Курсант поневоле

ПРОЛОГ

Это была кровавая мясорубка. Вся площадь небольшого провинциального городка оказалась завалена истерзанными трупами.

Здесь остались лежать мирные жители, которых использовали в жертвоприношениях; бойцы и маги сводных подразделений сил специальных операций, собранные по тревоге и экстренно переброшенные к месту образования новой инфернальной пустоши; тысячи демонов, перенёсшихся на площадь с помощью портального окна, созданного тройкой демонолюбов…

Люди сопротивлялись! Кровь лилась рекой! Бойцы и маги империи, успевшие оперативно прибыть в указанную точку, сумели помешать завершению страшного ритуала, однако и сами попали в ловушку. Новые противники появлялись c постоянной периодичностью, а вот покинуть заданную ритуалом фигуру было невозможно. Магический барьер не пропускал.

«Ну ничего! – пронеслось в голове, когда я нашёл взглядом главных виновников и творцов происходящего. – Разберёмся с ними, и всё закончится».

Задав подсознанию цель, я, не обращая внимания на боль во всём теле, окутал себя облаком духовной энергии, а затем сформировал техники «отвода глаз», «максимального сокрытия» и «игры теней».

«Жаль, что я дал учителю непреложный обет и не обучил этим приёмам никого. А как бы было проще, если бы Ваня умел ими пользоваться, – в очередной раз с досадой подумал я, а затем очистил сознание и по дуге, ползком, стал приближаться к цели. – Потом подумаю об этом. Сейчас меня ждёт тройка в плащах».

Пока я совершал обходной манёвр, первый из проводивших ритуал решил показать свою удаль. Он выбрался из защитной фигуры, а затем после обмена ударами рухнул на землю, сражённый высшим заклинанием рода Темниковых, глава которых сумел каким-то образом проникнуть на поле боя. Затем удача улыбнулась Ивану, ему удалось подловить второго демонопоклонника и нанести удар своей магией в уязвимый портал как раз перед самым появлением очередной партии демонов, после чего изрешечённый пространственными осколками маг упал на землю.

– НЕ-Е-Е-Е-ЕТ! НЕ-Е-Е-ЕТ! – раздался громоподобный рёв последнего из тройки противников, и он, наплевав на предосторожности, также покинул защищённое место, отправив в сторону Морозова и Темникова мощное заклинание, от силы которого волосы на теле встали дыбом.

Хотелось броситься наперерез этому валу, закрыть воспитанника своим «щитом воли» или переместить его в сторону техникой «шаг», однако я привычным мысленным усилием отбросил это желание подальше и продолжил движение.

«Иван сильный! Он выстоит, отвлечёт противника на себя, и тогда в дело вмешаюсь я!»

Не обращая внимания на пролетающие мимо мощные заклинания, я прикрыл глаза, прислушался к себе и, выждав идеальный момент, «шагом» переместился за спину лидеру демонопоклонников. Взгляд тут же обнаружил слабое место в магическом щите, сабля в руке засияла алым цветом, наполнившись концентрированной духовной энергией, и горящий красным светом клинок вошёл в сердце противника…

К сожалению, ни убить ублюдка, напитанного халявной энергией смертей, ни уйти от его ответной атаки я уже не успевал. Чувство опасности взвыло слишком поздно, перед глазами мелькнула красная пелена и, прежде чем наступила кромешная тьма, я успел подумать:

«Прости, Ваня, я сделал всё, что смог…»

Сознание медленно скользило в темноте. Здесь было холодно, больно и неуютно. Что-то словно давило на мою душу и разрывало её на части. Время двигалось медленно. Очень медленно. Но в какой-то момент где-то вдали мелькнула синяя точка, и меня потянуло к ней. А спустя некоторое время я обнаружил себя стоящим перед огромной ледяной глыбой, зависшей в воздухе, той самой, которую не единожды наблюдал в склепе рода Морозовых.

«Иван! Прости! – вспомнил я последние мгновения своей жизни, и душу сковала боль. – Я не справился… Оставил тебя одного против того монстра… Старый самоуверенный дурак!»

– Феофан! – раздался за спиной властный голос, и я, обернувшись, рухнул на колени.

– Простите, господин… Я подвёл вас. Не справился. Оставил его одного…

– Встань, – произнёс древний князь и, взяв меня за плечи, приподнял. – Ты зря коришь себя. Иван не только выжил в том бою, но и стал гораздо сильнее.

Я поднял неверящий взгляд на древнего князя, которого безмерно уважал, и с души упал такой тяжёлый груз, что губы расплылись в невольной улыбке.

– Значит, у него всё хорошо? – с облегчением спросил я и, получив положительный ответ, расслабился, осмотрелся по сторонам, а затем с недоумением уточнил:

– При всём уважении, господин, но что я делаю в склепе рода Морозовых? Это ведь он?

Древний князь кивнул, и вспышка света перенесла нас на несколько этажей выше.

– Иван справедливо рассудил, что ты сделал достаточно для нашей семьи и достоин покоиться здесь. Рядом со мной.

– Это честь для меня, – торжественным голосом произнёс я, поклонившись господину, а в душе появилось тепло и благодарность к воспитаннику, который так высоко оценил мои заслуги.

– И для меня, – серьёзно кивнул князь, а затем вспышка вновь переместила нас к алтарю рода.

Повернувшись лицом к зависшей в воздухе огромной глыбе, маг выдержал небольшую паузу и произнёс:

– Феофан, ты выполнил мой наказ. Не только помог роду Морозовых возродиться, но и способствовал его возвышению. Ты положил жизнь, служа моей семье, и поэтому достоин самой высокой награды!

Его рука легла на моё плечо и, оторвавшись от пола, мы влетели внутрь ледяной глыбы.

На мгновение меня обдало холодом, а затем в груди поселилось нечто новое и неизвестное.

– Сегодня, в момент рождения наследника рода Морозовых, – как ни в чём не бывало продолжил князь, – ты, Феофан, перестаёшь быть слугой! Теперь ты один из нас! Так будь же достоин!

С последними словами поток энергии алтаря подхватил нас и мягко поднял.

Выбравшись изо льда, мы миновали несколько этажей склепа и оказались на территории хорошо знакомого мне поместья, которое буквально завалило снегом.

– Давно рождение наследника не сопровождалось такой бурей, – произнёс князь довольным голосом, а потом повернулся ко мне. – Ну что, мой друг? Ты готов получить награду?

– А я уже её получил, – ответил я, заметив в одном из окон фигуру живого и здорового Ивана. – Теперь могу уйти в небытие со спокойной душой…

– Не стоит туда так торопиться. У меня есть вариант, который понравится тебе больше.

Я перевёл заинтересованный взгляд на князя, и тот хищно улыбнулся.

– Может, вместо забвения ты выберешь новую жизнь?

Глава 1

Боль. Она была везде. Она растекалась по всему телу и вонзалась в мышцы сотнями мелких иголок. Это были не самые приятные ощущения, однако я принял их с радостью. Они говорили, что я снова жив.

Да и нужно ли мне бояться боли, с которой у меня давние и тёплые отношения? Всё же эта дама сопровождала меня на протяжении всей прошлой жизни. Начиная с детских, самых малых лет, и заканчивая последними годами, когда она уже не покидала меня ни на минуту.

«То-то всё удивлялись, что я в стал раздражительным и ворчливым стариком, – пронеслось в голове. – Посмотрел бы я на этих умников, если бы у них на протяжении нескольких лет ныла каждая клеточка тела! Грёбаные демонопоклонники и их алтарь! Ненавижу!»

Только я подумал о мерзких ублюдках, как по телу прокатилась мелкая и неприятная дрожь, а в грудную клетку тоненькой струйкой стал поступать воздух.

«Всё-таки я жив! Жив! Получилось! – пронеслась в голове ликующая мысль. – Ох и удружил князь! Ох и удружил! Это гораздо больше, чем самая большая императорская награда!»

Почему-то мне вдруг захотелось вскочить на ноги, закричать что-то радостное и глупое. Однако усилием воли я удержался от столь несвойственных мне проявлений эмоций, а в следующее мгновение чувство опасности резануло по нервам, заставив напрячься и прислушаться к собственным ощущениям.

«Ну и что тут у нас происходит? По какой же причине моя душа смогла попасть в это тело? Судя по ощущениям, кто-то убил предыдущего хозяина, и этот человек сейчас находится где-то рядом, – подумал я, пытаясь пробиться к органам чувств, и между тем довольно отметил: – А тело-то оказалось достаточно одарённым. Раньше ощущение опасности у меня было менее острым».

Откинув подальше неуместные в данной ситуации мысли, я потянулся к духовной энергии, однако вместо привычного океана силы наткнулся на какой-то жиденький ручеёк. Стараясь не обращать внимания на столь прискорбный нюанс, я зачерпнул совсем немного энергии и привычно напитал ей тело.

Это дало свой результат.

Нос тут же уловил запах свежескошенной травы, а до слуха донёсся чей-то негромкий, но горячий спор.

– Иди! Иди проверь! – шипел кто-то. – Давай! Вперёд!

– А почему сразу я? – испуганно отвечал ему, судя по тону, более молодой парень. – Давай ты!

– Да потому что это ты его завалил, идиот! – словно умалишённому, талдычил первый. – Я же сказал – аккуратно бить! А ты что?! Голову ему размозжил! И, скорее всего, не до конца!

– Но мы ведь его вещи пополам разделили! – не отчаивался младший. – Я его нашёл, вывел сюда и прибил. А ты всё это время ничего не делал! Так что теперь твоя очередь отработать долю!

– Вот именно! – прорычал первый. – Ты этого нищеброда заприметил, а потом завалил! Сколько мы от него получили? По пятьдесят рублей на брата? Забыл, что мои клиенты по четыре сотни каждому за раз принесли?! Забыл? Так что мне твои копейки ни к чему. Могу вернуть. А ты иди проверь тело и, если надо, закончи начатое.

– А если он в мертвяка превратился?! Что мне, из-за этих жалких пятидесяти рублей сдохнуть? – заныл младший.

«Рубли, копейки, мертвяк? – с недоумением подумал я, чувствуя, как с каждым мгновением восстанавливаются силы. – Что за странные слова? Говорят вроде на носирианском, но не всё понятно. Это куда меня занесло?

– Чтобы ты знал, убитые в мертвяков так быстро не превращаются, да ещё и в европейской части страны! – продолжал настаивать на своём старший. – Это всем известно!

«Превращаются? В европейской части?» – вновь сделал себе мысленные зарубки я.

– Ты это кому-нибудь в Смоленской губернии расскажи! Вот они удивятся! – не сдавался молодой. – Особенно те, кто жил неподалёку от прорыва!

– Так они ж не сами по себе появились! У них же там мощный некротический разлом открылся! Или скажешь, это одно и то же?! – произнёс старший, а потом, не выдержав, дал своему оппоненту подзатыльник. – Всё! Ты меня задрал! Лезь в кусты и делай дело! Ты что, не понимаешь, что если он выживет и опишет тебя, то нас за покушение на будущего егеря на части порвут?!

Отметив ещё парочку неизвестных слов, с которыми необходимо будет разобраться в будущем я, наконец, нашёл в себе силы открыть глаза и осмотреться по сторонам.

Ощущения не врали. Я лежал на тёплой летней траве, в кругу невысоких, но пушистых кустов. Вокруг было темно, фонарей поблизости не наблюдалось, однако где-то в отдалении были слышны весёлые детские крики, приглушённые звуки музыки и работающих аттракционов. Именно с той, едва заметно подсвеченной стороны и стояли две тёмные долговязые фигуры.

Напитав себя ещё некоторым количеством духовной энергии, позволяющим действовать более уверенно в этом непривычном теле, я усилием воли отгородился от боли в затылке и медленно приподнялся на локтях. Удостоверившись, что манёвр остался незамеченным, продолжил не спеша менять положение, пока наконец не сел на корточки.

К сожалению, из-за дефицита сил и неподготовленности тела применять скрывающие техники я не решился, поэтому парни услышали посторонний шорох и, заткнувшись, напряжённо уставившись в кусты.

Мне необходимо было их отвлечь и успокоить, поэтому я тихим голосом умирающего прошептал:

– Помогите…

Фигуры вздрогнули, и старший тут же треснул товарища по макушке:

– Идиот! Я же говорил, что он жив!

– Эй, ты чего? – обиженно засопел младший, уводя взгляд от кустов, и я тут же атаковал.

Первый удар наполненного крохами духовной энергии кулака вошёл старшему и наиболее опасному из противников точно в подбородок, отправляя его в нокаут.

Младший же, заметив неясную размытую тень, хотел было испуганно воскликнуть и отпрянуть назад, однако словил сначала сильный удар в живот, а затем второй, ребром ладони в затылок.

«Ну что, есть тут кто-нибудь ещё? – подумал я и замер, пытаясь выловить чужеродные звуки. – Может, ещё подельники? Или просто случайный прохожий?»

Время шло, никого из посторонних поблизости не оказалось, поэтому я, стараясь не обращать внимания на головокружение и боль, взялся за сбор трофеев.

Стянул с одного из них смутно знакомый рюкзак, очистил карманы штанов от всего ценного, а уже в конце, ощутив, как знакомо стягивает кожу на затылке, одолжил у младшего кепку и осторожно надел её, натянув козырёк вниз. Мне не хотелось привлекать внимание органов правопорядка своей окровавленной башкой.

«Теперь нужно найти спокойное и более светлое местечко, чтобы осмотреть добычу и избавиться от лишнего, – подумал я. – Судя по обмолвкам малолетних грабителей, я у них сегодня не первый, а если вспомнить глупую перепалку в ненужный момент, то можно смело утверждать о наличии у этих идиотов чужих приметных вещей, по которым их потом легко найдут и свяжут с преступлениями».

Дойдя до освещённого участка, заполненного отдыхающими, я обнаружил неподалёку от него небольшой отнорок со свободной лавочкой и, удостоверившись в отсутствии свидетелей, расстегнул рюкзак и достал из него все вещи.

Моей добычей оказались пять мобильных телефонов, три кошелька, свободная красная рубашка в белую клетку, а также россыпь банкнот и множество монет, среди которых я заметил небольшой ключ с названием гостиницы и номером на брелке.

Голову острой болью пронзило воспоминание о заселении в комнату.

«Ага, значит, у меня есть место, в котором можно отдохнуть и восстановить силы, – с удовлетворением подумал я. – Вряд ли эти растяпы смогли добраться до металлического ключа в темноте и рассмотреть его, так что опасности с этой стороны можно не ждать».

Затем я перевёл взгляд на телефоны и после вспышки боли безошибочно нашёл аппарат парня, а затем и кошелёк. Вытряхнув наличность из других бумажников, я тщательно протёр рубашкой чужие вещи, до которых дотрагивался, а затем выбросил их в мусорку.

«Всё, теперь меня не связать с чужими преступлениями и не отследить по сигналу, – подумал я и, желая скрыть пятна земли и травы на белой майке, накинул мятую рубашку. – Можно идти в гостиницу».

К выходу из парка я направился, держась неосвещённых мест и прислушиваясь к собственным ощущениям. Не хотелось нарваться на очередных грабителей в этом неподготовленном теле.

Настороженность не мешала мне радоваться возвращению к жизни, тёплому ветерку, проходящему по коже, а также получать удовольствие от прикосновения к деревьям. На мгновение я припомнил последние секунды жизни и наступившую темноту, в которой мою душу терзал страх за судьбу Ивана. Меня тут же передёрнуло, словно от озноба, но дурные мысли вылетели из головы от чарующего запаха свежей выпечки из огромной плетёной корзины, накрытой белоснежным полотенцем.

– Чего тебе, милок? – спросила пухлощёкая старушка, заметившая мой голодный взгляд, и улыбнулась: – У меня есть пирожки с мясом, повидлом, капустой. Что будешь?

– По три каждого, – ответил я, сглатывая слюну. – Сколько с меня?

– Девять рублей, – обрадовалась такому заказу пожилая женщина и, достав откуда-то новый целлофановый пакет, принялась укладывать в него пирожки.

Быстро найдя в рюкзаке купюру с нарисованной десяткой, я протянул ее старушке, получил свой пакет, а также небольшую бутылочку какой-то газировки.

– Сдачи нет, а так тебе будет, чем выпечку запить, – искренне улыбнулась она.

– Спасибо, – поблагодарил я, решив, что эта оборотистая женщина из народа хитрых автюков, а затем спросил: –Немного заплутал. Может, подскажете, где находится гостиница «Гармония»?

– Это ты по адресу, – улыбнулась старушка и указала рукой в том направлении, откуда я пришёл. – Тебе туда надо. Как только выйдешь за забор, осмотрись, найди автобусный парк и иди к нему. А там разберёшься.

Прострелившая голову боль подсказала, что женщина не врёт, и, поблагодарив её, я отправился в указанную сторону, а затем с жадностью набросился на ещё тёплые свежие пирожки.

Небольшую, заштатного вида трёхэтажную гостиницу я нашёл быстро, в чём мне помогла не только огромная светящаяся надпись на крыше, но и очередная волна боли.

«Это начинает напрягать», – поморщился я и вошёл.

Сонный администратор на мгновение оторвался от телевизора, посмотрел на меня, узнал, а затем вернулся к прерванному занятию.

«На моё возвращение он отреагировал без удивления, – отметил я этот момент. – Значит, можно с облегчением выдохнуть. Не местный персонал навёл на меня тех двух идиотов. Так, голова, давай, работай, показывай, как парень познакомился с младшим из грабителей. Может, есть смысл собрать свои вещи и свалить отсюда, пока никто на разборки не приехал?»

У двери в нужный номер затылок вновь прострелило болью, и я словно наяву увидел, как бывшего хозяина тела подловили в тёмном месте, когда он уже возвращался домой.

«Отлично. Значит, сегодня остаюсь в гостинице, восстанавливаю силы и пытаюсь разобраться с творящимися вокруг странностями, – решил я. – Ну и с памятью тоже нужно мальца поработать. Боль от воспоминаний меня совершенно не устраивает. Вдруг это произойдёт во время боя?»

Сложив грязную одежду на стул, я на всякий случай подпёр им дверь, затем выставил будильник на семь утра и, сев на кровати в позу лотоса, начал погружаться в медитацию.

Данная техника в этом случае – оптимальный вариант. Она позволит в короткий срок отдохнуть, восстановить силы и духовную энергию, ускорить регенерацию повреждённых тканей, а также разобраться с воспоминаниями мальчишки, которые, как я надеялся, дадут мне ответы на многие вопросы. Ведь помимо некоторого количества непонятных слов, странной валюты, неизвестной газировки, мне ещё хотелось понять, почему всё кажется таким чуждым, но одновременно очень знакомым.

Мой выбор оказался верным. Стоило чуть глубже погрузиться в себя, как перед глазами, словно в ускоренной перемотке, стали появляться картины жизни обычного мальчишки. В медитации, один час которой в предыдущем мире стоил мне пятичасового сна, я находился до самого утра и выяснил следующее.

Мою душу перенесло в тело семнадцатилетнего Ладова Гордея Романовича, недавнего выпускника Товарковской гимназии, сына местного чиновника и учительницы, у которого есть две сестры. Старшая из них, Людмила, около пяти лет живёт в другом городе, а младшей, Кире, в этом году исполнилось всего шесть лет.

От матери мальчишке достался неплохой ум, от отца – невысокий рост, щуплое телосложение, а также слабый магический дар, который позволял рассчитывать на некоторые интересные должности в городской администрации. Те из них, что были достаточно мелкие для представителей местных боярских родов, но недостижимые для людей без определённых способностей. Отец Гордея, Роман Павлович, сам трудился на одной из таких и до последнего времени чувствовал себя вполне уверенно.

Парень, по мнению Феофана, оказался неглупым. Он добросовестно учился и, понимая свою слабость как мага и бойца, тренировался в беге и стрельбе. Став немного постарше, он с интересом стал следить за карьерой отца, быстро пришёл к выводу, что ему нравится тихая, размеренная и сытая жизнь регионального чиновника, на которую он может претендовать, и готовился к подаче документов в институт управления.

Гордей уже представлял себе весёлую студенческую жизнь, новые интересные знакомства, однако беда пришла, откуда не ждали. И несколько месяцев назад у отца, на котором к тому же висел относительно свежий кредит за симпатичный дом в пригороде, обнаружилось смертельное заболевание. После дорогостоящего обследования выяснилось, что страховка чиновника средней руки, а также продажа дома не смогут покрыть услуги целителя первого класса, и Роману Павловичу уготовано тихое угасание в течение нескольких лет. Чуть позже парень выяснил, что проблема даже не в деньгах, а в серьёзной занятости столь сильных одарённых, которые чуть ли не поголовно являлись аристократами…

В семье наступали сложные времена. Поэтому попрощавшийся с жизнью отец вместе с разом постаревшей матерью стал подыскивать более скромное жильё.

В общем, в тот момент, когда пришло понимание безысходности и все имеющиеся средства были израсходованы, Гордей нашёл выход из ситуации и, дабы спасти жизнь отца, а также семью от разорения, подал документы в вербовочный пункт имперского корпуса егерей. В который его, пусть и со скрипом, но взяли. Всё же магический потенциал парня оказался действительно слаб, особенно для человека, который выбрал стезю истребителя монстров. Хорошо ещё, что корпус испытывал острый дефицит кадров и туда брали даже таких дохляков.

Покопавшись в памяти парня, Феофан выяснил, что объединение егерей оказалось международной военизированной организацией, члены которого занимались уничтожением и зачисткой разломов – кочующих магических порталов, из которых довольно часто появлялись различные опасные твари.

Помимо этого, егери в Российской Империи, а именно так называлась новая родина Феофана, несли службу по охране особых зон, аномалий, две из которых располагались на территории их страны и притягивали к себе основную часть разломов…

После подписания парнем пятилетнего контракта корпус прислал в их город целителя нужного класса, а на мальчишку наложили долг в полтора миллиона рублей и обязали двадцатого августа этого года прибыть в учебный центр города Новосибирска.

И вроде бы с выздоровлением главного кормильца жизнь должна была наладиться. Отец выздоровел и вернулся на работу, семья чудом миновала серьёзных проблем, однако радоваться никто не спешил. Ведь сын выбрал, пусть и весьма почётную, но смертельно опасную стезю.

Мать постоянно украдкой плакала, Роман Павлович был смурным, понимая, что сын подставился ради него. Поэтому Гордей, не выдержав подобной обстановки, собрал документы, вещи, свои небольшие деньги и отправился к месту будущей службы. Лучше уж так, чем смотреть на убивающуюся каждый день маму…

Сначала он добрался до областного города, затем отправился в столицу и уже там приобрёл билет на ближайший бронепоезд до Новосибирска.

Ждать сутки на вокзале не стал и по отзывам в интернете нашёл неплохую дешёвую гостиницу, а затем решил прогуляться в расположенном поблизости парке, чтобы с интересом провести последний вечер своей мирной жизни и не спеша погулять по ночному городу…

Я ещё некоторое время рылся в памяти парня, пытаясь разобраться в устройстве нового мира и закрыть белые пятна в воспоминаниях, а затем услышал звук сработавшего будильника и вышел из медитации.

«Неплохо потрудился», – подумал я, пытаясь оценить, насколько хорошо встроилась память семнадцатилетнего парня в мою, а затем поочерёдно вспомнил лица всех членов семьи Ладовых, порядок разборки учебного школьного автомата, карту Российской Империи и номер мобильного телефона Гордея.

Удостоверившись, что болезненные ощущения отсутствуют, а знания воспринимаются как собственные, я удовлетворённо хмыкнул.

«Подумать только! Другой мир! Неизвестные государства со своей историей! Егеря, разломы, много всего необычного! А с другой стороны, вроде те же самые мобильные телефоны, компьютеры, похожее устройство автомобилей, те же цифры и письменность. Странное сходство, – пронеслось в голове. – Хотя кому я вру? Плевать мне на всё это! Если между нашими мирами столько общего, то для меня это хорошо. Путаться меньше буду. Пусть эти загадки яйцеголовые разгадывают, а я лучше поем.

Взгляд скользнул на пакет с купленными вчера пирожками, и я с удовольствием разделался с парочкой из них.

Перекусив и ощутив вкус к жизни, я решил проверить, как обстоят дела с раной на голове. Всё же после этого удара прошлый владелец тела погиб, а значит, повреждения должны быть серьёзными.

Результаты исследования заставили меня приободриться и в очередной раз удовлетворённо хмыкнуть: «Да Гордей полон сюрпризов! Сначала достаточно острое предчувствие опасности, теперь вот ускоренная регенерация. Может, парень бастард какого-то боярского рода? Да нет. Бред. Они ведь с отцом одно лицо, да и с дедом тоже, – пронеслось в голове. – Может, всё дело в магическом даре? Или в подарке Морозовых? Не зря ведь я ощутил нечто странное, находясь в алтаре».

Не придумав ничего лучше, я вновь скользнул в медитацию, только теперь попробовал погрузиться на более глубокие слои и прорваться в свой внутренний мир. Однако решить оказалось легче, чем сделать. Привычное в прошлом мире действие далось гораздо тяжелее, но после третьей попытки и напряжения всех сил мне всё же удалось это сделать.

Мой внутренний мир после переселения в новое тело почти не изменился. Это была всё та же широкая поляна, в центре которой горел костёр. Но ключевое слово в данном случае – почти. Поэтому вместо горячего трёхметрового пламени я наблюдал какой-то невнятный костерок, не превышающий даже полуметра.

Воины Носирианской империи делились на семь рангов: новик, отрок, воин, боевир, ветеран, витязь и богатырь. И если перед смертью я был весьма сильным богатырём, то теперь могу претендовать разве что на воина, да и то лишь по количеству духовной энергии.

«Какого?!» – с яростью подумал я, вспомнив, какую цену заплатил за то, чтобы стать сильным, и пламя костра вдруг поднялось до пояса, а затем медленно опустилось.

Увиденное меня несколько успокоило.

– Это что получается? – начал вслух размышлять я. – Дело здесь не в силе духа, а в физических кондициях тела? Оно настолько слабо, что может принять в себя лишь одну десятую часть моей энергии? Хм. Очень даже возможно. Слишком Гордей щуплый и слабый. Ну ничего. Это дело наживное. Значит, мне придётся усиленно тренироваться, много жрать и восстанавливать форму, создать предпосылки для синхронизации, и физическое тело будет ускоренно догонять духовное. Хорошо, что хоть так. Не придётся восстанавливать всё с нуля.

Прикрыв глаза, я представил, как через несколько лет при должной работе над собой я в достаточно молодом возрасте достигну ранга «богатырь», и на лице появилась кровожадная усмешка: это будет настоящая машина для убийств!

Потратив время на изучение костра, который являлся визуальной проекцией моего духовного развития, я вспомнил про магический дар Гордея, и в ту же секунду рядом с костром вдруг появилось что-то небольшое и блестящее.

– Убожество! – не выдержал я, посмотрев на глыбу льда размером с дыню, сияющую чем-то синим. В голове всплыли воспоминания того, что из себя представлял истинный алтарь Морозовых. Да и мой воспитанник Иван, который впоследствии стал главой этого рода, как-то рассказал мне про свой внутренний мир, и глыба льда там, судя по его словам, была размером как минимум с легковой автомобиль.

«Возможно, дело в том, что Гордей не тренировал свои способности? – обнадёжил себя я, а потом, отмахнувшись от ненужных сейчас мыслей, решил заняться тренировкой.

Отработал несколько комплексов упражнений, проверил работоспособность своих техник, а затем, когда всё получилось, вернулся в реальность и с первых же минут понял, что легко не будет.

Несмотря на тренировки Гордея и неплохую выносливость, его тело было весьма слабым, субтильным и медленным. Конечности не успевали за сознанием и тормозили. Мышцы от непривычных нагрузок быстро забились. Благо хоть простейшие техники, такие как «таран» и «вихрь», получались неплохо, пусть и с едва заметными выбросами красноватого света. С ними я не буду беззащитной жертвой и смогу за себя постоять.

«Думаю, техник на тридцать-пятьдесят меня должно хватить», – оценил я количество своей духовной энергии, а затем потратил пару часов на тренировки, чтобы сходу вбить в тело нужные рефлексы.

Медленно повторив все известные мне комплексы упражнений по нескольку раз, я, взмокший и уставший, деревянной походкой отправился в душевую. Не включая свет, я прикрыл дверь и использовал «глаза волка» – технику, позволяющую видеть в темноте.

Мир тут же преобразился и стал чёрно-белым, а в глаза словно сыпанули песка. Выдержав так около минуты, я дождался, когда неприятные ощущения начнут исчезать, и перестал подавать энергию.

«Теперь с наступлением темноты я не останусь беззащитным», – подумал я и включил свет, решив наконец посмотреть на своё новое тело в зеркале.

«Так вот ты каков, Ладов Гордей Романович, – подумал я, внимательно рассматривая щуплого и невысокого, однако довольно симпатичного черноволосого парня с узким прямым носом; чёрными, как смоль, волосами; зелёными глазами, обрамлёнными длинными ресницами; чистыми, без намёка на бритву щеками. – Девчонкам, конечно, такой типаж должен нравиться, однако в мужском коллективе с подобной внешностью будет сложно».

Отправившись в душевую кабину, я принялся не спеша смывать с головы запёкшуюся кровь, а также размышлять над своими дальнейшими действиями. Хотя вариантов было немного. А точнее, всего два. Вступать в корпус егерей или нет.

«Хотя кому я вру? Пока я не выплачу долг Гордея, эти ребята с меня не слезут, а откажусь, так могут и засудить, и в тюрьму отправить. Смогу ли я противостоять столь сильной организации? Некоторое время – возможно, потом за меня возьмутся серьёзно и показательно накажут, чтобы другим неповадно было. С другой стороны, а есть ли смысл убегать от того, чем занимался всю жизнь? Какая разница, кого резать? Демонов, каких-то там гоблинов или просто безмозглых тварей? Что там, что здесь защита обычных людей – уважаемая профессия, возможность повысить социальный статус, стать сильнее и неплохо заработать. Только перед походом в разлом нужно будет обязательно купить бестиарий и хорошенько его изучить, чтобы понимать, с кого что ценного можно взять. Кристаллы там, оружие, другие полезные вещички. Ну и заодно неплохо бы узнать о возможности стать свободным егерем. Ходить в пустошь, п-ху ты, в разломы самостоятельно. А то что-то от мыслей об учебке, уставщине и тупом сержанте у меня появляется изжога. Не мальчик, чай. Да и чему они меня там смогут научить? Монстров убивать? Да я сам кого хочешь убью!»

На моём лице появилась кровожадная ухмылка. «Всё. Решено. Еду в Новосибирск. Заселяюсь в общежитие до указанного срока и начинаю самостоятельную подготовку, благо, условия у них там созданы неплохие», – пронеслось в голове.

Приведя себя в порядок, я поставил телефон на подзарядку, ещё немного помедитировал, восстанавливая потраченную на тренировки духовную энергию, а затем переоделся в чистые шорты и майку, собрал вещи, подсчитал деньги, которых оказалось около двух тысяч, и, сдав номер, покинул территорию гостиницы.

Выйдя из дверей с небольшой сумкой на плече, в которую с лёгкостью поместился рюкзак, я двинулся по направлению к автобусной остановке, а затем почувствовал на себе сразу несколько злобных и один оценивающе-заинтересованный взгляд.

Глава 2

«А вот и мои вчерашние друзья, – хмыкнул я про себя. – Интересно, как они меня нашли? Старушка с пирожками подсказала? Кто-то сообщил о парне в знакомой кепке? Или персонал гостиницы оказался не так прост? Впрочем, неважно. Главный вопрос в другом – что делать сейчас? Уйти от слежки с помощью «отвода глаз»? Возможно. Сил у меня на это вполне хватит. Проверял недавно. Только вот что я получу в этом случае? Спокойную поездку до вокзала? И всё? Больше ничего? А если останусь? Очередной конфликт с мелкой столичной группировкой? Возможность подзаработать на этих остолопах? А справлюсь? К демонам сомнения! Конечно же, справлюсь! У меня и выбора другого нет! Не буду же я выживать на жалких две тысячи? Для того, чтобы нормально устроиться в этом мире, мне понадобится гораздо большая сумма. Но будет ли она у этих дилетантов? Хороший вопрос. Попробовать в любом случае стоит. Время ещё есть. Плохо только, что я не успел перекусить где-нибудь, как планировал».

Делая вид, что с интересом смотрю вслед прошедшим мимо девушкам в коротких юбках, я с лёгкостью засёк и не думающих скрываться наблюдателей. Двое из них были вполне знакомыми долговязыми типами, а третьим оказался крепкий мужик, сидящий на месте водителя в жёлтом автомобиле с шашечками.

«Ну что же, давайте поиграем, – принял решение я и, пройдя чуть дальше остановки, остановился на безлюдном участке. – Клюй рыбка большая и малая».

Заметив меня, водитель дал указание другим наблюдателям приблизиться, и его такси тут же тронулось вперёд, чтобы очень скоро остановиться передо мной, успевшим своевременно установить «щит воли». Так, на всякий случай. Может, они просто поквитаться хотят?

Стекло в передней пассажирской двери быстро опустилось, и улыбчивый мужчина с холодными глазами, подавшись вперед, уточнил:

– Куда тебе, парень?

– Спасибо, но я автобуса жду. Денег мало, – ответил я.

– Да? А у меня другая информация, – покачал головой водитель и, наведя на меня пистолет, до этого лежащий на кресле, жёстким тоном добавил: – В машину! Живо!

Состроив испуганное выражение лица, я попятился и тут же был схвачен под локоть старшим из приблизившейся двойки.

– Садись, курсант, не глупи! – сказал он, одновременно приставляя к моей спине нож. – Или я тебя здесь кончу!

– Понял, понял, – охрипшим голосом ответил я и, состроив соответствующее выражение лица, позволил усадить себя на заднее сиденье автомобиля, где меня с двух сторон зажала мстительно ухмыляющаяся молодёжь.

– Ну чё, сука?! Добегался?! – зло спросил младший, пытаясь выхватить сумку из рук.

– Там мои вещи! – тихо заметил я и, развеяв «щит воли», прикрылся рукой от удара в лицо того, что постарше.

«Не стоит удивлять их раньше времени», – мелькнула в голове правильная мысль.

– Прекратили! Нечего его здесь щемить! Сейчас кровью всё заляпаете и кто это всё будет отмывать?! – рявкнул водитель – На станции поговорите. Недолго осталось!

– Не надо! – испуганно воскликнул я, прижимая к себе сумку, и сжался. – Я отдам всё, что у меня есть! Честно! Отцу позвоню! Он у меня чиновник! Семь тысяч получает! Только не трогайте!

«Надеюсь, не переиграл? – мысленно поморщился я от не самой лучшей своей актёрской игры.

– Захлопни пасть! Пока я тебе все зубы не выбил! – посмотрев в зеркало заднего вида, велел водитель, однако я заметил, как на мгновение алчно вспыхнули его глаза.

«Ан нет. Всё нормально!» – выдохнул я и, опустив голову, промолчал. А младший из присутствующих тем временем спросил:

– Конь, так может это?.. Сразу к Тарану его отвезём? Лох-то, оказывается, не такой и простой.

– Чтобы он узнал, как вы оба зажрались с наводками, решили срубить дополнительных бабок и лопухнулись? Срубленные бабки профукали?! – поморщился водитель, а затем спросил: – И вообще, ты уверен, что это он вас вчера вырубил? Не похож пацан на бойца.

– Так я ему бок пером ласкаю, – самодовольно усмехнулся старший из парней, – вот и не выступает. Знает, что будет залупаться – и я его прямо здесь попишу.

Скосив взгляд куда-то вниз и в сторону, я подтвердил мысли парня о своём страхе и заставил его расслабиться.

К этому времени мы уже въехали на территорию какой-то промышленной зоны, миновали несколько складов, большую станцию технического обслуживания автомобилей, но затем резко повернули влево и оказались на её заднем дворе. Скосив взгляд в одно из зеркал, я заметил, как откатные ворота за нашей спиной быстро закрывает какой-то мужчина.

«Закрытая территория. Хода посторонним нет. Да ещё и охранник какой-то на входе постоянно», – отметил я.

Автомобиль остановился перед двухсекционными воротами, которые открылись после гудка, и мы тут же въехали в бокс.

«Трое в машине, двое снаружи и один во дворе. Возможно, в случае заварушки прибежит кто-то из соседней СТО. Поэтому лучше всё делать максимально тихо, – начал осматриваться и прикидывать свои действия я. – Кстати, а неплохо они тут устроились. Отличное прикрытие теневого бизнеса – добротный ремонт в боксах, чисто, светло, музыка играет. В дальнем углу даже нечто похожее на рабочий кабинет видно. Оставался бы в Москве, попробовал бы отжать здание под свои нужды».

– Ко мне его! – велел водитель, выбираясь из машины, и моё тощее тело с сумкой в руке тут же выволокли из салона.

«Ого! – удивился я, глядя, как к Коню направилась пара мужчин с докладами. – Так за мной что, лично, старший местной банды выезжал? Хотел своими глазами посмотреть на вероятный источник проблем? Понять, докладывал ли кому-нибудь о происшествии будущий курсант корпуса егерей или ещё нет? А когда увидел выходящего из гостиницы беспечного мальчишку, то угрозы в нём не заметил и решил работать по жёсткому варианту: выпытать нужную информацию, а потом где-нибудь прикопать? Вполне возможно».

Пока я осматривался, парни втолкнули моё сгорбленное тело в неплохо обставленный кабинет с большим столом, шкафом, сейфом, мягким кожаным диваном и удобными офисными стульями, на один из которых меня и усадили. Правда, сделали это настолько неумело, что я сумел незаметно стянуть лежащий на столе заточенный карандаш.

Отойдя на несколько шагов, парни со злорадством уставились на меня, а младший с поганой ухмылкой на лице достал из кармана раскладной нож.

– Ну что, сука? Понял, в какую передрягу попал?!

– Не совсем, – покачал головой я и, опустив на пол мешающую сумку, начал напитывать тело духовной энергией. – Представьтесь. Кто вы и что вам от меня нужно.

– Что ты гонишь! – в мгновение вспыхнул парень. – Я тебя вчера хорошо рассмотрел! И морду твою запомнил! Ты, мразь, наши бабки увёл! Перед Конём лохами выставил! Да я тебя сейчас на куски порежу! Думаешь, раз курсант егерей, так тебе всё можно? Мра…

Что ещё он хотел сказать, я так и не узнал. Моя нога, обутая в кроссовок, вошла точно в пах. От острой боли парень резко согнулся, а ему навстречу уже летела моя рука с зажатым в ней карандашом. Столкновение оказалось для меня удачным, дерево не переломилось и через глаз вошло в мозг противника. Второй парень, тот, что был постарше, хотел что-то воскликнуть, но я уже рванул к нему и нанёс выверенный удар кулаком в гортань, который, впрочем, заставил меня поморщиться.

«Какое же слабое у меня тело. Придётся его добивать! – мелькнула раздражённая мысль, и я, подхватив на лету выпавший из рук второго противника нож, закончил дело.

«Ну хоть здесь не ширпотреб», – оценил я остроту лезвия его оружия и тут же рванул к двери, встречать новых гостей.

– Да зачем? – донёсся до меня чей-то весёлый голос снаружи. – Этому сопляку фалангу отрежь – и он всё расскажет. Даже то, чего не знает.

– Будем надеяться, – хохотнул Конь.

«Значит, они пытать меня вздумали?! – понял я со злостью. – Ну-ну».

В этот момент дверь открылась, и появившийся на пороге главарь с ходу пропустил удар кулаком в подбородок, который на поверку оказался едва ли не чугунным. Стараясь не обращать внимания на боль в руке, а также удивительную устойчивость Коня, я добил его ещё одним ударом и сразу же вогнал клинок ножа в печень второго мужика, который следовал за старшим с пыточным чемоданчиком в руках и с ходу бросился на меня.

Не обращая внимания на стекленеющие глаза бандита, я подхватил его ношу, опустил и её, и тело на пол, затем достал из тела нож и, пригибаясь, рванул к последнему оставшемуся в живых мужику, который поднял капот автомобиля и на что-то там с умным видом смотрел. С лёгкостью приблизившись (звуки играющей в боксе музыки скрадывали шаги), я вогнал нож ему в почку. А затем, уложив на пол, открыл дверь на закрытый двор и крикнул последнему, оставшемуся дежурить на улице.

– Сюда иди! Конь зовёт!

Мужчина быстро обернулся и хотел было что-то спросить, однако меня возле открытой двери уже не было. Выругавшись вполголоса, он пошёл к главарю, переступил порог, сделал несколько шагов, и я скользнул ему за спину, одним движением перерезая горло.

«Шесть-ноль в пользу Феофана, – с лёгкой ностальгией подумал я, вспомнив молодые деньки, и перевёл взгляд на зачищенное логово бандитов. – А руки-то ещё помнят, пусть они и принадлежат семнадцатилетнему подростку из другого мира».

Закрыв дверь, я выключил музыку, чтобы не пропустить появления новых действующих лиц, и отправился к Коню. Не просто же так я оставил главаря в живых! Предстояло понять, сделал я правильный выбор или попросту потерял время.

В моё отсутствие ситуация возле кабинета не изменилась. Тела лежали именно так, как я их и оставил, поэтому, аккуратно обойдя кровавые лужи на полу, я приблизился к бессознательному телу Коня и, подхватив его под мышки, затянул в кабинет.

«А ведь тяжёлый, гадина, – пронеслась в голове неприятная мысль. – Тянуть сложно даже при накачке тела духовной энергией. Нет. Так дело не пойдёт. Нужно срочно наращивать мясо».

Посмотрел на свои тощие, уже трясущиеся от нагрузки руки, вновь ударил начавшего приходить в себя мужчину в подбородок и отправился за замеченным в боксе мотком провода. Хорошенько стянув ему ноги, а затем и руки за спиной, я накинул на лицо небольшую декоративную подушку, лежавшую на диване, прижал её коленом и принялся наносить неглубокие, но болезненные удары в болевые точки по всему телу.

Бандит тут же закричал и начал извиваться, однако подушка вкупе с закрытыми дверьми неплохо глушила звуки. Продолжив своё дело, я дождался, когда мужчина выбьется из сил и, подхватив свои орудия, отступил на несколько шагов назад.

– Ты! – выдохнул Конь, увидев меня, и его побледневшее лицо исказилось. – Так и знал, что не надо связываться с корпусом! Блин! Как же больно!

«Объект в нужном состоянии. Выбился из сил. Переходим к следующему этапу», – подумал я и, подойдя ближе, заглянул ему в глаза.

– Жить хочешь?

Конь вздрогнул, заметив что-то в выражении моего лица, и просипел:

– Ты кто такой?

– Не слышу ответ! – произнёс я, приподнимая подушку и нож. – Жить хочешь?

Конь оказался куда крепче, чем мне казалось изначально. Повторно услышав вопрос, он разозлился и рявкнул:

– Да пошёл ты! Думаешь, я не понимаю, что, получив своё, ты меня кончишь?!

Вместо ответа я молча приложил подушку к лицу и продолжил прерванное дело. Дождавшись, когда выбившийся из сил бандит потеряет сознание, я отступил, нашёл початую бутылку воды и вылил содержимое ему на лицо.

Дождавшись, когда Конь отплюётся, я весьма показательно сходил за оброненным чемоданчиком, положил его на пол и начал перебирать пыточные инструменты.

Мужчина некоторое время молча смотрел за моими приготовлениями, а затем хриплым голосом спросил:

– Что… Что тебе надо?!

– Общак? – произнёс я, не выпуская и рук какие-то щипцы, и, решив придать бандиту больше мотивации, добавил: – Но это только для меня, чтобы закрыть глаза на твои угрозы.

Заметив недоумённый взгляд Коня, доверительным тоном добавил:

– Сам должен понимать, у оперативников зарплаты не такие большие, а хочется и девушку в ресторан сводить и себе чего-нибудь прикупить. Ну а моему начальству сдашь Тарана, рода, которые его крышуют, и подпишешь бумагу о сотрудничестве. Тогда, может, и разойдёмся бортами.

– Так мы что? Попали в передел рынка? В межклановый замес? – уже другими глазами посмотрел на меня чуть приободрившийся Конь и добавил: – А если я откажусь?

Вместо ответа я приподнял нож с подушкой, и он тут же быстро замотал головой.

– Я согласен! Согласен!

– Не шути так, – сказал я, заглядывая в глаза. – Не трать моё время. Иначе обращусь к кому-нибудь более сговорчивому.

Мои слова о существовании ещё одного пленного сделали Коня более открытым. Он не только подсказал код от сейфа, где хранился общак банды, но и, заметив моё выражение лица при подсчёте денег, указал на свой личный тайник, устроенный в кабинете, с куда большим количеством наличности.

– У своих крысишь? – понял я, достав из лаза неприметного вида рюкзак с двадцатью тысячами налички, зарплату отца Гордея примерно за полгода работы…

Закончив с обиженно уставившимся на меня Конём, я по-быстрому осмотрел трупы других бандитов и, став богаче ещё на две с половиной тысячи рублей, сложил все деньги в свою сумку. Правда, для этого мне пришлось избавиться от некоторого количества грязной одежды. Затем я быстро умылся, смывая кровь, облил всё нашедшимся здесь же бензином, удостоверился, что поблизости нет никого постороннего и, заранее накинув на себя технику «отвод глаз», бросил спичку, заставившую бокс полыхнуть.

Не медля ни секунды, я покинул задний двор станции техобслуживания и перебежал дорогу, скрываясь от возможного лишнего взгляда за пустыми бетонными коробками. После чего неспешной походкой добропорядочного гражданина направился на выход с промышленной зоны.

«Не нужно недооценивать местных умельцев, – пронеслось в голове, когда я подумал об излишней перестраховке. – Может, им и «отвод глаз» не страшен? Тогда они увидят молодого и ничем не примечательного человека, решившего срезать дорогу. Лучше дополнительно подстрахуюсь и со спокойной душой отправлюсь в Новосибирск, чем буду травить себя сомнениями и размышлять, видел меня кто посторонний или нет».

Затем я подумал о заработанной сегодня сумме, и на душе даже как-то потеплело.

«Не зря дал супостатам себя взять. Порядка тридцати пяти тысяч поднял. Хотя, конечно, произойди наша встреча с бандюганами на неделю позже, в сейфе было бы гораздо больше денег».

Об убитых я не беспокоился. Они сами встали по другую сторону закона и без зазрения совести убивали других, так что должны были быть готовы к адекватному ответу.

Прошагав около пятнадцати минут, я покинул территорию промышленной зоны и с помощью телефона нашёл нужную остановку, откуда автобус отвез меня прямиком на железнодорожный вокзал.

Пока ехал, изучал местный интернет и его возможности. Он оказался не хуже, а может, даже в чём-то и лучше привычной информационной сети. Здесь тоже, если постараться, можно было найти почти всё.

Оказавшись перед огромным зданием из железа и стекла, направился не внутрь, а в расположенный неподалёку торговый центр, где наконец-то в первый раз с момента переноса поел нормальной еды.

«А хорошо быть живым, демон меня подери!» – подумалось, когда я с удовольствием откинулся на спинку стула и достал телефон вместе с кошельком.

В последнем, помимо денег и билета, обнаружилось две пластиковые карты. Одна из них, совершенно обычная, была открыта родителями Гордея. Вторую, с изображением, личными данными и символом имперского корпуса егерей, мальчишка получил у вербовщиков. Кстати, по ней бандюганы и определили его как курсанта. Это оказалось достаточно приметная и удобная вещь, по которой, к примеру, будущему курсанту можно было приобрести бесплатный билет второго класса до Новосибирска и оплачивать проезд в некоторых видах общественного транспорта. Кроме того, карта была привязана к счёту, на который корпус егерей выплачивал заработную плату, а также премии и бонусы за закрытые разломы.

Уточнив время отбытия и класс вагона, я зашёл в интернет, изучил маршрут, остановки, время, которое мы проведём в пути, возможность пользования вагоном-рестораном и другие важные мелочи, необходимые туристу, а затем отправился за покупками. Всё же Гордей, когда бежал из дома, в силу молодости не очень-то думал головой. Ему казалось, что нескольких комплектов белья вполне хватит для комфортного путешествия, однако я был с этим категорически не согласен.

Пробежавшись по этажам торгового центра, я довольно быстро стал счастливым обладателем нового чемодана на колёсиках, нескольких трусов и носков, удобных шорт, пары светлых маек, серого спортивного костюма, в котором можно будет с комфортом провести несколько дней в поезде, тапочек и кроссовок, а также комплекта боевой формы чёрного цвета, крепких берцев, мыльных принадлежностей и, конечно же, различных вкусностей в дорогу.

Пребывание на той стороне показало, как сильно я раньше недооценивал простые радости жизни, поэтому в продуктовом магазине я оторвался на славу. Сыр, колбаска, ветчина, кусочек душистого сала, чай, сахар, различные сладости. М-м-м. Мне даже пришлось докупать в одном из отделов небольшую доску и кухонный нож, но это, по моему мнению, того стоило.

Перед самым отъездом, когда времени оставалось мало, я нашёл возле вокзала небольшой отель, снял номер на несколько часов и привёл себя в порядок. Всё же, как бы я ни старался, а одежда Гордея немного пахла бензином, да и сам я взмок от нагрузок и беготни.

На нужном перроне я оказался примерно за полчаса до отбытия бронепоезда и с интересом осмотрел мощную, усиленную бронеплитами и различными орудиями крепость на колёсах, которая могла оказать сопротивление вырвавшимся из аномалии монстрам.

Предоставив билет и пластиковую карту проводнице, я вошёл в достаточно симпатичный вагон, вид которого лишь немного портили узкие бойницы окон, и, дойдя до нужного купе, открыл дверь, чтобы тут же оказаться под прицелом двух пар девичьих глаз.

Глава 3

– Здравствуйте, девушки, – первым поприветствовал я красивых незнакомок в коротких платьицах, сидящих на одном из двух диванчиков, и окинул их оценивающим взглядом.

А посмотреть здесь было на что. Одна из них, сидящая у окна, оказалась молоденькой симпатичной блондинкой не старше Гордея. Вторая же была фигуристой брюнеткой лет так двадцати со стройными ногами, узкой талией и великолепной грудью третьего размера, при виде которой у меня тут же поднялось настроение.

«Время, которое предстоит провести в пути, уже не кажется столь долгим и бесполезным», – подумал я довольно.

– Привет, – ответила старшая, окидывая мою щуплую фигуру насмешливым взглядом, и, желая поддеть то ли меня, то ли подругу, обратилась к соседке: – Видала, какой симпатичный мальчик? Так бы его и съела! А ты переживала, что нам не пойми кто попадётся.

Блондинка тут же покраснела и отвела взгляд, а я, ощущая, как внутри проснулись и ударили в голову гормоны молодого парня, посмотрел на брюнетку похотливым взглядом, после чего, задержав его на груди, добавил:

– Ты тоже ничего.

– А ты наглец! – прокомментировала чёрненькая мой ответ каким-то удивлённым тоном.

Тем временем я вошёл в купе и, призвав воспоминания Гордея, уложил сумку под нижний диван, который не только служил нишей для хранения, но и легко трансформировался в спальное место.

Не мешкая, я занял своё место, чтобы молодое горячее тело не продемонстрировало очаровательным соседкам, насколько сильно я рад таким симпатичным попутчицам.

– И как же зовут наглого милашку? – нарочито томным голосом спросила чёрненькая, забрасывая одну ногу на вторую, и приподняла бровь, а в её глазах я заметил лёгкий интерес.

Не спеша отвечать, перевёл взгляд на красивые ножки со свежим педикюром, обутые в дорогие даже на вид босоножки, затем на красивое лицо, явно знавшее, что такое правильный уход за кожей, а затем, почувствовав эмоциональный отклик от брюнетки, ответил:

– Меня зовут Гордей.

– Долго думал. Ты что, тугодум? – вновь попробовала поддеть меня она.

– Был пленён твоей невероятной красотой, – глядя ей в глаза, признался я и одновременно с этим в подробностях представил, как раскладываю роскошную красавицу прямо здесь, на этом небольшом столе. – Давно не видел девушки с такими впечатляющими формами.

Брюнетка явно хотела сказать что-то остроумное, но, заметив мой взгляд и промелькнувшие в нём эмоции, вдруг поперхнулась, а её младшая подруга ещё больше покраснела.

Не желая демонстрировать нам даже краткий миг растерянности, чёрненькая быстро спросила:

– Ты на самом деле такой наглец? Или просто мастер чесать языком?

«А она хороша!» – подумал я, глядя на полные сочные губки и чувствуя, как от возбуждения шумит кровь в ушах, поэтому, не особо задумываясь, ответил:

– Ещё какой! Но это если говорить о наглости, а вот насчёт мастерства чесания языком не знаю, пока ни одна из партнёрш не жаловалась.

Блондинка вспыхнула, а вот взгляд её подруги на мгновение затуманился, воображение явно подбросило ей какую-то интересную картину. А затем она не выдержала и расхохоталась, да так заразительно, что и я невольно улыбнулся.

– А ты молодец! – подмигнула она мне и, желая перевести тему, уточнила: – Значит, Гордей?

– Можешь называть меня мастер, – не дал я ей шанса и закрепил нужный результат, чем вызвал новую волну смеха.

– Ну смотри. Сам подсказал, мастер, – сказала брюнетка и, вновь на мгновение представив нечто фривольное, рассмеялась.

«Смейся-смейся, – думал я, с удовольствием наблюдая за покачиванием красивой груди. – Теперь каждый раз, называя меня так, ты будешь вспоминать этот пошлый разговор, представлять себе всякие интересные моменты и ощущать ко мне некоторое влечение. Неосознанное. Просто с десяток раз представив меня в эротической фантазии, пойдёшь дальше. Фантазия разыграется. Может, тогда мне и удастся потешить молодую плоть, по крайней мере, я очень на это надеюсь. Жаль только, что эффект от слов не усилить мощным и привлекательным телом, но так даже интересней. Хоть пари сам с собой заключай, смогу я осадить эту крепость до конца поездки? Или может придётся встречаться после? Что же, скоро узнаем».

– Так как вас зовут, очаровательные дамы? – спросил я, подстёгнутый физиологией молодого тела и привычками старого, опыт которого подсказывал, что надо всегда идти до конца, даже в кажущихся безвыходными ситуациях.

– Меня зовут Оксана, – первой представилась чёрненькая.

– Виктория, – взяла себя в руки блондинка, к которой стал возвращаться привычный цвет лица.

– И что же такие замечательные девушки, если это, конечно, не секрет, могут делать в бронепоезде, мчащемся в Новосибирск? – уточнил я с любопытством. – Только не говорите, что едете поступать в корпус егерей?

– А ты что? Сексист?! – подняла на меня гневный взгляд нахмурившаяся Виктория, с которой в одно мгновение слетело всё её смущение.

Воспоминания Гордея подсказали мне, что именно она имела в виду, но я не захотел оправдываться.

– Секс? Кто? Секс-турист? Не думал, что такая приличная девушка может знать подобные слова.

Брюнетка захохотала, а покрасневшая Виктория поспешила за злостью скрыть смущение:

– Я сказала, сексист! Сексист! Тот, кто полон предрассудков к женщинам! Кто считает, что они не могут быть егерями!

«Для неё это болезненная тема. Неужели тоже родители не отпускали?» – подумал я и решил всё же ответить:

– Ну почему же не могут? Слышал, что девушек среди егерей хватает, а некоторые из них и посильнее многих мужиков будут. Тут всё от таланта зависит и старательности. Так что всё в твоих руках.

Услышав ответ, Виктория чуть успокоилась, а я добавил:

– И кстати, если тебе станет легче, то родители не очень-то и хотели меня сюда отпускать. Так что, пусть и частично, но я тебя понимаю.

Взгляд блондинки после моих слов действительно немного потеплел, а Оксана, улыбаясь, решила поддеть:

– Вообще-то, я могу их понять. Ты не выглядишь опасным мужиком. Скорее милым мальчиком.

– Ты считаешь меня милым? – подмигнул ей я. – Приятно слышать.

– Прекратите! – попросила блондинка. – От ваших заигрываний меня сейчас стошнит.

– Заигрываний? – приподнял бровь я – Считаешь, я ей понравился?

– Не думаю, – после небольшой паузы ответила она. – Скорее, с тобой играют. Оксане нравится флиртовать и ставить парней в неудобное положение, и раздражать меня этим.

– Эй! – воскликнула брюнетка недовольно. – Вообще-то мы просто общаемся! Гордей – приятный парень. Ещё и смотрит так интеллигентно, обстоятельно всё рассматривает, руками без спроса не лезет. Так что нам с попутчиком повезло, а ведь мог попасться какой-нибудь тупой вонючий громила!

Разговор прервала вошедшая проводница. Она вновь проверила наши билеты, показала, где лежат матрасы с подушками и бельё, напомнила, что в поезде для пассажиров нашего класса есть вагон-ресторан, и затем удалилась.

«Для нашего класса? – мысленно повторил я, и память услужливо предоставила сведения о существовании специальных комфортабельных вагонов для представителей боярских родов, богатых простолюдинов, ценящих комфорт, а также высокопоставленных егерей, которые при достижении четвёртого класса и камня красного цвета, получают право на личное дворянство.

Спустя несколько минут после ухода проводницы в купе повисла тишина, а поезд наконец двинулся вперёд и начал медленно набирать скорость, что заставило Викторию облегчённо выдохнуть и, посмотрев на брюнетку, улыбнуться.

«Ну точно с дома сбежали, – решил я, глядя на девушек. – Только непонятно каким составом. Оксана – старшая родственница, подруга или телохранитель?»

Так и не найдя ответ на вопрос, я удостоверился, что девушки потеряли ко мне интерес и стали обсуждать каких-то своих знакомых, поэтому достал телефон и взялся за дело. Любовь к женщинам, конечно, хорошо, но мне предстоит узнать об этом мире ещё очень много и лучше изучить непонятные моменты лично, чтобы затем смотреть на проблему, исходя из собственного опыта, а не убеждений, сформированных семнадцатилетним парнем.

П�