Охотник на богов. Том 2

Книга 2. Эпизод 1.

Афена не сводила с меня глаз, но больше не улыбалась.

– Как хорошо, что вы оба здесь, – сухо произнесла она. – Ты и он. Весьма удачно получилось, не находите?

Девушка опустила взгляд куда-то мне на шею или на грудь и спросила:

– Как поживаешь, Годфред? Тебе уже лучше?

От звука её спокойного голоса моё тело невольно покрылось мурашками.

Причём, это была не моя собственная реакция, а реакция Бога Вечной Ярости. Скрываться ему больше не имело смысла, но он всё равно не показывался.

– Годфред, – сощурилась Афена, – ну хватит. Я знаю, что ты здесь. Или ты хочешь, чтобы я убила твоего носителя, а значит, и тебя вместе с ним? Я легко это устрою. В кои-то веки мне наконец выпал шанс всё исправить, а ты не хочешь мне помочь. И когда же ты вдруг превратился в труса, Годфред?

Она шагнула ко мне, пошла прямо на моё ружьё, но я даже стволом не повёл. Иззубренный наконечник гарпуна всё так же был направлен в девушку.

– Это ни к чему, Стин, – заговорила Афена (точнее, не сама Афена, конечно). – Или ты привык, что тебя все называют Тайдер? И ты ведь не думаешь, что можно убить того, кто сам сеет смерть? – добавила она. – К тому же, – девушка облизнула губы, её взгляд стал хищным, – я уже убивала тебя и видела твою душу.

Я продолжал молчать и направлял на неё гарпун. Мне казалось, что если я открою рот, то выдам Годфреда с потрохами, или что вместо меня заговорит он…

И тут произошло именно это!

Губы, язык и голосовые связки – всё внезапно перестало меня слушаться, и во мне заговорил Годфред:

– Здравствуй, Тхаги. Неплохо выглядишь. Сменила причёску?

Как же неприятно было ощущать на себе влияние бога, когда он говорит вместо тебя. Да ещё и с Богиней Смерти.

На лице Афены появилась злость, по бледной коже пронеслась тень.

– Ты смеешь шутить со мной, наглец?

– Перед смертью пошутить даже приятно.

Я задержал дыхание, до боли стиснул зубы и усилием воли подавил в себе Годфреда, пока тот не дошутился до смерти. Юморист хренов.

– Может, ты заткнёшься, Годф?.. – выдавил я еле-еле. – Пусть она всё нам скажет… если бы она хотела тебя прикончить… ты б уже сд… сдох…

Годфред перехватил контроль над телом и снова заговорил:

– Давай, ты не будешь мне указывать. Ещё не дорос.

– А давай, ты заткнёшься… – опять выдавил я.

Сейчас я напоминал душевнобольного, разговаривающего сам с собой, но Афена смотрела на меня с интересом.

– Смотрите-ка, а вы спелись. Это мне даже нравится. Возможно, я убью вас не так больно, как хотела, если вы будете упорствовать.

– Ты так и не простила меня, Тхаги? – спросил Годфред. – Может, забудем прошлое и…

Девушка расхохоталась.

– Ты такой смешной! Думаешь, можно забыть, что ты Бог-Который-Всё-Разрушил?

– Ой, только не начинай…

И пока я в очередной раз пытался вернуть контроль над собственным телом, Афена пошла вокруг меня. Она не приближалась, но и не отдалялась, а просто двинулась по кругу, не сводя с меня взгляда.

– А вы отлично смотритесь, – улыбнулась девушка. – Годфред, Годфред… ты наивно полагал, что сбежишь от меня?

В борьбе за контроль тела я на несколько секунд победил и тут же обратился к богине:

– Скажи, что он сделал тебе? Давай договоримся, чтобы…

Но снова вмешался Годфред, рявкнув:

– Не лезь, когда разговаривают боги!!

И тут внезапно Богиня Смерти оказалась прямо передо мной. Она воспользовалась тем, что Годфред отвлёкся, и за мгновение приблизилась. Стальной наконечник гарпуна уткнулся в грудь девушки, но, похоже, ей было всё равно. Её ладонь обхватила ружьё и потянула вбок.

– Отдай это мне, и поговорим. Ну же, Годфред… или Тайдер. Кто сейчас управляет оружием?

– Мы оба, – ответил я, а может, это был Годфред, хрен разберёшь.

Главное, не слететь с катушек от раздвоения личности.

Афена пожала плечом, а её рука, сжимающая ствол ружья, ослабила хватку. Тонкие пальцы коснулись наконечника гарпуна, самого его острия.

– Ну же, мальчики… не нужно глупостей, потому что любая глупость неизбежно приведёт вас к гибели. Так зачем всё это?

Она протянула другую руку и дотронулась до моей щеки.

– Знаешь, Годфред, твой носитель сейчас выглядит куда более мудрым, чем ты, древний бог, растерявший почти всю свою силу.

От её прикосновения по телу пронеслась приятная прохлада… обволакивающий холод смерти.

– Ты ошибаешься, Тхаги, – ответил Годфред. – Сила Бога Вечной Ярости будет только расти!

Мои пальцы внезапно разжались, и ружьё с глухим стуком упало на пол у ног. А вместо него в руках появилась коса, искрящаяся молниями.

Свет синих разрядов озарил красивое и суровое лицо Афены.

Та шагнула назад. Затем подняла руку, провела указательным пальцем по воздуху, и темнота чёрными лоскутами послушно потянулась за её ладонью. В руке девушки материализовалось копьё, украшенное орнаментами. Длинное и полностью чёрное. Оно будто вобрало в себя мрак, что нас окружал.

– Не нужно демонстраций, Годфред, – покачала головой Афена. – Я ведь тоже так умею.

И тут Годфред не выдержал.

Внезапное бешенство снесло ему крышу. Не знаю, на что он надеялся, но он размахнулся косой и бросился на девушку, собираясь провести свой фирменный Удар палача.

Но не на ту напал, как говорится.

С громким стуком прямой клинок косы и чёрное древко копья сшиблись друг с другом. Меня и Афену оттолкнуло в разные стороны, и девушка тут же рванула на меня.

И снова коса ударилась о копьё.

– Ты это зря, Годфред! – выкрикнула Афена, а потом отскочила назад и ударила копьём прямо по воздуху. – Ты слишком слаб, чтобы сражаться с Богиней Смерти!

Чёрные тени от оружия завертелись, образуя три тончайших диска, и бритвой резанули пространство. Они метнулись прямиком в мою косу…

Удар. Удар. Удар.

И коса просто исчезла в моих руках. Взяла и растворилась в темени пещеры. Еë будто разрезало на части!

«Стерва, – процедил Годфред. – Теперь оружие восстанавливать».

Афена направила чёрное остриё копья мне в грудь и добавила:

– Один мой удар – и вы оба умрёте. И если уж я метну копьё смерти, нацелив его на кого-то, то его уже не остановить. Смерть всё равно настигнет жертву. Не забывайте об этом.

И тут опять вмешался я, подавив в себе слепое бешенство Годфреда:

– Да расскажи уже, что он сделал!.. – Мой голос показался мне злым, как никогда.

Афена перевела взгляд на моё лицо.

– А этот смертный духовно силён. Ты не прогадал, когда его выбрал. – Она улыбнулась мне. Именно мне, а не Годфреду. – Ты ведь не думаешь, что всё это случайность?

– Что – всё?.. – выдавил я.

Она обвела взглядом пещеру, но наверняка, имела в виду не её, а вообще всё, что нас окружало – весь этот мир.

– Вспомни, что с тобой произошло, – сказала она. – Вызов Альманах Богов, слияние с Богом Вечной Ярости и встреча со мной, а потом – перенос твоей души из тела Стина Кёрфа в тело Тайдера ЛасГалена. Ты оказался в далёком будущем своего же мира и уже понял, что к чему, верно? Лишь наивный Годфред считает, что умудрился сбежать от меня. Но на самом деле, я сама отправила его сюда вместе с тобой. Именно в тот период времени, когда я нахожусь в теле этой девушки-мага. Потому что другого удачного периода может не случиться ещё тысячу лет, а за это время всё рискует погибнуть.

Я нахмурился, подавив в себе рвущегося Годфреда.

– Всё равно не понимаю.

Копьё в руке Афены растворилось в воздухе, и девушка опять медленно пошла вокруг меня.

– Всё началось с Альманаха Богов, – заговорила она холодным и спокойным голосом. – Эту книгу создала я. И на самом деле, это вовсе не книга. Это тюрьма. Я заточила в неё всех богов, ведь они решили, что пора уничтожить людей, ещё в зачатке цивилизации. Я воспротивилась, и тогда они собрались тайно избавиться от меня, но у них не вышло. Я создала Альманах раньше, чем они что-то успели сделать. Это случилось ещё тысячелетия назад. Я ослабила всех богов, даже самых древних, и заточила их в тюрьме. Но мне пришлось создать и ритуал освобождения, потому что печать на Альманахе не сработала бы. Я специально сделала ритуал таким, чтобы без человека его нельзя было совершить, ведь боги никогда не общались с людьми. А потом я осталась одна. Людская цивилизация начала своё восхождение, и мне это нравилось.

Она остановилась на секунду, посмотрела на меня, внимательно, с интересом, после чего снова бесшумно зашагала по кругу.

– Но чтобы держать всех богов взаперти, мне понадобилось много сил. Альманах черпал их из меня, как из источника. Тысячелетия я истощалась, и вот наступил момент, когда один из древнейших богов вырвался. Это был тот самый бог, который сейчас прячется внутри тебя. Да, это был наш Годфред – так он просил себя называть когда-то. Его имя совсем другое, но его лучше не произносить вслух.

Я перевёл дыхание.

Во рту совсем пересохло от жажды, зато пот лился с меня градом.

Афена снова остановилась, на этот раз уже позади меня, а через секунду я почувствовал её дыхание на своём затылке. Дыхание смерти. Ладони девушки легли мне на плечи, она слегка прижалась к моей спине и прошептала:

– Ты ощущаешь меня, Годфред? Я совсем близко.

Тот молчал, зато заговорил я:

– И что он сделал, когда вырвался?

Не отходя от меня, Афена продолжила:

– Он всё разрушил, Тайдер. Умудрился рассказать одному человеку про Альманах Богов и раскрыл ритуал высвобождения. Он поселил смуту в сознании того человека, взрастил в нём желание стать могущественным. Тот человек и стал первым, кто освободил бога через ритуал. Потом были и другие. Один за другим люди начали передавать секрет ритуала и пользоваться им, призывая богов. Так наиболее сильные боги бежали из Альманаха. Я бы могла их отыскать и снова заточить в тюрьме, пока они слабы и ещё не успели обрести утерянную силу, но не учла одного – что во время ритуала бог и человек сливаются воедино, а значит, я не могу найти ни одно освобождённое божество, пока оно не станет сильным и не вылупится из своего носителя, как птенец из яйца. Именно для этого боги и стали давать людям первую магию.

Её пальцы провели по моим плечам.

– Но одного бога я всё-таки смогла отыскать. Того, кто был первым. Того, кто не проходил ритуала слияния с человеком, а вырвался сам. Это был Годфред. Я настигла его, вступила с ним в схватку, и он проиграл мне, ведь был ещё слаб. Поэтому я смогла опять заточить его в Альманахе. Он вернулся в мою тюрьму. Но то, что он начал, уже невозможно было остановить. Люди открыли для себя силу богов, и боги с помощью их тел скрывались от меня. До поры до времени ритуалом люди пользовались тайно. Но боги внутри них понимали, что когда-нибудь эти люди явят себя миру, и тогда я найду их. Пока этого не случилось, они решили сами заточить меня в тюрьме.

Я повернулся к девушке лицом, потому что уже не мог выносить, что за моей спиной стоит сама Богиня Смерти и постоянно касается меня. Это и напрягало, и возбуждало одновременно – вот что странно. Возможно, богиня как-то влияла на мой организм.

Она заглянула мне в глаза и добавила:

– Они создали такую тюрьму, из которой я не могу вырваться вот уже больше тысячи лет. Очень изощрённую тюрьму.

– Человеческое тело, которое не знает, что внутри него бог, поэтому ничем не может тебе помочь? – спросил я.

Не сводя с меня глаз, она улыбнулась.

– Да. Именно так. Освободившиеся древние боги собрали все свои силы и прокляли меня, навсегда отдав часть своей магии. И всё ради того, чтобы мне суждено было рождаться в теле одной и той же девочки, которая обо мне не знает, и я не могу ей об этом сказать.

У меня по спине пронёсся морозец.

– В теле одной и той же девочки?.. Афена что, бессмертная? Ведь я видел её тогда, ещё больше тысячи лет назад. В своём прошлом, из которого переместился сюда.

Девушка покачала головой.

– Нет. Эта девочка смертна, но когда она умирает, я снова рождаюсь в ней же. Совершенно в другой семье, но с той же внешностью. Столетие за столетием мы рождаемся вместе, вновь и вновь. И столетие за столетием она не знает, кого носит внутри себя, а я не могу ей сказать. Хитрая и безжалостная тюрьма, не находишь?

Она улыбнулась, и от её улыбки мне стало совсем не по себе.

– То есть та девушка, которую я встретил у интерната… – Я нахмурился. – Это та же самая девушка, в которой ты постоянно перерождаешься в разных семьях?

– Да. Казалось бы, боги придумали мне идеальное наказание. Но только они не учли, что будучи в теле человека, я могу видеть таких же людей, объединённых с богами. Поистине невероятная удача. Поняв это, я стала искать их, однако очень скоро поняла, что не могу применить полные свои силы, чтобы открыть Альманах и заточить туда божество. И тогда я придумала другой способ.

Мои брови поползли на лоб сами по себе.

– Способ перенести бога в будущее?

Девушка хмыкнула.

– А ты, и правда, неплох. Годфред с тобой не прогадал. Да, я Богиня Смерти, и мне подвластно время, но только не прошлое, а будущее. То, что ещё не случилось. Когда ты применил ритуал Альманаха Богов, то на твой призыв откликнулся Годфред, и произошло ваше слияние. А потом я случайно увидела вас. Да, это была совершенная случайность. Но всё остальное – уже не случайность. Я увидела в пробегающем мимо мальчике своего заклятого врага Годфреда, ещё совсем слабого, и решила, что это лучший вариант. Годфред, конечно, попытался от меня скрыться, чем мне очень помог. Сбегая, он освободился из твоего прошлого тела вместе с твоей душой, а мне нужно было лишь подтолкнуть его в определённый период будущего, что я и сделала. Я отправила вас сюда, в то самое будущее, где я впервые родилась в теле мага.

– Но как ты узнала, что родишься в теле мага? – уставился я на неё. – Это же невозможно.

– Для тебя, смертный – невозможно, а для меня – возможно. Да, я знала, что мне придётся ждать, когда это будущее случится. Ждать больше тысячи лет. Я наблюдала рассвет человеческой цивилизации. Люди объединились с богами и обрели могущество от их сил и магии. Они и сами стали подобны богам, а потом решили, что они выше них. Когда же все боги из Альманаха были высвобождены, то разразилась война между богами и людьми. И боги растерзали людскую цивилизацию, уничтожив все её достижения. Остались лишь горстки людей, никак не связанных с богами. Именно им пришлось начинать всё с нуля, и за тысячу с лишним лет они добились немного. У них остались лишь крохи той магии, что когда-то подарили им боги. Это тот мир, который и есть сейчас. Это то самое будущее, которое мы заслужили за свои ошибки. Именно здесь Богиня Смерти впервые родилась в теле девочки-мага. К тому моменту, правда, я совсем ослабла и, мои попытки взять контроль над телом носителя даже во сне были безуспешны. Пока эта девочка полностью не перенесла сознание в змею, а я не получила возможность убивать и пожирать души. Так мои силы начали восстанавливаться. Я даже смогла воссоздать своё копьё смерти.

Афена мягко улыбнулась.

Ну а я стоял, ошарашенный её рассказом.

Кто б знал, что всё так сложно и началось ещё тысячелетия назад. Годфред отличился, ничего не скажешь.

«Я бы попросил тебя не вмешиваться, чувак», – буркнул он.

Мне было плевать, что он там просит.

Я окинул взглядом тело девушки и сразу вспомнил, что говорили мне грувимы. Они так хотели, чтобы я ни в коем случае не объединялся с Афеной, а точнее, с Богиней Смерти, что даже умирали за это. А тот слуга-опора бога, услышав её голос, сразу сбежал. Похоже, почуял, что богиня снова начала убивать и обретать силы.

– Ну так что? – Она слегка наклонила голову набок. – Вы поможете мне? Вам ведь всё равно от меня не сбежать.

– А чего именно ты от нас хочешь?

– Чтобы ты, Тайдер, помог этой девочке-магу развить силу. Если разовьётся она, то разовьюсь и я. Всё это время я смогу появляться, когда девочка будет спать. А потом, когда придёт время, вы с Годфредом поможете мне воплотиться.

– И что тогда будет? – напряжённо уточнил я, хотя уже догадывался, какой будет ответ.

– Тогда я снова заточу всех богов в Альманах, – сказала она веско.

Меня охватил мгновенный жар.

«НЕТ! – прорычал Годфред в ярости. – ЛУЧШЕ ПРИБЕЙ МЕНЯ!».

Лицо девушки тут же потемнело, холод смерти дыхнул мне в лицо и окатил всё тело.

– Ты отказываешь мне?!

Я отступил на шаг, а сам тихо обратился к Годфреду:

«Это наш шанс, Годф. Она тоже уязвима, просто забыла об этом сказать».

«Ну конечно! Не тебе же сидеть в Альманахе, а мне!!!».

В руке Афены опять появилось чёрное копьё, и теперь я не сомневался, что она его метнет.

– Что ж, тогда я найду другого бога в человеке! – громко и зло сказала девушка. – Есть тут ещё один такой! Договорюсь с ним, а с тобой, Годфред, мне не по пути…

Я резко выставил руку.

– Погоди! Если мы тебе поможем, то только на наших условиях! У тебя всё равно нет выбора! Или жди ещё тысячу лет подходящего случая!

Годфред во мне совсем разозлился:

«Ты что творишь, придурок?! Она же сказала, что есть другой человек с богом!».

«Она врёт!».

«Боги не врут!».

«Тогда недоговаривает! Посуди сам, если бы она могла к нему обратиться, то уже сделала бы это, а не ждала тысячу лет, когда ты окажешься тут!».

Афена остановилась, наблюдая за моим лицом. Она не слышала наш разговор с Годфредом, но, конечно, уже поняла, что мы общаемся.

Девушка замерла в ожидании, её копьё готовилось вот-вот проткнуть мне грудь.

Я же соображал, как сделать так, чтобы Богиня Смерти согласилась на всё, что я ей сейчас предложу, а не грохнула меня на месте…

Книга 2. Эпизод 2.

Я шагнул девушке навстречу, приближаясь к острию копья – теперь буквально один шаг отделял меня от смерти.

– Предлагаю тебе сделку, – произнёс я, не сводя с лица Афены взгляда, хотя для меня сейчас она была в первую очередь Тхаги.

Она нахмурилась, а потом вдруг улыбнулась:

– Ты торгуешься со мной, или мне показалось?

– Перед смертью поторговаться даже приятно.

Я перевёл взгляд на её копьё, и богиня сразу поняла мой намёк, но даже не подумала убрать оружие, так что пришлось говорить под прицелом. Годфред во мне заметно напрягся, однако вмешиваться не стал: с Богиней Смерти у него как-то сразу не заладилось.

– Ну надо же. – Девушка хмыкнула. – Ты настолько самоуверен? Я ведь уже сказала, что найду другого человека с богом внутри и договорюсь с ним.

– Если бы это было так легко, ты бы уже сделала это.

– Да что ты знаешь? Ты ничего не знаешь, смертный!

– А кто этот человек? – спросил я.

Тхаги не ответила, и тогда я назвал его имя сам.

– Это ведь Артазар Утренняя Звезда, ведь так? Мне говорили, что его постигла страшная мутация, и он превратился в чудовище. Так думают люди. Но, видимо, это была не мутация, а слияние с богом, как и у меня. И Артазар не стал от него избавляться, а позволил телу измениться под силу бога. Ты же про него говоришь? Про того самого человека, который ни за что не станет тебя слушать, а просто созовёт всех своих богов, и они вместе уничтожат тебя? Ты про этого человека, да?

В глаза Тхаги вспыхнул огонь гнева, по лицу опять пронеслась тень.

– Ты рискуешь, дерзя мне, – процедила она. – Ты забыл, с кем говоришь?

– Нет, не забыл. Но и ты не забывай, в каком сейчас положении. За тобой охотятся, и если ты ничего не предпримешь, то будешь уничтожена. Боги не допустят, чтобы ты жила в теле мага. Для них это тоже риск.

Тхаги прикрыла глаза и на несколько секунд замерла, давя в себе ярость, а потом открыла глаза и спросила уже спокойнее:

– Ну и что ты мне предлагаешь?

Отлично.

Один ноль в нашу пользу. Богиня Смерти готова слушать, а не убивать.

– Мы поможем тебе набрать силу и воплотиться, – начал я, – но только если и ты поможешь нам. А ещё выполнишь определённые условия. Во-первых, ты не тронешь ни меня, ни мою семью, не тех, кто мне дорог или важен. Ты вообще ничего не будешь делать без моего разрешения. И когда тебе удасться создать свой Альманах снова, то будешь возвращать туда не всех богов. Должен быть список исключений, и первым в нём будет Годфред. А вторым – Бог Гор Мозарт. И этот список может пополняться.

Тхаги усмехнулась и уже собралась что-то возразить, но я продолжил:

– Во-вторых, ты будешь сражаться на моей стороне, войдёшь в мою команду и будешь мне подчиняться. Мы вместе будем собирать души для общей цели…

Богиня всё-таки перебила меня:

– Свою цель я знаю. А какая у тебя цель, смертный?

Я не стал ничего скрывать, а ответил прямо:

– Развить в себе мага до такой степени, чтобы освободиться от бога. Я воплощу Годфреда в одном из морфи, как и тебя. Это будет способ оборвать цепочку ваших с Афеной перерождений. А потом мы сделаем так, чтобы жизнь в этом мире была не такой убогой, как сейчас, потому что мне очень не хочется жить в этом дерьмовом будущем. И тут ты как раз поможешь, когда снова вернёшь свой Альманах. Но сейчас ты уязвима и знаешь об этом. Тебя попытались уничтожить и будут пытаться дальше, уже большими силами, а ты слишком слаба, чтобы дать отпор богам. Я думаю, что в тебе распознали Богиню Смерти, когда грувимы напали на город Гипериос и атаковали дом Гасперов. А ещё, как я понял, не все боги враждуют с людьми. Но есть те, кто объединился с Артазаром и собирается добить людскую цивилизацию. На них мы и будем охотиться.

Она сощурила голубые глаза и хищно повторила:

– Охотиться, чтобы заключить в Альманах?

– Или убить, – кивнул я. – Поэтому для начала мне нужно иметь возможность поднять уровень, потом воплотить тебя и Годфреда в морфи, чтобы вас усилить, а уж потом освободить.

И тут до неё наконец дошло, о чём я говорю.

– Ты хочешь сделать из меня слугу? Из Богини Смерти?.. – Она так изумилась, что даже копьё опустила. – Ты собираешься поместить меня в послушного голема, как Бога Гор Мозарта? Меня?.. Богиню Смерти?..

Я опять кивнул.

Тут нельзя было давать слабины ни в голосе, ни в словах.

– В теле морфи ты быстрее разовьёшься и обретёшь силу. Ты станешь самостоятельной единицей, и Афена наконец вздохнёт спокойно. Но чтобы иметь новых морфи, мне надо получить гражданство, а это не так-то просто, но другого варианта всё равно нет. Или у тебя есть?

Свой вопрос я задал с напором, потому что понимал: вряд ли у Тхаги есть варианты. Если бы они были, то она не торчала бы тысячу лет в теле одной и той же девушки.

– Есть, конечно, ещё один вариант, – добавил я. – Ты нас сейчас убиваешь, а потом боги находят тебя. Уверен, они уже собирают новые силы, чтобы тебя уничтожить. И думаю, они будут изобретательны в этом вопросе.

Она опять подняла копьё, шагнула ближе и направила острие прямо мне в шею.

– Ты слишком дерзкий и нахальный, чтобы я позволила тебе стать моим хозяином.

Я пожал плечом.

– А Годфред на это согласился.

И тут в разговор снова вступил Годфред, довольно легко перехватив контроль над моим телом:

– Выбирай, Тхаги. Или ты соглашаешься на условия этого парня, или ждёшь, когда за тобой придут боги, чтобы наказать тебя ещё суровее, чем сейчас. Они вознамерились уничтожить тебя, и поверь, они найдут способ убить Богиню Смерти. Теперь они знают, что ты родилась в теле мага, и это их напугало, можешь не сомневаться. А люди не станут тебя защищать. Да они сами же отправят тебя на растерзание богам вместе с твоей девчонкой!

По копью смерти пронеслись тени, лоскутами облепили древко и растворились в воздухе вместе с оружием богини.

Я перевёл дыхание – вроде, пронесло – и добавил:

– Не зря же ты ждала тысячу лет. Поможем друг другу. Люди не забудут тебя, если ты снова спасешь их цивилизацию.

Она покачала головой.

– Я никогда ничего не ждала от людей. Они не умеют быть благодарными, но дело не в этом. Это мой собственный выбор. И если путь слуги человека – это единственный путь к освобождению, то я соглашусь и на такое.

– Этот парень не так уж плох, – усмехнулся Годфред. – Хоть и криворукий временами.

Тхаги шуточки Годфреда не оценила, вместо этого она грозно на меня глянула и предупредила:

– Только попробуй обидеть мою девочку, понял? Ты будешь её защищать, ты станешь её хранителем, а значит и моим хранителем. Ты сбережёшь её и поможешь поднять мастерство мага, ну а я не убью тебя, когда у меня будет возможность. Согласись, неплохая сделка со смертью, не так ли?

Тут сложно было не согласиться.

– Но мне придётся сказать ей, что в ней находится Богиня Смерти, иначе она не поймёт, чего это я к ней привязался. Она и так думает, что я извращенец…

Во мне тут же захохотал Годфред:

«Если что, я тоже извращенец! Готов тебя подменить!».

Я вздохнул и ничего не ответил. Похоже, Годфред слишком расслабился, понимая, что не сдохнет в ближайшее время. Но если честно, я вообще не представлял, как справлюсь с двумя древними богами на своей шее. Они ж друг друга ненавидят, а у меня ещё и малыш на руках – ну в смысле, Мозарт.

Три бога, мать их.

Кто б знал, что такое вообще возможно.

– Хорошо, скажи ей, – согласилась Тхаги. – Только осторожно, чтобы в порыве ужаса эта девочка не разрушила весь свой городишко. Скажу так, её может успокоить поход в одно место. Она очень его любит, и сможет принять там любую новость, даже такую.

– И что это за место? – нахмурился я.

– Она называет его «Ладонь Одинай». Это сквер, где лежит разрушенная гигантская статуя, точнее, всего лишь рука от неё. Моя девочка часто туда приходит.

Я принял это к сведению, хотя на самом деле даже не представлял, как вообще сообщить Афене такую новость. Она же реально разрушит полгорода от ужаса!

Тхаги вдруг опустилась на пол пещеры и легла на спину.

– Всё. Пора. Она идёт. – Богиня посмотрела на меня на прощание. – И не подведите меня, мальчики.

– Не подведём, крошка, – тут же отозвался Годфред.

Она поморщилась и закрыла глаза.

– Убить бы тебя всё-таки не помешало, извращенец…

На этом девушка замерла без движения, лёжа на спине прямо на холодных камнях.

Я склонился над ней, собираясь поднять на руки, уже просунул ладони под её колени и лопатки, но в этот момент на её полуголом теле появилась коричневая змея. Совсем небольшая, но с крупной головой. Она заползла прямо на живот девушки и уставилась на меня, будто в недоумении, хотя не уверен, что змеи способны удивляться.

Потом змея положила голову, будто уснула, а уже через пару секунд опять подняла. И на этот раз она испугалась так, что дала от меня дёру моментально и юркнула под камень.

Я наконец поднял девушку на руки, чтобы она не лежала на холодных камнях, да ещё и почти без одежды. Правда, прошёл я с ней всего пару шагов – Афена распахнула глаза и уставилась на меня в ужасе.

«Извращенец!!!» – вот что читалось в её глазах.

Ну да, конечно. История повторяется. Что ещё можно было про меня подумать?

Девушка дёрнулась и хрипло потребовала:

– Отпусти меня! Поставь меня на ноги! Ты что, совсем?!

– Да без проблем, не ори только. – Я осторожно поставил её на ноги, но всё же придержал, а то вдруг у неё тело затекло.

Не затекло.

Афена оттолкнула меня и шагнула назад, но смущаться наготы не стала. Наверняка, была слишком ошарашена.

– Надеюсь, ты мне сейчас объяснишь, что происходит, да? Тайдер! Зачем ты принёс меня сюда? – Она огляделась, увидела труп червя поодаль, потом гарпун на полу и снова посмотрела на меня. – И где Элегия? Она должна была сторожить моё тело.

Я быстро стянул с себя испачканный бронежилет, бросил его на пол и расстегнул куртку. Затем снял и подал девушке.

– Вот, возьми. Надень это, а то прохладно. Потом тебе всё объясню, это слишком… э-э… сложно объяснить сразу.

Она скрипнула зубами.

– Ты меня трогал? Я видела, как ты склонялся надо мной. И это ты снял мою одежду? Или Элегия? Или кто?

– Элегия тут не при чём. Ты сама сняла… слушай, давай дома разберёмся или в поезде. Нам бы отсюда выйти для начала. Тебя вся местная Гильдия ищет. Мария и Элегия нашлись, а вот ты…

– Мария жива? – Афена с облегчением выдохнула. – Мы хотели за ней вернуться, но…

Она поёжилась, глянула на протянутую мной куртку и всё же решила, что лучше надеть хоть что-то, пусть оно грязное, вонючее и мокрое. Быстро натянув на себя одежду, девушка показала на коридор, который вёл дальше:

– Я нашла выход. Пришлось ползти довольно далеко, но я всё же нашла лаз наверх.

– Я тоже нашёл выход, – сказал я, показывая в противоположную сторону. – И там нас должна ждать Элегия. Ну и твоя одежда, которую ты там бросила.

Она посмотрела на меня с подозрением, но всё же кивнула.

– Ладно. Пойдём туда, но если ты начнёшь приставать…

– Афена, ты издеваешься? Единственное, чего я сейчас хочу, это упасть лицом вниз и проспать двое суток.

Она окинула взглядом моё уставшее грязное лицо, испачканную в крови одежду и решила, что я, даже будучи извращенцем, на приставания сегодня не способен.

– Ладно… хорошо. Пошли. Но потом ты мне всё расскажешь, и попробуй только что-то утаить.

Я надел бронежилет, прихватил с собой гарпун Кэйнича, и мы отправились в обратный путь по коридорам, но прежде Афена обернулась и глянула на убитого червя.

– Это ты его?

– Не совсем… – кашлянул я.

– Что значит «не совсем», Тайдер?

– Давай, я тебе всё позже объясню.

Она больше не стала меня допекать, но когда мы дошли до той пещеры, где валялись семь трупов гиен и ещё несколько червей, то застыла в ужасе.

– Это ты их убил?

Чтобы не мудрить с объяснениями, я ответил:

– Они были уже мёртвые, когда я пришёл.

– Ого. Интересно, кто их так?

– Без понятия.

Я взял её за руку и потянул дальше, в соседнюю пещеру, где осталась ждать Элегия Сише.

Если честно, я думал, что она уже давно сбежала отсюда, но Элегия была тут. Она услышала наши голоса и вышла навстречу, бледная, как смерть. Посмотрела сначала на меня, потом – на Афену. Убедилась, что мы в здравом уме и нападать не собираемся, и только потом кинулась к нам.

– Хвала Одинай! Вы живы! Ребята! – Она стиснула Афену в объятьях. – Как же ты меня напугала, когда разделась и убила всех этих тварей!

Лицо Афены вытянулось.

– Чего?..

– Слушайте, давайте уже поторопимся, – оборвал я её. – Элегия, не надо сейчас никого пугать, а то сама знаешь…

Та сразу всё поняла и больше не сказала насчёт странного поведения Афены ни слова – повторения она не хотела. Вместо этого она помогла подруге одеться, но сама Афена постоянно переводила взгляд с меня на Элегию и обратно, будто подозревала нас обоих в том, что мы затеяли какой-то тайный заговор и пудрим ей мозги.

В этот момент в углу пещеры я заметил морду Жмота. Зверёк появился бесшумно и совершенно незаметно для других, затем показал мне все десять пальцев на передних лапах, как бы намекая, что к обещанным конфетам я должен добавить ещё десять.

Он стоял и ждал моей реакции. Пришлось еле заметно кивнуть, чтобы он отвалил. Но вместо этого Жмот сунул лапу в свой карман на брюхе и вытащил… целую горсть мута-алмазов!

И ведь это были совсем другие камни. Не те, что уже имелись у меня. Те были мелкие, а эти – размером с перепелиное яйцо!

Жмот поиграл бровями и демонстративно прикусил один из камней, показывая, что они настоящие, потом подмигнул мне и спрятал сокровище обратно в карман, ещё и похлопав по нему.

И тут до меня дошло, где он их взял. Из тайника, к которому и приезжал местный отряд Гильдии. Ну конечно. Я пальцами показал ему, что он молодец, и тот, расплывшись в зубастой звериной улыбке, исчез в пространстве.

– Куда ты смотришь, Тайдер? – вдруг спросила Афена: от неё не укрылся мой короткий жест.

– Да так… показалось, будто там что-то мелькнуло, – тут же соврал я.

И опять Афена посмотрела на меня, как на опасного типа. Теперь к «извращенцу» добавилось ещё и подозрение на то, что я чокнутый.

Мы поторопились к расщелине, по которой меня привёл Жмот. Лаз преодолели быстро – никому не хотелось оставаться тут ещё хоть минуту. Хорошо ещё, что у меня на голове был фонарь. Насчёт него Афена, кстати, тоже спрашивала, и мне пришлось рассказать про дикарку Нари, у которой я и забрал этот шаманский светильник.

– Дикая стерва, – поморщилась Элегия, но вот Афена ничего не сказала.

Когда же мы вышли в зал, где опять натолкнулись на мёртвые тела грувимов, то на вопрос Афены «А этих тоже я убила?», мне пришлось ответить:

– Нет, этих уже убил я.

Она глянула на меня с опаской и недоверием. Афена ведь ещё не видела оружия Годфреда, поэтому к списку моих недостатков, кроме «извращенца» и «чокнутого», добавился ещё и «маньяк-убийца», а может, и «лжец» или «любитель преувеличивать без зазрения совести».

Обстановку разрядил Мозарт. Он вдруг появился из темноты коридора и объявил:

– Мозарт сделал!

– О, Мозарт! Ты как будто вырос! – Афена отвлеклась от подозрений на мой счёт и поспешила морфи навстречу, будто он был её лучшим другом.

На её объятья Мозарт среагировал хмурым и непонимающим выражением лица. Девушка обернулась, посмотрев на меня, и спросила:

– А где Кэйнич?

– Он ранен, – ответил я, не вдаваясь в подробности.

Она покачала головой.

– Мне так жаль, что всё это случилось. Какое-то странное стечение обстоятельств.

Я же глянул на морфи:

– Он ещё живой? Тот, кого ты отнёс.

– Мозарт унёс ещё живого, но Мозарт не знает, живой ли он сейчас, – ответил морфи равнодушно. Лично ему было плевать на Кэйнича.

Мы поспешили к той самой пещере, где случился бой со слугой-опорой бога. Проходя по ней, я ощутил, как по спине снова ползут неприятные мурашки.

Мозарт помог нам подняться наверх по лазу, и вот мы наконец оказались на улице. Был уже поздний вечер. От прохладного ветра меня сразу пробрал озноб, но не успели мы показаться на поверхности среди камней, как где-то неподалёку закричали:

– Здесь! Здесь!

Поисковая группа увидела луч моего фонаря, ну а через несколько минут нас уже окружили люди из Гильдии. На их лицах читалось одно: что они уже не надеялись нас найти и похоронили в этих проклятых пещерах. Тем более после того, как им принесли израненного до полусмерти Кэйнича.

Когда мы спустились в низину, к озёрам, то там нас встретила уже кириос Хан. На её суровом лице почти не проявились эмоции. Она окинула нас троих мрачным взглядом и сообщила:

– Врачеватели Корпорации Торговли и Перевозок осмотрят вас прямо в поезде, у них хорошие специалисты. И приносим извинения за данный инцидент. С Орденом Тайн мы свяжемся и сообщим, что все трое картографов найдены. – Её взгляд смягчился. – И мы рады, что вы в порядке.

– А Мария? Вы её нашли? – спросил я.

– Да, мы нашли Марию у подножия горы, она звала на помощь. Сказала, что пришла туда сама, и что вы, господин ЛасГален, спасли ей жизнь, а сами отправились искать дальше. Мария уже перевезена к нам в Агору, ей залечивают рану на бедре. Потом девушка будет доставлена в Гипериос. Так же наши врачеватели борются за жизнь кириоса Кэйнича. Он вернётся позже… если выживет, конечно. И мы благодарны… э-э… Мозарту, что он доставил кириоса. А сейчас нам лучше поспешить и покинуть эти неспокойные места. Да и судя по расписанию поездов, должна скоро прибыть «Белая стрела», на которой вы отправитесь домой. В Агору не приглашаю, потому что там вам оставаться опасно. Лучше быть под защитой Корпорации, в поезде.

Никто спорить не стал.

Мы уселись в уже знакомый мне джип, на котором приехали сюда с Кэйничем и Хан. Мозарт, как всегда, устроился в багажнике.

В машине я сидел рядом с Афеной, но теперь Годфреду не нужно было прятаться, поэтому он забормотал, пока мы ехали:

«Ну и когда ты скажешь ей интересные новости насчёт богини?».

Я поморщился и мысленно ответил ему:

«Подгадаю подходящий момент. В поезде, возможно».

Но в ту минуту, когда джип подкатил к вокзалу, я понял, что вряд ли у меня будет возможность хоть как-то поговорить с Афеной в ближайшее время, потому что там нас встретила целая делегация из Корпорации Торговли и Перевозок.

Когда двери машины распахнулись, и мы вылезли, грязные и воняющие всем, чем только можно, вокруг заиграла музыка – та самая, умиротворяющая, какую уже включали во время нападения на поезд. Несколько человек в белых одеждах проводили нас до платформы и подарили каждому по букету цветов.

Там уже ждали и остальные ученики: Декс Гарнек, Квин и Кайла Сише. Их осталось трое, потому что Прима и Якоби уже увезли в Агору.

Кайла Сише, увидев спасённую сестру, кинулась к ней.

– Эл! Эл! – Девушка стиснула сестру в объятьях. – Эл! Я чуть с ума не сошла!

А вот Элегия среагировала странно. Она нахмурилась и будто даже удивилась такому проявлению чувств младшей сестры, но в итоге всё же обняла её, потому что все смотрели и умилялись.

Ну а потом появился скорый поезд.

Платформа под ногами задрожала, на горизонте возник белый состав, а уже через какие-то считанные секунды перед нами остановился тот самый вагон, в котором мы приехали сюда. Под номером сто семнадцать.

Двери вагона разъехались, и на пороге нас встретил проводник.

Тот же самый засранец, который раздавал напитки и говорил про «не ваше собачье дело, не-гражданин ЛасГален».

Он широко и доброжелательно улыбнулся и объявил:

– Господин ЛасГален! Корпорация Торговли и Перевозок почтёт за честь предоставить вам свои услуги! Сто семнадцатый вагон и вагон-ресторан в полном вашем распоряжении!..

Книга 2. Эпизод 3.

Проводник был таким наигранно радушным, что хотелось его ударить.

«Господин ЛасГален».

Ну надо же. С чего вдруг такие изменения? Статус гражданина я ещё не получил, чтобы в поезде Корпорации мне так улыбались.

Я смерил проводника мрачным взглядом, но его это нисколько не смутило – он продолжал улыбаться, будто я единственный во всём мире, кого он безумно рад видеть. Даже его зачёсанные назад и прилизанные гелем волосы блеснули в свете ламп, будто от радости, а фиолетовый магический фон за плечами стал густым и плотным.

– Проходите, господин ЛасГален, прошу вас. – Проводник сделал приглашающий жест. – Этот вагон только для вас, со всеми необходимыми удобствами. Остальным пассажирам подготовлен общий вагон под номером сто девятнадцать.

Афена непонимающе уставилась на меня, да и все остальные студенты недоумевали, почему Корпорация Торговли и Перевозок вдруг оказала мне такую честь.

– Наверное, это из-за спасения картографов, – прошептала Кайла Сише.

– Не только, – покачал головой Декс Гарнек. – Это ещё и из-за его божественного оружия. После такой демонстрации на тренировке все просто охренели.

– А ещё Тайдер и Мозарт спасли кириоса Кэйнича, – добавила Квин.

– Прошу пройти вас в вагон, господин ЛасГален, – повторил проводник. – Поезд скоро отправится. Сами понимаете, опаздывать мы не имеем права.

– А для Мозарта вы тоже отдельный вагон подготовили? – поинтересовался я, всё ещё стоя на платформе.

Вообще-то, это был сарказм, но проводник ответил, не моргнув глазом:

– Конечно, господин ЛасГален. Для него подготовлен соседний вагон, сто восемнадцатый, если вы не против.

Я покосился на Мозарта, что стоял с равнодушной физиономией. Вот это поворот, однако!

– Мозарт должен быть со мной, – сказал я. – И принесите ему напитки.

– Как скажете, господин ЛасГален. Я подготовлю для вашего слуги почётное место и принесу всё, что необходимо. Только пожелайте.

Я кивнул и глянул на Афену.

– Пойдёшь со мной? Не каждый день не-гражданам предлагают весь вагон-ресторан сразу.

Афена сощурилась.

– Ты предлагаешь мне поменять деревянную лавку в углу возле туалета на вагон-ресторан? Даже не знаю, что и выбрать.

Элегия подтолкнула девушку к вагону.

– Иди-иди! Когда ещё такое будет?

Я посмотрел на остальных.

– А вы что, не хотите? Корпорация платит. Так подкрепимся по полной.

Дважды просить не пришлось.

– Я в деле! – поднял обе руки Декс Гарнек.

– И я! Надо отпраздновать своё спасение! – присоединилась Элегия Сише, затем взяла младшую сестру за руку и добавила громче: – Мы обе!

Квин закивала и тоже пошла с нами.

Не отказался никто. Со смехом и болтовнёй все ввалились в сто семнадцатый вагон, потеснив проводника. Тому лишь оставалось принять факт, что вместо меня и Мозарта он будет обслуживать ещё пятерых.

В итоге в нашем распоряжении оказались сразу три вагона и ресторан в самом дорогом поезде Корпорации.

Но, если честно, мне было не до развлечений. Сначала хотелось помыться и переодеться. И не только мне одному. Афена и Элегия тоже были бы не против – все мы выглядели сейчас не лучшим образом.

Пока Декс, Кайла и Квин шумно обсуждали, что закажут в ресторане, я отправился в ванную комнату. Да, такая тут тоже имелась. Раз нам обещали все удобства – то это были реально все удобства. Душ, свежая одежда и даже парфюм на любой выбор.

Я уже давно мечтал стянуть с себя мокрую и вонючую одежду, поэтому сразу же этим и занялся, всучив свой букет от Корпорации Кайле Сише.

Та даже порозовела от благодарности, но я тут же урезонил её, добавив:

– Подержи пока у себя, если не сложно. Потом заберу. Сестре подарю. Вряд ли она такие букеты видела.

– Оу… конечно… – Она замялась.

Оставив её с букетом посреди вагона, я наконец закрылся в ванной и первое, что сделал – это уставился на себя в зеркало.

Лучше б я этого не делал.

Физиономия в брызгах крови и пыли, на лбу приличная ссадина, нос и щека исцарапаны, на шее порез уже с запёкшейся кровью, а волосы торчат сосульками и пропитаны пещерной влагой и слизью грувимов.

«Да ты красавчик», – усмехнулся Годфред.

А мне вдруг стало интересно, как выглядит сам Годфред. Похож ли он на человека или на какое-то животное. Кто он на самом деле? Какое у него настоящее имя? Что это за древнейшее божество такое, что первым смогло вырваться из Альманаха Богини Смерти?

«Много будешь знать, плохо будешь спать, чувак!» – хохотнул Годфред.

«Давай, ты не будешь лезть в мои мысли», – поморщился я.

«Да они сами ко мне лезут. Ну так что? Когда ты нашей несчастной девчонке скажешь про Тхаги?».

– Позже, – шёпотом ответил я. – Дай ты ей хоть немного прийти в себя.

«Какой ты заботливый, посмотрите-ка…».

Я не стал больше его слушать, а отстегнул крепления бронежилета и с облегчением снял. Каким бы лёгким тот ни был, тело всё равно от него устало. Потом убрал с головы кожаный обод с фонарём (он уже полчаса как погас, израсходовав всю свою шаманскую магию).

Тут я вдруг вспомнил про ещё одну шаманскую штучку и достал из кармана мокрых брюк амулет в виде месяца.

«Совиная луна» – так называла его та дикарка. Нари Катьяру. Почему-то это имя хорошо мне запомнилось, врезавшись в память.

Разглядывая амулет шаманки, я надеялся, что Гильдия не будет мстить племени, в котором живёт Нари, и не отправит туда карательную миссию. Пока даже Мария, другая девушка-картограф, никому сразу не сообщила про дикарку, но, скорее всего, ещё сообщит. Да и в том, что меня тоже вызовут на допрос по поводу того, что случилось в пещерах – сомневаться не приходилось. Сейчас же им нужно было в первую очередь увезти нас отсюда.

А ещё Кэйнич.

Он сказал, что не выдаст меня, но мог ли я ему доверять?.. Теперь он один знал мой секрет. Если кириос выживет, то нас ждёт сложный разговор.

Не тратя больше время, я разделся и встал под душ. Здесь даже шампунь имелся, чего я в доме Браны не видел. У нас был только кусок мыла. Блага цивилизации были доступны далеко не всем.

Пока я возился под душем, в ванной внезапно возник Жмот. Очень вовремя, конечно. Зверёк держал в лапе надкусанное пирожное – спёр явно из ресторана.

– Надеюсь, вместо этого пирожного ты не подложил свою фирменную какашку? – спросил я.

Он глянул на меня и тут же прикрыл лапой глаза, а потом согласно кивнул: мол, да, оставил какашку, ну и что тут плохого?

– Быстро забери! – прошипел я. – Живо, мать твою!

Он закивал и моментально исчез.

Я же, тщательно вымывшись, переоделся в свежую военную форму Гильдии – тёмно-зелёную с белыми нашивками и гербом на груди – тремя языками пламени и стрелой, направленной вверх. Затем зашнуровал новые ботинки и причесал волосы.

А потом зачем-то бросил взгляд на полку с парфюмом.

«Ну давай, возьми хоть один флакончик, – сразу включился Годфред. – Нашей девочке точно понравится. Будешь благоухать на весь вагон…».

– Отвали, Годф.

Я ещё раз посмотрел на себя в зеркало, разглядывая ссадину на лбу и порез на шее. Врачеватель бы тут действительно не помешал.

Когда я вышел наконец из ванной, то сразу наткнулся на проводника. Тот ждал меня, стоя по струнке ровно, всё такой же радушный и исполнительный.

– Наш врачеватель-экзорцист ждёт, чтобы осмотреть вас и проверить, не наложили ли на вас карму во время атаки божественных слуг, господин ЛасГален. Я могу позвать его? Вы не против?

Как странно было слышать от него такие вопросы. Он уже дважды спросил у меня, не против ли я.

– Зовите. Только быстрее.

– Сию секунду. – Проводник поднял руку и позвонил в колокольчик.

В вагон сразу же вошёл высокий старик в белой униформе Корпорации, весь обвешанный амулетами. Это был штатный экзорцист, и похоже, довольно высокого мастерства.

Он внимательно посмотрел на меня, его глаза стали белыми, но через несколько секунд приняли свой обычный вид.

– Не вижу на вас кармы, господин ЛасГален. Всё в порядке. Вы чисты перед республикой и законом. Но если хотите, могу произвести и лечение тела.

Ему понадобилось всего минут пять, чтобы на всю катушку использовать силу одного из своих амулетов.

Затем он сунул мне под нос небольшое зеркало, чтобы я увидел результат его работы. Это впечатляло, ничего не скажешь. Он залечил мне порез и ссадину, а от мелких царапин и синяков вообще не осталось даже следа.

– Вы довольны, господин ЛасГален? – поинтересовался экзорцист.

– Отлично, спасибо, – поблагодарил я, быстро глянув в отражение.

Старик кивнул, дежурно улыбнулся и вышел из вагона, но от меня не ускользнул его заинтересованный и даже подозрительный взгляд. Пока он меня лечил, то разглядывал, будто пытаясь угадать, что же я такого скрываю. Цвет его глаз при этом постоянно менялся.

– Вас ждут в ресторане, господин ЛасГален, – напомнил мне проводник и, вдруг понизив голос, спросил: – А ваше уникальное оружие… оно даровано богом? Как вы покорили такую силу?

Я посмотрел ему в глаза и поманил пальцем.

Проводник охотно приблизился и подставил ухо, видимо решив, что сейчас я расскажу ему все свои секреты. Я тоже понизил голос и сухо произнёс:

– Не твоё собачье дело, гражданин проводник. Приятной поездки.

Он отстранился и побледнел.

– Позвольте принести вам извинения, господин ЛасГален.

– Лучше принеси ведро конфет, – отреагировал я.

Его белёсые брови полезли на лоб.

– Ведро?..

– Да. Вы же сказали, что у вас вагон со всеми удобствами. Мне было бы удобно получить ведро конфет для начала. Потом посмотрим. И ещё. Уберите из всех трёх вагонов таблички «Места для не-граждан». Это тоже не очень удобно.

– Э-э-э… хорошо… как скажете, господин ЛасГален… сию секунду сделаю.

Я оставил его озадаченным и отправился в вагон-ресторан.

Кто б знал, что там устроили уже целый пир. Весь вагон был в распоряжении студентов, а значит, столы ломились от еды и напитков. Тут они не стали себя сдерживать и чего только ни заказали. Никаких сухпайков, сублиматов и батата. На подносах лежали мясные котлеты, запечёная рыба, овощи на любой вкус и, конечно, сладости. Очень много сладостей. Подобное изобилие в Гипериосе было доступно далеко не каждой семье.

Судя по реакции на угощения, что-то похожее видели только сёстры Сише. А вот остальные уплетали еду за обе щёки. Квин и Декс ходили от стола к столу и набирали себе в тарелки всё подряд, а потом сразу же пихали это в рот и смачно жевали. Счастливые улыбки не сходили с их лиц.

Увидев меня, они помахали руками.

– Пусть меня порвёт, но я должен это сожрать! – объявил Декс Гарнек.

– Я сейчас лопну, Тайдер! – засмеялась Квин. – Это будет самая счастливая смерть на свете!

Если бы всю эту еду можно было забрать с собой, то я непременно сделал бы это, чтобы от души накормить Брану и Кристобаля (надо будет озадачить проводника ещё раз).

Единственным существом, кого не волновала еда, был Мозарт. Он устроился на диване у окна и наблюдал за ночным пейзажем, хотя там вообще ничего нельзя было разглядеть. Сплошная темень и отблески на стекле от ламп в вагоне. Но морфи смотрел туда безотрывно и будто о чём-то размышлял.

Рядом с ним на столике стояли напитки на разный цвет, все нетронутые. К нему особо никто не лез – в этом всё осталось по-прежнему – но кое-что всё же поменялось: теперь Мозарта никто не опасался и не ненавидел, студенты порой что-то говорили ему, предлагали еду и улыбались, будто он вдруг стал человеком. И не просто человеком, а тем, кому можно доверять.

Сёстры Сише сидели за соседним столиком, с подносом пирожных, и о чём-то болтали. Заметив меня, обе заулыбались.

– Тайдер! – позвала Элегия. – Мы хотим тебе что-то сказать!

Я окинул взглядом вагон, но так и не нашёл Афену. Наверное, застряла в ванной. Хотя та же Элегия уже давно прибрала себя в порядок, раз уничтожила уже половину подноса с пирожными.

Прихватив с собой первый попавшийся бутерброд с котлетой, я уселся рядом с сёстрами Сише.

– Ты нас помирил, – сразу же сообщила Кайла, кокетливо меня разглядывая. – Мы с Эл целых три года не разговаривали. Так уж вышло. Но сегодня всё изменилось.

– Очень рад, – улыбнулся я, кусая бутерброд и стараясь делать вид, что не так уж жутко проголодался, хотя это, конечно, было неправдой.

Жрать хотелось бешено.

В итоге бутерброд уничтожался с большой скоростью.

– А ещё мы тут посоветовались и решили попросить маму, чтобы она поспособствовала тебе на Празднике Морфи. Ты ведь будешь выступать со своим Мозартом на соревнованиях, да?

Я кивнул, тут же вспомнив, что мать этих девушек, госпожа Сише, участвует в организации дуэлей между морфи. Именно она просила меня выступить на разогреве у мастеров-коллекционеров.

– А как именно она поспособствует? – уточнил я.

Сёстры переглянулись.

– Мы просто попросим поспособствовать, а мама уже сама что-нибудь придумает, – сказала Элегия. – Она держит в тайне все детали соревнования, и у неё всё равно ничего не узнать. Она даже нам не рассказывает, поэтому… – Элегия замолчала и уставилась мне за спину. – А вот и Афена.

Я обернулся, дожёвывая бутерброд, но челюсть сама остановилась.

Афена выглядела совсем иначе, чем раньше. И это заметил не только я.

– Она будто сияет, – шепнула Кайла, и в её голосе послышалась даже лёгкая зависть.

Нет, внешне Афена была такой же: зелёная форма Гильдии, светлые волосы строго собраны в шишку, те же синие глаза. Но взгляд стал совсем другим. Более уверенным и твёрдым, что ли. Наверняка, Богиня Смерти внутри неё теперь чувствовала себя лучше и сильнее, а это отражалось и на самой Афене.

– Тайдер, слюни подотри, – захихикала Элегия.

Я нахмурился и дожевал наконец бутерброд, перестав разглядывать Афену и отвернувшись, но девушка сама к нам присоединилась.

Она плюхнулась на соседнее кресло и взяла пирожное с подноса.

– Тайдер, это что-то невероятное. Ну кто бы ожидал, что не-гражданином быть не так уж плохо, правда же?

– Но лучше всё же гражданином, – усмехнулся я.

К нам бесшумно подошёл проводник с подносом, расставил напитки, после чего наклонился ко мне и прошептал:

– Таблички убраны, господин ЛасГален. И ведро конфет ждёт вас в сто семнадцатом вагоне.

«Наверное, уже не ждёт», – мысленно заметил я, представляя, как пронырливый Жмот ворует конфеты и спихивает в карман на брюхе. Это была его заслуженная награда.

В итоге в ресторане мы просидели несколько часов. Обсуждали будущие уроки, состояние Кэйнича, пещеры и тренировку в Красной Пустоши. Порой я косился на Афену и размышлял, где бы лучше ей рассказать про Богиню Смерти. И сделать это так, чтобы никто не пострадал, в том числе, и я сам. В конце концов решил, что в поезде лучше этого не делать, безопаснее сказать в Гипериосе, выгадав подходящий момент.

Потом я пересел к Мозарту.

– Как дела?

Он отвернулся от окна и перевёл взгляд на меня. Его золотистые глаза блеснули.

– Мозарт скучает по небу, – неожиданно признался он.

Я толкнул его плечом.

– Потерпи, ещё успеешь полетать в небе.

Он кивнул.

– Мозарт потерпит.

Я остался рядом с ним, и мы вместе уставились в окно, за которым ничего нельзя было разглядеть. Именно так я себя и ощущал, будто ехал в неизвестность, в темноту – туда, где может быть всё, что угодно.

Где-то через час Афена подошла к нам и спросила:

– Не подскажете, господа, где тут места для не-граждан?

Я усмехнулся и подвинулся.

Она уселась рядом, откинувшись на спинку дивана, и прикрыла глаза.

– Ничего, что я тут посижу? Мне с вами как-то спокойнее.

Всё оставшееся время до нашей станции Афена просидела возле меня, пока не уснула. Я всё ждал, что появится Тхаги, но она решила не выдавать себя. Афена мерно сопела, погрузившись в сон. Наверное, впервые за последнее время её не беспокоила Богиня Смерти, которая пыталась вырваться.

Когда же поезд наконец прибыл на станцию «Гипериос», то голова девушки уже покоилась на моём плече, на что Годфред, конечно, не забыл отреагировать:

«А я уже говорил, как славно ты прибрал к рукам Богиню Смерти?».

«Ещё не прибрал», – возразил я мысленно

«Ага, конечно. А кто у тебя на плече спит? Дело почти в шляпе, чувак». 

«До этого ещё далеко, Годф. То, что мы оба не сдохли – это пока единственное наше достижение. Но дальше всё будет только опаснее».

«Пф-ф. Парню с прозвищем Ангел Смерти можно пока расслабиться».

Годфред усмехнулся и смолк.

Ну а я разбудил Афену, и, собравшись, мы вместе пошли к выходу. За нами последовал проводник. По моей просьбе он всё же упаковал несколько блюд с собой и даже пирожные. Затем дождался, когда остальные отойдут подальше, и тихо сказал мне:

– Надеюсь, поездка вам понравилась, господин ЛасГален?

– Да, вы очень старались.

Его дежурная улыбка исчезла, и он посмотрел на меня уже не как сотрудник Корпорации, а просто как человек.

– Меня зовут Филипп Кристо, я маг-усилитель третьего яруса мастерства, живу в Землях Заката, в столице, но очень редко покидаю этот поезд. Это мой второй дом. Буду всегда рад видеть тебя у себя в гостях. – Он подал мне буклет от Корпорации. – Главное, всегда помни точное расписание поездов Транспортного Кольца. Будь в нужное время в нужном месте. Это может спасти тебе жизнь.

Я заглянул ему в глаза.

– Что ж, спасибо, Филипп Кристо. Я это учту.

Забрав буклет, я кивнул проводнику и вышел из вагона последним. Двери за мной закрылись, и поезд отправился дальше по своему бесконечному Кольцу.

Я посмотрел вслед удаляющейся в ночи «Белой стреле» и нахмурился. Странное возникло ощущение. Уверенность, что это дерьмовое будущее, в котором я оказался, ещё можно поменять. Да, уверен, что можно. Главное, начать.

И начну я с обмена хотя бы одного мута-алмаза уже завтра утром…

Книга 2. Эпизод 4.

Гипериос встретил нас ночным туманом с моря и тишиной.

На улицах было пусто, лишь тускло горели фонари на столбах.

У северных ворот нас встретили представители Гильдии и Ордена Тайн. Им уже доложили, что случилось в Землях Рассвета, поэтому, стоило нам сойти с поезда, как мы оказались в плотном окружении вооруженных людей.

В их сопровождении мы и вернулись в город.

Затем каждого проводили прямо до дома. Я, Мозарт и Афена отправились вместе, а с нами пошли четверо магов из Гильдии и двое из Ордена Тайн. Одного из сопровождающих я сразу узнал. Это был лысый верзила, ближайший помощник Кэйнича. Правда, такая свита больше походила не на охрану, а на конвой.

Чтобы не вызывать лишних вопросов и подозрений, мы с Афеной не обмолвились ни словом, лишь порой коротко переглядывались.

У дома ЛасГаленов от нас наконец отстали, но, как я и ожидал, не забыли сообщить про допрос.

– Позже мы вызовем вас в отделение Гильдии на беседу, будьте готовы, – сказал вместо прощания лысый верзила.

Видимо, в отсутствие Кэйнича он брал на себя его обязанности.

– А учёба? – спросил я.

– На время отсутствия кириоса я буду замещать его. Уроки начнутся послезавтра. Расписание можете уточнить у госпожи Кольб.

Когда они наконец оставили нас в покое, мы вошли в дом, и первое, что услышали:

– Хвала Одинай! С вами всё в порядке!

Брана бросилась нас обнимать, даже Мозарта не обошла стороной. Неожиданно он отреагировал – похлопал Брану ладонью по плечу и многозначительно кивнул, от чего та открыла рот от изумления. Вечно равнодушный морфи вдруг проявил дружескую эмоцию!

 Кристобаль же, не обращая на Мозарта внимания, сразу предложил нам перекусить жареным бататом.

– Вы, наверное, голодные?

– Не совсем, – улыбнулся я и поставил на стол в гостиной пакет с упакованной едой из поезда. – Тут вам гостинцы от Корпорации Торговли и Перевозок. Если вы не на диете, конечно.

Я вручил ошарашенной Бране ещё и букет. Он, правда, подвял немного, но всё равно произвёл впечатление.

– Ты где это взял?.. – Она вытаращилась на меня, прижав букет к груди. – Это тоже от Корпорации? Он же такой дорогой!

Её радость тут же сменилась подозрением.

– Ты опять вляпался в неприятности, Тайдер? Признавайся!

За меня вступилась Афена.

– Он всего лишь спас нашего кириоса от смерти и нашёл похищенных картографов, в том числе, и меня.

Брана нахмурилась и посмотрела на Мозарта, будто среди нас ему одному можно было доверять.

– Мозарт, твой хозяин действительно сделал это?

Тот кивнул.

– Хозяин сделал. Мозарт свидетель.

Но даже после этого Брана никак не могла поверить в происходящее.

Афена улыбнулась, взяла пакет с едой, затем ухватила Брану за руку и повела на кухню.

– Пойдём лучше всю эту вкусноту по тарелками разложим. Там даже пирожные есть. Ты ела раньше пирожные?

– Н-нет… – выдавила Брана и послушно отправилась на кухню, на ходу оглядываясь на меня.

Внезапно в гостиной появился Князь Тьмы. Кот уже собрался по привычке кинуться хозяйке на руки, но вдруг встал, как вкопанный, а потом зашипел на неё и скрылся с тенях.

– Эй! Князь! – забеспокоилась Афена. – Что с тобой, мальчик? Эй! Мы вкуснятину привезли!

Но кота и след простыл. Может, он Богини Смерти испугался?..

Когда девушки ушли, Кристобаль хлопнул меня по плечу и усмехнулся.

– Значит, мой батат тут нахрен никому не нужен, да? – Он посмотрел Афене вслед. – А что с ней случилось? Она какая-то… другая.

– Да вроде та же. – Я пожал плечами.

– Ага, сочиняй мне сказки. Между вами что-то было?

– Между нами была еда. Её было так много, что я даже соскучился по твоему батату. Он лучший.

– Ладно, брат, ты очень хитро спрыгиваешь с темы. – Крис посерьёзнел и тихо добавил: – Пока вас не было, к нам приходили братья Афены, Чез и Таурон. Оба злые были, тебя искали. Наверное, за сестру беспокоились.

– А меня зачем искали?

– Не сказали. Чез был молчаливый и смирный, что на него совсем не похоже, а вот Таурон, наоборот, всё не мог успокоиться. Говорил, что Афену надо быстрее от нас забирать. Выяснял, не вредит ли ей Мозарт. Ну и ты заодно. На тебя он особенно злился.

Ну вот, приехали. Ещё и с братьями Афены разбираться, а проблем и так выше крыши.

В эту ночь я успел поспать всего часа три, и это был беспокойный сон. Мне снилось, что я снова еду на поезде, он раскачивается так сильно, пока не опрокидывается, а потом ко мне подходит проводник, улыбается и говорит: «Ты всё-таки опоздал, не-гражданин ЛасГален, а ведь я говорил тебе быть в нужном месте в нужное время».

Сон был такой правдоподобный, что, проснувшись, я ещё несколько секунд приходил в себя.

Утром мы позавтракали остатками еды из поезда и отправились каждый по своим работам. Брана – в транспортный отсек; Крис – в столовую Пикарда; Афена – в Орден Тайн; ну а мне надо было в магазин Хартога.

Но прежде чем уйти, я дождался Афену на крыльце �