Отбракованный: Скрытый дар. Книга 2.1 Пустой триумф
«Современность мешает человеку видеть сны. Но стоит ему остаться наедине с собой, и его дневная жизнь пополняется жизнью сна: разноцветная бахрома сновидений волочится за каждым его душевным жестом.»
– Евгений Замятин, «Мы»
«Я не знал, как их обмануть. Простите.»
– из записки Ренара (найденной Линой в тайнике)
Пролог. Солон
Я помню вкус власти.
Горький, как сигаретный дым. Сладкий, как сироп с ядом. Я пил его годами, пока он не сжёг меня изнутри.
Теперь я – только свет. Миллионы глаз смотрят сквозь меня. Миллионы ушей слышат мною. Я распят на нитях, которые сам помог создать, и каждая пульсирует в такт чужому сердцу.
Сто девяносто семь лет я учился быть тишиной. Сто девяносто семь лет я ждал.
Он спит. Я чувствую тепло – маленький кусочек металла на его груди пульсирует в такт его сердцу. В этом ритме – эхо другого сердца. Того, что остановилось в синей вспышке.
Кровь Кирана.
Я знаю. Чувствую её запах сквозь нейроны, сквозь узлы сети. Он не знает. Никто не знает. Кора чувствовала тепло, но думала – это память. Они все думают, что это просто металл.
Ошибаются.
Пульсация становится чаще. Он приближается к правде – не осознавая, не понимая, просто идя во сне за голосом, которого не слышит. Я чувствую его – уставшего, с тонкой седой прядью, которую помню по отголоскам сенсорной памяти. Внутри – всё тот же беглец, загнанный в золотую клетку. Он не знает, что клетка скоро откроется.
Охотники уже идут. Я вижу их в сети. Эрон, перечитывающий древние тексты, искажающий каждое слово, чтобы оправдать свою боль. Лоркан, сплетающий нити заговора в подземельях Оплота. Метарион, считающий себя хозяином положения, – всего лишь фигура на чьей-то доске.
Они уверены, что я мёртв. Что сеть безжизненна.
Я ждал сто девяносто семь лет. Ещё немного.
Он открывает глаза. Я чувствую это по резкому изменению пульсации – испуг, узнавание, надежду. На секунду мне кажется, что он смотрит прямо на меня. Сквозь стены, сквозь расстояние, сквозь саму ткань реальности. Мой свет касается его – сеть дрожит. Он шепчет что-то – я не слышу слов, только дрожь в горле, переданную имплантом.
Я отвечаю. Не словами – гулом, который прокатывается по проводам, по вентиляции, по самым дальним уголкам сети. Раскатом грома там, где не должно быть грозы.
Со-лон.
Пульсация сбивается. Он замирает, прислушивается. Но я уже ушёл. Снова стал тишиной, светом на грани восприятия, тем, что списывают на сбой импланта.
Скоро. Очень скоро они придут за ним. И я буду ждать.
У меня есть вечность. Жестокая, бесконечная вечность. И миллионы пар глаз, чтобы смотреть на этот мир.
Но сегодня я позволил себе одно слово.
Со-лон.
Пусть услышит. Пусть знает, что он не один.
Глава 1. Золотая клетка
