Ее идеальная копия

Глава 01

Говорят, у каждого на этой планете есть двойник. Нас целых восемь миллиардов, так что не удивительно.

Анжелика Джоли, Рианна, Филипп Киркоров, Лолита и другие звезды. У каждого из них есть копия среди обычных людей и даже не одна. Люди сами им пишут в надежде урвать себе хотя бы кусочек той известности, что есть у звёзд. Даже на разных ток-шоу выступают и ездят по стране с шоу двойников.

– Милана, здравствуйте, – администратор восторженно осмотрела меня с ног до головы. На приглашение в руках глянула лишь мельком. И так каждый раз – мое лицо пропуск практически на любую элитную тусовку, – проходите. Очень рады вас видеть, – в моих руках тут же оказывается бокал с дорогим шампанским.

– Спасибо, – улыбаюсь вскользь. Стуча каблуками от Джимми Чу по шершавой плитке, направляюсь вглубь шикарного сада. Конец мая радует теплом, и хозяин нового отеля перенес празднование открытия на свежий воздух.

Вдоль тропинок расставлены садовые фонарики, в траве светящиеся шары, в ветках деревьев гирлянды. Милые лавочки с пледами и подушками ожидают на газоне, рядом столики с шампанским и закусками. Я даже успела увидеть несколько свободно гуляющих кроликов и павлинов. Вокруг ожившая сказка. И в центре нее трехэтажный уютный отель-бутик. Отделка из белого камня, балкончики кованые, окна обязательно в пол.

Уверена, уже завтра изображения из «Leto» разлетятся по всем более-менее известным аккаунтам. И от меня ждут пару фотографий.

Оставляю нетронутый бокал с шампанским на одном из столиков и иду на нарастающий шум голосов. Мне обязательно нужно показаться окружающим, попозировать нанятым фотографам, дать коротенькое интервью. Ничего особенного – пара восторженных комплиментов отелю. И все, я свободна.

Точнее не я, а она – Милана Любимова. Я лишь ее удобная копия, которая появляется вместо Миланы на мероприятиях второго порядка. Самые важные она посещает лично.

– Милана, – еще не успеваю добраться до основной тусовки, как меня успевают перехватить. Крепкая мужская ладонь сжимает мой локоть, заставляя притормозить, – рад тебя видеть.

Сергей… перманентно сохнущий по Милане поклонник. Комментирует все ее посты в соцсетях, пишет в личку и каким-то образом умудрился заполучить Милин личный номер. Безобидный, но настырный. Сынок какого-то там депутата, поэтому грубо отшивать его нельзя.

– Привет, – отцепляю ладонь Сергея, – не знала, что ты тоже будешь здесь.

– Сорок процентов отеля принадлежит мне, – он важно кивает на здание.

Ну, допустим не тебе, а папе. Только ему, учитывая депутатство, такими приобретениями светить нельзя. А вот сыночка продвинуть в бизнесмены – это можно.

– Если захочешь, покажу весь отель сверху донизу, можем сходить в президентский люкс.

Воу-воу-воу, полегче, парень! Как-то слишком резво ты решил подкатить на этот раз.

– Не думаю, что это будет уместно, – принимаюсь медленно шагать в сторону людей и музыки, – да и погода хорошая. Давай увидимся немного позже, ладно? – машу ему ладонью, сбегая.

Вот вам и показательный пример. Мы с Миланой сейчас как близнецы. Сергей на ее фотки смотрит ежедневно, на разных мероприятиях видит, даже созванивается. И разницы между нами не замечает.

Изначально наша схожесть не была столь явной. Одежда, манеры, цвет волос и глаз скрадывали ее. В дорогом СПА, где я работала инструктором по йоге, никто особенно внимания и не заострял. Да, чем-то похожи, но не больше.

Но Милана вцепилась в меня клещом и за день преображения в салоне красоты мы стали практически идентичными. Косметика, окраска волос, затем пара уроков у специалиста по вокалу и вуаля – узнает только если родная мать.

Для меня прихоть Миланы изначально была развлечением. С ней было весело и забавно. Я появлялась в ее спортзале, любимом кафе, ходила на встречу с какой-нибудь знакомой. А дальше она предложила мне работу. Осознав масштаб, я благоразумно отказалась.

Но… мышеловка за глупой дурочкой уже захлопнулась. Милана нашла у меня болевую точку, на которую смогла нажать и заставить делать, как она хочет. Пойти против можно было, но последствия для меня были бы очень болезненными. И я сдалась.

Не думаю, что меняться с ней местами мне придется вечно. Да и происходит это не часто. Так что… я просто плыву по течению.

Сейчас Мили в Италии. Чем она там занимается, я не знаю. Главное, что напоказ она в Москве. Об этом напишут в прессе, мои фото из отеля она опубликует в своей инсте.

Немного позирую перед фотографом на фоне отеля. Перекидываюсь парой слов с гостями из числа знакомых Миланы.

Никто тут ни с кем не близок, все знакомства шапочные, так что опасности нет никакой. Ноги на высоких каблуках начинают прилично ныть и мне хочется побыстрее сбежать. Но все проходит, стоит лишь увидеть ЕГО.

Боже, мое сердце останавливается, как только Богдан Вишневский появляется на горизонте. Последнее время всегда хмурый, немного резкий в движениях. Излишнее внимание окружающих его раздражает.

Но кто ж оставит Богдана в покое после грянувшего неожиданно скандального развода? Его счастливый брак с одной из самых известных балерин Верой Орлиной развалился у всех на глазах. И как объявила Вера – это целиком и полностью его вина. Муж на нее давил. Последние годы Богдан слишком активно требовал от нее ребенка, которого она не могла себе позволить на пике карьеры. Ее нервы не выдержали, она нашла утешение в мужчине, который оказался способен ее понять.

Богдан перекидывается парой слов с владельцем отеля, холодно улыбается. На оживившихся вокруг него светских львиц внимания не обращает. Мне так же достается равнодушный, брошенный вскользь взгляд. Внутри все переворачивается от разочарования.

Ему не интересна ни Милана, ни ее копия.

Я опять вздыхаю и тону в собственной глупой влюбленности. И как меня угораздило вляпаться именно в Богдана? Умом понимаю, что нужно искать человека своего уровня. Того же Диму, который работает у нас в СПА массажистом. У парня мягкий нрав, добрая улыбка и на меня смотрит с обожанием. На свидания звал трижды, а я все никак.

И чего, спрашивается, жду? Что Богдана вдруг озарит, и он рассмотрит мою прекрасную душу? Угу…

К мужчине подходит рыжая красотка, заигрывает, и мне хочется поскорее скрыться, чтобы на них не смотреть.

– Это уже диагноз, – шепчу себе под нос. Прихватив бокал шампанского, отправляюсь гулять по саду, в котором утопает отель. Сумерки сгущаются, делая обстановку вокруг все более театральной. Голоса и звуки рассеиваются и становятся приглушеннее.

Гуляя, набредаю на самую милую беседку, что мне доводилось видеть в жизни, и долго любуюсь. Белая кованая основа полностью увита вьющейся розой. Тоже белой. Бутоны источают одуряющий сладковатый аромат на десяток метров вокруг. Странно, что никто не нашел ее по запаху, пусть она и в самом дальнем углу.

Располагаюсь на лавочке внутри и отсылаю Милане фотографии. От нее приходит сухое «ок» и копия денежного перевода.

– Спасибочки…

Краем глаза замечаю Сергея, шастающего по саду в поисках Миланы. Видеться с ним не хочется, поэтому забираюсь в беседку как можно глубже. Посижу тут еще минут сорок и буду выбираться. Ему точно должно надоесть наворачивать круги в поисках.

Сбрасываю с ног туфли, чтобы размять затекшие ступни. Из груди вырывается стон облегчения. В повседневной жизни я ношу в основном кроссовки и все эти выходы в свет сплошная мука. Бокал с недопитым шампанским ставлю рядом с собой, там же кладу сумочку с телефоном. Сажусь по-турецки. Просто посижу. Все равно, как выглядит со стороны Милана в вечернем длинном платье и йоговской позе. Никто не видит.

Перекладываю длинные локоны на одну сторону, затылком прислоняюсь к беседке. Расслабленный кайф. Я слышу чириканье птичек и стрекотанье кузнечиков. Если прикрыть глаза, то вполне могу себе представить Богдана. Как он берет меня за руку, нежно сжимает, поглаживая кожу в центре ладони большим пальцем. Как мы идем вдвоем по дорожке прямо сюда, а скрывшись, целуемся – сладко, долго, до головокружения. Мне даже дышать становится тяжело, так явно я себе представляю наш тесный контакт.

– Не думал, что тут кто–то есть, – бархатный голос вырвал меня из ванильной фантазии.

Распахнув глаза, я встретилась с растерянным Богданом. Он один. Рыжая потерялась где-то по дороге.

– Тоже прячешься? – он усмехнулся.

– С чего вы взяли? – пытаюсь прогнать смущение.

– Я видел, как Сергей все время на тебя смотрел. И как потом пошел тебя искать, – Богдан сел на скамью рядом со мной. Тоже как можно глубже, чтобы было не видно снаружи.

– Понятно, – опускаю глаза, – он еще ищет?

– Да, – мужчина усмехнулся и сделал глоток моего шампанского, в котором уже отсутствовали пузырьки.

– А вы от кого прячетесь?

– Я не прячусь, – он фыркнул.

– Угу, – я рассмеялась. Болтать с ним приятно и легко.

– Ладно. Одна рыжая дамочка устроила на меня охоту.

– Сочувствую, – цыкаю, втянув воздух через зубы, – рыжие очень настойчивые. Так что будьте осторожны.

– Будь, – прислонив голову к беседке на мой манер, он прикрыл глаза. – Богдан.

– Милана, – мой голос дрогнул. Очень хотелось назвать собственное имя, но это чревато проблемами.

– Знаю, – Богдан пожал плечами, – блогер, насколько я помню. Стас позвал тебя на открытие, как и других, для рекламы.

– Да, – киваю ему. Начинаю медленно опускать ноги на пол и поправлять платье.

– Брось, – приоткрыв глаза, Богдан усмехнулся, – можешь и дальше так сидеть. Я никому не расскажу, как выглядит светская львица, когда на нее не смотрят.

– Спасибо, – опять поджимаю под себя ноги. Богдан молчит и я тоже. Вдвоем у нас получается очень уютно делать это. Мне не хочется, чтобы наша нечаянная встреча заканчивалась.

Бросаю на него аккуратные взгляды, рассматривая привлекательную внешность. Далеко не каждому мужчине пойдет каре. А Богдану очень. Светло-русые волосы сверху выгорели на солнце, кожу покрывает легкий загар. Это у него после двухмесячной поездки в Таиланд, где он приходил в себя после развода. Брови широкие и густые, на лбу горизонтальные морщины.

И борода, небольшая и модно стриженная. Нос широковат, но аккуратный, щеки немного впалые.

– Не нападешь? – раздается с насмешкой.

– Если ты не нападешь, я этого тоже делать не буду, – отвечаю, смутившись. Боже, меня поймал за разглядыванием мужчина моей мечты. Даже в такой темноте. Он что, чувствует мой взгляд?

Спрыгиваю с лавочки, разыскивая туфли. Они где-то затерялись во тьме, которая окутала беседку. И фонари рядом выключились.

– Черт, – беспомощно пытаюсь рассмотреть пространство под ногами. Черные туфли в темноте, как их найти? – Похоже, я уйду босиком, и желтой прессе будет о чем судачить еще неделю.

– Думаю, мы не позволим этому случиться, – Богдан включает фонарик на телефоне. – В самом углу посмотри.

– Точно, и как только там оказались? – неэлегантно шарю под лавкой.

– А тут есть на что напасть, – смешок достигает моей спины. Обернувшись, вижу, как Богдан рассматривает мою оттопыренную задницу в свете фонарика.

– Я бы попросила погасить провокационное освещение, – вытаскиваю туфли.

– Уверена? Ты же останешься со мной в кромешной темноте, – в его голосе появляются тягучие нотки, от которых пробирает. Все прямо как в моей развратной фантазии.

– А вот сейчас я чувствую угрозу, – возбужденно сглатываю. Богдан так не поступит, уверена. Но все равно волнительно. А вдруг…

Фонарик он так и не выключает. Вместо нападения снимает пиджак и накидывает на мои плечи.

– Спасибо, я немного продрогла, – Богдан подает мне руку, и я вкладываю свою. – Ой! – меня дергает от ощутимого микроразряда между нашими пальцами.

– Ты ударила меня током.

– Нет, – возмущенно усмехаюсь, – это ты.

– Ладно, с женщиной бесполезно спорить. И вредно для здоровья, – заключает Богдан. – Подвезти? Я на машине.

– Я на такси, так что против не буду, – разрешаю ему приобнять меня за талию. В руках у Богдана запредельно уютно. Словно они созданы именно для того, чтобы меня обнимать. Его пиджак пахнет кориандром, лавандой, кедром и немного мандарином. Хочется вдыхать и вдыхать.

Сад практически полностью опустел, пока нас не было. Остался лишь персонал, который занимается уборкой, не обращая на нас никакого внимания.

– Не хочу домой, – озвучиваю легкомысленно, пока идем к воротам. Мы с Богданом вдвоем и такой шанс глупо упускать. Судьба сама толкнула мою мечту ко мне. А Милана, того не осознавая, выступила феей-крестной.

Как и Золушка, когда часы пробьют отмеренное мне время, я сбегу, оставив небольшой приятный след в душе Богдана Вишневского. Хрустальные туфельки от Джимми Чу, пожалуй, оставлю себе.

Смотрю на мужчину со своей самой беззаботной улыбкой. Согласись, пожалуйста. Давай продлим нашу встречу хотя бы на час. Ты развеешься от скуки, а я тобой подышу.

– Кофе? – он задумчиво проводит ладонью по волосам.

Глава 02

– Да, если ты не устал. Не хочу принуждать, – выставляю руки перед собой, давая понять, что готова так же легко отступить от своего предложения. Не буду навязываться – это жалко.

Прохожу мимо него, решительно покидая территорию отеля. Но далеко уйти не успеваю, Богдан оказывается рядом и подхватывает меня под руку. Решился.

– Ох, как звучит, – на парковке придерживает для меня дверь БМВ, – принуждать. Ты принуждаешь меня – это было бы интересно, – он хмыкает, захлопывая дверь. На лице проскальзывает ухмылка, от которой у меня в туфлях пальчики подгибаются.

Богдан заигрывает.

– Ночное кафе или на вынос? – интересуется, заводя автомобиль.

– На вынос, не хочу видеть людей пока, – прикрываю глаза. На самом деле не хочу, чтобы кто-то даже случайно получил возможность украсть его внимание у меня. Сегодня я буду жадной – все взгляды, улыбки лишь мне, тайно влюбленной в него дурочке.

– Я тоже, – мы останавливаемся у небольшого кафе, откуда Богдан приносит два больших, ароматно пахнущих стакана кофе и коробку с пирожными.

– И не говори, что не ешь ночью, – раскрывает коробку, дразня сумасводящими запахами свежей выпечки. Банкет прошел как-то мимо меня сегодня, так что я жутко голодная.

– Обычно ночью я сплю, – отбираю вкусно пахнущую ванилью коробку. – Ммм, в глазури.

– С клубникой внутри, – в темноте салона взгляд Богдана с явным интересом скользит по моему лицу.

– Теперь мне кажется, что ты нападешь, – прикусываю я губу.

– Да, засмотрелся, – он соглашается и отпивает кофе. – Вживую ты производишь совсем другое впечатление, чем на фото и видео.

– Мне кажется, все мы разные в соцсетях и в жизни, – отвечаю обтекаемо.

– Ты там кажешься жуткой стервой, зацикленной на охватах и удачных снимках, прости, – он прикрывает рот ладонью, – я попал на пару твоих сторис…

– Имидж такой, – откусываю половину круассана. – Это еда богов. Ты только попробуй.

– Судя по тому, как аппетитно ты жуешь, так и есть, – Богдан выбирает в коробке пончик в шоколадной глазури.

Мы некоторое время катаемся по городу, обсуждая сладости и кофе, едим. Потом неожиданно оказываемся в кино на ночном сеансе. Наш официальный образ ни на кого впечатления не производит.

Подростки на передних рядах галдят, кидаясь попкорном. Одиночки, рассыпанные по залу, сосредоточены исключительно на экране.

Кроме нас, на задних рядах еще три пары. Как только выключается свет, они начинают активно целоваться. Ожидаемо…

Фильм оказывается с уклоном в эротику и кресло подо мной почти воспламеняется. Не понимаю, на постере рядом с входом даже плашки восемнадцать плюс нет. Как это? Это слишком… и я Богдана теперь очень хочу. Он, словно слыша мои крамольные мысли, в темноте находит мою руку и принимается теребить пальчики, только повышая градус эротики.

– Знаешь, я больше не могу, – он склоняется ко мне, когда с героев в середине фильма слетает одежда.

– Я тоже, – выдыхаю нервно. Встречаюсь с его горящим взглядом и тут же теряюсь.

– Тогда пошли. – Выбегаем из кинотеатра, держась за руки. На выходе, в каком-то темном углу, куда не попадает свет фонаря, Богдан меня зажимает и целует. Неожиданно и напористо.

– Черт, Милана. Мне вредно ходить на подобные фильмы. Особенно, когда рядом такое потрясающе красивое создание, – имя другой женщины царапает, но я стараюсь не обращать внимания. Сейчас это не важно. Мы просто вместе. Он и я. Меня целуют, касаются. Боже… все то, о чем я мечтала пару месяцев без надежды на осуществление.

Губы Богдана сладкие, со вкусом кофе и карамельного попкорна. Обнимаю его за шею и зарываюсь пальцами в шикарные волосы. На ощупь они как шелк.

Его ладони касаются меня под пиджаком, в который я укутана. Скользят по бедрам. Сминают платье. Задыхаюсь, чувствуя сильную эрекцию, прижимающуюся к моему животу.

– Богдан, оххх, – шепчу ему в губы. Мои совсем онемели от непрекращающихся поцелуев.

– Поехали ко мне или в отель, – глаза в глаза. Богдан пьяно облизывает губы и жмурится. – Блядь, я не могу предложить сейчас отношения. Не буду обманывать, чтобы просто залезть к тебе в трусы.

– Я пока тоже не готова к отношениям, – вру ему. Понимаю, что если сказать хоть слово правды, Богдан передумает. А я хочу его себе хотя бы на один раз. Уверена, такой шанс, как сегодня, мне больше не представится никогда.

– Уверена? – Богдан напряжен. Его кулаки упираются в стену рядом со мной. Он не хочет, чтобы я передумала.

– Да. В отель, – киваю, больше ничего говорить не стану. Не хочу думать. Все, что мне необходимо – это чувствовать, проживать. С ним.

– Хорошо, – словно боясь, что я передумаю, Богдан быстрым шагом ведет меня к своей машине. До отеля едем молча, всю дорогу держась за руки. Внутри моей груди раздувается огромный шар с теплом. Если отодвинуть все проблемы, что сдерживают нас, я знаю, что Богдан – на сто процентов мой мужчина.

Чувствую с того самого момента, как увидела впервые на какой-то вечеринке, как впервые перекинулась парой слов, а потом и прикоснулась. Любовь с первого взгляда.

Раньше мне казалось, что ее придумали. Ну нельзя влюбиться в человека вот так. Он же тебе незнаком. Для начала нужно пообщаться, понять, кто перед тобой, а потом, если все подходит, строить что-то общее.

Глупости какие.

Богдан привозит меня в шикарный отель, где нам дают люкс с видом на уснувший город. Внутри очень красиво, но я ничего, кроме Богдана, рассмотреть не в состоянии.

Сбрасываю его пиджак со своих плеч. Робко улыбаюсь. Вся моя уверенность растерялась где-то по дороге.

– Я в ванную на минутку, – сбросив тесные туфли, сбегаю, чтобы перевести дух. Оставшись в одиночестве, цепляюсь за мраморную столешницу и с волнением рассматриваю себя в зеркале.

Макияж немного поплыл, прическа растрепана, глаза горят. Губы распухли и обветрились. У меня абсолютно счастливый вид. Глупая, никому неизвестная, бедная девочка, заполучила мужчину своей мечты на одну ночь. Прекрасный подарок на все ближайшие дни рождения и праздники.

Включаю воду и охлаждаю ладони под струей. Прижимаю их к щекам.

Богдан появляется за моей спиной, заставляя задохнуться. Не выдержал ожидания. Вошел без спроса и тут же прижался к спине.

– Не передумала? – хрипло в шею. Целует, покусывает. Руки обманчиво нежно крадутся по телу. Мне льстит, что он так сильно меня хочет.

– Нет, – возбуждение лихорадочно начинает течь по венам.

– Ты дрожишь, – ладони Богдана собирают платье, постепенно обнажая мои ягодицы. Он сжимает их пальцами, тянет на себя. Опять чувствую его каменный стояк в брюках.

– Хочу тебя, – лепечу, захлебываясь эмоциями.

– Какая ты, одуреть, Милана. Просто с ума сойти, – не сопротивляюсь, когда Богдан тянет за собачку молнии сзади и снимает с меня платье. Под ним уместились лишь одни миниатюрные стринги и чулки.

– Разденься, пожалуйста, – прошу, кусая губы. Хочу видеть его, чувствовать всем телом.

Богдан быстро расправляется с одеждой. Остается позади меня, рассматривая через зеркало. Мое смущение и попытки закрыться явно нравятся ему.

– Так у тебя никогда не получится доминировать над мужчиной, – смеется, целуя мои волосы.

– А я и не хочу, – заявляю, краснея. Позволяю Богдану убрать мои руки обратно на раковину и вжать в ее прохладную поверхность.

Горячий упругий член касается меня между ног. Шумно втягиваю воздух. Тяжело дышу, облизывая пересохшие губы.

Я полностью в происходящем. В своей мечте. Смотрю на Богдана во все глаза и стараюсь запомнить его до мелочей, каждую черточку. Эту ночь я буду вспоминать до конца своей жизни.

Он наклоняется к брюкам и извлекает из них пачку презервативов.

– Не знал, что их продают в кофейнях, – раскрывает один, шелестя оберткой.

– Она ночная. Думаю поэтому, – смущенно кусаю губы. Богдан уже тогда знал, что у нас будет секс. Или просто надеялся на него?

– Уверен.

Сколько у меня не было секса? Прилично. Я не из тех, кто вот так запросто расставляет ноги перед незнакомым мужчиной. Сегодняшняя ночь – исключение, которое лишь подтверждает правило. Я не из таких.

Живот и грудь Богдана касаются моей спины, давят, заставляя наклониться ниже, прогнуться. Под него, для него.

Наши шутки про доминирование распалили мужчину. Он доказывает, что оно возможно только с его стороны. Хочет, чтобы я покорилась и признала его победу.

Смотрит на меня через зеркало. В расширенных зрачках еле сдерживаемый огонь. Он хочет, жадно, на самой грани. Но видя мою неуверенность, действует сдержанно, позволяя привыкнуть. И я благодарна ему за это.

Мужские пальцы сжимают мои бедра, тянут назад и крупная головка неотвратимо скользит в меня. Богдан берет меня, вонзается в мое податливое тело, присваивает себе. Он проталкивается до упора, сжимая меня в своих руках все сильнее, обнимает, вдавливает в себя.

Поворачиваюсь, чтобы поцеловать, и он отвечает. Мне нужны его губы.

Наши языки сплетаются, и Богдан глубоко проникает в меня, глотая шумный стон. Тягучий поцелуй не менее интимен, чем его проникновение членом в мое тело.

Толчок. Я бесстыдно влажная внизу, и Богдан легко скользит по смазке. Туда-сюда. Еще толчок. И еще один. Глубоко в меня и практически покидает. Ванную комнату наполняют пошлые шлепки наших тел. Громкие стоны, которые невозможно сдержать. Секс – древний, как мир, танец.

Схожу с ума в его крепких руках, полностью теряя связь с реальностью. Жар накатывает волнами, каждый раз приближая оргазм еще немного. И он случается – мощный, громкий, прошибающий все тело каплями пота. Расходится спазмами, пока постепенно не затихает.

– Ты так красиво кончаешь, – Богдан ведет носом по моей щеке, – смотрел бы и смотрел.

Выходит из меня и разворачивает в своих руках. Садит попой на столешницу. Он еще не кончил, но очень хочет.

Медленно входит в мое разгоряченное, словно оплавленный воск, тело, закидывает ноги себе на бедра.

– Хочу глаза в глаза, – толкается глубоко, снова проходясь по всем чувствительным точкам. В ответ я вздрагиваю. Богдан делает так снова и снова, продлевая мой оргазм и доводя себя до своего.

На пике его серые глаза расширяются и замирают. Крепкое тело с очерченными мышцами содрогается. Он выглядит таким беззащитным и прекрасным, что мне хочется плакать.

– И ты красиво, – утыкаюсь Богдану в шею.

Немного отдышавшись, мы перемещаемся в спальню, где продолжаем сходить с ума. Богдана пробирает не меньше меня. Я это чувствую всем телом. Даже кончиками пальцев, которыми касаюсь его тела. Всей кожей.

Между нами искрит и это все настоящее. Нечто глубокое, не просто секс.

Мы так и засыпаем, прижавшись друг к другу в порыве. Он шепчет мне на ухо нежности. Я в ответ – всякую чепуху.

***

Утро наступает резко. В глаза бьет свет, заставляя зажмуриться, и я пытаюсь сесть. В голове полнейшая дезориентация, так что я не сразу понимаю, где нахожусь.

– Вернись, – Богдан тянет меня обратно, – еще рано.

– Одиннадцать, – усмехаюсь, глядя на настенные часы.

– Мы легли часов в пять. Так что вполне нормально.

– Согласна, – уютно устраиваюсь у него в объятьях. Сон больше не идет, и я наблюдаю за Богданом. Часы на стене отсчитывают минуты. Они щелкают внутри меня, запуская обратный отсчёт до расставания. Вдыхаю, осторожно целую, трусь о мягкую отросшую бороду. Коплю для себя памятные мгновения.

– Душ? – спрашивает хрипло, открыв один глаз.

– Да.

– Беги, а я закажу завтрак.

– Хорошо, – мне сложно выбраться из его объятий, но я себя заставляю. Бреду голой в ванную комнату, краснея под его взглядом.

Как только закрываю за собой стеклянную перегородку, Богдан открывает ее снова.

– Заказал, будет через двадцать минут, – он прижимается ко мне, – но у меня кончились презервативы.

– Это ужасно, – прижимаюсь лицом к его груди.

– И не говори. Я спросил, в номер их не доставляют.

– Ты спросил?

– Да…

– Какой стыд.

– Вообще похер.

Богдан с шумом вдыхает, когда я сжимаю ладонью его член.

– Я чист.

– Я тоже, – скольжу по его телу вниз и без колебаний обхватываю головку губами. Богдан весь прекрасен.

Потом мы завтракаем в постели. Одеваемся. Вместе выходим на улицу. Солнце нас не щадит, ярко освещая и мое полностью свободное от макияжа лицо, и нашу помятую одежду нечаянных любовников.

– Я отвезу, – предлагает осторожно.

– Нет, я сама. – К сожалению, я живу совсем не в том районе, где Милана.

– Насчет того, что было ночью…

– Все было прекрасно, – улыбаюсь, всматриваясь в его озабоченное лицо. Я приняла правила игры и ни о чем жалеть не буду.

– Я боюсь, что обидел тебя.

– Нет, – проклятая машина, которую я вызвала через приложение, приезжает меньше, чем за минуту. Прижимаюсь к Богдану всем телом и целую в губы. – Спасибо, но давай больше не видеться.

– Черт, Мили.. – Мы держимся за руки, но они разъединяются, когда я отступаю.

– Пока, – ныряю на заднее сиденье и не смотрю на Богдана больше. Если хотя бы моргну, он увидит, что я плачу. А это глупо! Так мы не договаривались.

Машина срывается с места, оставляя Богдана позади. Стираю слезы со щек, убеждая себя, что никто не получает свою мечту навсегда. Некоторые так и продолжают смотреть на предмет обожания издалека. А я смогла дотронуться.

Дома, в маленькой съемной квартирке, переодеваюсь в обычную одежду. Долго рассматриваю себя в зеркало, справедливо заключая, что моя внешность – это проклятье. Не будь ее – жила бы себе спокойно.

На следующий день отправляюсь на работу. Пытаюсь погрузиться в йогу, расслабиться и очистить свою голову от мыслей. Но мне не помогает.

– Привет, – раздается в трубке на следующий день. – Любка, ты что натворила в мое отсутствие? – по голосу Милана, явно, довольна.

– А что такое? Все прошло хорошо, – отвечаю с запинкой.

– Да ты пиздишь, – она ржет. – Нет, я знала, что ты можешь. Но чтобы так.

– В смысле? – в груди неприятно сковывает.

– Смотри, я тебе в телеге скинула.

Трясущимися руками открываю присланное фото. На нем огромный букет и записка. «Милана, ты потрясающая. Мне кажется, я сказал глупость и нам стоит попробовать. Богдан В.»

– Вишневский? Ты закадрила мне этого красавчика?

– Он, да, – на моих глазах выступают слезы. Он хочет попробовать. Боже, что мне делать?

– Дала ему меня трахнуть, да? – она цокает. – Просто так мужики такими букетами и записками не раскидываются.

– Милана…

– Чтобы в первый и последний раз, – ее голос становится жестким. – Ты совсем охуела?

– Я скажу ему правду, – шепчу тихо.

– Спятила? – ее голос достигает критических децибел. – Только попробуй. Я тебя не просто размажу, я тебя уничтожу…. Блядь, не реви, – Милана меняет гнев на милость. – В этот раз прощаю. Ну, потому что он охуенный.

– Милана, он все равно догадается, – понимаю, к чему она клонит.

– Неа, – она усмехается, – мужики в этом плане намного тупее нас. Секс классный, значит все норм.

Меня от ее слов мутит.

– Ладно, пока. И давай передохни месяц, я пока побуду дома. У меня намечается классный роман. А может и что-то посерьезнее.

– Милана, не надо.

– Пока, Люба. Будь паинькой, не зли меня…

Милана вешает трубку, и меня скручивает от боли. Оседаю на пол, прижимая к себе колени.

– Дура, – мои плечи дергаются от рыданий. Я просто отдала его этой идиотке.

Через час на странице Миланы появляется новое фото. Столик дорогого ресторана. Ее ладонь в мужской. И я сразу узнаю, чья она. Богдана.

Глава 03

– Шавасана, – прикрываю глаза на коврике. Вокруг полумрак, приятный аромат специй и цветов, моя любимая расслабляющая музыка. И Настя, индивидуальная клиентка. Она на своем коврике вертится и вздыхает. Ей то, что я сейчас скажу, будет абсолютно по барабану. Как и мне в принципе. – Полностью расслабляем все тело, – тяну слова с благоговением. – Руки, ноги, плечи, голову, глаза. – Настя резко выдыхает. Не может она расслабиться – и все тут. Которую неделю ко мне ходит и не может. – Выбрасываем все посторонние мысли из своей головы. Все мысли….

– Он мне точно изменяет, – проигнорировав мою попытку расслабления, Настя садится на коврике. Вид у нее крайне несчастный.

– Да с чего ты взяла? – сажусь зеркально в позу лотоса. Стопа к стопе, шевелю пальчиками. – Иван у тебя нормальный.

– Нормальный, – она согласно кивает, – но…. Все мужики изменяют. Козлы!!!

– Приехали, – жмурюсь, задирая голову к потолку. Если вы думаете, что инструктор по йоге – это просто инструктор по йоге, то ошибаетесь. Это еще и лучшая подружка, жилетка на все времена и психолог в одном флаконе.

С Настей сложно. Настя – автор женских романов. В общем безобидная и милая, но крайне тревожная личность. Муж ее нормальный, когда за Настей заезжал, на девочек из группы по пилатесу даже не взглянул. А так не каждый может.

– Факты какие-нибудь есть?

– Нет, но, – Настя всхлипывает, – я чувствую. У меня даже паническая атака на днях была. Я не хочу остаться одна с ребенком на руках и измену прощать тоже не хочу. Чтоб он в аду сгорел!

– Ммм, – а я думала, это у меня все сложно. Но куда реальным проблемам до надуманных. – А Иван в курсе, чего ты ему желаешь? – представляю ее серьезного ботаника. Вот бы он удивился, услышав мысли любимой жены.

– Нет, – поднявшись на ноги, Настя уперла руки в бока. Смешная такая со своим мышиным хвостиком и в розовых велосипедках. – А вдруг он не изменяет, а я про него вот так? Это же обидно.

– Хорошо, что ты это понимаешь, – поднимаюсь, чтобы налить чай.

– Просто понимаешь, куда ни глянь – все измены, – сообщает она заговорщическим шепотом. – Психолог в телеге каждый день пишет какую-то жуть про всплывающие через десять лет брака вторые семьи и диких любовниц, врывающихся к тебе домой, чтобы отобрать твоего мужа. – Дичь, блин. Где она этих психосук находит? – Как на страницу девочки по вызову зайду, так у нее сплошь женатые. – Даже не хочу знать, зачем она на нее подписана. – А работа? Ты в курсе, что сейчас измены в тренде. О них только ленивый не пишет. И я пишу, а что делать, когда деньги нужны? – она воздевает руки к потолку. – Твою ж мать.

– То есть – это не Иван тебе изменяет, – расслабленно наливаю чай по чашкам, – а у тебя паранойя.

– Да, так и есть, – она кивает, – Нет, Люба! – Настя прокашливается. – С тобой невозможно разговаривать серьезно. В книгу вставлю, будешь знать.

– Ай, все… Насть, ты эротику пишешь. Не надо, – подаю ей пиалу с жасминовым чаем, – как ты мне потом в глаза смотреть будешь?

– Действительно, – потихоньку отпивает, – ладно, пойду. Мне еще проду писать, читатели ждут. И перед мужем извиняться. Он не знает за что, но массаж сегодня получит самый лучший.

– Угу, ну давай, – задница в розовых велосипедках исчезает за дверями, и я падаю на подушки в углу. Господи, мне бы ее проблемы. Сама обиделась, потом разобиделась. Секс вон с мужем намечается после несуществующей ссоры.

Сгребаю со столика телефон, где привычно открыта страница Миланы. Она, как и обещала, меня не беспокоит. Сама справляется со своим новым увлечением. В кадре цветы, подарки, она шикарная – то из дорогущего ресторана выходит под руку с таинственным мужчиной, то из салона красоты счастливая и накрашенная выпрыгивает. И везде загадочные надписи «для самого лучшего», «он идеальный», «щедрость – лучшая черта мужчины» и еще много-много чего.

Интересно, Богдан доволен тем, что получил?

– Привет, – рядом со мной на подушки приземляется Сашка. Мой любимый лучик солнца, моя подружка и моя жилетка на все времена. Сашка знает обо мне все на свете, хоть и знакомы мы всего два года.

Я держать все в себе не умею, а с ней поделиться было удивительно просто. И она все поняла и про меня, и про мою сложную ситуацию с семьей. Не осуждала, не давала оценок, хуже относиться не стала.

Первое время после переезда в Москву мы жили вместе. А теперь у нее парень, и они пытаются строить семью. Я очень за них рада, хоть немного и страдаю от одиночества.

– Настька пролетела, как ураган. Это йога так на нее действует?

– Угу, успокаивает, – усмехаюсь, – вчера была и сегодня опять пришла. Забыла, что вчера была.

– Не, ну нормально, зато подтянутая будет. Если завтра придет, отправляй ко мне на групповые, нагрузку нужно давать разнообразную.

– Хорошо, – киваю ей на чай. Следующее занятие у меня только через полчаса, можно передохнуть.

– Люб, мы же друзья? – Сашка поджимает губки.

– Угу, – вежливо ей киваю.

– Что случилось? Ты третью неделю сама не своя. Опять для мегеры что-нибудь делаешь?

– Уже сделала все, что могла, – в груди привычно тяжелеет.

– Черт! Люба, ты меня пугаешь, – подруга хмуро тянется в карман за электронной сигаретой. – Пошли, а? А то чувствую, я без нее не обойдусь.

– Пошли, – нехотя поднимаюсь. Закрываю зал за замок, и мы с Сашей спускаемся по служебной лестнице на заднюю парковку СПА-центра. Прячемся в небольшой беседке для курящего персонала.

– Ну? – Сашка деловито затягивается. Белый дым клубом вырывается из ее рта и плывет в сторону парковки администрации.

– Помнишь, я тебе о Богдане рассказывала?

– Красавчик-миллионер, при виде которого ты теряешь дар речи? Где такого забудешь?

– Мы с ним, – опускаю глаза, – ну, ты понимаешь.

– Не понимаю, – Саша качает головой, – ты рассказала ему о себе и у вас роман? – выдвигает она осторожное предположение.

– Не рассказала, – с глазами побитой собаки смотрю на нее.

– То есть, – сама садится на деревянную скамейку и постукивает ладонью по свободному месту рядом с собой, – он думал, что ты Любимова.

– И сейчас думает, – слезы подкатывают к глазам, и я машу ладонями, чтобы их прогнать. Легкий ветерок гоняет воздух, но это не спасает. Только не истерика на парковке. А если кто-нибудь увидит? Не хочу расспросов.

– Ты с ним переспала, а он думает, что сделал это с Миланой? – выпаливает подруга, подавившись дымом.

– Да, – сажусь рядом с ней. Лицом утыкаюсь Саше в плечо. Сладкий дым заполняет легкие. Душит с непривычки, но мне все равно. – И теперь они встречаются. Милана призналась, что давно хотела его заполучить.

– Ты подцепила ей мужика? – голос подруги осекается. – Ты спятила?

– Я не думала, что так получится. Я просто хотела с ним, ну, ты понимаешь, только для себя. Богдан давно мне нравился. Я думала, черт! Я не собиралась с ним встречаться, и Богдан сказал, что ему сейчас не до отношений. Просто ночь вместе. А на следующий день прислал ей цветы, – отчаяние в моем голосе начало нарастать, – и теперь они пара. Ты понимаешь? Он с ней и даже не понял, что Милана – это не я.

– Я в шоке, – она ошарашено смотрит на меня во все глаза. – И что ты собираешься делать?

– А что я могу, Саш? – пожимаю плечами. – Кто я, а кто она? – и печально добавляю: – У нас была всего одна ночь. А они вместе три недели. Он ведь уже забыл, что там было в первый раз, правда?

– Черт, подруга, – Саша обнимает меня за плечи. Вижу, хочет поддержать. Но в моей ситуации такое вряд ли возможно. Я все сделала сама. Сама Богдану отдалась, сама отпустила, сама промолчала, кто я. И он тоже сделал свой выбор сам – пошел с ней на второе свидание, начал встречаться, дарить цветы и подарки, водить везде. – Дерьмо случается, да?

– Да. А со мной вообще с завидной регулярностью.

Открываю телефон. Смотрю на новое загадочное фото. Смятые простыни, красиво сервированный завтрак, цветы.

Я буду дурой, если не подумаю именно то, что она транслирует – у нее была шикарная ночь с шикарным мужчиной. Подписчики все еще теряются в догадках, но я-то знаю, кто он. Богдан.

– Дай, – Саша забирает из моих рук телефон. Скролит ленту, хмурится, открывает фотки и читает подписи. – Три недели и она до сих пор не выкатила фото своей добычи?

– Наверное, Богдан против огласки, – жму плечами.

– Полмиллиона подписчиков, собрала же, – присвистывает Сашка.

– Папа купил. Милана мне сама рассказывала. На прошлый день рождения ее порадовал.

– Шикарно… а мне папа кружку с логотипом стоматологической клиники подарил. В ней были сто баксов, но все же, – она смеется.

Боже, я их отношения с отцом обожаю.

– А у меня вот, – обвожу лицо указательным пальцем и невесело улыбаюсь, – тоже подарочек.

– Несмотря на инстафейс, ты прекрасный человек, Люба, а не тупая стерва, которая трясет там своим бельем напоказ. Потрахалась и выставила, фу. Стыд вообще у нее есть?

– Богдану нравится, – поднимаюсь на ноги, – надо идти. У меня еще одно индивидуальное.

– Может, она теперь оставит тебя в покое? Ну, знаешь, ревность к Вишневскому? Стой, Люб.

– Что? – закатываю глаза.

– Это старое фото, – Саша подрывается на ноги, – смотри, не одна я это заметила. Ей уже в комментариях человек пятьдесят написало. Она похожее выкладывала недели две назад. Это очень заметно.

– И что?

– А то, что это было не «Сегодняшнее сладкое утро с лучшим в мире», – Саша фыркает, – она врет.

Забираю у подруги телефон, пытаясь открыть нужное фото, но оно исчезает.

– Удалила, – разочарованно выдыхаю, – не понимаю.

– Может, у них не так все гладко, как Милана пытается показать?

Глава 04

В 90% случаях фотография – это обман. Мы можем быть грустными, но улыбнуться именно для снимка, обнять безразличного нам человека, сделать вид, что наслаждаемся чем-то, что нам неприятно. Фото – это всего лишь миг, который можно перетерпеть, а потом вернуться к обычной жизни.

Сколько я сама таких моментов для Миланы создала? Презентации, открытие бутиков, отелей, вечеринки в дорогих клубах. Ты приезжаешь и на каких-то пару часов или даже минут изображаешь безудержное веселье и удовольствие. Потом – стоп, снято. Улыбку можно снимать.

Всю следующую неделю в соцсетях у Миланы ничего нового. Загадочный мужчина не появляется. Вместо него привычная нативная реклама дорогих брендов, фотографии из поездок, Милины дорогие покупки, а также маникюр, СПА-процедуры и прочие девичьи радости. На вопросы подписчиков о своем поклоннике она либо молчит, либо говорит загадками и отшучивается.

Я понимаю, что в их отношениях наступил не очень приятный момент. Возможно, ссора.

Но что это меняет для меня? Ничего….

Вхожу в дорогой салон красоты. Мне он не по карману, но Милана оплачивает мои ежемесячные посещения этого места. У нас должен быть один маникюр, одна причёска. Мне делают уходовые процедуры для кожи лица, антицеллюлитный массаж и лазерную эпиляцию всего тела. Имидж в среде богатых и знаменитых – это все.

Освобождаюсь только к двум. Меня нагружают новой косметикой для обзоров и кучей пробников. Так всегда, всем нужна взаимовыгода, все хотят рекламы и сотрудничества.

В фойе удовлетворенно осматриваю себя с ног до головы. Цвет лица улучшился, новый оттенок волос стал на тон светлее. На ноготках нежный мятный маникюрчик. На мне белые джинсы с высокой посадкой, футболка без надписей и кроссовки. Для Миланы скромно, а для меня отлично. Я люблю простую, не кричащую одежду, стильную и лаконичную.

Прощаюсь с девочками и выхожу на улицу. Еще одно отличие меня от Миланы – я не вожу машину. Именно по этой причине придётся топать до метро.

Погруженная в свои мысли, двигаюсь по переходу. Не дойдя до середины, слышу сигнал автомобиля. Чёрный БМВ прямо напротив меня моргает фарами.

За рулём Богдан. Он смотрит прямо мне в глаза, а я столбенею и не понимаю, как быть. Делать вид, что я его не заметила, и убегать поздно. Сесть к нему?

Сердце начинает усиленно качать кровь, увеличивая мою растерянность. Вот же он, прямо передо мной. Я столько думала о нем с самой первой встречи. Мечтала, злилась, ненавидела и прощала. В своей голове я умудрилась прожить целую жизнь с Богданом за этот месяц.

Мужчина терпеливо показывает на противоположную сторону перехода, куда я до этого и так шла. Да, он хочет поговорить с Миланой, своей девушкой, раз случайно встретил ее в городе. Дохожу до края дороги на красный: за моими душевными метаниями безопасный зелёный закончился. Наблюдаю, как он разворачивается на перекрёстке и плавно подъезжает ко мне.

– Привет, – хлопает водительской дверью. Попутные машины с возмущенным звуком клаксона проезжают мимо. – Что ты здесь делаешь? – Богдан подходит вплотную. Ладони в карманах брюк, взгляд оценивающе проезжается по моему обновлённому образу. Смело, по-хозяйски, без всякого трепета.

– Была в салоне красоты, – с трудом контролирую свой беспокойный взгляд. Я скучала и помню все – его запах, вкус, прикосновения. Как Богдану идут деловые костюмы, один из которых сейчас на нем. Отведя глаза, лихорадочно пытаюсь сообразить, как мне с ним общаться. Что у них с Миланой на самом деле происходит. – А ты?

– Был на встрече, – он придвигается ещё ближе. Склоняется, пытаясь поцеловать в губы, но неожиданно для самой себя, я уклоняюсь. Богдан хотел поцеловать не меня. Сейчас уже точно не меня. Милану. От этой мысли мне больно. По-дурацки ревную того, на кого у меня никаких прав.

– Давай пообедаем, – Богдан отступает, – нам нужно поговорить, да?

– Поговорить… У меня не так много времени, – растерянно озираюсь по сторонам.

– Я потом отвезу, куда скажешь, – Богдан открывает пассажирскую дверь. Соблазн побыть с ним слишком велик, чтобы отказаться.

Я точно мазохистка.

– Хорошо, – вкладываю свою ладонь в его и проскальзываю в салон. Та же машина, в которой мы каталась, пили кофе с пирожными, ехали в отель. Воспоминания по новой раздирают мне грудь. Слишком хорошо было тогда, поэтому так плохо сейчас. За украденное на время счастье придётся заплатить.

"Я встретила Богдана. Случайно," – пишу Милане. Мне нужна любая информация сейчас, чтобы не ошибиться.

"Не вздумай сказать ничего лишнего. Где вы?"

"В центре, он везёт меня обедать. Не получилось отказаться"

"Черт! У нас пауза. Мы не виделись почти неделю, и я жду его звонка. Не испорти ничего"

Пауза значит. Не испорти…. А если взять и испортить? Ни мне, ни ей. Тоже результат.

– Здесь открыли неплохой итальянский ресторан, – его теплая ладонь опускается на мою. Прямо как в тот раз. Он поглаживает ее центр большим пальцем, вызывая мурашки, расползающиеся по телу. – Ты же любишь?

– Да, – высвобождаю руку.

– Ты сегодня какая-то другая, – Богдан усмехается. Глаза настороженно мечутся по моему лицу, груди, одежде. – Не понимаю, в чем дело.

– Другая? – в панике вскользь осматриваю себя. Вспоминаю, надела ли линзы. У меня глаза голубые, у Миланы серые. Богдан мог это заметить. И еще родинка с правой стороны на щеке. Я ее не замазывала тональником. Она маленькая, никто не замечает, но…

Тяну за козырёк и откидываю зеркальце, чтобы себя рассмотреть. Уфф… в линзах я. Тогда что он заметил?

– Да. Слишком серьёзная. И притихшая – это непривычно.

Тут сложно спорить. Милана у нас вечный праздник. Улыбки, позерство, фоточки и пустые разговоры. Неужели и с Богданом наедине она ведет себя так?

Мне никогда до этого не приходилось заменять ее в личных отношениях. Все ограничивалось рабочей сферой. А там человек в принципе другой. Ты держишь марку, выражаешься правильно, одет и накрашен иначе, чем каждый день для близких. И все вокруг точно такие же. Немного другие версии себя.

Но дома родители Миланы раскусили бы меня в два счета.

А Богдан?

Он не видел ее неделю, они в ссоре. Я могу быть серьезной, ведь переживаю.

– Приехали, – остановившись на парковке перед рестораном, Богдан открывает для меня дверь и снова берет за руку. Внутри нас встречают с улыбкой, столик выделяют у окошка, но в дальнем углу зала. Посетителей немного и мы сможем поговорить.

Милана все это время пишет без остановки:

«Что ты ему сказала?»

«Не смей с ним никуда больше ездить!»

«Богдан уже говорил о нашем расставании?»

Истеричка….

«Мы только приехали,» – отвечаю ей.

Прячу телефон в сумку и выключаю звук. Не хватало только, чтобы Богдан заметил, кто и что мне пишет.

– Кофе и салат с креветками, – откладываю от себя меню. Мне неуютно сейчас в компании Богдана. Меня по-прежнему тянет к нему, но я боюсь… не знаю, его реакции на обман, его новых чувств к Милане. За месяц они должны были прилично сблизиться. Что, если он скажет сейчас, что любит ее? Вот так, прямо мне в лицо? Любит и хочет все наладить, а пауза была глупостью.

– Кофе? – он отпускает официанта. Да, действительно. Милана не пьет кофе, она за ЗОЖ еще активнее меня, по крайней мере, напоказ. Надо же как-то впаривать аудитории бесчисленные дорогие костюмы для занятий, коврики для йоги, роллы для раскатки мышц и прочее. Насколько я помню у нее сейчас контракт с крупной сетью по поставке полезного питания. Они считают калории, готовят только свежие продукты и доставляют их в контейнерах. Шесть штук на день и три бутылки с напитками – смузи, компот, зеленый чай. Кофе нет.

– Могу себе позволить иногда, – жму безразлично плечами. Даже по питанию у всех бывают срывы и зажоры. Тортик, пицца, пирожные среди ночи. Все мы не идеальны. Чем Милана лучше?

Богдану тоже приносят кофе. Мне латте, ему американо.

– Так о чем ты хотел поговорить? – отпиваю кофе, рассматривая его поверх кружки.

– Вчера встречался с твоим отцом. Он предложил сотрудничество.

Милана молодец, у самой не получается, решила подключить папочку. Так сказать, с козырей зашла.

– Вот как. И что ты по этому поводу думаешь?

– Перспектива неплохая, но нужно обдумать, – отвечает уклончиво.

– Понятно, – опускаю глаза, рассматривая свой маникюр.

Понятно, что ничего не понятно.

На что сейчас Богдан намекает, упоминая отца Миланы? Я не понимаю. Он хочет с ним сотрудничать или нет? Чего он ждет от дочери будущего партнера?

– Милана, – с места напротив Богдан пересаживается ко мне ближе, – посмотри на меня, – его пальцы сжимают мой подбородок, заставляя поднять глаза.

Нетерпеливый взгляд впивается в мой, гуляет по лицу и телу. Все, что я вижу в нем, сексуальный интерес. Он не заинтересован в Милане по-настоящему. На меня так часто мужчины в фитнес-центре смотрят.

Как там Милана говорила?

«Мужики намного тупее нас. Секс классный, значит все норм».

Но раздвинуть ноги перед мужчиной не равно удержать его интерес. Кучи денег и личного психолога Миле, чтобы усвоить это знание, не хватило.

Рука Богдана перемещается на мой затылок, тянет ближе, буквально сталкивая нас. Не успеваю вдохнуть, когда он целует.

Я не была готова к этому, поэтому теряю самообладание и отвечаю. Слишком сильно скучала. Много раз вертела в голове нашу новую встречу, объятья, поцелуи, секс, разговоры. Я сходила с ума без него.

– Ты так пахнешь, еще в машине заметил, – шепчет, зарываясь в шею. – Новые духи?

– Да, – слабо улыбаюсь. Эти духи мои любимые, к Милане никакого отношения не имеют. Она даже пару раз говорила, что терпеть не может этот запах, слишком простой. Лишь одна нота – жасмин.

Господи, что делать? Может, рискнуть и сказать Богдану правду? Сможет ли он меня понять и простить обман? А попробовать со мной, простой девочкой Любой со сложным прошлым? Нужны ли ему мои проблемы?

Всматриваюсь в него пристально, гадаю.

Страшно признаться себе – нет. Возможно, если бы мы были ближе, если бы он провел этот месяц со мной, а не с ней, если бы влюбился, если бы…

– Мне нравится, – его палец поглаживает мои губы. – Тимур намекнул, что заинтересован в наших отношениях, – его губы трогает холодная улыбка.

– А ты, в чем заинтересован ты? – спрашиваю несмело.

– Пока ни к чему серьёзному я не готов, я говорил тебе, – отвечает безапелляционно.

Ясно. Секс, отели и анонимность. Цветы и подарки, чтобы откупиться.

Не знала, что светские львицы, подобные Милане, могут с подобным столкнуться – отношение, как к дорогой девочке по вызову. И никакие капиталы отца не заставляют воспринимать их всерьёз.

В силах ли я такое исправить? Не думаю.

Что есть у меня такого, чего нет у Миланы, чтобы занять ее место? Не знаю, может, ничего.

Мы обе проиграли.

– Понятно, – убираю его руку, тяжело сглатывая разочарование, – а я не думаю, что готова тратить свое время на секс без отношений.

Делаю вид, что меня жутко интересует салат. Богдан пьет кофе, терпеливо наблюдая за мной.

– Куда тебя отвезти? – напряжение в его голосе нарастает. Он недоволен, получив отказ.

– В ЦУМ, – стараюсь придать лицу как можно более безразличный вид. Возможно, он окончательно отпугнет Богдана и тот оставит попытки продолжить отношения с Миланой. Я бы этого хотела.

– Хорошо, – мы возвращаемся в машину. Мою дверь Богдан захлопывает слишком резко. – Будешь на открытии "Solo"?

– Не знаю, – пристегиваюсь, стараясь больше на него не смотреть. Скорее бы сбежать.

На самом деле, я не настолько сильная, как хочу думать. Я хочу его касаться, быть рядом, спрятаться в его объятьях, утонуть в поцелуях и ласках. Забыть обо всем, о чем мы только что спорили. Дурацкие чувства не отпускают. Мне больно, что больше никогда его не увижу. А если и увижу, то лишь издали.

Богдан, как сильный магнит для меня. Стоит оказаться в его поле – и меня тянет. Жаль, я не его магнит.

Сжимаю кулаки на коленях, чтобы не поддаться собственной слабости. Если я посмотрю, он поцелует. Чувствую, так и будет. Ради удовлетворения своей похоти поцелует. Не потому, что влюблён.

А дальше что? Я опять украду себе пару счастливых мгновений и отдам его Милане? Нет, не могу.

– Черт, – его лицо оказывается рядом с моим, – иди ко мне.

Даже пискнуть не успеваю, как Богдан наваливается. Его руки и губы везде. Упираюсь ладонями в его грудь, которая ходит ходуном. Толкаю. Но безрезультатно.

– Богдан, нет, нет, нет, – шепчу сбито. Его ладонь сжимает меня между ног. Палец трет шов на джинсах. – Пусти.

– Ты хочешь, поехали ко мне. Тут рядом, ты знаешь, – настойчивые губы зацеловывают лицо, шею, прикусывают мочку уха. Я хочу вырваться из морока, в который он меня окунает, но с каждой секундой соображаю все хуже. Богдан слишком умелый. И его напор сумасшедший, даже в первый наш раз он не был таким.

Целует, забирается ладонью под майку. Бесстыже тянет лифчик вниз, добираясь до голой груди.

Надо его остановить. Надо прекратить. Но внутри все требует хотя бы ещё чуть-чуть. Продлить, получить, насладиться.

– Пусти, Богдан, – сжимаю зубы, – пусти.

– Да почему? – лбом вжимается в мою ключицу. – Нам всегда весело вдвоём.

– Весело? – усмехаюсь. – Мне этого мало.

– У нас не получится ничего серьёзного, – Богдан резко отклоняется.

– Тогда я хочу расстаться, – закрываю лицо ладонями. Милана меня точно прибьет. Что я творю? – Не звони мне.

– Если ты думаешь, что я поведусь на твой детский шантаж, – ладони Богдана с силой сжимают руль, – то зря. Последний шанс, Мили.

– Все кончено, – пулей покидаю салон. Хлопаю дверью со всей дури.

Вот теперь меня точно не отличить от Миланы. Она всегда умела закатывать скандалы.

За спиной раздается визг колес, дающий понять, что Богдан уехал. И пусть проваливает!

Я сейчас зла на весь мир. На Милану, которая нашла, за что меня зацепить, и шантажирует.

На Богдана, который разницы между нами не видит. Мы разные! Разные!

На себя, потому что смелости сказать правду во мне нет.

Если бы не Миланины деньги, не слепота Богдана, не моя мягкотелость… да черт!

Оборачиваюсь вокруг и к своему счастью замечаю метро. Можно и на такси, но в метро лучше. Оно меня успокаивает. Ты погружаешься под землю, садишься где-нибудь в углу и слушаешь стук колес. Под него хорошо думать или даже спать.

– Милана? – долговязый паренек спрыгивает со ступеней эскалатора и увязывается за мной. – Вау, я читаю твой блог. Ты классная.

– Милана? – он стал последней каплей. И этот туда же, фанат чертов. – В метро? Серьезно? – складываю руки на груди, дергаю возмущенно бровь вверх.

По моему лицу бедняга понимает, что явно что-то не так. Смотрит пристальнее, мнется, потом скисает. Видимо мыслительный процесс привел его к альтернативному выводу.

– Похожа, да? Но ты вылитая.

– А то я не знаю! – разворачиваюсь на пятках. Как задолбало все, хоть уезжай куда-нибудь, перекрашивайся обратно в свой цвет, меняй стиль.

Легко сказать – уезжай. А как же моя съемная квартирка, которую я так люблю? Работа, которая нравится и где ко мне хорошо относятся? Моя единственная подруга Саша? Я привыкла в Москве, я ее обожаю.

В новом месте опять буду одна, придется начинать все заново. Только после сегодняшней ссоры с Богданом выбора у меня не будет. Придется.

– Подожди, – парниша меня обгоняет, – а можно мне фото?

– Фото? – закатываю глаза.

– Пожалуйста, – он преграждает собой путь на платформу.

– А давай, – соглашаюсь. Сделаю еще одну гадость Милане, пусть и маленькую.

Как она будет объяснять это фото своим фанатам, мне по барабану.

Счастливый пацан достает мобильный из рюкзака и переводит камеру в режим селфи.

– Все в шоке будут.

– Да, действительно, – широко улыбаюсь, позволяя ему себя приобнять.

Заполучив желанные снимки, парень исчезает.

– Надо уезжать, – шепчу себе под нос. Написать заявление об уходе с работы, забрать трудовую и уехать. Но прямо сейчас сбежать я не могу. За такие фокусы могут и статью спокойно влепить, и рекомендаций не дать. А мне еще на новую работу устраиваться.

Плюхаюсь на жесткое сиденье в полупустом вагоне. Я устала, от стресса все тело подрагивает и ватное, хочется скорее домой.

Через пять остановок делаю пересадку, потом еще двадцать минут еду. Выхожу на поверхность, где пересаживаюсь на автобус. Десять минут и я дома.

Бросаю сумку с ключами на кресло. В зоне кухни жадно выпиваю стакан воды. Свежеокрашенные бежевые стены с приятными интерьерными картинами вызывают приступ уныния. С разрешения хозяйки я сделала отличный косметический ремонт. Скрупулезно подбирала цвета, текстуры, текстиль, мелочи. Смотрится квартира как дизайнерская. Саша от нее в шоке была. И вот теперь придется уехать.

Но лучше уехать, чем столкнуться со своим кошмарным прошлым, встречу с которым Милана мне легко организует.

Кстати, насчет нее. Проверяю в телефоне входящие звонки и сообщения. Истерика Миланы достигла невиданных высот и пробила потолок адекватности. Она и обзывала, и угрожала, и требовала объяснений. Десять одинаковых сообщений, в которых она запрещает мне с Богданом спать, заставили меня нервно рассмеяться.

Я очень хочу с ним быть. Но платить ту же цену, что была однажды заплачена,я не могу. Просто не вытяну последствий.

«Я с ним не спала», – жую губы и думаю, что бы такого еще написать, чтобы Милана отстала.

«Мы пообедали и я уехала».

– О чем вы говорили? – мне пришлось ответить на Миланин настойчивый звонок. Если не ответить, она ещё додумается приехать. А этого я точно не хочу.

– О твоём отце.

Слышу, как Милана шумно дышит в трубку.

– Конкретнее, – цедит после небольшого перерыва.

– Богдан сказал, что твой отец хочет сотрудничать и заинтересован в ваших отношениях.

– И?

– Он не из тех, кто прогнется, Милана. Богдан чётко дал это понять.

– Черт, да что ему надо?

– Боюсь то, чего ты дать не можешь.

– Вы посмотрите на нее, – Милана ощетинилась. – Эксперт по отношениям с дипломом. Ты где научилась, а Любка? В интернате своем занюханном? Пока на продавленной койке вместе с такими же оборванцами, как сама, азы траха осваивала? Во сколько начала, в двенадцать или раньше? Что там мужикам надо, поведай.

Каждый раз, когда она говорит что-то подобное, к горлу подступает ком. Ничего не могу с этим делать. Несправедливо, что люди позволяют себе подобные грязные мысли обо мне.

Да, в интернате я провела половину своей жизни. Да, детдом был старый, условия далеки от идеала. Но мы нормальные! Прекрасно знали, что такое хорошо и плохо. Распущенными были лишь единицы. И я не была одной из них, не позволяла себе лишнего.

Встречалась с одним парнем из детдома. Мы очень долго дружили и даже хотели пожениться, когда выпустимся. Жаль, не сложилось.

– Прекрати, иначе я повешу трубку, – предупреждаю ее.

– Ладно, оставим твоё темное прошлое в покое. Что Богдан говорил о нас?

Мы подошли к самом