой – всего четыре видеокарты, материнская плата, один блок питания, мощный процессор, оперативная память, один жесткий диск, эмулятор монитора и четыре рэйзера (переходники, позволяющие подключать видеокарты). Такая «ферма» в умелых руках девушки приносила довольно небольшой, но в то же время и не маленький доход, до двадцати рублей в месяц, смотря от курса криптовалюты, который постоянно менялся. Кроме того, подобного рода устройства требовали существенного потребления электроэнергии, а это лишнее внимание, а значит неприемлемо, но деваться было некуда. Поскольку ребята часто переезжали из одного города в другой, то большая часть средств, которые добывала Ева, уходила на самые важные вещи – топливо, еду и одежду. Экипировку и оружие ребята старались беречь, хоть и не всегда это получалось осуществить.
Помимо «фермы», Ева вместе с парнями установила в автомобилях ручные радиостанции и настроила их на полицейские частоты города, чтобы можно было прослушивать полицейскую частоту на предмет странных убийств в городе. Таким образом, ребятам было проще узнавать об очередном появлении фрика или твари.
***
Кристина достала из тайника в багажнике две кобуры и закрепила их на бедрах. Потом взяла два своих пистолета «Glock 19», с которыми научилась обращаться как настоящий профессионал, и разместила каждый в свою кобуру. Один из них, который девушка отдала Максиму за несколько минут до его смерти, несмотря на проведенное в грязной воде время, после разборки и капитальной чистки и дальше продолжал исправно работать.
Помимо огнестрельного оружия, девушка прихватила с собой короткий туристический нож с клиновидной заточкой, и спрятала его в закрепленный на предплечье чехол. Она также захватила один дополнительный магазин и поместила его в специальный отсек, который располагался на правой кобуре. Горький опыт трагических событий двухлетней давности не прошел для нее даром. После них Кристина начала серьезней относиться к внезапной нехватке боеприпасов, и старалась перестраховываться.
Игорь, вместо привычной для него снайперской винтовки, вооружился охотничьим карабином, а также охотничьим ножом, пистолетом Макарова и светошумовой гранатой – на всякий случай, если потребуется быстро отступать. Магазин карабина был заполнен патронами с картечью, для большей поражающей силы.
Ничего лишнего, что могло бы затормозить передвижение внутри здания, ребята с собой не брали, поскольку понимали, что им придётся действовать против очень ловкого противника в незнакомых и довольно тесных условиях.
Вместо тактических фонариков, которые могли спугнуть тварь или наоборот, привлечь раньше времени к себе внимание, ребята прикрепили к оружию красные, лазерные целеуказатели: с их помощью они могли спокойно войти в здание и тщательно его осмотреть.
Глава 5
Черти – в приданиях многих народов мира – это подлые и коварные существа, порождения самого ада. Но Кристина и ребята применяли это понятие к совершенно другим тварям, о которых им было известно не так много, как хотелось. Вся информация по этим существам, которую находил Марк, бралась из фольклора и славянской демонологии.
Черти попадались очень редко, а если и встречались, то в количестве одной особи. В мифологии эти существа живут стаями и обитают в основном на болотах и в самой чаще леса. Ребята находили их вблизи жилых построек, в подвалах и заброшенных промышленных зданиях. Излюбленным занятием этих существ являлась охота. Подобно паукам, они мастерили свое логово в тесных тёмных местах, поближе к людям, а затем, прекрасно имитируя жалобный голос ребёнка или женщины, начинали звать на помощь. Ничего не подозревающий человек поддавался на обман и в итоге становился закуской для этих кровожадных тварей.
***
Снег продолжал заваливать огромную территорию лагеря. Ветер снова поднялся, но по-прежнему был слабым. Игорь и Кристина добрались до нужного здания, остановились и осмотрели его.
Длинная постройка выглядела довольно жуткой, но только не для ребят, которые за долгие годы успели насмотреться на многое. Оконные и дверные проемы, которые располагались ближе к главному входу были пустыми – ни стекол, ни дверей. На их месте с хлопающим звуком колыхалась грязная порванная плёнка, которая своими плавными движениями зазывала ребят заглянуть в непроглядную темноту, что наполняла собой внутренности здания. Оконные проемы, которые располагались в конце здания, были криво заколочены широкими досками, щели между ними заполняла густо набитая пакля.
Вход в здание был выполнен в виде деревянной беседки с покатой треугольной крышей. Она плавно переходила в навес, который тянулся вдоль всей постройки. Высокие стены были изрядно ободраны, бледная отсыревшая облицовка фасада и красный кирпич кусками лежали на снегу.
– Какой красавец, – произнес Игорь, недовольно вздыхая от мысли, что ему снова придется войти в логово кровожадной твари.
– Ева, где он? – спросила Кристина.
На экране монитора отобразились едва уловимые крупинки тепла, которые просачивались сквозь мелкие щели в стенах.
– Справа от вас, последняя комната слева.
Игорь и Кристина сняли оружие с предохранителя, передернули затворные рамы, и двинулись к зданию.
***
Ребята поднялись по разбитым деревянным ступеням на заваленное разным хламом крыльцо и, стараясь не создавать лишнего шума, вошли в здание и очутились в тамбуре, который был засыпан мусором, мокрыми листьями и занесённым с улицы снегом. Они прошли дальше и оказались в просторном холле. Несмотря на морозный воздух и легкий ветер, который гулял по всему зданию, повсюду стоял неприятный запах плесени и гниения.
В центре холла стояла деревянная парта на металлических ножках, на котором пылилась старая лампа. Рядом с ней хаотично лежали пожелтевшие и посиневшие от раскисшей пасты листы бумаги. Пространство вокруг стола заполняли бледно-голубые покосившиеся деревянные шкафы с открытыми дверцами, ржавые разборные кровати с пружинными сетками, оконные створки и стулья. В одном из темных углов стопкой стояли деревянные тумбочки из фанеры.
Помещение было тёмным и просторным, сквозь него проходил сплошной широкий коридор, который с обеих сторон заканчивался большим окном, как и предполагал Игорь.
Повсюду были разбросаны скисшие тетради, книги, смятые картонные плакаты, с изображением детей, сломанные деревянные таблички, спинки от кроватей, шприцы и презервативы – всё то, чем так богаты заброшенные места вроде этого лагеря.
Персонажи советских мультфильмов, которые были изображены на голубых, местами оголенных до кирпича стенах, за долгие годы превратились в исковерканных дождевой водой и плесенью уродов. Их некогда радостные улыбки, веселившие детей, напоминали глумливый оскал жуткой твари и вызывали только ужас и отвращение.
Дощатый пол покрывал дешёвый, вздувшийся линолеум, на котором неровными кусками валялась блеклая жёлтая штукатурка. Она осыпалась с высокого пробитого потолка, откуда сквозь прогнившие стропила доносились тихие скрипы и падали крупные сгустки пыли.
Несмотря на полный хаос и бардак, царивший в здании, внимание ребят привлекли следы от когтей и засохшей крови, которые тянулись из холла в коридор и сворачивали в одно из помещений. Оба переглянулись и ещё крепче сжали оружие, держа палец на спусковом крючке.
Внезапно, Кристина повернулась в сторону большого окна в конце коридора и направила туда пистолет. Игорь заметил это и тут же повернулся к напарнице, которая неподвижно стояла и смотрела перед собой. Спустя минуту девушка опустила пистолет, запрокинула голову и тихо раздражительно вздохнула. В конце коридора, на белой открытой двери одной из комнат был изображен чёрный силуэт, напоминающий человека. Но, как оказалось, это был всего лишь рисунок.
– Долбанные сталкеры, – сквозь зубы прошипела она.
– Что там у вас? – раздался голос Евы.
– Все нормально. Где сейчас Чёрт?
– Всё там же… хотя постой.
– Что?
– Он не двигается. Мне кажется, он вас услышал.
Ребята переглянулись и начали вертеть головами.
– Ева, не молчи, что он делает? – прошептала Кристина.
– Картинка нечеткая. Подождите, я пытаюсь исправить.
– Мы не можем ждать. Если эта тварь нас учуяла, мы должны знать, где она, – прошептал Игорь.
– Секунду ребят, – растерянно сказала Ева, после чего замолчала, а через несколько секунд снова появилась в эфире. – Он по-прежнему там.
– Не теряй его.
– Хорошо.
Едва Ева успела ответить, как с потолка упал небольшой сгусток пыли и попал Игорю на гол�