Самый эльфийский поцелуй
Что для наших – раз плюнуть, для эльфа может стать проблемой
Глава 1
Эльф – в миру Петров Дмитрий Иванович – зажимал в темном углу хихикающую ведьму из бухгалтерии.
Мария Семина была ведьмой не только в силу своего скверного характера и моего раздражения, но и благодаря остроконечной шляпе и метле, которая сейчас валялась у ног целующейся парочки.
В большом зале кутили и гуляли сотрудники офиса, звучала музыка, рекой лилось спиртное, а эти двое уединились в темном кабинете.
А ведь на ее месте должна была быть я!
Именно я отвечала за новогодний корпоратив и подготовила все для того, чтобы оказаться здесь со своим начальником наедине.
Короткое красное платье, чулки, новые туфли, макияж – все это ради него! Дмитрий Иванович наконец рассмотрел бы за обликом серенькой секретарши красивую девушку и сделал шаг навстречу.
Мы бы танцевали, глядя друг другу в глаза и не в силах насмотреться. А потом Дима, мой Димочка, взял бы меня за руку и увел подольше от любопытных глаз. Чтобы в полумраке рассказать, как долго обо мне мечтал и всю жизнь искал.
После должен был последовать наш первый поцелуй. А там пышная свадьба, медовый месяц в теплых странах, двое детишек – или трое, – внуки, долгая старость и смерть в один день.
Идеальный же план.
И что вышло в итоге?
Димочка Иванович целовался с этой мымрой, и, судя по стонам и причмокиваниям, они готовились перейти в более интимную фазу.
Идиотка ты, Морозова. Была и осталась.
Новогодний праздник, который я с таким нетерпением ждала, перестал быть ярким и волшебным, разом утратив краски и очарование. Чуда не произошло. Это только в сказках богатые начальники влюбляются в своих секретарш. В жизни такого не бывает.
Схватив пальто и сумочку, я выбежала на улицу, чувствуя, как от обиды перехватило дыхание и на глаза навернулись горькие слезы. Свежий, влажный после короткого дождя воздух заставил застыть на мгновение и перевести дыхание.
Запахнув пальто, я быстро пошла по мостовой, ничего не видя перед глазами. Наверное, надо было вызвать такси, но мне не хватало воздуха. Может, прогулка по ночному городу взбодрит и успокоит.
Зима в этом году опаздывала. Календарь показывал тридцатое декабря, а на улице грязь, слякоть и лужи.
Тоска. Как вся моя жизнь.
Не знаю, сколько я шла, пока вдруг не оказалась у небольшого уютного кафе с яркой неоновой вывеской:
«В гостях у феи. Исполняем желания 24 часа».
Фыркнув, я уже собиралась продолжить свой путь, как увидела внизу приписку:
«При покупке кофе – любой десерт в подарок».
Страсть как захотелось чего-нибудь сладенького и вредненького, тем более что сейчас оно мне очень требовалось. Доказано же, что шоколад успокаивает разбитые женские сердца. А от моего как раз остались одни осколки.
Неловко потоптавшись на пороге, я нерешительно вошла внутрь.
Тихо звякнул над головной дверной колокольчик.
Обычное кафе. Ничего особенного.
Приятный приглушенный свет, маленькие столики и легкая, ненавязчивая музыка. Все украшено гирляндами и искусственными ветками елок.
Кроме меня, в кафе сидела только девушка с короткими темными волосами, украшенными яркими фиолетовыми прядями. Она бросила на меня настороженный взгляд и тут же отвернулась, продолжая что-то рисовать карандашом в небольшом блокноте.
– Чем могу помочь? – вдруг спросила пожилая официантка, которая будто выросла из-под земли.
Высокий начес седых волос с лиловым отливом, яркая помада, голубые тени, фальшивые ресницы, нелепая форма клубнично-розового цвета с белым передником. На груди бейджик с лаконичной надписью: «Фея».
Оригинально.
– Ох! Вы меня напугали, – отозвалась я, отшатнувшись и с трудом устояв на высоких каблуках.
– Извините, – дружелюбно отозвалась она, задорно мне подмигнув. – Я просто тихо передвигаюсь. Так что желаете, юная леди?
Меня никто и никогда не называл леди. Было неожиданно приятно.
– Мне кофе… и десерт… по акции.
– Конечно-конечно, – закивала официантка и подтолкнула меня к столику, за которым уже сидела девушка.
– Но…
Брюнетка напряглась, убирая блокнот в сумку и настороженно за нами наблюдая.
«Почему сюда? – удивилась я. – Все же столики свободны».
– Садитесь вместе. Уверена, что у вас много общего. Вы же пришли сюда за желанием, – продолжила болтать пожилая дама.
– Что? – не поняла я, отодвигая стул.
– Каким желанием? – поддержала меня девушка.
– Вы же в гостях у феи, – рассмеялась официантка и смерила нас насмешливым взглядом. – Девочки, скоро же Новый год. Где же ваша вера в чудеса?
– Логично было бы «в гостях у Деда Мороза», – хмыкнув, заметила брюнетка, которая первой пришла в себя.
– Или у Снегурочки, – поддержала я.
– Девочки, ну какой я Дед Мороз? Да и для Снегурочки старовата. Сейчас принесу кофе и десерт. Тебе тирамису. – Она указала на мою соседку, а потом перевела взгляд на меня. – А тебе «Черный лес».
– Откуда вы узнали? – потрясенно ахнула девушка.
Я прекрасно ее понимала, потому что «Черный лес» действительно был моим любимым. Вот только этого я не говорила.
– Я же фея.
Официантка удалилась, а мы остались одни.
Неприятная ситуация.
– Я присяду. Не будем расстраивать старушку.
– Конечно, – кивнула брюнетка.
Я принялась снимать пальто, повесила его на спинку стула.
– Агния, – представилась девушка после небольшой заминки.
Яркое мелирование, делающее ее похожей на гота, светло-зеленые глаза, веснушки. Симпатичная девушка, почти моя ровесница.
– Катерина. Катя.
Мы снова замолчали.
– Странная дама, – произнесла я, решив немного поддержать разговор. – И кафе непонятное. Я работаю тут недалеко и никогда прежде его не видела.
– Я тоже, хотя живу в соседнем доме.
– Может, открылось недавно?
– Наверное.
Мы снова замолчали, бросая друг на друга любопытные взгляды.
– А вот и я.
Официантка поставила перед нами чашки с кофе и тарелки с десертами. Но уходить не спешила. Наоборот, села на свободный стул и предвкушающе на нас взглянула:
– Признавайтесь, о чем мечтают такие красавицы?
Мы с Агнией переглянулись, но делиться сокровенным не торопились. Это было глупо.
– Давайте, это же весело. Самые безумные и невероятные желания. Поделитесь, и станет легче, – продолжала соблазнять нас пожилая дама.
Легче? Серьезно?
– Я хотела бы собаку. Большую такую, белую, настоящую защитницу, – неожиданно смущенно произнесла Агния.
– Какое хорошее желание. А у тебя?
Я отправила в рот кусок торта и блаженно улыбнулась. Старушка, может, и чокнутая, но десерт у нее вкусный. Надо будет потом еще раз сюда прийти.
– У меня?
О чем же я мечтала?..
Думать долго не пришлось. Память услужливо напомнила о предателе начальникe в костюме эльфа, который променял меня на сексуальную бухгалтершу.
– А я хочу эльфа, – с тихим смешком произнесла я, размешивая кофe. – И любви. Настоящей.
– От любви я бы тоже не отказалась, – кивнула Агния, поддержав меня.
Странная дама пришла в восторг.
– Какие вы умницы! А все просят то деньги, то карьеру, то шубу. А вы любовь. Да еще настоящую.
– У каждого свои приоритеты, – хмыкнула я, продолжая поедать шоколадный торт с терпкой вишней и запивать его кофе.
– Ваши мне нравятся! Очень! Так и быть, помогу!
– С собакой? – удивленно переспросила девушка, которая, как и я, не понимала причин такого воодушевления.
Это же просто шутка.
– Со всем! – торжественно произнесла официантка, вскакивая и хлопая в ладоши.
От неожиданности я едва не подавилась, раскашлялась, пытаясь отдышаться, и внезапно почувствовала, что мне стало плохо.
Голова закружилась, в ушах загудело, а перед глазами все замелькало и поплыло. Тело стало ватным и непослушным, словно чужим.
– Что… что вы…
«Она что-то подмешала в кофе! – пришла ужасная мысль. – Какой-то яд!»
Совсем рядом раздалось приглушенное звяканье. Это Агния случайно свалила на пол свою чашку, и та разлетелись на части.
Выходит, мою соседку эта ненормальная тоже отравила? Может, официантка – серийный убийца, а мы так глупо попались?
– Все хорошо, девочки. Все правильно… вам понравится.
Это было последнее, что я услышала, а потом наступила темнота.
Глава 2
Все началось с утра.
Так уж вышло, что история всегда начинается с пробуждения, и мой случай не стал исключением.
Мне снилось что-то воздушное, непонятное и разноцветное. Словно облака превратились в яркую сахарную вату, а я по ним прыгала, пробуя то один вкус, то другой.
Бредовый сон, но мне было весело и так не хотелось просыпаться.
Простонав, я перевернулась на живот, обнимая подушку и вдыхая сладкий цветочный аромат. Приятный… но у меня такого кондиционера для белья нет. Я пользуюсь «морозной свежестью».
И если это не моя постель, то…
Куда меня занесло?
Я вспомнила новогоднюю вечеринку и Диму, своего сексуального шефа. Следом те мечты и надежды, которые я связывала с этим вечером.
Сердце замерло от предвкушения и призрачной надежды.
Неужели получилось? Дима меня заметил, поцеловал, а потом привел к себе домой. И мы любили друг друга, не смыкая глаз до рассвета… Именно поэтому у меня сейчас болит все тело и гудит голова. Вот только почему я ничего не помню? Ночь с Димой должна была стать волшебной. Я не могла ее забыть!
Сев в кровати, я быстро осмотрелась.
Обстановка была странной.
Да, я знала, что Дима любит антиквариат, сама искала ему мебель на аукционах, но тут явно перебор.
Плотные тяжелые шторы были задернуты, но не наглухо, и потому получилось осмотреться.
Я, в окружении десятка мелких подушек, лежала на огромной кровати с шикарным балдахином, украшенном кисточками. В углу шкаф, рядом две двери. Напротив комод, рядом большое трюмо. На полу ковер с красивым орнаментом. Рядом с кроватью камин с догорающими углями. Над камином деревянная полка с тяжелыми канделябрами и настоящими свечами: я даже отсюда чувствовала запах воска. У окна два кресла и туалетный столик.
Странно как-то…
Я нахмурилась от очередной волны боли и внезапно почувствовала на губах вкус шоколада. «Черный лес».
В ту же секунду на меня обрушились воспоминания: Дима с бухгалтершей, побег с вечеринки, странное кафе и старушка, протягивающая любимый десерт и кофе.
– Она нас отравила! – ахнула я. – Та ненормальная фея!
И никакой романтичной ночи с шефом не было.
Но тогда возникал другой, не менее важный вопрос.
– Где я, черт возьми?!
На больницу это непохоже, на сумасшедший дом тоже. Загробный мир? Маловероятно.
Меня выкрали и привезли в декорации девятнадцатого века?
Точно извращенцы.
Я отбросила в сторону мягкое одеяло, поежилась от налетевшего сквозняка. В комнате было прохладно.
– Отлично! Меня еще и раздели? – процедила я.
И где мое любимое белье? Я же специально надела свой самый лучший комплект из черного шелка и воздушного кружева. Для Димочки старалась! А теперь на мне непонятная ночная рубашка из плотной ткани. Длинные рукава, жуткие рюши и широкий подол. Судя по ощущениям, кроме рубашки, на мне ничего больше нет.
М-да, все серьезнее, чем я думала.
Я помнила такие сорочки по историческим фильмам. Но там они выглядели более эффектно и невесомо и так… соблазнительно сползали, обнажая девичье плечико. Моя же рубашка была наглухо завязана тесемками, а глухой воротник неприятно сдавил шею, раздражая кожу. Не хватало только чепчика. Хотя…
Я подняла руки и ощупала голову.
Чепчик был. Большой, неудобный, с теми же рюшами.
Трендец!
Опустив ноги на ковер, я некоторое время сидела, пытаясь оценить собственное состояние.
Вроде все нормально. Голова не кружится, не тошнит, да и ломота в мышцах прошла. Но я все равно чувствовала себя некомфортно. Тело плохо слушалось и воспринималось чужим.
Это все последствия того яда или наркотика…
Поежившись от очередного сквозняка, я рискнула встать. Ноги задрожали, но устояли.
Отлично! Первая цель – зеркало! Потом надо найти обувь, нормальную одежду и сбежать отсюда как можно скорее.
И я медленно начала двигаться в сторону трюмо.
Со стороны это, наверное, выглядело смешно. Я шла осторожно, вперевалочку, как утка, разведя руки в стороны и закусив губу от напряжения. Вдруг на меня действительно кто-то смотрит? Тут могут быть скрытые камеры! Ну и ладно, пусть смотрят…
А вот и трюмо. Я схватилась за него как за спасательный круг и попыталась отдышаться. Тяжело же мне дались эти несколько метров.
И только спустя несколько секунд уставилась на свое отражение. В комнате стоял полумрак, но освещения хватило для того, чтобы понять: меня загримировали! И линзы вставили…
Серо-голубые глаза стали ярко-зелеными, лицо чуть вытянулось, и скулы четко выступили на посветлевшей коже. Губы стали больше и сочнее, видимо благодаря правильно подобранному блеску. Изменилась форма бровей, а ресницы стали гуще.
Я смотрела на свою улучшенную и помолодевшую копию.
– Мастерский макияж, – пробормотала, проведя пальцами по коже.
Потом коснулась пухлых губ, но блеска или помады не почувствовала.
– Странно.
Взгляд зацепился за уродливый чепец. Вот от него точно надо избавиться.
Я резко сдернула его с головы и ахнула.
Светло-русые волосы и каре, которое я носила лет семь-восемь, исчезли. Вместо этого мое похорошевшее личико украшал водопад длинных золотистых локонов.
– Вот это парик! – восторженно ахнула я, касаясь мягких завитков. – Красиво как! Жаль, не мое.
Я потянула за прядь и сморщилась от неприятных ощущений.
– На клей они его, что ли, посадили?
Дернула сильней, на этот раз у самых корней. Результат тот же. Только больнее стало, и кожа на голове зачесалась. Я с радостью впилась в нее ногтями.
– Что за ерунда? Нет, с этим надо разбираться! И как можно быстрее!
Я уже собиралась подойти к двери, как услышала странный звук за окном. Словно кричал какой-то зверь. Очень большой и странный зверь.
Любопытство оказалось сильнее.
Осторожно подойдя к окну, я отодвинула гардину и выглянула наружу.
Внизу был обрыв. И темное бушующее море, которое с грохотом билось о скалы, оставляя после себя грязную пену.
– Кажется, я уже не в Москве, – пробормотала я, скользнув взглядом по безликому пейзажу.
Грозное море, серое зимнее небо, низкие темные тучи.
Звук повторился. На этот раз громче. И в следующую секунду мимо моего окна пролетел всадник на небольшом белом драконе. За ним еще двое.
Я отшатнулась от окна и тяжело сглотнула.
Правда обрушилась на меня, словно обухом ударив по голове.
– И даже не в своем мире…
Надо сказать, я приняла правду относительно спокойно. Истерику устраивать не стала, плакать и стенать тоже. А вот поругаться хотелось. Громко, во весь голос. И не совсем прилично.
– Так, Катя, спокойно, – велела я себе, возвращаясь к кровати.
Ноги еще плохо держали, и в сложившейся ситуации лучше было присесть. Что я и сделала.
– Значит, я в другом мире. И в другом теле, которое поразительно похоже на мое собственное.
Я принялась ощупывать свое новое тело.
Грудь есть, талия тонкая, гораздо тоньше, чем была раньше, попа тоже имеется. Лицо свое я уже оценить успела, волосы тоже.
Обмен вышел отличным.
– Xорошо хоть, симпатичная. А то очнулась бы в облике какой-нибудь уродины, – пробормотала я, пытаясь хоть немного себя утешить.
Мимо вновь с громким рыком пролетели драконы, заставив вздрогнуть.
– Вопрос номер раз. Как я здесь оказалась?
Вариантов было не так много. Если точнее, то всего один. Старушка из кафе постаралась.
– Фея, – процедила я, с трудом сдерживая злость. – Вот и загадала желание. Говорила мне мама: не разговаривай с незнакомыми тетями, которые много улыбаются…
Подняв голову вверх, я злобно прошипела, ни к кому конкретно не обращаясь:
– Тоже мне фея! Халтурщица! Я же Диму заказывала! Диму, а не непонятное путешествие в другой мир.
Но память ехидно подсунула точную формулировку заказа: «Эльфа. Ты загадала эльфа».
– Но я имела в виду Диму! Диму в образе эльфа! – принялась оправдываться я. – A не живого эльфа из другого мира.
И пусть меня никто не слышал, но так было немного легче.
«Надо было четче формулировать желания», – сообщил внутренний голос.
Какое-то странное у меня сознание, слишком вредное и ехидное. Никакого сочувствия к бедной попаданке.
– Значит, эльф, – пробормотала я и посмотрела на окно. – Судя по драконам, эльфы здесь точно водятся. И, возможно, не только эльфы. И что мне теперь делать? Как вернуться домой?
Оставаться здесь не хотелось, где бы это «здесь» ни было. Погостили – и хватит. Только вот как вернуться?
И тут я вспомнила еще одно свое желание.
Про любовь. Настоящую.
– Ой, дура, – простонала я, хватаясь за голову, и тут же крикнула в потолок, потрясая кулаком: – Не хочу я любви! Тем более с эльфом!
Оставалась небольшая надежда на то, что меня услышит та ненормальная фея и вернет назад.
Чуда не произошло. Меня не услышали и домой не отправили.
Гадство!
Пальцы машинально поправили золотистые кудри, коснулись ушка… и рука тут же дернулась в сторону. Сердце пропустило удар, а дыхание сбилось.
Нет, не может быть!
Я снова осторожно ощупала ухо.
Длинное, с острым кончиком.
– Отлично. Теперь я тоже эльф, – истерически хихикнула я. – Что дальше? Крылья? Рога или копыта?
Я вспомнила о магических способностях, о которых писалось в книгах в жанре фэнтези. А вдруг и у меня теперь есть?
Сглотнув, я опустила руки, решив лишний раз ими не размахивать. А то мало ли что?
Единственно, что мне точно было понятно, – рассказывать о себе нельзя. Никому.
Сначала надо узнать о том, как здесь относятся к иномирянкам, а уж потом открывать рот. Вдруг здесь не очень их любят? Меня быстренько казнят, как преступницу, которая обманом проникла в чужое тело. А то, что я ничего об этом не знала и совсем не хотела, никого интересовать не будет.
Значит, придется играть роль эльфийки.
Еще бы знать, как меня теперь зовут. Где я нахожусь и что, в конце концов, происходит. И надо это выяснить быстро и незаметно.
Вскочив, я принялась осматриваться.
Должно же быть хоть что-то! Записки, документы, фото. В этом мире есть фото или только портреты? А может, как в Гарри Поттере, движущиеся фигуры?
– Ну же, ну же! – взмолилась я и облизала пересохшие губы.
Опять знакомый вкус шоколада. Интересно, откуда? Не могла же я принести его из своего мира…
Я провела пальцами по губам и принюхалась. Точно, пахнет шоколадом. Значит, эльфийка тоже недавно ела что-то шоколадное. И где же это что-то?
Красная коробка в форме сердца нашлась под кроватью. Наверное, упала ночью.
А внутри шоколадные конфеты, украшенные помадкой и ореховой крошкой. Почти все на месте, кроме одной.
Воспоминания… Не мои, а той, чье тело я заняла. Они обрушились на меня, и я к этому была совершенно не готова.
– Ой-ой-ой…
Не сиди я в этот момент на полу – точно бы упала.
Уж слишком резкими и болезненными оказались эти воспоминания.
В ушах загудело, а в горле будто песок скопился. Противный и скрипучий. Он мешал думать и дышать…
Она нашла их в комнате. Букет цветов и коробку шоколадных конфет, перевязанную алой лентой. Скорее всего, Нэнна внесла их в комнату.
Цветы сразу развеяла, не оставив даже следа: в ее комнате нет места мертвым растениям. А вот конфеты выбросить не смогла.
Внутри записка со стихами. Без подписи.
Она плохо помнила ее содержание. Что-то про цветы-мечты и любовь-морковь. Неважно. Это не имело смысла. Она и так знала, от кого подарки.
Одну конфету эльфийка съела перед сном. Просто не удержалась, слишком многое навалилось.
– А завтра… завтра такой тяжелый день.
Она съела всего одну, но этого хватило, чтобы умереть.
Вздрогнув всем телом, я отшвырнула коробку, чувствуя, как от ужаса сжимается сердце и сложно дышать.
Ее убили! Точно убили! Если бы чокнутая фея не перенесла меня сюда, то утром в постели обнаружили бы бездыханное тело благородной Катриэль Орэйо.
Всхлипнув, я сжалась в комочек, пытаясь осознать новую информацию.
Зашибись. Мало того, что выкрали, так еще переселили в тело покойницы.
Я не знала, смеяться мне или плакать. Хотелось и того и другого.
Надо же, у нас имена похожи. Катриэль и Катя. Неспроста же это. Слишком много совпадений. Сначала внешность, теперь имена и любовь к шоколаду, которая обеих нас едва не убила.
Выпрямившись, я стянула с кровати покрывало, в которое тут же замоталась. Все-таки в комнате было прохладно. А это тело крайне болезненно реагирует на понижение температуры. Кажется, эльфийка не любила снег и холод.
Проблем прибавилось. Если Катриэль хотели убить, то одной попыткой дело не ограничится. А умирать совсем не хочется.
– Ну же, Катриэль, дай мне еще подсказку, – пробормотала я. – С именем помогла, с конфетами…
Покосившись на коробку, брезгливо сморщилась. Неплохо бы изучить конфеты, но вот только как это сделать, не вызвав подозрения?
В этот момент замок щелкнул и дверь начала медленно открываться.
Вздрогнув, я вскочила, готовясь встретиться с первым существом из другого мира. Драконы и их наездники не в счет.
Но реальность оказалась совсем не такой, как я представляла.
Глава 3
– Алари Катриэль, вы уже встали?
Вошедшая девушка в сером платье в пол и в белом переднике была… обычной. Вот совсем. Невыразительные, мелкие черты лица, блеклые прилизанные волосы и крохотные светлые глаза, которые бегали туда-сюда.
– Вы проснулись? – снова произнесла она и нахмурилась, словно я сделала что-то нехорошее.
– Да… я вот…
Девушка смерила меня непонятным взглядом. Наверное, я выглядела очень странно. Лохматая, с бешеным блеском в глазах, да еще завернутая в покрывало.
За окном вновь пролетели драконы. И я опять вздрогнула от неприятного рева.
– Разбудили? Все утро летают, шумят. Никакого покоя, – проворчала девица, проходя в комнату.
– Совершенно верно, – согласилась я.
Проблема в том, что я не понимала, как себя вести с ней. Кажется, это Нэнна, та самая служанка… вроде.
Эх, как же плохо ничего не помнить и не знать.
– Придется потерпеть, алари, пока злодея не отыщут. Вы какое платье наденете? – открывая левую дверь, за которой оказалась небольшая гардеробная, спросила Нэнна.
– Какого злодея? – спросила я, отказываясь пока думать о нарядах.
– Который студентку чуть не убил. Может, зеленое платье с серебряной нитью? Или темно-синее с напылением?
– Студентку? – тупо переспросила я.
«Злодей, покушения, студентка… Я что, в академии? И кто я? Тоже студентка? Офигеть! Опять учеба! А связано ли это покушение на студентку с эльфийкой?»
– Да. Княжну из Северных земель, – отозвалась девушка и подозрительно на меня уставилась. – Вы что, забыли?
– Нет, просто хотела узнать, нет ли новостей? – поспешно произнесла я, поправляя сползающее покрывало. – И достань платье… то, зеленое с нитями.
«Осторожнее, Катя, осторожнее. Еще немного – и выдашь себя».
Нэнна еще раз на меня взглянула и снова закопалась в гардеробе.
«Интересно, если у меня есть служанка, то я не студентка, так? Хотя… я же эльфийка, а они белоручки и ничего сами делать не могут. Так что вопрос, что я делаю в академии, остается открытым».
– Нет. Ректор хочет вызвать следователей, а декан Эшфорт против.
Декан Эшфорт.
Внутри против воли что-то сжалось. То ли от страха, то ли от предвкушения… А вдруг именно этот декан пытался меня убить и тело теперь так реагирует? Надо встретиться с этим Эшфортом и все аккуратно узнать.
– А почему он против? – осторожно спросила я, возвращаясь к кровати.
Забравшись на нее, поджала ноги и поправила покрывало, которое так и норовило сползти.
– Говорят, сам хочет найти отравителя.
Значит, отравителя. И конфеты эльфийки тоже отравили. Какова вероятность, что два одинаковых покушения ничем не связаны? Да огромная! Выходит, надо поговорить с этой княжной… или лучше с деканом? Может, стоит отнести ему конфеты со словами: меня хотят убить? Кстати… о конфетах…
– Мне тут вчера конфеты прислали, не знаешь кто? – спросила я, пристально наблюдая за служанкой.
Девушка замерла на мгновение, я видела, какой напряженной стала ее спина, а потом ответила:
– Не знаю, алари, вам каждый день шлют подарки, хотя это и запрещено.
Ага! Значит, запрещено! Сомневаюсь, что студентам могли запретить обмениваться подарками. Значит, я не студентка, а преподаватель. И что я преподаю? И главное, как я буду что-то преподавать, когда ничего не помню?!
– Вы уже приняли душ? – спросила девушка, доставая из гардеробной невероятной красоты платье, крохотные туфельки и тонкую сорочку, совершенно не похожую на тот ужас, что сейчас надет на мне.
А еще плащ, отороченный мехом, муфточку, пачку платков с фирменными вензелями и какую-то коробочку.
– Э-э-э… кхм, нет, еще не успела.
«Значит, Катриэль чистюля. Это хорошо. Плохо, что непонятно, где искать душ».
– Я сейчас все подготовлю, алари, – заявила Нэнна.
Девушка аккуратно положила одежду на кровать и направилась к правой двери.
«Собственная ванная! Отлично!»
Нэнна вернулась через минуту.
– Все готово, алари. Полотенца я поменяла, халат положила, воду отрегулировала, как вы любите.
– Спасибо, – улыбнулась я, поднимаясь, и получила еще один настороженный взгляд от служанки.
«Я так понимаю, Катриэль на похвалу была скупа. Надо будет запомнить, а то погорю на мелочах».
Ванная комната оказалась симпатичной, но обычной. Никаких магических прибамбасов я не заметила. Плитка хоть и красивого сине-зеленого цвета, но ничего выдающегося. Как и зеркало в полный рост, и душевая кабинка со стеклянными стенками и белым поддоном. Кран с одной ручкой, которую я с опаской повернула в сторону.
Трубы загудели, и полилась вода —прямо мне на голову.
– Уи-и-и-и!!
Горячо!
Нет, я тоже люблю погорячее, но это явно перебор! Так и свариться можно!
Нэнна вроде сказала, что отрегулировала воду, как я люблю. Как, интересно, отрегулировать ее назад?!
Обмотавшись полотенцем, я аккуратно, стараясь не попасть под водный поток, потянулась к ручке, шипя каждый раз, когда капли попадали на кожу.
Вернув ее в исходное положение, я с досадой хмыкнула и внимательно осмотрела душевую кабинку. Ну и где здесь регулятор? Куда тыкать и на что нажимать, чтобы сделать воду прохладнее?
Вариант позвать Нэнну и попросить все исправить не рассматривался. Служанка и так слишком пристально на меня смотрела. Не стоит давать ей новой пищи для подозрений.
– Э-э-эй, – прошептала я и постучала костяшкой указательного пальца по плитке на стене. – Как сделать воду похолоднее?
Не знаю, зачем я это сделала и чего добивалась. Наверное, от безысходности. И чего я точно не ожидала, так того, что мне ответят.
– Ух! – произнесла стена басом, и я от неожиданности шарахнулась, больно стукнувшись локтем о стеклянную перегородку.
– Ой!
– Чаво надобно, алари? – все тем же басом произнес неизвестно откуда взявшийся ребенок в переднике и странных ботинках с поднятыми вверх носами.
То, что это не ребенок, а вполне сформировавшаяся женщина, я поняла секунды через три.
Домовой или домовушка? А может, гном или еще какой народец? Спрашивать нельзя.
– Мне бы воду… попрохладнее, – пробормотала я, осторожно изучая создание.
Ростом менее метра, коренастая, угловатая, смуглая. С курчавыми волосами цвета ржавчины, которые торчат из-под чепчика в разные стороны, большим носом, толстыми губами и небольшими голубыми глазками, в которых явно светится любопытство.
– Как прикажете, – сообщила она, трижды стукнув кулаком о стену. – Исполнено.
Судя по всему, домовушка – я решила пока называть ее именно так – собиралась вновь исчезнуть.
– Эй, подожди, а как тебя зовут?
Женщина замерла и удивленно на меня уставилась.
– Я… забыла, – попыталась выкрутиться я, поняв, что опять сказала какую-то глупость.
– Так вы и не спрашимши никогда, – ответила та, смешно коверкая слова.
– Да? Надо же, – хихикнула я и снова спросила: – Так как зовут?
– Люля мы.
– Спасибо, Люля, тебе за помощь.
Домовушка улыбнулась, и ее лицо сразу будто разгладилось, став даже симпатичным.
– Да не за что, обращайтесь, алари.
– А как? – спросила я и поджала губы. Ой, дура, опять палюсь!
– Так постукать надобно и имя мое назвати, я и появлюся, – не замечая моего смущения, заявила Люля.
– Хорошо. Еще раз спасибо.
– Значит, врут про вас слухи.
– Какие слухи?
– Что характер у вас поганенький… ой!
Женщина закрыла рот крохотными ручками и со страхом на меня уставилась, явно ожидая ответной реакции.
– Я решила начать жизнь заново, можешь всем так и передать. И еще раз спасибо.
Домовушка не стала ждать расправы и быстро исчезла, оставив меня одну.
– Значит, поганенький, – криво усмехнулась я. – Отлично, я попала в тело красивой стервы. И как теперь соответствовать?
Водные процедуры заняли у меня минут пять. Люля не обманула: вода действительно стала прохладнее, и я смогла нормально искупаться.
Быстро обтеревшись полотенцем, накинула поверх обнаженного тела пестрый халат. Он был очень похож на земное кимоно и украшен богатой вышивкой.
Выходя из ванной, я размышляла о необходимости нижнего белья и о том, почему на мне его не было.
– Натереть вас маслами? – спросила Нэнна, встречая меня со стеклянной баночкой в руке.
– Кхм, нет, спасибо.
Не готова я к таким экспериментам! Чтобы меня, совершенно голую, натирала какая-то девица? Да никогда!
– Хорошо, давайте я помогу вам раздеться.
И потянулась ручонками к поясу моего халатика.
А ведь под ним ничего не было.
– Э-э-э, – только и успела произнести я.
Сама при этом лихорадочно пыталась придумать, как выбраться из столь щекотливой ситуации и сберечь свою попаданскую честь. И тут в дверь неожиданно постучали.
– Кто там? – спросила я, оборачиваясь и поправляя халатик.
– Катриэль Орэйо, откройте! Это декан Эшфорт!
Ой, мамочки!
– Нам надо поговорить!
И, судя по тону, ничего хорошего мне ждать не стоило.
– Входите! – нервно отозвалась я и только потом поняла, что совсем не готова к приходу загадочного декана Эшфорта.
Не только морально – тело предательски дрожало, – но и внешне. Потому что кроме тоненького шелкового кимоно на мне ничего не было. Даже белья. Плюс ко всему я плохо вытерлась после душа и капельки влаги застыли на коже, неприятно холодя.
Но уже поздно что-то делать. Ручка повернулась, и я задержала дыхание.
Один взгляд на появившегося в дверном проеме мужчину – и стало понятно, почему Катриэль так его боялась. Тут кто угодно испугался бы.
Это же качок! Высоченный и грозный. Огромный шкаф, с приходом которого комната будто уменьшилась в размерах, а я сама съежилась.
Короткие иссиня-черные волосы и длинная рваная челка, немного резкие черты лица, нос с горбинкой, чувственные губы и короткая черная борода. Даже не борода, а что-то среднее между ней и щетиной. И совершенно неожиданные ярко-синие глаза, которые будто огнем сияли на смуглом лице.
Правда, взгляд этих самых невероятных очей ничего хорошего мне не предвещал.
– Доброе утро, – сглотнула я, опять поправляя халатик и решив быть вежливой.
Декан медленно осмотрел меня от взлохмаченной макушки до босых ступней. Потом взгляд опять вернулся к лицу.
– Я бы не назвал это утро добрым, алари.
Ах, какой у него голос! Аж мурашки по телу побежали. Или это от холода?
– А в чем дело? Что вам нужно?
Я вспомнила, что теперь являюсь благородной эльфийкой со скверным характером. Надо соответствовать.
Тем более что лучшая защита – это нападение.
– По какому праву вы врываетесь в мою… комнату и угрожаете?
– Я постучал, – неожиданно спокойно заявил Эшфорт. – И не угрожал. Пока.
– Но собираетесь.
– Нет. Я просто вас арестую.
– Что? – ахнула я, отступая на шаг назад.
Сзади сдавленно пискнула Нэнна.
– Катриэль Орэйо, вы арестованы за попытку убийства княжны Агнелики из Северных земель.
Глава 4
– Что? – переспросила я ошарашенно.
Мне это послышалось. Конечно, послышалось…
Но, судя по хищной и самодовольной улыбке мужчины, вряд ли.
Эшфорт действительно собирался арестовать меня.
– Вы все прекрасно слышали, так что не надо делать вид, что не поняли сказанного.
Судя по всему, чувства у эльфийки с деканом были обоюдно острыми. Они явно друг друга терпеть не могли и даже не пытались это скрывать.
А расплачиваться мне! Услужила фея, подбросила в тело злобной стервы, которую все ненавидят. Класс!
– Вам все понятно?
Эшфорт даже сделал шаг вперед, словно хотел прямо сейчас надеть наручники и заключить меня под стражу.
– Стойте! – вскрикнула я, отступая. – Все не так!
А сама отчаянно пыталась придумать, что теперь делать.
В книгах, которые я читала дома, ни слова не было о том, как поступать в таких ситуациях. По всем канонам на помощь должен был прийти дракон или принц, на худой конец император, который, сраженный моей эльфийской красотой, тут же встал бы на мою защиту.
Но время шло, а принц/дракон/император так и не появлялся. Зато был вредный декан, который сражаться красотой совсем не собирался и вообще терпеть меня не мог, мечтая упрятать в тюрьму.
– Я никого не убивала!
– Но пытались, – уверенно заявил Эшфорт.
Уж я-то точно не пыталась. А вот за Катриэль ручаться не могу… Эльфийка все еще оставалась для меня темной лошадкой. Причем где-то в глубине души я понимала, что она могла это сделать. Было в ней, в этой благородной эльфийке, что-то… неправильное.
И так как в этом теле теперь находилась я, то и за грехи Катриэль придется теперь отвечать мне!
Хорошенькое дельце. Мало того, что попала в тело мертвой эльфийки, так ее еще в убийстве обвиняют.
– Все это неправда. Меня оклеветали! Я требую проведения расследования!
Адвокат бы тоже не помешал. Если они тут водятся.
– Алари Орэйо, прекратите этот балаган, – с досадой произнес Эшфорт и скривился так, будто лимонов отведал. – Вам не отвертеться.
– Это вы прекратите. У вас нет доказательств.
Так, Катя, не паникуй! Самое главное – не поддаваться на провокации и все отрицать.
– Есть, – оскалился декан. – Неужели вы думаете, что я стал бы бросаться подобными обвинениями, не имея на то доказательств?
Вот до его последних слов я очень на это надеялась.
– Не знаю, что у вас есть, но в любом случае подлог. И вообще, я требую, чтобы расследование покушения на княжну вел профессионал, а не вы.
– Вы, кажется, еще не поняли, что не имеете права что-либо требовать, – тут же отозвался Эшфорт, даже не пытаясь скрыть свою антипатию.
– Это мы еще посмотрим.
Я скрестила руки на груди и упрямо вскинула подбородок, не сразу сообразив, что таким нехитрым жестом приоткрыла вырез халата, выставляя напоказ верхнюю часть груди. А Эшфорт увидел и оценил, правда немного не так, как хотелось: разозлился еще больше.
Синие глаза чуть сузились, а на губах возникла неприятная усмешка.
– И чем же я вас не устраиваю, алари? Сомневаетесь в моем профессионализме?
«Если бы… на след Катриэль-то он быстро вышел».
– Сомневаюсь в вашей личной незаинтересованности.
– Что?!
Кажется, мне все-таки удалось его достать. И я тут же почувствовала себя чуть более уверенной.
– Прекратите, Эшфорт, – в тон ему насмешливо ответила я. – Невооруженным же взглядом видно, что вы меня терпеть не можете, поэтому изначально относитесь предвзято. И где гарантия, что, расследуя дело о покушении, вы не решили отыграться на мне? Я не верю в вашу объективность, декан.
Попала!
Мужчина вздрогнул и поджал губы, сверля меня ярко-синим взором.
– Мое отношение к вам никак не повлияет на общее дело.
Значит, действительно ненавидит… неприятно. Интересный же мужчина. И опасный. Такого рискованно иметь во врагах.
– Позвольте вам не поверить. Вы так стремитесь меня арестовать, что явились сюда рано утром и даже не позволили мне переодеться. Что дальше? Закуете в кандалы и отправите голой в темницу?
Зря я напомнила ему об отсутствии на мне одежды.
Взгляд синих глаз, темнея, вновь скользнул по мне и заметно потяжелел.
– Прекратите, алари! – отрывисто произнес Эшфот. – Мы нашли флакон с ядом.
– И что? Мало ли тут ядов валяется, – откинув локоны назад, заметила я.
– Это ваш флакон и ваш яд.
– С чего вы взяли?
– На нем ваша личная печать, алари. Очень глупо было ее оставлять. Но вы никогда не дружили с логикой, так что я совсем не удивлен, что у вас не получилось от него избавиться.
А вот это оскорбительно. Ладно, пока проглочу.
– Даже если флакон мой, это не значит, что я покушалась на княжну. Его могли украсть. Кто угодно, – добавила я.
– Неоригинально, алари.
Неужели эльфийка действительно имеет отношение к этому покушению? А что потом? У нее проснулась совесть и она решила самоубиться?
Так, ладно, Катя, пора доставать козырь!
– Слушайте, я действительно никого не убивала. И не пыталась. Меня саму пытались отправить.
Должного эффекта не получилось.
– Да вы что?
Не поверил…
Эшфорт скорчил такую противную мину, что мне страшно захотелось схватить подушку и запустить ему в лицо.
– Но меня действительно хотели убить. Вчера. Конфеты!
Я резко обернулась и нашла взглядом застывшую служанку. Судя по ее лицу и бегающим глазкам, меня ждали новые неприятности.
– Здесь была коробка с конфетами. В форме сердца, там еще записка была… такая… глупая, со стихами. Где она?
– Ее нет, – запинаясь, ответила служанка и еще больше побледнела.
– Что значит нет?! – сжав кулаки, выкрикнула я.
– Я ее выкинула.
А вместе с ней и мой шанс на спасение!
– Зачем?!
Кажется, действительно пора брать подушку и душить ею эту дурочку!
– Вы же сами сказали…
– Я ничего не говорила!
– Надо же… как удобно, – холодно произнес у меня за спиной Эшфорт. – Были конфеты – и вдруг исчезли. А может, их не существовало, а все сказанное вами очередная ложь, благодаря которой вы пытаетесь выкрутиться?
– Но они действительно были, – упрямо повторила я, поворачиваясь к нему. – И меня хотели отравить.
– Хватит. Одевайтесь, алари. Если вы, конечно, не хотите отправиться голой в темницу.
– Очень смешно.
– У нас впереди длительный разговор. И не надейтесь сбежать или выпрыгнуть из окна. Вы под моей личной охраной. Родовая магия вам тоже не поможет скрыться, все потоки заблокированы.
Сказав это, Эшфорт развернулся и вышел, прикрыв за собой дверь.
В который раз за короткий промежуток времени мне хотелось выругаться. Но я вовремя вспомнила, что уважаемые эльфийки, одной из которых я теперь являюсь, не ругаются. Тем более на русском матерном, поэтому сдержалась.
– Сообщить вашему батюшке? – взволнованно спросила девица, пытаясь хоть как-то загладить свою вину за косяк с конфетами.
Еще бы знать, кто у нас батюшка…
Я рассеянно кивнула, решив, что помощь сейчас точно не повредит.
– И матушке?
А что, батюшка с матушкой отдельно проживают? Надо будет выяснить.
Я снова кивнула, решив сосредоточиться на главном.
– Куда ты дела конфеты?
– Так выкинула. Вы же сами приказали каждое утро выкидывать подарки от студентов. Вот я и сделала, пока вы были в ванной, – затараторила служанка и испуганно добавила: – А что, там действительно был яд?
– Действительно.
– Но я же не знала!
Я бросила на Нэнну подозрительный взгляд. Но прочитать по лицу ничего не смогла.
– Помоги мне одеться, – попросила ее и, забыв о скромности и смущении, развязала пояс халата.
Может, в обычной жизни я одевалась сама, но здесь не была уверена, что получится. Тем более что служанка спокойно восприняла мою просьбу.
Для начала Нэнна помогла мне надеть другую сорочку, намного тоньше той, в которой я проснулась. Сверху корсет, настоящее орудие пыток, мешающее нормально дышать. Затем нижняя юбка темно-зеленого цвета, сверху платье, чуть короче юбки и светлее, с длинными узкими рукавами, манжеты которых застегивались на мелкие пуговицы. Сверху туника мне по колено, украшенная красивой вышивкой. Рукава туники, наоборот, были большими и пышными.
Получился необычный многоярусный комплект, но довольно симпатичный.
А вот белья мне так и не дали, что немного смущало. Как я могу отстаивать свои права и интересы, находясь перед Эшфортом без трусов и даже панталон? Нестыковочка получается…
Зато были теплые чулки и невесомая шаль тончайшей работы, похожая на воздушное облако. И удобные башмачки с большими брошками и невысоким каблучком. Какая-то странная у них мода.
Прическу мне Нэнна сделала на свой вкус, собрав пряди у висков и открывая длинные уши, к которым я все не могла привыкнуть. Волосы мне украсили красивой заколкой с драгоценными камнями.
– Готово, – сообщила она, отступая назад. – Вы чудесно выглядите!
– Спасибо, – ответила я, поймав в отражении очередной удивленный взгляд. – Жаль, это мало поможет в общении с деканом. Так ты сообщишь о случившемся моим родителям?
– Да, алари, конечно.
– Хорошо.
Потому что я понятия не имею, как это можно сделать. Скорее всего, магически, но как именно, неизвестно. Так что лучше, если этим займется Нэнна.
Я вновь изучила свое отражение, пытаясь привыкнуть к новому облику, после чего направилась к двери.
– Я готова!
Эшфорт никуда не делся, он подпирал спиной стену и, быстро меня оглядев, рассеянно кивнул.
– Прошу за мной, алари.
Я кивнула, но идти не спешила.
Забыла! Идиотка! Самое главное забыла!
– Конфеты найди, – приказала, повернувшись к Нэнне.
– Что? – опешила девушка.
– Конфеты. Шоколадные. Ты же их выбросила?
– Д-да.
– Вот и найди их там, куда выбросила, – жестко приказала я.
В конце концов Нэнна привыкла к такому обращению.
– И быстро!
– Д-да, алари, – закивала служанка и опустила взгляд.
Вот только потом я повернулась к декану. Не знаю, что ему не понравилось, но выглядел мужчина очень недовольным. Ну и ладно! Я тоже от счастья не прыгаю!
— Вот теперь мы можем идти.
В широком коридоре было немноголюдно.
Каменные стены, красная дорожка на полу, необычные светильники на высоком потолке и много дверей.
Я шла впереди, Эшфорт чуть позади, не отставая ни на шаг. Не очень приятное соседство. Я шкурой чувствовала декана, и от этого было еще более тревожно.
С нами поравнялся лилипут, очень сильно похожий на профессора Флитвика из «Гарри Поттера». Более поздняя его версия. В строгом костюме, со смешными усиками, круглыми очками и короткими темными волосами.
Профессор смешно передвигался, семеня крохотными ножками и держа под мышкой какие-то свитки. Поравнявшись с нами, он сдержанно кивнул:
– Эшфорт. Алари.
И при этом смешно дернул усиками. Да так, что я не смогла сдержаться.
– Доброе утро, – с широкой улыбкой произнесла, чуть притормозив.
А дальше произошло нечто совершенно неожиданное.
Усики профессора снова задергались, глаза округлились, став больше очков, а рот приоткрылся от удивления. От неожиданности он зацепился носком туфли за ковер и полетел вниз.
– Ох!
Я тут же бросилась ему на помощь и принялась собирать свитки, которые вывались из рук лилипута и рассыпались по полу.
– Простите, не хотела вас напугать.
Кажется, стало еще хуже.
Профессор икнул и смешно вытаращился, продолжая сидеть на полу с открытым ртом.
– Ваши свитки, – пробормотала я, вручая ему бумаги, и отступила, тут же угодив в силки Эшфорта.
Декан больно схватил меня за локоть и потянул на себя.
– Больно! – вспыхнула я, пытаясь вырваться.
Но это разозлило мужчину еще больше.
– Вы что устроили, алари?
– Ничего. Поздоровалась и вот помогла…
– Вы?
Судя по его тону, Катриэль так себя не вела. Опять я забылась!
– И что?
Руку я все-таки выдернула и зло уставилась в синие глаза.
– Это преступление? Я просто подобрала свитки.
– Вы никому никогда не помогаете, алари Орэйо, – едко процедил Эшфорт, приблизившись ко мне. – Тем более гнумам.
Точно накосячила!
– Я изменилась. Неужели в это так сложно поверить?
– Элвы не меняются. Особенно вы, – заявил мужчина и вновь потащил меня по коридору.
Я едва за ним поспевала, путаясь в длинной юбке.
– Что еще раз говорит о вашей необъективности! – выдохнула я, когда мы подошли к лестнице. – Вы меня ненавидите.
– О нет! Ненависть слишком большое чувство для вас, алари. Вы недостойны и его, – прошипел Эшфорт и потянул меня вниз.
Ох, Катриэль, что же ты такого сделала, что тебя все так не любят?
Глава 5
Кабинет Эшфорта – а привел он меня именно туда – был под стать своему хозяину. Мрачный, холодный и недружелюбный.
Я поправила шаль на плечах и постаралась устроиться на стуле поудобнее. Корсет, который до этого лишь причинял легкий дискомфорт, стоило мне сесть, впился под ребра, затрудняя дыхание. Где это видано, чтобы эльфы носили корсеты? Им по статусу положены полупрозрачные невесомые наряды, а не это пыточное творение. И белье!
С отсутствием последнего я все никак не могла смириться.
– Итак, алари, где вы были вчера утром? – спросил декан, откинувшись на спинку высокого кресла и сверля меня злым взглядом.
А я изучала кабинет.
В общем, ничего особенного. Тяжелый письменный стол, в углу которого пачкой скопились какие-то документы, два стула и одно большое кресло. В углу потертый старый диван странного зеленого цвета с коричневыми ножками.
За спиной декана – огромный шкаф до потолка, уставленный обычными книгами, фолиантами и какими-то странными штуками. Кажется, вон там торчит рукоять меча, с другой стороны – нечто похожее на статуэтку индийского многорукого божества.
А на самой верхней полке нашлось место человеческому черному черепу. Я даже боялась думать о том, настоящий он или бутафорский. В любом случае черные клыки у него были намного больше человеческих.
Интересно, а вампиры тут водятся?
Слева окно, справа – камин, в котором ярко горел огонь, с треском пожирая поленья. Отблеск пламени, благодаря задернутым шторам, создавал на лице мужчины причудливые тени.
– Итак? – нетерпеливо произнес Эшфорт.
Вчера утром я была в офисе, бегала по кабинетам, пытаясь одновременно сделать свою работу и проверить, как идет подготовка к корпоративу. Кроме того, в перерывах умудрялась предаваться мечтам о своем шефе и нашей волшебной ночи. Наивная дура.
Только я сомневалась, что синеглазый декан оценит мою откровенность и не отправит после нее на костер. Или еще куда.
Проблема в том, что я понятия не имела, что делала прошлым утром Катриэль, и не знала, что ответить, чтобы не попасть в новые неприятности.
Может, она спала! Или вела какие-то уроки. Или прогуливалась по оранжерее. Здесь же должна быть оранжерея?
Придется выкручиваться.
– A вы с какой целью интересуетесь? – насмешливо спросила я, всем своим видом стараясь показать, что совершенно его не боюсь и абсолютно не волнуюсь.
Давно поняла, что спокойствие и равнодушие бесят больше всего.
– Отвечайте на вопрос, алари.
– Вы и так знаете, где я была, так зачем спрашиваете? Чего хотите добиться? Или просто тянете время?
– И зачем мне это делать?
– Не знаю. Может быть, вы наивно полагаете, что своим грозным видом запугаете меня до такой степени, что я облегчу вашу жизнь и сознаюсь во всех преступлениях. A вы с геройским видом будете принимать поздравления в задержке особо опасной… алари Орэйо.
Декан что-то едва слышно прошипел и достал из кармана небольшой флакончик, который поставил на стол между нами.
– Узнаете?
Обычный пузырек из темного стекла с круглой пробкой. Без надписей, без черепа с костями и вовсе не ядовито-зеленого цвета. И не скажешь, что внутри была отрава. С таким же успехом могли быть духи.
– Я могу посмотреть? – спросила я.
– Конечно.
– Спасибо.
И снова нарвалась на странный взгляд.
С вежливостью явно пора завязывать. Видимо, я превысила лимит Катриэль на несколько лет вперед.
Я потянулась, взяла флакон и неожиданно вздрогнула, словно меня поразило молнией.
В голову пришли ассоциации из собственного прошлого.
Именно так обычно себя вела Фиби из сериала «Зачарованные», который я смотрела в ранней юности. Обладая даром прорицания, ведьма могла схватить предмет, вздрогнуть и увидеть будущее.
Меня сейчас тоже тряхнуло, но будущее я не увидела. Зато смогла приоткрыть дверцу в чужие воспоминания.
В аудитории было темно. И холодно. Очень холодно.
Катриэль ненавидела зиму всем сердцем. Рожденная в самом сердце Вечного леса, обласканная теплым солнышком и нежным ветерком, элва (именно элвы, а не эльфы называлась в этом мире раса), она искренне не понимала, как можно любить холод. Да и не хотела понимать.
Неблагодарные мелкие народцы, жалкие люди, разве они могли понять и оценить величие тепла и солнца, поклоняясь злобной стуже?
Первое время Катриэль старательно притворялась, что ей нравится зима. Лишь для того, чтобы не выделяться из общей толпы.
Hо надолго девушки не хватило.
Как можно любить снег и холод? Он же колючий, неприятный и противный! От мороза краснели щеки, и никакие белила не помогали вернуть им аристократическую бледность. А еще из носа текло, как у обычной девы из подворотни. Через полчаса пребывания на морозе першило горло, мерзли ноги и отваливались пальцы.
Катриэль ненавидела не только зиму, но и все, что было с ней связано.
Эти варварские игры с катанием на непонятных уродливых санях с огромных горок, глупые бои снежными снарядами или танцы у костра. А шумные праздники по случаю смены года! Когда народ веселился и плясал так, что забывал о манерах и положении. Когда грань между народами будто стиралась.
Недопустимое поведение!
Катриэль поежилась, кутаясь в невесомую шаль, и нахмурилась.
Клиент опаздывал. Хотя всем было известно, что алари Орейо ненавидит опоздания и никогда не прощает.
Она знала, как к ней все относятся, и даже гордилась подобным отношением. Меньше друзей – меньше проблем. Да и не было в академии достойных ее дружбы.
Девушка взглянула на флакон, который сжимала в руке, и довольная улыбка окрасила красивое лицо.
Первоклассный яд. Ее собственное изобретение, которым Катриэль страшно гордилась, хотя никому не рассказывала. Ее бы не поняли. Где это видано, чтобы благородная алари исследовала магию смерти и ставила эксперименты?
Именно поэтому Катриэль сбежала в академию.
Такой полет для творчества и реализации своих планов! Здесь не было требовательных родителей и бесконечных женихов, которым не терпелось поймать ее в брачные силки. Здесь не было контроля…
Почти.
Катриэль сморщила личико, вспомнив декана боевого факультета.
Эшфорт! Вечно он сует свой нос в чужие дела! Ректор совершил страшную ошибку, когда взял этого бастарда на работу! Ну ничего, она добьется, чтобы его выгнали с позором.
В коридоре раздались шаги, заставившие замереть и прислушаться.
Катриэль прекрасно знала, кому предназначается яд, но ничего не чувствовала. Это не ее проблемы, а девчонка сама напросилась.
Нет, алари не желала ей смерти, но отчаянно нуждалась в деньгах. Очень больших деньгах. Особенно теперь, когда отец урезал бюджет.
– Это всего лишь сделка, – прошептала Катриэль себе под нос и повернулась к входящему. – А остальное меня не касается.
Выбросило меня так же резко, как и затянуло.
Головная боль, тяжелое дыхание и легкое головокружение, из-за чего перед глазами все плыло. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя.
Все тот же кабинет и Эшфорт, в тревоге вскочивший с кресла.
– Что с вами?
Кажется, у кого-то проснулась совесть.
– Ничего, – пробормотала я, заставляя себя разжать онемевшие пальцы и положить флакон на стол.
Стекло едва слышно звякнуло в тишине.
Ничего особенного. Я просто только что узнала, что хозяйка этого тела ханжа и зануда. Еще она соучастница покушения на княжну. А с ней и я.
Я с трудом заставила себя прокашляться, пытаясь проглотить ком, застрявший у горла, и даже вымученно улыбнулась.
– А можно попросить вас дать мне стакан воды?
Честно говоря, я не думала, что Эшфорт выполнит просьбу и даже хоть как-то на нее отреагирует. Но декан сумел меня удивить.
Он обошел стол и направился к небольшому комоду, на котором стоял графин с водой и стакан.
Эшфорт наполнил его наполовину и вернулся ко мне.
– Прошу.
– Благодарю, – сипло ответила я, принимая стакан и делая осторожный глоток.
Вода. Привычная и ничем не отличающаяся от земной.
Я медленно пила, стараясь промочить пересохшее горло, а Эшфорт, приземлившись на край стола, изучал меня.
– Что вы задумали, алари? – спросил он, когда я поставила пустой стакан на стол рядом с собой и снова взглянула на него.
– Ничего.
– Ничего? – Его губы скривились в усмешке, которая не тронула синих глаз. – Тогда к чему этот спектакль?
Смотреть на него снизу вверх было неприятно. Мало того, что Эшфорт по габаритам был далеко не эльф, а скорее крупный мишка, так еще и нависал надо мной, невольно заставляя вжаться в кресло.
– Какой спектакль?
– С каких это пор вы стали такой вежливой и обходительной, алари?
Все-таки с вежливостью точно прокололась!
– С недавних.
– Неужели? И давно вас интересует кто-то кроме вашей собственной персоны?
– С тех же самых пор, что и вежливость. Давайте вернемся к делу. Да, признаю, флакон действительно мой.
– А яд?
Эшфорт встал и вернулся на свое место. А я смогла осторожно выдохнуть.
– О яде совершенно ничего не знаю, – не моргнув глазом, соврала я и решила пойти ва-банк. – Неужели вы думаете, что я, благородная алари великого рода, решусь на подобное?
– Алари вашего рода и статуса не преподают в академии зельеварение, – в тон мне отозвался декан.
Так, отлично. Я своеобразный вариант Северуса Снейпа. Зелья, травки и разные составы. Теперь понятно, как Катриэль смогла создать яд. Но почему эта идиотка не избавилась от улик и так себя подставила? А если…
Неожиданная мысль заставила меня выпрямиться и застыть.
А если флакон подбросили специально, чтобы свалить все на мертвую эльфийку? А тут вышел конфуз, она умерла, а я ее тело заняла…
– Алари, – многозначительно произнес Эшфорт, которому надоело мое молчание.
– Скажите мне вот что. Если вы так уверены, что я причастна к покушению на княжну, то должны были придумать мотивы для этого, не так ли? Может, поделитесь? Что такое заставило бы меня травить какую-то студентку?
Алихейские алмазы.
Катриэль, задержав дыхание, взяла черный бархатный мешочек и высыпала его содержимое на ладонь.
Небольшие граненые камушки ярко засветились, озаряя все вокруг призрачным светло-голубым светом. Редчайшие драгоценные камни, за которые можно продать душу подземному богу. Или убить.
Катриэль выбрала второе. Может, потому, что у нее давно не было души…
На этот раз мне удалось справиться с видением и перенести его, не привлекая к себе внимание. Разве что побледнела чуть-чуть и вздрогнула едва заметно.
Боже мой! Алмазы. Невероятной красоты камни, которые светятся сами собой и, судя по всему, стоят целое состояние! Вопрос только: где они? Куда Катриэль их спрятала? И что будет, когда их найдут?
Мысли накатывали волнами, выдвигая все новые теории.
Еще один повод убить эльфийку – украсть камни! Господи, проблемы и враги множатся со скоростью света!
– Все знают, что у вас был конфликт с княжной.
– За конфликт теперь убивают?
– Вы ее не любили.
Я широко улыбнулась, честно ответив:
– Вы же отлично знаете, что я никого не люблю.
– Может, вам заплатили? – неожиданно спросил Эшфорт, пристально наблюдая за моей реакцией.
Пришлось тут же изобразить изумление, не забыв похлопать ресничками.
– Вы думаете, мне нужны деньги?
– А это не так?
– Знаете что? Сдается мне, что у вас совершенно нет никаких доказательств против меня, кроме этого крохотного флакончика. Но вы надеетесь, что своим грозным взглядом и намеками заставите меня во всем сознаться. Так вот. Этого не будет. Я не имею никакого отношения к покушению на княжну! И если это все, то я, пожалуй, пойду, у меня уроки.
Я даже вставать начала, как услышала резкое:
– Сядьте!
Приказ был отдан таким тоном, что не повиноваться я не посмела и плюхнулась назад.
Кажется, сейчас что-то будет…
И, наверное, обязательно что-то случилось бы, но нам помешали.
Спасение пришло оттуда, откуда я не ждала.
Глава 6
Только один человек – или не совсем человек – мог войти в кабинет грозного декана, не постучав и не спросив разрешения, а, как говорится, с пинка.
Ректор.
Но это была вторая мысль, которая пронеслась у меня в голове, стоило незнакомцу появиться на пороге. Первая: он эльф. Или элв, как принято называть их здесь. Надо все-таки привыкать обращаться к ним именно так. Даже мысленно. Во избежание, так сказать.
Ошибиться было невозможно.
Высокий рост, изящное телосложение, чуть удлиненное лицо с правильными чертами лица. Прямой узкий нос, миндалевидные глаза красивого цвета зеленого бутылочного стекла и темные брови. Длинные светлые волосы, зачесанные назад и скрепленные на затылке скромной заколкой. И самое главное – уши. Длинные и чуть заостренные, они и выдавали в представительном мужчине элва.
Одет ректор был в изумрудный камзол с большими серебряными пуговицами, белую рубашку с зеленым шейным платком и темные брюки.
– Что здесь происходит? – подходя ближе, резко спросил он.
– Мы разговариваем, – ответил спокойно Эшфорт, медленно поднимаясь со своего кресла.
Я решила пока посидеть и послушать.
– Просто разговариваете? – не поверил ректор.
А вот это мне на руку!
– Он меня допрашивает, – тут же сдала я декана. Хотела еще и пальцем в его сторону ткнуть, но передумала. Перебор получится.
Ректор перевел взгляд на моего мучителя и нахмурился. Взгляд зеленых глаз не обещал ничего хорошего. Радовало, что этот гнев был направлен не на меня.
– Я же просил, – сдержанно заметил элв, и в комнате едва заметно похолодало.
Кажется, этот на моей стороне.
Элв элву друг и товарищ? Хотелось бы. Мне сейчас союзник не помешает.
– И обвиняют в покушении на княжну, – осторожно добавила я, на�