Клиника «Вскрытие покажет», или Живым вход воспрещён. Часть 2

Глава 1

Денис открыл глаза, когда солнце уже почти закатилось и только осторожно золотило верхушки деревьев. Неподалёку Симба и Нафаня что-то негромко обсуждали с мухами, причём оттуда доносилось как недовольное ворчание лийморы, так и дружное хихиканье. Было видно невооружённым глазом, что всем участникам компании очень хорошо.

Не торопясь признаваться в том, что проснулся, Денис на минуту снова закрыл глаза и с удивлением подум ал, что всего несколько дней назад он даже представления не имел, что где-то есть другой мир, город Левендот и таинственный лес Фуортал. Жил себе совершенно обычной жизнью: ходил на работу, встречался с девушками, иногда пил пиво с приятелями, такими же молодыми холостяками, не обременёнными заботами о семье. И если бы не неприятная история, в которую он влип по милости своего коррумпированного начальства, так и прожил бы до самой старости.

На его счастье именно тогда шаманам Фуортала – леса, населённого «условно живыми» существами и разнообразным говорящим зверьём, – приспичило призвать нового доктора, и в их поисковую сеть попался он, Денис Юрьевич Воронцов, судебно-медицинский эксперт первой квалификационной категории. Правда, шаман Гурций говорил, что они искали именно его, но для Дениса это было уже не важно: он наконец-то очутился в по-настоящему своём мире.

Здесь его звали доктором Дэном, и он был единоличным владельцем клиники с оптимистичным названием «Вскрытие покажет», амулета по имени Глюк, охотничьего домика на территории призраков и кучи всякого полезного и не очень полезного добра. А ещё у него, всегда старательно избегавшего прочных связей, неожиданно образовалась толпа домочадцев: дочь – говорящая кошка-лиймора, домовой Нафаня и домовушка Глаша, помощник Захарий, которого Дэн воспринимал как младшего братишку, профессор-травник, воронёнок Арчи. Помимо этого у Дениса, всегда тщательно оберегавшего своё личное пространство, появились друзья: полицейский инспектор Генри Старк и аптекарь вампир Хопис, дочь мэра Аделаида и ведьма Летиция Старк. Последняя, правда, была для него намного больше, чем просто другом, но это уже отдельная история.

Но, как и всё хорошее, блаженное ничегонеделанье не могло продолжаться долго, и буквально через несколько секунд Денис услышал возле себя деликатное покашливание. Усилием воли вытряхнув себя из состояния сладкой дрёмы, он сел и увидел стоящего возле куста подкочечника. Дэн не мог с уверенностью сказать, был ли это Мурф или какой-то другой представитель этого загадочного народца, так как выглядели они примерно одинаково: большая кочка с красными глазами.

– Доброго вечера, уважаемый! – поднявшись на ноги, вежливо поздоровался Денис. – Благодарю вас, что так быстро откликнулись на мой призыв!

– Мы тоже заинтересованы в налаживании контактов с новым доком, – выпрямляя ноги с перепонками и становясь выше ростом, ответил подкочечник, прикладывая к груди руку с большой ладонью, – да пребудет с тобой сила Моховой Кочки.

Второй раз удержать нервный смех было уже гораздо проще, и Денису удалось оставить при себе ответ в духе гранд-мастера Йоды.

– Я могу сразу приступить к делу? – на всякий случай уточнил Денис, не зная, являются ли обязательными в разговоре с подкочечниками пространные беседы о природе и грядущем урожае.

– Конечно, док, – с достоинством склонил голову последователь идей Моховой Кочки, – мы готовы выслушать тебя и сделать всё, что от нас зависит.

– Прекрасно, – Денис потёр руки, – у меня большой заказ на тару для хранения трав и всяких веществ для приготовления зелий: около ста коробок или банок. Я не надеюсь, что они будут с теми же волшебными свойствами, что и подаренная мне шкатулка, но не сомневаюсь, что лучше вас с этой работой никто не справится.

– Мы ценим твоё доверие, док, – в скрипучем голосе подкочечника прозвучала законная гордость, – и постараемся сделать всё быстро. Если мы приготовим твой заказ за неделю, это будет хорошо?

– Так быстро! – воскликнул Дэн, морально приготовившийся к гораздо более долгому сроку, не меньше месяца. – Это совершенно замечательно! Сколько я буду должен?

Подкочечник несколько раз моргнул круглыми красными глазами, потом несколько раз скрипнул, словно стесняясь озвучить цену, и Денис решил ему помочь:

– Да вы не смущайтесь, любой труд, особенно такой, должен быть оплачем, и оплачен честно!

– Мы хотели попросить у тебя необычную плату, – как-то неуверенно проскрипел подкочечник, – мы возьмём с тебя десять скитлов, которые отдадим лесовикам за материал. Орсис – дорогое дерево, но травы в нём хранятся великолепно. Тогда все твои ящички и коробки будут, как ты сказал, волшебными. Ну а для себя мы хотели попросить разрешения всегда приходить сюда, когда ты будешь петь. У тебя странные песни, но они будят в нас неведомые нам самим доселе чувства. Мы не испытывали их никогда раньше, и этот твой дар для нас просто бесценен!

Денис, совершенно ошарашенный подобным предложением, не знал, что ответить.

– Но это не может быть платой, – растерянно ответил он, – мне ведь это ничего не стоит! Я с удовольствием буду петь просто так, раз вам нравится. Я ведь доктор, а не профессиональный певец…

– Ты поешь сердцем, а это дорогого стоит, – проскрипел подкочечник, – так мы можем приходить?

– Разумеется, – воскликнул Денис, – я буду обязательно присылать вам информацию, если вдруг у нас будут организовываться посиделки. Ближайший концерт, кстати, намечен на вечер после общего совета. От вас ведь будут представители?

– Да, твой посланец рассказал нам, и мы придём. Мы тоже стали ощущать неправильное внимание, но рассказать о нём может только сама Моховая Кочка.

– Как же мы узнаем? – Денис откровенно расстроился, что часть информации может пройти мимо и не даст сложить полную картинку.

– Она сама придёт на ваш совет, – торжественно сообщил подкочечник и поклонился Денису. – До встречи, док, мы будем передавать готовые коробки частями и оставлять у твоих помощников. Да пребудет с тобой сила Моховой Кочки.

С этими словами он словно растёкся по земле, превратившись в самый обыкновенный травяной холмик.

– Ты стремительно становишься поп-звездой, дорогуша, – негромко поздравил сам себя Денис, – скоро сможешь отправляться с гастролями по Ристолии.

Ничем не сдерживаемое воображение тут же нарисовало городскую площадь и яркую афишу, наклеенную на забор: «Не пропустите! С единственным концертом доктор Дэн Ворон Цов в сопровождении сводного хора нечисти Фуортала. Бэк-вокал: вампирская община. Кордебалет: магаскальские мухи».

«Озолотимся!» – потрясённо проговорил Глюк, видимо, тоже впечатлённый нарисованной картиной. Денис тряхнул головой, прогоняя наваждение, и поднялся на ноги.

– Так, с подкочечниками мы договорились, с мухами тоже, – амулет презрительно фыркнул, но комментировать не стал, – остались лийморы, квадры, эльфиры… Я никого не забыл?

«Ты забыл Генри и Летицию, – с лёгким ехидством сказал Глюк, – они пока ещё не в курсе, какое развлечение ты им приготовил. И если Старк в силу профессии привык участвовать во всякого рода сомнительных авантюрах, то ведьма может и не захотеть принимать участие в совете. Ведьмы – они всегда сами по себе были!»

– Прекрасно, – с энтузиазмом откликнулся Денис, – это мы сейчас и выясним, как раз повод будет в город прогуляться.

Денис быстро взбежал на крыльцо и, зайдя в клинику, окликнул Нафаню.

– Нафаня, а где Захарий? Я его сегодня не видел почему-то…

– Так он в город по делам убежал ещё днём, к ночи обещал вернуться, – тут же отчитался домовой, – славный парнишка, работящий, приветливый.

– Это да, – Дэн улыбнулся, – как вернётся, скажи, что у меня разговор к нему и интересное предложение. Ему наверняка понравится.

– Скажу, скажу, – поглаживая бороду, довольно откликнулся Нафаня и тут же подозрительно поинтересовался, – а ты куда это, хозяин, наладился на ночь глядя?

– По делам, а что? – Денис слегка обалдел от такого вопроса.

– Спать ночью надо, а не шастать не пойми где, – сурово нахмурившись и уперев руки в бока, отчитал его домовой, – вон тощий какой, ни поесть нормально, ни выспаться. Никакого… этого… как же его, бестию… режима, вот!

– Нафань, – Денис не знал, смеяться ему или плакать, – ты мне домовой, а не строгая бабушка. Не надо меня воспитывать, я уже большой мальчик.

– Вырос-то большой, а ума не нажил, – совершенно не смутился Нафаня, – ежели я тебе не скажу, кто скажет-то? Лиймора твоя шебутная? Так она сама дитё пока. Вот и получается, что некому тебя уму-разуму учить. Придётся мне, хозяин. А не будешь слушать меня, так я не посмотрю, что ты главный в доме, могу и полотенцем.

– Полотенцем?! – Денис без сил опустился на удачно подвернувшийся рядом стул. – Дожил… собственный домовой полотенцем грозится. Нет… не буду я тебя с Глашей знакомить…

– А это ещё кто такая будет? – моментально заинтересовался Нафаня. – Не нашего ли племени?

– А вот не скажу, – Денис с трудом поборол желание показать домовому язык, – ты мне полотенцем угрожаешь, а Глаша хорошая, она меня будет холить и лелеять, пирожками кормить… Вот уйду к ней – узнаете!

– Я тебе уйду! – неожиданно расстроился и даже рассердился домовой. – Даже думать про такое не моги! Уйдёт он…

– Нафаня, не сердись, – Денис посмотрел на чуть не плачущего домового и устыдился своей совершенно детской выходки. – Никуда я от вас не денусь.

– Ну вот и славно, – мгновенно успокоился домовой, – иди, хозяин, да не поздно возвращайся. Я тебе тёплой еды оставлю, ты уж поешь, не забудь, ладно? А не то… смотри у меня! Да по лесу не шастай ночью, небезопасно это. И про Глашу эту завтра рассказать не забудь.

Не придумав достойного ответа, Денис только кивнул, хотя не мог не признаться сам себе, что его невероятно тронула эта слегка неумелая, но идущая от сердца забота домового.

Выйдя из клиники на «городскую» часть, он глубоко вздохнул и направился в сторону лавки Летиции, рассчитывая в такое время застать её дома. Внезапно он остановился, поражённый ужасной мыслью.

«Глюк, – позвал он, и амулет тут же с готовностью откликнулся, – слушай, тут такое дело… Скажи, а тебя можно как-нибудь временно отключить?»

«Зачем это? – тут же насторожился Глюк. – Не надо меня отключать!»

«Слушай, – Денис старательно подбирал слова, – у меня, я очень надеюсь, скоро начнёт налаживаться личная жизнь. Понимаешь?»

«Неа, – радостно сказал амулет и хихикнул, – и что? Поздравляю тебя с этим, несомненно, радостным событием. Я-то тут при чём?»

«Активная личная жизнь, – слегка надавил голосом Денис, – и мне не нужны советы и комментарии в самый неподходящий момент, понимаешь?»

«Ну, знаешь, – демонстративно обиделся Глюк, – хороший совет ещё никогда никому не мешал, а у меня жизненный опыт ого-го какой!»

«Этого я и опасаюсь, – честно ответил Дэн, – так что? Отключаешься ты как-нибудь?»

«Скучный ты человек, доктор Дэн Ворон Цов, – вздохнул Глюк, – нет в тебе духа здорового авантюризма!»

«Да его во мне – хоть ложкой ешь, иногда мне даже кажется, что его слишком много, – искренне ответил Денис. – Глюк, ну правда, я сегодня планирую целоваться с Летицией. И ты мне в этом приятном деле абсолютно не нужен!»

« А если я тоже хочу с ней целоваться? – упёрся Глюк. – Как работать, так я первый, а как пообниматься с красивой женщиной…. так отключить… Где справедливость?!»

«Переработался уже, прямо света белого не видишь! – начал сердиться Дэн. – Вот попрошу профа сварить какую-нибудь отраву и усыплю тебя. Будешь тогда знать, как спорить!»

Почувствовав, что Денис действительно разозлился, амулет повздыхал, постонал ещё минутку для приличия и сообщил:

«Не переживай, док, я сам отключусь, у меня это изначально заложено: мой создатель тоже, знаешь ли, монахом не был!»

«Точно?» – Дениса ещё терзали сомнения, но так как он понимал, что максимум, что ему сегодня светит – это поцелуй, то решил поверить Глюку на слово, но потом проконсультироваться с тем же Хописом. На всякий случай…

Как ни странно, по пути к лавке Летиции его никто не отвлёк, не пристал с расспросами, и даже пронырливого главного редактора, предпочитающего следить за ним лично, не было видно. Видимо, достаточно поздний вечер разогнал по домам самых даже любопытных.

Так как цветочная лавка госпожи Ханны была уже закрыта, то Денис свернул к трактиру Симеона, чтобы прихватить к чаю пару пирогов с ягодами. Он ещё по прошлой жизни прекрасно помнил, что указать на дверь человеку, принёсшему вкусненькое, гораздо сложнее, чем тому, кто явился с пустыми руками.

В окнах трактира, к счастью, ещё горел свет, и когда Денис вошёл, то обнаружил Симеона стоящим за стойкой и что-то подсчитывающим. Увидев позднего посетителя, трактирщик не стал ни ворчать, ни кричать «Мы уже закрыты. На часы посмотри!», а совершенно невозмутимо вышел из-за стойки и присел за ближайший стол.

– Вы поужинать или перекусить? – доброжелательно поинтересовался этот святой человек. – Есть ещё теплые овощи с грибами и мясо. Будете, док?

Денис тяжело вздохнул, виновато посмотрел на Симеона, кивнул и решил, что если он придёт к Летиции чуть позже, то ничего страшного не случится: ведьма не была похожа на человека, который рано ложится спать.

Трактирщик лично пошёл в кухню, погремел там кастрюлями и буквально через минуту поставил перед Денисом большую тарелку с неприлично вкусно пахнущей едой. Нафаня мог быть доволен: Дэн съел всё и с трудом поборол желание вылизать тарелку, чтобы на ней не осталось даже самой маленькой капельки этой невероятно вкусной подливки. Но воспитание всё же победило, хотя, судя по довольной усмешке Симеона, порыв был замечен.

– Спасибо, – сыто отдуваясь, сказал Денис, – я даже не подозревал, какой я, оказывается, был голодный.

– На здоровье, – круглое лицо трактирщика сияло от удовольствия, – очень мне нравится, когда у людей аппетит хороший. Ну а вам-то днём совсем некогда было, я думаю: столько дел, столько дел!

В голосе Симеона отчётливо прозвучал намёк на то, что днём Денис был занят чем-то таким, о чём весь город уже в курсе. За исключением самого виновника обсуждения.

– Что же, по мнению уважаемых горожан, я делал днём? – Денису стало любопытно, как далеко зашла народная фантазия на этот раз. – Расскажите мне, Симеон, мне правда интересно! Глядишь, следующая сногсшибательная статья в газете меня удивит уже не так сильно.

– А то вы сами не знаете, док, – хитро прищурился трактирщик, – днём вы сначала чуть не убили господина Суовинга, но за него заступился инспектор Старк, а так как вы с ним в дружбе, то не поубивали друг друга, а только сильно подрались. Господин Суовинг говорил, что непременно напишет большую статью о том, какое сражение произошло между вами и Генри Старком.

– А то, что я сегодня Генри не видел вообще – это как, факт, не имеющий значения? – устало спросил Денис, чувствуя, что это ещё далеко не весь перечень его сегодняшних подвигов.

– Вот тут я ничего сказать не могу, – пожал плечами трактирщик и продолжил, – а потом вы второй раз украли дочку господина мэра.

– А почему второй-то? – растерялся Денис.

– Ну так первый-то вчера был, – напомнил ему Симеон, – мы все про то в газете прочитали. Вы и госпожу Старк, и госпожу Аделаиду, их обеих прямо с приёма через окно умыкнули. Ох, господин доктор, ну и смелый вы парень! До вас никто на такое не отваживался.

– Да уж надо думать, – вздохнул Денис, – только не крал я никого, Симеон!

– Конечно, конечно! – заверил Дениса трактирщик, и был видно, что он оправданиям Дэна не верит ни на грош. – Они сами сбежали, а потом с вами под ручку прогуливались.

– Я его всё-таки убью, – Денис мысленно открутил голову господину Суовингу, потом пришил обратно и снова открутил. Стало чуть полегче.

– Так вот, – блестя глазами, продолжил Симеон, – а сегодня вы госпожу Аделаиду выкрали снова, но только на этот раз домой не вернули.

– А почему я-то?! – попытался возмутиться Денис.

– Ну а кто? – трактирщик посмотрел на него с искренним недоумением, мол, кому красть-то кроме дока?

– И то правда, – вздохнул Дэн, – только не крал я никого, у меня дел было и без этого выше головы.

– Да ведь многие видели, как госпожа Аделаида вошла в дом к ведьме Старк, а до того туда вы зашли. Ну и опосля госпожу Аделаиду никто больше не видел. Следовательно, вы с госпожой ведьмой дочь мэра куда-то и спрятали, только вот никто не знает – куда.

– Симеон, ну подумай сам, зачем мне прятать куда-то Аделаиду? – попробовал воззвать к голосу разума Денис. – Она мне вообще без надобности!

– Ну, это как посмотреть, – не согласился трактирщик, – выгодная партия, между прочим. Хотя, конечно, против госпожи ведьмы госпожа Аделаида не тянет, простите великодушно. Девушка она хорошая, спору нет, но вот только… не красавица, чего уж там… Вы бы отпустили её, док…

– Откуда?

– Ну где вы там её держите? – сочувственно вздохнул Симеон.

– А мысль, что Аделаида могла сама сбежать от любящих родителей, никого не посетила? – осторожно поинтересовался Дэн.

– Сбежала? Да вы что, док! – замахал на него руками трактирщик. – Куда же она сбежит-то? Её же любой домой сразу вернёт: с мэром ссориться никому не хочется.

– Не знаю, Симеон, ничего тебе не могу сказать, – намертво стоял на своём Дэн, – от госпожи Старк Аделаида вышла через чёрный ход, а вот куда она потом делась, ни я, ни Летиция не в курсе. Мало ли, какие у девушки могут быть свои секреты.

– То есть вы хотите сказать, док, что у госпожи Аделаиды мог быть тайный роман?! – в глазах трактирщика загорелись огоньки жгучего любопытства.

– Я ничего не хочу сказать, – ответил Дэн, подумав, что после того, как Деля поселилась у вампира, на её репутации уже всё равно можно ставить крест. – Но ни госпожа Старк, ни Генри, ни я никакой информацией по этому поводу не обладаем.

– Ох, так неужто похитили господу Аделаиду нашу? – ахнул трактирщик, сделав какие-то свои выводы и моментально в них поверив. – И кому же это понадобилось? Ох, горе-то какое!

– Да подожди ты, – попытался успокоить Симеона Денис, но тот уже горестно качал головой, строя предположения одно другого печальнее. – Отыщется ваша Аделаида, никуда не денется. Молоденькие девушки, они такие непредсказуемые!

– Оно, конечно, да, – трактирщику явно не хотелось отказываться от привлекательной версии похищения, – но господину мэру это точно не понравится, какой-никакой, а ведь отец!

– Как говорится, утро вечера мудренее, – свернул опасный разговор Денис и попросил, отвлекая внимание трактирщика на более приземлённые материи, – мне бы пару пирогов с собой, если можно. С ягодами остались ещё?

– Пироги? – очнулся Симеон. – Конечно, сейчас принесу, минуточку…

Он торопливо ушёл в сторону кухни, и Денис услышал, как он говорит кому-то:

– Я же говорил, что док не виноват в пропаже Аделаиды, и ведьма Старк тоже. У дочери мэра, оказывается, кавалер был тайный, – тут Дэн услышал, как кто-то потрясённо ахнул, – вот она через лавку ведьмы, через чёрный ход, к полюбовнику своему и сбежала. А ведьму Старк и дока в комнате заперла, чтобы не помешали. Во как было-то! А вы на невинного человека наговариваете!

«Главное – предупредить Генри и Делю, чтобы они морально были готовы», – подумал Денис, понимая, что уже завтра утром все будут убеждены, что Деля чуть ли не замуж вышла, а его с Летицией напоила какой-нибудь отравой, чтобы не мешали. Хорошо, хоть не убила…

«Вот так слухи и рождаются! – наставительно произнёс Глюк, тоже явно впечатлённый происходящим. – Хорошо, что Хопис этого не знает, а то он ни за что бы Деле комнату не сдал!»

Денис не успел развить эту интересную мысль, так как из кухни вернулся Симеон с большим пакетом.

– Вот и пироги, док, ещё тёплые, как чувствовал, что не надо из печки доставать. А вы себе или в гости?

– В гости, – не стал скрывать Денис, придя к выводу, что нужно хотя бы часть передвижений делать достоянием соскучившейся по событиям общественности. – Пойду ненадолго к Летиции загляну, а потом и домой, спать.

– Конечно-конечно! – воскликнул трактирщик, и Денис понял, что как минимум пара человек решит проследить за тем, действительно ли он пойдёт к ведьме, и во сколько он от неё выйдет.

«Знаешь, – подумав, сказал Денис амулету, – как-то мне в лесу нравится всё больше. В вашем очаровательном Левендоте я постоянно чувствую себя объектом нездорового пристального внимания».

«Ты же хотел жить в таком маленьком городке, – насмешливо заметил Глюк, – ты уж прости, я слегка покопался в твоей памяти, чтобы лучше тебя понимать, и видел там такую мечту. Ну вот и получи: маленький городок со всеми вытекающими из этого последствиями».

«Было такое дело, – Дэн даже не рассердился на амулет за то, что тот залез в его память: понятно, что Глюку нужно было выяснить, что представляет собой его новый владелец, – но как-то я всё меньше этого хочу, если честно!»

« А тебя теперь никто и не спрашивает!» – хихикнул амулет.

Попрощавшись с трактирщиком и прихватив одуряюще пахнущий пакет с пирогами, Денис быстро – пока никто не увязался следом – прошёл до лавки Летиции и постучался.

Ведьма, как ни странно, открыла практически сразу, словно стояла возле двери и ждала.

– О, похититель невинных девиц! – поприветствовала она Дениса, отходя в сторону и пропуская его в лавку. – И в каком же подвале ты прячешь несчастную Аделаиду, изверг?

– Не я один, – тут же отбился Дэн, – ты со мной тоже участвовала. Но у тебя устаревшие сведения, между прочим. Сейчас набирает популярность новая версия случившегося.

– Неужели? – Летиция усмехнулась. – И какая же? Тебе удалось меня заинтриговать, док.

– Тогда приглашай меня пить чай, а то не расскажу, – тоном опытного шантажиста сказал Денис, – у меня и пироги есть… С ягодами…

– Ну, если с ягодами, тогда конечно, это в корне меняет дело, – засмеялась Летиция и открыла дверь, ведущую из лавки в жилую часть.

Денис с интересом и удивившей его самого робостью шагнул на личную территорию женщины, которая ему так нравилась, что голова шла кругом. Ведь всем известно, что иногда жильё может рассказать о своём владельце больше, чем самый сведущий сплетник.

Комната, в которой он очутился, была светлой и напоминала, скорее, гостиную или некий великосветский салон, какие Дэн видел в фильмах «про красивую жизнь», но никак не комнату ведьмы.

Светлые стены, украшенные лёгкими, яркими пейзажами, большие окна, сейчас закрытые плотными шторами цвета топлёных сливок, изящная мебель, несколько книжных шкафов, светлый ковёр на полу – всё это вместе создавало впечатление лёгкости, света и какого-то очень женского уюта.

– Что, не очень похоже на мрачную берлогу ведьмы? – засмеялась Летиция, с удовольствием наблюдая за тем, как на лице гостя проступает ничем не прикрытое изумление. – А ты что ожидал увидеть? Пучки трав, скелеты в углах и чучела летучих мышей?

– Нет, – смутился Денис, – но мне почему-то казалось, что у тебя не так… светло и празднично. Но мне безумно нравится!

Летиция хотела что-то ответить, но тут раздался громкий стук молотка в дверь, и ведьма удивлённо подняла брови.

– Ты кого-то ждёшь? – Денис категорически не хотел, чтобы какой-нибудь гость помешал осуществлению его грандиозных планов.

– Вообще-то нет, – пожала плечами ведьма, но тут из-за двери послышался грозный крик:

– Открывайте! И верните мне мою дочь!!

– Вот уж кого мне меньше всего хочется сейчас видеть, – досадливо поморщилась ведьма, услышав голос, который трудно было не узнать. Господин мэр Виктор Салливан собственной персоной явился вызволять любимую блудную дочь из лап коварных похитителей.

– Интересно, возле твоей лавки уже весь город собрался или пока только жители пары ближайших улиц? – ни на кого не глядя, поинтересовался Денис. – Насколько я успел оценить тягу местных жителей к горячим новостям, там должно толпиться человек сто. Во главе с господином Суовингом, который наверняка уже приготовился написать очередную нетленку, снабдив её душераздирающими комментариями.

– Открывать будем? – спокойно спросила ведьма, хотя в её глазах мелькнул недобрый тёмно-зелёный огонёк.

– Будем, – вздохнул Дэн, – иначе он выломает дверь. Только предоставь это мне.

– Всегда мечтала узнать, как это – переложить неприятное дело на широкие мужские плечи, и тут такая возможность! – хмыкнула ведьма и отступила от двери. – Дерзай, док! Это твой звёздный час.

– С тебя лишний поцелуй вдобавок к уже имеющемуся, – тут же быстро сориентировался Денис, – и нечего так осуждающе на меня смотреть, я всегда говорил, что на самом деле я коварный и корыстный тип. Не веришь – спроси у Генри, он подтвердит!

– Ладно, с поцелуями мы разберёмся потом, – Летиция с намёком кивнула на дверь, в которую с упорством, достойным лучшего применения, колотил господин мэр.

Денис тоже посмотрел на дверь, подумал и широко её распахнул, причём сделал это так неожиданно, что господин Салливан чуть не свалился прямо ему в руки.

– Господин Салливан! – воскликнул он, радостно улыбаясь мэру. – Какими судьбами? У вас что-нибудь стряслось? Нужна моя помощь?

– Где моя дочь? – рыкнул мэр, сверкая глазами, а столпившаяся за его спиной заинтересованная общественность согласно зашумела.

– Вы у меня спрашиваете? – изумился Денис.

– У вас! Вы же её похитили! – обвиняюще ткнул в него пальцем мэр.

– Я? Вы уверены? Вы абсолютно в этом уверены? – прищурился Дэн и с удовольствием разглядел среди столпившихся господина Леманжа. – Это, знаете ли, очень смелое утверждение. Но я согласен: давайте поищем вашу дочь вместе. Летиция, душа моя, мы поищем у тебя в лавке и в доме Аделаиду, ты не против?

– Да ищите себе на здоровье, – пожала плечами ведьма, – только не уроните ничего, а то я счёт выставлю. Я, конечно, понимаю, что лапами не очень удобно выписывать чеки, но, полагаю, господин мэр справится.

– Почему лапами? – растерялся мэр, слегка сбавив напор. – У меня нормальные руки…

– Так это пока, – лучезарно улыбнулся ему Денис, – просто Летиция не очень любит, когда ей мешают… ну, вы понимаете меня, как мужчина мужчину, да?

– Причём здесь это? – мэр на какое-то время потерял нить собственных рассуждений.

– При том, что обычно она в таких случаях превращает мешающий ей объект во что-нибудь более безобидное, правда, господин Мастерс? – Денис подмигнул обнаружившемуся неподалёку заместителю мэра. – Вы в кого предпочтёте: в лягушку или в мышь?

– Это угроза? – господин Салливан зло посмотрел на Дениса, потом перевёл ещё более гневный взгляд на ведьму. – Я, между прочим, при исполнении!

– Что вы говорите? – Денис сочувственно покачал головой. – Ни минуты покоя, какая самоотверженность! Господин Суовинг, вы успеваете записывать?

Строчащий в блокноте главный редактор только молча кивнул, видимо, опасаясь забыть или упустить что-нибудь.

– Ну так что, будем искать Аделаиду? – вернулся к предмету обсуждения Денис и обратился к многочисленной публике. – Предлагаю начать с кухни. Господа, вы как считаете, можно спрятать госпожу Аделаиду в печке или в кастрюле? Я готов выслушать любые мнения.

– Не поместится она ни в печке, ни в кастрюле, – подал голос Симеон, так и не снявший передник, – госпожа Аделаида девушка крупная…

– Тогда давайте поищем в кладовке, – щедро предложил Денис, заметив, как довольно усмехнулся и что-то зашептал соседу на ухо господин Леманж.

– Так это кто же выдержит цельный день в кладовке сидеть? – возмутилась какая-то незнакомая Денису женщина. – Нет, в кладовке точно нету.

– А в подвале? – выкрикнул кто-то, и мэр оживился.

– В этом доме нет подвала, – с непередаваемым ехидством сообщил господин Леманж, – я лично его инспектировал, когда продавал госпоже Старк.

– А в спальне? – предложил свежую мысль какой-то молодой человек.

– Экий вы проказник! Шалунишка! – погрозил ему пальцем Денис, и юноша смущенно растворился в толпе.

– Так что же, получается, госпожи Аделаиды здесь нет? – наконец-то озвучил напрашивающийся вывод неизвестный господин в шляпе. – А где же она?

– Господин Леманж, – обратился Денис к стряпчему, который успел потихоньку показать ему большой палец в знак одобрения, – не подскажете случайно, сколько в городе домов?

– Подскажу, – стряпчий явно наслаждался как ситуацией в целом, так и видом багрового от бессильного гнева мэра. – Триста двадцать один.

– Господа, – обратился Денис к собравшимся, – вот вам бескрайнее поле деятельности: из трёхсот двадцати одного дома вы пока проверили только один – дом госпожи Летиции. Оставшиеся триста двадцать с нетерпением ждут вас! Полагаю, за пару лет вы справитесь… Господин мэр, вы в какой дом следующий пойдёте?

– Ни в какой, – рявкнул мэр, – но я этого так не оставлю!

– И будете абсолютно правы, – поддержал его Дэн, – виновные должны быть наказаны по всей строгости закона! Вам к госпоже Летиции кто пойти посоветовал?

Мэр бросил быстрый взгляд на побледневшего заместителя, потом неожиданно совершенно некультурно сплюнул, пробормотал что-то нецензурное и удалился в сторону своего дома.

– Что, и даже чаю не попьёте? – крикнул ему вслед Денис, жалея, что не знакомые с анекдотами его исторической родины жители Левендота не смогут оценить всю прелесть этой фразы.

– Господин доктор, – подошёл к нему улыбающийся стряпчий, – позвольте от всего сердца поблагодарить вас за это изумительное представление. Виктора давно нужно было щёлкнуть по носу, а то он уже совершенно забыл, что мэр – это должность выборная, а не дающаяся раз и навсегда.

– А что, есть недовольные? – негромко спросил Дэн у господина Леманжа, который очень серьёзно кивнул. – Ну так сместите его, в чём проблема?

– Никто не хочет связываться с Салливаном, – вздохнул стряпчий, – и я в том числе. Видите ли, док, городок у нас небольшой, и подавляющее большинство жителей связаны между собой родственными, дружескими и деловыми связями. И с господином мэром в том числе, понимаете меня?

– Боюсь, что даже лучше, чем вы предполагаете, – помрачнел Денис и честно сказал, – я ценю вашу веру в меня, господин Леманж, но, честно говоря, я совершенно не готов пока ввязываться ещё и в политические интриги. Мне на сегодняшний день и другой головной боли хватает.

– Охотно верю, – кивнул совершенно не выглядящий разочарованным господин Леманж, – и ни в коем случае не настаиваю! Мы терпели Виктора столько лет, что вполне можем подождать ещё немножко. С вашего позволения, мы вернёмся к этому разговору через какое-то время, допустим, через пару месяцев.

– Ничего не обещаю, – предупредил Денис, мысленно пожелав заговорщикам – а в том, что стряпчий представляет именно их интересы, сомнений не было никаких – расстройства желудка, аллергии на тайны и, самое главное, склероза.

– Кстати, – господин Леманж хитро посмотрел в глаза Денису, – госпожа Аделаида, о местонахождении которой вы, разумеется, не имеете ни малейшего представления, через три месяца станет по нашим законам совершеннолетней, так что сможет самостоятельно распоряжаться своей судьбой. А вот до того времени… я бы посоветовал ей взять себе опекуна, раз уж она… похищена. Хотя что это я… вы же всё равно не знаете, где несчастная девушка, так что и передать ей мой совет вряд ли сможете. А жаль, очень жаль…

С этими словами господин Леманж изящно поклонился, приподняв элегантную шляпу, и удалился в неизвестном направлении, оставив Дениса стоять на крыльце в полнейшем обалдении.

– Нет, ты это видела? – Дэн повернулся к ведьме, рассматривающей его со странным выражением лица. – Только участия в местном подполье мне и не хватало для максимально полной жизни.

– Слушай, а ведь ты умудрился не сказать мэру ни слова неправды, – удивлённо констатировала ведьма, – я в восхищении, док.

– Герой, между прочим, ждёт заслуженной награды, – напомнил Денис, – уже в двойном размере.

– Чаю с пирогами? – наивно хлопнула длинными ресницами ведьма и сама засмеялась. – Пойдём на кухню, вымогатель…

– Ты уверена, что для поцелуев кухня – самое правильное место? – проходя за Летицией в уютную кухоньку, уточнил Денис. – Мне почему-то казалось, что в спальне удобнее…

– Не дави на меня, – очень серьёзно посмотрела на него ведьма, и Дэн моментально заткнулся, так как понял, что это не кокетство, а вполне себе нормальная человеческая просьба.

– Верёвки ты из меня вьёшь, – театрально вздохнул он и принюхался, – а чем это у тебя таким вкусненьким пахнет? Печеньками?

– Что за дурацкое слово? – фыркнула ведьма, почему-то слегка смутившись. – Ведьмы, чтоб ты знал, выпечкой и вообще домашним хозяйством не увлекаются. Но это – да, как ни странно, именно печенье.

Денис молча смотрел, как Летиция наливает чай в чашки, ставит на стол большую тарелку с нарезанными пирогами, которые принёс он сам, и вазочку с маленькими печеньицами, и чувствовал невероятное умиротворение и тёплую тихую радость.

Не выдержав, он перехватил проходящую к плите ведьму и усадил её к себе на колени, при этом Летиция, как ни странно, не стала ни вырываться, ни угрожать превращением в лягушку. Прижав её к себе, Денис молча держал свою ведьму в объятиях, не предпринимая никаких попыток поцеловать её. Видимо, почувствовав это, Летиция расслабилась и даже слегка прислонилась к нему. Боясь спугнуть хрупкое очарование момента, Дэн практически не шевелился, пытаясь вспомнить, было ли в его практике такое, чтобы ему для счастья хватало подобной мелочи. Голова бастовала и соображать категорически отказывалась.

Через несколько минут, полных тихого и, с точки зрения Дениса, всё же излишне целомудренного молчания, он заправил ведьме за ушко выбившийся завиток рыжих волос и осторожно провёл кончиками пальцев по её щеке.

И именно в этот момент раздался очередной стук молотка во входную дверь. Денис вздрогнул, а Летиция очень тихо прошипела что-то явно почти неприличное.

– У тебя не лавка, а какой-то проходной двор, – с неохотой разжимая объятия, проворчал Денис, – то мэры шастают, то ещё кто-то. Ночь на дворе, между прочим.

По лицу ведьмы было видно, что она тоже с гораздо большим удовольствием продолжила бы обниматься с доктором, но кто же её спрашивает? Нахмурившись, она подошла к двери и на секунду прикрыла глаза, а затем улыбнулась и открыла позднему визитёру.

– Я тебе, конечно, рада, Генри, хотя и не скажу, что ты вовремя, – пропуская позднего гостя в комнату, сказала ведьма, – раньше ты имел прекрасный обычай по ночам или спать, или работать, но не шастать по гостям. Что заставило тебя изменить этой чудесной привычке?

На удивление мрачный инспектор проворчал в ответ что-то невразумительное и прошёл в кухоньку, где сурово уставился на спокойно пьющего чай Дениса.

– О, Генри, привет, – жизнерадостно поприветствовал друга Дэн, – чаю хочешь? Есть пироги с ягодами от Симеона и печенье. Впрочем, печенек я тебе не дам, потому как их пекла Летиция, и они дороги мне все, до последней крошечки.

Генри молча постоял в дверях, потом с тяжким вздохом снял шляпу, аккуратно пристроил её на подоконник, проверил, плотно ли задёрнуты шторы и устало опустился в кресло.

– Я, значит, там бегаю, как ошпаренный, а ты тут печенье лопаешь? – возмущённо произнёс он.

– Лопаю, – не стал отрицать Денис, – скажу тебе больше, Генри: если бы ты не появился так не вовремя, я постарался бы реализовать ещё более дерзкие планы.

– Даже не стану спрашивать, какие именно, – проворчал инспектор, выразительно посмотрев на разрумянившуюся ведьму.

– Ты так просто или по делу? – Летиция поставила на стол дополнительную чашку и положила на тарелочку солидный кусок пирога. – Как-то ты раньше не баловал меня поздними визитами. И это, кстати, было очень мило с твоей стороны.

– Док, ты случайно, я подчёркиваю, совершенно случайно не знаешь, куда могла подеваться Аделаида Салливан, дочь нашего глубокоуважаемого некоторыми мэра? – Генри проследил на действиями тётки и самостоятельно добавил себе пару печенек, не обращая внимания на насупившегося Дениса.

– Знаю, – не стал отпираться тот, – причём совершенно не случайно. А ты в качестве кого сейчас интересуешься? В качестве полицейского инспектора, которому поручили найти дочку городского начальства, или как наш общий друг, который обеспокоен судьбой славной девушки Дели? Той самой, которую он вчера так нежно обнимал во время концерта…

Генри слегка смутился, но понял, что от его ответа зависит многое, в том числе и то, как будут дальше развиваться его отношения с другом и неоднозначной родственницей.

– Конкретно сейчас как друг, – помолчав, признался он, – как инспектор я пришёл бы утром или даже днём. Дэн, я действительно беспокоюсь о Деле, она, как оказалось, очень умная, чуткая и интересная девушка… Я даже не предполагал, если честно. Но, судя по тому, как ты реагируешь, ничего страшного с ней не случилось.

– Абсолютно, – подтвердил Денис и переглянулся с Летицией, – она в настолько надёжном месте, что надёжнее даже представить себе трудно.

– А зачем ты её украл? – неожиданно спросил Генри. – Не сама же она сбежала, правда?

– Вот в том-то вся и прелесть, что совершенно сама, – сказала Летиция, – она неожиданно появилась у меня на пороге как раз тогда, когда док был у меня… и нечего хихикать, он зашёл исключительно по делу!

– Заметь, тётушка, я сегодня на редкость деликатен и даже не уточняю – по какому делу, – развеселился Генри. – Впрочем, мы отвлеклись.

– Так вот, – безрезультатно посверлив племянника суровым взглядом, продолжила ведьма, – она пришла и сообщила нам, что сбежала из дома и возвращаться туда не планирует. Затем с восхитительной наивностью попросила устроить её на работу и подыскать подходящее жильё. Знаешь, Генри, Деля хорошая девушка, но если бы не док, я указала бы ей на дверь.

– Ты нашёл, куда её поселить? – инспектор недоверчиво посмотрел на Дениса, который старательно выгребал из вазочки остававшиеся там печенюшки и складывал их на свою тарелку. – Оставь печенье в покое и ответь, пожалуйста.

– Не могу оставить, – вздохнул Денис, – это печенье пекла Летти для меня, а ты, как только я отвернусь, постараешься его слопать, я тебя знаю.

– Боги, в этом мире нет существа более бестолкового и странного, чем влюблённый мужчина, – вздохнул Генри, с сочувствием глядя на друга.

– На себя посмотри, – не остался в долгу Дэн, – да, я нашёл для Дели и работу, и жильё. При этом искать твою пропажу там не станет никто и никогда.

– Надеюсь, ты не спрятал её у себя, – нахмурился Генри, – это было бы не очень правильно, с какой стороны ни посмотри.

– Нет, не у себя, не у Летиции, не в трактире у Симеона и даже не в клинике, – Денис бросил в рот очередную печеньку. – Я поселил Делю в аптеке.

В кухоньке повисла тишина, прерываемая только деликатным похрупыванием печенья, которое жевал Денис.

– Прости, – отмер Генри через пару минут, – но где ты её поселил??! Я, наверное, не расслышал.

– У Хописа, – невозмутимо повторил Денис, а ведьма взяла чашку и отошла в сторону, наблюдая за разговором, как за интереснейшим представлением. – Скажи, я здорово придумал!

– И что, ты хочешь сказать, что он согласился?! – Генри неверяще посмотрел на Дэна, а потом перевёл растерянный взгляд на тётку. – Или ты его заколдовала?

– Я вообще молча стояла в сторонке, – тут же открестилась от сомнительной чести Летиция, – переговоры шли без меня.

– Слушай, а ведь вампиры не интересуются обычными девушками? – неожиданно произнёс Генри, – это я у тебя как у доктора спрашиваю. У них вообще как с этим делом?

– Откуда я знаю? – Денис удивлённо посмотрел на инспектора. – Я вообще об их реальном существовании узнал не так давно, а ты мне такие вопросы задаёшь… У Хописа и спроси.

– Спасибо за совет, – язвительно откликнулся Генри и погрузился в размышления.

– Прямо вот представляю, как док приходит к Хопису и начинает выяснять, каким образом размножаются вампиры и нет ли у них сугубо личного интереса к человеческим девушкам, – мечтательно глядя куда-то в потолок, проговорила ведьма, – особенно интересна реакция нашего друга аптекаря. Слушай, Денис, если ты собираешься это провернуть, возьми меня с собой, а?

– Нет, ну а правда, – отложив последнюю печенюшку, задумался Дэн, – я вот, например, пока ни одной женщины-вампира не видел.

– То, что ты их не видел, совершенно не значит, что их нет, – нравоучительно сообщил другу Генри, – просто они крайне редко покидают свои дома: мы им, видишь ли, абсолютно не интересны.

– То есть они есть? – уточнил Денис. – Вот бы посмотреть… Просто так, чисто научный, я бы даже сказал, академический интерес, – поторопился добавить он, увидев, как недобро прищурилась Летиция.

– Тётушка, да ты никак забеспокоилась, – Генри довольно откинулся на спинку стула, – ну ничего себе! Док, снимаю шляпу: ты нашёл ключик к этой невозможной женщине!

– Генри, – ласково мурлыкнула ведьма, и инспектор тут же напрягся, – я ведь не посмотрю, что ты мой родственник…

– Единственный! – торопливо уточнил Генри.

– Ничего, я не думаю, что без родственников моя жизнь потеряет смысл, – глаза ведьмы на секунду полыхнули изумрудным огнём, – а ты пока существенно уменьшишь поголовье комаров, допустим, в Магаскальском болоте. Мух, опять же, для дока наловишь. Всё польза от тебя будет…

– Ну прости, – Генри приложил руку к груди и попытался сделать виноватое лицо. Получилось не очень хорошо, но ведьма махнула рукой, мол, что с тебя, убогого, взять.

– Кстати, нам же надо подумать, кого мы назначим женихом Дели, – дожевав последнее печенье, решительно сказал Денис. – В соответствии с последней версией событий.

– А теперь можно ещё раз и помедленнее, – инспектор нахмурился, – что ещё за жених?

– А, так ты же не в курсе последних веяний, – спохватился Дэн и принялся просвещать друга. – В общем, сюда приходил мэр в компании с предателем Мастерсом и толпой народа во главе с господином Суовингом. В общем, все уверены, что Деля сбежала с любовником… ну или с женихом. Это уж как получится.

– Та-а-а-а-к… – недобро прищурился Генри. – Стоило мне на полдня отвлечься, как Аделаиде уже и любовника организовали. И кого же вы, господа интриганы, видите в этой роли? Надеюсь, не Хописа?

– А почему нет? – Денис сделал вид, что задумался. – Мужчина он холостой, красивый, состоятельный, при должности, опять же. Чем не жених?

Генри мрачно посмотрел на Дениса и побарабанил пальцами по столу. Летиция наблюдала за ним с интересом естествоиспытателя, обнаружившего новый вид какого-нибудь насекомого.

– Нет, мне это совершенно не нравится, – наконец проговорил инспектор, а Денис с трудом удержал довольную ухмылку. – Аделаида – чудесная девушка, которая вполне заслуживает нормального, уважительного отношения.

– Абсолютно с тобой согласен, – поспешил сказать Дэн, – но ты же вроде бы был категорически против каких-либо отношений. Ты так убедительного говорил о том, что дочь мэра тебе не пара, да и вообще… в холостой жизни сплошные плюсы…

– Когда это я такое говорил? – подозрительно прищурился было Генри, но тут же вздохнул и признал, – ну, говорил, и что теперь? Могу я передумать?

– Можешь! – Денис подмигнул веселящейся Летиции и протянул другу руку. – Поздравляю тебя с принятием правильного решения. Совет вам, как говорится, да любовь.

– Подожди, – Генри ошарашенно ответил на рукопожатие, – это же ещё всё исключительно гипотетически…

– Пока ты тут гипотезы разводишь, у тебя там вампиры Делю окучивают, – Денис осуждающе посмотрел на уже неприкрыто хихикающую Летицию, – вот прошляпишь интересную девушку, тогда даже я тебе не помогу. Потому что и ты мне друг, и Хопис, и Деля.

– То есть Хопис всё-таки имеет на неё виды? – окончательно замороченный Генри помотал головой.

– Откуда я знаю, – неожиданно успокоился Денис. – Завтра сходишь, проведаешь, заодно и совет обсудим.

– Какой совет? – не сговариваясь, хором спросили ведьма и инспектор. – Про совет ты пока ничего не говорил….

– Не говорил? – Денис с силой потёр руками лицо. – Забыл, представляете? Пока призраки, пока Деля с женихами, пока мухи со своими сказками, пока мэр с горожанами…

– А ведь совсем недавно мне казалось, что у меня очень насыщенная жизнь, – задумчиво сказал Генри, ни к кому конкретно не обращаясь, – но теперь я понимаю, что просто прозябал в бездействии.

– Не отвлекайся, док, – вернулась к главному вопросу ведьма, – что за совет?

– В общем, в Фуортале творится что-то неладное: в чащу возле Ночных ворот кто-то повадился ходить днём, и я не удивлюсь, если это связано с твоим шустрым трупом. Ну, не в смысле – твоим, а твоим в плане… в общем, ты понял.

– Да понял я, не суетись, – успокоил друга Генри, внимательно слушая и отбросив всяческую шутливость.

– Так вот, – продолжил Дэн, – к тому же в лесу появились капканы, в один из которых угодил Кармах, глава лийморов. И подкочечник сегодня сказал, что они стали ощущать «неправильное внимание». А у вампиров, – тут Генри напрягся, – одного из парней отравили синим крольчатником. Он, правда, потом оклемался и обзавёлся новыми функциями, но сути дела это не меняет.

– Да, невесело, – вздохнул помрачневший Генри и, не удержавшись, спросил, – прости, док, а какие новые функции получил вампир?

– Да, мне тоже очень интересно, потому как мне всегда казалось, что именно вампиры как-то совсем не нуждаются в усовершенствовании, – присоединилась к племяннику Летиция, – это уже готовая машина для ухудшения жизни окружающих.

– Не любишь ты их, – осуждающе покачал головой Денис, – а они ведь хорошие, очень душевные парни оказались.

– У тебя странное восприятие вампиров, – Генри непонимающе пожал плечами и переглянулся с ведьмой, – на редкость высокомерные и бессердечные существа. Даже Хопис, которого я считаю своим приятелем.

– Вот насчёт бессердечности я бы как раз и поспорил, – улыбнулся Денис, – некоторые из них, точнее, один, теперь очень даже сердечный. Вот прямо на удивление!

Инспектор откинулся на спинку стула и задумчиво посмотрел на Дениса, потом сдвинул на кончик носа очки в тонкой золотой оправе и медленно, тщательно выговаривая слова, сказал:

– Правильно ли я понимаю прозвучавший в твоих словах прозрачный намёк на то, что кто-то из милых твоему сердцу вампиров стал… ммм… несколько живее, чем был раньше?

– Именно так, – не стал отказываться от своих слов Дэн, – у одного из клыкастиков теперь есть прекрасно бьющееся сердце. Со всеми вытекающими из этого непредсказуемыми последствиями.

– С ума сойти! – ахнула Летиция и неверяще покачала головой. – Генри, сейчас тот редкий случай, когда я готова с тобой согласиться: до появления Дениса у нас была очень скучная и однообразная жизнь!

– И кому же это так повезло? – в глазах Генри зажглось вполне понятное любопытство.

– Дарену, потому что именно он пострадал от отравления синим крольчатником, – постарался пояснить Денис, но тут оживилась ведьма.

– А откуда у тебя, док, такие специфические познания о местных травах? О синем крольчатнике мало кто знает даже из наших специалистов, а уж ты о нём вообще не должен представления иметь!

– А я и не имею, – не стал спорить Денис, – это профессор определил, он же и вампира вылечил… хотя не могу не признать, что он слегка при этом перестарался.

– Я сейчас тебя убью, – нежно сказала ведьма, и Денис невольно отодвинулся в сторонку, – кто такой профессор? Откуда он взялся и что сделал с этим Дареном? Ты сам расскажешь, или применить к тебе запрещённые методы?

– Запрещённые методы? В твоём исполнении это звучит очень многообещающе и соблазнительно, – подмигнул ведьме Денис, но, увидев снова вспыхнувшие зеленью глаза, быстренько ответил, – профессора мне сплавил тот крутой парень, который руководит призраками в чаще возле Ночных ворот. Я, правда, так и остался в неведении по поводу его имени, но это и не важно. Так вот, профессор – призрак какого-то травника – видимо, так достал своё новое руководство, что оно, это руководство, с удовольствием отдало его мне. А потом выяснилось, что одного из вампиров отравили, и я попросил профессора посмотреть. Он и определил, что это синий крольчатник и вместе с Хописом сварганил антидот.

– Хопис кого-то пустил в свою лабораторию?! – изумилась ведьма.

– Он вообще в восторге от профа, именно поэтому я и смог уговорить нашего аптекаря сдать Деле комнату.

– Ты улавливаешь связь? – повернулся к ведьме совершенно ошарашенный Генри. – Хопис в восторге от этого таинственного профессора и поэтому сдал Деле комнату. Как-то я не понимаю, если честно, как одно пересекается с другим.

– Какой-то ты у нас не сообразительный, – сказал Денис, но Генри только мученически закатил глаза. – Я пообещал Хопису общение с профом, но только в том случае, если он пустит пожить Делю. И Хопис согласился, так что все довольны.

– А как зовут твоего профессора? – задумчиво поинтересовалась ведьма. – Вдруг я его знаю? Хороших травников в Ристолии можно по пальцам пересчитать.

– Боюсь, этого он и сам не помнит, – вздохнул Дэн, – у него провалы в памяти в отношении всего, что не связано с травами. Кстати, а он у меня с собой…

– Кто? – кротко спросил Генри, допивая совершенно остывший чай.

– Профессор, – Денис похлопал себя по карманам и вытащил флакончик, – хотите, я его выпущу, и сами у него всё спросите…

– Да! – воскликнула Летиция с несвойственным ей энтузиазмом.

– Нет! – рявкнул Генри, подозрительно шарахнувшись от Дэна с флаконом.

– Прости, дружище, но я выполню желание дамы, так как ты мне друг, а она – гораздо больше, – Денис виновато пожал плечами и вытащил пробку из флакона. Все замерли, глядя на дымок, из которого сформировалась высокая фигура профессора.

– Профессор, доброй ночи! – жизнерадостно поприветствовал его Денис. – Я тут хотел вас познакомить с девушкой, которая сделала ту самую успокоительную настойку, которую вы так высоко оценили. Помните?

– Разумеется, помню, – возмутился профессор, с любопытством оглядывая кухню Летиции, пока она сама, прищурившись, всматривалась в призрачное лицо. – Я ничего не забываю, а вот вы, юноша, ведёте себя не лучшим образом! Вы даже не соизволили представиться, а это невежливо, знаете ли.

– Простите, проф, – повинился Денис, – я доктор Дэн, вы теперь работаете и живёте у меня.

– Да? – профессор неуверенно покачал головой, но тут наконец-то увидел Летицию. – Дорогая, это вы сварили настойку? Прекрасно, замечательная работа! На каком вы курсе?

– Курсе чего? – растерялась Летиция, а Генри хихикнул, но под грозным взглядом тётки постарался придать лицу серьёзное выражение.

– Университета, разумеется, – профессор облетел вокруг ведьмы и взволнованно всплеснул полупрозрачными руками, – как же я мог забыть такую одарённую студентку! Напомните мне, деточка, на каком вы у нас факультете обучаетесь?

– За «деточку» вам, конечно, отдельное моё большое спасибо, – слегка озадаченно откликнулась Летиция, – но у меня, видите ли, природный дар, так сказать, наследственный.

– Ну что вы, моя дорогая, – профессор покровительственно похлопал ведьму по плечику, – наследственные способности к зельеварению бывают исключительно у ведьм, но вы ведь к ним не относитесь, правда?

– Почему вы так решили? Очень даже отношусь, самым непосредственным, так сказать, образом, – Летиция слегка вызывающе взглянула на призрака.

– Вы в том смысле, что любая красивая женщина немножечко ведьма? – понимающе улыбнулся профессор. – В этом смысле, конечно, да! Но всё же давайте поговорим серьёзно. Я ведь точно могу сказать, что сваренная вами настойка прекрасна! Она практически совершенна. Единственное, что я изменил бы: это вместо пяти гран чешуек с правого крыла чёрной летучей мыши взял бы столько же с левого. Что вы об этом думаете, дорогая?

– Интересная мысль, – немного подумав, согласилась Летиция и с интересом посмотрела на профессора, – но тогда, наверное, не пять, а максимум три, вам не кажется? С учётом того, что левое крыло отличается от правого?

– Ах, деточка! – воскликнул проф, приходя в состояние восторженного возбуждения. – Какая же вы умница! Я готов аттестовать вас за весь курс, а не только поставить вам промежуточную аттестацию!

– Благодарю, – удивительно, но Летиция выглядела действительно польщённой, и инспектор с Денисом слегка растерянно переглянулись.

– А скажите, дорогая моя, – профессор полностью переключился на ведьму, – что ещё интересного из сделанного вами вы могли бы мне показать?

Ведьма задумалась и не очень уверенно предложила:

– Может быть, вам было бы интересно посмотреть на зелье, избавляющее от ночных кошмаров?

– Вы хотите сказать, что знаете, как готовить настойку Карпуса?! – воскликнул профессор, и Денис понял, что на какое-то время эти двое полностью потеряны для общества.

– Летти, пожалуйста, отвлекись от, несомненно, интереснейшей беседы, – окликнул он ведьму, – я уже понял, что я со своими поцелуями, увы, не конкурент профу с его знаниями. Тогда я, пожалуй, пойду спать, а тебе оставляю флакончик: как только этот гений тебя достанет, тут же упаковывай его туда. А я завтра утром загляну и заберу его.

– Хорошо, хорошо, – отмахнулась от него Летиция, а Генри злорадно хихикнул.

– И нечего смеяться, – проворчал Дэн, сердито глядя на друга, – я на тебя завтра посмотрю, когда пойдём к Хопису Делю проведать. Так что будет и на моей улице праздник.

При упоминании аптекаря Генри моментально погрустнел и тяжело вздохнул. Денис решил отвлечь друга от печальных размышлений и спросил:

– А как там с трупом дела, кстати? Ничего нового не выяснили?

– Абсолютно! – Генри с удовольствием принял переход на новую тему и, выходя из лавки ведьмы, продолжил. – Все следы ведут за Ночные ворота, скорее всего, там протащили. Но зачем такие сложности – никак не пойму!

Не успел он договорить, как из-за невысокой, аккуратно подстриженной зелёной изгороди, окружавшей домик ведьмы, высунулась голова и совершенно спокойно уточнила:

– То есть вы хотите сказать, инспектор Старк, что госпожу Аделаиду утащили в чащу через Ночные ворота? Ах, какая интересная информация! Я бы сказал, сенсационная! Неужели её любовник – призрак?! Ах, какая сногсшибательная новость!

Денис сразу опознал в «говорящей голове» господина главного редактора, который уже выбрался из-за кустов и теперь восторженно сверкал глазками, потирая пухлые ручки.

– Да вы просто горите на работе, господин Суовинг! – Дэн уважительно покачал головой. – Нужно ведь иногда и отдыхать! Совсем вы себя не бережёте… Я вам как доктор говорю: ступайте спать.

– Не могу, – вздохнул господин редактор, – вот так спать отправишься, а интереснейшая, просто потрясающая информация так мимо и проскользнёт. Читатели мне этого не простят!

– А вы не думаете, что в ином случае вас могу не простить я? – Генри сердито посмотрел на редактора. – Или вас это не беспокоит?

– Честно говоря, – господин редактор сдвинул очки на кончик носа, – не очень. Лояльность читателей – это мой доход, и заинтересовать их – мой долг перед общественностью. А с вами, уважаемый господин инспектор, мы уж как-нибудь договоримся. И вообще, – тут взгляд господина Суовинга сверкнул догадкой, – а почему вас так волнует этот вопрос? Нет ли здесь личной заинтересованности? Ах, как интересно!! А скажите, где вы были вчера, когда госпожа Аделаида исчезла из лавки вашей тётушки, госпожи ведьмы, и не помогла ли вам вышеназванная госпожа Старк похитить дочь мэра? Ох, как же я раньше не догадался! Это же заговор! Какая прелесть! Я и мечтать не смел!

– Вы с ума сошли? – Генри ошарашенно смотрел на редактора. – Какой заговор?! Какое похищение?!

– Вы хотите стать мэром? – продолжал строить версии господин Суовинг. – Ну конечно же! Должность полицейского инспектора не может устраивать такого амбициозного человека, как вы, господин будущий мэр. Ой, – толстяк демонстративно зажал рот рукой, – я, конечно же, никому ничего не скажу, не волнуйтесь, я всё-всё понимаю! Но какая великолепная комбинация! Похитить дочь мэра, чтобы потом шантажировать его и в перспективе сместить его с должности, пользуясь поддержкой ряда влиятельных горожан во главе… во главе… – тут редактор упёрся сверкающим взором в Дениса, – во главе с доктором! Потрясающе! А можно и мне с вами?

– С нами – это куда? – Денис растерянно помотал головой. – Я ничего уже не понимаю! Господин редактор, вы не могли бы яснее выражать свои мысли?

– Мог бы, но как же конспирация? – громким шёпотом произнёс господин Суовинг, окидывая бдительным взором абсолютно пустую улицу. – Вдруг кто-нибудь услышит? За кусты я могу ручаться – там никого не было кроме меня, но как знать…

Тут он показал пухлой ручкой на крыши близлежащих домов, и Дэну тут же привиделись одетые в чёрное горожане, преследующие их с Генри по крышам в надежде тоже присоединиться к заговору против мэра.

– Нет никакого заговора! – чётко проговаривая слова, сказал тоже слегка ошалевший инспектор. – Понимаете, господин Суовинг? Никакого!

– Разумеется, – газетчик прижал к груди руки и сделал большие глаза, – само собой! Мы же с вами всё понимаем, господа!

– Тогда, господин редактор, я рискну обратиться к вам с секретным поручением, но вот только слегка сомневаюсь: справитесь ли? – Денис сделал вид, что глубоко задумался.

– О! – восторженно выдохнул редактор. – Приложу все силы, чтобы оправдать ваше доверие, господин будущий мэр.

– Но… – начал было Генри, однако замолчал, почувствовав, как Денис наступил ему на ногу.

– Нам, ну, вы понимаете, о ком я, – Денис сделал многозначительную паузу, и господин Суовинг быстро закивал, – совершенно необходимо, чтобы вы проследили за Ночными воротами. Есть секретная информация, – тут Дэн внимательно огляделся, а редактор превратился в слух, – что госпожу Аделаиду намерены похитить из Левендота. Только тс-с-с-с…

– Батюшки! – всплеснул руками господин Суовинг. – Да как же так-то! И кто же эти супостаты, которые мешают девушке личную жизнь устраивать?

– Вот это нам и надо выяснить, – таинственно шепнул Денис, искренне надеясь, что жажда приобщиться к тайне не даст редактору обнаружить здоровенные логические дыры в предложенной версии. – Могу я вам доверить это чрезвычайно секретное и опасное дело?

– Не сомневайтесь! – с энтузиазмом, достойным лучшего применения, воскликнул редактор. – Вот только статью в номер отнесу и тут же побегу.

– Кстати о статье, – Генри наконец-то перехватил инициативу в разговоре, – я надеюсь, там нет ничего, что могло бы бросить тень на репутацию честной и порядочной девушки?

– Ну что вы, – вроде как даже обиделся редактор, – исключительно достоверные и проверенные сведения!

– А можно взглянуть? – подозрительно прищурился инспектор, и господин Суовинг, вздохнув, протянул ему блокнот.

По мере чтения лицо Генри приобретало всё более и более задумчивое выражение, потом он протянул редактору блокнот и кивнул:

– Печатайте. Про госпожу Аделаиду тут ничего совсем уж жуткого нет, про нас с тётушкой тоже, а господину мэру, как и доктору – им уже всё равно.

– Что значит – всё равно!? – возмутился Денис и перехватил многострадальный блокнот. – Ничего мне не всё равно…

Дэн вчитался в текст и вздохнул: нет, по сравнению с первой статьёй эта была относительно безобидной. В ней подробно рассказывалось, как убитый горем отец разыскивал блудную дочь, как таинственный до полной невозможности доктор Дэн приоткрыл завесу тайны над исчезновением бедняжки Аделаиды, как господин Мастерс подло обманул безутешного отца, предоставив том