Тайный малыш от бывшего
Глава 1
– Уа-уа-уа… – заливается громким плачем мой новорожденный малыш, а у меня слезы рекой от счастья.
Акушерка, смахивая пот со лба, кладёт мне на грудь мое долгожданное чудо, торжественно объявляя:
– Поздравляем! У вас мальчик! Какой красавец… Богатырь.
Принимаю счастливые поздравления от медперсонала, не в силах поверить, что двенадцать часов ада наконец закончились.
Роды были долгими и нелегкими из-за моей миниатюрной конституции тела. Врачи уже хотели делать кесарево, но в последний момент у меня получилось!
Сегодня на свет родился мой сыночек. Кирилл…
Посмотрела на него, мягко улыбнулась, поцеловав сына в лобик, уютно устроившегося на тёплой маминой груди.
Малыш затих, зевнул и неожиданно приоткрыл глаза. Я оцепенела, потому что увидела в крохе точную копию его отца.
Горечь воспоминаний утянула меня в болезненное прошлое, вызывая на глазах новую порцию слёз.
– Что пишем в графе отец? – спрашивает акушерка, держа в руках родовой журнал.
– Ничего, – качаю головой. – Просто прочерк.
– Ясно, – с ноткой грусти кивает и отходит от кушетки, устремляясь по своим делам.
– Эй, Одинцова, а это не ваш папаша под нашими окнами бродит? – услышала звонкий голос медсестры и тут же напряглась, сильней прижав Кирюшу к груди.
– А-ну покажи! Где? – подхватила её напарница.
– Вон, – кивает, усмехнувшись. – Бизнесмен какой-то важный, на чёрном Мерсе подкатил…
– О! Красавчик! А это его машина? Миллиардер, что ли?
– Погодите, девочки, лицо у него такое знакомое, не его случайно недавно по новостям показывали?
– Правда? Что тогда такой солидный тип забыл в нашем захолустье?
– А как выглядит? – тихо спросила я и сжала пальцы в кулак.
– Как модель журнала Форбс. Высокий, широкоплечий шатен. Черты лица красивые, немного жестковатые. Костюм из бутика, сто процентов. По гарнитуре без умолку болтает, да всё на окна роддома поглядывает. Он уже здесь часа три торчит…
– Может передать что-то?
Сглатываю горечь во рту, со злостью отвечая:
– Скажите ему, чтобы проваливал к черту!
– Девочки, ну что такое?! Вы работать будете? Опять сплетни с каждого угла собираете! – в родзал вошла заведующая, балаболок как ветром сдуло.
– Как самочувствие, Одинцова? – смотрит на меня внимательно, и с заботой поправляет одеяло.
– Уже получше… – слабо шепчу.
– Через два часа переведём в палату. Новорожденного нужно пробовать прикладывать к груди, чтобы начало вырабатываться молоко.
– Хорошо.
– И да, о тебе спрашивали.
Перед глазами вспышка тёмных пятен.
– Исаев Игнат Игоревич. Сказал, что он – отец ребёнка, требовал, чтобы впустили.
– Не пускайте! – отчаянно вскрикнула я.
– Он оплатил ВИП-палату, требовал пригласить к тебе самых лучших врачей.
– Пусть катится к чёрту, – всхлипнула, сморгнув слезу. – Не пускайте его или я напишу жалобу на ваше отделение!
Врач хмыкнула, развернулась и засеменила прочь.
Прикрыла глаза, громко выдохнула, окунувшись в болезненное прошлое… Когда-то я была нищей студенткой, а он солидным мужчиной, на старте своей карьеры. Я проходила практику в его фирме и между нами внезапно вспыхнули искры.
Такой мужественный, взрослый серьёзный. Он с первой секунды покорил моё сердце и стал моим первым. Во всём…
Первой любовью.
Первым мужчиной.
Моим мужем.
Но жизнь – бессердечная и коварная. В один роковой миг он сильно ранил меня! Мы развелись. В день развода, я обнаружила на тесте две полоски…
Конечно, я ничего не сказала Исаеву! Вышла из здания суда с высоко поднятой головой и приняла решение растить кроху одна.
Наконец, нас с Кирюшей перевели в палату. Я сначала подумала, это какая-то ошибка! Не палата, а номер в пятизвездочном отеле. Я хотела отказаться от любых подачек Игната, но спохватилась слишком поздно. Нас уже оформили и закрепили другой персонал – выше уровнем. Ладно, в конце концов это всё для здоровья ребёнка…
Кирюша начал плакать, я не спала всю ночь, пыталась его успокоить, прикладывала к груди – не выходит. Зашла детская медсестра, я почти разрыдалась от бессилия и усталости, бросившись к ней.
– Помогите нам! Он постоянно плачет.
Женщина осмотрела сына и вынесла вердикт:
– Всё хорошо, наш Кирюша хочет кушать! Молока ещё нет?
Я сжала ладонями грудь, она болезненно заныла, но из сосков выделилось всего лишь несколько мутно-прозрачных капелек.
– Молозиво. Скоро и молоко прибудет. Пока придётся покормить кроху смесью.
Медсестра взяла у меня ребёнка, приложила к губкам специальный шприц. Малыш затих и начал жадно смоктать.
– Молодец, сладкий, молодец…
Вернула мне сыночка, со словами:
– Поносите в вертикальном положении немного. Может срыгнуть.
– Спасибо вам больше.
Кирилл в коем-то веке успокоился, я, соответственно, тоже. Прогуливаясь по палате, остановилась у приоткрытого окна и увидела его… Игнат стоял на парковке, прямо напротив нашей палаты, прислонившись задом к капоту дорогой иномарки, что-то печатал на телефоне.
Внезапно поднял голову и посмотрел на меня…
– Лида, – бросив телефон, начал приближаться. – Покажи мне моего сына!
Крепче прижала маленький сверточек к груди, спрятав личико младенца.
– Уходи, Игнат! Я не хочу тебя видеть!
– Я принёс цветы… – запнулся. – Как прошли роды?
– Тебя это не касается. Оставь уже меня наконец в покое! – зло процедила я, с яростью захлопнула створку окна.
Он постоял ещё несколько секунд, ругнулся, швырнув цветы далеко в кусты. Развернулся и сёл в свою роскошную иномарку.
Важный…
Игнат высоко поднялся за этот год. Он теперь ездит на Мерседесе и его сопровождает личная свита охраны.
* * *
День выписки стал самым долгожданным!
Кирюша уже во всю кушал грудь и, кажется, рос не по дням, а по часам. Я тоже набиралась сил, готовилась к новому этапу в моей жизни. Поздравить меня приехала мама и сестра Арина.
– Поздравляем! Он замечательный.
– Боже, какая прелесть! Ох, какой красивый малыш!
– Спасибо, мама. Очень рада, что вы приехали.
Обняла их по очереди и даже дала сестре подержать племяшку. Мы сделали фото на память, направились к выходу из роддома.
– Ну чё решила? – сестра лопнула жвачку. – Выдоишь своего богатенького козла по полной? На алименты уже подала?
– Арина, прекрати, – дёргает её за рукав мама, а у меня уже всё… Как цепная реакция! Слезы на глазах, боль на разбитом сердце…
Только не плачь, Лида! Не плачь! Сегодня ведь такой счастливый день! Неделю назад я стала мамой, а сегодня мы едем домой.
– Такси будет с минуты на минуту, – сообщает мама. – Какие у нас вообще планы? Друзей, родственников будем приглашать?
Ответить на её вопрос я не успела, перед нами резко затормозила чёрная иномарка. Дверь открывается, выходит он, в сопровождении охранника. Игнат смотрит на меня испепеляющим взглядом, затем на белый свёрточек с голубой лентой, командным тоном произносит:
– Лида, садись в машину.
– Уйди с дороги, в конце концов! Мне что вызвать полицию? Хватит меня преследовать!
Даёт знак охраннику, тот хватает меня за локоть. Тогда я понимаю, что сопротивляться бесполезно. Всё равно будет так, как захочет он.
– А мама с сестрой?
– Поедут на такси, – ледяным тоном обрубает. – Я хочу увидеть сына и серьёзно с тобой поговорить.
Глава 2
Прошлое
– Девочки, ну что всех поделили на группы на практику?
– Вроде да…
Вхожу в аудиторию, первое, что слышу – разговор подруг, столпившихся у первой парты. Догадываюсь, они говорят о грядущей практике, которая должна начаться на следующей неделе.
– Доброе утро! Куда меня записали? Я болела, не успела сама выбрать. – Переживаю я, подойдя к девочкам, чтобы глянуть списки. Вижу свою фамилию, читаю: «Лидия Одинцова – руководитель Исаев И.И, компания „Ривьера-Люкс“».
– Хай, Лид, кто у тебя? – интересуется Сашка, заглядывая через плечо и рот приоткрывает: – Оу! Блин я к нему хотелаааа! Давайте меняться? Кто к Охлобыстину пойдет?
– Фу! К этому жидюге в зачуханную контроку – ни за что!
– Ну плиииз…
– Вот Лидке повезло, последнее место у Исаева урвала, жаль я прохлопала.
– Ну вы ещё подеритесь!
– Говорят, он красавчик, серьёзный предприниматель и хорош собой! Повезло тебе, Лидка, – охают девушки, мечтательно закатывая глаза. – Практика будет хоооот – горячей!
Не обращаю внимания на болтовню подружек, я занимаю своё место, открываю тетрадь, принимаюсь зубрить конспекты, потому что сегодня зачёт по «Финансовому менеджменту».
Неделя пролетает быстро, я получаю самый высокий балл на курсе за реферат, успешно сдаю зачёт, щёлкаю контрольные тесты как орешки тоже на отлично. Преподаватели мною довольны, часто ставят в пример другим студентам, особенно тем, кто учится на коммерции. Мне же повезло поступить на бюджет, поэтому приходится грызть гранит науки круглыми сутками, чтобы не слететь со стипендии.
Настал первый день практики. К девяти утра мы с девочками приехали по указанным координатам и увидели перед собой небольшое, но достаточно стильное здание, спроектированное со вкусом. Вошли через торец, где нас встретила миловидная блондинка и провела в комнату для отдыха работников в ожидании указаний главного.
– А директор уже прибыл? – хихикнула Янка, доставая косметичку, пока мы двигались по коридору, принялась жирным слоем красить губы. Я заметила, что сегодня она надела юбку покороче, да и макияжа не пожалела. А Таня явилась в достаточно откровенной, как по мне, блузке, с глубоким вырезом.
Рядом с ними я чувствовала себя иначе… На мне строгая блузка под горло и чёрная приталенная юбка, длиной ниже колен. Я привыкла одеваться строго, как подобает студенту, посещающему высшее учебное заведение.
– Пока ещё нет, – мягко ответила блондинка, пропуская нас вперёд, в небольшое помещение с кожаным диваном и стеклянным столиком, в котором пахло кофе. – Подождите Игната Игоревича пока здесь.
По слухам, Яна Трофимова поменялась местами с Женей Елисеевой за десять тысяч рублей, чтобы попасть на практику именно к Исаеву. Ненормальная… Почему девочки с ума сходят от этого мужчины словно кошки в брачный сезон? Что же в нём такого? Я уж точно голову не потеряю. Пока меня мало что интересует, кроме красного диплома.
Прошло минут десять, мы с девочками просидели их практически в тишине. Я листала конспекты, а Янка любовалась своим отражением в зеркальце, без конца что-то на себе поправляя.
– Невозможно уже ждать! – капризно хмыкнула она, захлопнув зеркальце. – Ну когда он приедет!
– Горишь уже вся? – хихикнула Таня с блестящими глазами глядя на подругу, которой во всём стремилась подражать.
– Охота на него полюбоваться, говорят не мужик, а ходячий секс!
За дверью послышался торопливый топот, девчонки напряглись в торжественном ожидании. Щелкнула ручка, в проёме показалось незнакомая девушка в строгом костюме, в очках для зрения.
– Девчат, вы практикантки?
– Да, – отвечаем все, кроме Янки.
– Ой, пожалуйста, выручите! С минуты на минуту важные клиенты прибудут, а угостить нечем – кофе почти закончилось. Кто-то сможет сбегать в соседний магазин и купить кофе, коробку конфет, фруктов?
– Кать, ты где прохлаждаешься?! – раздается недовольный крик позади неё.
– Бегу, бегу, Мария Фёдоровна!
Незнакомка оставляет стопку купюр на столе и убегает. Яна смотрит на деньги, капризно закатывая глаза с длинными, наращенными ресницами.
– Кто пойдёт? – интересуется Таня.
– Точно не я! – задирает голову, словно королева. – Вот ещё, буду на подачках как собачонка бегать! Мой папа не для этого столько денег вбухивает в мою учёбу, ещё и взносы в кругленькие суммы в фонд универа жертвует.
– Да, ты права, – поддерживает подругу Таня, чтобы не выглядеть отстоем, ведь Яна Трофимова у нас местная звезда. Любит красивую жизнь, парней, тусовки. Мечтает стать известной топ моделью, подцепить богатого жениха.
– Я схожу, девочки, – сама вызываюсь. – Мне не сложно.
Они одновременно издают смешок, но не комментируют мой поступок. Мне, если честно, правда нетрудно. Стало жаль ту девушку, что к нам забежала, у них явно форс-мажор, поэтому захотелось помочь.
А может это тайная проверка от Исаева?
В любом случае, я взяла деньги и отправилась выполнять поручение.
* * *
Выхожу из магазина с пакетом и – бах! Ручка треснула, пакет чуть не порвался, пришлось нести всё в руках. За покупками я сходила успешно – купила всё, что просили, надеюсь важные клиенты останутся довольны.
Уже почти подошла ко входу, внезапно позади раздался шум автомобильных шин, позже хлопнула дверь, по ступенькам кто-то спешно поднялся, стуча модельными туфлями.
– Я подписал контракт ещё во вторник, поставщики приняли моё условие…
Прозвучал насыщенный, как штормовой прибой голос, непонятным образом заставляя кончики моих пальцев задрожать, кровь хлынуть в нижнюю часть тела, дыхание сбиться.
Оборачиваюсь, не понимаю, как так происходит, но я невольно дёргаюсь и врезаюсь крепкую, мужскую грудь, пахнущую терпким мужским парфюмом.
Нога соскальзывает, теряю равновесие, сейчас сорвусь со ступенек…
На талию стремительно ложится крепкая ладонь, предотвращая падение. Незнакомец, что сейчас стоит передо мной, спас мне жизнь.
Осмеливаюсь поднять голову и цепенею, сталкиваясь с орехово-зелёными глазами, которые завораживают за миг.
– Давай, до связи, – жмет на беспроводной наушник, сбрасывая вызов, теперь внимательно смотрит на меня.
– Ты чуть не упала. Ты к нам? – какой красивый, глубокий у него голос. Мурашек на коже всё больше и больше. На несколько секунд я лишаюсь дара речи, поскольку понимаю, кто передо мной. Это он. Игнат Исаев – человек, которого я совершенно иначе себе представляла.
В моём воображении директор «Ривьеры» выглядел как типичный прожжённый мужик низенького роста с рыбьими глазами, тонкими губами, небритым лицом и проплешиной, которую пытается спрятать под париком. Но никак не зеленоглазый брюнет с пропорциональным, крепким телом в дорогом костюме.
– Меня зовут Лидия, – сжала пальцами края пакета. – Я к вам на практику.
Говорю вообще первое, что в голову взбрело, потому что думаю сейчас только об одном – о его горячих руках, властно сжимающих мою талию.
– Понял, – улыбнулся уголком губ, всё внутри замерло, – значит, я твой начальник. Будем знакомы.
И как долго мой начальник собирается ко мне прижиматься?
Понимаю, что начинаю покрываться пунцовыми пятнами, потому что незнакомый взрослый мужчина меня трогает. Мой взгляд скользит чуть ниже по его лицу, замирает на немного приоткрытых губах. Упругих. Манящих. По-мужски красивых. По венам разливаются волны жара, закручивающиеся в нижней части живота бешеными спиралями.
Заставляю себя опомниться и перевести взгляд – куда угодно, но только не смотреть на его губы! Лучше потаращиться на изящный, старательно отутюженный галстук. Но от нашей спонтанной, я бы даже сказала чуточку экстремальной близости, у меня покруживается голова.
Что за странные реакции? Никогда и ничего подобного ещё не испытывала. Я общаюсь с парнями иногда, но никогда ничего и в помине не чувствовала, а тут между нами вспыхнула странная химия.
То парни, а это… Мужчина.
Взрослый, серьёзный, ужасно-привлекательный мужчина. Сколько ему лет, я точно не знаю, но думаю, немного за тридцать.
– Пакет тяжелый? – хмурится он.
– Не очень…
– Что в нём?
– Угощение для ваших гостей, меня попросили купить.
Его пальцы немного сминают ткань моей строгой, классической юбки, кажется я насквозь пропотела, и мечтаю прямо сейчас с головой окунуться в морозную прорубь.
– Вот как? – тёмные брови правильной формы взлетают вверх. – Спасибо.
Наконец его руки соскальзывают с моей талии, он забирает у меня пакет.
– Пойдём, хочешь поприсутствовать на свида… – откашлялся, – на совещании?
– Конечно, – мягко улыбнулась. – Для этого я и здесь – чтобы учиться и набираться опыта. Приятно познакомиться, Игнат Игоревич.
В ответ в ореховых глазах засияли задорные огоньки.
Из всех практиканток, прибывших сегодня в компанию «Ривьера-Люкс» на совещании присутствовала одна я. Других девочек заставили наводить порядок в пыльном архиве, перебирая бумаги.
Оказывается, заместитель Игната Игоревича услышала капризные недовольства Яны и Тани и обо всём ему доложила, он, соответственно, сделал свои выводы.
Глава 3
– Послушай, ты! – получаю грубый толчок в спину, чудом успеваю устоять на ногах, но роняю на пол пару тетрадей. По голосам узнаю подошедших – Яна и Таня. Что на них нашло? Кто-то из них меня только что толкнул, я могла упасть и сильно удариться.
– Что он в ней нашёл? – Яна обошла меня по кругу, морща нос, с отвращением рассматривая меня с головы до ног. – Она же никакая!
– Согласна, мышь чуланная!
Наклоняюсь, подобрав упавшие конспекты. Стряхиваю с них пыль, затем награждаю одногруппниц взглядом, наполненным укором.
– Что происходит?
– Ты что спишь с Исаевым?! – топает каблуком туфельки Яна. – Почему он постоянно делает тебе какие-то поблажки?
От заявленного кровь вспыхивает в жилах. С момента практики прошло уже больше месяца, я, конечно, уже успела прикипеть к руководителю, но не до такой же степени, чтобы с ним спать?
– Вы с ума сошли?
– Не чеши языком, Одинцова, – Таня сплёвывает мне в ноги, – ты у него на особом счету! Ты ноги уже успела что ли раздвинуть? Куратор тебя трахает?
– Замолчите!
Толкаю Янку со всей силы в плечо и ускоряю шаг, стараясь немедленно от них отвязаться. Да как им только в голову пришло гадости такие обо мне говорить? Хоть бы слухи не начали распускать, потому что всё это – гнусный бред. Я поняла, почему сорвались как собаки с цепи – завидуют. Игнат Игоревич тепло ко мне относится… Но это лишь потому, что я чрезвычайно сильно стараюсь.
– Ещё раз он тебя перед всеми нахвалит, а нас сошлёт архив, мы тебе личико пораскрасим, чмошница, чтоб не зазнавалась!
– Я всё ректору расскажу, с кем ты спишь за высокие баллы! Готовься к отчислению, дура!
– Надо всему универу рассказать, какая у нас на потоке учится б**ь!
Выбегаю за ворота университета, прижимая к груди тетрадки – сердце на вылет. Припадаю к стене, пытаясь отдышаться.
Я не знаю, почему это происходит, но Исаев и правда оказывает мне знаки внимания. С другими девочками он бывает даже груб, а меня часто хвалит. Хотя я всегда стараюсь выполнить работу идеально, чтобы получить красный диплом, хорошие характеристики от руководителей и преподавателей, в будущем устроиться на работу мечты.
На следующей неделе мы опять отправились на практику. В этот раз я не хотела, чтобы меня хвалили, вела себя тихо, держась в стороне, но руководитель, проверяя наши задания, поднял глаза, с восхищением глянул на меня и отглаголил:
– Отличная работа, Лида, ты не думала ещё о месте работы?
– Думала, на уме есть несколько вариантов, – теребя в руках ручку, скромно ответила я.
– Может к нам пойдешь? – внезапно произнёс он, после чего со стороны соседнего стола послышался грохот.
Мы обернулись на Яну, которая швырнула на стол очередную партию пыльных папок из архива.
– Ну хватит! Это не компания, а публичный дом какой-то! Вы ещё прямо здесь и при всех пососитесь! – пышет она огнём и трясётся от злости. Подхватывает сумку со стула, уверенно идёт к выходу.
– Трофимова, ты куда? – рыкает Исаев. – Что за тон и словечки?!
– Домой! Можете ставить мне не зачёт, но я сюда больше не вернусь и жалобу на вас ректору накатаю!
Как я и думала, Янка без ума от Игната Игоревича, но она его не интересует. Сколько раз я им уже доказывала, что у меня нет ничего с нашим куратором, не верят. Хотя я сама временами наблюдаю за Игнатом Игоревичем издали, любуясь его широкими плечами, статной фигурой, упругими ягодицами, которые идеально облегают модные, классические штаны.
Таю от его низкого голоса, наполненного океаном и прохладой. Каждый раз вздрагиваю, когда он невольно касается меня, чтобы что-то передать в руки.
А по ночам мне снятся порочные сны с его участием… Я просыпаюсь вся мокрая и дрожу от непонятных сладких спазмов, бушующих в животе.
Боже, я такая бесстыжая! Не могу контролировать свои безумные чувства и тягу к своему руководителю. Сама себя не понимаю.
По-другому быть просто не может. Он – моё табу. Я студентка, а он мой руководитель. Какая же это будет волна сплетен и осуждений, если дурацкие, лживые слухи просочатся в массы.
Хоть бы Янка не наплодила грязных сплетен из-за ревности…
* * *
Сегодня я допоздна задержалась в библиотеке, готовясь к зачёту. Практика подходит к концу, с каждым днём я начинаю всё больше и больше ощущать неясную тревогу в груди. Думаю, она связана с тем, что, когда практика закончится, я больше никогда не увижу Игната Игоревича?
Моё сердце в его присутствии замирает, ладошки потеют как у тринадцатилетнего влюблённого подростка, щёки горят огнём. Я никогда не перестану им любоваться издали, в тайне, за многое себя упрекая.
Думать о нём, хотеть его, воображать, как его красивые губы впиваются в мои – это плоды моей тайной, бесстыжей фантазии. Но разве мечтать запрещено?
Повезёт же его жене…
То, что он не женат до сих пор, удивительный факт.
Всё-таки я хочу, чтобы оставшиеся недели до конца практики пролетели за миг, сколько можно себя мучать? Мечтая о порочном и запретном…
Сильный дождь застал меня неожиданно, хотя синоптики передавали ясно и без осадков. Тем не менее, я промокла до нитки и стояла на остановке, стуча зубами, а транспорт будто провалился сквозь землю. Спасение приходит именно в тот момент, когда ты его не ждёшь. Рядом со мной тормознула иномарка представительского класса, которую я так хорошо знала. Стекло со стороны водителя поползло вниз, на меня с волнением смотрели орехово-зелёные глаза.
– Лида? Что ты делаешь здесь так поздно? Ты промокла до нитки. Немедленно садись в машину, я тебя подвезу.
Увидеть его сейчас здесь – невероятная неожиданность. Разумеется, у меня не было выбора, поэтому я быстро юркнула в машину на комфортное, мягкое сиденье и чуть не умерла от счастья, потому что здесь было тепло и пахло головокружительным мужским парфюмом.
Мужчина нажал на газ, седан плавно устремился вдаль по пустынной дороге. Я с облегчением выдохнула, но застеснялась – скорей всего у меня сейчас не самый привлекательный вид.
– Повезло, что я проезжал рядом.
Неожиданно его ладонь опустилась на мою коленку, обожгла насквозь.
– Какая холодная… Давно стоишь?
– Не очень, – покачала я головой, застыв словно статуя от столь безумного жеста.
Игнат плавно вёл машину, я залюбовалась его руками с утончёнными, длинными пальцами. Совсем как у аристократа. А как он перебирал ими руль? Будто ласкал девушку… На его вождение можно любоваться часами.
Моя кофточка намокла. Я её сняла, оставшись в тонком, белоснежном сарафане. Сегодня я надела лифчик без поролона, совсем позабыв об этом. Ткань сильно промокла, я поняла это слишком поздно, когда Игнат увидел мои торчащие соски и тогда у него, похоже, сорвало крышу.
– Вот дьявол! Больше не могу! – Исаев треснул кулаком по рулю, нажал на тормоз и повернулся ко мне всем корпусом. Двинулся вперёд, сильная мужская ладонь легла на затылок, властно его сжав. Я думала моё сердце сейчас точно выскочит из груди. От того, как смело и твёрдо он меня трогал, от того, как хищно смотрел, едва сдерживаясь. В то миг я поняла, что и он мною одержим, также, как и я им, но долго это скрывал. Неужели наша химия взаимна?
Наклоняется к лицу волнительно-близко. Палец мужчины ложится на мой подбородок, немного коснувшись нижней губы, которую я приоткрыла в напряжении. Горячее дыхание со вкусом мяты и сигарет обожгло мой рот, когда он хрипло прошептал:
– Я так сильно хочу тебя поцеловать, если бы ты только знала…
– И я, – неожиданно вырывается из моего глупого рта, что служит точкой невозврата.
Игнат Игоревич действует решительно – давит на мой затылок и накрывает мой рот своим. Только и успела хапнуть воздух, закрыть глаза и растаять будто восковая свеча.
Поцелуй такой горячий и напористый, что вот-вот выбьет из тела душу. Он углубляет движения, действуя не торопясь, не давя на меня, постепенно погружает язык в мой рот, будто боится напугать. Постепенно приручает. Показывает небе в алмазах…
У меня не было ещё парня. Так, мимолётные детские интрижки. Но такого взрослого, опытного, серьёзного – никогда.
– Какая ты сладкая. Чёрт, я же голову с тобой теряю, Лидаааа. Ты как мёд. Нежная, такая свежая…
В ответ я лишь стону, сама тая от наслаждения, словно тягучая карамель.
– Ну что общежитие отменяется?
– Да.
Говорю это на эмоциях, под мощным всплеском влечения к этому невероятному мужчине, а на самом деле… совершаю ошибку.
– Тогда я везу тебя к себе домой.
Глава 4
– Проходи, чувствуй себя как дома. Твоя одежда насквозь мокрая, пальто надо с тебя снять… и – запнулся. – Высушить. Я дам тебе что-то другое.
Застенчиво обвожу взглядом квартиру Игната, прижимая к груди сумку, неторопливо следую за ним в одну из комнат. Интерьер впечатляет. Он привёз меня в новую многоэтажку в центре города, на лифте мы поднялись на самый её верх, очутившись здесь – в пентхаусе, стиле модерн. У Игната Игоревича, несомненно, есть вкус. Огромная трёхкомнатная квартира с бесподобным видом на центр города – лично я могу о такой только мечтать.
– Вот, это моя… спальня, – голос мужчины звучит хрипло, а лицо как камень. Снаружи раздаётся раскатистый гром, и я вздрагиваю, видя за окном проблеск молнии. Игнат спешит к окну, чтобы его закрыть, пока крупные капли барабанят по стеклу и подоконнику, наполняя комнату запахом дождя и вечерней свежести.
– Не бойся, – мягко улыбается, – всего лишь гром. – Что ж, раздевайся, иначе простудишься, сейчас дам тебе одежду.
Мой спаситель полез в шкаф, достал оттуда что-то, похожее на темно-синюю футболку из приятного, качественного материала.
– Извини, гостей у меня не бывает, девушки нет, так что из одежды только футболка, сгодится?
Это признание только усилило бурю внутри моей души, участив пульс.
Смущённо киваю, бережно принимая из его рук вещь. Между нами повисло неловкое молчание.
Я снова и снова думала о том, с каким напором мы целовались в его машине двадцать минут назад. Он сжимал в кулак мои волосы на затылке, накрывая меня полностью собой, действовал твёрдо, решительно, глубоко погружал язык в мой рот, заставляя меня сжимать пальчики на руках и терять кислород в лёгких. Ещё немного – я бы сошла с ума от удовольствия. Так хорошо мне не было никогда.
Ореховые глаза смотрели на меня томительно, заметно потемнев, кадык мужчины дёрнулся, он словно заставил себя отойти от меня и направился в сторону выхода из комнаты. Наверно хотел посмотреть, как я буду переодеваться.
– Пойду посмотрю, что есть на ужин.
Когда дверь за ним закрылась, я положила ладошку на сердце и поняла, что оно, скорей всего, сейчас выскочит из груди.
* * *
Выбора не было совершенно, пришлось надеть его футболку, которая пахла арктической свежестью и смотрелась на моей миниатюрной фигурке совсем как платье. Я смяла кончиками пальцев подол футболки, вдохнув её запах. Ткань насквозь пропиталась им и теперь, кажется, его запах проник и в меня тоже, в каждую пору на теле, навлекая на меня сладостный дурман.
Господи, как так вышло? Я нахожусь у него дома. В доме самого Игната Исаева! Будущего миллиардера Форбс. Многие финансовые аналитики пророчат ему большое будущее, а я сейчас нахожусь в его спальне и на мне его футболка, под которой нет даже трусиков, потому что мои трусики мокрые. Все вещи пришлось развесить на спинке кресла, чтобы подсушить.
Заглядываю в ванную, беру полотенце. Распустив растрепавшуюся косу, хорошенько подсушиваю волосы, которые, в свободном виде почти доходят мне до талии. Приведя себя в порядок, выхожу в коридор, отправляясь на поиски хозяина роскошных хором.
Оказывается, Игнат во всю хозяйничает на кухне. На мгновение я застываю в проходе, чтобы полюбоваться его широкой спиной в белой футболке и упругими ягодицами, под спортивными серыми штанами – тоже успел переодеться. Должна сказать, белая футболка соблазнительно облегает его тело, выделяя каждую мышцу. Оно у него рельефное, подтянутое. Сто процентов занимается спортом, чтобы быть в тонусе.
Запах на кухне стоит восхитительный! Я вижу, он жарит на гриле сосиски и овощи – во рту тают слюнки. Прежде всего, это выглядит сексуально – мужчина, стоявший у плиты. Особенно, такой красивый мужчина.
– Чем-нибудь помочь?
Оборачивается на звук моего голоса, я вижу, как быстро темнеют его глаза, наливаясь лавой по краям радужки, как только он видит мои голые ноги и свою футболку на мне. В тот же момент, не смотрит на плиту, и вздрагивает от боли.
– Ой, вы обожглись! – переживая, бросаюсь к нему, хватаю за запястье и веду к крану. Открываю воду, подводя его руку под струю воды на место ожога.
– Да пустяки, – ухмыляется мой куратор. – Как тебе квартира? Согрелась?
– Всё хорошо, спасибо, – только сейчас понимаю, что я, вероятно, выгляжу нелепо, вцепившись в его крепкое запястье с дорогими часами. Быстро руку отдёргиваю, будто сама обжигаюсь.
– Я жарю сосиски, хочешь?
Цепляет одну вилкой с тарелки и подносит к моим губам.
– Попробуй… Это очень вкусно, – гипнотизирует он меня низким, бархатистым голосом, поднося пряную сардельку ближе к моим губам.
Краем надавливает на губы и я невольно подчиняясь, вбирая в себя продолговатый продукт.
Звучит грохот упавшей вилки, он быстро отходит на шаг назад, тяжело дыша.
– Нужно срочно выпить! Во рту пересохло, схожу за вином.
* * *
Ужин почти готов, но на столе не хватает ещё одной тарелки.
– Я схожу, – сообщаю Игнату, направляясь к шкафу с посудой, но понимаю, что полка находится достаточно высоко, а я маленького роста, по сравнению с гигантом Исаевым. Встаю на носочки, тяну пальчики, пытаясь коснуться белой фарфоровой тарелочки, совсем забывая, что что на мне надето. Убойной вспышкой адреналина меня уносит на край вселенной, когда крепкое тело вжимается в меня сзади, в запястье впивается горячая ладонь, а на шею обрушиваются жалящие поцелуи.
– Нет, не могу больше! Хватит! Я. Больше. Не могу. Сдерживаться!
Тарелка падает из рук, вдребезги разбиваясь, но даже это не останавливает Игната Исаева.
– Тарелка… – всхлипываю.
– Пофиг на нее! Ты слишком приятная. У тебя нежная кожа, на вкус как клубника, – покусывает жилу на шее, задирая футболку всё выше и выше. – Лидааааа! Что ты со мной делаешь…
– Вы уже н-наелись? – намекаю, что нужно вернуться за стол.
– Нет! Я очень, очень голоден!
Разворачивает меня к себе лицом, ладонями стискивает плечи.
– Я хочу тебя. Пойдём в спальню?
Не дождавшись ответа, медленно накрывает мои губы своими, целуя взасос. Голова опять кругом, мысли вразлёт, я теряю себя, теряю разум повинуясь только инстинктам.
Он начинает трогать меня везде, возбуждая всё сильней и сильней… Подхватывает на руки и уносит в спальню. Опускает на прохладные шелковые простыни снимая с себя одежду. Я кусаю губы, глядя на изумительное мужское тело: смуглое, подкачанное, с хорошим прессом и без единого волоска. Просто мечта…
Его глаза становятся как у зверя, увидевшего дичь, наполняясь сумасшедшей жаждой. Игнат лишает меня одежды, опускаясь обнажённым телом на меня сверху. Полностью накрывает меня собой, властно подминает. Раздвигает ножки и продолжает чувственно целовать, опуская на самое дно кипящего вулкана…
Ночь проносится на одном дыхании, полная дикости, вздохов и стонов. Быстрых движения, трения двух тел, жалящих поцелуев, отметин по всей коже. Терпкого, мускусного запаха, греховной духоты…
Распахиваю глаза от ярких лучей солнца, что упали на моё лицо. Первая мысль – мне всё это приснилось, но потом понимаю, что нахожусь в чужом доме, в чужой кровати с мятыми простынями, на полу валяются мужские боксеры и разорванные фольгированные пакетики от презервативов.
Становится уже не до шуток.
Окончательно придя в себя, понимаю, что я лежу на твердой мужской груди, прижимаясь обнаженным телом к мужчине, а его рука властно покоится на моём бедре.
– Проснулась?
Глаза Игната такие тёплые, наполненные сытостью, на губах играет улыбка. Он заправляет мою прядь волос за ухо, продолжая жадно меня рассматривать. В полголоса шепчет:
– Ты очень красивая.
Ну уж нет! О боже, сейчас утро! Как можно утром выглядеть красивой? С сеновалом на голове, с заспанными глазами. Какой кошмар! Стыд окрашивает моё лицо в красный цвет.
– Почему ты не сказала, что ты еще невинна? – вдруг строго посмотрел на меня, взяв за подбородок.
И правда, почему?
Я вообще в тот момент не могла говорить, когда меня изводили пылающие губы мужчины. Он показал мне все вершины наслаждения! Он такой опытный, такой умелый… Мне правда было дико хорошо этой ночью. Не знала, что так бывает.
Жму плечами.
– Наверно я растерялась.
Получаю нежный поцелуй в лоб.
– Если бы сказала, я бы не стал тебя брать.
Игнат откинул в сторону одеяло и встал на ноги. Сначала я увидела его упругий зад, а после он повернулся и… всё остальное тоже. Захотелось окунуть голову в ведро со льдом. Теперь при свете дня я рассмотрела его лучше во всей своей красе, мысленно охнув.
Какой же он большой! Есть чем гордиться. Однозначно.
Он приоткрыл губы, явно собираясь сказать сейчас что-то важное, я лишь сильнее прижала одеяло к груди, мелко задрожав. Наверняка сейчас скажет, чтобы я проваливала, чтобы не воспринимала всё всерьёз, ведь мы просто развлекались.
Это был разовый секс?
Боже, ну кончено!
Какой я дурой была… Где были мои мозги? Почему я не могла остановиться?
Но ответ мужчина меня обескуражил и удивил.
– В таком случае, много изменится. Я стал твоим первым мужчиной, это имеет больше значение. Лида, давай встречаться?
Что?
Испытала ещё больший прилив волнения.
– Я… Мне нужно подумать. Отвезете меня домой?
– Пожалуйста, не отказывай мне. Мне ещё никогда и ни с кем не было так хорошо.
Выждал паузу, добавив:
– Полежи ещё, я в душ. Или пойдем вместе?
Сжимаю бёдра. Там явно кровь. А мне стыдно, если он увидит. Поверить не могу, я стала женщиной. Я лишилась девственности, планируя это сделать только в день свадьбы, но всё случилось так неожиданно.
– Нет, я после вас.
Кивнув, мой первый мужчина неторопливой походкой направляется к двери ванной комнаты. Мечтательно любуюсь мускулистыми ногами, ровной спиной, накаченными ягодицами. Чёрт возьми, он даже ходит красиво! А я думала, идеальных людей не существует.
Слышу, как включается вода в душ, тогда ко мне приходит полное осознание всего произошедшего.
Хочется немедленно убежать! Потому что мне стыдно. Я наверно была как доска и стонала от боли. Не могу точно вспомнить, голова разболелась…
Пальцы дрожат, когда я застегиваю пуговицы сарафана. Хорошо, что он высох. Пока Исаев находится в душе, тихонько на цыпочках крадусь в прихожую. Надеваю босоножки и выскальзываю в подъезд, прикрыв за собой дверь.
Что же делать дальше?
Пять дней не выхожу из общежития, притворяясь простуженной, игнорируя звонки от незнакомых номеров.
Я прогуляла пары… Прогуляла две практики! Девочкам написал, а что я заболела. Мне правда было сложно появляться перед ними, особенно перед НИМ.
Если о нашей бурной ночи узнает начальство университета, или другие студенты – меня с позором отчислят.
Глава 5
Настоящее
– Мама, езжайте на такси, – голосом, полным переживаний, прошу я их. – Но, Лид!
– Всё в порядке, езжайте.
Охранник держит передо мной дверь, пока я сажусь в салон сногсшибательного автомобиля и оказываюсь один на один с Игнатом.
Мотор заводится беззвучно, навороченный седан плавно катится к выезду из роддома. Жмусь в уголок, соблюдая такую максимальную дистанцию, между нами, какую только могу.
Я соглашаюсь, потому что знаю, у меня нет выбора, но может быть получится договориться? Хотя, что мне от него надо? Лишь бы он оставил нас в покое. Хочу растить ребёнка одна и никогда не видеть Исаева Игната!
– Мне на Лебедева двадцать три.
– Я знаю где ты живёшь, – хмыкает, важно раскинувшись в кресле. Игнат пока держит дистанцию – это хорошо, хоть и обжигает меня своими яростным взглядом. Если хоть пальцем пожелает притронуться к ребёнку я закричу так громко, что он оглохнет, а потом буду отбиваться и царапаться из последних сил. Видеть его не могу! Надеялась, что мне удастся родить в тайне, а он об этом никогда не узнает, потому что его присутствие травит мне жизнь. Вижу эти нахальные глаза – вновь и вновь переживаю ту адскую боль, которую он мне причинил.
Кирилл крепко спит, я прижала младенца к груди, поправив одеяльце так, чтобы не было видно его личика. Игнат внимательно за мной наблюдает, явно чувствуя себя хозяином положения. Внешне он почти не изменился за то время, что мы с ним не виделись, но вот в плане карьеры поднялся до высот.
Его бизнес вышел на серьёзный уровень, теперь Игнат Исаев долларовый миллионер, о чём недавно объявили по телевизору и в многочисленных пабликах интернета.
Бросаю на него мимолётный взгляд, сердце начинает захлёбываться в крови, ускоряясь до двух ударов в секунду. Он здесь. Сидит на расстоянии вытянутой руки от меня – мозг по-прежнему отказывается в это верить. Моя первая сумасшедшая любовь. Я думала, что у нас с ним всё очень серьёзно и навсегда. Была уверена, что никогда не полюблю никого так дико и запредельно, как его. Какой же я была наивной…
У Игната Исаева правильные черты лица, аристократичного типа. Большие выразительные глаза, необычного оттенка – орехового с зелёным вкраплением. Темные волосы, модно подстрижены, привлекательная ямочка на подбородке. И очень красивое, подтянутое тело, которое создано для того, чтобы носить изысканные костюмы.
Видный мужчина – такого сложно не заметить, женщины при виде Исаева краснеют и стараются получить от него хотя бы крошечную порцию внимания.
Успешный, харизматичный, уверенный в себе – стремительно двигается к своей цели, потому что победитель от природы. Лидерские качества у него в крови, развиты потрясающе.
Двигается всегда с ровной спиной, держа марку, и с высоко поднятой головой. У Игната невероятно мощная энергия, его амбициям можно только позавидовать.
Разве я могла когда-нибудь хоть на долю секунды предположить, что однажды он станет моим мужем?
Тихая, скромная студентка, которая любит просиживать вечера с теплым пледом и книгой в руках, и он – акула бизнеса, будущий миллионер.
Для меня до сих пор остается загадкой, чем я могла его зацепить? А потом приходит здравое осознание, что между нами была всего лишь короткая вспышка влюблённости – влечение. Я совершила ошибку, когда вышла за него замуж, а потом ещё и забеременела.
– Что ты хочешь? – первая рушу молчание.
– Ребёнка. Моего сына.
Звучат, пожалуй, самые страшные слова на свете. Для меня…
– Я уже сказала, – дрожащим голосом. – Твоя прихоть не будет исполнена.
– Будет, – зло ухмыляется он, подпирая кулаком мужественный подбородок. – Или по-хорошему будет, Лида, или по-плохому.
Морозец липкого страха устремился вниз по позвоночнику, заставляя меня поежиться, крепче прижать сынишку к себе, как самое дорогое, что у меня есть в этой жизни.
– Я буду видеться с сыном, как это положено по закону.
– Ты для нас чужой человек.
– Раз так! – злится, стукнув кулаком по сиденью. – Тогда я подаю в суд! Мои адвокаты быстренько решат этот вопрос, жди повесточку, бывшая!
Мерзавец! Просто нет слов! Какой же скот!
С его связями и деньгами он быстро решит этот вопрос, не в мою пользу, что же мне делать? Кирюша – это всё, что у меня есть, мой смысл существования, моя единственная отдушина после боли развода и глубокой душевной травмы, что он мне нанёс.
– Заберу у тебя сына, раз не хочешь по-хорошему…
– У тебя нет ничего против меня! Суд ты не выиграешь!
Неужели он настолько чудовище, что пойдёт на лживые меры? Подкинет мне наркотики в сумку, заявит, что в моей квартире наркопритон? Неужели пойдет на такую грязь?
– Ошибаешься. Я всегда получаю всё, что хочу! Я хочу сына. А потом и… тебя.
– Бред, – прыскаю почти со злобным смешком. – Ты самое настоящее зло. Останови машину, я выхожу!
Резко наклонился ко мне, поймав за руку. Крепко сжал пальцами запястье, кожа загорелась в местах нажима, меня будто толкнули в бездонную пропасть.
– Через два дня я вернусь сюда и ты примешь мои условия.
Автомобиль останавливается напротив знакомого подъезда дома, в котором я живу. Я купила здесь квартиру для мамы и сестры на свою долю при разводе. Себе я тоже хотела купить, но пока не успела. Я просто поняла, что пока не смогу находиться в одиночестве. Одна и беременная. Я сильно нуждалась в поддержке, поэтому пока живу с родными. Они всячески пытаются меня подбадривать и помогают, особенно морально.
– Из города никуда, – зло предупреждает, пока я выскакиваю на улицу. – Даже не думай бежать. Я тебя из-под земли достану.
Чёрный седан срывается с места, исчезая за поворотом. Смотрю вслед бывшему мужу, по щекам катятся слёзы. Малыш в мои руках проснулся и начинает тоже плакать. Небо обрушивается на нас первыми каплями майского дождя…
* * *
– Лидочка, что он тебе сказал? – мама ходит за мной хвостиком, качая на руках Кирюшу, пока я складываю вещи в сумку. Сестра заперлась в своей комнате, слушает рок в наушниках и переписывается с мальчиками в чатах. Недавно я случайно увидела её переписку с одноклассником, который предложил ей сделать татуировку на заднице. Надеюсь она не глупая, пошлёт его куда подальше.
– Не хочу об этом говорить! – я расплачусь, а если буду нервничать, у меня пропадёт молоко.
– Кирюшу хочет забрать? – с опаской спрашивает.
– Хочет. Но перехочет. Я уверена, мы ему быстро наскучим, он уже через месяц о нас забудет, он же занятой бизнесмен. Сейчас явился просто, чтобы показать себя, какой он важный стал.
– Холёный, – поддакивает мама.
Бережно пакую детские распашонки и ползунки, сердце сжимается то ли от боли, то ли от тепла, когда я прикасаюсь к вещичкам сыночка. Потому что они такие крошечные. Почти расплакалась от умиления. Следом кладу малюсенькие носочки… Какая же прелесть. Неужели мы все были такими крошками?
– Ты это… – три раза запинается, пытаясь что-то сказать, но видимо сильно нервничает. – Осторожней с ним. Не играй с огнём, дочка! Игнат стал влиятельной персоной, теперь вращается в больших кругах, я его часто вижу по телевизору.
– И что с того?
– У нас просто… нет шансов. Я тоже не хочу лишиться внука, на твоём месте я бы поговорила с ним по душам. Ради сына, поубавь гордость.
– Вот ещё! – разворачиваюсь и взрываюсь. – Как можно разговаривать по душам с тем, у кого души нет?!
Мама опускает голову, расстроенно ею качает.
– Ну, и что ты задумала? Зачем баулы пакуешь?
– Поедем на дачу отдыхать.
Конечно я не сдамся и не буду плясать под его дудку! Собираю вещи и еду жить к подруге на дачу. Кирюше там будет хорошо: свежий воздух, тишина, погода отличная. Сестру и маму тоже с собой возьму, пока Ната уехала с мужем на отдых за границу, с радостью предоставив мне ключи от дачи. Хочу позлить Исаева, чтобы он попотел и побегал нас поискал по всему городу, а также за его пределами. Чтобы уяснил, я не забитая овечка, я не боюсь идти против свирепого хищника. Надеялась, что хотя бы ещё несколько дней подышу спокойно, без судебных разборок, которые уже как кол поперёк горла.
Действительно, поехать на дачу было прекрасной идеей. Там я смогла немного расслабиться, побыть в тишине, в гармонии с природой и со своим малышом, чтобы избежать послеродовой депрессии. В загородном домике, в спокойной обстановке я училась быть мамой, смотрела полезные видео уроки о том, как ухаживать за ребёнком до года, также читала статьи и литературу из интернета. В общем, набиралась опыта, наслаждаясь первыми деньками в новой роли.
Мама возилась в огороде, готовила еду, сестра побежала на озеро с местными, ну а я любовалась природой и своим замечательным мальчишкой, который спал на свежем воздухе по десять часов в день. Я укачивала его в коляске, сама рядом дремала в шезлонге, нежась на тёплом солнышке.
Счастье длилось недолго. Я предполагала у меня будет больше времени насладиться моментом, честно говоря, я не думала, что он найдёт меня так быстро.
Игнат явился за мной на третий день нашего пребывания за городом в уютном домике возле соснового бора. Я катала коляску во дворе, пытаясь укачать Кирюшу – малыш плакал от колик, безумно было его жаль! Калитка скрипнула, на пороге появился он… И не один. С пожилым мужичком, который держал под мышкой пухлый, кожаный портфель.
Я догадалась, что это был адвокат.
Глава 6
Прошлое
«Лида, ответь мне! Почему ты меня избегаешь? Если не ответишь через пять минут, я приеду к тебе в общежитие».
Читаю сообщение и чувствую, вдоль спины ползут опасные вибрации. Прячу телефон в сумочку, продолжаю двигаться вдоль университета. Прогуливать пары больше не могу, скрываться вечно не получится – меня могут отчислить. Вчера даже куратор звонила, сказала, что немедленно хочет меня видеть, так как дело срочное.
Я приехала в университет к восьми утра. Всю дорогу от дома до главного корпуса учреждения меня преследовала невыносимая паника. Поднявшись на третий этаж, постучала в дверь кафедры и вошла, скрестив пальцы за спиной. Предчувствие было уже нехорошим, молитвы тут не помогут, я догадывалась зачем меня вызывала. Догадки подтвердила папка с моим личным делом, лежавшая на краешке стола.
– Одинцова! Проходи! – рявкнула худощавая мегера с гулькой на голове – мой куратор, указывая на стул. – У тебя серьёзные неприятности, ты в курсе?
Окружающий мир воспринимался мною как в тумане. Медленно опустилась на стул, страшась даже поднять на неё глаза.
– Ну всё ясно, – гавкнула она, – в курсе значит, зачем вызвали? Так и думала, Яна правду сказала…
– Что? Яна?! Что она сказала! – встрепенулась, вскинув подбородок.
– Документы заберешь сама? По личным обстоятельствам?
– Не надо! Пожалуйста, Галина Викторовна, за что отчисляете?
Мегера фыркает, скрещивая руки на груди, глядя на меня как на грязное животное.
– Забирай документы и уходи, разговор окончен. Ты позоришь честь нашего учебного заведения, от тебя, Одинцова, я такого точно не ожидала.
Выбегаю из кафедры в слезах, не помню даже, как на улице оказываюсь. Мне, кажется, моя жизнь закончена, мир вокруг меня рухнул и разбился на осколки, я не знаю, что делать дальше… Я в безнадёжном отчаянии, такого чудовищного позора не испытывала никогда.
Меня посчитали какой-то шалавой, с позором выгнали прочь. Что я скажу маме? Что обо мне подумают родственники, друзья, знакомые? Может слухи уже расползлись на весь район. Даже дошли до пригородного городка, в котором живет мама с сестрой.
Бегу вперёд, растирая слёзы по щекам, не видя ничего кругом, вдруг во что-то твёрдое врезаюсь. Сильные пальцы оборачиваются вокруг моего локтя, пуская жар в вены, и кровь приливает к щекам, когда я поднимаю голову, видя перед собой красивое, но холодное лицо мужчины. От которого напрочь потеряла голову…
– Плачешь?! – яростно. – Кто обидел?
Прячу глаза под мокрыми ресницами, отчаянно трясу головой.
Исаев видит папку в моих руках, всё понимает без слов. Чувствую, на подбородок опускаются горячие пальцы, он слегка поднимает мою голову вверх, заставляя заглянуть в глаза.
– Декан? Пойдём.
Приобнимает. Притягивает к себе и сам ведёт за собой, потому что мои ноги сейчас наполнены ватой, я вообще мало что соображаю из-за сильного расстройства. Понимаю только одно – на нас сейчас смотрит весь университет. Я ощущаю на себе тысячи глаз, мельком слышу, как девушки шепчутся друг с другом, мечтательно вздыхая при виде настолько стильного, привлекательного мужчины.
– Игнат Игоревич, – мегера аж челюсть до самого пола роняет, когда мужчина входит в кабинет. Начинает трястись, попадая под прицел его разгневанных глаз. – Чем обязаны? Такая честь…
Глупо хихикает, начинает суетливо бегать по помещению, хватаясь то за чайник, то за пиалочку с конфетами, однако лестью гнев Исаева не задобришь.
– Галина Викторовна…
– Да-да! – подскакивает хуже загнанного зайца и опрокидывает на себя чашку с заваркой. – Чёрт…
– Вы в курсе, что вы мне только что испортили настроение.
– Я… Ох, я? Что вы, что вы… Произошла досадная ошибка.
Всё это время я стояла за его спиной, но неожиданно он взял меня за руку, привлёк к себе, крепко переплетая наши пальцы. Декан глянула на это, побледнев хуже поганки.
– Я не знаю, что вам наплела избалованная пигалица, но то, что сказала Трофимова – ложь. Лиде не шестнадцать лет, она совершеннолетняя девушка и моя будущая жена.
– Что? – тихо охнула я, едва не лишившись опоры под ногами. Игнат удержал меня в равновесии, крепче сжав мою руку.
– Что? – повторила Галина Викторовна следом за мной.
– Как вы смеете так себя вести с моей невестой! – цедя сквозь зубы двинулся он вперёд, нависая над ней яростной тенью. Декан стушевалась, забормотав извинения и то, как ей жаль.
– Заберите документы обратно, сделаем вид, что ничего не было.
– Конечно, конечно! – закивала она болванчиком, продолжая цепень от страха.
– Извинитесь немедленной перед Лидой.
Декан забрала документы, чуть ли не на коленях просила у меня прощение, пока я испытывала шок и неловкость от того, что со мной происходило, ведь Игнат чётко сказал: «моя невеста». Мне точно не послышалось, и я сто процентов не сплю. Но как такое возможно?
– Ты боялась, что о нас будут ходить разные сплетни? – мягко шепнул мне на ухо. – Поэтому ты прогуливала пары, избегала меня, не отвечала на сообщения?
Смущённо кивнула.
– В таком случае, когда ты станешь моей женой – никто не посмеет болтать лишнего. Ты будешь моей, Лида. Я всегда буду тебя защищать.
Вот так вот хитроумным способом Исаев добился моей руки. Разумеется, я не смогла сказать ему нет, он уже на весь университет заявил – что теперь я принадлежу ему.
Когда мы вышли из учебного заведения, Игнат взял меня за руку и надел на мой палец кольцо.
* * *
– Мама, ты только посмотри на него! Оно невероятное! Сказочное! – кружась перед зеркалом свадебного салона, я задыхалась от восторга. – Это сон какой-то! Ты представляешь, я выхожу замуж! За самого Исаева!
– Оно изумительно красивое, но… – мама вздыхает, сидя рядом на диване в зажатой позе. – Я за тебя переживаю.
Осторожно приподнимаю юбку ослепительного наряда, подхожу к ней поближе.
– Почему?
– Ты ещё такая молодая, а он… старше тебя. Вы всего несколько месяцев знакомы, какая свадьба?
– Но я люблю его, а он любит меня.
– Вот именно, ты очень нежная, доверчивая девушка, в столь юном возрасте чувства кипят, а любовь кружит голову, сложно понять, что происходит на самом деле и действительно ли он тот самый твой единственный.
– Это точно он! – начинаю сердится, скрещивая руки на груди.
– Глупышка, – она промакивает платочком влагу на ресницах. – Я не против ваших отношений, но я считаю, что вы должны лучше узнать друг друга. Хотя бы годик повстречайтесь.
– Я не хочу проворонить свой шанс. Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня? Тем более, я не хочу, чтобы в университете меня считали распутной девицей, которая вертит романы с преподавателями. Брак – будет идеальным доказательством того, что я никакая не вертихвостка.
– Да, вот тут ты права, – призадумывается она. – Что ж, тогда я не буду больше возникать, это твоя жизнь, твой выбор, который мне придётся принять. Только я больше всего боюсь, что он разобьёт тебе сердце.
– Не волнуйся мама, я душой чувствую, что Игнат хороший.
– Я боюсь, что ты повторишь мою судьбу.
– Отец сам виноват – спился, проиграл в карты всё, что у него было, поэтому ты от него сбежала. Игнат не такой! У него большой бизнес и есть голова на плечах. Я буду его во всем поддерживать, ведь он всегда ко мне прислушивается. Мы будем жить долго и счастливо! Я еще никогда не была так уверена!
Мама тяжело выдохнула, на этом нас перебили говорливые девушки-консультантки, появившиеся в зале.
– Ох, как вам идёт!
– Клянусь, этот фасон будто создан только для вас!
– Берите, не пожалеете!
Девушки окружают меня со всех сторон, без умолку нахваливая мой образ и предложенную модель – самую дорогую в салоне, привезенную из Франции.
– Жених распорядился предоставим вам самый дорогой наряд, что у нас есть.
На минуточку, Игнат привёз меня в самый лучший салон города, где продавались модели наивысшего качества. Ручной пошив. Утонченное кружево, натуральный жемчуг, драгоценные камни – к такой роскоши я точно не привыкла, но Игнат заявил, что ни в коем случае не пожалеет денег ни на меня, ни, тем более, на нашу свадьбу. Будем гулять как цари.
– Вам нравится? – спрашивает миловидная продавщица-брюнетка с бейджиком «Мария», прикладывая к моим волосам разные варианты фаты. – Сейчас мода на длинную фату, без кружева и камней.
– Дженнифер Лопес месяц назад точь-в-точь такую же фату взяла!
– Да, мне нравится, – мои глаза горят от запредельного счастья, ведь именно такое платье я воображала в своих детских мечтах, когда буду выходить замуж. Я хотела стать принцессой и выйти замуж за принца… Разве могла я знать тогда, что в будущем моя мечта исполнится?
Позади послышались приближающиеся шаги, я вздрогнула, услышав голос Игната. Взвизгнув, подхватила юбки и юркнула в примерочную, плотно задёрнув за собой шторку.
– Жених не должен видеть невесту до свадьбы! – запротестовала я, подглядывая за ним сквозь небольшую щёлочку.
– Но жених ужасно соскучился…
Я увидела крепкую спину в тёмно-коричневом костюме. Мой пульс забился со скоростью света, в свадебном салоне стало как бане. Какой же красивый у меня муж! Не верю, что это всё – моё. Коричневый пиджак с графитовой рубашкой ему очень идёт. Игнат надушился моими любимыми духами – он знает все мои слабые места.
Что ж, я тоже для него кое-что интересное приготовила – сегодня вечером он увидит на мне новый, кружевной комплект. С чулками… Я впервые купила себе чулки, и… о боже! Развратные трусики с камешком на попке. Примерила и поняла, что они мне чертовски идут. Мне тааак стыдно, я чувствую себя бесстыжей хулиганкой.
– Ты туфельку потеряла, когда убегала от меня, – усмехнулся Игнат, подойдя к шторке примерочной.
«Ой… Точно же! Как забавно, словно золушка», – подумала я, приподняв пышную юбку из воздушного фатина, обнаружив пропажу.
Сквозь щёлочку я видела, Игнат опустился на одно колено, мягко прошептал:
– Позволь мне сделать это?
Я улыбнулась. Догадалась, что он имеет в в�