Князь Сибирский. Том 2

Глава первая

Спал я плохо. Можно сказать отвратительно. Всю ночь почему-то снился сон, что за увозящим меня такси, бежит Роза Ковалева, бабка Даны. Может хочет догнать и отчитать меня за внучку, а может что-то еще. Но как всегда и бывает во сне, ощущение, что меня вот-вот поймают, тягостное и неотвратимое, мешалось с восторгом от вечера, проведенного с Даной. В такие моменты я просыпался и долго не мог уснуть, ворочаясь.

Неудивительно, что к четырем утра, когда должен был состояться наш выезд, я оказался полностью разбитый и в отвратительном настроении.

Меня разбудил будильник, заведенный мной на минус полчаса к отъезду, но все это время вместо того, чтобы собираться я провалялся в кровати в полузабытье.

Ровно в четыре утра за мной зашел Вениамин. Увидел меня в таком состоянии, и спросил:

– Переживаешь?

– Типа того, – нервно ответил я.

– Не бойся, справишься. Мы будем контролировать весь процесс. Помогать не станем, не положено, но умереть не дадим, если что.

– И на том спасибо.

– Да не за что, – усмехнулся Вениамин, связав мое состояние с волнением по поводу испытания.

Да, наверное, кто-то бы и волновался, когда узнал, что ему предстоит сдать экзамен на шестой ранг, но я об этом даже не думал. Сомнений у меня не было, а вот волнений из-за Даны хоть отбавляй. Причем я даже не мог понять, что с этим всем не так.

Мы погрузились в просторный автобус, ожидающий нас у выхода с территории. Кроме меня и Вениамина в салоне оказалось еще пять магов. Всех их я знал, но никогда особо не общался. Кто-то из них был в том отряде, что привезли нас около месяца назад в особняк к княгине Смирновой, кого-то я встретил уже в школе в качестве преподавателей.

Все пятеро тепло поприветствовали моего наставника и кивнули мне. Более того, все пятеро как-то немного странно на меня смотрели. Не знаю, что именно мне не понравилось, но что-то было не так. А может быть это, всего лишь, мой недосып?

– Сейчас едем сто сорок километров на север. Там, немного не доезжая до берега моря, размещена наша полевая база. Пересядем на снегоходы и двинем дальше на север, – рассказывал мне Вениамин, когда автобус тронулся. – Для нас там уже все готово. Так что переобуемся быстро. На снегоходах преодолеем еще сто двадцать километров и окажемся недалеко от тропы конгуров. Она проходит по льду, но мы остановимся на берегу. Доберешься до воды, не переживай там сплошной лед, пешком. Дождешься тварь, приманишь ее к себе, замочишь и все испытание. Мы будем недалеко, по условиям боя примерно в пятистах метрах от тебя. Так конгур нас не воспримет, как угрозу, но в случае чего сможем уничтожить монстра, если у тебя что-то пойдет не так. Все понятно?

– Понятно, – через силу осознавая, что мне говорят, произнес я.

– Поспи эти полтора часа, пока будем ехать до базы. Ты какой-то не свежий.

Я кивнул и отвернулся к окну в надежде немного подремать. Едва отвернулся тут же вырубился. Полагаю, что Вениамин мне помог. Потому что состояние было не то, чтобы вырубаться.

Мне казалось, едва я уснул, и сразу же проснулся. Но за окном все поменялось. Вместо заснеженных обочин и серого асфальта впереди был лишь совершенно белый снег, различимый через лобовое стекло. Чувствовался морозец. Боковые окна автобуса затянуло узорами, хотя в салоне было довольно тепло.

Автобус стоял неподвижно. Я проснулся и понял, что упираюсь лбом в стекло. Холод проникал в мозг и казалось мысли замерли. Сев прямо, я первым делом осмотрелся. Маги сидели в автобусе и тихо о чем-то переговаривались.

Я покарябал стекло и сковырнул ногтем наросший за время моего сна иней. В прозрачные полоски, оставленные ногтями, тоже были видны белые сугробы.

– Проснулся? – довольно спросил Вениамин. – Давай, вставай, прибыли.

– Угу, – пробормотал я.

– Идем!

Весь народ разом поднялся и двинулся на выход. Я задержался дольше всех и вышел последним. Дыхание тут же перехватило. На улице было не выше минус двадцати пяти.

Немного впереди по ходу движения автобуса виднелся полукруг теплого ангара. Серебристые ребра конструкции выделялись на белом фоне.

– Нас там ждут, – произнес Вениамин и помахал рукой.

Ворота ангара начали открываться. Точнее, сдвинулась одна створка. Мы направились туда. Вениамин вышагивал впереди. Следом двигалась пятерка магов. Последним плелся я.

В ангаре стояли семь снегоходов. Шесть из них были обычными, такие я видел и даже ездил, когда мы сбегали с каторги. Седьмая машина оказалась немного другой. Более мощный и крупный корпус оканчивался прицепным устройством, за которое был зацеплен не совсем понятный мне агрегат. Походил он на невысокую будку на лыжах. Высотой в полтора метра, столько же шириной и около двух метров длиной. Верхние углы прицепа были усеченные, в них виднелись небольшие окна, смотрящие вверх. Отсюда сложно было сказать, что там внутри.

Вениамин подошел и похлопал прицеп по боку. Вдоль длинной стороны виднелась тонкая щель, обрисовывающая дверцу, открывающаяся на манер кухонного ящика вверх или вниз.

– Интересно, что там? – хитро спросил Вениамин.

– А что-то должно быть? – вопросом на вопрос ответил я.

– Не знаю, но вдруг. Это для тебя, но я бы предпочел открыть этот ларчик уже на месте.

– Как скажешь, – мне действительно было пофиг.

– Значит так и поступим, – улыбнулся Вениамин.

Он уселся за руль снегохода с прицепом, а все остальные расселись по обычным машинам. Мне досталась последняя. Я никуда не спешил.

– Тронулись! – крикнул Вениамин, натянув балаклаву на лицо.

Все последовали его примеру. Я нащупал свою теплую маску в кармане и надел ее под меховую шапку, что мне выдали еще в автобусе. При том, что мой плащ порядком утеплили подкладкой еще в столице. Теплые перчатки довершили мой образ перспективного мага-новичка.

Снегоход бесшумно тронулся. Я встроился в колонну последним, но меня тут же пропустил вперед один из магов и встал в колонну замыкающим.

Перед глазами потянулись унылые белые километры. Предусмотренные в комплекте очки пригодились. Иначе бы снег от идущих впереди снегоходов мгновенно залепил бы глаза. Но наше снаряжение было продуманным и все моменты учтены.

За весь путь мы останавливались только два раза. Один раз быстро справили нужду, второй – устроили небольшой привал с распитием горячего чая из термоса, который Вениамин достал из небольшого отделения в своем снегоходе.

– Точно не хочешь знать, что внутри? – вновь спросил Вениамин во время привала.

– Что в коробке?! Что в коробке?! – картинно изобразил я поведение героя одного из фильмов своего прошлого, но конечно же, никто не понял этого прикола и никак не отреагировал.

Вениамин странно посмотрел на меня, а я вдруг представил, что в этом огромном ящике лежит мертвая Дана. Меня аж передернуло, но я убедил себя, что этого не может быть и, отбросив всякие сомнение, отказался от вскрытия загадочного ящика.

Мы продолжили путь на этот раз уже до финальной остановки.

Расположились лагерем, расставив снегоходы кольцом. Внутрь Вениамин загнал свой прицеп и отсоединил его от фаркопа.

– Итак, – начал он. – Через час рассветет. После этого ты пойдешь туда, – он указал рукой направление. – И приманишь монстра. Дальше можешь делать с ним, что хочешь. Но главное, он должен умереть. После этого мы проверим результат, и ты получишь подтверждение шестого ранга. Конгура можешь приманить этим.

Вениамин сунул мне в руку красную тряпку размером с большой носовой платок. Что-то похожее бугай засунул мне за пояс на каторге.

Я взял тряпку и положил ее в карман.

– Отлично! – подытожил Вениамин. – А сейчас самое приятное. У тебя еще есть час, чтобы немного подзаправиться, так сказать. Это привилегия для перспективных магов, именно таким тебя считает семья Смирновых. Никогда не забывай об этом и о том, что мы для тебя сделали! И вот тебе наш подарок.

Вениамин подошел и, щелкнув замками, откинул дверцу прицепа.

Все пространство внутри было выстлано теплыми и мягкими шкурами, а на них лежала абсолютно голая девушка. В глазах девушки был одновременно и испуг, и полное непонимание происходящего. Это явно была не одна из тех городских фиф, что притаскивали мне в последнее время.

– Забирайся! Чего застыл? – рассмеялся Вениамин. – Можешь там даже закрыться, подглядывать не станем.

Вокруг раздались ободряющие восклицания и смех других магов.

– Давай-давай! А то замерзнет бедняжка! – подбадривали меня.

– Смотри у нее и так все торчком от холода! А может она просто тебя так хочет!

Я смотрел на бедную девушку, которая с каждой секундой все меньше и меньше понимала происходящее. Это легко можно было понять по ее взгляду: затравленному и испуганному взгляду зверька, желающему спрятаться в норку. Она подняла руку стараясь прикрыть обнаженную грудь.

– Кто она такая? – хрипло произнес я.

– Да какая разница! – воскликнул Вениамин.

– Она напугана! – возразил я.

– И что? От этого только лучше! Поверь! Гормонов будет столько, что сила сама попрет из тебя. Конгура не так просто одолеть. А это тебе сильно поможет.

Я подошел к прицепу и взглянул на девчонку. Она была хороша. Ладная фигурка, красивая мордашка. Я протянул руку и захлопнул дверцу.

– Обойдусь без такого непотребства, – произнес я, зло уставившись на Вениамина. – Что это за хрень?! Нафига ты это сделал?

– Ты чего? Обиделся что ли? – рассмеялся мой наставник. – Такое положено тебе по статусу. Привыкай.

– Не собираюсь, – рыкнул я.

– Ты не сильно много на себя бери, – зло произнес Вениамин. – К тому же, если её сюда притащили, то все равно воспользуются. Не ты, так мы. Зря что ли ее из бара забрали. Она вообще лыка не вязала. Сидела одна. Даже не понимала, что с ней происходит. Её привезли сюда, протрезвили и преподнесли тебе в качестве презента. Будь признателен за такое семье! Завтра отправим ее домой. Подумаешь, немного попользованную.

Вокруг снова захохотали.

Я начинал звереть. Быть может, до вчерашнего дня я бы и не ожесточился так на этих отморозков. Нет, заниматься с девчонкой сексом я все равно бы не стал, но и от резких высказываний на этот счет мог бы удержаться. Но после вчерашнего дня с Даной во мне что-то изменилось. Я не мог спокойно отнестись к таким поступкам.

– Если кто-то из вас тронет её, я вернусь, и этот человек разделит судьбу конгура. Всем ясно?! – вопрос я задал сразу всем, но они только рассмеялись в ответ.

Ну еще бы. Новичок еще не получивший шестой ранг угрожает тем, кто уже давно перешагнул эту черту.

– Не переживай, до твоего прихода не станем с ней ничего делать, – заверил меня Вениамин, усмехнувшись.

– Хорошо.

Я развернулся и пошел в указанном направлении. Туда, где проходила тропа конгуров.

Идти мне было около полукилометра, но я понимал, после такого мне еще стоило прийти в себя. Никак не мог понять, какого хрена они это сделали? Зачем притащили эту девчонку сюда. Зачем такую, которую может никто и не хватится? Не зря же она сидела одна. Не зря же они ее искали. Ну, так зачем?

Сзади раздались громкие веселые возгласы и какие-то крики. Я не сразу понял, что там происходит. За время своих размышлений я удалился от стоянки метров на триста. Если честно, то в предрассветном сумраке я успел увидеть тропу. Огромная натоптанная дорога. Снег, утрамбованный сотнями гигантских лап. Уходящая с запада на восток широкая тропа. И силуэт конгура, медленно плетущегося примерно в километре слева.

И вот эти крики. Я обернулся. В мою сторону кто-то двигался. Бегом. Тонкая изящная фигурка. Они что совсем охренели?!

Девушка бежала, а вслед ей неслись крики и смех. Она преодолела уже половину пути между мной и теми отморозками, которых я до этого воспринимал, как товарищей. Сумерки скрывали детали. Но вдруг все разом прояснилось.

Девчонка бежала практически голой. Единственное что добавилось на ее теле – нижнее белье. Лифчик и трусики. Все кружевное ярко красного цвета. Черт! Дебилы!

– Ушлепки! – крикнул я, – Суки!

Меня аж затрясло от увиденного.

Девушка подбежала почти вплотную ко мне. Я попытался схватить ее, но она увернулась и понеслась дальше. В глазах было безумие, рот приоткрыт и оттуда текли слюни. Она явно была под внушением.

Девушка пробежала мимо, а я только и смог что смотреть ей вслед. Нет! Нельзя, там же конгур. Я бросился за ней. Надо как можно быстрее поймать ее и закутать в меховой плащ. Может быть, монстр не успеет заметить ее яркого наряда?

Я глянул вперед и понял, что опоздал. Гигантская макака неслась в нашу сторону огромными прыжками. Сколько ему нужно, чтобы преодолеть километр?

Девушка бежала вперед, я за ней, а в голове лишь одна мысль. Выживу, убью! Всех их!

Я уже почти догнал девчонку, когда она пришла в себя. Встала, как вкопанная, заметив конгура, и заорала в голос. Я вдруг заметил, что мы давно уже бежим по льду, рассеченному крохотными острыми, как лезвия льдинками. После каждого шага за девушкой оставался окровавленный след. Она изрезала ноги в кровь и даже не заметила этого. Там, где она сейчас стояла натекла уже порядочная лужица крови.

– Беги сюда! – крикнул я на ходу. – Ко мне!

Девушка обернулась с безумными от страха глазами, но вместо того, чтобы броситься ко мне, побежала в сторону.

Я срезал путь и сильно приблизился к девчонке. Не знаю, как ей удавалось так быстро двигаться, но она была шустрой.

Еще немного и она снова ускользнет от меня. Я постарался вызвать покалывание в пальцах, но сходу мне это не удалось. Лед уже начало потряхивать – конгур приближался.

Я прыгнул и сбил глупую девчонку с ног. Она упала, прокатилась полметра по льду и замерла, тут же начав трястись от рыданий. Сорвав с себя плащ, я накрыл им девушку, перевернул и завернул полностью. Не на льду же ей лежать. Заодно сделал так, чтобы алое нижнее белье ни при каких условиях не высовывалось из-под плаща.

Выхватил из кармана красный платок. В этот момент возникло покалывание. Я коснулся виска девушки рукой заставив ее отключиться. Выпрямился, глянул в сторону конгура. До твари было не больше трёхсот метров. Я развернулся и рванул ему навстречу, размахивая платком.

– Сюда, мудак! Давай ко мне! Я тут! – орал я, не сильно отдавая себе отчет в том, что он меня не понимает.

Мой остервенелый бег ничто против гигантских прыжков этой волосатой обезьяны. Но мне все же удалось отбежать метров пятьдесят от лежащей на снегу девчонки.

Остановился, сосредоточился и почувствовал, как гнев, пережитый за последние минуты, сконцентрировался у меня где-то в правом кулаке. Я сунул его вперед и закричал.

Огромная толстая молния сиреневого цвета и такая ветвистая, что хоть Тором называйся, протянулась между моим кулаком и грудью конгура, застав его в воздухе.

Монстр взревел и застыл, словно на невидимую стену напоролся.

Заскрёб по дымящейся на груди шерсти когтями, пытаясь погасить сиреневые искры и разряды, расползающиеся вокруг огромной раны.

– Ага! Огреб! Давай сюда! – крикнул я и помахал красным платком.

Конгур наконец-то обратил на меня внимание. Повернул ко мне свою уродливую морду и, зарычав, бросился на меня. Его бросок был быстр, но я оказался проворней.

Я отскочил, как мог далеко, вытянувшись щучкой в броске. Упал, покатился по снегу, почувствовав, как дрогнул лед. Конгур приземлился там, где я стоял несколько секунд назад.

Лежа на спине, я резко вытянул оба кулака вперед. Лишь бы мой внутренний Пикачу не подвел. Желтая мышь оказалась на высоте. Две молнии выстрелили одновременно и угодили твари в голову. Одной молнией снесло половину черепа, а второй опалило шею. Монстр замычал. Я думал, что он уже готов, я же видел, как у него осталось только половина головы. Но, видимо, ему и столько хватало.

Я едва успел снова прыгнуть. Но тварь половиной головы думала лучше, чем целой. Она сделала небольшую паузу, выждав, когда я уже приземлюсь, и мгновенно взмыла в воздух. Да так высоко! Не думал, что конгур способен так подпрыгивать.

Попытавшись встать, я грохнулся обратно. Конгур словно завис в воздухе. Подо мной было что-то скользкое. Я глянул вниз. Кровь. Мы сейчас были на том месте, где стояла, замерев девчонка, а с ее ног текла кровь. Черт!

Мой крик сам по себе мог бы сдвинуть гору, но не тушу конгура. Зато выпущенная молния помогла немного изменить траекторию и оттолкнуть гигантскую обезьяну чуть в сторону. Ровно настолько, чтобы огромная лапа не раздавила меня. Конгур грохнулся на лед и тот затрещал.

Пронзительный треск ломающейся кристаллизованной воды оглушил меня на мгновение. А потом я понял, что погружаюсь в ледяную черноту.

Холодная вода обожгла легкие, мгновенно сковала мышцы. Я вынырнул, но никак не мог вдохнуть. Разевал рот, но легкие не слушались. Саданул кулаком себя по груди, и наконец удалось втянуть воздух. Со свистом, нехотя он вошел в меня и обжег так, что я стал выкашливать его, боясь порвать все легочные клетки.

В огромной проруби конгура видно не было. Я огляделся. Ближайший край льда был совсем рядом. Три гребка и я у него. Не знаю, как я смог, но выкарабкался на твердую поверхность. Сколько прошло времени я даже не представлял. Задубели не только мои мышцы, но похоже и чувство времени. Мне казалось, что прошло уже несколько часов, но прекрасно понимал, что это невозможно. За такое время я бы просто умер от переохлаждения.

Сев на лед, я принялся растирать тело, как мог. Мне нужно было хотя бы немного согреться, чтобы что-то предпринять. В пятидесяти метрах от меня лежала девчонка, закутанная в мой плащ. Я мог согреться об ее тело, да и плащ бы не помешал. Но до нее надо еще добраться. Ползком. Иначе никак. Я старался взбодрить себя. Влить адреналин в кровь. Черт! Пара кубиков этого вещества, и я бы скакал здесь, как заведенный.

За моей спиной что-то происходило.

Я едва смог обернуться. Вода в огромной проруби закипела и фонтан черной крови выплеснулся вверх вместе с прозрачной жидкостью. Гигантский плавник показался над поверхностью, а затем и пасть с огромном волосатым куском мяса в зубах. Кусура рвал конгура на части. Да и хрен с ними! Пусть сами разбираются. Я сомневался, что конгур все еще жив. А значит кусуру ждал пир.

Над поверхностью появился второй плавник. О черт! Да их тут двое!

Плавник скрылся под водой, а через мгновение гигантская голова твари выскользнула из черной от крови воды, осмотрелась своими глазами-блюдцами и замерла, глядя в мою сторону.

Короткий разгон, и кусура резвым дельфиненком выскочил на лед до половины. Разинул пасть и толстым языком лизнул что-то перед собой.

Глаза никак не хотели фокусироваться. Тоже замерзли. Но вдруг я понял, что там нашел кусура. Он шел по кровавому следу, что оставила за собой девчонка, когда убегала от меня в сторону.

Лед затрещал и провалился под тушей монстра. Грррхм! И Кусура ушел под воду. Миг и он снова выскочил на лед, теперь уже в опасной близости от меня, но его огромные глаза смотрели на другую цель. Ту, чью кровь он уже вкусил. Я проследил его взгляд до девушки.

Да вашу ж мать! Сколько можно! Ненавижу отморозков, устроивших все это! Ненавижу эти семьи! Никогда я не стану частью вас! Ненавижу ваши традиции! Я узнаю их все и заставлю забыть о них навсегда! Я создам свой род, если уж у вас нельзя подняться без этого, а может быть изменю здесь всё до неузнаваемости! Но так я этого не оставлю!

Так необходимый мне адреналин выплеснулся в кровь, и я перестал чувствовать холод.

Я шагнул к удивившемуся моему поступку кусуре и коснулся его гладкой холодной кожи. А затем понял, что я должен сделать. Улыбнулся и отправился воздавать по заслугам.

***

К кабинету княгини Смирновой подошел статный высокий человек. Подмышкой он нес небольшую коробочку, о содержании которой Алёна Андреевна знала и ждала его с нетерпением, порой переходившим в неконтролируемые приступы ярости.

Александр уже не первый год работал прислугой в доме княгини и прекрасно знал, чем заканчиваются дни, когда госпожа находилась в подобном состоянии. Статного он впустил в кабинет, едва тот пришел. Впустил и замер снаружи. Сейчас внутри может быть очень жарко.

– Показывайте запись, – приказала княгиня, едва начальник службы безопасности трудового лагеря оказался в кабинете.

– Госпожа, там очень плохое качество. Многое не понятно. Я принес вариант с максимальным увеличением, но все же…

– Да включай ты эту чертову запись! – закричала Смирнова.

Статный подчинился и с минуту возился с оборудованием.

Алёна Андреевна прильнула к маленькому экрану чуть ли не вплотную, и принялась всматриваться в происходящее.

– Откуда велась запись? – уже спокойней спросила она.

– С нашей западной вышки. Как и договаривались с Вениамином, мы были готовы в нужный момент и включили запись. Но увеличение…

– Сама вижу, что запись дерьмо! – снова сорвалась на крик княгиня. – Это еще что такое? – ткнула она пальцем в экран.

– Сиреневое свечение, – уточнил статный.

– Я вижу, что это не твоя жопа! Какого хрена он сделал?

– Похоже, что заставил всех присутствующих смотреть на то, что он делает. Видите, это свечение вокруг голов ваших людей.

– А это Вениамин? – Смирнова снова ткнула пальцем в экран.

– Да, – коротко произнес начальник безопасности.

– О, черт! – воскликнула княгиня. – Бедный. Черт! – глаза княгини полезли из орбит. – Он что скормил его кусуре? За что?

– Понимаете, там была девчонка… это была идея Вениамина. Он ее в жертву хотел…

– Знаю, ваш доклад я уже читала, – чуть успокоилась княгиня. – Но откуда он взял кусуру на берегу?

– Похоже, он притащил его от проруби.

– Но там по правилам не менее полукилометра!

Статный лишь кивнул, досматривая, как размытая фигурка запихивает в пасть кусуре остатки Вениамина. Кусура смиренно жевал, глотал, но даже не пытался напасть на фигурку.

– Твою ж мать! – выругалась княгиня, досмотрев эпизод.

– Что стало с этим кусурой?

– Мы нашли только фрагменты. Там плавник, там зуб. В целом, камера этого не запечатлела.

– Отвратительно! А остальные пять магов? Стояли и смотрели?

– Мы думаем, он взял их под контроль, заставил смотреть, а затем убил.

– Как?! Черт возьми! Как? Это же шесть человек с рангом шесть и выше! Как он это сделал?! – княгиня уже слабо контролировала свои эмоции. – Найти ублюдка! Найти и уничтожить! Нет! Я сама это сделаю! Найти и доставить мне!

Александр слышал, как кричала княгиня и понимал, что ничем хорошим это не кончится. Опять придется тайно вывозить из особняка трупы. И, как всегда, они будут задушены насмерть. Княгиня Смирнова было сильна, а ее дар удушения убивал хоть и медленно, но неотвратимо. Пожалуй, с ней могла соперничать только Роза Ковалева со своим подтвержденным десятым рангом. Но слава богу старой карги тут не было.

Глава вторая

Я знал, что меня станут разыскивать. Провернуть такое и остаться безнаказанным я даже не планировал. Если честно, то сам считаю, что перестарался, но тогда меня просто порвало. То, что они сделали, нельзя было оставлять просто так. Я и не оставил.

Девчонке я, кстати, стер память и довез до города. Наверное, ей будет забавно очнуться посреди рабочих окраин и не помнить ничего за последние пару дней. Но выяснять кто она такая и где живет не входило в мои планы. У меня сейчас и так проблем планировалось столько, что ее заботы меня особо не трогали. Спас и хорошо. Дальше сама. Уверен, справится.

Я одел её в один из меховых плащей, что был на магах Смирновых, подобрав самый близкий по размеру, и теплые ботинки. Не самый лучший видок, но другой одежды у меня не было. Сейчас она стояла на нешироком тротуаре у самой стены какого-то производственного корпуса потерянная, с полным непониманием происходящего в глазах. Я старался не попадаться ей на глаза. Сознание к ней вернулось, и она могла меня запомнить.

Я убедился, что девушка может самостоятельно стоять и отошел в сторону. На улице был день, и я надеялся, что ее никто не обидит. Спустя пару минут к ней подошла женщина и принялась о чем-то говорить. Затем обняла ее за плечи и, качая головой, повела за собой. Вот и хорошо. Теперь я был спокоен.

Я развернулся и пошел в противоположную сторону.

Первой мыслью было отправится к Дане. Адрес я знал, денег еще немного было. Но бежать за помощью к девчонке? Нет, это не про меня. К тому же я боялся ее подставить. Сейчас за контакты со мной могли и голову оторвать. Она, конечно, не абы кто, а Ковалева. Но кто знает, на что способна княгиня Смирнова? Особенно после того, как лишилась шестерых высокоранговых магов. Да к черту их всех!

Для начала я составил план. Мне стоило исчезнуть, а где лучше всего скрыться, как не в белой снежной пустыне. Но была проблема, где там что искать? Где укрыться? Нужно помещение и желательно тайное. А уж чем заняться я придумаю. Точнее мысль уже была. Она как-то сама собой пришла еще в момент восстановления справедливости. Оставалось только все провернуть.

Я вернулся к оставленному в поле снегоходу и рванул на север. С географией этого мира у меня было сложновато, но, к счастью, кое-что я запомнил.

К вечеру мне удалось отыскать то, что нужно. Как? Я начал от Салехарда и прошел той дорогой, по которой меня везли на каторгу к Мироновым. Воспоминания об Олеге и Олесе всплыли сами собой, и я улыбнулся, представив, как удивится Снегурка, узнав, что я натворил.

Уже на закате я обнаружил опустевшую и порядком выстуженную базу пиратов. Практически все оборудование было демонтировано, а гараж пуст.

Я загнал свой снегоход в створки ангара, предварительно вычистив заваленные снегом ворота. Из-за гигантских торосов, скрывающих базу от постороннего взгляда снега было немного, но поработать импровизированной лопатой, сделанной из куска обшивки снегохода, мне пришлось.

Холод и люди Мироновых сделали все что нужно. Базу освободили не только от оборудования, но и от останков пиратов. Теперь в помещении царил сумрак и мороз. У меня не было ни фонаря, ни возможности хоть как-то разобраться с оборудованием базы в темноте. Так что я просто залез в прицеп с меховыми стенками, где совсем недавно провела пару ночей спасенная мной девушка, закрыл дверцу и почти мгновенно уснул. Конечно же, предварительно выгрузив из него три снегохода, которые я смог запихать туда. К моему сожалению, никакого оружия при магах не было. А всех денег, что я нашел в карманах мне едва бы хватило на посиделки в кафе.

Пережитые события не лишили меня сна. Или, скорее всего, просто полностью лишили сил. Если кто-то думает, что после такого будешь страдать от кошмаров, то он не прав. Я просто вырубился и проспал около десяти часов.

А когда проснулся, на улице по-прежнему был сумрак. Оборудование снегохода показывало девять часов утра, и я понял, что у меня впереди целый день. Целый тяжелый день.

Перво-наперво нужно было разобраться с отоплением.

В сером рассветном полумраке я принялся обыскивать базу на предмет куда запихать кристалл, чтобы стало тепло. С инженерными системами в этом мире я был практически не знаком, но надеялся на свою смекалку. Она меня не подвела.

В крохотном помещении в самом дальнем углу ангара, отделенном от основного пространства перегородкой и хлипкой дверцей, нашелся агрегат с пустым гнездом под кристалл. Я был не в курсе, можно ли вставить кристалл, например, от снегохода в гнездо на отопительном приборе и запустить систему, но исследовав устройство гнезда, я понял, что оно по своей сути универсальное. Какое-то мягкое, похожее на резину, уплотнение обжимало кристалл и позволяло пользоваться любым размером аквамарилла от толщины иголки до основательной такой елды, своими размерами, будоражащей воображения плохих девочек.

Сначала я думал воспользоваться кристаллом от снегохода, но понял, что транспорт мне понадобится. Тогда я нашел небольшую панельку на прицепе, что скрывала под собой нехитрую электронику, и извлек небольшой кристаллик оттуда. Воткнул его в агрегат, установленный в ангаре и все «завелось».

– Да будет свет! – громко произнес я в пустоту.

Мигнули прожекторы под потолком, и ангар приобрел рельефность. Сумрак отступил, придав вещам привычный вид. Загудели какие-то приборы, и из решеток, расположенных внизу ребристых стен, пошел теплый воздух.

– Отлично! Пошла жара в хату!

До нормальной температуры было еще далеко, но я чувствовал, как с каждой минутой в это забытое богом логово возвращается жизнь.

Что ж, полдела сделано. Осталось разобраться с водой и канализацией.

Найдя некое подобие кухни, я повернул кран.

– А-а-лиллуя! —пропел я, ощутив на ладони струйку ледяной воды.

Не знаю, как было реализована система и почему она не размёрзлась, но даже в моем мире уже давно придуманы системы позволяющие держать трубы пустыми. А уж в таком мире, где живут в холоде, наверняка какие-то идей возникали, а тут их реализовали.

Повернул ручку крана влево, и вода заметно потеплела. Цивилизация пришла в этот мир. Ура!

Рядом с кухней нашлось и еще одно важное помещение автономной базы. Совсем крохотное, но мне больше и не требовалось. Унитаз урчал бачком, набирая вновь поступающую воду. А чуть позже недовольно изрыгнул из своего нутра поток воды.

– Ahh! Much better! – подражая голосом герою одной доисторической игры произнес я, сделав свое дело.

Вот теперь все. Все работало, но жить здесь одному как-то совсем грустно. Но я и не собирался жить тут один. У меня были некоторые планы по заселению этой пиратской бухты.

Первым делом стоило разобраться с картой, которую я нашел в багажном отделении снегохода.

Никаких навигационных систем в этом мире не было. До космической программы и запуска спутников эти ребята еще не додумались. Кстати, вот и еще одна ниша приложения знаний. Я, конечно, не Циолковский, но начальные знания по физике и аэродинамике я имел. Хвала институту!

Я потратил несколько минут на размышления о том, не стоит ли погрузить этот мир в космический век, но решил, что до этого еще далеко. У меня были планы повеселее, и они были ближе к двенадцатому веку. Но для этого мне нужна была команда.

И ее поиском я и собирался заняться.

Я разложил карту на одной из кроватей, что остались в ангаре. Слава богу, люди Мироновых не стали вычищать это помещение под чистую. Склонившись над черно-белой уменьшенной копией окрестностей, я завис.

Свое расположение я нашел легко. И Салехард, и колония Мироновых имели обозначения на карте. Точно так же, как и Новая Москва. На карте все казалось рядом, но я вспомнил о сотнях километрах белой пустыни, что отделяла меня сейчас от столицы, и по моей коже пробежал морозец.

Эх, где-то там сейчас Дана. Наверняка уже получила информацию о моем поступке. Как она к нему отнесется? Уверен, Смирнова преподнесет его не так, как все было. Скорее всего меня выставят монстром, разделавшимся с шестью магами семьи Смирновых, убивших их особо жестоким способом и скрывшимся где-то. Бедная девочка, если она поверит в это, то ей будет очень тяжело. Она мне поверила, а я учудил такое. Моё сердце сжалось от отчаяния и тоски. Но что мне оставалось делать? Ничего, я найду Дану и все расскажу ей. Все, как было. К тому же девушка играла в моем плане не последнюю роль. Но сейчас я должен был сосредоточиться на другом.

Я вернулся к изучению карты. Меня интересовала одна малоизвестная колония, принадлежащая семейству Смирновых. Ее название и примерное расположение я запомнил специально, как только узнал о распределении.

– Вот ты где! – воскликнул я, найдя на карте нужное название. – Далековато тебя засунули.

Исходя из масштаба карты ехать мне было около двухсот километров. Не так много, но и не мало. С учетом того, что я не представлял смогу ли найти дорогу и, возможно, мне придется ехать, следуя указаниям компаса, я предполагал, что могу потратить на поездку около четырех часов. Четыре туда и столько же обратно. А значит стоило поторопиться.

Вернувшись в котельную, как я назвал помещение, где располагался энергетический агрегат, я нашел панель управления подачей энергии. Кристалл показывал почти половинный заряд. Когда я его вставил на шкале было значительно больше, около шестидесяти процентов. Это означало, что крохотный кристалл от прицепа был не способен обеспечивать энергией эту прожорливую конструкцию слишком долго. Требовалась экономия до тех пор, пока я не раздобуду еще кристаллов.

Я без сожалений выдернул кристалл из гнезда. Пока меня здесь нет, ни тепло, ни свет не понадобятся. Плохо конечно, что снова придется прогревать это помещение, но что поделаешь. Теперь я знал, что достаточную температуру система может набрать за полтора часа. А значит подождем, когда вернемся. Ничего, за полтора часа не замерзнем.

На всякий случай я обшарил все помещение еще раз. Вдруг что-то пропустил. Но нет, ничего. Шкафчики были полностью вычищены, на кроватях не было совершенно ничего. В котельной стоял агрегат и это все, что там было. В санузле унитаз, крохотный умывальник и чуть большего размера душевая кабинка. В гаражной части ангара сиротливо приютились три снегохода, прицеп и мой снегоход-монстр. Он действительно был значительно крупнее и мощнее трех своих товарищей. Зато легко мог тянуть прицеп, да и сиденье было рассчитано на двух человек.

На всякий случай я вынул кристаллы изо всех снегоходов. А тот, что извлек из системы энергоподачи, ранее принадлежащий «меховому прицепу», я и так уже спрятал во внутренний карман. Туда же уложил три его собрата. Эта троица была значительно меньше кристалла от прицепа и рассчитывать на то, что ее можно будет использовать для обогрева базы было бы глупо.

Я уселся верхом на свой снегоход и проверил его энергозапас. На шкале высветилось восемьдесят пять процентов. Это было довольно много, как я понимал. На таком заряде я имел запас хода более пяти тысяч километров. Отлично! Точно хватит.

Подъехав к створкам ворот я остановился. Натянул балаклаву, нацепил очки. Пусть в этот раз передо мной никто не ехал, но, если вдруг повалит снег, мне не придется делать остановку. Я вообще надеялся преодолеть расстояние с минимумом остановок. Мне требовалось прибыть на место засветло. Для этого придется немного поторопиться.

Выехав из ангара, я пробрался тихим ходом между наклонных поверхностей торосов, и оказался на открытом пространстве. Осмотрелся. Мне не понравилось, что к базе ведут следы снегохода. Вчера я был не в состоянии замести их, но мне повезло ни ночью, ни утром никто не проезжал поблизости, и не заметил присутствия нового постояльца на территории пиратской базы. Теперь же, кто знает? Впереди еще весь день.

Пришлось спешиться и перемешать снег ногами. Хорошо, что перемет был таким небольшим. Всего-то около десяти метров. Дальше шел голый, выметенный ветром лед. Отлично! Сейчас ветер дул слабо, но все равно мог за час-два скрыть следы моего пребывания.

Довольный результатами своей деятельности, я вернулся в седло и двинул по направлению на северо-запад.

К поселению колонии под романтичным названием «Свежий ветер» я подъехал уже к вечеру. Солнце практически село, но последние его лучи все еще отражались от белоснежной поверхности. Главное, что бы он меня заметил. Точнее, главное, чтобы меня заметил хоть кто-то и позвал начальника.

Подъезжать слишком близко я не рискнул, помня, что на вышках могут стоять аквамарилловые турели, а стрелять по приближающемуся незнакомцу – наверняка, самое главное развлечение местных охранников.

Получить разряд я не спешил, потому остановился поодаль и включил дальний свет на лобовой фаре снегохода. Мигнул раз, другой и оставил включенным. Стал ждать.

Через несколько минут в мою сторону направили луч мощного прожектора. Но я предполагал такое заранее, так что остановился достаточно далеко чтобы меня не могли рассмотреть камеры. Нет, что кто-то подъезжал, конечно, увидят. И, может быть, фигурки разглядят, но вот по лицу не опознают. А мне только это и было нужно.

Мне повезло, когда я уже подъезжал к колонии, принадлежащей Смирновым, пошел снег. С каждой минутой снег валил все сильнее и сильнее. Еще и ветер разошелся. Метель позволяла мне гораздо больше. Темнело.

Я все стоял, а ко мне так никто и не вышел. Лезть на территорию я не собирался. Мой план был в другом. Я стоял у снегохода и ждал. Ветер трепал полы плаща и забирался внутрь. Не спасала даже теплая подкладка. Все же север. Тут бы шубу из шкур или куртку на гусином пуху с терморегулирующей мембраной. Но ни того, ни другого у меня не было. Только плащ, делающий меня похожим не то на КГБ-шника, не то на народного комиссара двадцатых годов двадцатого века.

Черт, да я сейчас замерзну тут на ветру. Как-то хреново организована безопасность в этом злачном месте!

Вдалеке скрипнули ворота. Они что их тут специально все делают скрипучими? Я вспомнил, как «пели» ворота в колонии, где я был, и усмехнулся.

Продолжительный скрип стих, и прямо между мной и колонией зажегся фонарь. Очень хотелось, чтобы это был снегоход. Но следя за движением пятна света, я понял, что кто-то идет в мою сторону пешком. Ну и ладно. Главное, чтобы шел, кто надо.

Снег усилился, и видимость снизилась до какого-то уж совсем смешного расстояния. Как же мы обратно поедем? Хотя, компас нам в помощь. В практически плоской снежной пустыне было все равно как ехать. Сюда я добирался вообще без дорог. Только в самом конце нашел накатанную поверхность и последние километров пять двигался по ней.

Пятно света приближалось.

Я сосредоточился и ощутил покалывания в кончиках пальцев. Отлично! Я готов к любому повороту событий. Главное, чтобы не поторопился тот, кто идет мне навстречу. Если там идут с оружием и решат выстрелить внезапно, я могу не успеть среагировать. На всякий случай, я еще немного отошел от снегохода. Я и так стоял в стороне, так чтобы фара не высвечивала мой силуэт. Сейчас же вообще отошел на несколько метров в бок и назад.

В конусе света появились трое. Впереди шел человек в длинном теплом пальто или шубе. Сквозь бешеный танец снежинок было сложно разобрать детали. Но фигуру и походку я узнал и улыбнулся. Конечно, этого никто не заметит, но я получил то, что хотел. Вот только двое других меня немного смущали. Я заметил в их руках пушки. Это было не слишком приятно. Особенно, если первый меня не узнает, а эти двое решат стрелять на голос. Но вариантов у меня было немного.

– Привет, Олег! – крикнул я, стараясь перекричать ветер.

Глава третья

Фигура замерла. Две другие вскинули ружья и направили в мою сторону. Светящая им в глаза фара не позволяла видеть меня отчетливо, но на голос они среагировали.

Олег поднял руку, давая знак не стрелять.

– Ты что ли? – крикнул Олег.

– А ты думал кто? – усмехнулся я в ответ.

Приходилось говорить громко, чтобы перекричать разбушевавшийся не на шутку ветер.

– Мало ли… – туманно произнес мой товарищ, – Не думал, что осмелишься сюда прийти.

– Уже слышал?

– Еще бы. По официальным каналам еще ничего не было, но служба безопасности оповещена. Все на ушах. Зачем ты так?

Я собирался коротко рассказать, что случилось, но метель вносила свои коррективы. Кричать о таком было не просто. Я замолчал. Все тщетно. К тому же, если те двое поймут, кто перед ними, разряд прилетит мне мгновенно.

– Поверь мне, это было необходимо, – сказал я в итоге.

Мне ничего не оставалось, как положиться на доверие. Олег меня знал. Может не так хорошо, как хотелось бы, но он был в курсе главного – я не местный. И вряд ли стал бы так подставляться без причины.

Мой недавний сообщник по побегу с каторги молчал. Молчал достаточно долго, чтобы я стал беспокоиться. Мне даже стало как-то неуютно под прицелом ружей, словно эти ребята уже приготовились нажать спусковые крючки.

Пальцы покалывало. Я был готов к любому развитию событий, но чувство дискомфорта никуда не делось. Нет, вредить Олегу я не собирался, но защитить свою жизнь я должен в любом случае.

Я встряхнулся, приводя себя в тонус. Охранники не отреагировали. Это было хорошо.

Мой товарищ стоял и сощурившись вглядывался в темноту, словно старался разглядеть меня, но свет и плотная метель не позволяли этого сделать.

Затем он вдруг развернулся и шагнул к одному из своих спутников.

Резко протянул руку и выдернул ружье. Крутанул его и саданул прикладом по голове. Второй сопровождающий смог быстро сориентироваться. Развернулся и направил ствол Олегу в затылок.

Я лишь вынул руку из кармана и сиреневые разряды метнулись к вооруженному человеку. На этот раз его реакции оказалось недостаточно. Молния коснулась виска, и мужик тут же осел, не издав ни звука.

– Спасибо! – сказал Олег, обернувшись. – Что с ним?

Олег кивнул на вырубленного мной охранника.

– Жить будет. Сейчас еще кое-что подправим…

Я повел рукой и следом за ней двинулись крохотные молнии, что постоянно шли от моих пальцев к притоптанному снегу. Разряды коснулись головы одного и второго охранника, лежащих на снегу.

Олег вопросительно на меня посмотрел.

– Все в порядке! Подтер им воспоминания. Минут через десять очухаются, но ничего помнить не будут. Если ты со мной, то самое время валить!

 Олег окинул взглядом снегоход и кивнул. Быстрым шагом подошел к нему и принялся крепить ружье.

Я поднял оружие, выпавшее из рук второго охранника, и передал товарищу. Он закрепил и его. Все заняло не больше минуты, и мы, развернувшись, рванули от колонии.

Хорошо, что Олег не стал расспрашивать что да как. В такую метель, да еще на морозном воздухе… Завтра точно бы болело горло.

Через пять часов заснеженные и порядком задубевшие, мы добрались до базы. По пути немного заплутали. В темноте я не смог сразу найти нагромождение торосов. Компас вел верно, но промазать на сотню другую метров оказалось критично. Но ничего. Нашлись.

Олег только усмехнулся, поняв куда я его привез.

– Получше-то место найти не мог?

– Это самое оно! – возразил я. – Сначала выслушай все, потом сам решишь.

– Хорошо, – легко согласился он.

Вот это мне в нем и нравилось. Какая-то невозмутимость, словно человек пережил уже все, что мог и его ничем не проймешь. Может так оно и было? Но эта его черта дала мне повод надеяться, что он пойдет со мной без лишних вопросов. Не станет задерживать, а если не захочет идти со мной, то просто сделает вид, что меня и не было вовсе. И я в нем не ошибся.

Я рассказал все, что случилось. Начиная с момента поездки на испытание. Сначала думал начать с рассказа про Дану, но решил, что это может подождать. Сейчас он ждал от меня другую историю.

– Бедная девочка, – только и сказал он. – Молодец, я тобой горжусь.

Одобрение для меня было не так важно, но все равно приятно.

– Рад, что ты меня нашел, – продолжил Олег.

– Я тоже рад, что ты теперь со мной. И, кстати, у меня есть идея, чем заняться. Уверен, ты оценишь.

Температура в ангаре уже достигла нормы, когда я закончил рассказ.

– Ого, – вымолвил Олег после продолжительной паузы. – А сбывать, как будешь.

– Надеялся, что на начальном этапе один человек поможет.

– Кто?

– Пока не хочу об этом говорить. Я решу этот вопрос в ближайшее время. И вот еще что. Мне нужно оборудование.

– Какое?

– То, что умеет громко проигрывать звуки.

– Колонки что ли? – удивился Олег.

– Да, можно и колонки. Но надо чтобы оно могло спокойно работать в условиях севера. На улице. И его можно было бы закрепить на снегоходе.

– Не знаю, что ты затеял, но думаю, в Салехарде я смогу найти тебе что нужно. И человека, кто сможет произвести монтаж.

– Вот и отлично! Но это завтра.

– Уверен, что хочешь сунуться в город? – спросил Олег.

– Сам же сказал, по официальным каналам пока тишина.

– По ним да, но неофициально тебя приказано схватить, если кто-то встретит. А это значит, что не сегодня завтра в дело вступят охотники за головами. А это нефига не полиция и даже не служба безопасности.

– Понимаю. Но чем быстрее я все организую, тем меньше необходимости лезть в города позже.

– Логично. Что ж, завтра рано утром выдвигаемся.

На этом и порешили.

Снегоход несся километров сто в час. При этом в ушах, кроме свиста ветра, только скрежет ломающейся снежной корки под гусеницей. За спиной высоченный хвост, выбрасываемой вверх ледяной крошки. Красота!

Я шел немного впереди. Олег за мной и чуть сбоку. На таком расстоянии, чтобы крошка не летела ему в глаза. На нас были очки, что защищали глаза от ярких бликов на снегу и не позволяли снегу мешать видимости. Но все равно, если следовать четко сзади, видимость никакая.

Когда-то давно я катался на снегоходе и это мне очень понравилось. Здесь же в моем распоряжении оказались не только отличные машины, но и необходимость ездить на них постоянно. Считай, сбылась мечта идиота. Вот только такие вещи быстро приедаются. Даже сегодня, когда мы отправились на охоту, поездка казалась мне чем-то восхитительным, но спустя несколько часов, задница затекла, колени устали, а спина начинала ныть.

И вот мы на месте.

Вездеход мы выслеживали с самого утра. Судя по накатанным колеям, они тут ездили постоянно. Но нас не интересовали те, что перевозят заключенных, поэтому мы отмели машины с прочными металлическими будками, а выбрали некрупную обтекаемую модель. Это мог быть и курьер, но попытка не пытка. Да и начинать с чего-то было нужно.

Утром этот красавец проследовал до колонии Смирновых, но не той, где я нашел Олега. Туда мы решили пока не соваться. Приехал из города, причем со стороны столицы и быстрым ходом покатил в сторону строений. Отлично! Я решил, что это наш парень. Точнее наша добыча. Оставалось только все грамотно провернуть.

Не доезжая пяти километров до территории, мы остановились и засели в естественном укрытии, образованном торосами. Спрятались и стали ждать. Нагромождение льдин было не таким большим, как то, что скрывало нашу базу, но все же легко позволило спрятать снегоходы и с комфортом разместиться самим, устроив приличный наблюдательный пункт. Олег даже умудрился налить горячего чая в кружки из термоса, что прихватил с собой. Обжигающая жидкость давала резкий контраст с окружающим воздухом и довольно неплохо бодрила.

Прошло довольно много времени, и Олег уже предложил забить на эту добычу и испытать судьбу в другой раз, но я не хотел сдаваться. В термосе еще оставался чай, и я разлил его остатки по складным походным кружкам.

– Еще с полчаса. Ждем, – тихо произнес я, едва не обморозив зубы холодным воздухом после горячей жидкости.

Вряд ли нас кто-то мог слышать, но среди ледяной тишины хотелось молчать или говорить едва слышно.

– Хорошо, – так же тихо ответил мой товарищ, выпустив облако пара.

В Салехарде на последние деньги я купил бинокль. И это было отличное приобретение. Сейчас я мог хорошо рассмотреть выезд из колонии. Так что пропустить машину не должны.

На модернизацию двух снегоходов ушла большая часть моих сбережений. Олег, как я и предполагал, деньги в карманах не таскал, но очень сожалел об этом, так как только три дня назад получил свой первый аванс. И сейчас он уже наверняка конфискован в пользу семьи Смирновых.

Еще немного мелочи пришлось отдать ничего не понявшему уличному музыканту, которого я заставил извлечь из гитары и записать звук, от которого он чуть не вырвал на себе волосы, но мне было самый то.

И вот двадцать минут назад вездеход наконец покинул территорию базы и помчался в обратном направлении.

Мы выровняли скорости относительно несущейся по ровной трассе машины. Но все еще были немного позади.

Я глянул на Олега и кивнул ему.

Протянул руку к кнопке, что управляла закрепленной на раме миниатюрной, но очень мощной колонкой, и вдавил резиновую пуговицу в крепление.

Ледяную пустыню наполнил звук, похожий на визг свиньи, которую режут, но судя по тембру и низким обертонам этому кабану было лет двести и размером он должен быть не меньше слона.

Мои барабанные перепонки спасовали и на мгновение отключились. Через секунду давление звуковой волны навалилось с новой силой.

Рев, который теперь издавал мой снегоход, как, впрочем, и машина Олега, оглушал, пугал и одновременно настраивал на боевой лад. Нас настраивал, а тех, кто сидел в вездеходе, явно, выводил из себя.

Обтекаемая и, если уж быть честным, очень красивая машина, вильнула вправо, влево, начала крениться, заваливаться на один бок. Водитель старался сохранить контроль над машиной, и это ему удалось. Но ненадолго.

Олег на ходу вытащил ружье и, почти не целясь, выстрелил. Сиреневый разряд энергии унесся в сторону вездехода и угодил в гусеницу.

Металлические катки взвыли, прокручивая разорванную в клочья гусеницу. Вездеход припал на одну сторону и его поволокло боком. Вокруг взлетели клубы снежной пыли. Машину протащило метров двадцать, завалило на правый борт, и она замерла. Снег осел, но из кабины никто не появился.

Мы притормозили в десяти метрах от вездехода и спешились. В руках Олега было ружье. Я же не стал обременять себя такой тяжестью. Встряхнул кистями рук и ощутил поток разрядов. Посмотрел на проскакивающие между кончиками пальцев крохотные молнии и улыбнулся.

– Выходи! – крикнул я. – Не доводи до греха! Сдашь часть груза, и мы тебе отпустим.

Дверца приоткрылась и оттуда высунулась взлохмаченная голова молодого паренька.

– Вы-то может и отпустите, а вот княгиня с меня шкуру живьем спустит!

– Не бойся! Не спустит. Если передаешь ей мое послание.

– Какое послание?

– Я князь Сибирский и отныне – это всё мои владения. Я не претендую на добычу аквамарилла, но за проезд буду взымать плату в размере десяти процентов от провозимого. Со всех без исключения! Не переживайте, деньги, вырученные от этих взносов, пойдут на благие дела. Это все. А теперь, будьте добры покажите, что везете и отсчитайте десять процентов. И постарайтесь учесть размер и качество кристаллов. Если заподозрю обман, сам займусь высчитыванием процентов, а я считаю плохо, могу сильно завысить свою долю.

Все это время парень кивал головой, словно китайский болванчик.

– Я сейчас все сделаю! – крикнул он. – Не стреляйте, у меня нет оружия!

Я кивнул Олегу чтобы был начеку, едва шевелюра парня исчезла. Мало ли что придет пацану в его лохматую голову.

Парнишка копался долго, но минут через пять вновь показался в проеме двери и неуклюже спрыгнул на снег.

– Странно, он не может быть один, – шепнул мне Олег.

– Будь на чеку, – так же тихо ответил я и пошел полукругом к парню.

Вездеход был небольшой всего по два окна с каждой стороны и, как назло, все наглухо тонированные. Я постарался заглянуть внутрь, но в черных поверхностях стекол виднелось только мое отражение.

С другой стороны наклонившегося вездехода дверца оказалась распахнутой.

Черт! Я обошел машину вокруг, но никого не было. Если тут кто-то и был, он как сквозь землю провалился.

– Олег! Тут похоже есть кто-то еще, но я его не вижу!

– Черт! – крикнул мой товарищ. – Неужели невидимка?

– Будь внимателен! – крикнул я в ответ.

Я подскочил к парнишке. Тот стоял на снегу и трясся, словно осиновая ветка.

– Кто был с тобой!? – максимально жестко спросил я.

– Один я, – пробормотал парень явную ложь.

– Не ври мне!

Я поднес ладонь к его лицу. Парень скосил глаза на сиреневые разряды и слегка отпрянул.

– Если я захочу, ту будешь думать до конца жизни, что ты курочка, клюющая зернышки, – пригрозил я, хоть и понимал, что не сделаю такого.

Могу, наверное, но не стану мучить этого пацана. Он в конце концов только перевозчик. Или нет?

– Как тебя зовут?

– Андрей, – все еще трясясь, ответил пацан.

– А фамилия как?

Парень замялся.

– Сми…Сметанин, – произнес он.

– Черт! Ты из семьи что ли?

Я разговаривал с ним, а сам внимательно осматривался. Олег делал то же самое.

– Я… да… Сын старшей дочери Алёны Андреевны.

– Все-таки Смирнов, а не Сметанин? – усмехнулся я.

Парнишка кивнул.

– Внук, значит, – снова усмехнулся я. – Отлично! Тогда сможешь сам передать послание. Лично. Запомнил, что говорить? От страха ничего не перепутаешь?

Парнишка одновременно закивал и завертел головой. Вот и пойми его на что он ответил да, а на что нет.

Я ждал, что второй хоть как-то проявит себя, но этот чертов невидимка никак не хотел показываться. Может сбежал?

Я высматривал следы. Ведь должен он их оставлять. Не по воздуху же он передвигается. Но следов не было видно. Снег был очень плотный, укатанный гусеницами вездеходов и снегоходов, так что он мог просто не проминаться под весом человека.

Был один способ вывести его на чистую воду, но для этого нужно было чтобы Олег оказался либо вне зоны опасности, либо залез на снегоход. Но как ему это сказать, чтобы не выдать своих намерений? Ведь пойми, что нужно, невидимка может поступить так же.

Если пустить сеть тонких разрядов по поверхности, то всех кроме меня самого начнет «трясти». Не думаю, что невидимка сможет сопротивляться этому. Либо отрубится и проявится, либо просто потеряет концентрацию и тоже не сможет использовать дар. Но все это лишь допущения. А время неумолимо бежало, и нужно было что-то делать.

Я постарался одними глазами показать Олегу что нужно делать, но он меня не понял. Черт, если долго ждать, может быть уже поздно. Была ни была, если что Олега откачаю. Не стану использовать полную силу.

 Я почувствовал, как энергия сосредотачивается в моей ладони. Разряды заискрились и заметались вокруг пальцев. Я повернул ладонь вниз и начал приседать, чтобы коснуться рукой земли. И тут же почувствовал лед стали у себя на подбородке.

– Не слишком ли ты много на себя берешь, щенок? – прозвучало у самого уха.

Глава четвертая

Ага! А вот и наш невидимый проявился.

Интересно, физика моего дара точно такая же, как у электричества? По стали разряд пройдет? Или сиреневые молнии имеют какую-нибудь дивную избирательность? Может только по меди передаются? Я ведь не разбирался с этой частью своего дара.

 Мысли пронеслись в голове в один миг.

А может даже быстрее. Потому что, едва лезвие коснулось моей кожи и в ухе зазвучал голос, я развернул ладонь вверх.

Будь ты сколь угодно невидимый, но подойдя ко мне достаточно близко не сможешь контролировать то, что внизу. Особенно, если вытянул шею чтобы наговаривать мне в ухо какие-то гадости.

Все плохие парни любят поговорить прежде, чем что-то сделать. Может их этому на курсах какие-нибудь лайф-коачи учат. Как любил говорить один мой знакомый: умеешь делать – делай, не умеешь – иди учить, не можешь учить – становись лайф-коачем. Ну в общем вы поняли его отношение к таким людям.

Невидимый студент неудачных учителей взвыл и вернулся в наш осязаемый мир, едва молния, выпущенная мной в направлении его потенциального присутствия, достигла цели. Надо сказать, весьма удачно достигла.

Мужик среднего возраста в теплой куртке, но узких штанах запрыгал на месте и истошно заорал, схватившись за причинное место. Это хорошо, что в школе Смирновых я научился контролировать силу разряда. Не умел бы, сейчас картина была бы совсем другой. А так… Считай, что ему к помидорам провода от аккумулятора прицепили. Меня аж самого передернуло от такого сравнения.

Я видел, как скривился внучок княгини, глядя на своего попутчика. Даже Олег, всегда спокойный и непробиваемый, поджал губы.

Смотреть на эту дикую пляску я больше не мог. Я не садист. Так что поднял руку и отправил короткий разряд в висок танцору. Да уж, конкретно этому мешать уже ничего не будет.

Мужик смешно подпрыгнул и упал без сознания.

– Ты его убил! – выкрикнул молодой.

– Просто вырубил на время, не переживай. Сон – лучшее лекарство. А этому сейчас не помешало бы немного восстановиться.

Олег хмыкнул за моей спиной.

– Хватит тянуть. Давай сюда кристаллы! – я подошел к пацану и забрал сумку, что он вытащил из вездехода.

– Вы же говорили десять процентов!? – воскликнул он, когда я забрал всё и направился к снегоходу.

– Десять процентов – это добровольный взнос за проезд по моим землям. Сопротивление и покушение на мою жизнь или жизнь моих людей, автоматически означает полную конфискацию.

– А как же я? – не унимался парнишка.

– До колонии километров десять дойдешь. И этому помоги доковылять, – я указал в сторону, лежащего на снегу «танцора». – Уверен, вас заметят раньше и пришлют помощь. Не пропадете. А бабке своей передай, что я сказал. И про добровольную уплату добавь. Иначе количество ее людей постоянно будет сокращаться. Я бы не хотел этого делать.

Я дошел до снегохода и уселся в седло. Сумку с кристаллами закрепил перед собой.

Олег проводил меня взглядом, прикрывая. Мало ли что задумает пацан. Но тот стоял столбом: растерянный и уничтоженный. Еще бы! Он потерял все добытые колонией кристаллы. А это много. Очень много для одного человека.

– Поехали! – крикнул я Олегу.

Мой товарищ попятился к своему снегоходу, все еще не выпуская из виду ни пацана, ни невидимку. Все верно, Олег отвечал за безопасность. И то, что он проглядел невидимку, как бы это смешно не звучало, давило на него. Но я не собирался усугублять его переживания. Уверен, он и сам сделает нужные выводы.

На базу мы вернулись довольные и веселые.

Едва загнали снегоходы в ангар, я соскочил со своего и воздел руки вверх, крепко зажав в одной из низ сумку с кристаллами.

– Мы сделали это! Вау!

Эмоции перли из меня. Не то что я всегда был таким, но сейчас другой момент. Сейчас можно и порадоваться.

– Робин Гуд снова в деле! А имя князя Сибирского вскоре станут уважать.

Я радовался, как мальчишка. Возможно, это обратная поездка на меня так повлияла. Я несся, как угорелый. И адреналин от скорости сейчас бушевал в моей крови.

– Кто такой Робин Гуд? – как всегда невозмутимо, спросил Олег.

– Есть в нашем мире такой полусказочный персонаж. Он забирал у богатых и раздавал награбленное бедным.

– Ты собираешься отдать эти кристаллы беднякам? – удивился Олег.

– Не совсем. Но я собираюсь пустить это на правильные дела.

– Например?

– Дана пытается что-то делать, пока ее бабка находится у власти. Она сказала, что это что-то хорошее.

– И что же это? – серьезный тон Олега не вязался с моим �