Наг для мятежной Дюймовочки
Наг для мятежной Дюймовочки
Пролог
«Гены пальцем не зажмёшь», – подумала я, видя, как в сильных пальцах сестры от злости гнется вилка. И вот из неё мама когда-то хотела сделать балерину… М-да. Чтобы эта мечта осуществилась, ей нужно было искать нам другого папу. Но потом родилась я, и вот на мне она оторвалась. А все почему? Потому что гены – такие гены… Я пошла в бабушку, а та никогда не славилась богатырским телосложением. Наоборот, была тонка в кости и миниатюрна как… как я. Соседи до сих пор судачат, что мама меня нагуляла на стороне, но мне от папы-викинга – а иначе его стать я охарактеризовать не могу – достались густые светлые волосы, голубые глаза и характер, поэтому сплетню обсуждают без энтузиазма.
Зато в отцовстве Зои, моей старшей сестры, никто не сомневается. Высокая, статная, широкая в кости. Ей тоже достались папины волосы – ее косой можно было ненароком кого-нибудь прибить. Сейчас, правда, она сделала модную стрижку.
Характером Зоя пошла в маму – красивую фигуристую брюнетку. Сестра мгновенно вспыхивала, раздавала всем причастным и мимопроходящим люлей и считала, что точно знает, как и что нужно в этой жизни делать. Мы с папой только вздыхали. Терпение у меня от него. Вернее, как говорит сестра, адское терпение, неуместная интеллигентность, склонность к ностальгии и желание держать все переживания в себе.
Это я все к чему?
Потерла ноющее колено.
К тому, что прошлое нужно оставлять в прошлом и даже заглядывать туда очень аккуратно. А я… решила в канун нового года навестить в театре коллег. Уже бывших… Травма колена – и все, моей прежней жизни не стало. Я сама стала бывшей… балериной. Полгода собирала себя по кусочкам. Это как внезапно оказаться в другом мире и совершенно не знать, что в нем делать и как жить. Меня тянуло в театр, к станку, к прежней жизни. А курсы бухгалтеров, куда меня пристроила сестра, угнетали. Иногда от безысходности хотелось биться головой о стену, но я держалась, решив раз и навсегда изменить свою жизнь. Если я не могу танцевать, значит рядом с балетом мне делать нечего и нужно держаться подальше от всего, что с ним связано. Хотя бы поначалу…
Но сегодня, в канун нового года, я дала слабину и пришла в театр.
Меня узнали. А как не узнать, если мне прочили место примы? Всего год после училища, и уже такие успехи! Да, у меня было много завистников, но я не думала, что кто-то будет глумиться над той, кто решила одним глазком заглянуть за кулисы той жизни, о которой мечтала и которую потеряла.
Поглумились. Улыбаясь и выражая фальшивое сочувствие, попытались растоптать. Я не зря прошла школу балета – смогла уйти из театра с высоко поднятой головой, но то, что творилось сейчас у меня в душе, сделало мир вокруг черно-белым. Праздник? Новый год? Вы о чем?! Мне хотелось просто лечь и сдохнуть! Где лечь? Да хоть бы и здесь – посреди нашей с сестрой небольшой кухни.
Но даже этого я сделать не могла. Моя сестра-валькирия мне этого не позволит. Вернее, я сама себе этого не позволю по одной простой причине: мне жалко Зою. Она ведь тогда возьмет наш кухонный тесак, больше смахивающий на мачете, пойдет в театр и порубит там всех за сестру в капусту. Она может. В состоянии аффекта ее даже танк не остановит.
– Так, все! – Зоя отбросила погнутую вилку, и та со звоном свалилась на пол. – Они доигрались!
– Зоя, успокойся, – устало произнесла я и потерла ноющие виски. – Это жизнь. Когда кто-то падает с пьедестала, его стремятся запинать еще дальше, чтобы уж точно не поднялся. Я об этом забыла, и это мои проблемы.
Сестра зло поджала губы.
– Твои проблемы?! Ага, счаз! Это теперь их проблемы! – по азартно блеснувшим глазам валькирии я поняла, что она что-то задумала.
– Зоя, – я настойчиво посмотрела ей в глаза. – Не нужно.
– Да ну!
– Тебя посадят.
– Фи, можно подумать, я в каталажке ни разу не была.
Зоя была. Вот как раз за хулиганство и была, и именно мне поутру пришлось ее оттуда вытаскивать.
– Послушай… – устало вздохнув, начала я.
– Нет, это ты послушай! – ткнула она в меня пальцем. – Я не поленюсь, закажу ведро гнилых помидор и тухлых яиц и закидаю ими ваш театр тонким слоем. Чтобы уже на подходе к нему всех воротило. Понятно?! – Картинка мне неожиданно понравилось, и я на секунду даже зависла. Сестра это заметила и победно улыбнулась. – Вот! Наконец-то я вижу адекватную реакцию! А то как не родня. Где твой характер?! Пойдем вместе, поможешь мне яйца нести.
Я застонала и уткнулась лбом в стол. За что мне все это? Ну почему у всех родственники как родственники, а у меня… такая замечательная сестра.
Нет, она у меня правда замечательная, когда не хочет меня осчастливить или за меня отомстить. Но именно сейчас моральных сил бороться с ураганом в ее лице не было совсем.
Я повернула голову набок, укладываясь на стол уже щекой, и задумчиво посмотрела на пол. Может, и правда на него лечь и сдохнуть?
Сестра встала, пересела на стул рядом со мной и обняла.
– Эх, Дюймовочка ты наша. Плюнь на них. Пошли лучше со мной на новогоднюю вечеринку. Там сегодня все, кто не на смене. У нас хороший коллектив. Повеселимся. – От одного только словосочетания «новогодняя вечеринка» и «повеселимся» мне стало дурно, и я, вздохнув, перевернула голову на другую щеку. – Ну не дури. Сегодня нельзя просто отсидеться дома в одиночестве. Новый год же! Как его… – она защелкала пальцами, подбирая слова. – Время исполнения желаний! – У меня было только одно желание: вернуть свою прошлую жизнь. Но это невозможно. Поэтому я продолжила лежать на столе. – А может, домой поедешь? Ты же знаешь, родители тебе всегда рады.
Я вспомнила, как рвала и метала мама, когда оказалось, что после травмы коленной чашечки вернуться в балет не получится. Как она искала лучших врачей и требовала сохранить за мной место в театре. Как рыдала, будто это не я лишилась карьеры, а она, и все время причитала, какая же я бедная и несчастная. Пожалуй, лучше сдохнуть прямо тут – на полу кухни, чем так жестоко продлевать себе агонию.
Родители у меня замечательные, и мама в особенности. Но гиперопеки с их стороны я сейчас не выдержу. Хватает их постоянных телефонных звонков.
Я прикрыла глаза.
– Эй, ну не нужно так убиваться! Не хочешь к родителям – не надо. Пошли на вечеринку? Меня там такой парень дожидается – ммм… вкусный, как пироженка! – она мечтательно подкатила глаза. – У него, кстати, друг есть. Ничего так. Правда, очкарик интеллигентный, но тебе же такие нравятся. – Я постучала лбом по столу. Вот чего мне сейчас «не хватает», так это отношений. – Снежана, но это же выход! – всплеснула сестра руками, осененная идеей. – Ты ведь еще ни с кем толком не встречалась! Один балет этот твой и фуэте на уме были! Тебе уже двадцать, Снежана! Тебе парень… нет, тебе мужик нужен! Такой, чтобы ого-го! Чтобы фуэтэ на нем крутить! Так, чтобы мысли о балете на раз вышибало!
– Чем? – простонала я.
– Что чем?
– Мысли вышибал чем?
Отчего-то представлялся мужик, похожий на гамадрила1, с дубиной в руках. И меня такой вариант не устраивал.
– Как чем? – и похабненько так улыбнулась. – Дубинкой своей.
Воображаемый гамадрил взял в руки нечто иное, на что недвусмысленно намекала Зоя, и постучал им по другой ладони…
– Ты издеваешься? – покосилась я на нее.
– Ох, Дюймовочка ты моя… – Она погладила меня по голове. – Ничего-то ты в жизни еще не знаешь и не понимаешь.
Этот ее покровительственный тон всегда действовал мне на нервы. Будто между нами не четыре года разницы, а двадцать четыре. Нужно было прекращать себя жалеть и позволять это делать другим.
– Ну да, четыре года разницы делают тебя ну очень опытной в этом вопросе, – съязвила я. – На вечеринку не пойду. У меня… дел много, – выпрямилась и встала. – Но ты иди, нечего со мной сидеть.
– Ага, счаз! Дел у нее много! Стакан слезами еще наполнить не успела…
Зоя тоже встала и уперла руки в бока. Дома меня не зря называли Дюймовочкой – я в семье самая низенькая, а на фоне сестры вообще смотрелась ребенком. И теперь она возвышалась надо мной и давила… авторитетом. И вот когда она делала так, спорить с ней было чревато для здоровья.
– …Значит, так. Вечеринка будет в каком-то баре с кроличьим названием. Наши покреативили и решили, что отпраздновать там год кролика будет очень символично. Так что или ты надеваешь какое-нибудь платье и идешь со мной праздновать. Или я звоню маме и сдаю тебя с потрохами! – Я так и застыла, не веря услышанному. – Да-да! И нечего на меня так смотреть! Может, хоть у нее получится вставить тебе мозги на место. На вот, уши не забудь надеть, – и сунула мне в руки непонятно откуда взявшийся ободок с прикрепленными длинными черными ушками с розовой атласной сердцевинкой.
– П-почему черные? – невпопад спросила я.
– Так год черного кролика же. Все, у нас час на сборы, – и хлопнула в ладони.
Я вздрогнула и с тоской посмотрела в окно, на которое, шутки ради, Зоя успела приклеить улыбающуюся мордочку зайца. Покрутила в руках ободок и вздохнула.
Поплакать в одиночестве сегодня не получится…
***
Вечерний праздничный город радовал огнями гирлянд, вывесок, ярко украшенными витринами многочисленных магазинчиков и группками празднично настроенной молодежи.
Точно радовал. Я в этом уверена. Но не нас. Потому что таксист завез нас куда-то в спальный район, где светились только окна домов и изредка звучал смех проходящих мимо компаний. Они с интересом поглядывали на двух подмерзших ходящих кругами по их району девушек, одна из которых опиралась на палочку – мне без этого аксессуара пока никак.
– Да я точно тебе говорю: вот этот адрес!
– Хорошо. А бар твой заячий или кроличий где? – Мы снова обошли несколько домов по кругу и ничего не нашли. – Ты уверена, что тебе прислали правильный адрес?
– Да я сама его записывала! Собственными ручками! – вспылила сестра и ткнула мне огрызок бумажки прямо в лицо. – Вот! – и внезапно замялась. – Правда, там Толик муку рассыпал, гвалт поднялся. Я могла Аську и не дослышать… Мне ж еще за белковыми коржами в духовке нужно было следить. Их же чуть передержишь – и все! Фирменный торт не получится.
Я вздохнула и уже хотела посоветовать Зое еще раз позвонить коллегам по кондитерскому ремеслу, которые упорно сегодня не слышали наших звонков, и уточнить адрес, как мы завернули за угол и уставились на… бар. Перепутать это деревянное строение, украшенное огоньками, с чем-то другим было невозможно. Вывеска на нем гласила «На перекрестке».
Но самое удивительное было не это. Как мы могли не заметить его раньше?! Мы же тут уже пятый круг наматываем!
Мы с Зоей переглянулись.
– Кажется, нашли, – нерешительно произнесла она.
– А где твое кроличье название?
Тут дверь бара отворилась, на улицу вышла компания с надетыми на головы кроличьими ушками и, весело смеясь, скрылась за ближайшим домом.
Зоя посмотрела на клочок бумаги в руках, на молчавший телефон и заявила:
– Зайцы-кролики есть? Есть. Значит, нам туда. А название я могла и не услышать нормально. Говорю же: мука, Толик, коржи… – и, подхватив меня под руку, решительно поволокла к бару.
Я уже успела так продрогнуть, что была не против зайти хоть куда-нибудь, лишь бы в тепло. У Зои, несмотря на ее холодоустойчивость, тоже нос покраснел, а в глазах горело желание кого-нибудь убить.
Стоило нам подойти к двери бара, как она резко отрылась, и нам навстречу вывалилась целая компания смеющихся Дедов Морозов. Одеты они были по всей форме, к удивлению, даже бороды на их физиономиях смотрелись вполне натурально. Из образа выбивались только черные атласные ушки поверх их красных шапок с белой опушкой. Точно такие, как я «случайно» забыла дома.
Один из них поскользнулся на выходе и, пытаясь удержаться на ногах, толкнул меня. Несильно. Но с моей ногой и гололедом мне большего оказалось и не нужно. Я взмахнула руками – палка улетела в сугроб, я зацепила Зою, которая сегодня решила сразить коллег наповал и надела сапожки на высоченной шпильке, и мы с ней повалились на землю. Только эти Зоины шпильки и мелькнули.
И вот лежала я на снегу, смотрела в темное небо, ощущая, как ноет отбитая пятая точка и колено, а за шиворотом тает завалившийся туда снег, и понимала, что в новогоднюю ночь меньше всего ждала подвоха от Деда Мороза… А ведь вечер еще даже не начался…
Морозы тут же загомонили, помогли подняться, отряхнули нас от снега. Тот, что меня толкнул, подхватил под локоть и, виновато заглядывая в глаза, попросил прощения у меня и Зои. Но вокруг одновременно что-то говорили еще пятеро Морозов, и сосредоточиться на чем-то не было никакой возможности. Как-то незаметно мы с тоже ошалевшей сестрой оказались в баре. Зазвучала музыка, со всех сторон доносились смех, веселые возгласы, а Морозы, казалось, обступили нас стеной. Я окончательно растерялась, а когда пришла в себя, обнаружила, что без верхней одежды сижу с сестрой и толкнувшим меня парнем за столиком, а остальные бородатики сердечно с нами прощаются и желают счастливого нового года.
– Ага, – кивнула я уже вслед удалявшимся парням.
Да-да, назвать их дедами, несмотря на красивые окладистые бороды натурального вида, у меня не повернулся бы язык даже в моем растерянном состоянии.
– Что это было? – озвучила мои мысли пришедшая в себя Зоя.
– Я сильно перед вами виноват, – снова повинился Мороз и грустно сказал: – Друзья ушли по делам. Новый год все-таки. Мы сюда всего на минутку заглянули. Мне тоже пора, а я опять натворил дел.
– Опять? – вырвалось у меня.
– Да, как-то на новый год тоже вышла история. Только я там со снежными танцами перестарался, нечаянно вьюгу устроил, планы людям попортил, но все исправил2!
– Исправил, значит, – скептически усмехнулась Зоя и сложила руки под грудью. Вырез её платья при этом красноречиво натянулся, и бородатик на несколько секунд на нём залип. Спохватился и, смутившись, отвел взгляд:
– Да. Только… запретили мне после этого так активно вмешиваться в судьбы людей… – Потянулся рукой к голове, собираясь снять шапку, наткнулся на ободок с ушками и, смутившись еще больше, снял их и покрутил в руках, не зная куда деть.
– Слушайте, – вздохнула я, ощущая, как уровень бреда в исполнении этого Мороза неуклонно растет. Нельзя так сильно вживаться в роль! – Все хорошо! Никто ничего не сломал. Вы извинились. Мы вас простили. Все! Вы полностью свободны и ничего нам не должны!
– Как это не должен?! – внезапно возмутилась Зоя. – Я из-за этого индивида прическу испортила! Вот смотри! – и продемонстрировала мне мокрые кончики выпрямленных волос. – Чуть каблук не сломала и получила моральную травму!
– Какую травму? – мы с парнем озадаченно переглянулись.
– Моральную! – весомо возвестила Зоя. – Эти бородачи видели мое… – она внезапно запнулась, огляделась и заговорила гораздо тише, многозначительно приподнимая брови. – Белье они мое видели.
Я озадаченно посмотрела на сестру. Вспомнила, как эффектно она падала, и признала, что да, белье ее они видеть могли. Но лично я бы в таком точно никогда не призналась! А она сидит, выразительно смотрит на Мороза и не краснеет даже. Зато краснеет он. Зоя, когда хочет, может смутить кого угодно.
Внезапно рядом появилась темноволосая красивая девушка в костюме кролика и спасла парня от еще большего покраснения.
– О! Новые посетители!
– Хозяйка! – облегченно выдохнул он. – Прекрасно выглядишь!
Брови девушки чуть приподнялись, и она положила руку на пояс, принимая эффектную позу. В ее костюмчике это было несложно. По-моему, ее хоть сейчас можно было фотографировать и смело помещать на первую полосу модного мужского журнала: кокетливые черные кроличьи ушки, жилетка с белыми отворотами и впечатляющим декольте, белые перчатки, черная коротенькая юбочка и чулки в мелкую сетку. Уверена, если она повернется тылом, то мы обнаружим на попе белый пушистый хвостик.
– Спасибо, конечно. Приятно услышать это от одного мужчины дважды за вечер. – Парень снова начал краснеть, а я поняла, что в этом баре есть еще одна особа, которая любит заставлять мужчин смущаться. Но она быстро над ним сжалилась: – Будете что-то заказывать?
– Да! – тут же отозвался Мороз. – Фирменный глинтвейн для начала будет в самый раз. Девушкам нужно согреться.
Хозяйка кивнула и величественно прошагала к барной стойке. Только тут я поняла, что еще так и не огляделась в этом баре. Это заведение было уютным, а новогодний антураж и веселые посетители создавали праздничное настроение. Даже у меня на душе стало как-то светлее.
Снова заныло колено, и я невольно поморщилась. Зоя это заметила, отвлеклась от бородатика и с тревогой посмотрела мне в глаза:
– Болит?
– Ноет. Ничего, скоро пройдет, – выдавила я улыбку.
Мороз с сочувствием посмотрел на меня, на прислоненную к стулу палку и, внезапно, будто решившись на что-то, сказал:
– Мне, конечно, вмешиваться запретили, но вот ему – нет!
Я глазам своим не поверила, когда увидела на его ладони вместо ободка с ушками их обладателя! В смысле, самого настоящего пушистенького черного кролика!
Зоя тоже опешила и широко раскрыла глаза:
– Откуда?! – и потянулась к нему. – Какой милашка!
Взяла кролика на руки и засюсюкала, поглаживая его по гладкой блестящей шерстке.
– Так год черного водяного кролика же. Он сейчас приходит, куда ни позовешь, – довольно улыбнулся Мороз.
– А почему такой маленький? – улыбнулась я, поддерживая эту игру и беря кролика у сестры.
Его носик смешно шевелился, а глазки-бусинки глядели на нас с удивлением.
– Так год только начинается, – усмехнулся парень. – К концу вы его не узнаете.
– Не сомневаюсь. А где ты его все-таки прятал? – спросила сестра, почесывая милаху за ушком.
Мороз как-то странно улыбнулся и не ответил. Подошла хозяйка заведения и поставила перед нами с сестрой высокие прозрачные бокалы с горячим ароматным глинтвейном.
– Так какое желание вы бы хотели, чтобы исполнилось в новом году? – внезапно спросил Мороз.
Улыбка пропала с моего лица. С новой силой заныло колено. Зоя невесело вздохнула, потом встрепенулась и, взяв бокал, с улыбкой произнесла:
– За новый год! И пусть наши желания сбудутся!
– За новый год! – поддержал ее Мороз и подмигнул кролику.
– За новый год, – тихо поддержала я, спустила ушастика с рук на стол и взяла бокал.
Внезапно кролик громко чихнул, и мне показалось, что наши с сестрой бокалы окутала прозрачная сверкающая дымка. Я моргнула.
Показалось.
Отпила глоток, ощутив, как на языке тают странные пузырьки. А потом мир мигнул, и я поняла, что алкоголь даже в маленьких дозах – зло.
Бар в одно мгновение изменился. Теперь мы с такой же ошалевшей, как и я, сестрой сидели за грубо сколоченным столом на деревянной лавке посреди какой-то средневековой таверны.
Но далеко не это было нашей главной проблемой.
Таверна была не пуста. И взгляды всех присутствующих здесь… существ… внезапно оказались скрещены на нас.
Подписываетесь на страницу автора, чтобы первыми узнавать о новинках: https://www.litres.ru/author/katerina-cvik/
Глава 1. Прикрывая спину
– Снежанка, прикрывай спину! – орала Зоя, размахивая отобранной у проходящей мимо зелененькой дамы чугунной сковородой.
На сковороде все еще что-то шкварчало, и от этого уровень опасности, исходящей от сестры, возрастал в разы. И в первую очередь я старалась сама не попасть под ее в прямом смысле горячую руку. В другой руке она держала туфлю с длинной шпилькой. Вторую она решительно всучила мне, после того как затащила на стол и увидела воинственно выставленную мной палку.
Я не была уверена, что подобное поведение – правильная тактика. Вполне возможно, что стоило забиться под стол и не отсвечивать. Но это не в характере моей сестры-валькирии, и у меня автоматически не осталось выбора.
А ведь все началось с обычного подката…
Мы с сестрой очумело оглядывались по сторонам.
Так не бывает. Бар не может измениться в один момент, а люди… перестать быть людьми.
Из ступора меня вывел невысокий ушастый гоблин. Был у Зои знакомый художник, который рисовал всяких фэнтезийных существ для одной онлайн-игры, и всегда, когда мы по какой-то причине пересекались, показывал мне свои работы и подробно о них рассказывал. Мне тогда было не очень интересно, но, видимо, в мозг что-то такое заронилось, раз я их так отчетливо сейчас вижу вокруг.
Гоблин, почесывая под жилеткой волосатую грудь и что пониже, вальяжно подошел к нашему столику и… предложил Зое уединиться. Предложил, правда, не так культурно. Я бы даже сказала – слишком прямолинейно, но…
Не знаю, видела ли Зоя то же, что и я, или глинтвейн только на мой мозг так подействовал, но это был ГОБЛИН! Зеленый, носатый, с ушами-лопухами и непропорционально длинными руками ГОБЛИН! Гоблин, прилюдно предложивший моей сестре… пусть будет уединиться – не повторять же за ним гадости! Сделать такой костюм невозможно. Точно так же, как и стать огромным красным орком с выступающими клыками или малюткой-гремлином, расхаживавшим по соседнему столу…
В общем, каюсь. Слабым звеном оказалась именно я. Мои нервы не выдержали. Никогда не видела Зою такой растерянной, а ситуация в принципе никогда не была такой дикой, и совершенно неожиданно во мне взыграл инстинкт защитницы. И плевать мне было, что передо мной не обычный человек, а гоблин, и что сейчас я вполне могла видеть вымышленных персонажей – поверить в реальность происходящего было очень трудно.
Обычно это Зоя всегда на острие атаки и вступается за меня, но и ее при мне никто еще не пытался обидеть или унизить, а те, кто имел такую неосторожность, огребали сразу и без вопросов. А тут Зоя беспомощно хлопала ресницами и пялилась на этого похабника! И я, не ожидая от себя самой, размахнулась и залепила зеленомордому хлесткую пощечину. Но немного не рассчитала – удар пришелся по самой выступающей части его тела – большущему носу с целым рядом колечек вокруг одной ноздри.
Гоблин взвизгнул, прикрывая его руками, а потом оскалился таким впечатляющим набором острых зубов, что у меня, наконец, включился инстинкт самосохранения.
И не только у меня. Зоя подскочила, отчего многострадальный нос гоблина уткнулся ей в пупок, и зарядила ему такую оплеуху, что он улетел к соседнему столу и сбил руку огромного красного орка, собиравшегося отпить из большущей кружки. Жидкость из кружки выплеснулось на маленького гремлина, который вышагивал перед громилой прямо по столу и что-то ему втолковывал.
Если до этого наше появление заметили и стали активно переговариваться, то после того, как облили гремлина, на бар опустилась тягучая тишина.
Гремлин несколько раз дернул головой, ме-е-едленно провел лапкой по миленькой мордочке, вытирая жидкость, а потом глаза его потемнели вместе с белками, и его затрясло.
Орк с досадой стукнул кружкой по столу, обернулся, чтобы схватить подбившего ему руку смертничка, но гоблин выставил палец с длинным загнутым ногтем в нашу сторону и неожиданно тонко запищал:
– Это они! Они меня толкнули!
Мне оставалось только удивляться детализации и яркости моих глюков.
Орк перевел взгляд на меня, на Зою, продолжавшую воинственно сжимать кулаки, и начал подниматься. Не знаю, что он хотел сделать и кого назначить крайним, но подняться так и не успел – в ухо ему прилетел такой мощный удар, что голова орка мотнулась, а взгляд поплыл. А вот не нужно было забывать про своего дружка гремлина!
Тот так стремительно менялся, превращаясь в страшное неуправляемое существо, что я сглотнула и попятилась, но уперлась в стол. В одно мгновение милый маленький гремлин стал выше, его мышцы взбугрились, став гипертрофированно огромными даже для его увеличившегося роста, а в глазах заплескалась тьма безумия. Я с ужасом поняла, что сейчас ему все равно кого бить или убивать.
Из-за столов повыскакивали посетители, а гоблин уже вопил во все горло и тыкал в нас с сестрой пальцем:
– Это они! Они во всем виноваты!
– Ах ты… – зашипела пришедшая в себя Зоя.
Она огляделась, заметила застывшую неподалеку официантку и выхватила из ее рук все еще шкворчащую сковороду, на которой та подавала какое-то мясо.
– Ну держись, носатый! – и замахнулась.
Жир плеснул в разные стороны, и от нас дружно отшатнулись. Гоблин снова тоненько заверещал и кинулся прочь. По пути подбил кому-то ноги, тот зацепил соседа, что-то звякнуло, разбилось, пролилось, зазвучали возмущенные выкрики. Тем временем полностью преобразившийся гремлин развернулся и бросился на бородатого мужика, который имел неосторожность икнуть и привлечь к себе его внимание. Взревел пришедший в себя орк.
Культурное заведение стремительно превращалось в эпицентр масштабной драки.
И вот тут Зоя потащила меня на стол. Мы встали спина к спине и судорожно оглядывались. Какой-то мужик попытался сунуться и к нам, но Зоя без затей метнула ему на лысину из сковороды все еще горячий кусок мяса с овощами и выставила свое орудие вперед на манер меча. Мужик взвыл и отскочил. Остальные временно забыли о двух невезучих девушках. Но надолго ли?
Я все никак не могла соотнести происходящее с той реальностью, в которой прожила все свои двадцать лет. Откуда здесь взялись все эти существа?! Вернее, откуда мы с Зоей взялись в месте, где они собрались? И вообще, что за беспредел вокруг творится?! Мысли метались в голове, и я никак не могла найти рационального объяснения происходящему. По тому, как озиралась вокруг сестра, я в этом была не одинока. Но, как бы эгоистично это ни звучало, сейчас я была дико рада, что оказалась в этой передряге не одна.
А может, все просто – у меня поехала крыша?
Мимо нас пролетел глиняный кувшин, впечатался в спину орка и разбился на мелкие осколки, оставив на его жилете алое винное пятно. Орк взревел, отбил атаку гномов, наседавших на него с разных сторон, развернулся и уставился на нас налитыми кровью глазами.
Пожалуй, сейчас я была бы даже рада, окажись происходящее обычным помешательством.
– Зоя, скажи, что я просто сошла с ума и мне все это кажется!
– Да без проблем! – нервно хохотнула сестра. – Тебе кажется! Я тебе больше скажу: нам эти глюки обеим чудятся. – Орк двинулся на нас, и Зоя, от души размахнувшись, саданула его сковородой. Та в руках сестры аж завибрировала. Но самое удивительное – громила пропустил этот удар и сейчас мотал головой и не мог сфокусировать взгляд. Но получился этот финт у Зои только потому, что орк отвлекся на ухватившего его за штанину недобитого гнома. К сожалению, громила слишком быстро приходил в себя, и что-то мне подсказывало, что в его случае сковорода больше Зое не поможет. Перехватила поудобнее туфлю и свою палку и приготовилась вступить в бой.
Внезапно дверь бара с грохотом открылась, впуская внутрь клубы морозного воздуха, и на пороге появились новые действующие лица. И вот тут нервно хихикнула уже я. Если происходящее все же плод моего воспаленного воображения, то с головой у меня точно что-то не так…
Я моргнула раз, другой, третий… Ничего не изменилась. Даже от орка отвлеклась.
На вновь прибывших почти никто больше не обратил внимания. Зато сами вошедшие повели себя неадекватно – они так радостно заулыбались, что мы с Зоей невольно отступили, забыв, что стол небольшой и край рядом.
– А это мы удачно зашли, – сказал высокий темноволосый мужчина и размял пальцы.
И все бы ничего, но рядом с ним стоял… эм… лежал… полз… пусть будет был мужчина, ниже пояса которого кольцами изгибался длинный темно-зеленый хвост! Но вот в верхней части это был блондин с аккуратно уложенными назад волосами до плеч, пронзительным взглядом голубых глаз, тонкими хищными чертами лица и внушительным разворотом плеч. И улыбался он при этом так, что сердце сбилось с ритма, а оно и так частило.
– Не то слово! – в тон ему усмехнулся он и посмотрел на нас с сестрой.
И был он настолько хорош собой, что я бы, наверное, даже назвала его мужчиной мечты, но… хвост! Большущий зеленый хвост, словно живущий своей жизнью и находящийся в постоянном движении! Он перечеркивал все достоинства! Как мое воображение могло породить такое?! Мужчина мечты – и с хвостом! Жизнь несправедлива…
Тем временем орк успел прийти в себя, в предвкушении оскалился и протянул к нам с сестрой свои ручищи. И такое у него при этом было кровожадное выражение на лице, что я, вскрикнув, выронила Зоину туфлю, перехватила двумя руками свою палку и изо всех сил начала дубасить громилу.
Зоя не отставала. И ее удары явно были повесомей моих. Но на этот раз орк не растерялся – отобрал у нас сковороду и палку, откинул куда-то в кучу малу драчунов и, не успели мы с сестрой опомниться, закинул нас на плечи! А здоровенные, как снегоуборочные лопаты, ладони положил на наши пятые точки! Хорошо, что я сегодня надела узкое платье до колен, и оно не задралось. Зое повезло меньше, но орк как-то даже любовно его поправил и погладил чувствительное к неприятностям место.
У меня аж дыхание перехватило от такой наглости! А Зоя завизжала так, что орк неодобрительно шлепнул ее по попе. Мы с сестрой переглянулись, и я увидела в ее глазах решимость не сдаваться до последнего. Не сговариваясь, мы начали молотить здоровяка кулаками по чему придется. Но он, не обращая на это внимания, широкими шагами направился к выходу!
– Помогите! – закричали мы с Зоей в два голоса.
Но, похоже, с орком связываться никто не торопился. И быть бы нам вынесенными в зимнюю метель, но прямо перед дверью он наткнулся на брюнета и блондина с хвостом.
Мужчины скрестили руки на груди и не сдвинулись с места.
– С дороги! – взревел орк.
– Отпусти девушек.
Будь я на месте громилы, точно бы отпустила – так внушительно блондин это произнес.
– Это теперь скволки Джуя. Джуй так решил, – пробасил орк, поглядывая на живое препятствие с высоты своего немалого роста.
– Если ты получил от них по морде, это еще не значит, что ты им нравишься. Они не орчанки. Отпусти по-хорошему, – с угрозой потребовал блондин.
Громила сплюнул на пол:
– А то что?
Ответил ему хвостатый ударом в челюсть. Голова орка дернулась. Но это лишь его больше взбесило. Он дико зарычал, но черноволосый поднял руку и стукнул раскрытой ладонью, на которой поблескивала какая-то странная дымка, ему прямо по лбу. Орк покачнулся и начал заваливаться назад.
Пол стремительно приближался к моему лицу. Но вдруг я почувствовала, что меня от громилы отрывают чьи-то сильные руки, и несказанно обрадовалась! Я готова была вцепиться в спасителя всеми конечностями. Что и сделала, ухватившись за шею мужчины и прижавшись к нему всем телом.
На грохот обрушившейся на пол туши обернулись все присутствующие. Каким-то чудом орк даже умудрился никого не придавить. Мы с Зоей, оказавшейся на руках брюнета, смотрели на все, пребывая в священном ужасе. В зале повисла угрожающая тишина.
Внезапно её нарушил такой громкий ввинчивающийся в мозг храп, что все вздрогнули. Орк уснул!
Нет, так не бывает! Как он мог заснуть посреди драки?! Или брюнет знает какие-то суперсекретные точки на теле человека… эмм… орка.
Я наконец смогла нормально вдохнуть и посмотрела на того, кто держал меня на руках. Блондин. Вблизи он оказался еще красивее. И смотрел так серьезно, что я оробела. А еще, вдыхая его приятный древесный запах, увидела маленькие прозрачные чешуйки на его висках и очень сильно захотела до них дотронуться и проверить, не кажутся ли они мне.
– Джу-у-уй! – внезапно заверещали позади.
Я обернулась и увидела прыгнувшего на стол в глубине зала гремлина. Он посмотрел черными глазами на орка и перевел взгляд на нас. Его мордочку исказило такое выражение, что даже я поняла – сейчас нам будут мстить за друга. Не зря же они сидели за одним столом, и орк даже не пытался ответить ему на оплеуху.
– Гремлин, надо же… – брови блондина удивленно взметнулись вверх.
– Ты как хочешь, а мне нужно выпустить пар, – хищно улыбнулся брюнет, прижимавший к себе мою сестру.
Он опустил ее ноги на пол и начала закатывать рукава черной рубашки.
– Дитер, я все понимаю, но с нами девушки. Давай не будем их еще больше пугать.
Брюнет с досадой посмотрел на друга:
– Аншас, после моего Звездного зелья ты всегда такой серьезный, аж тошно!
– Ну должен же хоть кто-то сохранять ясность ума.
– Больше тебя на дегустацию не позову.
– Н-ну-ну, – скептически ответил хвостатый.
Мы с сестрой только ошалело то смотрели на мужчин, то переглядывались.
Тем временем гремлин в несколько длинных прыжков оказался к нам совсем близко, и я не успела испугаться еще больше, как длинный хвост блондина откинул его к стене.
– Открывай портал, – потребовал он, и брюнет сокрушенно вздохнул.
Но глянул на Зою, продолжавшую смотреть на все происходящее большими глазами, и улыбнулся.
– Таким прекрасным дамам здесь действительно не место. Кстати, как вы здесь вообще оказались? – поинтересовался он, чертя рукой в воздухе какие-то замысловатые знаки.
Мы бы и рады были ответить, но сами не знали и не понимали как. И он действительно открыл портал! Старые пуанты, портал! Как иначе объяснить марево, в которое нас с Зоей понесли? Я от шока даже не зажмурилась во время перехода, только сильнее вцепилась в Аншаса.
Перед глазами блеснуло, я на несколько мгновений потеряла возможность видеть, а потом поняла, что эту новогоднюю ночь никогда не забуду.
Если переживу ее.
Глава 2. Этот безумный-безумный мир…
Разбитые стулья, опрокинутый стол, какие-то осколки – вот что я увидела, когда проморгалась. В комнате, куда мы попали после перемещения, все оказалась перевернуто вверх дном. Но даже не это было самым устрашающим – посреди этого хаоса стояла… лежала… ползла… была красивая разъяренная блондинка с таким же зеленым хвостом, как у Аншаса. Она все еще была чем-то взбешена и искала, чего бы еще разгромить. Но наше появление переключило вектор ее внимания. И прямо сейчас мне показалось, что в той таверне было не так уж негостеприимно.
– Аншас! – возопила она и бросилась к нему.
И вот тут я поняла: мой конец близок. Сейчас эта ненормальная вместо хвостатого разорвет меня, и плевать ей будет, что я вообще-то ни при чем. Не знаю, чем ей так насолил блондин, но мне очень хотелось жить.
– Стоять!.. – неожиданно для самой себя гаркнула я.
Да так, что зазвенело в ушах. И, к моему удивлению, меня послушались! Застыли все! Блондинка тоже. Она замерла с разведенными то ли для удушения, то ли для страстных обнимашек руками и уставилась на меня, недоуменно хлопая глазами.
– …Отпусти, – повернула я голову к Аншасу, и он действительно поставил меня на пол.
Неожиданно сильно прострелило колено. Я поморщилась. Мужчина дернулся поддержать, но я вскинула ладонь, останавливая любые движения присутствующих. И под их недоумевающими взглядами, прихрамывая, ухватила Зою за руку и поковыляла к выходу.
Потом решила, что так просто уходить некрасиво. Все же эти двое спасли нас из лап орка, да и молчат как-то слишком недоуменно, даже недавняя разъяренная фурия. И я, отшвырнув с дороги обломок стула, остановилась:
– Спасибо большое за наше спасение. Мы вам искренне благодарны, – и пошла вперед к вожделенной двери.
Тут в себя пришла Зоя и, вспомнив, наконец, что она моя старшая сестра и обычно такие решительные действия предпринимает именно она, добавила:
– Готовы ответить тем же. Но позже, когда придем в себя и развидим эту чушь. Кстати, красавчик, у тебя сильные руки, – подмигнула брюнету. – А ты, хвостатенький, разберись сначала со своей девушкой, а потом мою сестру на руки хватай. В общем, не теряйтесь, – дверь за нашими спинами захлопнулась.
Мы выдохнули. Огляделись.
Обнаружили, что стоим в коридоре какого-то дома, а нам навстречу идет классический такой дворецкий. Он с достоинством нас оглядел и спросил:
– Дамы?
– Ну не кавалеры же, – проворчала Зоя. – Слушайте, где тут у вас выход? Не знаю, как мы сюда попали, но если верить своим глазам и выводам, то становится страшно за свои мозги. Нам срочно нужно вернуться домой, выспаться и понять, что нам все это приснилось. – По мере того, как она говорила, брови мужчины – слава богу, совершенно обычного, с двумя ногами – поднимались. Зоя поняла, что несет что-то не то, проглотила следующую фразу и рубанула: – Короче! Такси тут есть? – Глянула на экран своего смартфона и нахмурилась. – А то сеть не ловит. Опять в новый год сотовые компании халтурят. – Мужчина почему-то молчал. – Ладно, все тут у вас какие-то… непонятные, – недовольно проговорила она, явно имея в виду более емкое выражение. – Выход тут где?
Мужчина указал в сторону, откуда пришел. И теперь уже впереди шагала Зоя, а я, хромая и стараясь не сильно наступать на правую ногу, шла чуть позади. При этом мы не разжимали наших рук. Внезапно показалось, стоит нам их разъединить – и все! Наш общий глюк станет отдельным, и мы друг друга уже не найдем.
Оглядывать чужой дом было некогда, но даже так я успела отметить его богатое и со вкусом подобранное убранство. Входная дверь и та смотрелась монументально. Мы устремились к ней, как к спасательному кругу, надеясь увидеть на улице очертания привычных домов и улиц, найти такси и умчаться от этого безумия как можно дальше.
***
– Обалде-е-еть… Ты тоже это видишь? – спросила Зоя, провожая взглядом нечто, напоминавшее огромную ящерицу, запряженную в карету.
– Не-е-ет, Зоя. Я отказываюсь это видеть, – растянула я губы в подобии улыбки, когда маленькая зелененькая девочка-тролль в яркой меховой жилетке приветливо помахала мне рукой. – Осталось только розового единорога увидеть – и можно смело сдаваться в дурку.
– Даже не знаю, что тебе и сказать… – произнесла Зоя, провожая взглядом всадницу с длинными эльфийскими ушами. – Единорога мы-таки увидели. – Эльфийка и правда ехала на лошади с длинным рогом посередине лба.
– Только он не розовый, а белый, – вздохнула я. – Так что тут пятьдесят на пятьдесят… Можно сдаваться в дурку смело, а можно – робко шаркая ножкой…
– Кстати, о ножках, – Зоя перевела страдальческий взгляд на свои ступни.
– Зоя, ты босиком?!
– Ага. Туфли в таверне потеряла. Красивые были туфли…
Тут дверь за нашими спинами распахнулась, и мы увидели взволнованные мужские лица.
– Вы здесь! Куда же вы пошли?! Без верхней одежды и… босиком! – брюнет подхватил Зою под руку и настойчиво потянул обратно в теплый дом.
Я все еще держала ее ладонь и вошла следом, чтобы… снова оказаться на руках блондина!
– Вы чего?! – возмутилась я.
На горизонте злых орков и гремлинов не имелось и ездить на руках мужчины не было никаких причин.
– У вас нога болит. Это в таверне повредили? Кто? Вернусь – им самим ноги поотрываю, – слишком серьезно заявил хвостатый, занося меня в гостиную, где вполне мирно среди подушек восседала уже известная нам с сестрой девушка. Она командовала дворецким, накрывавшим небольшой стол для чаепития.
– Не в таверне. И поставьте меня на пол. Это давняя травма. Я уже к ней привыкла.
Брови на переносице мужчины сошлись, образовав тонкую глубокую морщинку. Захотелось разгладить ее пальцем…
И откуда только эти дикие желания?!
Тем не менее отпустил он меня не сразу, все же донес до дивана и усадил, а сам пристроился рядом. Этим мужчина отчего-то смутил меня даже больше, чем когда нес на руках. Ощущать, что рядом сидит не обычный человек, а полузмей, и почти касается моего бедра чешуйчатым хвостом… странно. До этого я видела змей только в серпентарии, куда наш класс ходил с экскурсией. И тамошние обитатели меня не впечатлили, а полудохлый питон, с которым нам предложили сфотографироваться, вызвал только жалость. А тут… снизу – хвост, а сверху – совершенно обычный человеческий торс. Очень развитый мужской торс, облаченный в белую рубашку и нечто вроде пиджака замысловатого кроя.
Зоя молчала и тоже выглядела непривычно смущенной. И я этому даже не удивилась – не каждый день перед тобой на ковре сидит мужчина и согревает ладонями «маленькие» девичьи ступни сорок первого размера. При этом я точно видела, что вокруг его рук, словно нагреваясь, подрагивает воздух.
– Какие забавные человечки! – внезапно весело заявила забытая за всем этим блондинка. – Где вы их нашли?
– Несси, это неважно. Лучше объясни свое… экстравагантное появление в столь поздний час, да еще в праздник. Как мать тебя отпустила?
– Аншас, – тут же состроила она жалостливую мину. – Я думала, ты будешь рад меня видеть.
– Несси… – с угрозой повторил он.
– Что сразу Несси?! – всплеснула она руками и обиженно отвернулась.
– Прекрати, пожалуйста, этот спектакль. Подобное могло бы сработать, если бы не погром в комнате, который ты устроила. Это, к слову, моя любимая гостиная.
– А эта чем тебе не нравится? – удивленно повела она рукой.
– Несси, – очень серьезно произнес блондин, – ты сбежала из дома?
Девушка сначала насупилась, а потом вспылила:
– Ну а что мне было делать?! Меня хотят выдать замуж! Представляешь?!
– Представляю. И, насколько знаю, до этого дня ты была не против.
– Но я-то думала, что мама договаривается с родителями Сушана! А оказалось…– она внезапно всхлипнула и расплакалась, – мне сватают его старшего брата Шанаса-а-а, – завыла она.
– Не вижу в этом никаких противоречий. Они такие же родители Шанаса, как и Сушана.
– Но я люблю Сушана! – сквозь слезы, на которые Аншас не спешил реагировать, сверкнула она глазами.
– Так уж и любишь?
– Ты не понимаешь! Он красивый, обходительный и… и целоваться умеет!
– О да, это, конечно, главные добродетели мужчины.
– Да! – решительно заявила она. – А ты сам-то видел этого Шанаса?! Он же старый! Старше меня на девять лет! И вообще только смотрит на меня и молчит. Молчит и смотрит, – девушка демонстративно вытаращила глаза, показывая, как именно Шанас это делает. – А еще не забывай, мы с тобой из ветви Шассур!
– Это что-то меняет?
Девушка от этого замечания аж подскочила, схватила одну из лежавших рядом подушечек и запустила в блондина.
– Аншас! Я хочу почувствовать Притяжение!
И так это сказала, что сразу стало понятно, что это нечто большее, чем просто слово.
– Но ты сама говорила, что не против выйти за Сушана. И, как я понял, Притяжение к нему ты не испытываешь.
Щеки девушки заалели.
– Ну-у-у оно ведь не всегда прямо так сразу появляется, а он… – блондинка замялась.
– А он целуется хорошо, я понял, – задумчиво кивнул Аншас и закинул руку на спинку дивана.
Я отметила, что девушке не больше восемнадцати, и она очень похожа на Аншаса, к тому же, чувствовалась между ними какая-то общность. Сестра?
– Так, – кончик хвоста мужчины стукнул по полу. – Сегодня ты уже никуда не пойдешь, а завтра…
– Аншас! – взмолилась она, складывая перед собой руки с таким взглядом, что у меня дрогнуло сердце.
Но я все еще не верила в реальность происходящего и не понимала, как ко всему относиться. И это я еще не заостряла внимания на том, где мы вообще находимся… в глобальном смысле. И как вернуться домой… Я вообще пока старалась сосредоточиться на сиюминутных раздражителях, опасаясь, что еще немного и у меня внутри что-то рванет.
Вот, например, у девушки проблема – не определилась она чего от жениха хочет и хочет ли вообще. А еще чешуйки на хвосте Аншаса очень интересные – меняют цвет в зависимости от расположения. Интересно, хвост и правда есть или это слишком натуральны глюк?
Я в который раз скосила на него взгляд. Никто ведь не заметит, если я его потрогаю? Мне же надо убедиться…
Я посмотрела на девушку, умоляюще взиравшую на блондина, на него самого, сосредоточенно хмурившего брови, и мизинчиком потрогала хвост.
Непонятно. У меня с детства, после того как я чуть не отморозила этот палец, плохая чувствительность. Подключила к исследованию безымянный. Чешуйки и в самом деле есть, они теплые, гладкие… Для чистоты эксперимента я даже не смотрела на хвост, уже не доверяя собственным глазам.
Внезапно хвост блондина обвился вокруг моих щиколоток, а рука, лежавшая до этого на спинке дивана, опустилась на плечо:
– Эм, а что это ты делаешь? – спросил он с бархатной хрипотцой в голосе.
Я хлопнула ресницами раз, другой. Опустила взгляд на свою руку, которой все еще прикасалась к его бедру, и только тут до меня дошло, что если это не одежда, то…
Я посмотрела на присутствующих. Все с любопытством смотрели на нас. Я сглотнула. Даже у Несси выражение лица стало озадаченным, что смотрелось забавно в сочетании со сложенными в мольбе ладонями.
– Э-э-э… – мое лицо залила краска смущения.
Никогда я не была в такой идиотской ситуации.
– Ой, да ладно вам! – пришла мне на помощь Зоя. – А что бы вы делали, если бы первый раз в жизни увидели мужика с хвостом вместо ног? Я бы тоже не отказалась потрогать. Кстати, Снежан, он холодный и сколький?
Я медленно мотнула головой. Рука на моем обнаженном предплечье с каждой секундой жгла кожу все больше, а хвост по щиколотке поднимался все выше. Что этот блондинистый гад делает?!
Я решительно сбросила его руку, высвободила ноги и отсела подальше, сцепляя пальцы.
– Первый раз? – удивился Аншас и пристально посмотрел мне в глаза. Я кивнула. – Из какой же глуши вы прибыли и как оказались в той забегаловке в такую ночь?
Что ответить, я не знала.
– Нас опоили, – уверенно заявила Зоя. И все взгляды скрестились на ней. – Нет, ну а как можно объяснить то, что мы зашли в бар, отпили по глоточку глинтвейна и оказались в незнакомом месте в окружении орков, гремлинов, гномов и прочей… – она повертела перед собой кистью, пытаясь подобрать подходящее слово, но, махнув рукой, продолжила: – Нет, я бы поняла, если бы это произошло в конце вечера после большой дозы алкоголя, но мы ведь только пришли! Дед Мороз перед нами распинался, извинялся и что-то говорил про желания, а…
– Дед Мороз? – внезапно перебил ее Аншас и подозрительно сощурился. – Это который дед, но не дед? В красной шубе и шапке?
Я закивала, а блондин с брюнетом так красноречиво переглянулись, что стало понятно – они что-то знают!
– Вы знаете его? И что с нами произошло? – я переводила взгляд с одного мужчины на другого.
А Несси сидела с таким счастливым видом, что Зоя не выдержала:
– А ты чему радуешься?
– Это же так интересно! Что за дед? Что он сделал? При чем тут мороз? И вообще…
– Так, – кончик хвоста Аншаса снова стукнул по полу. – Рассказывайте все с самого начала. Есть у меня догадка, что с вами произошло, но я должен убедиться.
Глава 3. Так не бывает
Пружина событий этого вечера закручивалась слишком стремительно. И все же прежде, чем что-то кому-то рассказывать, нужно было начать не с Деда Мороза. И хвост сидящего рядом мужчины, который и на ощупь оказался хвостом, был этому ярким доказательством. Как говорится, па-де-де3 нужно начинать с антрэ4.
– Для начала, – откашлялась я, – нам всем не мешало бы представиться.
По тому, как округлились глаза присутствующих, я поняла, что события развивались слишком быстро не только для меня.
– Да, конечно, – чуть склонил голову блондин. – Прошу нас простить за столь вопиющую неучтивость. Позвольте представиться. Меня зовут Аншас – наг старшей ветви Шассур.
– Наг? – невольно вырвалось у меня. Про нага я только читала в рассказе Киплинга «Рикки-Тикки-Тави». Было там два отрицательных героя – кобры по имени Наг и Нагайна. А тут получается, что…
– Да, это наша раса. – Я кивнула, не в силах больше удивляться. – Это моя младшая сестра Нессиания – нагайна старшей ветви Шассур. А это мой друг маркиз Дитер Парнский.
Брюнет учтиво кивнул и улыбнулся.
– Тоже наг? – спросила я, не доверяя сегодня своим глазам. Мало ли, может, у него прямо сейчас хвост вырастет, а ноги – временная трансформация.
– Нет, – сдержав улыбку, ответил Аншас. – Дитер обычный человек, но маг.
– Маг, значит… – Зоя окинула продолжавшего сидеть на ковре у ее ног мужчину задумчивым взглядом. – Это ты ею меня сейчас греешь?
– Да.
– А погорячее сделать можешь?
– Могу.
– Ой, не сейчас! – внезапно взвизгнула Зоя.
– А когда? – Дитер заинтересованно вздернул бровь.
Зоины глаза чуть сощурились, но я уже знала, что сейчас маг получит очень интересный ответ:
– В кухне. Вот там я люблю погорячее, – мечтательно протянула она и даже закатила глаза. Брюнет сглотнул. – Ты не представляешь, какой десерт из взбитых белков можно забабахать, имея такие способности!
– Десерт? – Теперь уже вверх взметнулись две его брови.
– Да-а-а, – она снова прикрыла она глаза в предвкушении. – Такие сладкие белые вершинки…
– Вершинки… – завороженного глядя на Зою, повторил Дитер и остановил взгляд на ее внушительной груди.
– Да. Хрустящие сверху и мягкие внутри, – тут она открыла глаза и деловито добавила: – Но это будет только полуфабрикат. Я еще планирую кремовую прослойку с орехами…
Шутка сестры, по-моему мнению, была неуместна. Мы знаем этих мужчин всего ничего, а Зоя провокации затеяла. Мало ли, как они могут на подобное отреагировать. А потому я поспешила вмешаться:
– Это Зоя Белова, моя сестра. Она кондитер, поэтому о десертах может говорить часами и очень образно. – Вздохнула. – А меня зовут Снежана Белова.
– А ты чем занимаешься? – спросил брюнет, продолжая коситься на грудь Зои.
Я втянула носом воздух. Что мне ответить? «Я потеряла дело всей жизни и теперь просто никто»?
– Снежана – балерина, – вместо меня ответила Зоя и поджала губы.
– Бывшая, – резко ответила я.
Хотелось вскочить и уйти, но в том-то и дело, что идти некуда. А потому еще больше выпрямила спину и уставилась невидящим взглядом в пространство.
В комнате повисла неловкая пауза.
– А кто такая балерина? – разбила ее заинтересованным вопросом Несси.
– Танцовщица, – ответила Зоя. – Наша Дюймовочка была одной из лучших, но полгода назад повредила колено и теперь ищет для себя другое занятие.
– Танцовщица… – разочарованно протянула нагайна.
Ее тон неожиданно сильно задел, и не меня одну.
– Снежана с малых лет пахала в залах, чтобы стать лучшей. Пахала так, как некоторым и не снилось, до кровавых мозолей на пальцах и гудящих мышц. Не видела развлечений и нормального детства. Она знает о танце, музыке и искусстве побольше всех нас вместе взятых! И если бы вы видели, как она танцует…
– Зоя, не нужно, – остановила я сестру. Колено неожиданно сильно заныло, и мне стоило труда не поморщиться. – Это в прошлом.
– Но…
– В прошлом, – надавила я голосом.
Нэсси потупилась, но тут же вскинула полные сочувствия голубые глаза и спросила:
– И что, лекари не смогли вас излечить?
– Нет, – ответила, пытаясь совладать с комом в горле.
Прошло уже много времени, а я никак не могу относиться к этому спокойно.
Мужчины переглянулись.
– Думаю, к этому вопросу мы еще обязательно вернемся, – неожиданно ненадолго обвив мои щиколотки хвостом, произнес Аншас. – А сейчас мы бы хотели услышать полную историю вашего попадания в таверну.
Рассказывать начала Зоя. Я не была уверена, что после поднятой темы голос меня не поведет, и сестра это поняла. Она довольно подробно рассказала о наших поисках бара и как мы в него попали. Не обошла стороной Деда Мороза и даже кролика.
– …мы и пригубили глинтвейн, а потом внезапно обнаружили себя сидящими за другим столом в окружении каких-то сказочных существ.
– И… – я вспомнила небольшой факт, который сейчас уже не казался случайным глюком. – Мне показалось, что когда тот черный кролик чихнул, наши бокалы обволокла странная дымка. – Под внимательными взглядами присутствующих я стушевалась. Теперь мои слова показались глупостью. – Мне могло показаться… Я не уверена…
– Нет-нет, это очень важное замечание, – прервал мои оправдания Дитер. – Учитывая, что ваш Дед Мороз сказал, что ему запретили таким образом вмешиваться в судьбы людей, неудивительно, что он нашел того, кто смог. А кролик… Визуализация духов бывает разная. А то, что это очень сильный дух, нет никаких сомнений.
Брюнет задумался, а я выдохнула. Все-таки меня не посчитали фантазеркой, или, и того хуже, умалишенной.
– Так вы знаете, что с нами произошло и как мы оказались в таверне? – с надеждой спросила я.
– И вообще, где мы, собственно, оказались? Всегда считала, что на Земле живут только люди, а про магию можно прочитать только в сказках, – задала вопрос и Зоя, и у меня в ожидании ответа сжалось сердце.
– Может, сначала попьем чайку? – внезапно предложил Дитер и нарочито весело улыбнулся. – Аншас заказывает его у эльфов. – Наши с Зоей взгляды были так красноречивы, что маг предпочел скомкать фразу и закашлялся. – Он у них очень ароматный… Кхм…
После всего увиденного я готова была поверить в любое объяснение, даже в то, что в новый год некоторые люди превращаются в сказочных существ, или что где-то запрятан такой вот город, населенный странными расами, куда мы каким-то образом попали. Но реальность смогла преподнести сюрприз.
– Так вы не с Рерингаса?! – всплеснула руками Несси и восторженно округлила рот.
– Что такое Рерингас? – с подозрением спросила Зоя.
– Наша планета. Ее создал Великий Дракон и оживил своим дыханием. Именно этот день мы сегодня и празднуем. А вы разве нет? И кто такой этот ваш Дед Мороз? Сильный маг, да? А…
– Нэсси, пожалуйста, помолчи немного, – строго остановил поток ее вопросов Аншас, подсел ко мне, взял за руку и заглянул в глаза. – Снежана, – произнес, чуть смягчая «ж», от чего мое имя прозвучало теплее, и посмотрел на такую же ошарашенную Зою. – Девушки, боюсь, что вы оказались в другом мире. Он называется Рерингас, его населяет множество разных существ, и… вы не первые попаданки. Похоже, это произошло по вине все того же волшебника, что и в прошлый раз.
– В прошлый раз… – повторила я, глядя ему в глаза и пытаясь увидеть фальшь или смешинки, которые бы говорили о том, что он так жестоко шутит.
– Да, несколько лет назад именно в эту же ночь благодаря вашему Деду Морозу в наш мир попала другая девушка. От нее мы узнали о вашем, как вы его называете, волшебнике.
– Другая девушка?!
– Да, она до сих пор живет здесь, и мы смогли переправить сюда ее родителей.
– То есть проход между мирами есть, и вы можете вернуть нас обратно?! – Зоя вскочила на ноги и нечаянно наступила на руку брюнету.
Тот зашипел, сестра отскочила, зацепилась за ножку столика, покачнулась, но Дитер успел ее подхватить за локоть и притянул к себе, поглаживая по спине в попытке успокоить.
– Извини, – она виновато посмотрела на его руку. – Так что там насчет возвращения?
– Боюсь, что с этим вопросом могут возникнуть проблемы… – ответил маг.
– Проблемы? Какие проблемы? – вцепилась я в руку Аншаса.
– Эм… – Дитер перевел на меня взгляд и замялся.
Но вместо него ответил блондин:
– Дело в том, что в вашем мире мы были всего раз и то случайно. Дегустировали экспериментальный настой Дитера и… открыли портал. Но как мы это сделали – не помнит никто.5
– Что за настой? – тут же спросила Зоя. – Может, стоит снова его продегустировать? – и с надеждой посмотрела на разминавшего пострадавшую ладонь мага.
– Все не так просто. Эффект после его приема каждый раз непредсказуем, – он почесал пальцем висок, и по выражению его лица стало понятно, что эффекты изучались долго и со вкусом, но прогнозируемого результата не получили ни разу. – К тому же, даже если это у нас получится, мы не можем быть уверены, что вы из того же мира, что и предыдущая попаданка. По информации из старинных трактатов, миров бесчисленное множество и некоторые очень похожи.
– Что же делать? – пробормотала я, осознавая, как сильно мы попали.
Даже для сумасшествия это было слишком, а потому я поверила, что происходящее – правда.
– Главное, не нервничать. Если мы нашли путь единожды, сможем повторить это снова. Просто понадобится некоторое время. В прошлый раз мы особенно не изучали тему, и все получилось случайно, но вот если ею хорошенько заняться…
– Правда?
– Конечно, – улыбнулся Аншас, и мне очень захотелось ему верить. Очень-очень захотелось.
– Так вы нам его откроете? В смысле, поможете вернуться обраться? – уточнила Зоя.
– Поможем, но вы должны понимать, что это может получиться далеко не сразу.
– И что нам все это время делать? – растерялась я.
Представила, сколько проблем нас ожидает. И это не считая того, что помогать возвращаться нам никто не обязан, несмотря на заверения, и не побежит, теряя тапки, тут же искать возможность переноса – у всех есть свои дела.
В комнате повисла тишина, которую внезапно нарушила Несси:
– Аншас, я их забираю! – и, гордо выпрямившись, привстала на хвосте.
В комнате снова воцарилась тишина. Не знаю, как Зоя, а я подобной перспективы отчего-то испугалась.
– Нессиания, – тихо и спокойно произнес сидящий рядом наг, но мне показалось, что в комнате похолодало, – напомни мне, дорогая, почему в Ночь Создания ты оказалась у меня дома, а не танцуешь на балу во дворце родителей?
Несси немного стушевалась, но тут же снова расправила плечи:
– Аншас! Но это же такой шанс!
– Какой шанс?
– Если я появлюсь сейчас с ними во дворце, все тут же забудут о моей выходке с побегом. Я ведь сбежала до оглашения помолвки с Шанасем. И теперь у меня будет оправдание. Родители не поссорятся с ветвью Нисшас, а у меня появится время, чтобы уговорить их отложить, а потом и вовсе отменить помолвку.
Говоря это, девушка на глазах воодушевлялась и под �