Счастье есть, оно в нем

Пролог

Детство мое было самым ужасным, наверное. Все дети как дети, но в моей семье было место гневу. В семье я была не одна, был еще братик. Братишка старше меня на год. Погодки, как все говорили нам. Так и закрепилось в сознании сказанное. Я ходила всегда с длинными волосами и все восхищались мной. Худой я никогда не была, и это дало о себе знать. Во дворе все время кто-то да обзывал, но такие дети со временем пропадали куда-то. Я приходила каждый раз с прогулки и плакала. Мама утешала всегда, а брат на это фыркал. Мамина любовь для меня была как спасательный круг: утешала и приводила в нормальное состояние. В саду мне было легче, и любимый воспитатель видел, как я к ней тянусь.

– Сашуль, ты чего грустишь?

– Марина Николаевна, меня мальчики все обзывают толстой.

– Сашуль, не слушай их. Ты не толстая.

– Хорошо.

Женщина такая добрая всегда обнимала меня и я ее. Мама приходила и удивлялась на это. Нянечка была не очень, какая-то вечно грубость в словах была. Я маме жаловалась на нее и со временем та пропала, а потом пришла добрая. Установила правила интересные для нас, и мы по пять человек дежурили, каждый день сменяясь. Помогали носить еду, что было по силам. Вечером мама меня забирала, и у сада качались немного на качелях.

– Мамочка! – бежала я, радостно ее встречая.

– Привет, Сашуль. Беги, отпрашивайся, и пойдем одеваться.

– Бегу, мам.

Я подбежала к воспитателю и отпросилась. После обняла ее и побежала к маме. Мама улыбнулась и, попрощавшись, пошла одевать меня. Я старалась все сама делать. Мама хвалила на это. Одевшись, я выходила к крыльцу, а мама брата забирала.

– Братик, ты упал?

– Заживет.

– Ну, ладно тогда.

Мама работала на рынке, и часто ездила в столицу закупаться. Мы оставались с папой, дедой и бабушкой по папе. Когда мамы не было, я грустила. Деда порой тоже оставлял нас дома. Как объяснила бабушка, он уходил на работу. Мне было одиноко, и я отпросившись, уходила в палисадник. Брат становился странным и мало играл со мной. Я замыкалась порой в себе. Дедушка построил песочницу и привез песок. Я часто целыми днями там сидела и деда волновался.

– Малыш. – Я повернулась на голос дедушки. – Ты чего?

– Одиноко и грустно.

Он оглянулся и не увидел детей. Тяжело вздохнул и решил мне поднять настроение. Подошел и лепил со мной куличи. Мы украшали веточками и цветочками.

– Какая мастерица и хозяюшка у меня.

– Ну, деда… Это всего лишь песок.

– Я уверен, ты вырастишь очень хорошей рукодельницей.

Дедушку с бабушкой по папиной линии я очень любила. Мне часто говорили, что я в них. Дедушка сюсюкался всегда со мной. Болела я часто, так как организм был слабеньким, и доходило, что целый месяц сидела дома и не ходила в сад. Мама просила бабушек из нашего дома приглядеть за мной. Я этого не понимала почему, ведь папина мама была все время дома. Когда после работы, деда меня забирал от этих бабушек, я спросила:

– Деда, а почему меня к этим злым бабушкам водят? Бабуля же дома одна и не ходит на работу она говорила.

– Родная, ты понимаешь… Бабушка сильно болеет и не может с тобой посидеть.

Я поникла, и он меня обнял.

– Все будет хорошо, она поправится.

– Правда?

– Да.

Мы зашли домой и я пошла за стол, сидела там рисовала. Мама пришла вечером с братом и спросила меня, кушала я или нет. Я ответила как есть, ведь мне не хотелось даже. К позднему вечеру дедушка все же меня уговорил. Сижу жую, и на кухню заходит брат.

– Обжора!

– Сереж, нельзя так обзываться. Она твоя сестра.

– Деда, но ведь это так.

Не знаю, что творилось внутри во мне в этот момент, но я без раздумий спрыгиваю и с силой ударяю брата в живот. Он аж загундел от боли.

– Надоел уже! Терпеть тебя не могу! Всегда обзываешь, а сам бы на себя посмотрел тряпка!

Деда, наверное, от ситуации в шоке стоял и глазами хлопал. Когда он отошел, говорил, что так нельзя и я девочка.

– Деда, они меня обзывают. Я не буду больше терпеть это.

Доедаю последние две ложки картофельного пюре и отношу в раковину.

– Спасибо, дедуль, я пойду. – Злобно смотрю на брата зажавшего больное место руками.

Ухожу в комнату и лезу на кровать. Кровать нам делал отец и она двух ярусах. Я забралась наверх и, повернувшись к стене, взяла свой тетрис и играла.

– Дочка, что случилось? – забеспокоилась мама.

– Все хорошо, мам.

– Я вижу.

– Ты знаешь причину, мам. Теперь и брат в этом списке.

– Сережа! Как ты мог!

Тот заходит и смотрит на маму провинившимся котенком, что словно сосиску со стола стащил. Меня это улыбнуло в душе даже.

– Не смей ее обзывать! Еще раз услышу, пеняй на себя! Ремень тебе обеспечен будет! Она твоя сестра и ее нужно защищать.

– Хорошо, мам.

Извинения были не в его манере. Я развернулась и стала дальше играть. Так я с каждым днем замыкалась. Общение мне давалось трудно. Я была в одиночестве чаще всего, одна в песочнице. Брат не обижал больше, он видел как мне больно от всего этого. Играл со мной редко. Чаще всего деда развлекал. Однажды я играла, и подошел мальчик.

– Привет, а можно с тобой поиграть? То жарко на улице и никого нет.

Я от его приятного голоса даже заинтересовалась и подняла голову. Там стоял мальчик примерно моего возраста довольно интересный. Я улыбнулась ему.

– Конечно, у лестницы сбоку калитка, только аккуратнее она уже старенькая.

– Хорошо, – тот радостно побежал ко мне.

Подойдя, он даже остановился.

– Ты такая красивая в платьице.

– Это мама балует. Вот есть ведерки, формочки, сейчас принесу еще из дома.

– Ну чего ты, этого хватит.

– Нет, мало.

Я все равно пошла и деда с окна выглянул, услышав наши разговоры. Окно мы открывали и проветривали квартиру.

– О, деда.

– Да, малыш. Все хорошо?

– Да, вот мальчик попросился поиграть вместе. Там еще на балконе мама игрушки складывала.

– Ой, как хорошо, не одной играть. Пойдем, посмотрим.

Я киваю и выхожу через калитку, а после по ступенькам поднимаюсь к металлической двери квартиры. Дверь была прикрыта, и никто посторонний не заходил в те годы. Я прошла в коридор и, сняв сандалики, пошла в комнату к балкону. Деда был уже там. Я зашла, и он высыпал игрушки.

– Ого, как много.

– Накопилось, малыш.

– Значит, больше не покупаем.

– Вот всегда удивлен тебе. Тебе никогда ничего такого не надо, довольствуешься малым.

– Тогда я возьму этот пакетик и сложу туда нужное.

– Конечно.

Я стала складывать тарелочки, формочки, ложечки и все такое. Деда держал пакетик мне. Все нужное уложила, забираю, благодаря его за помощь. Убегаю обратно и спрыгиваю с крыльца. Мальчик испугался такого и подбежал. Осмотрел меня испуганно.

– Ну, ты чего, все хорошо же.

– Испугался за тебя. У меня сестра старшая всегда за меня переживала и я такой же.

– Ты добрый, – он застеснялся.

– Ты тоже. Ради меня и домой за игрушками сбегала.

– Ерунда, я на первом живу. Вот окна мои, – указываю на балкон.

– Прикольно.

– Пойдем играть.

Беру того за руку и веду к месту для игры. Мальчик так красиво улыбнулся, и я залюбовалась его улыбкой. Она у него была очень необычная, и что-то прям словно душевное.

– Я забыл представиться, я Дима.

– Я Саша, очень приятно.

– И мне.

Сережа чаще всего сидел и смотрел мультики, но тут видимо ему стало интересно, почему меня так долго нет и куда я еще игрушки радостная понесла. Он вышел и смотрел на меня. Я заметила его и отвернулась.

– Вот значит, кто отвлек твое внимание.

– А тебе смотрю, очень стало любопытно. Ни капли интереса не проявляешь ко мне.

Дима сразу отвлекся на нашу перепалку.

– Ты чего так груб с ней? Она же девочка.

– И моя сестра. Не грубил я.

– Ну-ну.

– Сергей.

– Дима.

– Ты с какого подъезда, не помню, чтобы раньше видел.

– Мы недавно переехали. Со второго подъезда. На четвертом живу. Вот с пятого с девочкой и мальчиком познакомился.

– Со Светкой и Васей?

– Ага.

Брат рассмеялся слегка. Дима не понимал от чего такая реакция.

– И как? Понимаешь их?

– Кстати, нет. Странные какие-то.

– Еще те чудики. Словно иностранцы на своем разговаривают, а вот скажи. Мама говорит, что те болеют чем-то.

– М-да. Ты сестру не обижай, хорошая она. Я таких еще не видел.

– Маленький ты еще и жизни не знаешь. Вырастишь и увидишь.

– Ты старший?

– Ага, погодки мама говорит.

– Словно близнецы. Очень похожи.

– Есть такое.

– Пошли с нами.

– А давай! Мультики надоели, скучно.

– Какие смотришь?

– Том и Джерри, Чип и Дейл спешат на помощь, да зайца с волком.

– Прикольно! У меня таких нету, – грустно как-то ответил Дима.

– Приходи в гости, вместе посмотрим.

– А можно? Мама ваша разрешит?

– Она хорошая у нас.

Глава 1

Мы долго играли и Диму позвали кушать. Он сказал, что выйдет после. Так и вышло. Вечером пришла с работы мама и удивилась мальчику. Брат спросил разрешения посмотреть мультики с нами Диме и она, улыбнувшись, разрешила. Немного посмотрев с нами, Дима сказал, что завтра придет. Я была рада. Рядом с ним я забывалась, и я это чувствовала. На другой день мы уже погулять решили. К ужину деда загонял нас домой. Я попрощалась с Димой и пошла. Вечером все по расписанию у меня: купание, переодевание, покушать и спать. Я была в этом послушная. Просыпалась я рано и слышала, как бабушка шла делать завтрак. Я вставала тихо и шла к ней. Обнимала ее, пугая всегда, а на это она улыбалась. Помогала ей, и после завтракали. Просыпалась мама и тоже с нами садилась. После мама убегала на работу. Дима пришел к обеду. Мы сели втроем смотреть тихо. Деда приходил тоже с работы на обед и, увидев нас, радовался. Я улыбалась ему.

Такое счастье длилось недолго. Деда учил меня считать по календарю дни, различать праздники, отмеченные на нем и все такое. Так я даже научилась считать недели немного. Примерно на третью неделю после этого дня, бабушке становится плохо. Мама просит соседей посидеть с нами, и все взрослые везут бабушку в больницу. Я чувствую что-то не так. От волнения я замыкаюсь в себе. В гости к женщине приходит ее дочка и удивлена нам.

– Это тети Лены дочка. – ответила женщина дочке.

– Какая милая, – я засмущалась.

Редко такое слышать. Незнакомый мне человек сказал, прям согревающее душу. Я улыбнулась губами.

– Мам, а можно я с ней поиграю?

– Попробуй, ребенок очень замкнулась. Я слышала, как брат ее обижал, и видимо это стало причиной.

– Ого. Меня зовут Нина.

– А меня Саша. Братик в садике, а я приболела опять.

– Ну, ничего, лекарства попьем и вылечимся, да? – я кивнула с улыбкой. – Ну, вот и отлично! Пошли, посмотрим, чем я тебя могу занять. Я уже взрослая, но игрушки еще остались.

Я радостная пошла за ней, и она мне доставала много игрушек. Я была удивлена, а девочка не понимала от чего. Решается спросить все же:

– Что такое?

– Так много игрушек я еще не видела, – она удивилась, смотря на меня.

– А у тебя их мало?

– Деда куколку дарил, мама одну покупала и панда с маленькой лялькой, остальное в песок.

– Ого. Возьмешь мои значит.

– Спасибо, не нужно. Мне и того хватает.

– Мам, ты слышишь? – девочка удивлена ребенку.

– Ага, совсем простой ребенок.

Я опустила глаза, а девочка подняла их ладонями. Повела меня на ковер, принесла игрушки, и мы долго играли. Деда вечером меня забрал и был грустным.

– Деда, ты из-за бабушки грустишь? – он кивнул. – Расскажи.

– Малыш, у бабушки болезнь разошлась и теперь последствия. Потерпишь немного пока она в больнице? Я буду у тети Вики оставлять.

– А мне там нравится, там Нина девочка со мной играет. Такая добрая. Прям нянькается.

Дедушка улыбнулся мне искренне.

– Это же хорошо. Только не переживай.

– Ты же знаешь, что ты и бабушка очень дороги мне.

– Я знаю, малыш, я знаю.

На следующий день у мамы оказался выходной и она, взяв нас, повезла в парк. Видимо она договорилась с кем-то там. По приезду я увидела женщину с мальчиком возраста брата где-то.

– Привет, Лен. Какие взрослые они у тебя.

– Растут, Марин. Как вспомнишь это ад в родовой, столько уже прошло времени.

– За то вон, какие мальчики у нас.

– Точно, пойдем на площадку.

– Дети, это Леша.

– Я Саша, это Сережа.

– Очень приятно.

– Ну, вот и познакомились.

Мама с женщиной разговаривали о бабушке, я половину не понимала и увидев площадку побежала на нее. Неожиданно увидев меня, срывается мальчик на велосипеде старше меня на несколько лет. Брат замечает это и быстро бежит ко мне. Он успевает помешать тому ненормальному и сносит его. Велосипед отлетает и сильно сносит меня. Я от удара падаю частично на землю и сильно царапаю руку с ногой. Слезы вырываются от боли. Вижу как Леша с Сережей ударили того и тот зажался. Мама подбежала и ругается. Тот мальчик, словно не в себе, такого я точно не видела. Нежные руки аккуратно осматривают раны, и я поворачиваю голову. Это Леша.

– Ты как?

– Больно… – хлюпаю я носом.

Подошла мама с тетей Мариной и осматривают. Мама просит присмотреть и идет в аптеку. Леша пытается успокоить меня.

– Мам, а тот мальчик больной?

– Да, сынок. Такие тоже есть.

– Агрессивный какой. Чем ему такой ангел помешал?

– Такие люди очень странные, никто не знает, что ожидать от них, когда они рядом. Не разговаривайте даже с такими, если увидите.

– Хорошо, мам.

– Спасибо… – тихо всхлипывая, сказала я.

После подошла мама и обрабатывала раны. Подошла женщина, видимо мать того мальчика.

– Что мой сын успел натворить? – грубо спросила та, я аж от голоса сжалась.

– Он мою дочь специально сбить на велосипеде хотел. Она побежала на горку, его даже не трогала.

– Мой сын никого не трогает, если его не тронут.

– Ага! – возразил брат. – Только я его снес, когда он к сестре подъехал и тот еще драться стал. Таких как он, в лечебницам закрывать надо и не выпускать!

Я была удивлена защите брата. Прежде ему было пофигу на меня.

– Ты вообще, мелкий, рот закрыл! Когда старшие говорят, надо ротик закрыть! – грубила та повторяя.

– Дамочка, а вы рот закрыть не хотите? За оскорбление в моем присутствии, наезд на девочку вашего сына, я имею право вас увезти в отдел и я это сделаю, – неожиданный голос мужчины заткнул даму.

Та не ожидала такого и заткнулась в удивление. Мужчина достает рацию:

– База, это 106й, ответь.

– 106й, слушаем.

– Наряд для задержания с медиками на Гагарина парк. Тут явно неадекват 8-10 лет. Пострадала девочка на моих глазах. Простите, как девочка? Скорая нужна? – последнее спрашивает у нас.

– Глубокие раны, думаю, она не требуется. Перевязываться будем. Спасибо.

– Хорошо, – а тот дядя милый. – База, скорая девочке не требуется, но все нужно зафиксировать.

– Приняли, высылаем.

Он убирает рацию и помогает маме с обработкой. Быстро приезжает полицейская машина и два взрослых идут к нам. Я испугалась от их вида. Тот мужчина смотрит на меня.

– Они добрые, не бойся их. Сев, Вадим, ребенка даже испугали своим видом.

– Прости, начальник, с выезда сразу.

– Ладно, пакуйте дамочку в отдел. Я приеду, разберусь. Рома за рулем?

– Так точно.

– Тогда ты, Сев, жди медиков и того мальца на комиссию. А Вадим эту с Ромой отвезут.

Парни слушаются и расходятся. Скорая на наших глазах приезжает, и мужчина идет туда. Я за всем наблюдаю, и меня поднимает мама на руки.

– Хороший дядя… – неожиданно, смотря на того говорю я.

– Это точно, дочка, – ответила мама, тоже посмотрев на него.

Пришлось долго уговаривать, но мама разрешила потихоньку поиграть с мальчиками. Леша жалел меня. Приятно. Я с площадки видела, как тот мужчина подошел к маме и что-то записывал мило улыбаясь. Сережа увидел мой взгляд.

– Саш, ты чего?

– Ничего. – вздыхая отвернулась от разглядывания я.

– Говори, ты врать не умеешь.

– Ладно, только обещай молчать.

– Хорошо.

– Тот дядя очень добрый и мил с мамой. Папа груб и я не раз замечала. Смотри, мама даже смущается.

– Ого, так ты различаешь людей!

– Да, нет наблюдаю.

– Прикольно. Это дело взрослых. Мы мелкие и лучше молчать.

– Эх… – тяжело вздохнула я.

Мы играли и после продолжительного времени, мамы позвали нас. Мы пошли к озеру, что находилось в центре парка. Там водились уточки, лебеди и местные птички.

– Мам, можно одну печеньку?

– Ну, только одну.

Я улыбнулась, и она мне дала. Я раскрошила ее и положила в ладонь.

– Только руки не суй, они кусаются.

Брат с Лешей смотрели на меня.

– Не укусят, мам.

Подбегаю и протягиваю руку с кусочками. Мама кричала мне убрать ее, а птички подошли, и стали брать с ладони еду. Все были удивлены моей стойкости. Явно думали, что испугаюсь. Я не такая. Леша подходит, смотрит на это, не веря глазам. Я даже погладить по голове уточку успеваю, и она щиплет. Я смеюсь.

– Ты их не боишься?

– Нет, хорошие птички.

– Бесстрашная.

– Наверное, – не задумываясь, отвечаю я.

Немного еще погуляв, я увидела лодочку.

– Эх, папы нет…

– Его никогда нет, ему не до нас. – поняла меня мама.

Я смотрю на маму и вижу ее грусть. Она подходит к мужчине у лодок и что-то спрашивает. После подходит к нам.

– Лодочку никак без папы, а вот катамаран можно. Саша посередине.

– Классно! – радостно запрыгала я и мама рассмеялась.

Посмотрев на Лешу, я увидела тоже радостную улыбку. Мы прошли к плавательному средству и стали усаживаться. Отчалили мы быстро, и было так все интересно. С умными лицами разбираемся в педалях и в путь. В озере я увидела рыбок и показала брату. Он удивился им. Думал, что искусственное озеро без них. Брат рулил и вместе с мамой, словно на велосипеде крутили педали.

– Дочка, скоро твое день рождения, что бы ты хотела?

– Мам, у меня все есть. Я знаю, как ты стараешься для нас.

– Я все для вас сделаю.

– Мам, мне ничего не нужно.

Мама поняла, что это бесполезно и сдалась. Погуляв остаток дня, мы направились на автобус. Ждали его долго. Транспорт так и не ехал.

– Надо тогда на троллейбус, а там дойдем.

– Хорошо, мам.

Этот вид транспорта быстрее приехал. Уставшие от прогулок, мы зашли и сели втроем на свободное место. Подошла девушка-кондуктор и мама оплатила проезд. Леша с мамой тоже с нами ехали, но сели дальше. Мест свободных уже не было почти.

– Мам, а Леша тоже с нами?

– Да, нет, Саш. Он рассказал, что рядом живет, – ответил за нее брат.

– Прикольно! Значит, будем гулять вместе?

Брат на меня так странно посмотрел.

– Вроде маленькая еще…

– Ты о чем?

– Понравился мальчик?

Я на него непонимающе посмотрела и он, смеясь, хмыкнул.

– У меня друг во дворе только Дима и он не часто гуляет.

– Ну-ну.

Дальше мы ехали в тишине. Выйдя на нужной остановке, мы стали переходить дорогу и уходить во дворы домов. Я оглядывалась на Лешу с его мамой. Леша мило улыбался мне на это. Возле их подъезда они попрощались с нами и скрылись за дверью. Мы быстро дошли до дома и там деда с бабушкой гуляли. Я побежала к деду как могла и обняла его. Увидев ногу, тот забеспокоился.

– Лен, что случилось?

– Ее пытался сбить больной мальчик на велосипеде. Она побежала на площадку играть, а тот выехал и со скоростью поехал ее сбив.

– Вот урод! В лечебницу таких надо и не выпускать!

– Это ладно, его парни ударили Сережа с Лешей. Прибежала того больного мамашка и как начала орать. Человек позади нас вступился. Он оказался полицейским. Вызвал наряд и скорую. Сняли все и тех забрали.

– Так ему! Поделом! Малыш, кушать идем?

– Да.

Он подхватил меня, и мы пошли все домой. Деда разул меня, и мы пошли переодеваться, а после руки мыть. Как бабушка зашла я не слышала, но после того как покушала, зашла в комнату и ужаснулась. Одной ноги у нее не было, были бинты намотаны. Бабушка увидела все на моем лице.

– Родная, все хорошо.

– Бабуль, почему…

Я не успеваю договорить, и она перебивает.

– Врачи сказали ее не спасти. Я же живая.

Я срываюсь и обнимаю ее. Она целует в макушку и успокаивает. Вид такого с бабушкой пошатнул нехило мое внутреннее. Зайдя в нашу комнату, я не увидела папы.

– Деда, а папа где?

– Не знаю, малыш. С работы должен был давно прийти.

Я потихоньку стала разбирать мамины слова. Папа заявился ко сну нашему. Подойдя поцеловать, я заметила духи женские. Это были не мамины. От запаха я стала чихать, и пока он не отошёл, я так и чихала. Подошла мама и тоже заметила.

– Опять с ней был! Сколько можно уже? Ты не понимаешь, что у нас дети растут! На духи ее у Саши даже аллергия. Ты нам врешь постоянно!

– Не был я не с кем, это на работе получилось, помог коллеге.

– Так и поверила!

Папа посмотрел на нее озлобленно, и это меня испугало не на шутку. Мама, увидев это, успокаивала меня. Отец не захотел этого выслушивать и вышел из комнаты. Я слышала как бабушка и деда ругали его. Так начались скандалы. Это выбивало меня, и я стала сильно зависима от их эмоциональности. Отец стал издеваться на этой почве. Постоянно пугал или еще что. Я опять закрылась от всех в себе. Ночью от страха даже в туалет больше не могла без мамы встать. Она не высыпалась со мной, и я это видела. Я не хотела ничего и целыми днями сидела в песочнице. Лето же и мама старалась в сад не водить. Деда сменил работу и чаще был дома. Покупал какие-то пакетики с водичкой, пил ее и морщился. Странно это. Бабушка стала замечать это и тоже ругалась с ним. Обстановка в семье очень накаленная была.

– Деда, что это?

– Водичка горькая.

– Не пей ее, бабуля ругаться будет.

– Поругается и перестанет.

Я вздохнула тяжело. Как тяжело с взрослыми… Выходила гулять и, стараясь не думать о плохом, хотя понимала, что все не к добру. Дима выходил гулял, отвлекая мои мысли и я забывалась. Хотя я очень маленькая еще, но со временем он мне нравиться стал. Некоторые дни даже ждала его, но он не выходил. Я грустила, и тогда брат стал ко мне тянуться. Играть играл, но недолго. После он стал задирать. Было тяжело морально, и я стала драчуньей, как мама говорила. Брат был слабее и получал от меня хорошо, даже каталась на нем из вредности. Мама видела, как я меняюсь не в лучшую сторону и переживала.

– Дочка, драться нельзя, он же твой брат.

– Мам, он обзывает, издевается и мучает. Как я должна на это реагировать? Я устала терпеть все.

– Сережа, нельзя так! – ругалась мама.

– Мам, она первая начала…

Видимо все дети такие и мама была в шоке с нас постоянно. День рождения мама решила мое спраздновать простенько и основное свозить в цирк. Я была этому очень рада. Договорившись с мамой Леши, мы поехали туда на автобусе. Леша с мамой ждали по приезду нас в здании. Я зашла и удивилась.

– Мам, смотри как красиво!

– Да, дочка. Смотри, какие животные нарисованы.

– Бегемотик смешной. Ой, там Леша с тетей Мариной. Они нас ждут.

– Пойдемте тогда, не будем заставлять их еще нас ждать.

Мы кивнули и пошли к ним.

– Привет, Марин, Леш, – поздоровалась мама, когда мы подошли.

– Здравствуйте, теть Марин. Привет, Леш, – поздоровалась я.

– Привет. Пойдемте раздеваться, билеты взяли? – Леша с его мамой тоже поздоровались с нами.

– Да, идемте.

Глава 2

Мы спустились вниз и там были гардеробные большие. Я такого еще не видела. Подойдя к одной, мы стали снимать все верхнее. Погода была дождливая, и мы были в куртках. Быстро сняв, отдала маме ее. Отхожу в сторонку, чтобы не мешать им. Я захотела расстегнуть кофту, но видимо заел замок и он не двигался. Никак не получалось его открыть самой, как я не старалась. После почуяла руки. Поднимаю глаза и там Леша.

– Я помогу.

– Хорошо.

Он аккуратно расстегивал и убирал ткань, что попала. Замок поддался и раскрылся. Я улыбнулась на это и поблагодарила его. На все наши снятые вещи женщина дала мне номерок, а Леша берет их.

– 15, как мое любимое число, хех.

– Это точно, родная. Пойдем.

Мама нежно берет нас за руки, и мы поднимаемся к холлу, а после и еще выше. Проходим много дверей и подходим к нужной. Мама дает мне билеты и говорит показать их женщине. Я улыбаюсь на это и беру у нее.

– Вот наши билеты. Нас трое: мама, я и братик.

– Какая милая, хорошо, – она смотрит билеты и отрывает корешки. – Вот возьмите. Шестой ряд с четвертого места ваши три по шестое.

– Спасибо, – благодарю ее, и она мне улыбается.

Беру за руку маму, и ждем тетю Марину с Лешей. После их проверки, идем вместе внутрь. Когда я увидела сцену, замерла. Мама поняла почему, и немного дернула меня. Я кивнула, и мы пошли искать места. Они оказались прям рядом. Плюхнувшись на свое, разглядываю нижнюю сцену.

– Как красиво!

– Это точно, Саш, – подтвердил брат.

Через некоторое время началось представление. Я как завороженная смотрела на все это. Не знаю, сколько времени прошло, но ведущий сказал, что-то. Я переспросила маму и она сказала, что у них перерыв. Все начали вставать, и мама предложила прогуляться по зданию.

– Дети, кушать хотите?

– Немного, мам. Мы же взяли булочки с сосиской твои.

– Тогда пойдемте, покушаем.

Мы спускаемся по лестнице, и на сцену выводят лошадку.

– Мам, лошадка!

– Да, красивая такая.

Я подхожу и тяну руку.

– Девочка, не боишься, а вдруг укусит?

– Не боюсь.

Лошадка тянет ко мне мордочку, и я ее глажу.

– Она тебя признала, обычно не подходит так.

Лошадка лижет руку, и я смеюсь.

– Какая сестра у тебя удивительная.

– Это точно, – сказал брат.

– Хочешь прокатиться на ней? – спросил мужчина.

– Я боюсь.

– Я буду рядом.

– Мам, можно?

– Конечно.

Мужчина сажает на животное и дает мне поводье. Сам за ремни ведет ее. Неожиданный хлопок чего-то пугает животное. Оно срывается, и давай бегать. Я тяну поводье на себя машинально, и лошадка встает на задние. Я пытаюсь ее успокоить, и у меня получается. Мужчина в тревоге хватает поводье, а другие меня снимают.

– Ты как? Испугалась?

– Немного, ее испугал хлопок.

– Ты такая умница, смогла удержаться и даже немного успокоить.

– Я в телевизоре видела программу. Там показывали дрессировку лошадок.

– Ого, не каждый так рискнет попробовать не умея.

Маму тоже пришлось успокаивать. Я глажу животное, и мы отходим к выходу. Мама повела нас к буфету. Там милая продавщица рассматривала нас. Мама спрашивает нас про булочки, и мы соглашаемся. Нам греют, и мы проходим за столик. Я откусываю и удивляюсь.

– Мам, тут повидло.

– Кушай, дочка.

Я киваю и жую дальше. Вкусно покушав, мы возвращаемся на места и до этого прогуливаемся немного. Пока шли к входу в помещение с представлением, я разглядывала продавцов с их товарами. Было много всего красивого, светящегося или просто игрушки. Я не просила ничего, мне это не нужно. Усевшись на свои места, через некоторое время представление продолжилось. По окончанию меня от усталости немного тянуло в сон. Я держалась. Одевшись, мы направились на остановку. Она была не близко. Когда добрались до нее, я заметила много народу. Стояли, ждали наш автобус, а он все никак не ехал. Я загрустила.

Подошел Леша и взял мою ладонь, испугав до чертиков.

– Сашуль, это я.

– Пугать-то зачем?

– Прости, не хотел. Ты устала?

– Да, немного. Автобуса нет, народ на других уже разъехался, пока мы ждем свой.

– Потому что к нам плохо ходят.

Тут мама сказала, что автобус подъезжает. Мы стали заходить в него, когда тот подъехал. Было немного мест, и я села у окна. Не видела кто рядом сел. Уткнулась в окно и стала смотреть. Через некоторое время я начала засыпать. Держалась, сколько могла, и все же заснула. Через сон почуяла, что меня удобно повернули и придерживают. Будить начали по приезду. Я кое-как разлепила глаза. Оказалось, что рядом Леша был. Он улыбнулся мило мне. Поднимаюсь и пошатываясь иду на выход. Он замечает это и придерживает.

На остановке нас ждал деда. Я обрадовалась ему.

– Малыш мой, – обнимаю его, и он берет на руки.

– Деда, ты нас ждал?

– Да, переживал. Ты уснула, смотрю.

– Да, так спать хочу.

– Ложись на плечо, я донесу тебя.

– Я же тяжелая.

– Все хорошо.

Спорить не стала, легла. Пока шли опять уснула. Начала просыпаться, почуяв, что переодевают. Открыла глаза и увидела деду. Он сказал засыпать. Я послушалась. На утро я проснулась от хождений. Сонная встала и пошла на звуки. Мама бегала и что-то делала.

– Мам, что такое? – сонно спросила я.

– Сережа приболел, сейчас к врачу поедем.

– Хорошо.

– Ты умывайся иди и кушать. Оставлю тебя у бабы Нины.

– Она противная и не любит детей.

– Она не такая, не придумывай.

Маме не докажешь. Я еще маленькая и слушать не будет. Приходится слушаться. Через время уже собранная я с мамой выхожу к этой бабушке. Она жила в соседнем подъезде. Мама постучалась, и хозяйка потянула меня в коридор. Я посмотрела на маму и она, поблагодарив, убежала. Воняло у нее медикаментами капец противно как. Я села на диван, после того, как разулась в коридоре и ждала ее. На лицо неприятная бабка даже. Пол дня я ее ели выдерживала, а после забрал деда. Мамы еще не было. Отпросившись поиграть на улице, деда разрешил. Я была как всегда в песочнице. Погода в этот день была хорошая.

– Ты чего одна и грустишь? – услышав очень красивый голос, я даже резко подняла голову посмотреть кто это.

У забора стол красивый мальчик старше меня точно лет на 5, а может и больше. Не особо это умею определять. Он такой красивый с голубыми глазами и ярко солнечного цвета волосы. Лицо такое необычное, что даже загляделась. Тот понял это, засмущавшись, улыбнулся красивой улыбкой, опустив голову.

– Братик приболел, и мама поехала в больницу с ним. Еще не вернулась, я переживаю.

– Я бы тоже переживал. Я поиграю с тобой, чтобы ты не грустила?

– Хорошо. Калитка у лестницы сбоку, там штырьки аккуратнее.

Он кивнул и побежал. Быстро подошел ко мне и стал играть.

– Как тебя зовут?

Я повернула голову к нему.

– Саша. – он рассмеялся. – Ты чего?

– И меня Саша зовут.

Тут уже я рассмеялась. До самого вечера он гулял и играл со мной. Деда вышел меня позвать и улыбнулся, увидев Сашу.

– Дядь Сереж, с Сашиным братом все хорошо?

– Не знаю. Звонила ее мама, говорит, вроде операция будет. Сейчас приедет, расскажет.

– Надеюсь, все хорошо будет с ним.

– И я. Спасибо, что не дал ей грустить.

– Она милая. Пока, Сашуль, завтра выходи играть.

– Пока, Сашуль, это как деда с мамой решат.

Я машу рукой, и я с дедой ухожу. Мальчик стоял и провожал нас. Мама приехала, когда деда меня из ванной вытаскивал. Ее слова подтвердились, и брата будут оперировать завтра. Я пошла расстроенная спать. Приехал отец, и опять начались ругачки. Я зажала уши руками и лежала плакала. После почуяла дедушкины, поверх своих. Он обнял меня и я успокаивалась. Деда взял меня на руки и уложил на диван. Сам рядом лег. Я вкопалась в него и стала засыпать. Только после почуяла, как он переносит меня. На следующий день меня отвели в сад. Там было хорошо, забрал меня деда. Отец был дома, и он просил посидеть со мной. Зря деда ушел на работу, после начался ад. Отец не умел с нами сидеть даже и я его чем-то бесила.

От его русачек я чувствовала себя нехорошо. Пошла к шкафу и стала одеваться на улицу. Так его и это выбесило. Он ударил меня, и я сильно упала ударившись. Слезы потекли по щекам. Я молчала, понимая какой он монстр сейчас. Я боялась действий. Тот, понимая, что сделал, ушел на кухню и оттуда крикнул "Чтобы я валила в свою песочницу и не появлялась ему на глаза". Вот он мой реальный папа…

Я быстро собираюсь и выхожу в слезах. В песочнице успокаиваюсь. Ничего не замечаю рядом, и меня обнимают нежные руки. Я пугаюсь от неожиданности и смотрю испуганно на хозяина этих рук.

– Малыш, что случилось?

– Все хорошо, деда. Ты на работу ходил? А баба где?

– Она тоже в больнице лечится.

– А можно с тобой на работу ходить буду? Я буду тихо сидеть.

Деда странно посмотрел на меня и пытался понять что-то.

– Бабушка та очень злая и противная, я к ней не хочу и не пойду больше. Папе до меня дела нет. Ты, мама и Саша только меня замечают. Баба болеет и сидит на койке.

– Хорошо, малыш. Он кормил тебя?

Я опустила голову и тот все понял. Подняв боязно глаза я увидела много эмоций. Деда был зол и я испугалась. Тот обнял меня и шептал, что меня никто не тронет, пока он рядом. Мы пошли домой, я помыла руки и, переодевшись, пошла кушать, как сказал мне деда. Он погрел мне еду и я кушала сидела. Зашел на кухню отец и деда начал ругаться:

– Денис, ты вообще больной что ли? Она ребенок совсем! С обеда голодная ходит!

– В саду же кормили.

– Печеньку после сна дают, это что еда??? Идиот ты! Непутевый папаша ты! Вообще к детям никакого внимания!

Деда повернулся и, увидев меня зажавшуюся в слезах, ужаснулся. Резкое движение напомнило удар отца. Деда аж побелел от увиденного.

– Ты ее ударил???! – гневно рычал деда.

– Она не слушалась и вывела меня!

– Она не такая! Еще раз я узнаю об этом, и тебе не поздоровится! Она девочка!

Тот фыркнул и ушел, позабыв, зачем приходил. Деда меня обнял, и я рыдала ему в плечо. Последующие дни деда брал с собой меня. Он привез бабулю и через день мама с братом приехала. Брат был очень исхудавший. Чаще всего лежал, и я старалась ухаживать. Мама эти дни была дома и хвалила меня за заботу о брате. Отец обходил нас стороной, и я была рада этому. Мама видела, как я при нем менялась. Папа был теперь только словом и не более. Я видела его агрессию скрытую. От бабушки по его линии многое передалось по наследству. Брат поправлялся и изменился ко мне. Стал дружнее, и я рада была этому. Пока брат сидел на больничном, мы были с дедой, а после и опять к бабке той отвели. Тут уже брат понял, о чем я говорила, и рассказал маме все вечером. Она не ожидала такого. К той бабке доверие пропало. Та женщина с девочкой тоже вышла на работу и только на следующий день нас взяла к себе.

Отец стал пропадать днями, и начались скандалы. Это надавило на меня, и мое состояние было не очень. Мама начинает водить меня по врачам, чтобы помочь. Я совсем замкнулась и почти не говорила. Мама поняла, что это беда и порой плакала на кухне. Я видела, как деда ее успокаивал. Деда понимал, что отец разрушает семью и пытался того вразумить ради нас, но тщетно. Деда покупает машину с рук и помогает маме со мной, меняет работу ближе к дому на стоянку. Медленно, но врачи мне помогают. Отец стал меня запугивать, и я даже ночью в туалет без мамы не могла встать. Было страшно. Мама стала не высыпаться из-за меня. Я понимала, что делаю хуже этим и стала часто плакать. Зажимаясь в себе, даже играла одна. Дима заметил это и пытался как-то развеселить, но я уже не та.

Брату бегать не разрешали еще. Заживало долго и мама устав от ругачек с папой, уходит с нами на улицу. Мы лазили на большом глобусе. Там я поняла, что боюсь очень высоты. Еле слезла оттуда с помощью и брат меня обнял, успокаивая дрожь.

– Не залезай туда, Саш. Тебя аж трясет.

– Я хочу с вами…

– Я буду переживать.

Эти слова меня поразили прям, и я была удивлена сказанному им. Дима смотрел на нас с Васей и Светой.

– Она высоты боится до трясучки.

– Это плохо. Саш, тогда не залезай наверх.

– Хорошо… – на тяжелом выдохе говорю я.

Смотрю на маму и вижу, как она радуется при общении с той женщиной. Мы много гуляли и к вечеру зашли домой. Деда посмотрел переживающее на меня. А я что, взяла вещи и пошла в ванную. Деда подошел и помог помыться. На следующий день мама сказала, что идем в гости. Я достала платье и стала одеваться. Мама убрала длинные волосы и закрыла молнию.

– Красавица моя.

– Мам…

– Молчу-молчу.

Мама делает мне красивые хвостики, и я иду обувать сандалии. Брат, увидев меня, застыл.

– Ты чего?

– Красивая очень.

– Я всегда такая. – обыденно сказала я.

Обуваюсь и пытаюсь открыть дверь. Сил не хватает, и брат хватает ладони мои и открывает дверь. Я улыбаюсь губами на это. Ждем маму на улице, и она выходит, берет меня за руку. Она ведет нас в тот подъезд, где она вчера сидела и общалась. Поднимаемся на четвертый этаж, и я хватаюсь за перила. Глубоко дышу, а мама подбадривает, что еще этаж. Кошмар как высоко. Она подходит к двери и нажимает на звонок. Женщина в возрасте открывает дверь.

– А, Батюшки! Какие красивые, как близнецы! Проходите.

– Мам, это Лена, я тебе рассказывала.

– Я Тоня, очень приятно. Малышей как зовут?

– И мне очень приятно…

Я перебиваю маму.

– Я Саша, а это братик Сережа.

– Ути, какая лапка! Эй, бандиты! Идите, познакомьтесь хоть!

Женщина закричала, и я немного сжалась. Женщина это заметила.

– Боже… Кто это сделал?

– Я все расскажу, пусть дети идут играть. Саша замкнутая, будет тяжело.

Выходят два светлым мальчика и один младше на год точно меня. Второй тот мальчик Саша. Я смотрю на него выразительно, и он не может поверить, что теперь мы будем дружны точно.

– Как они похожи, мам.

– Я тоже заметила. Да вы тоже почти, Саш.

– Мам, это тот мальчик Саша… – тихо сказала, опустив голову я.

– Я рада, дочка.

– Это мой брат Влад.

– А мой Сережа.

Саша подошел и неожиданно стал помогать снять сандалии. Я неожиданно дотронулась до его руки и прям мурашки прошлись.

– Вот познакомились, теперь бегите играть. Саш, Сашулю не оставляй одну, – сказала женщина.

– Конечно, бабуль.

Саша взял меня за руку и повел. Все, увидев это, улыбнулись.

– Вот, Лен, твоя вырастит, может Саша ее выберет в жены.

– Да вы что, дети же еще.

Мама ушла к взрослым, а мы зашли в их комнату.

– Сашуль, кукол нет, только машинки.

– Я в них не играю.

Тот удивлен мне.

– Как это?

– Неинтересно одной. Я в песочнице чаще. – он улыбнулся мне.

Влад постоянно канючил и отнимал все у меня. Я не злилась.

– Пойдем в конструктор поиграем в другой комнате? – предложил Саша.

– Идем, – я беру его ладонь, и он удивляется, а после с улыбкой ведет меня.

Комната была больше, чем та и я рассматриваю фигурки. Саша подходит сзади.

– Нравится?

– Да. Очень красиво.

– Я тоже такое люблю, маме подарил. Деньги скопил сам.

Глава 3

Поворачиваюсь и втыкаюсь в его грудь. Он берет ладонями мое лицо. Осматривает его. Засмущал сильно. Тянет к игрушкам, и я сажусь на ковер. Строим различное, и дурачимся. Старшие заходят и удивлены.

– Сын, что ты сделал?

– Про что, мам?

– Она не разговаривала ни с кем и даже не обращала внимания не на кого.

– Ничего не делал, просто играю с ней. Она такая интересная. Сережа не такой, Влад с ним больше. Сашу он обижал, и я ее забрал в Лего поиграть. Вот смотри, какую красоту она строит.

Он показывает мое творение им.

– Лен, я знаю, как ей помочь. Пусть приходит к нам. Я не работаю и посижу с ней.

– Спасибо большое. Саша со школы будет приходить, и играть с ней

Я, не понимая, посмотрела на Сашу и тот аж засмущался. Его щечки такие клевые и я решила за них потискать. Взрослые аж смеялись над этим. Саша как помидор сидел. Старшие ушли, и я обняла его. Тот аж растерялся сначала, но после тоже обнял.

– Ты такая хорошая, но что случилось с тобой, раз взрослые так реагируют?

Я смотрела на него и, опустив глаза трепала пальцы. Он взял мои руки, и я испугалась. Поднимаю глаза и его голубые, смотрят словно в душу. Довериться ему? Он хороший, это точно.

– Мама с папой сильно ругаются, а мне становится нехорошо.

– Эмоциональная. Вот это беда… Я не дам тебя в обиду. Я вижу, как со мной ты меняешься.

– Ты хороший… – тихо сказала я, и он меня обнял.

– Ты тоже и очень красивая.

Он замечает, что волосы мягкие и берет рукой.

– Такие длинные и мягкие.

– Деда помогает мыть их.

– Теперь будешь приходить, играть со мной значит?

– Ну, если можно.

– Я буду рад, только уроки еще.

– А это сложно?

– Показать?

– Да, я умею читать с трех лет. Братик в школу на следующий год.

Он достает что-то и показывает. Даже немного читаем вместе. Мама зашла и удивилась с тетей Викой. На следующий день мама привела меня с братом. Тот играл с братом Саши, а меня с собой не брали, и я грустная ушла к бабе Тоне. Она что-то готовила.

– А можно я помогу?

Женщина удивилась даже немного.

– Надо тогда переодеть и завязать в пучок волосы.

– Ура! А… Вещей мама не брала.

– У Саши футболку стащим!

Она рассмеялась и я с ней. Иду за ней и в другой комнате переодеваюсь. Женщина делает косу и заворачивает улиткой. Мы возвращаемся на кухню и готовим всем блинчики. Женщина была в шоке с меня.

– Ого! Ты в таком возрасте еще и печешь?

– Неа, маме помогаю, а блины с бабушкой часто пекли, пока она могла…

– Мама рассказывала твоя. Не грусти только. И не замыкайся. Я вижу, ты отходишь потихоньку.

– Теть…

– Называй баб Тоней.

– Хорошо. Папа сильно с мамой ругается, я не могу это вынести. Мне тяжело.

– Я понимаю, но держись. Ты сильная не как брат.

– Стараюсь.

Мы напекли много блинчиков, и пришел Саша.

– Ба, я дома.

– Хорошо, родной. Иди переоденься, помой руки и идем кушать. Малявок позови тоже, – он рассмеялся над словами бабушки и пошел в комнату.

Я допекала последние, и подошел Саша. Он замер от увиденного.

– Вот, Сашуль, смотри, какая маленькая хозяюшка растет.

– Ба, я в шоке.

– Сама такая была. Маленькая, а уже такое может.

– Ну не совсем я маленькая прям, – я улыбнулась губами. – Сашуль, как в школе?

– Все хорошо. Пятерку получил.

– Это же хорошая оценка? – он кивает, и я искренне улыбаюсь. – Садись кушать. А Сережа с Владом…

– Вон бегут.

Баба Тоня достала все, и я клала сметану. Саша неожиданно поцеловал в щеку.

– Спасибо, хозяюшка.

Я засмущалась очень.

– Я всего лишь напекла…

– И этого много.

Я посмотрела на бабу Тоню, и она радовалась на увиденное.

– Родной, вырастишь себе жену и будешь счастливым.

– Ба, да ты что. Она вырастит и на меня не посмотрит. Разница в возрасте не маленькая.

– Тьфу ты! Я вон с дедой 14 лет разница и то я старше.

Я удивленно посмотрела на женщину и та аж с нас рассмеялась.

– Малыш, садись тоже покушай.

– Мальчики, покушают пусть.

– Садись давай, стеснюля!

Тут меня нехило засмущали и Саша тихо хихикнул. Я толкнула его немного и тот рассмеялся. Такой прикольный и радостный. Не заметила, как заулыбалась тоже. Украдкой наблюдала, как тот жевал с удовольствием.

– Спасибо большое, девочки. Накушался.

– На здоровье. – говорю я ему и вижу, испачкался.

Беру салфетку и вытираю его. Баба Тоня аж рот открыла, и Саша удивился этой заботе. Я ничего не сказала и просто выкинула салфетку в ведерко мусорное. Я покушала немного и пошла мыть руки в ванную, чтобы не мешать на кухне. До выключателя я не дотянусь и, выдохнув зашла в ванную. Рассматривала, как кран включить. Свет включается и парень, подойдя сзади, тянется включить кран. Я смотрю на него и тот улыбнулся мне.

Ухмыляюсь немного смеясь и беру мыло. Мочу его и намыливаю руки.

– Спасибо за блины. Очень удивлен.

– Пожалуйста. Бабушка, когда не сильно болела пекла нам, а я помогала и сама научилась всему. Развести тоже смогу, мешать венчиком тоже. Сейчас совсем плоха и ножку отрезали. Часто плачет тоже. Вяжет сидит. Мало чего может, состояние не дает, – я домываю руки и он крепко обнимает, почуяв как тяжело мне это рассказывать.

– Все хорошо, я рядом.

Неожиданно я сама вкапываюсь в его грудь. Парень немного в ступоре.

– Ой, прости…

– За что?

– За все, да и твою футболку взяли…

– А тебе идет!

– Вот бяка ты!

Тот как рассмеется.

– А ты смешная.

– Укушу!

– Не надо!

Тот как сорвется и побежал. Я за ним в комнату. Женщина смеялась с нас, как и парни. В комнате я его догнала и свалила на диван. Села как на брата и стала тыкать. Тот реагировал. Так злобно посмотрела на него и давай мучить. Брат заходит и ржет с картины.

– Сань, я тебе сожалею теперь. Она меня так мучает!

– Террористка маленькая! Серег, помоги!

– Неа! Тут вы сами!

– Засранец! Аа, сдаюсь, Сашуль.

– Ага! Знаю я тебя!

Баба Тоня вечером рассказала все маме и та тоже рассмеялась. Когда она зашла в комнату, я сидела с Сашей. Он делал уроки и рассказывал мне. Даже чем-то смогла помочь ему. Тот поблагодарил чмоком в щеку и я довольная сидела. Так весело проходили дни. В один день деда с мамой приносят нам велосипеды. Я так обрадовалась. Сережу проще научили, а мне было тяжело почему-то. Я расстраивалась и плакала сидела. Деда успокаивал меня. Долго и мучительно даже с Сашей, но я научилась. Ездила уверенно. Саша брал у Сережи и тоже катался немного. Пока брат отходил, я решила попробовать на его. С бордюра доставала до сидушки. С педалями было сложнее. Деда увидел это, помог мне. Подтолкнул и я поехала. Проехав несколько кругов Сережа вышел с бутылкой воды и удивился. Саша с братом тоже за водой сходили и увидев меня на большом, Саша ужаснулся. Вот это эмоции переживания и было за что. Я услышала мотоциклы и пыталась уехать, но эти быстро появились и на скорости неслись на меня. Как могла, отъехала, но последний задевает велосипед, и я сильно падаю, царапаясь и ударяясь.

Саша срывается с дедой ко мне. Я лежу от боли плачу. Первый аккуратно осматривает и деда просит отойти. Деда проверяет на травмы и аккуратно берет меня.

– Сережа, за ключами!

– Бегу, деда!

Брат бежит домой.

– Дядь Сереж, с ней будет все хорошо? – чуть не плача от переживания спросил Саша.

– Надеюсь, кости целы. Лена убьет, когда узнает. Эх… Отвези велосипед и побудь с Сережей. Я поеду с ней в больницу, пусть все осмотрят через аппараты. Все будет хорошо. – Саша стоял уже чуть плакал в переживаниях за девочку.

Деда берет ключи у брата и тот открывает дверь. Меня тихо укладывает деда и идет за руль. Машина срывается с места. Проходит время и я замечаю скопление машин у большого здания. Деда выходит и берет меня. Несет в здание и увидевшие врачи везут каталку. Деда все рассказывает и меня осматривают изначально.

– На аппараты!

Долгое и нудное меня утомляет. Лежа на аппарате засыпаю. Деда в переживаниях берет меня на руки и со слезами целует. От этого я просыпаюсь и смотрю на него.

– Все хорошо, не плакай. – он кивает.

– Сэр, кости целы, но сильные ушибы. Нужно все обработать. На брови останется шрам.

– Ничего не поделаешь, главное жива. Мой малыш, деда не усмотрел за тобой.

– Это я виновата, я больше не буду, – начинаю теперь я плакать.

Деда вытирает мои слезы.

– Все будет хорошо, я рядом.

– Мама будет ругаться.

– И это переживем.

Врачи обрабатывают все раны и ногу, что сильнее ушибла, заматывают под специальный бинт тянущийся. Когда все было готово, врач отдает дедушке бумагу с названием лекарств и тот забирает меня. Мы едем обратно. Возле дома мы припарковались, и деда вышел меня забрать. Перехватил аккуратно и взял на руки. Я увидела Сашу грустного на скамейке и посмотрела на деда.

– Он переживал за меня.

– Конечно, малыш.

– Сашуль… – позвала я того.

Тот услышал мой голос и резко поднялся. Нашел меня глазами и побежал к нам. Саша стал осматривать и машинально взял мою ладонь. Увидев множество повязок и спецбинт, расстроился.

– Все хорошо, ну ты чего? Деда, расскажи ему.

– Хорошо, малыш. Саш, переломов нет, только сильные ушибы. На лице еще шрам останется по брове. Две недели дома точно просидит, эх.

– А можно она у нас побудет? Вам всем на работу надо. Бабушка присмотрит, а я со школы приду и помогу.

Дедушка ведь умный и что-то понял, раз искренне улыбнулся. Мне видимо, еще рано такое понимать.

– Хорошо. Тогда буду приносить с утра.

– А что ходить нельзя?

– Можно, но больно будет и лестницы.

– Эх…

– А можно с ней у вас поиграю?

– Нужно, только маме или бабушке скажи.

– Я мигом.

Парнишка быстро убежал домой, а деда рассмеялся. Пришлось допытать его, и тот сказал, что я Саше точно стала дорога, раз такая реакция. Я улыбнулась. Мама, придя с работы, ругалась, увидев меня такой, но я ее успокоила. Папы хватает на ее голову. Крепко обняв, я стала шептать на ухо:

– Мам, ты у нас лучшая. Мы видим, как папе не нужны. Мы вместе, все будет хорошо. Я упала не сама, меня взрослые пацаны на мотоцикле сшибли, задев об колесо. Я хотела на Сережином прокатиться. Я уже могу, только чуть не достаю. Прости, что расстроила. Я больше не буду. Деда с теми разберется, Саша знает что-то про тех.

– Хорошо, родная. Я так испугалась за тебя.

– Мам, я же ребенок еще и травмы это нормально. Так взрослые говорят. Все хорошо же и это пройдет. Саша сильно переживал.

– Дочка, ты с ним становишься собой. Врачи не знали как помочь, их методы почти не помогали.

– Он добрый, Владу со мной не интересно. Сережа со мной так не играет, как с ним, а меня Саша вечно развлекает. Он такой смешной. Задание ему помогала даже делать, хотя он старше, а тот меня учит школе.

– Это замечательно же. Вдруг вырастите и будете вместе. Сейчас это дружба, а после и семья.

– Мам, маленькая я еще! Вырасти надо!

К ночи издевательства отца были сильнее. Страх темноты большей силой впивался в сознание. Ругачки по поводу этого набирали ход. Ночью порой не могла из-за этого уснуть и засыпала на кровати Саши. Он беспокоился, и пришлось рассказать все.

– Сашуль, а где твой папа? Я его вообще, кажется, не видела с тех пор.

– Он в деревне живет, а мама туда не хочет из-за нас. Говорит, я окончу школу, и переедем. Влад там пойдет в школу.

Я погрустнела заметно.

– Сашуль, ты чего?

– Ты уедешь…

– Ну, ты чего, я же буду приезжать, малыш.

Я посмотрела в его глаза.

– Такие красивые… – тихо сказала я.

– Кто? – удивился он услышанному.

– Глаза… – покраснела я.

– Стеснюля…

Он обнял меня, и стало так хорошо. Я крепче вкопалась в него, от чего тот растерялся даже.

– Никогда, таких как ты, не встречал. Очень добрая, искренняя и заботливая.

– Какая есть.

После я спросила про уроки, и он сразу улыбнулся все понимая. Стал доставать все, и я поближе к его столу села. Его бабушка подходила и видела, как я стараюсь хоть чем-то ему помочь. Мало понимаю, но Саша еще учил меня многому к школе. Вечером забирала мама или деда меня. Я все рассказывала, что с Сашей выучила и те удивлялись мне.

Время шло, и мои раны зажили. Мы все вместе ходили гулять. Я познакомила Диму с Сашей и его братом. Приходил иногда Леша еще. Его компании я была не очень рада. На улице я радовалась играм активным и видела, как мама счастлива, что я прихожу в себя. Это длилось недолго. Брата стали водить на подготовку, и чаще всего со мной был отец. Тот находил моменты поиздеваться. Когда приходил деда, я кидалась к нему в объятия со слезами. Начались опять ругачки, и состояние вернулось только серьезнее. Я сидела постоянно плакала. Было душевно больно. Отца это стало раздражать, и начались еще побои. Синяки стали отговорками, что я постоянно стукаюсь в песочнице или еще где. Саша видел и ему пришлось говорить тоже самое. Я знала, как он отреагирует, так было лучше для всех. Целых три месяца мучений выбили меня из себя. Я стала убегать из дома и прятаться на улице. Деда с мамой стали искать меня. Рядом были гаражи и большой лес. Я даже решила сходить туда однажды. Там было странно очень. Я, боясь всего, но со страхом пошла туда. Стало вечереть, а я маленькими шагами шла вперед. Лучше тут, чем домой.

Послышался вдалеке лай собак. Я сильно испугалась. Через некоторое время они показались у деревьев, и пошли на меня. Страх сковал. Животные подошли ближе и стали рычать. Слезы потекли из глаз, и я подумала, что это все. Они злобно смотрели на меня. Я стала тихо смотреть на палку лежащую рядом. Птицы отвлекли их, и я быстро хватаю ее. Собаки срываются, и я сильно бью одну. Она, скуля, отлетает. Другая собака успевает укусить, но получается проскользила по ноге через ткань платья и порвала подол. Я закричала громко. Третья собака кинулась и стала отнимать палку. Сил у нее было много, и она царапает руки. Как больно.

Слышу удар и громкий скулеж собаки. Меня хватают и прижимают к себе крепко. Сашины руки. Вижу деда, с огромной палкой бьет по собакам и те убегают побитые. Саша поворачивает меня к себе все трясущуюся и заплаканную. Осматривает руки и все. Я резко вкапываюсь в него и плачу.

– Малыш, малыш, мы рядом… Тебя никто не тронет. Никто.

От страха начинаю задыхаться, и тело не слушается. Размякаю и падаю. Саша хватает меня.

– Дядь Сереж, Саше плохо…

– Черт, только бы не перешло в болезнь… Малыш, не отключайся.

– Дядь Сереж, что с ней такое? Она никакая и теперь убегает.

– Отец ее издевается над ней. Понимаешь… не все взрослые могут сохранить семью. Их папа видимо разлюбил их маму и издевается над ней точно. Саша боится темноты теперь ужасно. Ругачки ее зажимают в себе. Я вижу, как она тоже тянется к тебе, как и ты к ней.

– Я люблю маленьких, а она такая хорошая, милая.

Мужчина взял девочку, и нес из леса, разговаривая с Сашей. Тот всегда смотрел на нее, переживая. Я просто лежала и смотрела по сторонам. Тело перестало трясти, и дыхание успокоилось став спокойным. Силы стали кончаться и клонило в сон. Стала засыпать.

– Дядь Сереж…

– Она засыпает, не переживай.

– Переживаю очень. Такая маленькая…

– Ага. Светлый малыш, так привязана ко мне и к тебе теперь.

– Я даже рад этому. С ней даже в душе тепло и хорошо. Я не маленький уже и многое понимаю.

– Я буду рад, если она вырастит, и вы будете вместе. Вы очень подходите. Правду говорят, что такие люди притягиваются. Время покажет.

Мама девочки, увидев дочку на руках у мужчины, заплакала.

– Лен, все хорошо. Платье собаки порвали. Набрела на собак и даже палкой отбить одну смогла. В лес в этот раз ушла, но не далеко. Саша боится такого и это ее любопытство больше.

– Моя девочка… Надо что-то делать с Денисом. Саша страдает от него.

– Лен… Я пытался… Гуляет он, а вы страдаете.

– Значит пора разводиться.

– Только не уходите от нас. Саша привязалась ко мне и Саше.

– Если я увижу, что хуже ей стало, прости, я вернусь к маме с детьми.

– Хорошо, только не запрещай мне видеться с ними.

– Обещаю.

Глава 4

Саша поцеловал в щеку спящую девочку и попрощался с взрослыми. Уходя оборачивался, смотря на спящую девочку.

– Малыш, все будет хорошо. Сейчас я не смогу защитить никак тебя. Я вырасту и тогда смогу тебя от всего защитить.

Мальчик поднялся домой и быстро разувшись, пошел в комнату. Там переоделся и достал свой плеер с наушниками. Зашла в комнату его мама.

– Сынок, что случилось?

– Саша опять из дома из-за отца убежала. Он что-то делает ей, и она бежит от боли. Мам, я переживаю очень… Саша побежала в лес, хотя ее дедушка говорит из-за запугиваний ее отца, она боится темноты и всего такого. Я услышал ее крик из леса и успел. Она отбивалась от собак. Девочку всю трясло от страха, а после стала глубоко дышать ртом и тело обмякло. Начала падать. Видимо паника взяла верх. – мальчик рассказывая заплакал.

Его мама подошла и обняла его.

– Она хорошая, сынок и мне очень нравится. Ты ведь уже не маленький у меня…

– Ты к чему, мам?

– Я и бабушка все видим, как она к тебе относится и ты к ней. Она еще маленькая, но ты.

– Мам, она на сколько брата старше?

– Год с чем-то.

– Это что 7-8 лет разница?

– Ну, даже 8 получается с хвостиком.

– Она вырастит и на меня не посмотрит, такая разница. Вырастит и будет такая хорошая хозяюшка, добрая… – он выкладывал вслух мысли.

– Вот видишь, тебе она ведь нравится.

– Мам, она это… маленькая!

– Жена вырастит! – та смеясь, идет на выход из комнаты.

– Мам, блин! – грозно сказал тот.

– Сам увидишь.

Через две недели отец покупает машину, и я выхожу посмотреть на улицу. Яркая, цвета свежей травы. Цвет как раз в наше время самый популярный. Он копается там, и я подхожу боязливо посмотреть.

– Дочка, хочешь посмотреть?

Я испугалась его голоса и начало немного трясти. Он увидел это и подбежал ко мне. Стало сильнее трясти.

– Отпусти меня… – плача говорила я. – Отпусти мм-е-ння.

Голос сдает, и после чувствую, его убирают от меня. Большие объятия сковывают и вжимают в себя. Одеколон деды и я расслабляюсь.

– Малыш, я рядом. Все хорошо. Ты видишь, до чего ты дочь довел? От тебя ее уже трясет. Ты убиваешь свою дочь, придурок! Она маленькая еще!

– Отец, я исправлюсь…

– Постарайся! Ты теряешь семью… Лена с тобой разведется, и ты не увидишь детей. Такие хорошие дети… Дурак ты!

Деда унес меня подальше, и я успокоилась. Поцеловала его и пошла в песочницу. Там я сама спокойность. После школы приходит Саша, и радуюсь ему. Он дает мне леденец. Я смотрю на это чудо, и он смущается. Он чуть присел как раз, и я целую его в щеку. Тот улыбается мне. Треплю его за щеки.

– Вот ты террористка!

– За то милые щечки. Вон, мои такие же.

Он берет нежно мои. Такие нежные руки. Я смеюсь от его действий и тот тоже. Он идет переодеться домой и после выходит со мной погулять. Последующие дни папа не издевался и я расслабилась. Летом Саша всегда гулял со мной, и мы даже вместе ходили в лес. Я боялась, но тот успокаивал. Их папа стал приезжать и я тоже его увидела. Парни были больше на маму похожи, но и папино имелось. Он привез им велосипеды, и мы ездили по двору. Я немного пришла в себя. В сад почти не ходила. Деда боялся всего. Лето для меня было самым счастливым, ведь отец не трогал, и друзья всегда играли. Сережа к нам притянулся и тоже играл с нами. В этот год Сережу отдали в школу на полную подготовку. Типа нулевой класс. Теперь он был весь в учебе. Я порой сидела и пыталась тоже чему-то научиться.

На выходных папа предлагает поехать за грибами и мама соглашается. Собираемся тщательно и я помогаю. Папа все складывает в машину и усаживает нас на заднее сидение в машину. Я осматриваю ее, и он пристегивает ремни. Мама садится и мы выезжаем. Едем долго и я засыпаю. Укачивало сильно. Мы приезжаем на место, и мама меня будит. Я встаю и мы выходим. Я не я и умудряюсь соскользнуть с подножки. Начинаю падать, и папа успевает поймать.

– Дочка, все хорошо?

Я испуганно смотрю на него, и тот понимает все. Он обнимает впервые за много лет и шкрябает щетиной.

– Прости меня… Я не лучший отец.

Я не смогу простить, это очень больное. Молчу на это, и он отстраняется. Смотрит, словно провинившийся на меня.

Чувствует, что меня потряхивает, и я пытаюсь унять дрожь. Брат подходит и приобнимает. Становится чуть легче и папа отпускает. Брат берет меня за руку, и я смотрю на него. Мама зовет и я, не ответив отцу, иду к маме. Она дает ведерки и маленькие ножечки пластиковые. Боится и ее можно понять. Мама ведет нас в лес и показывает, как собирать все и какие. Папа закрывает машину и догоняет. Мы долго ходили и собрали много. Мама предлагает отнести и перекусить. Все соглашаются, и мы выходим на дорогу. Машину не видно и мы испугались все.

– Рядом же были....

– Лен, далеко не уходили точно.

Тут слышен хруст веток, и я вжалась в маму.

– Мам, это лошадка? А почему рога?

Мама даже побелела от моих слов и посмотрела в сторону.

– Это лоси…

– Мам, а это что хрюшка? – спросил брат.

– Нет или, да, только дикая.

– Не шевелитесь, родные, – сказал папа.

Все стояли как вкопанные рядом. Дикие животные прошли вдалеке от нас, и мы их не интересовали. Там был лосенок прикольный. Они ушли, и мама рассказала, как эти животные опасны. Я очень забоялась. Брат приобнял меня. Это помогало.

– Где же эта сраная машина?! – злился папа.

– Денис, сходи чуть выше, может она там, мы тут с ведрами постоим.

– Хорошо, Лен.

Папа идет по дороге выше и через продолжительное время приходит и говорит, что ее там нет.

– Пап, ты, когда ее закрываешь, она пикает?

– Да, дочка. Что ты хочешь сказать?

– Ты поводи рукой и попытайся открыть ее с кнопки, она же запищит.

Все от меня в шоке стояли и после переглянулись.

– Вот ты умная у нас!

Мама даже рассмеялась на это. Папа стал тыкать на пульт от машины, и послышались звуки пиликанья. Папа сорвался туда и зайдя за кусты, стоял смеялся как больной. Мы подошли и тоже рассмеялись, понимая, что были рядом, а из-за цвета машины она скрылась в листве кустов. Все поставили в багажник и сели пить чай с бутербродами. После немного еще походили по лесу и, убрав собранное в багажник стали садиться. Папа закрыл ремнями, и мы поехали домой. Дома я рассказала бабушке с дедушкой и те были в шоке. Деда сказал, что эти животные затопчут насмерть. Я даже представить боюсь. Главное мы дома и все позади. Мама стала разбирать все с дедой. Я отпросилась и побежала к Саше. Поднялась на этаж и постучалась. Открывает баба Тоня.

– Добрый вечер, а Саша дома?

– Привет, Сашуль, он с братом и мамой у папы в деревне, – я погрустнела сразу.

– А надолго?

– На выходные точно.

– Хорошо, тогда подожду его. До свидания, баб Тонь.

– До свидания, родная, не грусти.

– Хорошо.

Я убежала вниз и грустила в своей песочнице. Деда вышел погулять с бабушкой, и бабушка заметила мою грусть. Она молчала, но через некоторое время меня обняли большие ладони. Только деда так обнимал. Я вкопалась в него.

– Малыш, ты же к Саше хотела.

– Он у папы с семьей.

– Ну не грусти, приедет же.

– Хорошо.

Все выходные я прождала его и не увидела. Гулять больше не ходила, сидела у окна. Деда видел грусть. Дима стал выходить часто, и я ненадолго заставляла себя выйти. Долгое время Саши не было, и я скучала по нему. Я не отрицала этого при взрослых. Больше не поднималась к нему, боялась услышать, что его нет. Поникла очень. Скоро день рождения и мама обговаривала с родными его отпраздновать. К бабушке и дедушке по маме мы редко ходили из-за отца. Я была против празднования всего, но маму это не убедит. Бабушка по папе как могла, помогала маме, пока та была на работе. Я подходила к ней, и она просила почистить вареное. С этим я быстро справилась. Больше мы ничего не могли. К вечеру пришла мама, и подарила мне панду плюшевого с куколкой. Я была этому очень рада. Деда тоже вернулся с работы и ставил стол. Мы помогли его разложить. Нашли скатерть и постелили. Тут деда привлек мое внимание и подарил красивейшую Барби. У нее было такое красивое платье. Я была безумно рада. Мама с бабушкой давали мне блюда и с братом носили на стол. Через время стали приходить гости.

Первым был Дима с мамой и сестрой. Они подарили мне набор в песочницу. Я была очень этому благодарна. После пришли еще соседи. Зачем их не понимаю. За ними бабушка с дедушкой по маме и подарили большой домик с маленькой куколкой. После подтянулась мамина сестра с ребенком. Та такая маленькая и умудрилась добраться до домика с куклой и переломать многое. Я была очень расстроена этим и сидела плакала в комнате. Вдруг меня обнимают нежные дорогие душе руки.

– Саша… – я крепко отнимаю его и вкапываюсь.

– Малыш, с днем рождения.

– Спасибо. Я так скучала, ждала тебя все время.

– Прости, малыш. Папе надо было помочь с домом.

Я отстраняюсь и смотрю в его глаза, так манят.

– Ты такой красивый… – смущаясь, сказала я.

– А ты как принцесса прям, изумительно красивая.

– Засмущал меня. – вытирает мне слезы.

– Кто тебя обидел, малыш?

– Двоюрка. Баба с дедой мамины подарили домик… Идем, покажу…

Тяну его, и тот смеется. Как мне это нравится. Показываю домик, и тот удивленно рассматривает.

– Ого, такой я еще не видел прикольно и мебель даже!

– Да, только вот…

Показываю сломанный стол и стульчик.

– Я видел только малявку на руках.

– Это она. – грустно говорю я. – Она на 3 года меня младше и все ломает вечно. Не люблю, когда она приходит. Бесит!

– Малыш, это тебе… – смущаясь, ответил Саша.

Я посмотрела на руки его и увидела зайку красивого.

– Какой красивый, но ты красивее. Спасибо, – целую в щеку и прижимаю, обняв к груди игрушку.

– Ты такая милая. Не переживай, приклеим сломанное.

– Обещаешь?

– Обещаю, Сашуль.

– Спасибо тебе, Сашуль. – мы немного рассмеялись.

Пришлось спрятать от этой мелкой, еще заберет, а это подарок от Саши. Теперь мне он также дорог, как и сам Саша. Я потянула его за стол и в этот момент деда с мамой несли торт со свечками. Они были зажжённые. Я посмотрела на рядом сидящего Сашу и увидела его радость. В душе разливалось тепло. Он сказал, что нужно задуть, и я пошла. Набрав воздуха, сильно подула и свечи потухли. Все стали хлопать и поздравлять. Я была счастлива. Мама убрала свечи и отдала дедушке, а сама нарезала тортик. Попросила немного. Саша помог мне и поухаживал в этом. Я поблагодарила за заботу, и взяв ложечку, стала отламывать. Положив кусочек в рот, стала оглядывать всех. Гостей было много. Сашины пришли без папы правда, бабушка и дедушка с двух сторон, соседи, Дима с сестрой и мамой и еще знакомые всякие, но кого не было точно – это отца. Мама поняла, что я разглядываю всех и чуть толкнула деда рукой. Он посмотрел на нее, и какой-то жест показывал на меня. Эх…

Я не хотела слушать это все и просто показала, чтобы деда остановился. Он знал этот жест и понимал, что я не хочу об этом говорить, мало того, чтобы гости знали. Кивнул понимая. Я забрала мальчишек, а после детвору и мы играли в другой комнате. Когда гости стали расходиться, я помогла маме и была удивлена Саше, что тот остался помочь. После тот отпросил меня погулять. Мама разрешила, но деда сказал переодеться. Я послушалась. Деда помог с платьем, и я надела штанишки с футболкой. Все бы ничего, но когда наступил вечер пришел отец. Он зашел домой, как ничего и не было. Вышла мама с кухни.

– Денис, тебе не стыдно? У дочери день рождения, а ты и в этот день гуляешь. Она ждала тебя!

– Мам, не надо… – она даже посмотрела в сторону голоса и увидела подошедшую меня в межкомнатном проеме. – Мы ему не интересны это видно по лицу.

– Даже детей против меня настраиваешь!

– Они и так видят.

– Мы не глупые и все видим сами без маминых слов. – добавила я.

Мама не стала скандалить все, понимая, но вышел деда на ругачки.

– Денис, совести у тебя нет совсем! Это твоя дочь! Раз ты хочешь гулять – гуляй, но дети не виноваты! У ребенка день рождения, а ты шляешься.

– Прости, дочка, с днем рождения.

Он подходит и обнимает, царапая щетиной. Я от боли резко отстраняюсь.

– Больно!

Потираю щеку рукой и отхожу, вкапываясь в дедушку.

– Малыш, я рядом.

Я киваю ему заметно, и тот видит все. Как я поняла, отца после семейной поездки хватило ненадолго, значит это все. После этого дня жизнь стала протекать очень тяжело, состояние паники никуда не делось, и морально скатывалась все хуже. Каждый день ругачки, благо в саду было тихо, и там я была собой. После сада мы ездили на подготовку с мамой. Брат учил уроки с дедушкой, а после нашего приезда с мамой. Я уходила гулять. Саша готовился к экзаменам, как он сказал и не часто выходил. Чем дальше по времени к концу года, тем меньше я его видела. За то Дима гулял постоянно. Так и гуляла с ним, играя. В выходные мы все вместе катались на велосипедах или же играли в разбойников.

Год пролетал быстро. Зимой так не погуляешь и Саша звал к себе играть, чтобы не мерзнуть. Учебный год быстро подходил к концу и Саша совсем пропал. Сдает, наверное. Как сдаст все, будет играть со мной. Но это была всего лишь мечта маленькой девочки, что разбилась в прах, когда прошли летние каникулы. Я очень грустила по этому, но Дима разбавлял все. С мыслью, что Саша очень занят порой, играла в одиночестве. Отец стал устраивать скандалы на скандале. Я садилась на пол и зажимала голову с ушами от этого. Врачи совсем не помогали. Я понимала, что надо становиться сильнее.

Глава 5

Сентябрь. Первый класс. Я такая красивая с бантиками иду в школу. Много красивых букетов у всех, молодая учительница. Вот повезло. Хоть что-то радовало. Учиться я ходила с удовольствием. Учитель вырезала из открыток различные картинки и за правильные ответы давала нам. Так был большой стимул учиться. Эти картинки, собирая 5 штук можно было обменять на пятерку. Со мной в учебе проблем не было совсем. Я из класса была самой умной и схватывала все новое очень быстро. Дома мучились только с братом. Я старалась ему помочь, где понимала. Вместе с мамой сидели, объясняли по темам ему. Класс у меня был дружный и проблем я маме с поведением и уроками не доставляла.

Также как и мама, деда хвалил меня. Папа не подходил совсем к нам. И на очередном скандале мама высказала ему все. Это было зря. Когда тот был дома, не давал мне одной сделать уроки. Первый класс начинался с рисования елочек по клеткам, чистописания и всякого на развитие руки к письму. Мало математики и больше чтение. В этом проблем у меня не было. Отец решил показать свое, типа, что он участвует в нашем обучении. Заставил дать тетрадь и, увидев непонравившиеся елочки, домики и крючочки, стал вырывать листы тетради. Я переписывала листами. Он кричал на меня. Приходил деда с работы и увидев заплаканную меня, гнал того подальше. Я показывала все ему и деда был на того зол.

От этих ругачек мое здоровье стало хуже. Отец ходил вечно злым, и опять делая уроки на меня орал.

– Мне учитель сказала, что я нормально все делаю, хватит придираться! Она сказала не рвать листы.

– Я сам разберусь, как и что! Учить еще меня будешь!

Он ударил меня. Боль по телу резкой волной прокатилась. Слезы лились ручьем и так неделю учебную точно продолжалось. Синяки заметил брат и рассказал маме. Вот тогда началась пытка, ругачки родителей и мой контроль, что был, ушел в небытие. Отец на мне не остановился. Брат хуже понимал все и в один день я не выдержала. Высказала, чтобы он катился гулять, где обычно гуляет и оставил нас в покое.

На эти слова он был в ярости, и взяв под рукой ремень от его джинс, стал с силой меня бить. Мой крик боли был громким. Прибежал брат и увидел это. Отец успел нанести побои несколько раз. От боли я упала на пол. Брат кричал на него, чтобы тот прекратил. Так тот и не думал останавливаться на этом, и уже с яростью доставалось брату. Я встала из последних сил и закрыла своей спиной брата. Пришла в нужный момент мама и с ужасом смотрела на нас. Мужчина остановился. Мама пыталась помочь, так тот, бросив все, обулся и прочь из дома.

Мама подбежала к нам и со слезами на все смотрела. У брата и меня остались нормальные рубцы на спине. Теперь помимо морального, еще и физическое. Бабушка по маме стала нас забирать и отец больше взбесился. Мама устала все терпеть и собирает все вещи наши. Хорошо только одно: бабушка в соседнем почти доме живет, и пройти два дома это ерунда. Отчасти я вздохнула даже, тирана больше нет, но я скучала по дедушке, друзьям и особенно Саше. Последнего совсем не видела. Отец и у бабушки нас доставал, мама от нервов исхудала совсем, а у меня здоровье сильно пошатнулось. Так сказала мама бабушке, когда мы были у врача. Проблемы пошли на сбой всего, и я стала полнеть. Кушать толком не ела в школе, дома кое-как заставляла себя. Училась я все также хорошо и мама радовалась этому, а вот брату было тяжело. Где могла, помогала ему.

В третьем классе я стала замечать, брата в школе чаще. Он ходил по кабинетам и один близь нас был. Я всегда была в классе, почти не выходила на перемены. Из-за чего? Да даже не знаю, может замкнутость. С одноклассниками тоже не особо контакт был. Захотелось помыть доску, и я подошла к учителю.

– Юлия Юрьевна, можно помыть доску?

– Конечно, Сашуль. После еще выжми хорошо и пройдись.

– Хорошо.

Я улыбаюсь ей губами и иду к доске. Там беру тряпку и направляюсь в женский туалет к умывальнику. Мама всегда говорила, что нужно помогать, вот и учителю помогу. Мочу в воде и выжимаю тряпку. Закрываю кран и задумчиво выхожу в коридор. Неожиданно врезаюсь больно в кого-то. Тот аккуратно меня хватает, удерживая от падения, и после осматривает. Я поднимаю лицо и шокировано смотрю на того, не в силах что-то сказать.

– Сашуль, ты как? Сильно ушиблась? – я, пугаясь от тона голоса, закрываю на секунды глаза и пытаюсь унять испуг. – Что с тобой?

– Это страх.

– Кто с ней это сделал???

Брат, опустил голову, тяжело дыша.

– Отец....

– Боги… Неужели все так плохо?

– Да. Мы живем рядом у бабушки с дедом по маме. Отец тарабанил в дверь, приходил. Саша всего боится.

– М-не н-на-до ид-ти…

Испуганно вырываюсь из его рук. Бегу в класс. Учитель не знал о проблеме и испугалась. Меня одергивают и прижимают к себе. Это брат, его я всегда узнаю.

– Учитель, все хорошо. Я помогу ей и уйду.

– Что случилось?

– Вам не нужно знать, прошу только не допускать испуги, стрессы и все такое. Сестра морально нестабильна.

– Боже… Хорошо.

Брат успокаивает меня, и я отхожу. Вижу позади Лешу. Он чуть не плачет, глядя на меня. Я киваю брату и иду мыть доску. Парни смотрели на меня стояли в дверях, а после звонок и они ушли к себе. Чую, Леша устроит допрос. Навожу чистоту и сажусь на место. Учитель встревожен от увиденного. Она берет себя в руки и начинает урок. Я отвечала активно. Она придумала мотивацию всем, как тогда: вырезала картинки с открыток и за правильные ответы давала нам. Накапливая 5 штук, меняла на оценку. Мама радовалась моим успехам, я каждый раз показывала и хвалилась этими картинками. Так я стала отличницей круглой в классе. Все три класса держала планку.

Четвертого у нас не было, и переводили в пятый сразу. Отец предпринимал попытки достать меня на улице, а я так редко гуляла. В один день он прям до слез достал меня. Я ухожу домой и плачу там. Мама пришла с работы и ужаснулась. Я все рассказала ей.

– Мам, я хочу отрезать волосы.

– Зачем дочка? – мама была удивлена.

– Я устала с ними.

Но причина была в другом. Этим я хотела показать, что буду сильнее и начну противостоять всему. Нужно было что-то поменять.

– Хорошо, пошли к знакомой сходим.

Я этому обрадовалась. Одеваюсь и мы идем в сказанное место. Подруга ее, увидев меня, была в растерянности. Когда мама сказала обрезать волосы мне, та встала в ступор.

– Теть, куда садиться? – вывела ее из ступора.

– Сюда, на это кресло.

Я усаживаюсь, и она начинает надевать накидку с всякими манипуляциями. Расправляет мои волосы и спрашивает маму как делаем. Мама задумывается и просит по плечо. Девушка начинает работать. Через 20 минут я смотрю на себя и удивляюсь. Мне так лучше это точно. Поблагодарив ее, я радостная возвращаюсь домой с мамой. Столько лет были волосы до попы, а сегодня все – конец косичкам и свободу голове.

Брат пришел со школы удивился. На следующий день в школе тоже все взгляды одноклассников на меня были. Я, как ни в чем не бывало, села за парту и все уроки занималась. После столовой я подошла к большому окну и стояла любовалась. Меня аккуратно приобняли и я почуяла знакомый одеколон.

– Привет, Леш.

– Привет, Сашуль. Я тебя еле узнал. Зачем отрезала такие красивые волосы?

– Захотела и попросила маму.

– Мне так нравилось смотреть на тебя с косичками.

– И к этому можно привыкнуть.

Я отхожу и поворачиваюсь.

– Смотри не влюбись еще в такую, как я…

Парень удивлен словам, а я без эмоций возвращаюсь в класс. Он заходил, и стоял у двери, наблюдая за мной. Беспокойство, это не к чему. Так и проходит еще год, и я перехожу к старшим и тоже начинаю ходить по предметам. Каждый кабинет свой предмет. Справлялась как-то, но на отлично уже не лезла. Дома мама была не одна, и я удивлена приезду тете.

– Сашуль, привет. Мы тебя ждали.

– Привет, теть, а зачем?

– Понимаешь, Катя пошла в первый класс и мне очень тяжело ее забирать. Ты можешь ее приводить домой со школы?

– В принципе, могу. Пусть тогда в классе ждет, сидит. У кого она?

– У Юлии Юрьевны.

– Офигенно! Мой любимый учитель.

– Серьезно?

– Мам, а ты что не рассказывала? – удивилась я.

– Нет. Маш, она только выпустилась из начальной школы, у нее 3 года она была. Вышла отличницей, учит учитель хорошо, да и добрая. С Сашей проблем никогда не было в учебе, а вот с братом ее да.

Сестра мамы даже немного удивлена.

– Хорошо, значит, учеба будет хорошая и не трудная.

– Надо и уроки поучу.

– Хорошо.

На следующий день на перемене я пошла к двоюрке. Рядом был урок у брата, и он со свой бандой пацанов увидев меня, удивились. Я захожу в класс и учитель удивлена. Подхожу к ней и обнимаю ее. Она рада мне.

– Сашуль, так рада тебя видеть.

– И я. У вас теперь моя двоюрка учится Катя Миронова, я буду за ней приходить ,и если что пишите уроки на листочке. Ее мама попросила ее домой водить. Работа у взрослых, а мы на побегушках как всегда.

– Не боишься? Она вроде не близко живет.

– Как мне до дома дойти. Столько лет пешком через нашу оживленную дорогу и ничего.

– Ты одна ходила???

– Да, деда не всегда мог, а мама вся в работе после расставания с папой. Переживем это, не переживайте.

– Ты сама как?

– Не знаю… Тяжело.

– Тебе надо отвлечься.

– Знаю.

Подбегает сестра и обнимает.

– Привет, бандитка! Ты смотри мне, учитель меня еще учила и я вышла отличницей. Учись хорошо, чтобы не жаловались на тебя.

– Ну, сестрен.

– Ну, понукай мне! Мелкая вредина! После уроков сиди тут, я приду за тобой, пойдем домой.

– Хорошо, сестрен.

Все на нас так смотрели из ее класса.

– Беги за парту, я тоже пойду на урок. Хорошего дня, учитель.

– И тебе, Сашуль. Такая умница стала.

Я улыбаюсь немного и иду на выход. Неожиданно на меня кто-то в коридоре налетает, и я сильно падаю. Начинаю плакать и нежные руки меня поднимают и осматривают.

– Сашуль, прости…

Он вытирает слезы, и я смотрю на него.

– Ты кто? – я пугаюсь его.

– Я Слава.

– Я тебя не знаю… Оставь меня в покое!

На это подбегает брат и отгоняет парня.

– Слав, отойди, я сам… Саш, где болит?

– Рука сильно. Все остальное так себе, – он обнимает и становится легче.

– Серег, я не специально…

– Слав, сколько раз говорил, что тут малявки, а если бы их сбил? Огребешь от родаков их жесть, видел, как Миху Золотова отчитывали, хватило.

Я смотрю на брата, и он понял все.

– Он тоже тут учится на два класса старше.

– Вот бы его увидеть. Сколько лет не видела, дружили же…

– Увидишь. У тебя сейчас какой и что тут, к учителю приходила?

– Ну и это тоже. Катя же тетина тут теперь.

Он удивлен даже и смотрит на дверь, а после на меня. Я даже улыбку чуть растянула.

– Рассказывай.

– Ты как всегда! Да что рассказывать… Она попросила ее домой водить сами в работе. Вот, знаешь я по их семье фигею. Они на работе, а ребенок брошен. Нафиг мне это надо? Мы всегда топали сами, деда настаивал, и мама всегда с нами была. У нее тоже работа и что?

– Саш, богатых не понять, но то, что они спихнули на нас – это не тема.

– Надеюсь это временно, я тоже учусь, и отставать не собираюсь.

– Сер, а это точно твоя сестра?

Я смотрю на брата и недобро лыблюсь. Тот понял тему и кивает. Я отхожу от брата и с силой ударяю в живот, так как еще маленькая по росту. Тот сгибается от боли, а все увидевшие ржут над картиной. Я ухожу от них, поднимая руку в жесте для брата, и он понимает меня.

– Квиты, Слав! – кричу тому уходя.

– Офигенная! Не боится даже вдарить!

– Лех, ты не видел, как она мелкая меня мутузила. Жесть прям, рука у нее тяжелая, вот вырастит и держись. Мужу не повезет точно.

– А вдруг, она будет доброй как и была?

– Не будет… Отец убил в ней хорошее все. Она старается держаться.

– Капец…

После уроков я забрала сестру и отвела ее домой. Погрела, накормила тем, что имелось, и учила уроки. Время уходило капец. Позвонив по-домашнему тете, та сказала, что задерживается. По ее приезду я не стала держать в себе и сказала, что мне тоже надо уроки учить. Мало того нянькой я не нанималась, пусть находят выход из всего. Мама же находила. Та была в шоке от моей прямоты и сказала только, что найдут вариант. Только это все пустая болтавня была. Маме та все рассказала и она уже решила еще у меня узнать. Я сказала как есть и она меня поддержала.

Я понимаю семья, но ради нее гробить свою учебу я не собираюсь. Такая уж я. Терпела я недолго. Оценки пошатнулись. Мне это надоело, и я стала только забирать и приводить домой. Не маленькая посидит в семь лет. Я возвращалась домой и садилась за уроки голодная. Бабушка переживала. В один из дней я шла на урок, задумавшись, и неожиданно меня крепко обнимает взрослый парень. Испуг взял свое, и я боязливо поднимаю голову. Смотря на него, покатились слезы.

– Привет, малыш. Какая ты взрослая стала. Сережу видел, он и рассказал, что вы тут.

– Мишуля…

Я вкапываюсь в него, и меня не интересует окружение.

– Ну чего ты, малыш?

– Я скучала…

– Я тоже. Где вы сейчас, как ты?

– Мы с бабушкой по маме живем, дом недалеко, в сто двадцатом. Я не оправилась, все также… Брат смог понять, как отпустить это. Пытаюсь перебороть.

– Так близко и я не видел тебя… Как же тебе помочь?

– Никак, Машуль, никак. Это тяжело, но я оправлюсь, я должна.

– Малыш, я переживаю за тебя. Волосы отрезала свои красивые.

– Надоели. Еще короче хочу…

– Малыш, не надо.

– Так я покажу в себе силу, все равно некрасивая, что терять-то?

– Ты очень красивая. Вот вырастишь, если тебя Саша не заберет себе, я заберу и будешь моя.

Я офигела от его слов.

– Но… Я не смогу… – растерялась от этого.

– Тебе что он не нравится? Он так за тобой бегал, все думали, что ты уже его.

– Нравится, очень… Но он на меня такую и не посмотрит. Здоровье слетело, стала полной, уродливой. Только и обзывают все. Он найдет в деревне красивую, я ему не нужна больше…

– Малыш, а ну прекрати! Он говорил, что только ты в его сердце, – он вытирает мои слезы.

– Правда?

– Да, вот увидишь сама.

Меня обнимают за плечи и чую парфюм брата.

– Серенька, привет! О, Леха тоже тут.

– Мишань, привет, родной. – брат его поприветствовал и они пожали руки.

– Мишуль, я пойду. Не пропадай, прошу.

– 2 года доставать еще буду.

Он чмокнул в щеку, и я пошла в кабинет. Обернувшись, увидела провожающий взгляд Леши. Мне пофигу на него, хотя и симпатичен немного.

Глава 6

Я была тихоней в классе. Училась, за всех в классе отвечала, как всегда. После стала замечать непонятное отношение учителей, занижение оценок. Старалась усерднее, а после стала плевать. Появились мобильники, и какой бы дерьмовый не был в то время, мама купила сим и я отзванивалась ей. Со временем она купила нам клавишный современный. Умирает бабушка по папе, и я замыкаюсь очень. Учителя увидели это, и давай давить. Я старалась не думать об этом. Брат ходил какой-то озлобленный и тоже стал на мне срываться. Говорить с ним было тяжело. Мама пыталась на него повлиять как-то, и вроде помогло и то на время. Она дарит нам компьютер, но сидит вечно брат. Все рефераты писала вручную. Бесило это, но и мама с этим ничего не смогла поделать. Паспорт у меня уже был, и я нахожу работу официанткой. Было очень тяжело, но накапливаю денег и собираю себе хоть какой-то комп.

Лезу в соц сети, чаты и начинаю забываться там. День рождение уходит в попу с долбанным тортиком, и хватит на этом. Дни потянулись в моей жизни просто адские. Помимо брата и бабушке вечно не нравилось что-то. Стали ругачки частые и от брата побои даже. В классе была одна девочка и ее заклевали учителя. Сдружились мы как-то вдвоем. Это продлилось недолго. Она перешедшая из другой школы и ушла по повелению мамы в другую. Так я стала с ней сближаться наоборот. Она приглашала к ней в частный дом, и мы проводили вместе время. Ее мама с папой меня полюбили. Я ей доверяла. Услышав о брате, и что творилось в моей семье меня поддерживала. Этим я чувствовала себя собой. На шестой класс началась просто жесть, и я стала прогуливать уроки. Учителя тыкали мне про непутевого брата. Что я сделаю? Мне было пофиг, пусть сам разгребает. Когда дошла до крайнего, я сказала маме, что не пойду в школу. Та была в шоке. Из-за Сережи ее вызывали к директору, тогда мама забирает документы и отдает в ближайшую к дому. Зайдя в класс с руководителем, я офигела. Сидел мой друг детства Дима, но по виду ужас какой испорченный. С идиотами явно дружит. Увидев меня, глаза сразу округлил. Там же и сидел еще один Дима. Он жил напротив дома бабушки и тоже играли как-то. Учитель говорит садиться, и я прохожу. Сажусь к девочке и достаю все.

– Привет, я Марина.

– Привет, я Саша. Класс дружный у вас? – та делает странную мосю и меня даже улыбнуло. – Понятно. Весело будет…

– Что есть, отучиться бы и пофигу.

– Согласна.

Первые месяцы ко мне присматривались. Учителя прям хорошие попались на мой взгляд. Они очень ко мне расположились, и я даже помогала им порой. Учиться стала хорошо, но класс был просто ужасен. По всему виду их шалавы и больные пацаны. Смотреть даже противно, а слушать подавно. Терпела, стараясь не обращать внимания. Так одному это не понравилось. Он стал доставать. Я любила фильмы о борьбе и с братом дрались часто. Не знаю откуда смелость, но я того скручиваю машинально при всем классе. Все офигели.

– Отпусти! Отпусти, зараза гребанная! – я нажимаю коленом и тот орет.

Забегает учитель по биологии и от картины в шоке.

– Простите, учитель. Терпеть его надоело.

– Я тебя понимаю, Сашуль. Отпусти его.

– Еще раз ко мне пристанешь, не пожалею…

Отпускаю его, и тот встает. Я отхожу, и на моем лице рисуется гнев. Он посмотрев на меня, испугался.

– Уродка! Тебя к директору надо!

– Скорее ты там окажешься! Бедный учитель, вообще ее не уважаешь! Постоянно доводишь милого человека! Что она тебе сделала? Она ведет хорошо урок! Я тоже тебе помешалась, так давай… Хочешь драться? Начинай! Я не боюсь!

– Перешла и главной себя почуяла?

– Да мне похрену на ваш класс, не поверишь! Я одиночка и даже дружба мне ваша к черту не сперлась, особенно с таким уродцем как ты! Такого уродца только найти надо! Дима, я тебя с детства знаю, родной. Как ты мог с таким отродьем сдружиться? Больные уроды, да еще на иглу посадят! Мне рассказали о веселом классе вашем, и от учителей слышу многое. Этого учителя я тронуть не дам! У кого кулаки чешутся, после школы можно решить. Сейчас сел за парту, и тихо слушаешь учителя, иначе будет худо! И знаешь мне похрену, даже если меня выгонят из школы… Я. Ничего. Не. Боюсь!

Димы даже рот открыли. Особенно тот, что меня с детства знает. Из-за всего я становлюсь злобной. Значит, быть мне такой. Пора измениться. С завтрашнего дня начну. Отхожу к учителю и обнимаю ее.

– Я не дам вас в обиду.

– Что случилось?

– Я после урока расскажу наедине.

– Хорошо, ты в порядке?

– Буду, брату не говорите об этом только. Ругаться будет, я устала от боли, – та отстраняется от меня и с ужасом смотрит. – Все после. Начинайте урок, на ваши уроки я хожу с удовольствием. В другой школе мне учиться не давали, и я восстанавливаюсь.

Она кивает, и я ухожу на место. Урок прошел удивительно тихо. После звонка сгребаю все и подхожу к учителю. Она заводит меня в свой кабинет и закрывает дверь. Я рассказываю все как есть и та ужасается от услышанного.

– Тебя трясет от всего такого?

– Да, я поняла, как унять все, но это уводит в злость. Доброй как раньше я не буду, теперь я сильно изменюсь. Я вижу, как они вас обижают и он зачинщик, я этого не позволю. Вы очень добрая и эти уроды не дают везти урок. Надо будет, я применю всю злость. С братом дерусь порой. Стычки есть везде.

– Кошмар. И ты так живешь?

– А выбор? Я хочу, чтобы мама была в порядке и все. Никто мне больше не поможет.

Я обнимаю ее и она меня.

– Простите меня. Никому прошу… То у мамы нас отнимут, я хочу доучиться, я смогу…

– Хорошо, я поговорю с учителями.

– Они сдадут меня службам.

– Нет, они поймут.

– Хорошо, я пойду… Скоро звонок.

Попрощавшись, я выхожу и иду в кабинет. По пути моя классная идет. Я чмокаю ее в щеку и убегаю. Вижу ее улыбку. Очень она мне нравится. Прибегаю к классу и захожу. Нахожу свободную парту и сажусь. Подходит один из тех.

– Это мое место, пошла отсюда.

– Покажи где написано?

– Да ты офигела!

– Ничуть! Свободное было, я и села. Ваши парты сзади, вот и вали, – поднимаю глаза и тот даже нервно завошкался. – Топай!

Тот, оглядываясь, пошел. Звонок прозвенел, и много народу зашло после. Дима посмотрел на места и пошел ко мне. Я ни с кем не разговаривала и открыла тетрадь для урока.

– Сашуль… – тихо произнес мое имя Дима второй.

Я поворачиваю голову на бок.

– Что, Дим?

– Что случилось? Ты была такой милой.

– А сейчас, что уже не нравлюсь? А да… Злая, полная и ужасная. Конечно, такая никому не понравится. Надоело терпеть все. Я больше не та добрая, милая и красивая. Ни с кем не дружу и не заставляю…

– Сашуль, ты добрая.

– Не мне судить…

Учитель стала говорить тему, и я ее знала.

– Кто выйдет к доске и решит все?

– Можно я?

– Реймонд, идем. Фамилия какая интересная.

– Какая есть, учитель.

Встаю и иду к доске. Она дает специальную книгу и говорит номера. Кладу на стол и начинаю писать задание. Две минуты смотрю на условие и быстро начинаю решать. После поворачиваюсь, и та в шоке смотрит.

– Откуда ты перешла?

– Англо-экономическая школа со спец уклоном. Трепали по программе нас жестко, а ваша программа туфта по сравнению с той.

– Ничего себе! Реши четвертое…

Я смотрю на задание.

– Да запросто!

Отхожу на боковую зону и пишу все. Анализирую с минуту и пишу все странным способом. Та подходит и даже рот открыла.

– Ты и это знаешь?

– Плевое дело, учитель. Три способа решения этого: через подставление переменной, нахождение путем подставления Х как неизвестной или этим.

– Садись, 5. Вот какой уникум к нам пришел.

– Да, не… Я не все знаю, – я иду садиться.

– Это тяжелое самое.

Я останавливаюсь на месте и поворачиваю голову к ней.

– Это??? Да ладно? Я хуже видела и там помучиться, чтобы решить все.

Та явно не ожидала такого ответа. Я улыбнулась боковой улыбкой и села за парту. Дима посмотрел на меня так же, как и учитель. Это, прям, рассмешило и улыбка сама вырвалась из меня. Учитель еще вызывала тех тупиц, и они не могли ничего решить. Я тянула руку и подсказывала им. Уважение учителя я получила явно. Звенит звонок, и я сгребаю все в рюкзак спортивный. Быстро выхожу и иду на улицу. Я успела купить пачку вафель в магазине. Мама дает на обед, но я почти не трачу. Коплю и сегодня зайду в магазин косметики потрачусь немного.

Сажусь на лестницу столовой и спокойно жую.

– Сашуль… – я пугаюсь и нехило так.

Перестаю моментально есть и медленно поворачиваю голову к говорящему. Там друг детства Дима. Увидев, как тогда мой испуганный взгляд, он резко обнимает меня.

– Прости меня, прошу… Я думал, ты оправилась.

– Нет, Дим, стало только хуже. Это мешает мне жить.

Тот понимает, что меня не трясет и отпускает.

– Как ты мог с ними схлестнуться? Они тебя на иглу посадят, ты посмотри на этих ушлепков. Вас вся школа учителей ненавидит и все за них! Это меня учителя уважают.

– Не с кем дружить.

– Дима Соколов хороший. С ним дружи, кто не дает, но не с ними. Я рядом и не смогу тебя оберегать от их дерьма. Ты посмотри на Леху… Убожище! Да и два Антона. Только один с Веталем крутого строит. Больше меня, а толку 0.

– Ты драться научилась? Хорошо, я не буду с ними дружить. Почему ты в столовую не ходишь?

– Я не умею драться, по фильмам движения запомнила немного. Люблю такое с Серегой смотреть. Вот он занимается, ходит. Не хожу, потому что экономлю. Не зная мою жизнь, лучше в нее не лезть… Она явно тебе не понравится.

Резко встаю и иду в сторону входа в школу. Там стоял брат с Лешей, Славой и еще тремя парнями.

– Ооо, Шурик!

– Сам такой!

– Сер, она девочка! – защитил меня Леха.

– Этому придурку только в мозги вбить осталось, не понимает он.

– Поговори мне!

– А то что? Своим захватом увалишь? Только это и выучил!

– Не нарывайся!

– Я тебя не боюсь… Мне пофигу! – парни даже рот открыли все.

– Ты что ее бьешь?

– Не твое дело!

– Мое! Она девочка!

– И что? – парни офигели с него.

Я прохожу, мимо жуя вафлю. Злая иду на уроки и меня не трогали. На музыке сижу и жую. Классная так больно посмотрела на это и все поняла. После урока я шепнула ей, успокоив и поцеловав, стала выходить. Заходил класс брата и тот сильно толкнул плечом. Я упала, ударившись сильно. Парни увидели это и подбежали ко мне.

– Серег, ты идиот!

– Моя сестра, что хочу то и делаю.

Встаю с болью, но держу слезы, чтобы не показывать как мне больно. Ничего не говоря, вырываюсь и ухожу на урок. Дима Соколов заметил неладное со мной и подбежал.

– Сашуль, что такое?

– Ничего…

– Саш!

– Что, Дим? – смотрю на него, и он видит скопившийся слезы.

– Тебя кто тронул?

Я отворачиваюсь от него, и слезы текут по лицу.

– Да.

– Кто?

– Брат толкнул и я упала. Рука болит очень.

– Пойдем к медикам?

– Не пойду…

– Дай посмотрю…

Я протягиваю руку, доверяя ему. Зачем это делаю, не знаю. Он аккуратно снимает рукав кофты и осматривает.

– Синяк будет нехилый явно. Ушиб точно, лишь бы не хуже. Вот он придурок.

– Привыкла уже. Мама не видит это… Никак не показать этого.

– Я не дам тебя в обиду в школе.

– Ты не сможешь, он на борьбу ходит говенную какую-то. Как-будто тут нет рядом ничего.

– У нас в школе открылась.

– Ну вот. Садись за парту, сейчас урок начнется. Переживу и это.

Он кивнул и сел. Я удивлена, что тот пересел ко мне. Он только улыбнулся на это, а я завела глаза возмущаясь.

– А ты милая, когда злишься, – я смотрю на него боком.

– Нравится такой видеть?

– Если да, то что?

– Скоро ужаснешься, – тот нервно сглотнул.

В конце дня я выхожу из школы и вижу деда. Бегу к нему и крепко обнимаю. Боль отдается адская, и я чуть проседаю даже.

– Малыш, что такое? Кто это сделал?

– Сережа… Он бьет меня после отца. По телу синяки везде. Это сегодня он сделал толкнув. – показываю руку.

Деда ощупывает и, нажав на больное я стала плакать. Подошел Дима Соколов и поздоровался с дедой.

– Ого, Дима тоже тут.

– Он и тот Дима мои одноклассники.

– Малыш, надо бинтом эластичным…

– Хорошо, деда. Ты как? Я скучаю очень, – вкапываюсь как тогда в детстве, и плачу.

– Малыш, как я… Плохо без вас. Отец жениться собрался на той.

– Срать мне на него. Ты важнее.

– Я знаю.

Деда гладит меня по голове и успокаивает.

– Дедуль, привет, – слышу голос брата.

Отстраняюсь и зло на него смотрю.

– Привет, родной. Ты с ума сошел что ли? Ты всегда ее защищал! А если бы она погибла? Ты посмотри, как руку повредил! Еще раз она пожалуется на тебя, я сам тебя изобью! Вообще офигел! Она такое от отца напитала, и ты еще ее убиваешь. Придурок!

– Прости, дедуль. Зло накопилось от той школы.

– А я тут причем? На трени ходишь, там и скидывай все! Я не груша!

– Ты понимаешь, если это увидит кто, вас от мамы отнимут и там вас постоянно бить все будут. Мало того тебя в спец клинику заберут или того хуже заведение.

– Я больше не буду… Я исправлюсь, прости, Саш.

Я фыркнула и обняла деда.

– Не буду прощать, столько боли причинил, а теперь еще и класс обижает.

– Кто? Покажи мне его!

– О, как! Сразу при дедушке! А раньше помочь не мог. Вон Дима видел, как издеваются надо мной. Я теперь не та неженка добрая. Во мне уничтожили все и ты тоже. Думала, ад с отцом кончился, а теперь ты. Даже жить не хочется, надоело все! Дедуль, прости… Я не могу… Мне плохо…

Я обнимаю и целую его, а после в слезах убегаю за теплотрубы. Дальше гаражи и лес. Боль в душе разрывает все. Забегаю в лес и нахожу поваленное дерево. Забираюсь и сажусь скомкавшись. Прижимаю ноги к себе и плачу. Через время меня обнимают аккуратно, и я чувствую незнакомый одеколон. Пугаюсь и поднимаю голову резко. Шок берет меня.

– Я рядом все хорошо.

– Слав…

– Тише, тише… Все хорошо.

– Слав, ты ее нашел?

– Как видишь… – ответил он брату моему.

Я смотрю на Славу и не верю глазам. Он всегда держался в стороне. Леша это отдельный кадр. Не внушает он мне доверие. Не знаю что, но словно отталкивает от него. Вроде с виду заботливый, но он изменился. Опускаю голову.

– Пойдем…

– Я не хочу, Слав. Не хочу в этот ад. Ты не знаешь толком меня и не знаешь, что я пережила.

– Леша рассказал часть.

– Он ничего не знает.

Слава удивленно смотрит на меня.

– Идем, покажу…

Встаю на ствол, и тот держит. Я убираю его руки и шагаю в пустоту. После делаю кувырок и стою на земле. Все рты открыли.

– Это изучила я, когда убегала из дома, чтобы тебя БРАТИК не видеть и еще больше ты мне не навредил… Пусть твои друзья знают, какой ты тиран дома…

Убираю сумку на пень и поворачиваюсь спиной. Снимаю кофту и там борцовка. Кладу к сумке и приподнимаю борцовку. Те от увиденного ахнули.

– Ты идиот! Она же девочка! Придурок! Тебя надо так бить! Еще хоть пальцем ее тронь! Я сам тебя изобью! – защищал меня Слава.

– О, Боже! – слышу голос Соколова и опускаю голову.

– Теперь и ты видел. Следы полосой это отец меня, когда брата защищала от побоев. Так он мне отплатил… – слезы снова потекли и я одеваюсь.

Надеваю кофту, руки Славы теперь могу различить и его манеру интересную. Он помогает мне.

– Бил за дело.

Я резко разворачиваюсь и с такой злостью смотрю на него. Парни даже испугались меня такой.

– Ага, за дело… Мать тебя ругала, а ты на мне отрывался. В школе дерьмо, так тоже я… Я долго терплю это дерьмо. Наверное, второй год уже и я устала от тебя. Я так тебя ненавижу за то, что ты есть! Не надо было помогать мне, справляться с болезнью, надо было дать мне задохнуться и умереть. Как же, дрянь, я тебя за все ненавижу!

Начинаю злобно идти в его сторону, и кулаки от злобы сжимаются больно. Предел взят. Парни испуганно отходят.

– Я больше тебя не трону… Я обещал деду.

– Если бы не обещал, то так и бил бы.

С силы ударяю в живот, и тот загибается, чуть отходя назад.

– Ебать! – сказал Слава.

– Я долго тебя терпела… Предел взят! Это ты уничтожил меня! Ты уничтожил добрую меня! Ты посмотри в кого я превратилась! Организм болен всем. Уродка злая и страшная! – наношу еще удар и тот начинает отвечать.

Начинается драка и парни офигели. Слава с Димой побежали нас разнимать.

– Давно хотела нормально вдарить тебе. Специально учила движения по фильму и оттачивала тут! Слав, пусти! Я не закончила!

– Да что ты сделаешь, дура? Драться не умеешь!

– Не умею, но вдарить смогу. Слав, отпусти, я успокоилась…

– Хорошо.

Глава 7

Он неохотно отпускал, но при всех обнял за талию, и я была не против. Дима тоже отпустил Сережу.

– Ты хочешь знать, что я сделаю не умея драться?

– Хочу!

– Если будешь избивать, я сделаю такое с тобой!

Срываюсь от Славы и тот побежал за мной. Беру разворот в беге и на вытянутую ногу бью брата по лицу. Тот падает нехило так на землю. Все в ступоре. Слава хватает и крепко обнимает сковывая.

– Я в порядке, Слав. Уже в порядке.

Брат офигевший на меня смотрит и вытирает разбитую губу.

– Ты ходишь заниматься, а я нет. Вот эффект всего твоего зла мне. Я отомстила. – Слава кладет подбородок на мое плечо и не так сильно обнимает уже.

Чувствует, что это конец, но боится все равно. Я начинаю выпутываться и накрываю своей ладонью его. Тот расслабляет полностью хватку. Целую при всех в щеку, и тот даже от удивления поднимает голову. Дима понимает тему и стоит лыбится засранец. Выпутываюсь, и Слава перехватывает меня.

– Ты веришь мне? – вопрос загоняет его в ступор.

Через время он кивает и отпускает. Я иду к лежащему брату. Все подходят, чтобы если что разнимать.

– Брат должен защищать, а ты ничтожество, что убивал как отец меня. Я готова простить всю боль за эти года, но ты обязан поменяться, – слезы предательски стекают по щекам. – Ты должен опять стать тем братом, что всегда защищал меня, спасал, когда мне было плохо.

Начинает трясти, и я начинаю заикаться.

– Когда мне было плохо, ты оберегал, не давал меня в обиду… Я все еще та, твоя маленькая сестра, которая нуждается в тебе. Сколько бы мама не таскала меня по врачам, это не поможет. Вы не понимаете, почему это случилось.

Слава понял все и опять обнимает нежно. Он чувствует все и сильнее вжимает в себя. Я прикрываю глаза и, ощущая тепло в душе, начинаю успокаиваться.

– Она приходит в себя. Слав, ты ее успокаиваешь.

– Потому что вы олени! Ей не хватает тепла. Я знаю ее не много, но она в словах так и твердит это, а вы ее не понимаете. Надо быть умом тронутым, чтобы не понимать такое. Вы гнобите ее, бьете, а она ищет тепла.

– Сестрен, прости меня… Прости за все…

Я открываю глаза и смотрю на брата. Протягиваю руку здоровую ему, и тот берет ее. Поднимаю с помощью Славы. Неожиданно брат обнимает меня.

– Прости, я не понимал ничего. Ведь я мог потерять этим вас, натворить большее зло.

– Брат, пора меняться. Никто кроме нас не поможет маме.

– Я готов меняться. Только прости.

– Со временем, сразу не смогу.

– Согласен. Бьешь больно, фильмы смотреть с драками больше не дам!

На это как все заржут, и я засмеялась тоже.

– Попробуй, запрети! Слав, накажем?

– Еще как, Сашуль!

– Вот, у меня теперь охрана есть личная.

– Слав, втюрился что ли в Серегину сестру?

– Я ее друг был и остаюсь. Думал, выросла и не примет, но я ошибся.

– Я не такая… – тяжело вздохнула я, вспоминая, как вместе с Сашей все играли, веселились.

Слава понял грусть, но молчал и это чувствовалось.

– Уроков много?

– Да не, – ответил Слава.

– Гулять пойдем?

Тот сразу оживился.

– Я за.

– И мы тогда, – те закивали.

Я взяла Славу и обняла за талию. Он тоже меня приобнял.

– Тогда по домам, а через час у подъезда Димы, площадка классная там.

– Отлично!

Мы потопали из леса и первый дом Славы. Он целует в щеку и быстро убегает. Я улыбаюсь на это. Леша это заметил и был как-то не очень доволен. Мы дошли до дома, и я сказала, что пойду за хлебом. Спускаюсь вниз и иду к заветному магазину. Захожу и подхожу к карандашам для глаз. Рисую на руке черным, и он устраивает, после тянусь к серебряному. Все откладываю и меня чуть приобнимает. Чую Димин интересный одеколон и стою спокойно.

– Следишь?

– Переживаю.

– Не надо, Дим. Если ты покажешь это в классе, они на тебя также будут смотреть, и тронут.

– Я не боюсь. Теперь я Славу понимаю…

– Слава друг.

– А мне не кажется.

– Кажется. Я никого не подпущу к себе ближе друга.

Тянусь к туши и смотрю открывая. Все устраивает. Помада от Нивея с розовым блеском, есть. Отлично!

– Сколько с меня?

– 390.

– Вот.

Продавец рассчитывает меня, и мы выходим. Иду за хлебом и убираю в сумку. Дальше путь к дому.

– Саш, я не знал…

– Ты бы ничего не сделал. Я столько лет это терплю и дала сдачи, смогла… Надеюсь, он поменяется.

– И я надеюсь.

Доходим до дома, и я захожу в подъезд. Поднимаюсь и достаю ключи от двери. Успеваю открыть дверь, и брат меня обнимает.

– За все прости. Я дурак у тебя… Я обещаю, что больше такого не будет.

– Надеюсь. Я хочу переодеться…

– Да…

Иду к себе в комнату и лезу в шкаф. Достаю темные джинсы, футболку и мягкую кофту. Надеваю все и иду на кухню. С едой пойдет на сегодня. Беру по парочке печенек в обе руки и иду обуваться.

– Тебе надо кушать…

– Я похудеть хочу… То очень уродлива… – говорю холодно.

– Ты красивая.

– Ага, заметно…

– Славка по тебе с ума сходит.

– И что? Леха тоже и, кстати, недобро смотрит. Только вот Леха ничего не добьется точно. Славка… Посмотрю, может. Мне пока не до этого.

Обуваю кроссы спорт и выхожу. Спускаюсь вниз и выхожу на улицу. Иду, жуя печеньку. Неожиданно меня подхватывают и на плечо.

– Отпусти меня! Бегом!

– Какая же ты милая, когда злая.

– Отпусти меня! – кричу я на него.

– Девушка сказала отпустить, не понимаешь? – слышу Славу, а этот видимо Леха.

– Слав, влюбился что ли?

– Да. Поставь девушку на землю и не зли!

– Не собираюсь. Она не твоя.

– И не твоя точно.

Сильно пинаю ногой, и тот опускает чуть руки. Вырываюсь и, оттолкнувшись, как могла об него, лечу на землю. Приготовилась к боли, но ударяюсь только попой и ногами. Остальное Слава успел подставить руки.

– Гребанный идиот ты! Нравится и калечишь!

– Я не хотел.

– Ненавижу… – вырывается от боли из меня.

– Сашуль, я рядом. Я тебе помогу.

Он берет меня на руки, и я смотрю на него.

– Спасибо…

Прижимаюсь к нему, и он садится со мной на лавочку.

– Где болит, Сашуль?

– Попа и ноги от удара. Что я им сделала? Надоело все… – опять слезы боли.

Он прижимает к себе и гладит по волосам.

– Они уроды, не понимают ничего.

– Слав, что случилось? – подбежал брат.

– Саша шла кушала, а этот придурок ее закинул на плечо. Она пинала его и смогла выпутаться. Оттолкнулась и свалилась на землю. Я успел руки подставить, но ноги и попа попали под удар. Вы офигели оба! Только и знаете боль ей причинять. Знал бы раньше про тебя, избил тебя точно. Еще раз тронете ее, я заберу ее к себе. Дом у меня большой в другом городе.

Я смотрю в шоке на него.

– Она не твоя и еще маленькая! – сказал грозно брат.

– Да мне пофигу сколько ей лет! Я ее и пальцем не трону без разрешения, не то, что Леша…

Брат посмотрел на того.

– Лех, ты офигел?

– Я ее с детства знаю, как и тебя. Думал, я ей нравлюсь.

– Она не вещь и сама решит все! – рычит брат.

– Она уже выбрала его! – кричит Леха.

– Я никого не выбирала…

Вкапываюсь лицом в парня. Мне нравится его одеколон.

– Кто-то, по-твоему парфюму тащится.

– Иди в жопу! – говорю уже я.

Все рассмеялись. Подлезаю ближе к уху и спрашиваю:

– Ты, правда, забрал бы?

– Да… Я буду ждать, сколько нужно… – он подлезает к уху и целует шепча. – Ты моя и я не отдам этому уроду.

У меня шок. Я смотрю, отстраняясь на него, и он такой красивой улыбкой улыбается мне.

– Но я…

– Любая…

– И любую узнаешь? – он кивает.

Я засмущалась прям. Подошел Дима и был в непонятках. Мы рассказали все. В руках еще осталась печенька и я отламываю ее. Подношу ко рту Славы и тот явно в шоке. Открывает рот и я кладу кусочек. Парни от такого ржут.

– Ты попал, закормит теперь.

– Ну и пусть.

– Капец, этот походу окончательно башку потерял.

– Моя… – шептал он тихо.

Я попыталась встать, и он помог мне. Ухватившись за его талию, тот стоял довольный.

– Слав, а как тебе родители разрешили в эту школу?

– Ты, наверное, не знаешь… У меня тетя тут биологию ведет и, кстати, рассказала про такую милую девочку, что защищает ее от больных одноклассников, что издеваются только.

Я аж побелела, понимая, как я попала.

– Солнце, ну ты чего? Ты ей так нравишься.

– Я не знала…

Отхожу от него и медленно иду к качелям.

– Сашуль…

– Я…я... – становится плохо.

Пытаюсь держаться за металл, но силы покидают, и я падаю.

– Нет! Сашуля! – слышу Славу.

После он со всеми подбегает, сознание уходит, и я чувствую в своей ладони его руку. Темнота.

Прихожу в себя в больнице под маской. Немного открываю глаза, и мама сидит возле кровати. Я сжимаю немного свою ладонь и она, смотря на меня, заплакала. Замечаю движение и вижу Славу застывшего в дверях.

– Сашуля…

Он срывается ко мне и берет вторую ладонь.

– Как ты?

Не знаю что ответить. Он садиться на стул и подносит мою ладонь к своим губам. Я смотрю на маму и та в шоке.

– Теть Лен, не буду скрывать… Саша мне очень дорога. Мой дом в другом городе большой, если Саша примет меня, я ее никогда не обижу, и нуждаться ни в чем не будет. Школу я закончу и учиться на бизнес пойду. У нас семейное дело, большая компания. Я тут с тетей живу, да и друзья все тут.

– Слав, я не против, но Саше нужно лечение. Ты сам видишь до чего все дошло.

– Теть Лен, вижу. Я вылечу ее. Есть одно. Вы же мне доверяете?

– Да.

– Тогда я ее к себе буду на выходные забирать.

– Хорошо. Только…

– Я ее и пальцем не трону без разрешения, а она не такая.

– Хорошо.

Слава приходил каждый день после уроков и часами сидел, пока я под маской не засну. Через два дня ее потихоньку сняли. Слава рассказал, как он испугался тогда за меня. Такой добрый и заботливый. Я потянулась ладонью к его лицу и он, поняв все, подставил лицо. Я положила руку, обхватив лицо его и тот накрыл своей. Влюбился точно, неужели такую меня кто-то полюбил? Тут зашел Дима и я, засмущавшись, убрала руку, но Слава взял мою ладонь. Дима принес мне фрукты и тоже присел. Узнавал как я. А я и не знаю как я. Не понимала ощущения и стала паниковать. Слава обнимает, и забегают врачи. Увидев эту картину офигели. Показатели на аппаратах возвращались в норму.

– Прости… Вся больная.

– Я вылечу тебя.

– Ты ведь полюбил меня, но я пока нет…

– Все хорошо, солнце. Не появится, значит, буду другом.

– Хорошо.

– Я терпелив. Только будь со мной.

– Куда я от тебя теперь… Брат, больше не успокаивает и только ты.

– Я рад, что помогаю тебе.

– Домой хочу.

– Надо вылечиться и тогда заберу домой.

– Ну, хорошо. Уроки хоть приносите, я со скуки умру тут.

Те рассмеялись. На следующий день Слава подарил мне цветы. Я так обрадовалась им. Пришел Дима и удивился тоже. Весь вечер занималась с ними и не заметила как уснула. Только почуяла во сне заботу.

– Слав, ее можно вылечить?

– Есть способ и я попробую. Вы мне поможете.

– Хорошо.

Через несколько дней меня выписали, и полежать врачи не дали дома. Мама сказала, что много пропустила и потихоньку надо ходить. Я не сказала Славе об этом. На выходной день он уезжал с папой по делам, но всегда сидел в чате со мной и не давал мне грустить. Я пошла к маме в комнату. Она смотрела тв.

– Мам, можешь дать немного денег. Я хочу измениться. Я уже не та и вещи старые очень. А да… Можно я на танцы запишусь в секцию?

Та рот открыла даже.

– Что ты хочешь изменить в себе?

– Подкраситься в темный шоколад и сделать светлые пряди внутри по длине.

– Ого! Тогда я позвоню знакомой лучше.

Она берет телефон и набирает номер. Та отвечает быстро, и они договариваются. После мама мне говорит, что можем подъехать к часу, а время 11. Я радуюсь и обнимаю ее.

– Мам, а вещи?

– На рынок съездим.

Я пошла пить чай и через час, мы вышли на остановку. Доехали быстро, и еще пришлось пройти немного. На подъезде был домофон. Мама набрала номер квартиры и нам открыли. 5 этаж это жесть, дотопали и нас встречала женщина лет на 7 старше мамы. Мы прошли и я села на указанное место. Рассказала, что хочу и та предложила еще прядь. Я согласилась. Женщина начала колдовать. Подправила еще волосы и через 2 часа показала работу. Мама попросила еще ресницы покрасить и брови сделать. В общем, сделала из меня куколку. Я не верила глазам. Вот золотые руки. Мама даже прослезилась. Расплатившись, мы поехали на рынок. Купили два сарафана и в школу.

– Мам, ты меня примешь любую?

– Да, дочка, что такое?

– Я хочу черные вещи, пусть со вставками, но черные. Верх придумаем на ходу.

– Хорошо.

Глава 8

Так мы нашли брюки, штаны как тонкие джинсы, спортивки, борцовки и интересные с длинным рукавом водолазки со вставками рубашек. Они садились офигенно по фигуре. Я прям, радовалась такой себе. Стала намного выразительнее. Накупив всего, я увидела мягкую собачку. Попросила купить мне, и она понимала, кому я ее подарю. С сумками залезли в трамвай и поехали домой.

– Мам, а почему ты не поищешь себе мужчину?

Мама шокировано посмотрела на меня.

– Ты серьезно?

– Да, мы взрослые уже. Я поправлюсь.

– Хорошо. Спасибо, родная, что всегда беспокоишься за меня.

– Мам, отец убил нас обоих, страдаю больше я. Мы станем счастливыми. Брат вроде стих.

– Хорошо. Береги здоровье. Ты просила танцы – записывайся.

– Ура! Мам, а тогда в детстве тот полицейский ведь понравился тебе?

– Да, дочка, очень. Но он, наверное, за столько времени женат уже, я не полезу…

– Зря, он мне понравился, – мама улыбнулась.

На следующий день Сережа ушел к первому, а у нас плановая у врача. Рано уехав, быстро проверили, и выписали таблетки. Приезжаю домой и надеваю ту вещь рубашкой желтого цвета и черные штаны как джинсы. На ноги спорт кроссы. Глаза вычерчиваю черным карандашом, подчеркивая тушью и помаду фирмы Нивея. Мама заходит, и дар речи теряет.

– Пойду, удивлю Славу и Диму Соколова.

– Они офигеют.

– Однозначно.

Приобнимаю и беру сумку. Обувшись, счастливая иду в школу. Увидевшие меня, оборачиваются. Привлекла внимание. Вижу кучку парней, и один замечает меня.

– У нас походу новенькая в школе.

– С чего ты взял?

– Да вон идет.

Парни оборачиваются и все теряют дар речи. Слава, не веря глазам, спускается ко мне.

– Солнце…

Я смотрю на него и немного улыбаюсь.

– Какая красивая…

– Нравится, родной? – он срывается и обнимает меня, целуя в лоб.

Вся школа офигела от этого.

– На нас все смотрят.

– Пошли они. Ты только моя, – шептал он только мне. – Ты такая красивая стала, теперь точно не отпущу. Игорь тебя не узнал.

– Ха! Подкольнем?

– Чем, солнц?

Беру его ладонь и сплетаю пальцы.

– Смотри на них…

Он оборачивается, и парни рты открыли. Леша кипел от злобы.

– А что будет, когда поцелую?

– Я буду счастлив, солнце. Привыкни ко мне, не торопись. Я рядом.

– Хорошо. Пойдем?

– Да.

Мы идем за руку к парням.

– Ты ее знаешь, Слав?

– Ага, и даже больше скажу. Ты ее тоже знаешь.

Брат отходит и приобнимает.

– О, черт! Да ладно???

– Ага. Братишк, удивила?

– Еще как! Тебе очень идет.

– А то! Слав, какой урок?

– Музыка.

– У классной нашей. Проводишь в кабинет?

– Обязательно. Парни, пошли.

Он тянет меня в школу и пропускает первой. Мы идем по коридору, и на нас оглядываются. Зайдя в класс, подходим к учителю.

– Елена Николаевна, здравствуйте.

– А, батюшки! Красавица какая!

– Да ладно вам. Вот справка с больницы. Нагрузки мне противопоказаны, буду тут сидеть.

– Хорошо.

– Слав, беги готовься, пойду переобуюсь, и тоже на урок.

– У тебя какой? – я улыбаюсь. – Биология.

– Ага.

– Скинешь мне потом расписание свое?

– В уголке висит.

– Хорошо. Аккуратнее по лестницам, может быть отдышка и тяжело.

– Ого, не знала, – он целует в щеку, и я покрасневшая иду в коморку.

Вешаю сумку и переобуваюсь. Выхожу и натыкаюсь на Леху из своего класса. Он толкает сильно, и я чуть падаю на парту.

– Двигаться научись!

– Урод!

– Шалава!

Слава закипел и подошел ко мне осмотреть. Выходит Леша и тот ему вдаривает в живот.

– Еще раз услышу о ней такое, станешь калекой, урод! Еще за тот раз добавлю! Я слежу за тобой, урод! Ты меня понял?

– Понял…

Тот сразу пошел на выход. Я поцеловала в щеку парня и пошла на урок. Бок от удара болел. Захожу, и сесть не с кем. Дима окликает. Узнал засранец. Иду к нему и улыбаюсь немного. Звенит звонок и учитель заходит приветствуя. Увидев меня, улыбнулась и я в ответ. Через время очень больно в спину втыкают что-то. Лицо скривилось и Дима заметил это. Сразу стал смотреть все.

– Уроды! Совсем с ума сошли? Этим убить можно!

Я встаю кое-как и оборачиваюсь.

– Демон…

– Ага! Я предупреждала тебя, мразь?

С силы замахиваюсь и ударяю того. Он падает вместе со стулом и стонет.

– Мразь!

– Учитель, вызывайте директора.

– Иду, Саш.

Та выбежала из кабинета. Леха встал и ударил меня в больной бок. Стон боли вырвался из меня. Вдариваю в живот сильно.

– Дим, на улицу его вытащи, я не буду тут громить.

– Саш, не надо…

– Достало, Дим.

– Саша… – очухался тот.

Парни помогают тому, и мы выходим из кабинета. Я иду за ними с помощью друга Димы. Тот отговаривает меня. Выходим на улицу и класс тоже.

– Простор, бей! Нравится же бить… – я держусь за бок, чуть скрючившись.

– Легко!

Тот начинает нападать, а я отхожу, и тот чуть не падает. Играюсь с ним, и после начинается рукопашка. С братом натренировались уже. Начинаю с силой отвечать, и тот умудряется попасть по лицу. Разбивает губу сильно. Выбегает директор с охраной и учителем. Я замечаю их и с сильным ударом ноги ложу Леху.

– Все Лехи мрази гнилые!

– А ты тварь!

– От твари слышу!

– Прекратите! – кричит директор.

– Он первый начал. У классного толкнул на парты сильно. После на биологии циркуль в спину воткнул.

Учитель от ужаса рот прикрыла.

– Мне скорая для снятия побоев нужна. Перешла в школу называется. Урод на уроде в классе. Три парня нормальных всего.

Слышу звонок, и это мне не нравится. Леша воспользовался этим и ударил еще раз по лицу. Хлынуло много крови из носа. Слышу крики, и кричат скорую вызывать. Встряхиваю головой, приходя в себя, и со всей яростью на боковом ударе с размаха ногой ударяю. Тот как волчок даже падает. Я сваливаюсь и начинаю кашлять от крови. Вижу, несется брат, Слава, Дима, Леша.

– Солнце, солнце… Держись, родная. Сейчас скорая будет.

– Все хорошо, родной. Все будет хорошо. Он в меня циркуль всадил. Я ответила. Наверное, скоро секцию пойду искать. За то хоть теперь слухи подтвердила. Кхе…

– Боже, кровь сильно течет. Есть платок у кого? – плачет Слава.

– У меня…

Кто-то дает, и Слава аккуратно прижимает, боясь, слышу сирены.

– Полиция…

– Мы свидетели начала.

– А я остального и циркуль с кровью.

Начинаю отключаться. Слава кричит что-то. Подбегают медики и начинают укладывать. Сознание совсем уходит. Прихожу в себя и не могу дышать. Носу тампоны. Боль адская. Засыпаю опять. Просыпаюсь от хлюпанья. Открываю чуть глаза и там мама с парнями. Поднимаю руку и Слава понимает все.

– Я тут, солнце.

Тяну руки к своему лицу и чуть больное задеваю, шикаю.

– Аккуратнее.

– Переживу…

Заходит из полиции.

– Ооо, банда в сборе.

– Ром, опять шутки, – говорит Слава. – Привет, родной. Ты с нами?

– Ага, расскажите все.

Я закрываю глаза и начинаю проваливаться в темноту. Прихожу в себя тяжело. Теперь еще бок болит. Кислородка, нормально… Мама, брат, бабушка с дедами, Слава, Дима… Ого, народу!

– Она очнулась, зову доктора.

Сжимаю руку Славы, и он целует ее. Как же Саши не хватает. Он бы не допустил этого всего. Слава хороший, а вдруг не выйдет. Причиню ему боль. Глаза заслезились, и показатели начали шкалить. Я заплакала. Прибежала сестра и, посмотрев, убежала. Пришел врач, и сестра вставила укол. Стала засыпать. Не знаю, сколько спала, деда был рядом.

– Деда…

– Я здесь, мой малыш.

– Саша, он приезжал?

– Не видел, родная.

– Может я ему больше не нужна?

– Это неправда, малыш. Он же учится, вот и занят. Институт наверное.

– Эх… Слава тянется ко мне. Он не Саша… Хочу к Саше… Пусть он скажет прямо, тогда я не буду думать о нем.

– Малыш, все будет хорошо.

– Олиев, чтоб он сдох, сука! Из-за него тут. Деда, только маме не говори, я вместо танцев на борьбу запишусь, как оправлюсь. Много уродов.

– Согласен. Будь аккуратнее.

– Обещаю. За тебя переживаю очень. До пенсии сколько?

– Вот-вот.

– Мы поможем. Ты нас вырастил, сюсюкался.

– Спасибо, малыш. Вы все для меня.

– Как и ты для нас.

Лежала я долго в больнице, а после вышла в школу. Ходила потихоньку из-за швов, да и синяки с костями побаливали. Классная очень переживала. А я как всегда – прорвемся. Год уже почти заканчивался и за 2 месяца до конца мое день рождения, но за неделю до моего Славы. Он как обычно нашел меня на перемене.

– Солнц, я хочу парней собрать дома в другом городе и очень хочу, чтобы приехала ты с братом туда. Хочу отметить день рождения с тобой особенно. Ты мне дорога́ стала.

– Хорошо, родной. Я соберу тогда вещи, – он обрадовался и с радости чмокнул в губы.

Ничего себе поворот всего. Он взял мою руку, и мы сходили в столовую покушать. Слава ругал меня, если не поем. Такой заботливый. Класс после драки с Лехой приутих. Хорошо или плохо никто не знал. В тайне записалась в школьную секцию и сказала Славе, что теперь еще трачу время тут. Он не обиделся на это. Такой хороший. С секцией по танцам стремной я договорилась, чтобы не сдали. Не каждый разрешит такое девушке. Слава оставлял меня в этой секции, а после я шла в соседнюю. Учитель смеялся даже.

– Учитель, какое задание на сегодня?

– Проверим растяжку. С размаха вытяни ногу, я поймаю и гляну.

Я выполняю, и он очень удивлен.

– Мощно. Давай тогда так: парни в это время не ходят, и я буду тебя особенному учить. Вижу в тебе силу.

– Хорошо.

– Попробуй повторить движения сразу, а после отточим.

Я киваю, и он показывает. Я в точности повторяю и он удивлен. На отточку мало времени уходит, после показывает другой элемент. Он начинает показывать сложнее, но я стараюсь. Учитель хвалил меня и говорил, что, такая как я к нему пришла впервые. Я только рада похвале. Попрощавшись, иду переодеваться и успеваю выйти в большой холл. Подходит Слава и берет сумку у меня.

– Солнце, как прошло?

– Классно. Сказали, что я очень способная.

– Я очень рад. Гулять пойдем?

– А как же! Только я в душ зайду.

– Хорошо, солнце. Буду ждать на улице со всеми.

Мы пошли домой и возле подъезда, он снова чмокнул в губы, уходя. Это приятно очень. Смущаясь, я иду наверх. Подхожу к двери, и выходит брат.

– После трени?

– Ага.

– Мы тебя ждем?

– Ага.

– Все хорошо? – выгнул бровь.

– Ага, – а сама лыблюсь.

– Вот засранка!

– А то! – тот рассмеялся как ненормальный.

Я закрыла дверь за ним и пошла к шкафу. Там беру белье, кидаю в большой отдел сумку от глаз и топаю мыться. Все делаю быстро, и как-то засекала даже по дурной голове, семь минут хватает на все. Выхожу в полотенце, не боясь кого-то домашних, и иду одеваться. Сегодня тепло. Хочу надеть то, что с мамой купили. Гладить его не нужно и напялив, красуюсь.

– Немного красивых нежных теней с подводкой и шик!

Глава 9

Быстро достаю косметичку и с легкой руки укладываюсь в 10 минут. Отлично! Беру телефон и иду обуваться. Балетки выручают. Закрываю квартиру и иду вниз. Выхожу на улицу и смотрю на лавочки. Там их нет, значит на площадке. Отлично! Покатаюсь хоть. Люблю качели. Поднимаюсь по траве наверх на холмик и по дорожке пешеходной иду к площадке. По пути идет Вадим. Я подбежала и обняла его.

– Сашуля…

– Привет, Вадим. Вы куда пропали, Саша тоже приехал?

– Саша там учится в институте и работает. Весь в работе… Это я тут хочу поступить.

Я загрустила и посмотрела на него.

– Ну ты чего?

– Я очень по нему скучаю.

– Я ему скажу через папу, он приедет. Ты изменилась.

– Да, очень. Сколько плохих событий…

– Держись, все будет хорошо. Саша скоро отучится и приедет тоже сюда.

– Быстрее бы… Беги, то задержала тебя. Всем своим привет передавай.

– Хорошо, Сашуль. Пока.

– Пока, Вадим.

Он пошел, а я стояла и смотрела в след. Значит, учеба и работа все отнимает время у него. Главное все хорошо… Время тяжелая тема. Поворачиваюсь и втыкаюсь в кого-то. Только хотела сказать, и меня чмокают в губы. Славка, его губы не спутать.

– Все хорошо? Это же Влад был?

– Да… Все хорошо.

– Солнце…

– Правда, я просто загрустила.

Я посмотрела в его глаза. Это не Сашино небо. В этих не утонешь, но красивые зеленые как летняя травка. Он берет меня за руки и отстраняется.

– Ты такая красивая. Как в детстве в платьице.

– Теперь это редко увидеть. Ты сам видишь, что в школе творится.

– Тебя больше не тронут.

– Не уверена в этом. Пойдем, то еще что подумают.

– Пусть думают, ты моя.

– Слав…

– Моя и ничего не знаю.

– Врединка ты. – тот улыбнулся и взяв меня за руку повел ко всем.

Увидев меня, они были шокированы и говорили, какая я красивая. Даже брат удивлен. Я прохожу к качелям и сажусь. Немного раскачиваюсь, и Слава подошел раскачать.

– Ну, Слав, ты сейчас сильно раскачаешь!

– Трусишка!

– И что? Мне можно! – парни даже рассмеялись.

– Как морду бить не умея – бесстрашная, а качелей боится.

– Она с детства высоты боится сильно. Глобус, наверное, испугал.

– Солнц, конфетку будешь?

– Смотря какую, я не все кушаю. Жирные не люблю и коньячного типа.

Он достает Рафаэлло и я смотрю удивленно. Тот улыбается, понимая, что эти я очень люблю. Слава останавливает и дает мне в руку.

– Спасибо.

– На здоровье, солнц. Ребят, ну что планируем на днюшку? Как раз каникулы будут. Может выпивки, снеков и еды?

– Тогда и мяса.

– Брат как всегда…

– Ну, это же я.

– В патрусы скоро так не влезешь, – издеваюсь над ним и парней даже развеселила.

– А сама-то!

– Я такая, потому что вы со мной это сделали! – разозлилась я. – Я была красивой…

Встаю и иду прочь от всех.

– Идиот ты! – выругнулся Слава.

Меня аккуратно хватают и тянут к себе. Выставляю руки и несильно ударяюсь об грудь Славы.

– Солнце, не слушай никого. Ты самая красивая и мне все нравится. Красивая фигура.

– Правда? Я же полная стала из-за сбоя организма при болезни.

– Мне нравится, и изменения в тебе мне очень нравятся. Я им рты закрою жестко, пусть посмеют хоть обозвать.

– Хорошо. Я не красавица и понимаю это.

– Солнце, хватит. Ты моя красавица.

– Ты по уши в меня влюбился.

– А если да? Убьешь?

– Дурачок ты! – стукаю несильно и тот смеется.

– Ой, как больно! Прям вдарила…

– Вот ты засранец! Я же так в шутку.

– Ага, вон синяк будет…

– Засранка!

– Ой, пора валить!

Тот как сорвется бежать в сторону парней. Бежит и смеется. Срываюсь за ним и все уже угорают с нас.

– А классная пара будет.

– Серег, она не любит его. – сказал Леха.

– Тебя так вообще не переваривает, судя по виду. Что натворил? – добавил Дима.

– Любовь показал и давит. – сказал Игорь.

– Писец… Хорошая она и как друг очень дорога.

Все посмотрели на Диму.

– Серьезно. Помогает во всем. Золото человек.

– Влюбился чтоль?

– А может и да, но не посмотрит она на меня. Я не Славка и трус. Славка добьется ее. Вон как бегает от нее.

– Помогите! Мучают!

– Писец ему! – Серега ржет понимая все. – Нашла слабое место его и теперь демонюгой будет.

– Проходил что ли?

– Ага! Как она дубасила в детстве и мучила… Я даже выползал, а сейчас силенок не хватит.

– А то, какой вымахал! – добавил Леша.

– На себя глянь мощный какой. Кстати, я тут ухом от нее услышал, что тебе явно ее не добиться. Первое не смотрит она на тебя никак. Посмотри на нее и на Славу, тут явно доброта и нежность, а в тебе этого… маловато. Она тянется к этому с детства.

– Саня ее идеал… – сказал Игорь.

– И где же он? – спросил Леха. – Сдулся и ее кинул, а значит, я ее сделаю своей.

Тут Серега и Дима стали серьезнее.

– Только тронь ее, где не следует, и я не ручаюсь за себя!

– А я добавлю, – дополнил Дима.

– Слава тебя не слышал, то бы в морду словил за такое… – дополнил Сережа.

– Посмотрим еще, чьей она будет.

– Предупреждение запомни… Я слов не бросаю.

– Вон как заговорил! Только ее бил помниться! А она сестра твоя!

Сережа разозлился заметно.

– Мы решили эту тему с ней лично.

– Ага, а до этого избивал.

– Не нарывайся… – рычал брат девушки.

– А то что? Кулаки чешутся?

Слышу парней, и улыбка пропадает. Сижу на Славе, а он этому только рад. Садится и оказывается возле моего лица. Нежно потерается об мою щеку. Как же это приятно. Прям закрываю глаза от этого чувства.

– Попалась… – шепчет он.

– Сдаюсь без боя.

– Ласковая… Тащусь по тебе, как больной.

– Не надо такое, а вдруг я не смогу полюбить?

– Ты уже меня любишь, но не до конца, я вижу.

– Не спорю, нравишься очень.

– Моя… – шепчет потераясь об щеку.

Другим ухом улавливаю ссору брата и Леши. Открываю глаза и смотрю в их сторону. Начинается драка между ними и страх за брата берет свое.

– Слава, надо разнять их!

Вскакиваю, и бежать, парень за мной.

– Прекратите! – кричу я им.

– Он первый начал!

Подбегаю и разнимать. Ничего не получается и неожиданно адская боль. Она вырубает меня. Девушка падает на траву от удара.

– Сашуля… Сашуль, очнись… Идиоты! Она же просила! Солнышко, прошу, очнись! Вы ее ударили вырубив! Она же девочка и не любит такое! –пытается привести в чувства девушку Слава.

Он берет ее на руки и садится на лавочку.

– Идиоты! Моя красавица…

– Она не твоя! – зарычал Леша.

– Она моя! – яростно зарычал Слава. – Только посмей к ней подойти! Тронуть пальцем…

– А то что?

– Лучше тебе не знать. Я сейчас еле держусь из-за нее. Я много лет занимаюсь и по соревнованиям езжу. Ушатаю в мах!

– Он дело говорит… – добавил Игорь.

– Я не боюсь…

– Надо бы!

Прихожу в себя на руках у Славы. Он прижал к себе как что-то очень ценное и губами прижимается к голове.

– Солнце…

– Больно.

– Где он попал? Дай поцелую то место…

– Щека… Синяк будет, да?

– Если будет, я его убью.

– Слав…

– Да, солнце?

– Успокойся.

– Не могу…

Как его успокоить, блин… Есть вариант, но я этим могу предать Сашу. Хотя я наверное ему такая не нужна. Поворачиваю лицо и нежно целую его.

– Еба… – слышу Игоря.

– Ты чего, Игорь?

– Сам глянь…

– Куда?

– Туда, дурень!

– Куда?

Я отстраняюсь от Славы и смотрю на него.

– На них, баран, блин! Поздно уже!

– А что было? – спросил Дима.

– Ничего, проехали! Тормозы…

– А сам-то!

Я начинаю хихикать, и Слава тоже над ними смеется. Он смотрит на меня с такой любовью.

– Успокоился?

– Немного. Ты впервые целуешь кого-то?

– Заметно?

– Мне да. Значит, я украл твой первый поцелуй?

– Выходит так… А может и я подарила, чтобы тебя успокоить. Не хочу драк, я боюсь всего этого.

– Спасибо, мое солнышко. Ты доверилась даже в этом мне. Это многого стоит, – он рассматривает место удара. – Мою красавицу тронули…

– Слав, смущаешь.

– Привыкнешь, солнц.

– Хорошо. Наверное, я больше никому не нужна даже.

– Мне нужна.

– Хорошо. Леша считает, что я его… Я не знаю, как объяснить, но мне он не нравится. В нем плохое что-то отталкивает.

Слава в шоке смотрит на меня.

– Ты чувствуешь людей?

– Видимо научилась с такой жизнью.

– Ты чудо небес!

Он обнимает меня крепко.

– Раздавишь, Слав!

– Ой, прости…

Он засмущался. Взяла его щеки и потрепала несильно. Тот улыбался.

– Эээ, может, вы домой обниматься пойдете? – высказал Леша нам.

Слава аккуратно сажает меня и идет к ним.

– Слав, не надо…

Я встаю и за ним. Тот успевает ударить Леху.

– Я предупреждал…

Держу его руки.

– Солнце, все хорошо. Я его предупреждал же.

Мы отходим и он садиться, а меня усаживает к себе на колени.

– Она не твоя вещь! – выдавил Леха.

– Она не вещь, а человек! И моя девушка!

– Она не твоя, а Саши. Сам увидишь, тот придет за ней, и я ее попробую добиться. Пока она не замужем, значит, имею право.

– Только тронь! Ушатаю!

Он обнимает меня и закапывается в волосах.

– Мы его потеряли… – сказал Игорь.

– Тоже чую тему.

– Мне похрену…

Я чтобы отвлечь, начала расспрашивать о поездке к нему и празднование.

– Солнц, сможешь мясо замариновать вкусно?

– Смогу.

– Отлично! Все остальное мы сами с пацанами.

– Хорошо.

Слава после проводил меня домой и поцеловал. Я ответила ему не умея. Он после отстранился и улыбается.

– Я научу тебя.

Я засмущалась и киваю.

– До завтра, мое солнышко.

– До завтра, родной. Аккуратнее.

– Все ради тебя.

Он счастливый убегает. Я захожу в квартиру и впиваюсь в грудь брата. Тот отстраняет и осматривает.

– Ой, ей…

– Что?

– Щека…

– Ужас. Лишь бы хуже не стало.

Я пошла переодеться и села за комп. В соцсетях начала лазить по ленте и все смотреть.

– Сереж, Слава тут есть?

– Еще как.

– А как найти?

Тот удивился.

– Любишь его?

– Не знаю еще, но нравится точно. Я Саше не нужна видимо… Зря жду, надеясь… Он не посмотрит на меня такую…

– Говорят, если любят, то все остальное не важно. Слава тебя очень любит. Все действия говорят. Развязев он.

– Спасибо.

Ищу его и нахожу профиль. Кликаю компьютерной мышью и смотрю фото. Такой красивый. Много фото с девушками.

– А он один?

– Да, у него никого не было. Он всех отвергал. Это я точно знаю. Девок куча бегает за ним, а зацепила ты его.

– Бывает.

Добавляю в друзья, кидая заявку. Он сразу ее принимает и пишет.

– Мое солнышко, нашла меня.

– Сережа сказал фамилию.

– Сдал, ну ладно. Я очень рад этому. На телефоны чат придумали, у тебя был телефон, как я вроде видел. Дай брату он установит, а я аккаунт сделаю.

– Хорошо. Я тебе не надоем так? Везде буду.

– Солнышко, не говори так. Ты мне очень нравишься и никогда не надоешь.

Я поворачиваюсь к брату.

– Слава сказал, ты можешь мне чат какой-то установить.

– Могу, а надо?

– Да.

– Давай телефон.

Глава 10

Даю ему аппарат и он сначала на компе что-то делает, а после кидает все на флэш и устанавливает в аппарате. После отдает мне и говорит, куда и что вводить. Я пишу парню, и он все создает. Я прикрепляю данные, и чат открывается.

– Мое солнышко будет теперь всегда со мной и везде.

– Ну, Слав…

– Скромняша.

– Какая есть.

– Обожаю.

– Даже так?

– Да. Здесь еще общий чат есть, где все могут писать из друзей. Придумай себе ник, солнце.

– Хорошо.

Какой бы придумать… Не сильна в этом. Напишу пока Альфа как позывной. Просто и без заморочек. Слава что-то сделал и у меня тоже открылся чат. Там писали парни.

– Парни, в Контру играть идем?

– Да, можно, что еще делать?

– Уроки например. – добавляю я.

– Опа, а Альфа это кто?

– Человек.

– А имя есть у него?

– Ксандер.

Слава ржет в чате и понимает, как я шифруюсь.

– Что, хомячок, затих? Мозг лопнул думать?

– А ты смотрю, умный нашелся?

– А ты явно умом не блещешь, что английский элементарный не знаешь, да Серег?

– А то! Димасю в чат засунешь тоже? Скажешь, как перекинуть все, а Слава с аккаунтом поможет.

– Саш, ты?

– Слава Богам, дошло до него или же переводчик помог.

Все как давай ржачные смайлы вываливать.

– М-да, Лех…

– Ксандер это в переводе Саша всегда было. Англичане пишут это имя всегда разными способами, – ответил Слава или же пояснил тому.

– Я не силен в английском.

– Ложь, – ответила я. – Ты бы в англо-экономической не учился!

– А я толком и не учился там.

– Заметно. Это же я зубрилка.

– Да ты мое солнышко.

– Ну, Слав…

– Хех, даже в чате прикольные. – ответил Игорь.

Появилось еще два ника Мастер и Спарк. Чат с ними был бурный. Я молчала.

– Альфа, солнце ты чего молчишь?

– Не мешаю вам. Да и в игру зашла, чтобы вас не тревожить.

– В какую, солнце?

– Cs 1.6.

– Солнце, ты в нее играешь???

– Удивлен???

– Больше, наверное, да, чем нет. Серега подсадил?

– Нет. Ты же знаешь, какие отношения с ним были… Я в одиночку по серверам.

– Ого. Парни, пошли?

– Я за, а кто это Альфа? – спросил Мастер.

– Моя девушка.

– Девушка??? Серьезно??? Ты же холостяк и никого не подпускаешь. На тебя вон сколько виснут.

Больно такое читать и я выключила чат. Брат как раз пошел в туалет и оставил телефон. Подошла посмотреть.

– Ты идиот! Ты мог свое мнение оставить при себе??? Она и так очень ранимая. Блин, теперь и разговаривать не будет… Только открылся впервые с чувствами и почувствовал себя живым рядом с ней…

– Рядом с ней с детства такое чувство, – отписался Леха.

– В детстве упустил и теперь решил добить девочку. Я не дам знай это.

– Я не собираюсь отступать, Слав. Я ее знаю больше тебя.

– Одинаково. Я тоже не часто был рядом, но не знал, что вырастит такая красивая, хотя и в детстве куколка прям была.

– Парни, хорош девку делить, а? – написал Спарк.

– Это не девка! А хорошая девушка!

– Вай, вай, вай… Славка влюбился.

– Да.

– Помню, как с одной пытался. После замкнулся и никого в близь не подпускал.

– Она хотела меня как кошелек использовать, я быстро это понял. Альфа не такая.

– Она тебя полностью еще не приняла!

– Лех, достал ты! Я не буду как ты давить и терпения у меня очень много в этом. Все потихоньку само сложиться.

– Ага, если родители раньше не загребут тебя.

– Я не пойду к ним в фирму. Желание пропало.

– Ага, слышали лично. Отец тебя юристом подгребет к себе, а она тут останется и все… конец!

– Достал ты! Я играть на 44й сервак. Хотите присоединяйтесь… В эфире буду.

Славка выходит из чата. Я кладу телефон и смотрю на сервак. Вот повезло… Как раз 44й. Ник у меня тут Alpine, никто и не догадается. Надеваю наушники и ухожу в игру. Голосовые команды между командой прям. До этого я нашла программу изменения голоса в голосовых чатах. Опробовала разок и понравилось. Пора похитрить. Выхожу из игры, сворачивая ее, и активирую все. Возобновляю и начинаю играть. Появляется в противниках моих ник. После еще присоединяются. Сильно не мучаю и наблюдаю за ними. Поняв их тактики начинаю жестко снимать, атакуя со всех скрытых мест.

– Да что за нафиг? Он что читер?

Пишу в чате:

– Играть научись, лол.

– Ты смотри еще и издевается! – слышу голос Лехи.

Играем дальше и все время всех укладываю. Слава в чате тоже начал общение. Теперь я поняла, какой его ник. Не трогаю его. Админ тоже с нами и включил голосовой общий.

– А что это он Славку не трогает?

– Да нет, он его тоже бил. Вот чел прям бомба играет.

Тут уже я решаюсь сказать:

– Да вы походу и играть не умеете.

– Я давно в нее играю.

– Заметно.

Тут Серега начал подсматривать.

– Да ладно?

– Не ожидал, братец?

– Неа, офигеть! Когда успела? Комп же недавно купила.

– Нифига недавно…

– Ну…

– Гну, не пали контору, иначе твое прощение в жопу уйдет.

– Ну, сестрен, прости дурака. Я не понимал, что творил.

– Ладно, хоть признаешь. Долго буду приходить в себя, лишь бы последствий не было.

– Давай, гаси их всех!

– Славку не трогаю, святое.

– Значит, признаешь его.

– Может… Я надеюсь…

– Я знаю. Ты ждешь Сашу, а если он остыл?

– Не хочу верить в это.

– Но это факт… Сколько лет прошло.

– Хорошо, я отпущу это. Не буду его ждать.

– Вот и правильно.

– Сердцу не прикажешь…

Брат, понимая, тяжело вздохнул.

– А давай ко мне джонься и в паре сообща гасить их?

– А давай, вон заходят сильные!

– Темка!

Игра становится прям вау.

– Да кто это нахрен? Вот гасит и еще Серега сообща с ним как-то!

– Реально! Смотри, прям очень сообща. Может, есть связь группой?

– Просто кто-то играть не умеет, – сказала я.

– Солнышко…

– Да ладно??? Саша это Алпин? Не верю! – писал Игорь.

– А ты проверь, лол! – ответила я. – Три икса тактика Захват мира.

– Принял, начали…

– Что это за нафиг? Что это за тактика???

Началась жесткая бойня.

– Аа! Жесть какая! – кричит Игорь, а мы с братом ржем как больные.

– Явно как два брата действуют… Черт! Это точно Сашка, они же рядом сидят и сообща! Вот блин! – все заржали даже.

– Мое солнышко лучшая, горжусь!

– Мой рыцарь еще лучше… – сказала я и настала тишина.

Убираю программу изменения голоса.

– Рыцарь ночи, ты чего притих, родной?

– Мой Алпин. Сделай их, родная.

– Легко!

Так я всех снимала, но и лучшие игроки до меня добирались. Слава перешел в нашу команду и после играл спина к спине со мной.

– Сашка офигенная!

– Игореш, заценил смотрю. Я всего ничего играю. Полгода где-то.

– Нифига! Девка начальный игрок нас делает.

– Язык прикуси и играй! Балабол! – приказал Слава.

Так часа 3 играли и после я пошла делать уроки. Включила чат, и Слава сразу написал мне. Я решала работу и отвечала ему.

– Сестрен…

– А?

– А откуда ты знаешь эту тактику? Это же…

– В инете смотрела, – наврала я.

– Ясно.

Лишь бы не понял ничего. Завтра опять на треню. Слава спрашивает, чем я занимаюсь, и я ответила, как есть, над уроками чахну. Тот смайлы смешные прислал, явно смеется.

– Тебе помочь с ними?

– Я сам, солнце, спасибо.

– Заучка как и я?

– Есть немного.

– Нашлись батаны.

– Солнце, я смеяться уже не могу… Живот болит.

– Это же хорошо. Смех продлевает жизнь.

– Ага, бессмертный пони уже.

Тут давай я ржать. Брату даже интересно стало. Показываю ему, и тот тоже ржет.

– Нашлись батаны, капец! Судьба!

– Однозначно.

Доделываю и иду на кровать. Укутываюсь и лежу, общаюсь со Славой. Он пытается узнать обо мне, но я засыпаю, пока жду ответа. Чую, брат взял телефон поставить на зарядку. Утром просыпаюсь и иду умываться. Звонок в дверь. Иду открывать и на пороге Слава.

– Солнышко, ты проспала?

– Походу. Телефон… Черт! Проходи.... – сонно говорю я.

– Такая милая, сонная.

– Да ну тебя! 10 минут, и я буду готова.

– Хорошо.

Бегу в ванную и чищу зубы, умываюсь с умывалкой. Выбегаю и слышу маму со Славой.

– Сережа уже ушел, Слав.

– Я за Сашей, теть Лен.

Мама шокировано посмотрела на меня, а я смущаясь зашла в комнату и стала быстро одеваться. Карандашом сделала макияж и накрасила губы. Выходя, мама шла ко мне.

– Дочка, возьми с собой. Там покушаешь.

– Спасибо, мамуль. Серегу прибью, он будильник специально отключил. Пипец ему! – Слава стоит тихо смеется. – Славка не нарывайся…

– Молчу, солнц, – мама опять на нас.

– Мам, после…

– Ладно. Хорошего дня.

– И тебе, – обнимаю и надеваю кроссы.

– Солнц, а сумку?

– Ой, капуша…

– Неа.

Мама подает, и мы выходим. Слава забирает ее у меня. Идем быстро в школу и успеваем до звонка. Он целует кратко и убегает. Ставлю на вибро телефон и захожу в класс. Сесть некуда совсем. Там эти уроды сидят. И они видят мое замешательство, злобно улыбаются.

– Лампадов, пересядь к Пирсу.

– А что я сразу?! Пусть она валит к нему.

– Я сказала, пересел! – грозно сказала учитель.

Тот, фыркнув, пошел. Я поблагодарила учителя и пошла за парту. Тот злобно на меня смотрел. Урок прошел хорошо. Вторым был математика. Меня даже вызывать не хотели, но выхода нет тупые прям сидят. Элементарного не понимают. Вызвали Виталя, и тот стоит у доски тупит.

– Соколов, выйди, помоги ему.

– Хорошо.

Дима выходит и помогает немного, тоже застревает.

– Учитель, можно?

– Конечно, Сашуль. То весь урок одно решать будем.

Встаю и выхожу. Подхожу к Диме и он отдает мне мел.

– Димуль, смотри… Ты начал правильно, но запутался. Здесь надо было уводить под неизвестную и через "Х" выводить на уравнение. Получается первое известное 43, второе будет 16х и ответом общее твое найденное.

– И все, Сашуль?

– Ну да. Другое будет долгим решением, и выводить долго. Это дома лучше решать так, а в школе это самое быстрое.

– Спасибо, – отдаю мел. – Теперь решу.

Я стою и слежу. Он все правильно понял и через 5 минут уже вывел ответ. После было еще задания и с места говорили решение.

– Виталя 3, Дима 4-, Саша 5 у доски.

– Спасибо, учитель.

Прозвенел звонок и я, сложив все, пошла на выход. Иду к кабинету и недалеко от моего стояли парни. Слава спиной. Подхожу и обнимаю его. Он пугается до смерти и готов был убрать руки мои. Парни ржали как кони над ним.

– Солнце, вот испугала до чертиков!

– Ну, прости… – он при всех меня обнимает за талию и целует в лоб.

– Прощаю, не злюсь. Ты на какой?

– Химия.

– К Лилие Владимировне?

– Ага. Чудесная женщина и меня очень любит.

– Мне кажется, тебя много кто любит из учителей.

– Неа, физик достал. Все причитает про маму. Я ничего не поделаю, если не дано знать и понимать.

– Согласен. Мерзкий тип. После в столовую зайду за тобой.

– Хорошо. Пойду готовиться.

Началась химия. Учитель показывала опыты и нам давала поучаствовать. Я наблюдала за реакцией.

– Учитель, а если другую щелочь добавить? Ведь две щелочи можно соединить.

– Не все, Саш. Раз ты хочешь увидеть реакцию…

Она приносит и добавляет. Я кладу другой компонент и реакция офигенная. Я улыбаюсь.

– Класс.

– А теперь нейтрализуй все.

Я наливаю, и все перестает реагировать. Компонент становится обычного цвета. Подходит Антон и просит тоже такое. Учитель принесла другой, чтобы всем показать реакцию. Разбавляет все и тот любуется. После берет и выливает на меня часть, якобы пролил. Все начинает шипеть и быстро плавиться. Я с криком бегу к учителю в коморку и начину снимать кофту, разрывая пуговицы, а после и блузку. Прикрываю нижнее белье и пытаюсь что-то сделать. Боль раздирает. Учитель что-то выливает на плечо и перестает реагировать все. Я плачу.

Глава 11

Учитель быстро достает бинты и пропитывает чем-то. Прикладывает. Начинает жечь больно. От боли кусаю другую руку, и учитель сама плачет. За всеми манипуляциями звенит звонок. Я сижу плачу, а учитель начинает обрабатывать рану. Забегает испуганный Слава и при виде меня чуть не плачет.

– Слав, выйди.

– Учитель, это мой парень. Все хорошо.

Слава воспринял это как уже признанное и подошел ко мне.

– Ладно.

– Учитель, чем помочь?

– Надо наложить мазь. Заживать будет долго. Это химический ожег. Я доложу директору.

– Я вызову полицию. Это уже покушение на жизнь.

Я смотрю на парня и вижу, с какой он любовью пытается помочь мне. Они все заклеивают, и я смотрю на руки. Вещи уничтожены. На плечи ложиться кофта Славы.

– Одень, солнышко.

– Спасибо, родной.

Просовываю руки и, смущаясь, прикрываюсь. Он застегивает меня. После переживающе смотрит на меня.

– Очень больно?

– Да. Учитель, доложите директору. Слав, вызывай человека. Я это не оставлю так.

– И я. Он тронул тебя.

Он тянет руку, и я ее беру. Тихо встаю и смотрю на вещи.

– Они уничтожены.

– Да. Надо маму вызвать еще в школу.

– Да, солнце. Набираю друга.

Он достает телефон и связывается.

– Ром, привет. Это Слава Развязев. Друг, на мою девушку в школе было нападение одноклассником. Тот на нее химическое соединение вылил.

– Щелочи.

– Она говорит щелочи. Это словно кислота в соединении с одеждой и, причем пластик. Плечо все сожжено в глубокой ране. Без тебя никак.

– Лечу! – слышу ответ и пиканье.

– Сейчас будет, солнце. – убирает телефон.

– Спасибо… – проблемная я.

Он берет лицо ладонями, и забегают парни. Увидев меня в его одежде, брат подбегает и берется за плечи. Я как закричу от боли.

– Черт! Идиот. Солнце мое… Ты не видишь она в моей одежде, значит, что-то произошло!

– Сестрен, прости… Где болит? Что случилось?

– Антон на меня щелочи вылил… – плачу.

– Покажи мне…

Я смотрю на Славу заплаканными и размазанными глазами. Он кивает и я чуть расстегиваю. Брат смотрит, и ярость появляется на лице.

– Убью, суку! Где твоя сумка?

Я поворачиваюсь и начинаю смотреть везде.

– Ее нет здесь.

– Ценное что было?

– Нет. Денег не ношу, еду покупаю заранее, если беру. Только тетрадки, мамина еда у Славы в сумке, телефон в штанах всегда. – брат удивленно смотрит на того. – И я тебя убью сучку! Какого хрена ты будильник выключил? Один Слава знает, что я никогда не опаздываю. Он пришел за мной.

– Прости, хотел пошутить…

– Офигенно пошутил! Она голодная с утра! – накричал Слава.

– Тише, тише, родной. Все нормально, я привыкла.

– Не допущу такого! Солнце, пойдем в туалет, я помогу привезти себя в порядок.

– Хорошо, – беру его руку и мы выходим.

Заходим в мужской туалет и там моя сумка вся растрёпанная.

– Я соберу все, солнце.

– Спасибо, лапуль… – машинально я говорю и начинаю умывать лицо.

Подходит брат и видит парня собирающего все. Я умываюсь, смывая все. Брат дает салфетки. Из столовки стащил уже. Киваю и убираю все.

– Надо к классному руководителю.

– Солнце, тетрадям капец и учебники порваны, а канцелярия молчу.

– Эх.

– Какой сейчас урок, Саш?

– История.

– Слав, я пойду, поговорю. Баба она нормальная.

– У нее и общага будет. Возьми задание. Я все сделаю.

– Хорошо.

Брат уходит, и Слава подходит ко мне. Берет смелость и целует меня. Отвечаю ему, и заходит парень.

– Нашли место!

– Пошел нахрен! Куда шел, туда и вали… – тот от тона Славы испугался.

Он повернулся на меня и увидел испуг. Дотронулся лбом до моего и говорит:

– Прости, мое солнышко. Пойдем. Как раз у меня музыка.

Я киваю, и он берет меня за руку. Выходим, и парни на нас очень странно смотрят. Славе это похрену. Главное меня не трогают. Идем на первый и в кабинет наш. Захожу и классная подбегает ко мне.

– Саш, что случилось?

– На химии Антон Алиев на меня щелочи вылил. Глубокий ожег плеча. Вещи все разъело или сожгло. Слава вызвал знакомого из полиции. Простите, Елена Николаевна… Можно я побуду тут. Антон порвал все в сумке. Учебники я заклею.

– О, Господи! Совсем больные что ли?

– Зря вы взяли этот класс. Теперь я понимаю, о чем Соколов говорил. Полные уроды собраны в нашем классе.

Пока мы общались, подошли парни и переживающе смотрели.

– Хорошо, значит такова судьба его.

– Вам ничего не будет?

– Не должно. На заднюю садись и поучи что-нибудь, – целую ее в щеку и прохожу дальше в классе.

Все на нас смотрят. Вижу вещи парней и за ними свободно. Сажусь туда. Слава со мной присаживается, и я улыбаюсь. Он дает мне сумку, и я вытаскиваю тетрадь.

– Слав, карандашик со стеркой любой дашь?

– Сейчас…

Он достал мамины сосиски в тесте, что дала с утра в школу. Одну я ему дала. Он убрал в бумажечку и брату сунула. Сама сидела и жевала.

После Слава лезет, и остальное достает из сумки. Благодарю его и, открыв живой листок, начинаю рисовать. Я от брата люблю аниме и начинаю рисовать красиво. Ничего не замечая, сижу тихо. Вырисовываю лицо и тут на ухо шепот:

– Солнц, ты офигенная.

– Нравится?

– Очень.

Доделываю и аккуратно вырываю ему.

– Она на тебя похожа.

– Есть такое, – чуть улыбаясь, говорю я.

Стук в дверь и заходит тот в форме.

– Доброго дня, я к Славе Развязеву и Александре Реймонд.

– Здравствуйте, хорошо. Я не нужна?

– Нет.

Мы встаем и полицейский увидев меня ужаснулся.

– Сереж, заберешь?

– Да, Саш.

Отдаю брату сумку с тетрадкой, а все остальное Слава оставляет на парте.

– Мы соберем, идите.

– Спасибо, Серег.

Мы идем к полицейскому и выходим с ним. Парни здороваются рукопожатием.

– Значит теперь она твоя девушка?

– Да. Солнце, расскажи все.

Я кивнула и стала все рассказывать. Также добавила происходящее до этого. Слава даже кулаки сжал. Я крепче сжала свою руку в его, и тот стал успокаиваться.

– Жесть какая! Вот повезло перейти к уродам.

– Да, лейтенант.

– Опа! Кались кто ты?

– Шпион!

– Ну, правда?

– Погоны знаю просто. Нравится все это.

– А поступать куда пойдешь?

– На юрфак.

– Тогда к нам заберу под крыло.

– Меня не возьмут…

– Почему??? – тут он удивлен, как и Слава.

– Отец сидит, рассказали соседи. Жениться вроде хотел. Хрен пойми…

– Черт! Вот дерьмо!

– Нормально. Пойдем за этим и к директору. Там все решим.

Те кивнули, и я чувствовала поддержку моральную Славы.

– Все хорошо.

– Я не уверен.

– Поверь.

– Хорошо, – тяжело выдохнул тот.

– Вот одежда сожженая щелочью, – отдаю полицейскому.

– Прикрепим к делу.

Мы пошли на урок. Стучимся и заходим вдвоем.

– Доброго дня. Антон Алиев нужен.

– Добрый день, лейтенант.

– Ой, Татьяна Николаевна…

– Я не при погонах, просто главной сижу, ты же знаешь. Что случилось?

– Покушение на жизнь человека. Расследую, – учитель в ужасе.

– Его нет в классе. Прогуливает всегда. Саш, все так плохо?

– Сожжено на химии плечо. Теперь долгое восстановление тканей точно.

– Господи. Выздоравливай. Работу я брату дала.

– Спасибо, я все принесу.

– Как всегда.

Мы прощаемся и ищем по школе. Его нигде нет.

– Он сбежал. Завтра придет точно. Я его поймаю. Возьми по правам несовершеннолетних сразу. Будем решать на месте.

– Девушка, ты сама как мент.

– Люблю сериалы со Швецовой, да и следачные. Тоже хочу попробовать, куда возьмут.

– Класс! Вот бомба врагу будет. Вот ты себе девушку нашел!

– Лучшую.

– Тогда на связи будем.

Они попрощались и я, а после пошли в кабинет досиживать урок. Я взяла тетрадь и стала рисовать спорт машину из игры NFS. Это игра очень нравится мне тоже и песни с игры.

– Нифига…

– Что ты там… Еба! Игорь, глянь! Нереально!

– Царев.

– Упс!

Я дальше сидела, рисовала и не поднимала головы боясь разозлить любимого учителя. Звенит звонок, и я отдаю карандаш со стеркой Славе.

– Дорисую отдам.

– Солнц, я не просил.

– Глазки выдают и эмоции.

– Да, я… – покраснел.

– Помидорка! Ха!

– Ню…

– Милаха! – треплю щеку немного, и тот улыбается.

Беру сумку у брата и подхожу к учителю.

– Офигенная!

– Сам в ахуе!

– И как ты не замечал? Точно забыл… Тебе было пох.

– Я же извинился и не делаю дерьмо больше.

– Эх, баран ты! Такая сестра красивая, а ты так с ней.

– Согласен…

Учитель разрешила мне идти домой. Слава боялся, но уверила, что все хорошо будет и отпишусь. Он чмокает кратко, и я ухожу. Дохожу до дома спокойно. Дома была мама и, увидев кофту Славы. забеспокоилась. Показываю все, и та плачет.

– Мам, завтра этого урода поймаем в школе, и ты тоже будешь нужна. Лейтенант дело шьет.

– Хорошо. Наберешь меня.

– Хорошо. Я на тренировку пойду и надо заплатить за месяц.

– Тебе нравится?

– Да.

– Сколько нужно?

– 3600.

– Сейчас, иди, одевайся.

Я киваю и иду к комнате. Ищу удобные спортивки, борцовку, кофту сверху тонкую прикрыть рану. Беру сумку с нужным и выхожу. Мама дает мне деньги, я ее целую и выхожу. Иду обратно, и меня из парней никто не видит. Прихожу к тренеру и тот удивлен.

– Тренер, в классе чп случилось, – показываю и тот даже подошел. – Работать могу. С чего начнем?

– Уроды, одноклассники?

– Ага. К больным попала и расхлебываю теперь.

– Давай начнем усиленное?

– Класс! Я за.

– Тогда на лестницу и разминайся тщательно.

– Есть!

Тот смеется надо мной. Иду переодеваюсь и на разминку. Хорошо размяв тело, встаю для работы. Учитель показывает сильные удары, и я в точности повторяю. Тот офигел и показал нечто. Я смогла почти и это повторить.

– Ты лучшая! Я буду учить тебя спец подготовке.

– Я только за. Мне нравится.

– Я вижу. Начнем.

Он показывал движения, и я все оттачивала, а после бой с ним. Сил у него больше, но это приятно чуять. Азарт узнать все. Настаиваю и узнаю много элементов. После на груше все оттачиваю и сажусь на лестницу полувертикаль. Растягиваю шпагат. Учитель восхищался мной.

– Будет состязание одно, и я хочу подготовить тебя туда.

– Я не могу раскрыть себя.

– Я все улажу, и под псевдонимом выйдешь в маске и в спец форме.

– Лады, тренер.

Выставляю нашу руку силы. Он берет ее.

– Сначала отборка в школе, а после выше 3 этапа.

– А приз есть?

– Есть. Кубок лучшего это после третьего этапа, на отборке признание.

– А куда поставим?

– Да тут. Я здесь надолго теперь. Желающие после тебя повалят, я уверен.

– Круть! – я радовалась словно младенец конфетке.

Учитель угорал с меня. Так я начала еще больше всего узнавать. Гонял меня прям ух! Отчасти и кайф, как тряпка. Приходила домой, душик, уроки и ложилась на кровать. Засыпала быстро и брат не узнавал меня такую. Утром с будильником еле встаю и ползу еле-еле умываться. Влетаю в брата и лыблюсь.

– Ты какая-то уставшая вчера пришла.

– Скоро соревнования, готовлюсь. Выступать буду.

– Прикольно.

Глава 12

Двигаю брата и лезу за щеткой. Тот мычит. Чищу зубы и выхожу. Мама сделала завтрак. Жую благодаря. Она дает с собой на троих, и я чмокаю ее. Отделяю брату и в комнате сую ему. Кладу в сумку все. Беру вещи и одеваюсь у мамы в комнате. Сегодня решаюсь белую борцовку под черную рубашку и черные джинсы любимые. На ноги спорт кроссы будут. Крашу глаза ярко и губы как всегда. Делаю высокий хвост и иду в комнату.

– Брат, на улице подождешь?

Тот удивлен моему вопросу.

– Только недолго.

– Я мигом знаешь же.

– Лады.

Он выходит, и я беру пакет. Все туда кладу и сразу после на треню. Расписание брата я знаю теперь. Шифруюсь, как могу. Все собрав, беру и бегу обуваться. Маму чмокаю и выбегаю. Вылетаю с подъезда, и брат говорит, что больная. Не новое сказал. Идем в школу, и когда подходим к зданию, остается только в арку зайти. Тут на нас все стали смотреть.

– Как тогда говорили? Братья Реймонды бомба?

– А по-другому никак! – тот довольно улыбается засранец.

Парни заметили нас и офигели. Слава пошел ко мне на встречу.

– Писец какие грозные вместе!

– А так всегда было. Даже называли раньше как два брата, ведь женское только тело, а дух явно мужской стал, грубый с силой.

Он чмокает, и я вытираю бальзам с его губ.

– Бальзам офигенный. Даже чмоком губы лечишь.

– Вот, уже плюсы!

Он улыбается мне.

– Тебе идет так.

– Значит, изменения тебя устраивают, это радует. Пойдем?

– Да. Какой первый?

– Общество или как вы говорите общага. Привет, парни.

– Привет, Сашуль.

Игорь добродушный такой даже слегка приобнял.

– Эээ!

– Не ревнуй, а. Я в друзья к ней лезу. Собственник!

– Да.

Слава берет мою ладонь и тянет в школу. Парень доводит меня до класса и отдает сумку. Чмокает и уходит. Я захожу в кабинет, и там сидит учитель. Достаю задание и здороваюсь. Она приветствует и смотрит.

– Садись, готовься к уроку. Я прочту сейчас.

– Хорошо.

Иду садиться, и Дима зовет к себе. Я улыбаюсь и сажусь с ним.

– Ты офигенно выглядишь. Решила поменяться?

– Да. Пай девочка стала дьяволом, – он ужаснулся.

– Ты не такая.

– Такая. Боль меняет, поверь. Живя с болью, становишься другой, а значит, все меняется, и такой как тогда, я теперь не буду.

– Слава тебя возвращает в такую милую и добрую.

– Знаешь, Дим. Ты ведь меня тоже не один день знаешь… Все уйдут на вышку и все… Мне кажется, я буду одна. Я не говорю Славе всего, но я анализирую все. Если я увижу его родителей, я сложу анализ и боюсь итога.

Дима не понимал тему явно.

– Вот смотри… У Славы очень богатые родители, а его засунули сюда под присмотр тети.

– Он говорил, что долго выпрашивал это и с условием они разрешили.

– Дай угадаю… Идеальная учеба?

Он грустно кивает.

– Я знала. Это значит, он закончит школу, и я его тут не увижу. Я боюсь этого.

– А если он сможет это уладить?

– Я надеюсь. Поэтому боюсь раскрываться, ведь и так тянусь душой.

– Заметно. Но и ко мне ты тоже очень добра.

– Ты хороший, – он смущается. – Прошу, только как тот Дима не подсядь не на что и с этими не водись. Видишь, как я воюю, ты не сможешь.

– Обещаю. Если со Славой не получится, я тебя не брошу.

– Я знаю, что я дорога тебе.

Тот в шоке смотрит на меня.

– Черт! Анализ… Епть… Спалился.

– Тсс. Молчи об этом.

– Хорошо, прости, что не признался раньше.

– Кто знает, как жизнь мною поворотит. Оставайся человеком, что хранит мое тепло.

– Обещаю.

Достаю тетрадь по математике и вырываю лист. Звенит звонок и начинается урок. Учитель начинает спрашивать. Оглядываюсь и этого урода нет. Беру телефон и лезу в чат.

– Меня подключишь?

– Перекину, а если не разберешься, к Славе. Я не умею.

– Ок, давай.

Я пишу Славе, что того нет на занятии и он отписывается со смайлом поцелуя. Я улыбаюсь. Дима заметил это. Скидываю ему, и тот регистрируется.

– Реймонд.

– Я, учитель.

– Ты реальная?

– Не поняла о чем вы, учитель.

– Вы пишешь как правоохранительные органы и рассуждения явно с той части.

Я опускаю голову не в силах пояснить.

– Как? Ты мне скажи только… Полицейские опытные такое не могут.

– Есть причина, учитель.

– После урока ко мне.

– Есть, – та офигела явно.

Я присела, и Дима смотрел шокировано.

– Отец.

– Епть. Понял.

– Теперь кто расскажет основы правовой части? – она все еще дочитывает мое и поднимает глаза.

Я тяну единственная руку и та удивлена.

– Хорошо, еще кто?

И никого. Все боятся что ли. Я ухмыляюсь.

– Соколов, начни.

Дима встает и начинает рассказывать по книге написанное. Его сажают и вызывают меня. Я начинаю раскрывать все основные аспекты, приводя примеры и полностью раскрывая наказания по части статей в УК и другого. Учитель рот открыла, и класс уставился на меня. От такого мне стало не по себе и начало потряхивать. Дима заметил состояние и не знал, как помочь. Начинаю дальше рассказывать, как не допустить нарушений на элементарном и какой нужен надзор. Появляется тревога, и начинаю говорить слова кусками.

– Саш, что с тобой?

Я пытаюсь перебороть это в себе.

– Про-сти-те, мне надо вы-йти.

– Хорошо. Собери вещи и выйди на воздух. 5 за ответ.

Быстро собираю вещи и выбегаю из кабинета. Несусь на улицу и забегаю за угол. Тяжело дышу и держусь за стену. Борюсь с состоянием долго, и не выходит. Резко меня обнимают руки и любимый запах. Испуг взял свое и я отключаюсь. Слава ловит девушку и пытается привести в себя. Подбегает ее брат.

– Черт! Что случилось?

– Дима нашел меня и сказал, что Саше плохо стало при ответе. Она стала заикаться.

– Что же такое опять…

– Опять??

– Да.

Сережа звонит маме и рассказывает все. Та говорит что делать. Парень отключается и начинает делать веленное. Девушка начала реагировать.

– Слав, брат…

– Приходит в себя… Фух! Испугала. Я же не мама.

– Прости… На уроке ужас взял свое. Я не знаю почему, но я пишу то, что думаю, а учитель говорит, что менты так не описывают все. Начался урок и я ответить хотела. Она Соколова вызвала. Он начал про прочитанному, а после решила и меня вызвала. Я стала рассказывать тему своими словами по УК со статьями и всем таким, так все стали на меня смотреть так. Даже учитель офигела. Говорит как? Я же не скажу, что мой отец…

– Все, солнце, не думай об этом… Я рядом.

– Прости, лапуль… Испугала.

– Все хорошо. Главное ты цела.

Слава помог мне, и я обняла его, вкопавшись в грудь.

– Солнце, ты чего?

– Я не хочу, чтобы после школы ты уезжал от меня. Не хочу отпускать тебя.

– Солнышко, я не уеду. Откуда ты узнала об этом.

– Анализирую все.

Парни офигели разом.

– Ты думаешь, родители заберут меня?

– Уверена.

– Я найду выход, я не брошу тебя.

– Обещай.

– Обещаю, родная моя. Ты моя и я тебя не отдам.

Я отстраняюсь и смотрю ему в глаза.

– С армии я дождусь – это одно, но твой уезд в другой город станет ударом.

– Моя любимая, – он при Сереже целует меня и тот даже рот открыл.

Я отстраняюсь и смотрю на брата.

– Понял, молчу.

– Вот и славно. Пойдем в школу.

Он берет меня за руку и мы идем через арочную зону к входу. Заходим в здание, и идем к лестнице, поднимаясь по ней на второй. В толпе я вижу того урода. Быстро отдаю брату сумку и срываюсь туда. Тот урод не ожидал и с кругового как тогда в борьбе с братом, я с силой ударяю. После удар на поднятие его и с разворота ногой зажимаю шею надавливая.

– Ебать! Что это нахрен было? – говорит Леша.

Черт! И эти увидели.

– Лапуль, звони…

– Сейчас, солнце…

Слышу, общается с тем, а после Сережа вызывает маму. Антон пытался меня скинуть, и я вдариваю с кулака прогибаясь в шпагате.

– Нифига растяжка!

– Она на танцы ходит же, – сказал Слава Игорю.

– Надеюсь.

– Игореша, стервочка ты моя… Накажу, – тот даже сглотнул.

Эта зараза может все понять видно, что тот тоже занимается. Форму поддерживает этим.

– Я точно ошибся, это танцы.

– А когда ты это стервочкой стала? – любимый подколол того.

– Ну, было дело… Только она в гневе меня так называет.

– Накосячил значит. Смертник.

– Есть такое, извинился, но видимо попал надолго.

– Ты забыл мои слова однажды сказанные.

– Она зла не помнит, но она его записывает. Отомстит, забудет, а после еще по записи отомстит. – добавил Соколов.

– Правильно, Димуль. Вот кто мой друг, изучающий меня мелочно.

Дима стоял довольный моими словами и парни косо посмотрели. Антон увидел, что я отвлеклась и ударяет больно. Я делаю кувырок назад. Он бежит на выход. Я разбегаюсь через боль в ноге забегая по стене, сношу его с бокового своего. Тот падает, и я начинаю скручивать.

– Я больше с ней не воюю. Ну, нахер! Нахер!!! – парни ржут как больные.

– Теперь вы знаете как она меня крутила. Вот почему фильмы нельзя, таким как она, смотреть и инет в руки давать опасно.

– Брат, ну ты и сучка! Я же к Вовке схожу, и за красивые глазки он мне полный доступ в инет даст.

– Ты не посмеешь!

– Посмею!

– Какой Вова?

– Друган запиздатый, что игровуху держит. Как оказалось, что эти двое в тихушку играть ходили с тем, но Вован лет на 6 нас старше. Думал, что Сашу затащит под предлогом помощи в кабинет и там вытворит все. Саша явно рождена не той, что нужно было. Она отбила ему яйца все.

– Капец! Не хочу такого.

Тут подходит полицейский и встает в ступор.

– Захват спецов…

– Лейтенант, тебя из Китая высылали?

Тот мосю вытянул, а парни поняли нашу семейную тему.

– Я держать долго буду. Хоть наручники дай, он тише станет.

Протягиваю руку, и теперь парни мосю вытянули.

– Все, отрезаю кабель… – промолвил брат.

– Поздно, братан.

– Эх.

– Ну?!

Полицейский подходит и дает.

– Ты же не…

В секунду и я напяливаю их на него.

– Слав, не воюй с ней.

– Она добрая.

– Ага, потом так будешь лежать мосей вниз.

– Неа.

Начинаю вставать и пошатываюсь. Лейтенант ловит.

– Навредил?

– Удар по ноге в растяжке у горла, – тот рот открыл.

Я, смеясь, закрываю ему.

– Муха залетит, – он улыбается. – Танцами занимаюсь, растяжка там нужна.

– Аа. Ну, пошли к директору, сможешь?

– Куда, я денусь.

Вытягиваю руку в жесте и парень понял все.

– Болит.

– Есть такое, чуть поддержки. Помажу сегодня.

– Хорошо. Сумка у меня.

Я киваю, и мы выдвигаемся к директору. Там подъезжают еще с отдела, и подходит мама. Директор не ожидал такого.

– А что удивляться, директор? Меня и брата вы приняли и сказали офигенный класс. Заметно. У брата шлюхи и шалавы, а у меня… Даже не знаю как правильно назвать. Зонниками назовем тогда. Ведь им до нее прям как в ноги плюнуть. Доводят учителей до истерики. Учитель биологии душка и как оказалось она его тетя, – показываю на Славу. – Таких людей обижать не позволю. Я жила в аду и он меня теперь не отпускает.

Начинаю расстегивать рубашку и любимый напрягся.

– Родной, тише… Все хорошо.

– Хорошо, – выдохнул тот.

Глава 13

Я открываю взор на сожженное место. Отлепливаю все и показываю рану. Полицейские в ужасе.

– Тут закрывать нужно таких!

– Такую дрянь как она надо закрыть! – заорал урод.

– Рот закрыл, пока не получил больше положенного.

Тот заткнулся сразу.

– По статье ему светит от условки до двух лет, – все на меня глянули. – Я законы знаю, со мной тяжело.

– Ты права. Надо тогда все проверять по нему и пригласим в отдел для решения двух сторон. Дело тут спорное.

– Явно не пряник, кнут… – добавляю я, заклеивая рану.

– Саш, ты хочешь его наказать? – спросил лейтенант.

Я смотрю на него внимательно.

– Понятно, Слав, почему он твой друг, – тот засмущался даже от моего взгляда. – Если ты его друг и мой тоже, а значит, я могу на ты так?

– Ну, допускаю такое.

– Ром, собери мне все по делу, я посмотрю и будем с этим говорить жестко. – улыбаюсь губами.

Парень с сержанскими погонами прям офигел.

– Договорились, будущий юрист.

– Поверь, если я выучусь на него, ты будешь от меня бегать. Я же задолбаю. Братюню моего спроси.

Славка тихо ржет сидит. Я пихаю его тихо, и тот успокоиться не может. Рома смотрит на него и тоже понял тему.

– Не придешь к нам, загрызу!

Славка не выдержал и заржал. Сержант тоже рассмеялся с нами.

– Договорились! Держись отдел! Сразу укрепы ставьте! – тут уже директор не выдержал.

– Теть Лен, вот в кого она у вас?

– Фиг знает, сами балдеем.

Я вытягиваю руку Роме с довольной мосей, и он ее пожимает стесняясь.

– В нашей скучной семье прибыло.

– Однозначно… – Слава отмахивается.

– Ром, пакуй тогда его. Суток 5 по закону можешь, но он от трех взвоет. Поймет, как это обижать девочек. Наведу порядок раз директору пофигу.

Зло смотрю на последнего.

– Не уследил.

– Ложь. Это длиться три года. Сраных три года учителя убегают отсюда. Всю статистику за месяц я собрала. Директор, займитесь разгребом, снимут вас или я помогу! Я закончила!

Встаю и иду к выходу.

– Бомба! Хочу ее в отдел, всему обучу. Славка найди способ помочь мне в этом!

– Навряд ли, да теть Лен?

– Ага, не пройдет. Бывший муж, с ее 5 лет как в разводе, много натворил, а у вас такое не пройдет.

– Я рискну! Такой талант в ней и пропасть не должен. Ладно, пошли в отдел этого и все пробивать по семье.

Все выходят, и Слава видит меня у окна. Подходит и со спины обнимает. Вкапывается в волосы. Мама видит все и радуется этому.

– Я маме забыла про твое день рождение рассказать.

– Успеешь еще.

– Хорошо. Пойдем на урок. Через 5 минут звонок.

– Эх, прогул урока.

– Неа.

Разворачиваюсь к нему лицом и смотрю на него.

– Как ты смог? Ведь столько лет…

Он не понимал о чем я явно.

– Я влюбил тебя в себя? – осторожно спросил он.

– Именно. Ты успокаивал, но душа к тебе рвется, словно зависима от твоего тепла. Когда ты рядом я чувствую себя собой.

Он не верит в услышанное и плачет. Я вытираю его слезы.

– Мужчины ведь не плачут.

– Я плакса знай это.

– Моя любимая плакса значит, – он улыбается мне.

– Когда ты рядом я оживаю. Ты меняешь меня. Я хочу укрыть тебя от всего. Как вспомню маленькую с длинными волосами жизнерадостную девочку, что дарит тепло в душе, сразу жить ради тебя хочется.

Он целует меня с большой любовью и нежностью. Расплываюсь в нем. Отстраняюсь и прислоняюсь к его лбу.

– Оставайся на каникулы со мной.

– Не знаю когда выступление.

– Приедем все вместе. Мало того, близится соревнование по борьбе. От нашей школы 6 человек уже говорят. После будут городские и уже вышка, а там бомба. Наши выходили на вышку, но победить не смогли.

– Должны же когда-нибудь победить! Лохи что ли?

– Да нет, малыш. Это же школа. Лучших в спецы гребут, не дают дальше развития на соревнованиях.

– Увидишь. Кто-то сломает систему и скажет нет.

Значит, вот как дело предстоит. Тренер не сказал всего. Видимо это неважно было. Теперь я понимаю, что меня ждет, и выгрызу нам победу. Пусть страна гордится потом.

– Давай покушаем пока что?

– Мое солнышко.

– Твое и не спорю, – он улыбается.

Достаю пакетик и ему даю.

– Боже, ты меня забалуешь.

– А то! Мама готовит вкусно. Вот теща тебя раскормит в будущем.

– Золото она у тебя.

– И одинока.

– Найдем ей.

– Хоть как, обязана.

Мы кушаем мамину вкуснятину и на перемене идем в классы. Убираю крошки с его лица заботливо, и мы расходимся по кабинетам. Урок черчения был не о чем, и я расстроенная выхожу. Дима подбегает ко мне.

– Саш, да забей ты.

– Ага, этот прикопается. Олень, блин… Не умею я это, машину могу, аниме тоже, но это… Хнык.

– Солнышко, кто обидел?

– Учитель… – обнимаю его. – Не умею я его хрени рисовать. Рукопоп я.

Дима смеется, и я на него строго посмотрела.

– Я могу помочь. Ты мне обещала еще дорисовать.

– Эм… Тогда давай я приду после трени. Не могу пропускать.

– Напишешь мне, я приду за тобой.

– Ну ладно… – довольная улыбнулась я.

– Вот засранка такая любимая.

– Сам выбрал, заметь…

– Дооо!

Смотрю на Диму и тот не понимает.

– Урок, какой говорю?

– А, литра.

– Боже… Спаси меня…

– Не любишь, солнце?

– Нудиловка.

– Ооо, мои слова!

– Мое слово, а спер Серега.

– А я что?

– Вот вспомни какафку и вот она.

– За какашку сейчас получишь, мелкая зараза!

– Догони!

Быстро убегаю и забываю про ногу. Он ловит.

– Отпусти заразка! Слава! Бьют!

Слышу, парни ржут.

– Ах, так! Пипец тебе!

– Упс! Разозлил!

Бью по ноге, и тот теряет равновесие. Выкручиваю и роняю, садясь сверху заламываю.

– Заразка отпусти!

– Я просила, ты не отпустил. Теперь месть!

– Офигеть она его как игрушку.

– Видели бы их бой. Там бля…

– Не, спасибо… Хватило этого. Оттачивала на нем явно.

– Сто пудов.

Отпускаю, и тот встает. Полукруговым сношу его и тот падает на попу.

– Квиты!

– Зараза ты! Я отомщу!

– Начинай готовить план мести, да лапуль? – подлизываюсь к парню.

– Я тебя не узнаю, солнце.

– Привыкнешь, а этого я еще научу маленьких уважать. Занимается он, тьфу. Ничего не умею и валю.

– Золото мое.

Чмокаю парня, хватаю Димасю под руку и топаю к лестнице. Брат стоит, отряхивается. Чмокаю в щеку и иду дальше.

– А ты засранка, Саш.

– Какая есть. Тебе же нравится.

– Да.

– Вот и ладушки!

– Чертенок любимый!

– Согласен, Слав. Сроднимся, и этот чертенок с нас не слезет.

– А я тащусь по ней такой.

Серега смотрит на него.

– Что? За то прям живая.

– Кстати-кстати… Может, пусть меняется. Эх, бомба будет.

– Красавица. Пошли, то стоим, пялимся на нее.

– Мне можно.

– А мне тем более. – рассмеялся Слава, обнимая его плечо.

– Обидишь – яйца оторву!

– Эх… Я боюсь, Сер.

– Решим по мере поступления.

– Спасибо, родной. Ты тоже как брат мне давно.

– Ладно, сопли вон ей оставь. Не люблю я это.

– Заразка ты!

– Да я тебя!

Славка побежал от Сережи.

– Идиллия блин! Славка в ударе от них.

– Дурачатся, – ответил Игорь. – Потопали.

Уроки закончились, и гребу тайно к тренеру. Он стоит, обучает других. Пугаю его обнимая.

– Саш, с ума сошла, что подумают. У нас разница лет 10-13.

– Пох. Тренер, мне нужна помощь.

– Что случилось? Рассказывай.

– Мне нужно прикрытие. Могут раскрыть и беда будет. Я же сказала на танцы хожу, а сама тут. Мама с братом размажут точно. Они против этого. Я хочу доказать, что могу. Сейчас соревнования и они хотят прийти.

– Вот ты жопку наварила.

– Ну, помогите, вы же мне друг.

– Есть вариант один, но выжмешься капец.

– Смогу. Сильная.

– Идем. Парни оттачиваем, я сейчас.

– Хорошо, тренер.

Мы выходим и идем по коридору в соседнее крыло. Заходим в кабинет и там тоже парень.

– Епть, Славка ревновать будет.

– Выбора нет.

– Согласна, красивый заразка.

– Саш.

– Молчу, ты тоже красивый тренер.

– Малявка.

– Вредина, – тот рассмеялся.

– Макс, привет. Ты искал чела, я привел своего золотого.

Смотрю на тренера и офигеваю. Тот лыбится.

– Скрытный заразка, весь правильный типа.

– Раскусила. Буду собой.

– Есс! – он смотрит на меня и улыбается.

– А классная ты!

– Дооо!

Парень подходит и смотрит на меня.

– Привет, дружище. Она?

– Привет, да.

– Не пойдет.

– Почему?

– Она полная.

– Учитель…

– Можно.

Я подхожу и вдариваю несильно в живот.

– Терпеть не могу обзывательства. Еще раз услышу от тебя и сам вдарю. Унижать только можете и все.

– Прости…

– Тебе нужен человек, а не мне. Я найду и другое место. Это вот учитель тебя предлагает, значит, знает тебя.

– Да.

– Покажи что умеешь, – он выпрямляется.

– А ты покажи, что надо и тогда посмотрим.

Я выхожу на центр, и тот начинает движения. Подстраиваюсь и лучше него начинаю их показывать.

– М-да… Это все?

– Нет.

Тот добавляет элементы и это не особо меняет дело. Парни офигели.

– Ты где такую нашел?

– Сама пришла, не поверишь.

– Офигенная! Я такую искал! Откуда все знаешь?

– Я больной фанат фильма Шаг вперед. Да все такие. Брат мой тоже такой.

– Класс.

– Бабла у меня нет, отдала за занятие учителю. Я слышала, на соревнование готовитесь. Мне нужно прикрытие основы.

– Беру на месяц, выиграешь, тогда возьму индивидуально готовиться к соревнованиям в группе.

– Лады.

Иду к учителю и слегка обнимаю.

– Как звать? – спрашивает Макс.

– Зови Алекс.

Мы уходим обратно и там занимаемся с парнями в сцепке.

– Учитель, я слышала, что 6 человек от нас будет. Вижу 4.

– Ты пятая.

– А еще кто?

– Я. – слышу знакомый голос.

Медленно поворачиваюсь и как провинившийся котенок смотрю на него.

– А я думал еще показалось.

– Ты сдашь меня ему?

– Нет, не собираюсь даже.

– Почему?

– А зачем мне это?

– Не знаю, все так делают. Я ничего не могу сделать, без ведома мамы и Серого. Если они узнают мне не жить. Они категорически против этого. Славка узнает и точно беда.

– Зря.

– Почему? – я не понимала.

– Они восхищались тобой стояли и, кстати, я тоже. Ты с изменениями стала живой что ли.

– Ого.

– Ты же на танцы ходишь.

– Ага, прикрывать теперь надо. Узнают. Значит, теперь как два брата с тобой?

– А то!

Глава 14

Выставляю пуку силы. Он подходит и с силой пожимает.

– За победой, блондя Игореша!

– Порвем их, родная!

– Учитель, начинай жестю, мы готовы!

– Пипец тебе!

– Жопка, куда деваться.

– Учитель, а как скроем ее?

– Мой костюм специальный. Я его из-за рубежа привез. Столько наград с ним, счастливый что ли. Хотел передать его достойному. Пока не нашел или нашел. Теряюсь. Маску на лицо как у спецов и дело в выигрыше.

– Она как ниндзя будет тогда.

– Круть!

– Боже, детский сад.

– Штаны с лямками.

Все как давай ржать. После началась треня. Игорешу поставили в паре, и я его различными способами кидала на маты.

– Ты офигенна!

– Какая есть.

– Учитель, вот вы ее натаскали.

– Будешь смеяться. Она научилась сама многому, я корректировал точность и технику нанесения ударов. После уже всю основу изучали.

– Нифига!

– Получается, ты тогда не все вывалила на брата.

– Я бы убила. Я сдерживала гнев.

– Ты столько терпела и не ударила даже.

– По ТВ сказали, что надо научиться терпеть боль. Заметь больная нога и ничего, живчик.

Игорь был в шоке от всего. Позанимались мы жестко все вместе. Плюсом новое, что точно должно быть. После трени тряпкой пошла на танцы. Макс меня увидел и офигел.

– Давай показывай, что там…

– Смотри…

Он начал показывать с парнями.

– После идет твое соло. Твой кувырок, можешь?

– Научусь, отточу.

– После опять группой, парни…

Они все показывали и после прогонка с отточкой элементов. Для крутости вставили еще немного. Тоже разучивали все вместе. Устала жесть. Прощаюсь и ползу до дома. Слава переживал, и я написала ему, что ползу домой и не смогу черчение с ним сделать. Теперь точно не смогу. Он написал, что поможет мне.

– Лапуль, я должна буду.

– Поцелуешь, и все моментом спишется.

– Шутник мой.

– Твой, а ты моя. Скучаю уже. Из-за соревнований вся в тренях.

– И я скучаю по тебе.

– После соревнований и до них будешь рядом.

– До не знаю. После 1,5 недели. Устанешь от меня.

– Хорошо, тогда скажешь даты, я буду закупаться. Днюшку надо отметить.

– Немного выпивки, больше еды. Не хочу вас в полях искать.

– Хорошо, любимая.

Поднимаюсь и захожу домой. Кидаю в шкаф сумку, беру вещи и топаю мыться. Вода смывает тяжелый день. Немного прихожу в себя и даже чуть кушаю. Иду в комнату и лезу в дневник.

– Да пошло нахрен…

Ложусь на постель брата и засыпаю.

– Мам, Саше надо повязку поменять.

– Пусть сюда топает.

– Она в отрубе и ее танком хрен разбудишь.

Мама приходит и смотрит.

– Соревнования, выжимается.

– Жесть. Давай помогай, любитель мультиков.

– Иду.

Они вместе поменяли все, а девушка не проснулась даже.

Утром проснулась с будильником. Сил нет.

– Мам, можно не пойду разок?

– Нельзя.

– Мам…

– Нет.

– Ну, мам!

– Нет!

– Бяка…

– Я слышу!

Брат ржет стоит.

– Есть одна темка.

– Какая?

– Энергетик офигенный.

– Давай! Надо выдержать и выступить достойно.

– Согласен. Игоревна будет за школу.

– Класс!

Беру таблетку и запоминаю название. Ползу умываться и после стаскиваю пирожок. Стаскиваю с полки борцовку, с вешалки рубашку и спортивки широкие. Иду к маме одеваюсь и не застегиваю рубашку. Привожу лицо в красотку и, взяв сумку с пирожком, иду обуваться. Мама еще несет. Благодарю и выбегаем. По дороге таблетка начинает давать эффект и становлюсь огурчиком бодрым. Иду и приплясываю.

– Ооо, уже торкнуло.

– Ага!

Вытворяю различные движения и доедаю. Все убираю в сумку. Смотрю, брат развеселился и начинает со мной в такт. Заходим в арку, и нас все сразу замечают.

– Охеренно! – сказал Игорь.

– Лучшие! Моя!

Я выпендриваюсь в походке, а брат дополняет.

– Два обезбашенных тогда и сегодня.

– Точно. Дай пятюню.

Хлопаю его и вижу парней с улыбками.

– Вы сделали этот день точно, вон все таращатся.

– Пусть завидуют талантищам.

– Правду говорили как близнецы, – дополнил Дима.

– Привет, врединам, труженикам и лентяям.

Подхожу к любимому.

– Привет, лапуль.

– Привет, мое солнышко.

Он чмокает меня. Вижу Леша злиться.

– Опять?!

– Имею право!

– Сказала бы я....

– Так скажи!

– В туалете имеют право кричать занято.

Тот даже вскипел.

– Угомонился! Она не вещь! – прорычал брат.

– Сашуль, а сможешь за мной повторить?

– Показывай, Игореш.

Он выходит и показывает интересные движения. Я подстраиваюсь и начинаю с ним.

– Еба, офигенные, особенно Саша. Это смотрится просто нечто!

– Согласен, Серег.

Все начинают свистеть нам, и мы отрываемся немного.

– Дай пятюню, бро.

– Ты крут, бро! – хлопаю и обнимаю парня.

– Порви их нахер!

Отдаю смешно честь.

– Так точно, кэп.

– Детский сад…

– Штаны на лямочках, – дополняю я, и все ржут.

Подхожу к любимому, и он обнимает за талию.

– Красавица моя, горжусь тобой.

Мы заходим в школу, и все в телефонах что-то смотрят и обсуждают. Отстраняюсь и смотрю.

– Писец, зазвездились, бро! Аж 2 раза. – улыбаюсь.

– Пусть теперь завидуют, солнышко.

– Согласна.

Уроки проходят как всегда. Физкультура стоит последним. Иду на нее и переодеваюсь. Захожу в зал, и учитель мне улыбается.

– Что делаем, учитель?

– Разминка, подтягивания, отжим. Сейчас еще класс придет. У них учитель заболел.

– И какой?

– 8В.

– Черт! Можно вещи к вам убрать, пожалуйста?

– Убери, раз тема такая.

– Очень.

Бегу обратно и переношу все. Во время сделала, и заходят шалавы. Смотреть противно. Отворачиваюсь и жду команды от учителя.

– Учитель, я, Сережа и Игорь уже ноги с руками размяли.

– Видел. Можете приступать втроем.

– Дождемся всех.

– Как хотите.

И тут меня обнимают за талию. Смотрю на него и улыбаюсь.

– Малыш, ты чего?

– Да так. Ваши шалавы бесят. Постоянно на тебя смотрят и не на кого больше. Нашли блин мешок денег! Не позволю!

– Тише, тише… Никто меня не интересует, малыш.

– Я верю, но не нравится мне это.

– Седьмой и восьмой класс, 10 кругов разминки кроме Царева и Реймондов. – сказал учитель.

– Лапуль, надо бежать.

– Ну, ничего, я быстро.

Он чмокает и убегает. Девки с презрением на меня смотрят. Подбегает братюня с Игоревной и обнимает.

– Говорил что делать?

– Отгадай, чем наш Сан Саныч промышляет.

– Нее.

– Доо.

– Ладно, потопали. Опять мамку с папкой припомнит. Кстати, Славе Рома написал приехать.

– Бля… Не вовремя!

– Согласен, – подтвердил Игорь.

Идем к отжиму делаем как надо. Подходит учитель с часами.

– Саш, готовься.

– Хорошо.

Ложу и держусь за перекладину.

– Игорь, счет.

– Хорошо, учитель.

– Начали!

Дана команда и я стала отжиматься. Лицо брата, как и Игоря офигевшее. Подбегает Слава и слышит счет и тоже в шоке.

– Офигеть!

– Ага. Силы много в руках оказывается.

– Согласен. Солнц, ты нас перегонишь.

– Запросто!

Учитель остановил секундомер и стал писать в журнал. Парни почти наравне со мной и тут все офигели.

– Это как?

– Обычно!

Ухожу к мячам и беру волейбольный. Начинаю набивать о стену.

– Солнце, давай вместе, – я улыбаюсь ему и кидаю.

Начинаем отбивать друг другу. Присоединяется брат и Игорь. Получается, прям кучка. Через время меня зовут, и брат убирает мяч в сторону. Бегу и мне подставляют подножку. Я падаю и с кувырком встаю. Все ахнули. Я злобно посмотрела на эту дрянь.

– Саш, отжим от пола.

– Пусть и Игорь тоже, проверим кто кого.

– Неа, Леша упор лежа.

– Хорошо.

Вот его бы не видеть. Отворачиваюсь и ложусь. Дают команду, и Леша стал быстро делать, но и быстро выдохся.

– Я победил!

– Ну и флаг в руки с барабаном на шею.

Начинаю убирать руку и все ахнули. Попеременно меняя, а после выпендриваться. Серега с парнями заржали.

– Ты где такую сестру нашел, я тоже хочу!

– Вет, где нашел, таких больше нет, – сказал Слава. – Какая сильная стала.

Закончив, сказали счет, и я Леше язык показала. Ушла к любимому. Обнимаю его с Игорем. Слава целует в висок.

– Моя умница, – я улыбаюсь довольно.

Меня похвалил любимый человечек, это много чего стоит. Когда все это сдали, был на отжим живота. С этим сложнее было, но нашли решение. Я сдавала вертикально на лестнице. Слава чуть седым с братом и Димой не стал. Все сдали и пошли играть. Девочки против мальчиков. Мальчиков было на 8 меньше, и я согласилась к ним перейти.

Нападали жестко и отбивались тоже. Леша видимо не умел играть носился.

– Лех, не умеешь играть выходи! Мешаешься только.

– Умею я!

В очередной раз мяч ко мне летит, и я рассчитываю все для гола, но тут Леша жестко сносит меня. Я ударяюсь об стену спиной.

– Придурок, сказали же пошел вон! Не умеешь играть нихрена! Нападение по полю не бегает! – рычал Славв.

– Саш, прости меня.

Я ничего сказать не могу, боль сковала. Лежу.

– Учитель, вызывайте скорую, она пошевелиться от боли не может.

– Сейчас.

– Придурок гребаный… Солнце, держись. – Слава чуть не плачет.

Он боится тронуть меня. Это опасно. Через время приезжают врачи и осматривают.

– У нее болевой шок. Видимо сильный удар. По ощущениям все хорошо. Ноги, руки двигаются. Нужны мази и уколы. Болеть жесть будет.

– Спасибо.

Меня накалывают и я закрываю глаза.

– Солнце, не отключайся…

– Она хочет спать… – говорит Игорь.

Глава 15

Слава берет на руки меня, и я окончательно засыпаю. Чувствую, что меня несут, и не противлюсь. После постель и нежные руки. Наслаждаюсь. Это Слава мой. Сплю в дреме. Чувствую женские руки, укол и проваливаюсь в сон. Ночью, проснувшись, чувствую дыхание и в мои волосы вкопались лицом. Не пытаюсь сообразить даже, целую его нежно. Он чувствует меня и отвечает.

– Малыш мой.

– Все хорошо, засыпай.

– Я люблю тебя… – засыпая, сказал он.

– Я тоже тебя люблю.

– Я сильнее.

– Я знаю.

Целую его и засыпаю. Утром прозвенел будильник.

– Утреннее чудовище поет.

– Малыш, ты такая смешная.

– Обычная.

Пытаюсь встать, и это отдается болью.

– Боже, толстый придурок тупой.

– Малыш мой, надо укол и помазать.

– И обезболивающее. Я не могу подвести…

– Любимая…

– Не спорь, человек я такой. За что берусь, всегда выполняю.

– Я заметил.

Он подлезает и целует. Такой нежный и чувственный. Отстраняется и соприкасается лбом к моему.

– Я так испугался…

– Я знаю. Леху ко мне не подпускай, вот хоть убей, но не нравится в нем что-то. Словно он огонь. Прям не лежит душа никак к нему. А может чуйка как деда говорил. Блин, деда. Совсем забыла…

– Сходим, солнышко.

Слава позвал тетю и я удивилась. Только сейчас до меня дошло, что я у него. Сделав укол, она ушла. Теперь Слава помог мне лечь и натер. Потихоньку встав, я выдохнула.

– Родной, а почему я у тебя, Сережа маме сказал?

– Малыш, малыш… Успокойся, все хорошо.

– Я… Спокойна, – беру себя в руки.

– Тут, потому что я захотел. Видел я ваши кровати. Да и с тобой хотел побыть, проснуться… Ты как ангел спишь.

– Что есть… Веди умываться, надо смыть все художество, то прям мумия и одеться в нормальную одежду. Смотрю, не трогал, ценю.

– Сережа сказал не трогать, и я не посмею без разрешения.

– А мне тоже разрешение надо?

Тот так хитро с улыбкой посмотрел.

– Какая ты…

– Какая?

– Проказница.

– Не маленькая уже.

Он подходит и впивается в губы. После ведет умываться и дает мне щетку. Я смеюсь над этим. Мажу нос его пастой и тот удивлен, а я смеюсь. Так он и мне такое делает. Теперь оба стоим как ненормальные. Мазь сняла большую боль, и мне стало легче. Умываемся и выходим. Я спросила, где моя одежда и он мне все дал. Чтобы не смущать выходит, и я спокойно одеваюсь. Заплетаю косичку колосок, и он заходит.

– Точно нереальная.

– Обычная я, лапуль.

– Вижу.

– Это нормально. У меня хорошо развиты в этом руки. Крашусь я также.

– Ого.

– Привыкнешь.

– Тетя завтракать зовет.

Я засмущалась и после кивнула. Мы пришли на кухню и так было прям неловко. Привыкнуть к такому, наверное, стоит. Учитель вне школы и еще тетя любимого. Последний понял мое замятие.

– Солнце, привыкай.

– Да я ничего, но прям даже не знаю, как описать.

– Ты хорошая, Саш. Я очень рада за Славу. Теперь в семье такая милаха будет. Вот до сих пор не могу поверить. Эти тебя так и обижают?

– Да, не без этого. Враг народу номер один. Блин, нам же к Роме надо.

– С утра успеете, я прикрою?

Я удивлена сказанному.

– Да, теть, – ответил Слава.

– Тогда кушайте и дуйте, – мы рассмеялись.

– Вот, правда, хорошая вы. Главное, чтобы вас не трогали, прям зло берет на таких.

– Я привыкла, родная. Только ты встала тогда в защиту.

– Я должна была.

Ее панкейки были просто наивкуснейшими. Я поблагодарила за вкусный завтрак и, помыв руки, мы пошли собираться на выход. Пока Слава брал сумку, я написала брату про обезбольку. Тот ответил, что в школу принесет. Слава взял мою ладонь, и мы отправились на остановку. Автобус уже стоял, ждал с конечной. Мы побежали на него. Забежав, оплатили проезд и сели к окну. Через время автобус тронулся. Четыре долгих остановки и мы у здания. Нас остановил грозный дежурный, когда мы зашли в здание. Слава набрал Роме и тот вышел за нами. Провел в свой кабинет, и спустя время приехала мама. Приехали того родители и этого урода привели.

– Саш, прости меня. Я больше не буду… Я не хочу туда. – Рому даже улыбнуло это.

– А зачем тогда такое творил?

– Злоба была. Ты пришла, и стала прям важной.

– Ложь! – громко сказала я, и все дернулись. – Ты хотел показать в классе, какой ты главный. Я высказала только Лифанову. На вас посмотреть, вы его на иглу посадите. Прям, на лицах написано, что нет у вас хорошей жизни, Антон. Есть время поменяться. Тебе не нужно это все говно. Не верю, что ты плохой. Когда я пришла сначала думала ты добрый. Ведь добро ты проявил ко мне.

Парень даже в шоке сидел.

– Я изменюсь.

– Не трогайте учителей, особенно по биологии. Она добрая очень и когда по оценкам будет жопа, она вытянет тебя. Оставить может только русичка. Антон, пора меняться тебе и банду задних парт унять. У нас не дерьмовый класс, но за ваши творения 3 года его ненавидят. Надо выпуститься как бы хреново не было, ведь сможем?

– Да, Саш.

– Ну вот. Я при Роме дам тебе шанс, не злая я. Детство было у меня ад и последствия до сих пор жить не дают, но я держусь ради мамы, которая вкладывает в меня с братом все. Я вижу, что родители тебя били и из-за этого злость.

– Откуда?

– Я с тираном росла и знаю этот взгляд. Сержант, возьмите на контроль его родителей. Они его хорошо бьют. На руках следы давние. Такое бывает, когда бьют ремнем неправильно. У отца такое было.

Сержант полиции был удивлен и проверил слова, а Леха голову опустил.

– Вот подтверждающая реакция, Ром.

– Вижу, Сашуль. Твое решение.

– Ну, зная закон… Увечье… Полное лечение оплатит его семья, так как это не карандашиком или ручкой в спину ткнуть. Останутся шрамы, будет другой разговор. На учет ставят 100% и надзор за ним. Гробить ПОКА жизнь я его не буду и условка, висит по моему зову с движением. Я права, Ром?

– Уникум.

– Подлизка.

– Ну, Саш.

– Поговори мне, – все рассмеялись.

– Мелкая, а строит как!

– Рома! – тот притих. – Тогда итог: на учет явно. За этими сержант следит. Условку пока без хода оставляем. Начальству так и скажешь. Даем ему время до конца девятого класса. После он уйдет, как и вся банда. Лечение надо оплатить, дорогостоящее все намазывают для соединения тканей. Думаю, моего добра хватит, Антон?

Он кивает и прослезился даже.

– Мам, ты согласна?

– Если полиция примет, я только за.

– Саш, ты уверена? – спросил Рома.

– Да. Надеюсь, следующий шаг не будет убийство школьницы в газетах.

Слава сжал мою ладонь в поддержке.

– Я жить хочу. Столько боли… Ром, сержант, я вынесла решение.

– Тогда мы записываем все в дело, и вы подписываете, – сказал сержант.

Я киваю, и те начинают прикладывать бумаги. Все занимает 15 минут и нас отпускают. Время у нас тикает, и тетя Славы не может все на себя брать. Мы идем на автобус. Он через время подъезжает к остановке. Заходим и садимся. Мама оплачивает проезд, и садиться сзади.

– Какая ты у меня хорошая.

– Какую воспитала, мам.

Я ложусь на плечо к Славе.

– Все хорошо.

– Надеюсь на это.

Мы доезжаем до конечной и выходим. Целую маму и, взяв Славу за руку, идем в школу.

– Малыш, шоколадку будешь?

– Я не очень их люблю честно. В детстве были проблемы по сахару, как и у всех детей. Да и папа маленький батончик на двоих редко приносил. Выросла и не смотрю на них.

– Ужас. Можно я тебя немного побалую?

– Если совсем немного.

Он обрадовался моему ответу. Тот радостный добегает до магазина и покупает что-то, после бежит ко мне.

– Ты как маленький ребенок и милый до ужаса прям. Прям затискала бы.

– Я все прощу, только не тискай, малыш. Это тебе.

Он дает мою любимую, и я удивляюсь.

– Что, угадал?

– Ага. Спасибо, лапуль. – чмокаю его.

– А еще?

– Ну… – я оглядываюсь и вижу, что народу мало на улице.

– Скромняшка.

– Да.

Целую его нежно, и после он довольный берет мою ладонь. Мы идем и кушаем. У школы все тихо значит урок. Заходим и охранник:

– Вы чего прогуливаете?!

– Мы не прогуливаем, а ездили в полицию, дядя! Вы кто – директор? Нет! Вы обычный охранник и даже говорить о прогулах не имеете права. Ваше дело бандитов ловить и порядок в школе поддерживать, вот и сидите спокойно на посту. Терпеть таких как вы не могу! Хуже выскочек возомнили себя королями. Бесит прям!

Охранник даже сказать ничего не смог. Беру любимого и тяну к расписанию. Сверяемся по времени и смотрим.

– Лапуль, у тебя музыка, а у меня русский язык. Елена Николаевна пустит, а русичка нет наверное. Рискну.

– Тогда пойдем, любимая.

Смотрю на него и сама радуюсь в душе. Его нежные слова душу греют.

– Я знаю.

– Я ничего не говорила.

– Я вижу, малыш. Даже мои нежные слова на тебя особенно действуют.

– Да и ты знаешь причину этому.

– Ты моя, а значит только нежность.

Стучусь и захожу.

– Елена Николавна, здравствуйте. Можно?

– Привет, Сашуль, конечно. Сережа сказал, что вы в полицию поехали. Расскажешь потом?

– Обязательно. Я Славу привела, сама попробую попроситься на русский.

– Хорошо. Одна можешь?

– Живая и ладно. Заживет, впервые что ли!

Она удивлена моему ответу. Иду в кладовую и переобуваюсь в удобное. Выхожу и иду на выход, обратив внимание на Славу. Он тоже на меня смотрел. Иду к лестнице и поднимаюсь. Кабинет прям рядом. Стучусь и прошу войти.

– О, явилась! Уже пол урока прошло.

– Здравствуйте, Надежда Ивановна. Я в полиции была.

– На моем уроке нет и мне без разницы. Иди, догуливай, где была.

Я кивнула и закрыла дверь. Без настроения спускаюсь вниз и стучусь. Захожу в кабинет и спускаю голову.

– Елена Николаевна, можно я у вас досижу урок? Мне сказали валить, откуда пришла.

– Она совсем того что ли?

Учитель подходит и обнимает.

– Не расстраивайся так. Садись на свободную.

– Я не прогульщица и никогда не прогуливала специально.

– Не бери в голову ее слова. Ты хорошая девочка.

– Спасибо вам.

Выпутываюсь и иду за последнюю. Кладу сумку и достаю листочек с карандашом и стеркой. Начинаю рисовать и не замечаю никого.

– Солнце… – нежная ладонь берет мою, и я поворачиваюсь. – Я рядом.

Я киваю и опять рисую. Рисую и ухожу в себя. Дорисовываю и ровняю все. Меня тихо тормошат.

– Солнце? С тобой все хорошо?

– Да.

Я оглядываюсь и рядом парни стоят. Вокруг никого.

– Перемена?

– Ага.

Складываю все.

– Я доделаю и отдам.

– Солнце, что с тобой?

– Все хорошо, правда. Ты мне веришь?

– Я верю, но то, что я вижу, меня пугает.

– Сереж, скажи ему…

– Она не врет, но скрыть может. Вот таблетки мама дала.

– Спасибо, БРАТИК!

Злобно беру все и резко встав, ухожу из класса.

– Хоть бы соврал, ты видишь, какая она! – накричал Слава.

Парень выбежал за девушкой, а ее след простыл. Она пошла в столовую, попросить воды запить таблетки.

– Солнце, где ты?

Парень стал ее искать. Девушка выпила таблетки и пошла на следующий урок. Зайдя в класс, ее остановил учитель:

– Пришла? Ммм. Гуляла бы дальше.

– Учитель, вы меня не пустили на урок, и я понимаю это, я опоздала, но сейчас что? Я пришла на перемене готовиться к следующему.

Дима подошел ко мне.

– Хочу и не пускаю на свои уроки.

– Не имеете права! Я ничего не сделала! Также не виновата, что попала в ужасный класс, где норовят все сделать мне больно или же убить. На химии даже щелочи вылили. Теперь ожег огромный и будет шрам точно.

– А мне пофигу. Ты с ними учишься, а я вас учу!

Глава 16

Ее тон мне не нравился, и я попятилась назад. Дима пытался меня остановить. Я бежала к директору. Постучавшись в кабинет, зашла, и начала все рассказывать.

– А что я могу сделать?

– Хорошо, я ходить не буду на ее предметы. Если у меня будет плохая оценка за год, я на вас все проверки нашлю. Не с той связались. Я в ярости выхожу из кабинета, громко хлопнув дверью. Бегу к классной и все рассказываю. Она в ужасе.

– Я не буду ходить на ее уроки. Директора я предупредила. Война обеспечена. Не директор, а лох конченный.

Дима нашел меня и обнял.

– Дим, отпусти меня!

– Сашуль, тебе надо успокоиться.

– Оставьте меня в покое!

С яростью вырываюсь, и Дима отходит боясь. Я выбегаю из кабинета, снося всех по пути, и словно пуля вылетаю из дверей школы. Бегу к лесу. Там я смогу успокоиться, наверное. Забегаю подальше и нахожу хорошее место спрятаться. Кладу сумку и от злости бью по дереву разбивая руки. Пусть так, чем истерика и драка. Долго бью, и по рукам стекает кровь.

Останавливаюсь от боли. Прислоняю лоб к дереву. Надо идти на треню. Учитель поможет. Беру сумку и иду обратно. От моего вида все шарахаются. Захожу в аптеку.

– Мне бы бинт и перекись.

– С-сейчас.

Она приносит, и я расплачиваюсь. Иду в школу. Там тишина отлично. Захожу и охранник даже испугался. Смотрю на него и тот побелел. Сыкун. Иду к руководителю. Знаю, что у нее прогал. Выучила все. Захожу к ней, а она за столом читает что-то.

– Елена Николаевна, поможете?

Та смотрит на меня и резко встает.

– Саша, Боже мой! Слава тебя ищет везде.

– Все хорошо.

– Иди кровь в туалете смой.

Киваю и иду. Под струей все щиплет, и я терплю. Возвращаюсь и отдаю ей. Она помогает мне. Я обнимаю ее крепко.

– Я справлюсь, но никому не наврежу. Я иду от школы, и я их порву. Никому не говорите. Я скрываю.

– Как???

– Мне так легче.

– Ого.

– Все будет хорошо. Я вас так люблю как родную. По биологии и химии тоже, но вас больше. Пойду на треню. Мама напишет записку.

– Аккуратнее.

– Обещаю.

Ухожу к секции, и там вовсю репетируют. Увидев меня в бинтах сыканули.

– Работаем или пялимся? Мне спину отбили. Анаболики долго не живут.

– Работаем.

– Неужели, родили!

Кладу сумку и снимаю рубаху. Тот включает песню и начинает движения.

– Какого хрена? Почему новые движения?

– Я так захотел.

– Макс, ты идиот! Мне не успеем отточить! Это нереально! Ладно я, но они… Они завалят номер!

– Успеем.

Треня по танцам жесть вообще была, пошла на основу. Захожу и тренер, увидев меня, ужаснулся.

– Учитель, дьявола видели? Думаю, нет, посмотрите внимательно… Вот он!

– Боже… Кто с тобой так?

– Учитель по русскому и литре дрянь конченная! Я в ментовке была из-за покушения на химии. Опоздала, но та меня не пустила послав. У классной отсиделась. После пошла на следующий у той, и она опять оскорблениями. Побежала к директору, а ему похрену. Вот даже мат скоро вырвется, чую. Никогда не ругалась, а отец, урод, говорил на нем. Убежала в лес выплеснуть все. К вам опасно было. Раскрываться, не намерена. Теперь я у вас тут пропишусь.

– Сашуль, я только рад буду. Побереги руки.

– Хорошо, учитель. Кстати этот урод Макс сменил движения и нихрена не успеем выучить все, запорем 100% даю. Эти лохи синхронность не могут подстроить. Провал наш и выжил сейчас в жопку. Зря к нему пошла. Только соревнования пройдут, другого найду.

– Я сам найду тебе.

– Учитель…

– Замяли.

– Лады.

Топаю переодеваться и после выхожу.

– Жесть видок.

– Вчера на физре друг сбил, спину отбила, на анаболиках и брат адреналишку дает иначе сдуюсь.

– Не злоупотребляй.

– До соревнований одна в день, обещаю.

– Я верю тебе.

– Учитель, сегодня с вами на полную. Мне надо и хочу потягаться.

– А давай!

Стелим маты и начинаем драку по жесткому. Парни все рты открыли.

– Класс! Теперь у меня появился достойный противник.

– Вы меня натаскали же по-своему.

– Ты лучшая и добьешься многого.

– Я вас прославлю, обещаю. Чего бы мне этого не стояло. Вы поверили в меня, и я вас не подведу.

Мы тягались долго друг друга швыряя. Слышу, как что-то громко упало. Отвлекаюсь и вижу Игоря. Он в ужасе от всего. Тут прилетает от учителя. Я встаю и вдариваю грозным ударом с ноги. Тот падает на маты.

– Родная, сдаюсь! Загоняла!

– А я еще полна сил!

Подхожу и поднимаю его помогая.

– Учитель, как быть с Максом?

– Завалишь его сраные танцы похрену, а это нельзя.

– Принято. Буду выбивать.

– Моя лучшая ученица за столько лет. Фух! Точно достойный противник! Вымотала и костяшки размял, – он согнулся и держится за колени, глубоко дыша, успокаивая дыхание.

– Дата известна?

– Ага. Понедельник отборка тут 5 школ. Приедут, спец гости.

– Круть! А после?

– Второй день едем в спорт холл там победителей сильные уже трепят с прошлых и не только. Далее на другой день выезжаем в другой город.

– Далеко?

Он смотрит на меня.

– Ульранск.

– Черт! Туда… 250 км точно.

– 238 точнее.

– Ну ладно…

Игорь свистит от сказанного.

– Далековато.

– Ага. Сказали, что в стране будут проводить все и там жесть будет. Готовьтесь.

– Я готова!

– Вот посмотри на нее. Стоит как ничего и не делала, а я в тряпку. Ей хоть бы что! Засранка! – стою и улыбаюсь.

– А я кажется знаю причину этому.

– Какая?

– Саш, ты таблетки пила?

– От спины Слава дал и мазью мазал. Мама дала обезбольку через Серегу.

– Он ведь дал тебе еще одни.

– Какие? Ничего мне не давал!

– Ложь!

Я сжимаю кулаки от злобы. Только уняла и опять.

– Адреналинку.

– Ничего он мне не давал.

– Значит сама пила.

Я держу злобу и начинаю грозно идти на него.

– Ничего я не пила, не колюсь и вообще! Какое право ты имеешь меня отчитывать??? – кричала я на него.

Он от моего злобного вида отходил назад к стене.

– Я беспокоюсь!

– Беспокоиться надо о любимой или родной. Я в эту категорию ну никак не подхожу!

Разворачиваюсь и отхожу от него повернувшись затылком.

– Ты мне нравишься и ничего не могу поделать.

– Ты опоздал. Я отдала сердце Славе.

– Ложь! Ты любишь Сашу и только его.

– Нет! Он бросил меня и больше не приезжает, не ищет связи. У меня есть телефон.

– Я его видел.

– Когда???

– На той неделе. Он приезжал к бабушке по делам. Сказал, что весь в учебе и работе. Он очень скучает по тебе, но ничего сделать сейчас не может.

Я в шоке от слов услышанных.

– Он любит тебя.

– Не любит! Он обещал, что не бросит, найдет выход. Саша для меня был всем. После Сережа бил и я думала, что это конец. Я так жить не хотела… Столько боли. Я смогла полюбить Славу.

– Ты его не любишь, это обман и зависимость. Он дает тебе тепло, что тебе жизненно необходимо.

– Как ты можешь его обсуждать! Он твой друг!

– А Саша мне как брат! Мы давно знакомы!

– Он нашел бы связь! Саша не ищет ее. Разлюбил меня.

– Он любит тебя, а не Слава!

Я резко поворачиваюсь, и он видит мой гнев.

– Не смей так говорить! Не смей! – кричала я.

– Черт! Она не в себе! Саша, все хорошо…

– Нет, учитель. Он тронул больное… Зря он это сделал… От брата меня никто не защитил, а тут высказывает. Ненавижу все! – рычала от злобы и ярости я.

Бегу на Игоря и тот понимает, что попал и я начинаю атаковать как никогда не била. Мною ведет ярость. Парень как может, отбивается, и я его далеко откидываю. Учитель впрягается за того, чтобы я его не убила.

– Учитель, отойдите!

– Нет, ты должна остыть!

– Не получится! Игорь, ты трус!

– Сашуль, ты не в себе! Ты под таблеткой!

– И что? За то я живая!

Сбиваю с ног учителя, извиняюсь и опять на Игоря. Тот слабее меня и стал нехило получать. После учитель стал делать запрещенные приемы. Я упала, и он пытается обезвредить.

– Игорь, уходи бегом. Она успокоится и придешь.

– Бегу, учитель.

– Трус! – кричу я.

Тот успевает убежать, и я с большой силой откидываю учителя на маты.

– Вот это сила в тебе! Ты их порвешь точно!

– Я обещала! Учитель, я пойду… Я не в себе вы говорите. Я не хочу больше навредить. Он меня разозлил.

– Это правда?

– Да. Я с детства люблю одного, а он кинул меня.

Иду за вещами и выхожу из помещения. Одела только штаны и иду в борцовке. Накидываю при всех рубашку, и те больше ужасаются. Смотрю на руки и сама в ужасе. Надо уходить пока никто не увидел из Серегиных. Разгоняюсь и в беге выбегаю из здания. Леха с кем-то стоял, болтал. Увидев меня, сорвался с места. Я бежала, запутывая его и опять в лес. Обернувшись, никого не увидела. Иду дальше и выхожу к оживленной дороге. Нахожу вариант и перебегаю. Иду к оврагу. Там есть много деревьев и удобно лежащих. Кладу сумку и ложусь на нее головой. Лежу и с пением птичек успокаиваюсь. Это убаюкивает меня. Убираю в потайной внутренний под ремень телефон. Засыпаю. Было не холодно и это радовало, но под утро похолодало. Просыпаюсь и начинаю застегиваться. Накидываю кофту. Теперь комфортно. Телефон при мне. Достаю его и успеваю увидеть время мельком, и он вырубается.

– Черт! Жопа… У учителя попрошу зарядку. Кушать хочется… Точно шоколадка Славы.

Достаю и перекусываю. Пойдет, хотя не еда. Все, наверное, в нервозе сейчас. Я не могу поранить их. Боже Игорь… Нет мне прощения. Беру все и иду по тропинке, откуда пришла. Снова дорога. Перехожу ее под сигналы авто. Сама пугаюсь больше и прям трясет. Злость почему-то не вся стихла, хотя вчера было легче. Наверное, и стихла, а теперь на себя злюсь за раны друзьям. Иду через лес и переплетаю косу. Выхожу из него и по короткой дороге через трубы пролезаю к школе. Иду к арке и выхожу. Вижу обеспокоенного Славу, Сережа пытается его успокоить. Игорь замечает меня и ужасается. Начинает трясти сильнее. Боюсь ругачек и останавливаюсь. Парни разговаривают и замечают взгляд Игоря. Оборачиваются резко и видят меня. Слава срывается с братом. Я зажимаюсь как тогда в детстве и жду действий. Их нет. Только руки нежно и очень аккуратно пытаются меня обнять.

– Малыш мой…

Я смотрю на него боязно.

– Она не в себе и напугана до ужаса, – сказал брат.

– Да, ее трясет всю. Малыш, где ты была всю ночь? Я везде искал тебя с парнями.

Я только заплакала на это. Он резко обнимает меня словно самое дорогое в жизни.

– Все хорошо, я рядом, тебя никто не тронет. Никто…

Он пытается успокоить меня, но это тяжело. Эмоции в каше.

– Где же ты была, мое солнышко? Замерзла, наверное. Тебя кто-то тронул, обокрали из-за телефона?

Вкапываюсь в него. Он аккуратно берет мои руки, и я шиплю.

– Прости…

– Меня на урок та дрянь не пустила, оскорбляла… Дима там был… Я убежала… – тяжело говорить.

– Он рассказал.

– Я побежала к директору, ему пофигу. Мне нужен Рома. Я устрою ад. Я злая убежала в лес успокоиться. Мне было плохо… Вот… – показываю руки.

– Малыш, Боже…

– Я не тронула, никого не тронула… Или тронула…

Опять слезы. Он вытирает их. Подходят парни.

– Сашуль, где ты была?

От голоса появилась дикая злоба, и я смотрю на него.

– Еба… Что ты натворил такого. От ее взгляда даже кровь стынет.

– Плохого ничего.

– Ага… – прорычала я.

Тот отошел боязно.

– Я купила бинт и перекись. Зашла в школу с кровяными руками. Елена Николаевна обработала и я пошла на треню. Эта козлина изменил танец и пизда нам. Олухи его отточить синхронность не могут. Взбесили… После Игорь…

Я ищу его глазами и нахожу. Он боится меня. Отхожу от любимого, и тот с братом следит за моими действиями.

– Он обвинил меня, что я тебя не люблю. Что я нужна Саше, но если бы я была ему нужна, он был бы рядом за столько лет. Столько боли… После обвинил меня, что я чуть не наркоша. Брат таблетками кормит. Хотя я от спины пила и только.

– Ты была очень активная и злая. – говорит он.

– Потому что меня выбесили на танцах! Тебе бы такое! Он придумает, а выступать нам. Там такое чмо. После соревнований найду другую секцию. Не буду ходить!

Парни офигели.

– Игорь, ты с кукухи съехал? Я ней дал противовоспалительное на всякий случай и Ибупрофен мама дала.

Он опустил голову.

– Прости меня…

Я иду к нему и тот испугался, зажался.

– Не бей…

Я обнимаю его. Он в шоке.

– Не трогай больное, прошу, мне так плохо. Таблетку я пила тогда. Эффект остался. Если мы не победим, учитель будет опозорен. Ты этого хочешь?

– Нет, мы должны.

– Обязаны!

– Да. Прости, я правду говорил…

– Замуж я не собираюсь точно и времени куча. Если я ему нужна он объяснит все и так, чтобы я поверила.

– Согласен, прости.

– Я прощаю. Впервые прощаю. Ты дорог Сереже, не знаю почему. Помоги с Лешей. Слава выпустится и этот активно начнет действия. Анализ верен. Я боюсь, будет плохое и дойдет до тюряги. Не допусти, если ты дорог нам.

– Саш, ты мне тоже нравишься. Я не знаю, как быть.

– Тайно, больше никак.

– Прости за это…

Глава 17

Я отстраняюсь и он провинившись стоит, смотрит на меня. Растягиваю руками улыбку, и тот смеется над этим.

– Сашуль, ну хватит.

– Неа!

– Славка, спаси! – те ржут.

– А что миленько!

– Гаденыш!

Чувствую, руки нежно обнимают талию, и подбородок ложится на мое плечо.

– Солнце, отпусти холопа.

– Ну ладно, – отпускаю и тот разминает лицо. – Лапуль, у меня телефон сел и…

Смотрю на руки.

– Надо в туалет поменять повязки.

– Жесть какая! Это из-за меня?

– Да, Игорь. Я терплю все, но об дерево разбила.

– Прости, просто он мне очень дорог.

– Понимаю, не злюсь. Уже не злюсь. – поправляюсь. – На русский я не хожу…

Слышу машины, и шок меня взял. Выпутываюсь и смотрю. 4 машины странные приехали и два наряда.

– Что за нахрен?

– Тоже интересно.

Выходит Рома в парадной.

– Жопа… Рома тут, лапуль.

– Только бы не жесть какая.

Рома словно услышал нас и повернулся. Увидев меня, у него на лице ужас застыл. Что-то говорит коллегам и бежит ко мне. Я испугалась, и Слава почуял это.

– Сашуль, Боже… Кто это сделал? Привет.

– Ром, ты можешь аккуратнее по эмоциям. Она испугалась такого тебя.

– Прости, Слав. Что случилось, у нее руки в крови?

– Учитель разозлила. От тебя приехали, и она не пустила. Со мной у классной сидели. После говорит, вообще не пустила. К директору пошла и тому похрену. Вывели ее. Она убежала и всю ночь где-то была, искали все.

– В лесу.

– Что??? – у всех шок.

– В лесу спала на дереве, – тихо я сказала.

– Офигеть. Это же, как надо было довести?

– До ярости, – добавил Игорь.

Полицейский ужаснулся и понимал, что девочке плохо.

– Я хотела тебе позвонить, Слава номер не дает. Директор неадекват и та мразь. Унизила и оскорбляла при одноклассниках.

– Родная, покажи мне ее.

– Нет! Не пойду! – Слава обнял, и я вкопалась в него.

– Черт! – выругнулся Рома. – Мы приехали с проверкой. Поступил приказ на директора. Что-то не так тут твориться. В одном из классов избили парня. Он в реанимации сейчас еле живой. Тут вообще непонятное творится.

– Накажи всех.

– Обязательно, родная.

– Сереж, это Рома. Он друг.

– Сергей, ее брат.

– Рома. Очень приятно. Блин, а очень похожи. Покажи эту. Сразу все подгребем.

– С радостью. Пойдем, Ром.

– Сашуль, не уходи. Нам нужны твои показания.

– Дима Соколов все докажет и пол класса.

– Хорошо.

Те уходят, и я краем глаза смотрю на них.

– Солнце, все хорошо.

Я смотрю на него и на руки.

– Ой, прости… Я не хотела… Больно?

– Коготки острые.

Он подлезает к ушку.

– Страстная чую жесть, – я покраснела заметно и пыталась скрыть. – Попалась!

– Засранец!

– За то твой.

– Мой.

– Идем… Парни, пошли на урок. Проверка-проверкой, но уроки есть.

– Согласны.

Мы пошли в туалет и там опять парни орали. Увидев кровь, заорав, убежали. Рома был рядом и, забежав, встал в ступор.

– Прости, Ром.

– Помочь?

– Если можно. Тут кровь пристыла и будет больно очень. Малыш, потерпишь?

– А вариант?

– Нету.

– Дуй только…

Они начали снимать бинты и боль. Я терпела, как могла. После делаю пугающее, кусаю другую.

– Господи… Не выдерживает…

Начинаю скулить и плакать.

– Малыш, еще немного…

Они снимают, и Рома ужасается от картины.

– Вот это сила.

– За то никому не может навредить.

– Ангелок.

Становиться плохо и я отключаюсь.

– Черт, зайди к тете на биологию. У нее есть. Позади кабинет.

Тот кивает и побежал. Тетя парня тоже прибежала и ужаснулась.

– Родной, кто это сделал? Где она была?

– Говорит в лесу спала. Лишь бы не заболела. Было холодно под утро.

– Да.

Я прихожу в себя и отмахиваюсь.

– Боже, а воняет…

– Приходит в себя. Малыш, все хорошо.

– Дурно.

– Крови боится с болью.

– Наверное. Сдавать не может точно. Серега говорил.

Они обрабатывают и повязывают новый бинт. На второй руке было легче. Прихожу в себя и говорю отвести к классной. При виде бледной меня, полиции ужаснулась. Слава ее успокоил. Я села за последнюю парту.

– Слав, иди на урок. Я послежу за ней.

– Хорошо. Можно попросить зарядить ее телефон. То она дома не ночевала. Пришла под утро. Сбежала в лес, чтобы не навредить кому и успокоиться. Игорь задел больное.

– Ого, хорошо.

Слава просит телефон, и я отдаю. Он чмокает и уходит с Ромой. Я достаю листочек и дорисовываю. Беру потом другой листик и рисую аниме Рому. Получается так прикольно. Зашел какой-то класс и учитель проводит урок. В конце урока подхожу и забираю телефон благодаря чмоком в щеку. Иду на информатику. Все усаживаются, и учитель говорит писать в текстовом кодировки.

Я выполняю и добавляю свое. Начинаю смотреть, что есть и тащу по локалке с главного одну мне знакомую. Тихо устанавливаю и прогоняю коды там. По экрану начинают бродить всякие чудики. Учитель подходит и впадает в шок.

– Саш…

– Так интереснее же.

– Офигенно. Кто научил?

– Инет. Люблю все такое.

– 5.

– Спасибо, учитель.

Тут заходит из соседнего класса учитель. Классная брата.

– Тань, не могу понять, что с главным. Не хочет работать и все. Надо вызывать мастера.

– Из своего кармана, директор плевал на все.

– Простите, а что там?

– Да не пойму сама. Ты разбираешься? А кто это сделал?

– Она.

– Класс, я тоже такое хочу.

– Забирайте. В локалку кину. Дома у меня М&М бегают и муху бьют, рисуют на экране. Так мелочное.

– Класс. Пойдем, поможешь?

– Я за!

Встаю и иду в кабинет. Там класс сидит не очень такой.

– 8Б затихли бегом.

– М-да…

Прохожу к нужному компу и начинаю все проверять.

– Кто до этого тут был? После них началось?

– Да. Мой класс.

– Сережин, я поняла.

Она ошарашена.

– Сестра?

– А что не похожи?

– Я подумала, но есть люди похожие.

– Нормальная тема. Кто именно тут сидел?

– Хохлов.

– Никого к этому и главному не подпускать. Всех из класса убрать! У нас жопа! Я видела такое. Какой у них урок?

Та испугалась.

– Биология.

– Я помогу и мне нужен брат и тот мудак. Вас хотят жестко убрать, учитель. Рома тут и он все зафиксирует сейчас. Все в норме. Татьяна Николаевна!

Она забегает и не понимает ничего.

– Эм, учитель… Ведите этих обратно. Мелкие, наверное. Татьяна Николаевна, закройте кабинет от всех кроме учителя, меня и брата, это очень срочно. Главное молчите и иначе беда. Все решим, люди нужные тут не просто так. Там есть знакомый.

– Боже, поняла. Саш, все сделаем?

– А то. Сейчас хакера сопру.

Те смеются надо мной. Я быстро выхожу и несусь на биологию. Залетаю, как снег на голову.

– Простите, учитель. Это очень срочно. Кто такой Хохлов?

– Первый ряд красная футболка поло.

Быстро смотрю и с кувырком через ряды хватаю того. Все напуганы.

– Попался, сука!

Хватаю и вытаскиваю к двери. С ноги прислоняю к стене и давлю горло.

– Отпусти, тварь!

– Не отпущу! Кто заказал???

– Я не знаю о чем ты!

Сильнее начинаю давить.

– Жду ответа!

– Солнце, что случилось?

– Нельзя… – я ударяю с силы в живот. – Говори, сука!

– Директор.

– Слав, телефон… – грозно говорю я.

Он дает и я смотрю.

– Эм… – парни поняли и ржут тихо. – Давай ты сам… Рому надо, бегом причем!

– Хорошо, солнце.

Тот звонит и вызывает. Он прибегает быстро.

– Все потом, наручники… – вытягиваю руку.

Тот не спрашивая дает.

– Отошли! – грозно говорю я.

Те боятся меня такой. Резко убираю ногу и сношу того с ног, перехватываю и заламываю.

– Флеш или что?

– Флеш.

– Ну…

– Правый карман, – смотрю на Рому и тот понял.

Берет пакетик и вытаскивает, похлопывая по ткани в поисках.

– Что обещал?

– Выпуститься на отлично.

– Пиздабол он! – все рассмеялись. – Он не сдаст 9 класс и 11 за тебя. Ромашка…

– Пакую, солнце, – я лыблюсь. – Ты офигенная!

– Ага, сейчас поседеешь. Тащи говно и на третий к компам.

– Есть, кэп.

– Пиздуй и не зли!

– Разозлил…

– Еще не… – сказал брат.

Смотрю на брата.

– Эх, кто-то сейчас допиздится! Жопку в руки и бегом!

– Бежать?

– Лететь, скотинка моя, лететь!

Смех на весь кабинет был. Даже учитель рассмеялась.

– Этого я конфискую. Полиция расскажет все. Работайте, братцы-кролики!

– Ээ!

– Это же не про тебя, лапка.

Чмокаю и тащу брата наверх.

– Что там?

– Пизда там! Класуху под уголовку могут.

– Этот?

– Ага.

– Как узнала?

– У Тани сейчас урок. Твоя пришла к моей, говорит жопка какая-то. Я села и там такое. Я же с инета училась развлекалки делать, да и так всякое. Ты больше знаешь.

– Пиздос! Нормальных убирают, а твари сидят.

– Вот! Истина! Ромка и ту выпиннет. Не выйдет, так ей ад устрою, сбежит.

Добегаем до нашего, и врываемся.

– Учитель, инет отрубить и сидеть тихо.

– Поняла.

– Лишь бы ФСБ не просекли такую дрянь. Они вроде следят.

– Херня все это.

Мы сели за компы и начали все делать.

– Флеш…

Кидаю ему и тот вставляет.

– Ебатюшки мои.

– Серег, быстрее… Не дай Бог! Через пакет.

– Не дурак! Садись за главный и помогай.

Слушаюсь и все нагаженное вычищаем, успеваем все хорошенько убрать. Он убирает флеш и закрывает пакет. Подходит Рома.

– Упаковал?

– Ага. Флеш…

Сережа отдает и тут:

– Всем лежать работает спецназ!

– Ебать! Мы не причем тут! – говорю я, и парень подбегает. Начинает укладывать. Я его переворачиваю.

– Мы не причем, враг упакован!

Тот с силой кидает.

– Я припомню…

Начинает одевать наручники.

– Готов!

– Готов! Враг обезврежен!

– Парни, это не они. Это директор и пацан. Директора упаковать надо, а того увезли.

– Начальству виднее.

– Сайфер, Кик, в машину их!

– Есть.

– Попали вы! Найду я вас! Земля круглая.

– Молчи, мелочь.

– Придурок, она еще маленькая!

– И ты заткнись, иначе вдарю.

– Рискни, посажу и знаю как.

– Опа, умная какая. Как звать? Дерешься ты как мы.

– Неа, обезвреживаю. Алекс. А тебя, Сайфер, я найду и накажу. Ведь ты взял невиновных. Та тварь слить учителя хотела. Мы геймеры и исправили все. Нормальных учителей нет, а говно не пускает на урок. Глянь руки и скажи сам.

Тому даже интересно стало.

– Профессионально.

– Вот. Не калечу от зла и пришлось успокаиваться.

Нас ведут через всю школу и там Слава с парнями.

– Лапуль, все хорошо. Рома решит все.

– Не бейте ее только! – плачет тот. – Малыш…

– Пиздец, помогли… – сказал Игорь.

– Рома!

– Слав, успокойся! Все сейчас решим!

– Накорми ее, прошу. Она сутки не ела…

– Обещаю.

Слава со слезами смотрит, как нас сажают в спец газель.

– Веселенький день…

– Да пипец!

– Вон какие мальчики. Хоть в жизни увидеть.

– Фанатка?

– Сайфер, нельзя!

– Нео, она добрая, ты посмотри на нее.

– Ага! Теперь врага будешь делить добрый и злой.

Все рассмеялись.

– Сайфер, очень руки больно. Пожалуйста, положи под спину свою, чтобы спинка на раны не давила.

– Нельзя! – ответил другой.

– Ты что злой какой, Нео?

Я смотрю на него, и мне становится грустно.

– Ты любил ее?

Тот смотрит на меня шокировано.

– Глаза выдают. Я что на нее похожа. Ты так изучаешь мое лицо.

– Не твое дело…

– Ладно…

Грустно опускаю голову. Через некоторое время я сильно вошкаюсь и боль давит. Начинаю плакать.

– Ты чего? – не выдержал спец по позывному Сайфер.

– Больно очень…

Тот не смог смотреть на слезы и глянул на руки. Через бинты сильно сочилось.

– Черт! Нео, там кровь сильно сочится, ей очень больно, смотри, плачет.

– Ладно… Помоги!

Спец просовывает руку сзади и давка несильная.

– Спасибо… – шмыгаю я.

Глава 18

Не знаю куда едем, сколько, но стало укачивать. Отрубалась на ходу и тот успел поймать от падения. Я открыла глаза и посмотрела в его.

– Как небо… красивые. – тот явно улыбнулся.

– А ты милая. Спать тянет?

– Ага.

– Нео…

– Осталось недолго. Начальство сказало к ним везти их. Тут жесть прям.

– Я ничего не сделала. Только не хотела, чтобы учителя убрали. Я в шестом классе перешла. В той не давали учиться.

– Так же было, – неожиданно сказал Сайфер.

– Вот и выживаю в гребанном классе. Такие уроды там. Я с детства вижу боль… Отец издевался, когда одни были. Мне было 4 года. Это был ад. После брата начал до рубцов бить, я брата собой защитила. Теперь сама со следами на всю жизнь. Мама ушла от него, но он жить не давал и меня довел до врачей. Мама думала, мне станет легче, ведь в школе тоже не давали учиться брату, а меня из-за него грызли. В новой школе учителя нормальные кроме одной больной, но класс словно зона. Через месяц избить хотели, но я немного научилась драться. Люблю все про спецов, полицию, следаков. Самоучка… Побить у одного не вышло, так второй щелочь на химии на меня вылил. Правое плечо только не трогайте. Раны в мясо.

– Боже… Как ты выдержала?

– Не знаю, жить хочу…

Спец так посмотрел на меня и после на то плечо.

– Сильно болит.

– Не трогаю, терпимо. Позавчера друг детства сшиб на физре. Там такая туша… – парни тихо смеялись. – Снес в стену. Медиков вызвали и те сказали ушиб. Накололи и уперлись. Теперь обезболивающее мой друг и мазь.

– Капец, снимок не делали?

– Неа, какой там… Первый день хожу как человек. Травм на все тело.

– Убил бы! Ты же девочка.

– Сайфер, не все такие… я никому ничего не сделала, а калечат больше всех.

– А знаешь кто? – спросил Нео.

– Ну, пока одноклассники. Сидела как мышка, даже не дружу не с кем. Я морально убитый человек. Зажата в себе от всей боли. Брат успокаивал, чтобы не трясло, но и тот навредил нехило со злобы. Теперь вот людей чувствовать стала. Сайфер вот очень добрый, зажатый в чем-то. Не хочет показывать это, ведь на таких добрых катаются и используют. Я такая.

Парень шокирован.

– Нео, потерял и больное сильно грызет душу. Он боится отпустить, он думает это слабость. Нет, Нео, это сила, – тот смотрит на меня удивленно.

– Кик, тебе не хватает слаженности в движениях. Ты мягок. Мы не сопротивлялись, хотя я просто решила проверить, прости Сайфер.

– Ничего. А ты сильная как спец.

– Вай, приятно! Кик, если враг будет сильнее, тебя увалят. Накачай руки в силе и резче захват.

– Да откуда?

– Самоучка.

– Неа…

– Не верь. Я не вру. Я скрываю, но не вру.

Настала тишина.

– Как отпустить? – неожиданно сказал Нео и меня даже затрясло от испуга.

Я согнулась, пытаясь успокоиться. Сайфер обнял и ужаснулся. Прижал к себе, и стало все утихать. Я удивлена и смотрю на того.

– Я читал, помогает.

– Мне от определенных людей.

– Хех…

– Мысленно скажи все и откинь мысли все. Тяжело, закрой глаза. Если будет такое появляться, повтори. Мне кто только не помогал… У меня жесть… Меня тоже кинул тот, кто с детства нянчил и был жизнью. Я отпустила, но цепляя за больное, становлюсь дьяволом. Это я прочла тяжелая стадия психологии, когда боль много лет воздействует, ломает и перестраивает под себя. Защитная реакция боли что ли.

– Нифига!

– Привыкла…

Смотрю тот послушался, и делает так.

– Бросила?

– Да, денег мало ей.

– Дура она! – все рассмеялись.

– Вот видишь! А я говорил!

– Иди ты!

– Любить надо сердцем, деньги это все фигня.

– Вот, Нео, она говорит правду.

Он посмотрел на меня с нежностью? Нифига! Показалось точно.

– Ты милая и видно добрая.

– Какая есть. А что так далеко? Вечность едем… Спать тянет, хоть и разговариваем.

– Ты себя хорошо чувствуешь? – спросил Нео.

– Не понимаю. Спать тянет, слабость.

Тот резко встает и осматривает меня.

– Черт! Снайпер, гони! Ей нужна помощь!

– Есть.

– Нормально все, Нео. – сама прилегла на Сайфера.

– Ты отключаешься постепенно.

– Это плохо?

– Глупышка!

– Вижу тебе лег…

– Черт! Как ее звать она говорила?

– Алекс.

– Алекс, очнись, – приводит в чувство спец.

– Нео… Спать хочу!

– Держись, малявка.

– Сам такой…

Парни доехали, и Нео хватает девушку. Бежит с ней к медикам.

– Помогите! Она говорит, спать тянет сильно. Руки кровоточат.

– В палату!

Спец положил ее на кушетку и стал отстегивать наручники.

– Боже… Аппараты!

– Держись, малявка. Ты помогла мне, я столько лет не могу с этим справиться. Такие, как ты дарят свет во тьме..

– Значит, она помогла тебе?

– Да. Я удивлен. Врачи не смогли.

– Ты слышал ее? Как она выжила? Это реаль ад. С 4 лет… Девочка хотела доброты и любви от родителей.

– Ага. Сильная. Она укладывает нашими приемами, и руки как у нас разбиты. Она обучена.

– Серьезно??

– Клянусь! Это не те, что на соревнованиях были. Интересно, а что она может. Нас пригласили на страну. Опять развлечемся.

– Класс! Может, кого найдем в команду.

Врачи прибежали и стали снимать все.

– Голодный обморок и истощение от кровопотери. Бегом!

– Черт! Тот кричал покормить, что она сутки не ела. Что же случилось с ней?

– Ты хочешь помочь?

– Я не знаю…

– Опа… Зацепила!

– Иди ты! Когда она очнется?

– Никто не знает. Тут все плохо.

– Черт! Черт! Черт! Пошли…

– Есть!

– Следите за ней и если что вызывайте.

Парни уходят все снимать и после идут к начальству.

– Капитан, что случилось?

– Сэр, девочке стало плохо по пути. Мальчик до этого кричал покормить ее. Так и вышло, что голодный обморок, истощение и кровопотеря. У нее руки разбиты как мы бьем. Девочка Сайфера увалила при задержании. Она добрая и все время говорила, что зачинщик директор. Она с братом хакеры и хотели спасти учителя. Какой-то мальчик от директора это сделал.

– Опа. Брат ее в допросной?

– Да, сэр.

– Идем, узнаем.

– Есть.

Парни пошли с начальством в допросную. Зайдя, начальник шокирован был.

– Это же ребенок еще!

– А та младше.

– Кошмар! – мужчина садится за стол. – Как тебя зовут, сынок?

– Сережа. Что с сестрой? Где она?

– Она без сознания. Голодный обморок, истощение и кровопотеря.

– Нет… – он заплакал.

– Расскажи мне все.

– Я только со слов сестры могу. Она все знает.

– Хоть что знаешь.

– Хорошо, сэр.

Сережа стал вспоминать.

– Сестра забежала на уроке биологии как ошпаренная. Спросила у учителя кто такой Хохлов. Это мой одноклассник Даня. Та указала и сестра как сорвалась. Никто ничего не понимал, испугались. Она схватила его и потащила к входу. Ударом пригвоздила к стене, нажав на горло ногой, – парни переглянулись. – Стала спрашивать, кто подослал и тут я понял, что жопа какая-то. Тот с ударами выложил, что подослал парня директор. Обещал закончить школу помочь. Парень учился плохо. На лоха развел. Простите за прямоту. После стала спрашивать о носителе, и тот выложил, что флеш. В этот день при мне и друзьях приехали следаки, прокуратура и наряды. Что там, мне не известно. Мою сестру не раз пытались убрать и избить в классе и у моего одноклассника друга, есть друг полицейский. В тот день он был с нарядами. Его вызвали, и тот пакетом вытащил из кармана. Сестра у меня заучка-юрист. Все знает и не трогает улики.

– Какая умница она у тебя.

– Да. Того лейтенанта Рома… Как же… Фамилия интересная, как дерево… Калинин! Точно! Вот он упаковал парня. Флэш взяла в пакете сестра.

Сережа сел удобнее.

– Она меня забрала с урока сказала, что говорить нельзя. Прибежали к компам на информатику, и учителю сказала инет отключить.

– Реально умная!

– Цыц!

– Забежали в кабинет к моей классной и тут я офигел. Она показала комп тот. Я сел и стал смотреть. От увиденного, ужаснулся. Там такая информация, посадят пожизненно. Ее вписали на сервер школы и, причем сделано это профессионально. Я много копался и разбираюсь в этой дряни. Там было неправильно сделано, видимо Хохлов нихрена того не понял как надо было. С двух компов начали убирать все и уничтожать. У нас главный учителя, а остальное линейка по всем. Учитель отвечает за все, но тот комп почему-то напрямую подключен был. Значит, знали этот факт тоже. Два года учусь там, так как с сестрой в англо-экономической учились, и этого не видел. Да мне и не надо. У меня дома с сестрой компы есть. Она очень любит развлекалки бегающие делать. Говорит, это отвлекает. Я вставил флэш, через пакет брался и как ключ ко всему стал убирать. Подчистив, шел перезагруз системы и тут спецы сковали.

Мужчина не мог поверить в услышанное.

– Тебе сколько?

– 16. Сестре скоро 15, сэр.

Тот поворачивается к парням.

– Узрите будущих сотрудников. Им прям дорога к нам.

– Сэр, еще армия, а после я за. Сестра не знаю. Она очень изменилась и теперь не знаю ее.

– Если ты говоришь как есть, то ваш директор, сидя на кресле творил против страны.

– Чего??? – Сережа даже рот открыл.

– Ага. Сейчас все сложат. Побудете пока тут. Кушать хочешь?

– Сэр, если можно.

– Нео, покорми его. Сестру мы вылечим твою.

– А к ней можно?

– Чуть позже. Думаю можно в комнату отдыха. Дети с этим не связаны. Они хотели помочь учителю. Девочка очнется, доложите. Узнаем начало.

– Есть. Идем, Сереж.

Парни повели мальчика в комнату и тот все рассматривал.

– Нравится?

– Очень. Теперь тоже хочу к вам.

– Ты меня на 8 лет младше. Как раз твоим командиром буду. Расти и к нам.

– Есть, – тот рад сказанному.

Подбегает человек и начинает бубнить.

– Что он вам втирает, это хрень обходится фаерволом. У вас Ксанет должен быть. Вы же ого-го! Там переписываешь все и она подчиняется всем тебе, – все так посмотрели на мальчика и тому даже некомфортно от этого стало. – Ну, честно, фигня тема.

Парни переглядываются и ржут от ситуации.

– Геймер, чую тебя сместили.

– Да вы что? На учебу его. Тормоз, это элементарное. Я много изучал инет и понимаю все. Самоучка.

– Фига! Беги к начальству, Сайфер!

– Лечу!

Парень через некоторое время прибегает с начальником.

– Сынок, поможешь?

– Запросто, сэр!

Они ведут его в главный.

– Вау! Мозг штаба!

– Теперь будет что вспомнить. Только ты должен молчать обо всем.

– Есть.

– Молодец. Садись…

Мальчик садится и начинает все смотреть.

– Нужен Глобал…

Мужчина смотрит на Нео.

– Принял, – тот убежал и через несколько минут включается сирена.

– Хрен прорвутся, я у руля!

Мальчик некоторое время сидел и все затихло.

– Готово, сэр. Теперь у вас еще доп защита стоит. Пароль две звезды и сегодняшняя дата.

– Интересный пароль.

– Временка, нужно поменять вам именно. Это же ваша система. Этим она не нужна.

– Сынок, чем же тебя отблагодарить за это?

Он опустил голову.

– Помогите сестре… Я очень много плохого натворил и хоть этим извинюсь. Она с мамой все, что у меня есть.

– Все будет хорошо с ней. Она в хороших руках. Позвони маме и сообщи, что вы не придете домой. Она будет переживать.

– Есть, сэр.

Ребенок достает телефон и связывается. Объясняет, что в школе кое-что произошло, и он все расскажет. Сейчас все проверяют. Единственное, пришлось сказать правду о сестре. Женщина заплакала, но ребенок пытался успокоить ее. Поговорив, он грустно отключил звонок.

– Мама заплакала во время разговора. Она очень переживает за сестру всегда. Отец орал и издевался сначала над ней. Она терпела и молчала. Зажималась в себе. Столько врачей мама прошла с ней, и помог мальчик. Он вложил всю любовь в действия. Это ее вернуло. Сестра прям жила, когда тот рядом был. Мальчика забрали к отцу в другой город. Сестра поникла, закрылась от всех и тут отец начал, на мне и на ней зло срывал от всего. Службам пофигу, мама не видела, а когда узнала мы ушли к ее маме с папой. Живем с ними. Отец и там нас доставал. Мама исхудала и работала много, чтобы у нас все было. Тяжело было, справились. Летом хочу попробовать подработку найти. Надо помогать маме.

– Ты молодец. Детство у вас жесть. Никому бы такого. А отец где сейчас?

– На зоне. Работать не хотел, ходил от мамы к бабе и нас потащил однажды. Та его бросила, вроде сестра родилась, но она умерла от их кормешки, после та брата сводного родила. Пох вообще. Соседи нас все знают и говорили, воровал у всех. Сестра говорит, в органы не возьмут из-за этого. Она очень хочет.

– В полицию, прокуратуру и все такое. К нам возьмут через доказательства полиграфа и все такое.

– Отлично, хоть не вся жизнь в заднице.

Глава 19

Парни рассмеялись, и один принес еды мальчику. Тот хвалил еду. К вечеру все слова парня подтвердились и с него все снято, но нужно еще от девочки. Парни все местные по служебкам разъехались. Один забрал мальчика к себе. Вечером Сережа решил позвонить Славе.

– Серег, привет. С вами все хорошо?

– Привет. Мои слова подтвердили проверив. Остались сестры… Слав она без сознания. Ехали несколько часов, и ей стало плохо. Капитан приютил у себя, пока сестра не очнется. Представляешь, она оказывается необычная. Даже не знаю, как это описать. В общем, смогла помочь одному, и тот теперь ей очень благодарен. Она реально чувствует людей.

– Боже… За что… Мое солнце… – слышен плач. – Лишь бы очнулась. Что говорят? Я ее любую приму, моя.

– Вижу, Слав. Лишь не получилась бы история Саши.

– Я буду стараться не допустить это. Она все для меня.

– Я верю тебе, но за нее боюсь.

– Я все сделаю ради нас. Тебя кормят?

– Все хорошо, сыт, в тепле. Школа, пох. Гада поймали и тут им очень помог. Зовут к себе.

– Круть! Ладно, пиши мне в чате о ней. Я переживаю.

– Обязательно.

Показатели девушки очень медленно росли. Брат целыми днями сидел у сестры. Пришел проведать Нео.

– Сереж, как она?

– Плохо +2 всего. Это не есть хорошо. Она долго будет приходить в себя. Соревнования по танцам у нее. Она очень хотела. Там учитель урод. Поставил программу и после стал менять. Слет скоро будет. Она говорит это нереально.

– Капец. Мы тоже на соревнования приглашены как гости, но будем тоже в паре с теми. Так отбирают лучших. Бальная система. Мы идем от страны, так как мы спец отряд.

– Класс! А где начало?

– Я слышал вроде от школ. Если эта секция в учебной школе тогда школа и секция двойной получается.

– Друг от нашей школы и от секции идет.

– Значит, будем ждать его в лучших!

– Он сделает всех. Он много лет занимается.

Нео улыбнулся, и тут показатели запищали. Он забрал подальше ребенка.

– Сестра! Что происходит, Нео?

– Ей нехорошо стало.

Набежали медики и стабилизировали. Мальчик плакал. Зашел Сайфер и по лицу все понял. Он забрал мальчика, а Нео остался.

– Алекс, ты сильная. Я чувствую, что ты боевая. Ты борешься со всем и ты становишься ею. Ты должна выздороветь. Спасибо тебе, что помогла. Ты действительно похожа на нее, только ты ангельская. Высшие послали тебя, мне так нужна была помощь. Ты сказала простейшее, а оно помогло. Теперь я должен тебе и кто знает, как повернется жизнь. Отдыхай, солнышко. Я рядом и помогу тебе во всем. Как такую можно бить? Ангелы существуют и это ты.

Спец попрощался и пошел в главный. Прошло три дня еще и показатели опять запищали. Нео как раз приходил проведать. Врачи набежали и не знали как успокоить показатели. Сайфер услышав писк забежал.

– Что происходит?

– Непонятно! Все же было хорошо. Она тогда успокоилась ты ее обнял, попробуй.

– Ладно.

Спец подходит и берет ее ладонь. Все постепенно затихает.

– Как???

– А вот эту мистику хрен поймешь.

Через час девочка стала открывать глаза.

– Она очнулась! Очнулась!

Радовались парни.

– Как себя чувствуешь, Алекс?

Поднимаю руку и показываю «так себе». Я смотрю на глаза и вижу те. Это Сайфер. Поворачиваю и пытаюсь понять. Тот понимает, что разглядываю и садится, беря мою ладонь. Ого!

– Нео.

Теперь поняла все и улыбаюсь. Парни тоже улыбнулись. Сжимаю их ладони, и те переглядываются.

– Что это значит?

– Не знай. Тебе надо покушать.

Я киваю ему.

– Я принесу тебе, попробуем поесть? – показываю, что он тоже.

– Попал, Нео.

– Хех и ты!

– Черт! Неси…

Тот быстро сбегал и Нео помог мне сесть. Я тяжело выдохнула.

– Болит? – тихо снимаю маску и вроде норма.

– Болит, Нео, но не так. Сколько я тут?

– Долго.

– Черт, мама, брат… Где брат?

– Успокойся, солнце.

Я посмотрела на Нео удивленно.

– Он в комнате отдыха. Жил со мной. Давай покушаем, и ты расскажешь начало. С вас все снято, но и твое надо.

– Хорошо. Спасибо вам.

Я стала кушать и вглядывалась в еду.

– Не знаешь что это?

– Ага, но вкусно.

– Там стручковая фасоль, рис, овощи и подлива.

– Клево!

– Еще одна тащится, как я по этой еде.

– Вкусно и ладно.

Я наелась и поблагодарила их.

– Вам рассказывать или начальство позовете?

– Сайф, сгоняй.

– Есть.

Тот выбежал и Нео сел поближе.

– Как ты помогаешь, расскажи мне?

– Нео, не знаю. Помогаю, как сказала. Тебе лучше?

– Да. Я словно ожил.

– Теперь остается найти девушку тебе, и ты расцветешь.

– А если это ты?

– Брось эту ерунду. Я мелкая. Ты вон какой… Большой, красивый, найдешь свою.

– Ну не знаю. Не одна так не западала. Тебя увидел, думал, сбрендил. Расскажи мне правду, ведь при брате ты ее не говоришь.

– Про что?

– Ты же занимаешься и, причем очень активно.

– Да. Не говори ему, он не поймет. До этого он злой был и на мне отрывался. Я терпела все побои. В один день я не выдержала и отфигачила. Теперь паинькой стал. Везде боль, Нео… Я должна защититься. Так я скидываю боль и злобу. Боли много и появилась злоба.

Он задумался.

– Капец конечно. Твой брат успел нам помочь, и мы хотим вас к нам, пойдешь?

– Я не смогу, Нео. Скажи свое настоящее имя. Не хочу по позывным.

– Никому не говори только. Я Максим Вайнер.

– А я Саша Реймонд

– Сашуля… Как красиво.

– Максюшка лучше.

– Ну, солнц, вот засмущала… Капец… В краску загнала.

Заходит Сайфер с мужчиной тем и, увидев Нео красным, рассмеялись.

– Вот чего не увидишь точно!

– Сайф, снимай! Не докажешь потом! – сказала я и тот полез. – Да шучу я.

– Ладно. Расскажи нам.

– Здравствуйте, генмайор.

– Оо, погоны знает. Учитесь, ей нет ничего, а вы лбы.

– Ну, сэр.

– Что пороть пора?

– Поздно уже! – тот рассмеялся и парни с ним. – Здравствуй, милая. Как тебя зовут?

– Я, Алекс, сэр. Спасибо, что не кинули умирать и брата не обидели.

– Он нам помог, и мы ему обещали, что поможем тебе.

Я удивлена.

– Прям так и просил?

– Да, милая. Говорит, много боли принес.

– Есть такое, сэр. Ладно, был урок информатики. Я села за пк и учитель сказала в текстовом набивать кодировку. Я ее сделала, но мне показалась скучной. Набрала из локалки картинки и сделала прикольное. Учителю понравилось. После к ней через внутреннюю дверь вышла классная брата. Говорит хня какая-то. Вызывать за свой счет дорого пк-шников, а директор урод. Я извинилась и попросила показать. Разбираюсь в этом и помогу хорошим учителям. Та провела меня и я залезла. Такой жести я еще не видела. Самое интересное откуда. У них все локалки от главного. Я спросила, кто был до этого и они сказали, что был класс брата. Попросила вывести всех, и закрыть класс не впуская никого. Я понимала, что за такое смертный приговор и учитель не виноват. Узнав фамилию и урок, побежала.

– Достаточно, милая. Брат остальное рассказал. Значит учителя убрать… Это не мотив.

– Сэр, это скрыть его следы. Он скинул все на учителя. Тут доказательная часть на ладони, а он чист.

Тот задумался немного.

– Вот ты мозг и брат прав.

– Нравится это. От меня учитель по обществознанию балдеет. Она в присяжных всегда. Говорит, я пишу все лучше полицейских и еще доказываю в ЭССЕ.

– Ого.

– Сэр, вы бы видели, как она меня увалила при задержании. Вот где таланты.

– Сайф, проверяла я. С тобой бы в бой, и посмотреть кто кого.

– Сил не хватит, солнц.

– Ошибаешься, увалила же.

– Я был не готов.

– Бла-бла-бла…

Те как давай смеяться.

– А клевая она!

– И мне нравится, сэр.

Те на того так посмотрели и теперь я смеялась с них.

– Как вы, сэр, с ними работаете?

– Засранцы, что с них взять.

– Но клевые оба. Те они другие.

– Давай расти быстрее и к нам.

– Я не могу.

– Уладим не могу.

– Ладно, но не обещаю, рассмотреть – рассмотрю. Что там с этим делом?

– Решают все. Ты смогла поймать опасного человека, что хотел навредить. Прости за этих, что связали.

– Приказ не обсуждается, а только дополняется, сэр.

– Черт! Не придешь к нам, найду и сам заберу!

– Гыыы! Можно тогда сразу убегу, а после ловите!

Те со смеху чуть со стульев не свалились. Пришел брат и обнял меня.

– Сэр, спасибо!

– Сереж, обещали же. Домой теперь отправить вас надо.

– А можно эти братья?

– Братья? – те переспросили.

– Вы как одно целое, что не замечали?

– Нет, – те переглянулись.

Смотрят друг на друга, не понимая.

– Я только сейчас это поняла. Спина к спине, тактика Точка захвата.

Эти троя рты открыли.

– Откуда???

– Движения как у вас.

– Анализ, класс! Одаренная!

– Неа, логика нуль, а анализ точен.

– Мы вместе с учебы и действительно многое прошли. Это наше.

– Вижу. А бука какой в машине был. Добряши! Вот как такие тут? Тут прям ух жестя должна быть!

– А мы такие, например, с тобой. Ты вообще милаха.

– Подлиза, – тот смущается.

– Немного, а Нео помидорка!

– Вот засранец! Сэр, что он обзывается!

Тот сидит и смеется.

– Вы смотрите, как она сблизила нас.

– Кстати-кстати!

– Вот где человечек души.

– Ладно вам, сэр.

– Луиза!

Та прибегает.

– Да, сэр.

– Проверь ее и все опиши. Мне нужно. Если все хорошо, Нео, Алекс к себе, а Сайфер Сережу. Завтра с утра домой.

– Есть!

– Сэр, а бумажку напишите в школу?

– Легко!

Меня проверили и разрешили. Дали таблетки для спины и Макс помог мне дойти до машины. Лекарства у них классные. Спина быстро перестала болеть. В его квартире я уже спокойно шла, но Макс обнял за талию.

– Максим, спина отошла под таблетками.

– Я переживаю.

– А ты сильно устал?

– Нет, что такое?

– Пойдем погуляем? Я устала ловить твой взгляд на себе.

– Прости, не могу ничего с собой поделать.

Я подхожу к нему, и он растерялся.

– У тебя же девушка была?

– Да.

– Не заметно, реакция как у…

– Девственника неопытного, да.

– Я не то хотела сказать…

Отвернулась от него, а он обнял. Это так приятно.

– Я влюбился в нее, бегал как больной, а она деньги тянула.

– Типичные шалавы, не новое сказал.

– Значит, ты любишь тепло, правда брат сказал. Объятия даже много значат для тебя.

– Смотря от кого. Потянулся Сайф, а получается, обнимаешь ты, что не шел на контакт.

– Так вышло. Пойдем, но недолго. Тебе надо отдыхать. Зайдем покушать?

– Может я приготовлю?

Тот явно офигел.

– Ты еще слаба.

Беру его лицо ладонями.

– Максюшка!

– Что, солнце?

– Гиперопека, не люблю.

– Хорошо. Поцелуй, пожалуйста…

– Только молчи. Я знаю, для чего просишь. Выкинуть ее и закинуть меня.

– Да, хочу дышать и лучше тобой.

Целую его и тот отвечает. Какой нежный и чувственный. Он углубляет и я отстраняюсь.

– Боже… Ты необыкновенная.

– Как и ты. Голову нежностью с чувствами сносишь.

– Я такой. Мы увидимся еще как-нибудь?

– Запиши мой номер. Будешь в городе, позвони.

– Записываю.

Я продиктовала и сказала, что еще в чате есть. Он удивился, что там чат на плюшке есть.

– Заработаю денег, куплю другой.

– А Вконтакт есть?

– Открой, я не умею на таком.

Он открывает, и я ищу себя.

– Какая красавица.

– Обычная.

Глава 20

Мы вышли на улицу и погуляли по аллее. Он провел по красивым местам. Я стояла любовалась закатом.

– Красивый город. Может судьба сюда занесет.

– Это было здорово. Гуляли по аллеям, паркам бы.

– Я запомню.

– Пойдем, покушаем. Завтрак сделаешь сама.

– Уговорил.

Мы прошли в кафе и нам принесли меню. Максим его знал и заказал, что действительно вкусное.

– Блюдо шикарное.

– И мне нравится. Можно тебя пригласить?

– Да.

Беру его руку, и он выводит. Мы танцуем вальс, и вечер становится шикарным, прям. Вернулись к вечеру счастливые и уставшие.

– Прости, загонял.

– Ты чего, вечер был замечательным. Пусть и так, я впервые отдохнула душой.

Он подходит и целует.

– Спасибо за лучший вечер в моей жизни.

– Значит, будет повод повторить.

– Обещаю. Может, со мной поспишь? Я не трону. Там неудобно тебе будет.

– Хорошо. А футболку дашь погонять?

– Это я мигом.

Он залезает в шкаф и достает маленькую.

– Явно не твой уже, для меня берег?

– Кто знает… – засмущался он. – Сходи, сполоснись. Гель там и полотенце мое.

– А потом еще и моя щетка как-то окажется, а итог оставишь с собой.

– Я только буду счастлив.

– Максим…

– Я знаю все. Сережа рассказал и я понимаю, что душу рвет, и ты не можешь отпустить все.

– Да. Я увижу сама, и все встанет на места. Если я выберу другого, не надо убиваться.

– Обещаю. Ты лучшая. Спасибо за все. Такая ерунда жить не давала, а теперь я самый счастливый.

Я улыбнулась и пошла в душ. Привела себя в порядок и вышла даже бодренько.

– А тебе идет… – слышу позади.

Поворачиваюсь и вижу, как тот поедает глазами.

– Не стыдно?

– Неа, любуюсь.

– Нравится?

– Очень. Пойдем отдыхать, солнце.

Кладу вещи на стул и он удивлен аккуратности. Он дает мне подушку и понимаю, что будет тяжело на ней уснуть. Благодарю и ложусь. Долго не могу уснуть ворочаясь. Максим это почувствовал и перевернул на себя. Я посмотрела на него ошарашенно. Не стала ухудшать все. Выбора нет. Укладываюсь на его грудь, а тот прижимает к себе.

– Все хорошо, я не обижу.

– Спасибо…

– Спи, солнышко.

Проснулась я рано и начала потихоньку вставать. Пошла умылась и обещала завтрак сделать. Было неудобно, но я залезла в холодильник и взяла нужное. Нашла в чем развести и стала делать смесь. Угадав ящик, достаю сковороду, масло и грею. Начинаю жарить и быстро все готовлю. Руки нежно обнимают, и он вкапывается в волосы носом.

– Солнышко, я же не в серьез. Думал, ты забудешь. Доброе утро.

– Доброе утро, я слов на ветер не бросаю. Человек-слово.

– Ого. Чем помочь, солнышко?

– С чем кушаешь, не знаю.

– Сейчас… Хозяюшка такая.

– Мама научила. Сказала, что это наша обязанность накормить мужчину в доме.

– Если будешь со мной жить. Это будем делать вместе.

– Мне вырасти надо еще.

– Года быстро летят.

Я выключила плиту и поставила на стол. Максим достал шоколадный соус, так было написано. Он налил и я попробовала.

– Шоколадный соус… Шоколад жидкий. Вот понапридумывают!

– А ты смешная, солнце.

– За то не скучно.

После разлил чаю, и я его поблагодарила. Он откусил приготовленное и замер.

– Не вкусно?

– Безумно вкусно. Я тебя украду! Шучу!

– Максюшка! Укушу!

– Этого точно не надо! – я рассмеялась.

Мы вкусно покушали, и он стал убирать. Я спорить не стала. Парень сказал позвонить брату и поставить на громкую.

– Сайфер, заразка ты моя, чтоб через 10 минут прилетел муха сонная.

– Ну, кэп…

– Не нукай! Малышню везти часа 2 с хвостиком.

– Ползу…

– Лети! То вкусняху не получишь.

– Бегу!

Тот ржет как ненормальный.

– 10, 9, 8, 7, 6, 5…

Стук в дверь и парень пошел открывать.

– Боже…

– Слюнки подобрал, Сайф, занята.

– Понял, Серег, но такая красивая…

– Ага.

– Нашли красоту в полноте… Оладушки на столе, мальчики.

– Ого! Балуют!

– Сайф, лучше не злить, то я припомню тебе обезвреживание…

– Черт! Теперь не забудет.

Все как рассмеялись.

– Я зла не помню, я его записываю.

– Пиздец мне!

– Однозначно! Не скажешь имя, прям сейчас наступит он.

– Рик Ромель.

– Саша Реймонд.

– Сашуля, вай… Ммм. Боже!

– Все, подсел!

– Братюнь, жуй. Хрен дома получишь такое. Мамко на кухне.

– Там пироги.

– Боже, мелочь, замолчите! Запру обоих.

Подхожу к Максу и он напрягся.

– Боишься меня?

– А вдруг укусишь?

– Сейчас нет. Любишь пироги?

– Обожаю.

– На уст мотаю.

– Солнышко…

Он обнимает нежно.

– Я уезжаю, чтобы вернуться.

– Обещай.

– Обещаю, – выставляю руку силы.

– Бля, ты наша! – тот пожимает.

Рик подходит и даже рот открыл. Тоже подходит и берется.

– Братья. Я не злюсь за все. Судьба не иначе. Ждите меня.

– Хоть всю жизнь, солнышко.

Убираю и брат, убравшись, выходит.

– Пора домой. Спасибо, что приютили террористов.

– Солнц, ты не такая.

– Рик, вспомни, буду.

– Это точно, ведь ты не верил, а я знал по рассказам. Нет в тебе как в террористах.

– Внешность обманчива.

– Факт.

Мы вышли из квартиры, и пошли вниз. Макс открыл машину и сказал мне сесть вперед, помог. Я послушалась. Обратный путь я выдержала полностью. Сережа отписался парням в чат, и они сказали, что вещи наши у них. Парни через час уснули. Макс взял мою ладонь, и я чувствовала, как он не хочет отпускать. В городе уже я сказала куда ехать. Большая машина въехала на территорию школы и все офигели. Водитель вышел и снял с пассажирского девушку.

– Нихрена я вам скажу! – прокомментировал Игорь.

– И не говори… Реймонды крутые!

Они присаживаются, и я обнимаю обоих.

– Береги себя, солнце.

– Если и вы себя. Аккуратнее, Макс. Отпишись мне в чате.

– Хорошо. Ты настроила, теперь там.

– Пока, ребят!

– Пока, Серень. Мы вас ждем.

– Однозначно!

Парни целуют меня в щеку и садятся. Я машу, и они сигналят их рабочей.

– Бля, мы теперь круть!

– И не говори! Хоть не впаяли и то ладно!

– Да пишдец я пересрался, и за тебя испугался. – исказил язык брат.

– Фиг с этим, прорвемся! – ставлю кулак, и тот свой совмещает.

– Вместе как в былое.

– Да.

Тут меня резко воруют и кружат. Меня берет паника, и я с адским размахом отпрыгиваю боковым кувырком. Все в ступор. Меня очень трясет.

– Блять! Придурок! Солнце, прости.

Брат подбегает и пробует успокоить. Так я отключаюсь.

– Идиот, черт возьми! Сестрен, очнись! Родная…

Прихожу в себя от битья по щекам.

– Больно…

– Прости, родная. Не знал, как тебя привести в чувства.

– Нормально.

С помощью встаю и вижу, Слава плачет.

– Иди ко мне, плакса моя.

– Прости меня…

– Все хорошо. Ты должен к такой мне привыкнуть, – он кивнул.

– Я так испугался, когда вас повязали.

– Сами пересрались, а оказалось те добряшки. Начальник душка. Рассказали все и те проверили.

– А я в Глобале копался, ваще сучко такое!!! Там прям поток всего! – на таких эмоциях он все говорил, это надо видеть.

– Хакер сраный.

– Вояка сраная!

– Засраньки! – добавил Игорь и все заржали.

Слава смотрел на меня.

– Я боялся тебя потерять.

– Не дождешься.

Он смотрит на меня и говорит:

– Пошло все в жопу! – и после целует меня нежно.

– А-ху-е-ть! – получил подзатыльник от Сереги Игорь.

Отстраняюсь и смотрю на него.

– Теперь точно пизда мне от ваших шалав. Вон как таращатся. Что-то материться стала…

– Убью, пусть только тронут! С Серегой порвем каждую, да Серень?

– Еще как!

Я улыбаюсь ему.

– Пошли, бумашку заму сунем, реакцию увидишь офигенную.

– Идем, солнце.

– Бро?

– Идем-идем!

Славка смеется надо мной. Заходим в здание и охраник офигел. Он видел, как нас выводили спецы. Поднимаемся наверх и все в шоке явно. Доходим до нужного кабинета, я стучусь и захожу.

– Здравствуйте, Лариса Ивановна. Значит сейчас вы ВРИО, отлично. Вот бумага, ознакомьтесь…

Кладу все на стол и она читает. Глаза округляются и меня на смех пробирает. Брат толкает.

– Спец часть главного управления???

– Ага. Со мной нужно дружить запомните это все тут. Я доучусь и выпущусь, а тут будет порядок. Все пропуски аннулировать. Вашу гребанную задницу спасли! Пошли отсюда!

– Спасибо…

Я поворачиваюсь и красиво словно реальное, снимая шляпу делаю поклон.

– Пожалуйста! Кушайте и не обляпайтесь!

Также красиво делаю поворот и офигенно выхожу. Парни даже свистнули.

– Покажи еще что!

– Ладно.

Показываю сцепку, и все увидевшие свистят.

– Ты крута!

– А то!

Вижу учителя и срываюсь. С кувырком ее пугаю и обнимаю.

– Сашуля, Боже мой!

– Тише-тише! Все хорошо. Нас выслушали и друзьями обросли. Все хорошо?

– Да, это все ты и брат.

– Вас бы посадили пожизненно, я должна была.

– Боже, за что?

– Версия скрытия улик и сплав для отвода, но это не официал, с братьями анализировали. Дрянь выгнали и ладно. Братюнь!

– Что, сестрен?

Тот подбегает и здоровается.

– Поставишь блок на прочитку флэш и всего через порты, а на главном запароленное с кодом активации и двойным.

– Оу! Геймер! Притормози мыслю! Будет все в лучшем виде.

– Оки-доки!

Возвращаюсь и красиво танцую. Слава подстраивается и вместе выплясываем.

– Ты и это знаешь?

– Ага!

– А на лестницах слабо?

– Неа.

Разбегаюсь и с кувырком встаю. Начинаю танцевать и красиво спускаюсь.

– Мастер! Офигенно!

Показываю язык. Слава приносит мою сумку, и я иду к классной. Та меня обнимает.

– Все хорошо. Нашли урода и обезвредили и нас в загребки, покатушки в другой город в спец часть с больничной койкой удалось.

– Ужас!

– Нормуль. Эти дни я ходить не буду у меня соревнования, – показываю 2 и тихо пальцами.

Она в шоке.

– Защищаем честь же. Эй, братва?

– Что?

– 14 числа вы со мной и мне пофигу. Соседний город, рвем всех!

– Ура!

– Может тогда от школы 30 человек в поддержку?

– Супер! Я папу попрошу автобус пригнать с другом. На бензин дадим и на руки чуть.

– Круть! Пошла я на треню, а вы учиться.

Смотрю на Игоря и тот кивнул. Чмокаю любимого и убегаю.

– Я ее такой отдохнувшей ввек не видел.

– 4 дня без сознания.

– Капец… Извелся весь от переживания.

– Понятное дело, а я на кровати ее лежал и держал руку. Есть – не ценим, а потерявши – плачем…

– Идем.

Прихожу на танцы и там тот орет:

– Где, черт возьми, эта гребанная Алекс? Хер на меня положила и развлекается! Нахер я ее вообще взял! Что делать теперь, все в жопу!

Глава 21

Скрестив руки на груди, стою и слушаю о себе гадости. Парни видят и молчат. После тот поворачивается и дар речи пропадает.

– Ну и сука же ты! Меня спецы с братом загребли за 2 часа езды от города в спец часть. Пытали до больничной, а ты тварь меня грязью поливаешь! – приукрашиваю немного. – Вот теперь вставай сам и танцуй, гниль! Программу поставить не можешь! Позорище! Какой ты, нахер, учитель? Парни есть базар, найдете.

Ухожу к тренеру и опять подкрадываюсь. Он даже взвизгнул.

– Родная! – обнимает меня. – Живая, здоровая.

Он осматривает меня.

– Ничего не сломали?

– Видел?

– Конечно, офигел даже.

– Я спеца завалила, прикинь! Я смогла! Он со второго раза меня взял.

– Больная! Впаяют!

– Хренушки! Теперь они братва моя!

– Офигенная! Пошли! Гонять буду.

Я улыбнулась и пошла переодеваться.

– Учитель, эта тварь Макс меня какими только грязными словами не полил. Я стояла и слушала все. Я не поеду с ним. Пусть нахер идет. Посмотрю, что ответят парни и буду думать.

– Вот мразь! Я ему устрою! Отфигачу!

Занимаюсь жестко с учителем. Игорь увидел, даже вжался.

– Парни, нападай!

– Но…

– Приказы не обсуждаются, но дополняются!

– Есть.

Все начали с жестью меня колотить, но я разбросала их всех.

– Охренеть, твою же мать!

Я встаю словно озлобленный демон.

– Зачет! Все пункты пройдены. Домой отдыхать до выхода.

– Есть, – прорычала и Игорь даже сыканул от такой меня.

Иду переодеваться и подхожу к Игорю.

– Я в жопе…

Эмоции вырываются со слезами. Бегу к классной. Она пугается мне.

– Что случилось?

– Эта тварь по танцам меня грязью полил. Школа продует и прям мордой в грязь. Я столько старалась. Я не допущу, – обнимаю и плачу.

– Так собери свою.

– Нам не выучить.

– Ты придумаешь, ты умница. Давай на старом ватмане от плаката объявление напишем. Я договорюсь о зале.

– Иваныч даст, а тот нет.

– Сделаем!

Я сквозь слезы улыбаюсь ей. Она все достает, и мы пишем. Я беру скотч и клею на дверную стену. Прошу ключ и записываю в журнал. Достаю телефон и звоню.

– Солнышко.

– Максюш…

– Что случилось, кто обидел? Нам надо выехать? Я мигом сорвусь!

– Максюш, нельзя… Мне нужна помощь. Цена жизни и смерти.

– Говори, солнце.

– У вас будет 14 числа проходить соревнование по танцам. Нужно узнать, где именно и зарегить группу Альфа. Я поеду сама. Эта тварь меня матами полила, за то, что меня вы упаковали, и я не приходила на трени. Эти в грязь жестко упадут, а это тоже от школы выйдем.

– О, Боже! Удушу его! Пусть попадется только! Я все сделаю. Поддержка нужна?

– Основа да, но может улицу кто умеет.

– Я в идеале.

– Ты не вырвешься, работа. Значит, там будем репетировать. Я твой должник.

– Выиграй его ради меня.

– Постараюсь. Если не наберу народ, значит мне пизда!

Открываю зал и захожу. Переодеваю штаны и снимаю обувь. Начинаю танцевать вспоминая все грязные слова того урода. Слезы текут по щекам. Проходит много времени, и кто-то зашел. Я не смотрю. Падаю на колени и, сгибаясь, начинаю реветь. Любимые руки меня обнимают и поднимают.

– Любимый…

– Мой малыш, станцуй со мной.

Он включает музыку и кладет телефон на лавку. Я начинаю под нее танцевать, и Слава повторяет все, а после парное. Я успокаиваюсь и начинаю отдаваться танцу. Слушая каждый звук воспроизводить все. Получается офигенный танец. Делаю различные перекидные и завершаем. После слышу аплодисменты многочисленные. Я не верю. Тут же и Игорь, брат. Последний подходит и обнимает.

– Что случилось?

– Мы в жопе эта тварь полила меня всеми матами, что знал и грязью. Школа будет опозорена. Братья зарегят меня как группу Альфа. Я еду как соло или же одна. Я не допущу вмянания в грязь.

– Тогда и я с тобой! – сказал брат.

– Я тоже, мое солнце. Только вместе.

– Я тоже сестру не кину.

– И мы!

Я улыбаюсь со слезами.

– Тогда сделаем их. Лапуль, нам надо будет два автобуса найти. Выигрыш поделим на всех и кубок привезем!

– Ура!

– Сделаем, солнце.

– Школа выделит, – неожиданный голос и все расходятся. Там временный директор.

– Выиграйте и прославьте нас.

Я улыбаюсь и смотрю на Славу.

– Обязаны. Выстроились по два. Первые будет масса кто послабее, вторые основа. Выжмемся, но сделаем!

– За победой!

Директор уходит, и мы начинаем отбирать со Славой. Получается много. Сначала начинаем с массовкой. Показываю движения, и они оттачивают синхронности. Основе выбираем песню и даже колонку достали. Включаем песни, и я показываю движения. Придумываем офигенный выход. Добавляем различных элементов и начинаем синхронно медленно повторять. Так проходит три часа. Договариваемся о времени встреч тут, после массовке добавляю простого и вместе с ними танцую.

– Малыш, ты так офигенна! Свою команду рискнула собрать.

– Да. Могу!

Хорошо все выходит. Распускаю всех и говорю завтра время. С любимым идем домой. Он останавливает и впивается в губы. Отвечаю ему и растворяюсь.

– Я люблю тебя, солнце.

– И я тебя люблю, лапуль.

Он доводит меня и уходит. Я поднимаюсь домой. Так 4 дня мы репетируем.

– Серег, надо Рому.

– Что задумала?

– Сопровождение из города.

– Аа, есть номер пиши.

Он диктует и я записываю. Когда все разошлись звоню Роме.

– Слушаю.

– Привет, Ром, это Саша Реймонд. Мне нужна твоя помощь. Надо встретиться.

– Привет, родная. Подъезжай в отдел смс скину.

– Еду.

Отключаюсь, и заходит брат.

– Братишк, донеси домой, я до отдела к Роме.

– Хорошо, а Слава где?

– Не знаю.

– Нормальная тема, ладно… Аккуратнее.

Выхожу из зала и иду на выход из школы. Народу никого почти. Быстро добираюсь до остановки и еду. Путь занимает некоторое время. Рома написал остановку и на ней вышла. Отдел сразу нашла. Захожу и там дежурный.

– Добрый вечер, сержант. К Роману Калинину.

– 7 комната.

– Спасибо.

Прохожу у нужному и со стуком захожу. Слышна ругань. В кабинете Рома и начальник.

– Время посещений окончено, приходите завтра.

– Есть.

Выхожу на улицу и иду к озеру. Настроение упало в ноль. Долго сижу. Начало темнеть.

– Ты чего тут одна?

– Грущу…

– Расскажешь?

– А можно ли тебе такое доверить?

Я не поворачиваю голову.

– Очень секретное?

– Да.

– Я не расскажу никому.

– Помимо тех танцев мне нужно на соревнование по борьбе. Там будет мой тренер. Я обязана его поддержать. Это долг ученика. Но если узнает Слава или Сережа мне пипец. Два дня я смогу домой вернуться, а третий нет. В том городе у меня братья, что тогда повязали. Их просить подыграть не могу. Они элита. Думала, Рома поможет, а я не во время приехала. Дим, что со мной не так? Почему все против меня?

– Мама говорит, если у человека все фигово и на его долю вываливают испытания. Он должен доказать всем, тогда все измениться и счастье вернется.

– До этого надо дожить. Пойдем домой.

– Пойдем…

Мы шли и разговаривали обо всем.

– Давно так не гуляли…

– И не говори.

Захожу в чат, и там Славы нет. Звоню брату. Долгие гудки.

– Сестрен, ты где?

– Да, гуляю. Приехала к Роме, меня начальник выгнал, разборки устраивал. Сидела на лавке думала, выйдет, позвонит, хрен! Дима гулял, меня увидел. Домой гуляя, вот идем. Ты Славу нашел?

– Ага. Завтра сам все расскажет.

– Ладно.

Отключаю звонок. Завтра еще что-то навалится. Доходим до дома. На следующий день просыпаюсь разбитой. Ничего не хочу. Одеваюсь и ухожу из дома. Гуляю по городу и останавливаюсь в небольшом парке. Звонит брат.

– И тебе привет.

– Ты где? Что с тобой?

– Надоело пытаться, рваться, а может пошло оно все?

– Сестрен, я тебя не узнаю. Тебя Слава обидел?

– Он на меня забил походу… Вот и вся любовь.

– Как???

– За столько времени, я даже номера его не знаю и он не звонил ни разу. Передай ему, что я жду сутки объяснения. Знаешь, ты был прав. Я не хочу никого больше любить. Только боль причиняют. Так все надоело. Жить надоело…

– Сестренка, ты где? Я сейчас приеду!

– На любимом месте, где есть пирс.

– Не смей!

Отключаю телефон и иду к набережной. Опять эти плохие мысли… Почему я не могу быть счастливой? Захожу в чат и пишу Славе сообщение на прощание.

– Спасибо, что подарил любовь и ее же забрал. Забудь меня лучше и найди красавицу. Время, проведенное с тобой, было лучшим.

Отправляю и сразу ответ:

– Что случилось? Любимая, где ты?

– Все хорошо, все просто супер. Телефон мой за все время даже не знаешь, не звонил. Пропал совсем и тишина. Я волнуюсь, а ему ничего. Пусть один брат знает твой номер, прощай. Полюбуюсь в последний раз на плавающие корабли и в путь.

Читать больше не стала. Мне так больно. Звоню Максу. Его голос всегда успокаивал:

– Привет, солнышко. Как ты?

– Приветик, родной. Мне так плохо. Я устала, устала бороться за жизнь, за любовь. Я никому не нужна. Ты вот тоже не близко.

– Малыш, что случилось?

– Ничего, родной. Просто хотела услышать твой голос. Мне одиноко. Иду на свой любимый пирс посмотреть кораблики и забыться навсегда.

– Мы в городе, скажи точнее?

– Я не знаю место. Пирс, рядом корабль как памятник…

– Ладья! Парни, бегом туда! Там Алекс, ей плохо! Малыш, жди меня.

– Прости…

Я отключаю телефон и кладу рядом.

– Как здесь хорошо.

Стою, некоторое время и слышу, кто-то бежит. Поворачиваю голову и там брат со Славой.

– Любимая, не надо.

– Почему? Ты бредил мной, а теперь пропадаешь.

– С родителями проблемы.

– Я здесь не причем. Зря я отдала тебе сердце. Ты его разбил. Твои родители не дадут нам быть вместе и брат это знал.

– Я не дам им разлучить нас!

– Ты ничего не сделаешь. Ты зависишь от них!

– Я выйду на работу, и мы будем вместе.

– Мечты! Ты, как и Саша разбил мне сердце. Больше не хочу никого любить никогда. Когда же эта школа кончится… Надоело все!

– Что ты ей сделал? – грозный голос за спинами парней.

– Кто-то сделал фото как я ее целую и отправил родителям. Они против Саши. Они выбирают по статусу. Я пытался решить все, но так как я школьник еще, не знаю как быть.

Они разговаривают, а мне больше не интересно. Смотрю вниз и прыгаю. Макс услышал всплеск и кинулся туда.

– Нет! Нет!

Прыгает в воду и ищет девушку. Она в это время уже задыхалась от нехватки кислорода. Парень кое-как нашел ее. Вытаскивает и та не дышит. Делает искусственное дыхание. Все тщетно. Применяет другую тактику и с пятого раза получается. Он помогает ей, она смотрит на него.

– Максюш, зачем? Я не хочу! Не хочу!

Он обнимает ее крепко.

– Я рядом и всегда буду рядом. Чтобы к ней и на шаг не подходил!

– Имею право! Она моя девушка!

– Была! Ты ее предал. Ты знал, чем это кончится и все равно влюблял в себя. Сереж, я ее забираю. Я о ней позабочусь.

– Хорошо, Макс. Подожди, ее телефон.

Сережа бежит за телефоном. После отдает парню.

– Все вы статусные такие: девушку из приличных, богатых… А такие ангелы страдают после. У меня есть деньги, и я хорошо зарабатываю, но вас богатых не могу понять! Чего вам не хватает, когда вам дарят любовь и взамен ни копейки не просят. Идем моя радость, этот мир прогнил окончательно.

Парень берет девушку и несет к машине. Выбегает Рик и несет полотенце. Они закутывают ее и садятся. Машина трогается. Слава плачет навзрыд.

– Я же говорил тебе рассказать все.

– Я не смог…

– Они от крысы узнали и что легче стало? Ты причинил адскую боль ей. Ведь она только полюбила тебя.

– Я идиот, Серег…

– Это конец, Слав. Если дошло до этого… Саша ей причинил боль уходом, теперь ты. Можно было найти выход. Отказаться от всего. Если любишь, этого ничего не надо.

– Я трус.

– Я бы помог и все были бы счастливы. Теперь ее забрал человек, который пылинки с нее сдует. Она вырастит и может быть сможет полюбить, но не тебя. Идем. Надо тренировать. Она не бросит то, что начала. Как, это будет вопрос.

Я ехала с парнями в полной тишине, и только Макс прижимал меня крепче к себе, чтобы согреть.

– Максим, зачем?

– Потому что не могу без тебя, – все даже рты открыли.

– Я маленькая для тебя.

– 10 лет это не много.

– Я не хочу больше любить. Любовь – это боль режущая все на куски и разрывающая все.

– Просто живи со мной. Будь рядом.

– А школа?

– Я переведу тебя сюда, и ты закончишь ее.

– Хорошо. Тогда я найду подработку.

– Исключено! Я хорошо получаю, и обеспечить тебя смогу.

– Но, как я смогу отплатить тебе за все.

– Ты готовишь вкусно.

– Это правда, Сашуль.

– А мама?

– Будешь ездить или же ее вытащим сюда.

Тут я задумалась.

– Солнце?

– Что?

– Рассказывай!

– Ты отругаешь…

– С чего бы?

– А что нет?

– Нет.

– Хм. Генмайору сколько лет?

Тут даже машина резко остановилась.

– Ты баран! Аварию создаешь?

– Никак нет. Пусто везде. – отвечает Кик.

– Сашуль, расскажи тему. – просит Рик.

– А ответ?

– 39.

– Вай тема… Мама одинока. Вкусно готовит, печет. Ей 35. Он у вас добрый и одинокий?

– Да и в разводе. Жена с детьми далеко уехала. Он только по видео с ними.

– Жесть. Так что?

– Я согласен, – машина тронулась. – Только ты пропьешь таблетки, и соревнование не закинем.

– Хорошо. Согласна…

– Ты моя умница.

– Я тебя не понимаю… Ты ведь меня не знаешь.

– Долго, что ли?

– Парни, он всегда такой?

– Ага.

– Ясно теперь. Хех. Значит, буду слушаться. Вылечиться, навряд ли… Столько лет, куча врачей.

– Другим методом.

– Каким?

– Теплом.

– Думаешь?

– Я видел сам.

– Сдаюсь. Тебе тоже холодно.

– Есть такое.

– Давай я согрею?

Он посмотрел на меня. Я сняла с себя. Обернула ему спину и впереди. Так обоим теплее.

– Солнышко доброе и заботливое.

– Ты обо мне заботишься и я должна, – он улыбнулся.

– Кэп, мы тебя не узнаем.

– Я пригрел ангела, а она меня меняет.

– Я тоже хочу!

– Поздно! – сказала я, и все рассмеялись.

Глава 22

Мы приехали в город, и Рик зашел в магазин одежды. Взял немного, чтобы я потом сама купила. Я поблагодарила за это. Он забрал все снаряжение, а нас довезли до дома. Макс отдал ключи от машины. Дома я стала раздевать Макса. Все не сниму, но основу да. Я ушла делать ему ванную.

– Я сложил все в машинку.

– А вытащил из карманов?

– Да.

– Водой не ошпарю?

– Нет.

– Ты разделся?

– Я глаза закрою, а ты топай, иначе заболеешь.

– И ты тоже, значит раздевайся.

– Нет! После тебя.

– Сейчас сам раздену.

– Черт, – слышу, смеется.

Раздеваюсь до белья и кладу мокрое в тазик. Сажусь в ванную и зажимаюсь. Он заходит, и садиться тоже. Чувствую его руки нежные по спине.

– Убил бы!

– Все хорошо, я это пережила.

– Теперь я понял, почему ты не выдержала.

– Спасибо, что тебе не плевать на меня даже, если я буду другом.

Он прижимает к себе аккуратно.

– Я не трону, пока сама не скажешь. Я железный.

– Спасибо за это, я это ценю. Я правда обузой не буду?

– Нет, будет хоть на кого тратить, а нет, сделаю еще карту и скину туда. Надо будет что, купишь.

– Ты нереальный… Это все сон!

Он поворачивает и целует.

– Во сне так не почувствуешь губы.

– Сдаюсь.

Посидев в тепле, он вылез первый. Оделся и накинул халат. Я тоже потом вылезла и поняла, что нет белья.

– Без него пока, потом купим.

Он что подсматривает? Вроде нет. Эх. Одеваюсь и выхожу. Стоят мягкие тапки, вай!

– Нравится, значит, угадал!

Он накидывает халатик моего размера.

– Как? Заранее знал все?

– Увидел тогда. Он богатый на лице написано, а этих фиф по статусу выискивают. Ты у него игрушка. Наиграется, выкинет. Видали кучу этого дерьма за столько лет.

– А если бы смог?

– Неа. Он не я.

– А какой ты?

Подхожу ближе и отнимаю бокал с чем-то янтарным.

– Узнай меня сама, солнце.

– Добрый, заботливый, нежный, чувственный. Вредный бяка!

– Эээ! Укушу!

– Это моя тема!

– И теперь моя!

Он прижимает к себе.

– Я так испугался. Не делай больше так.

– Обещаю, я переборю это. Я найду способ.

– Я помогу. Позвони маме и расскажи все. Она должна все понять. Другого решения не будет.

– Хорошо.

Я пошла за телефоном и набрала маме. Все спокойно объяснила и она поняла, что теперь за меня взялся взрослый парень, которому на меня не пофиг и мама обрадовалась его помощи. Если я доверилась ему, значит так и будет. Я людей хорошо считывала.

– Мам, а у тебя, когда выходной?

– А что?

– Возьмешь Сережу и приедете. Отдохнем от всего.

– На речку поедем.

– Максим говорит, на речку поедем.

– Как-то неудобно.

– Мам! Не обсуждается, а дополняется. – Макс смеялся сидел.

– Вояка моя!

– Я все слышу.

– А я не скрываю.

– Напишешь, мам, тогда.

– Ты будешь приезжать?

– Да, вещи еще дома.

– Вещи купим.

– Максим!

– Не обсуждается, а дополняется.

– Заразка! Доки все равно забирать.

– Это да, – ответил он.

– Со школы?

– Да, соревнования пройдут, и переведусь к Максу ближе. Следить теперь будет и не допустит повтора. Жестко взялся. Пусть. Я этому рада. Пора вставать на ноги. Я устала от всего и вот итог. Вы хоть спокойны будете.

– Хорошо, лишь бы дел не натворили.

– Нет, мам. Будь спокойна.

– Хорошо, целую.

Я убираю телефон.

– Он тебе нравится?

– Кто???

– Этот кнопочный товарищ.

– Хорошая трубка. Мне много не надо. Надо позвонишь, соскучишься, напишешь.

– Согласен.

– Тогда пошли вкусное приготовим.

– Ммм… Иду.

С Максом так хорошо. Вместе все делаем, а также и кушаем вместе. Мне это очень нравится. В день отборки я поехала домой. Придя в секцию, Игорь побежал обнимать.

– Родная.

– Жива, благодаря Максу. Это тот спец, что Серегу крутил. Он лечит меня. Пью таблетки. Никакого стресса. Я вылечусь. Дай свой номер и учителя.

Тот диктует, и я записываю.

– Пусть будет.

– Это точно. Место поменяли. Теперь в каком-то спорткомплексе все два раза.

– Танцы?

– Сережа и Слава вытягивают основу.

– Я буду, не смотря на произошедшее. Я собирала ее, и я ее поведу к победе. Будет замена партнера. Слава уйдет с Серегой в трюковые. Нужно делать акцент на этом. Максим сказал это фишка.

– Принято.

– Родная!

Учитель обнимает меня.

– Учитель. После соревнования я уйду. Случилось очень нехорошее. Смогу ли я вернуться неизвестно, но буду появляться. Я хочу вылечиться и за меня взялся друг. Мама не потянет такое, а у друга связи. Я приеду здоровой, вот увидишь. Номер списала. Мой, у Игоря. Нужна – звонок. Я приеду. Кости мять не буду. Одевайте!

– Он тебя не обидит? – переживал Игорь.

– Хочешь сказать секс и все такое?

– Не только, – тот засмущался.

– Лоб 25 лет девственник, добряша и тихуша. Все делает со мной вместе. Очень доволен. Вещи сказал все сам купит. Ответ устраивает?

– Вполне, а школа?

– Увы, это конец… Теперь я в чате, родной. Пиши, звони…

– Капец…

– Плюсы… Леха не тронет. Слава найдет по статусу. Ты знал, что он играл мной?

– Как???

– Он все время знал, что родители меня не примут. Мы нищета им. Такие по статусу ищут. Он хотел сломать их и хренушки. Я в лицо говорила. Теперь он влюбил меня и ничего не изменить. Сделал больно и теперь все. Вспомни мою жесть.

– Нет, только не это.

– Поблагодари, за то, что я спрыгнула с причала где пирс, а Максим меня вытащил. Серега бы тоже, но первый к себе забрал и все рассказал про таких как Слава. Вот я дура. Лучше бы Соколову ответила.

– А мне?

– Игорь, я не знаю… Не появляется ничего. Красивый, добрый, заботливый. Но это и друзья. Вот и не могу перешагнуть.

– Вот в чем дело. Отношения не развиваются.

– Ага.

– Не отступлю пока не убежусь во всем.

– Валяй, но поздно. Я не подпущу ближе.

– Сука! Убил бы его!

– Что сделал, то сделал… Идем, пора.

Я иду одеваться, а когда выхожу даже Игорь нервно сглотнул.

– Учитель, ты глянь…

– Круть. Все твой точно. Ты сильнее всех, значит, унаследуешь это.

– Спасибо, учитель.

Костюм похож как у спецов, только вставки защиты тела и рук с голенью. Мы вышли и там стоял фургон. Все уселись и мы поехали.

Дорога заняла небольшое время. Мы вышли и я любовалась.

– Красиво тут!

– Это точно.

Учитель ведет нас внутрь. Я там тоже осматриваю все. Замечаю наших в группе поддержки. Они тоже заметили меня.

– Ого, какой!

– Даже продирает от вида.

– Пусть враги мучаются, а наши победят, – сказал Сережа.

Я посмотрела на него и кивнула.

– Вон услышал даже.

– Пусть.

Идем к стойке регистрации, нам говорят написать команду и имя с фамилией, пишу измененное. Грозной походкой под стиль встаю в сторону.

– Все хорошо?

– Вполне. Игореш, изучай их, все нужно будет. Они много делают ошибки.

– Спасибо, брат.

– Не за что, братишка. Вместе и до победы?

– Да, разгроми, а я подстану.

Все собрались и начали соревнование.

– Приветствую всех пришедших. Начну тогда с правил сегодняшнего соревнования. Само оно состоит из трех частей в цепочке. Первое сегодняшнее на уровне школ. Выделяем самую сильную команду из школы. Вторая часть состоит из соревнования городских. Приглашаются 5 команд лучших, и они уже сражаются с прошлыми боевыми. Третья – уровень страна. Будут приглашены специальные гости, и они уже будут тестировать победителей второго тура. Там бальная система. Могут быть изменения. Пока в процессе все. Так начнем первый тур. Случайным образом 1 человек из команды выбирает четверых из других. С ними сражается и выходит лидер-победитель. Кучка проигравших борется за третье место. Так каждый и когда вторая кучка победителей определиться. Двое выходят от группы финальную часть. Проигравшие второго куска борются за второе, а финалисты за первое. Право выбора отдаю команде Альфа. Темный, выходи.

Я выхожу и разминаю руки с ногами.

– По человеку от команды, самые смелые.

Те выходят, и я осматриваю.

– Судья, можно вопрос?

– Разрешаю.

– Имею право я вызвать всех четверых? Вам будет проще.

– Правилами не запрещено.

– Он нормальный вообще?

– Значит знает силу, – сказал Сережа.

Киваю и показываю окружать. Встаю в грозную стойку.

– Боже… Аж пробирает.

– Начали! – крикнул смотритель.

Все стали нападать и я быстро с мощными ударами раскидала всех.

– Охереть! Мощь!

– И не говори!

– Победитель, Темный. Первая кучка сражается за третье место в стороне, второй судья, прошу.

Тот уходит с этими трупиками, и я отхожу в сторону. Следующего выбирают Игоря. Он тоже просит выйти.

– Судья, я тоже разом возьму. Поравняюсь с братом.

– Ваше право.

Он выходит и встает стойку. Показываю глаза и ноги в бум. Тот понимает все.

– Смотри, даже тактика у них.

– Обязательно. Игорь говорил учитель бомба.

– Тише вы, болтухи. – сказал Слава.

Дают старт, и тот начинает всех раскидывать. Получается дольше, но круть.

– Брат, молодец, – выставляю руку и поздравляю хлопком по спине несильно.

– Ровняюсь на тебя, брат.

Остальные заканчивают и выбирают на третье место. Выходит наш. Мы по-особенному поздравляем его.

– Третье место победитель Артур Ловаев школа 100.

– Ура! – кричат наши.

– Брат, не щади, в полную, иначе не поверят.

– Больно будет.

– Мне нет.

– Брат, отомщу в зале.

– С радостью приму наказание в виде шлепка ногой по пятой точке, но до нее надо достать.

Тренер стоит и трещит с нас.

– Вторая группа на середину. Массовое до отбора на второе и первое место. Проигравшие, дерутся за второе место. Начали!

Началась, прям, бойня. Я укладывала с разворотов, а то и с кувырков на вынос. Брату будет легче бить их. Все в тактике боя. Остается Игорь.

– Братишка, я тех помял хорошо. Тебе ход открыл. Как всегда брат за брата и до конца.

– Спасибо, брат. Разбегаюсь и с красивого сальто выношу Игоря.

– Охеренно красиво! Мощь в нем ептя. Вон Игоря как бьет.

Добегаю до стены и, карабкаясь по ней с волчком, сношу того. Он встает и бежит. Беру офигенный замах, и тот как пуля улетает. Все рассчитано тоже.

– Первое место за Темным Алексиэль Нейт школа 100.

– Ура! Мы победили! Темный, ты лучший!

– Я знаю.

Помогаю Игорю встать, и те выходят. Дают команду и уже сам Игорь добивает.

– Второе место Игорь Царев школа 100.

– Ура! У нас три места!

– Давно такого не было, чтобы школа заняла все места. Поздравляю победителей. Случайных 5 человек пройдут во второй этап. Подойти проигравшим всем ко второму судье. Прошу займите свои места победители и тренер посередине. Сделаем после фото.

Выносят награды: мне кубок лидеров школ с 500к чеком, Игорю 250к, а Артуру 100к. Делают фото и уходят. Я мощным кувырком с раскрутом спускаюсь перед лицом учителя.

– Нихрена себе! Крут!

Я становлюсь на колено в нашем специальном церемониальном жесте.

– Учитель, вы вложили много сил в меня, чтобы я сегодня принес награду нашей школе. Спасибо за ваши труды и терпение. Это награда в честь вас и вам ее нести до нашего специального места.

– Темный, ты просто молодец. Я знал, что ты мой наследник и дальше передашь мои знания. Эта мантия передается по наследникам. Теперь ты коронован.

Протягиваю награду, и он берет ее поднимая.

– Ничего себе, церемония даже.

– Как положено обращение учитель и почести. Везде так, – прокомментировал спокойно Сережа.

– Класс. Теперь и напиться можно! – говорит Андрей.

– Бухарик!

– Победили же!

Игорь спрыгивает, и я специальным движением прямых рук ставлю его перед собой.

– Ты ахуенен, брат! Балдею по твоим техникам! Таких даже учитель не знает. Поздравляю с первым. Мы вырвали победу у них.

– Порвали, брат. Поздравляю со вторым. После меня только сильнейшие братья. Артур, тебя с третьим и тоже хорошим. Школа взяла все.

– За победой и до конца. Школа 100 лучшая! Ура! – радовались мы.

– Альфа, в машину и домой праздновать.

– Есть, учитель, – хором сказали мы.

– Даже говорят вместе! – удивлен Дима. – Поехали домой.

Мы быстро побежали в машину, и я заметила боль в ноге. Сидела, проверяла на травму. Вроде нормально все. Потянула что ли? Учитель садиться и мы уезжаем.

– Кому повезло дальше с нами?

– Всем.

– Еху! – кричу я.

На веселе доезжаем и выходим из автобуса. Всем показываем кубок из моих и учителя рук.

– Темный вырвал нам первое место, Игорь второе, а Артур третье. Мы взяли все места! Школа 100 лучшая!

Все свистят от радости, и даже директор хлопает. Я беру кубок и несу к директору.

– Я обещал принести победу, я принес. Лично передаю для коллекции в школе. Надеюсь, мои ученики не подведут меня, и наш титул не будет потерян. Если что вы знаете, как меня найти. По титулам я стал наследником боевых искусств мастера, – прогибаюсь и отдаю честь, как учил тренер, также и Игорь с Артуром.

– Спасибо за победу, учитель. Вы вложили в нас знания, и они пойдут дальше. Брат, следующий по титулу ты.

– Я догоню тебя, брат.

– Я знаю, но горжусь. Спину всегда прикроешь. Закончишь школу, ты пойдешь со мной?

– Ты серьезно?

– Да. Спина к спине и это я говорю при всех.

– С радостью!

Всех хлопают, и мы пожимаем до боли руки силы.

– Даже смотреть больно.

– Аа, зараза! – все смеются.

– Не дорос, братишка.

– Брат, ты бомба!

– Разнесу врага!

Убегаю внутрь и скрываюсь в кабинете. Быстро скидываю костюм и привожу себя. Стучатся, и я разрешаю. Игорь заходит и офигевает.

– Сколько же ты переодеваешься?

– Как в армии по нормативам. Дурная привычка.

– Вот ты сильная! На анаболиках?

– Ни грамма, только психа пью. Обещала Нео.

– Вот ты мощью выросла. Я заметил что-то с ногой?

– Хрен пойми. Сейчас прогон и узнаю все.

– По стенам научишь?

– Пошли, покажу.

Глава 23

Я все аккуратно складываю и тот поражен даже.

– Боже, ты явно не отсюда.

– Я чудище, беги!

Тот как ломанется от меня, а я за ним. Парни ржут. Парень забегает на стену, и я на вытянутых ногах его кувыркаю.

– Прям ахуеть! Еще!

– Беги, Гамп, беги!

– Зараза, а любимая до жути.

– Иди, время.

Тот бежит, и я выставляю руки. Нажимаю, прогибая, и тот понимает.

– Повтори.

Тот с радостью бежит и повторяет.

– Молодец, оттачивай быстроту и ловкость. Смотри быстрое.

Разбегаюсь кувырок-вынос, далее кувырок-удар, кувырок-переворот. После разгоняюсь и показываю брейковое в ударе.

– Акуеть! Брейк в ударе.

– А это… – кувырок на руки, раскачка тела брейка и с комбо удара.

Опять кувырок и встаю.

– Научи всему!

– Окрепну и прошу за мной, брат.

– Только с тобой. Брата твоего научим.

– Надо мне паркур еще. Хочу усовершенствовать удары и мощью бить.

– Знаю людей.

– Договорись, я найду время или порешаю.

– Ок. На танцы!

– Топаем.

Мы выходим и идем в зал. Там никого.

– Смотри мастерство придуманное мной. Творчество из попы лезет, мама говорит.

Закрываю глаза и напеваю всем знакомую мелодию. Делаю офигительные движения, это я знаю. Заканчиваю петь и открываю глаза. Все в ступоре.

– Ты офигенна! Сама придумала?

– Ага. Чтобы почуять каждое движение, нужно почуять себя как энергию движения. Долго учишься, но работает сцуко! Что встали? У меня время. Прогнали и ходу отмечать. Заслужили. Темный прям мощный!

– Он нечто! Тоже пойду учиться. С ним в спарринг.

– Игорю напишешь, он его выловит. И кому-то придет пиздец… Тра-та-та-та… – напеваю, и все ржут от шутки. – Изменения в танце. Руководящая пара выходит в замену, и выводятся откидные и переворотные. Продумайте сами. Нео сказал, с этим мы выиграем. Он много видел, с чем выигрывают точно. Еще один у меня в запасе и еще возьмем на мощь, прям на танце. Он далеко от сюда и на репетицию не вырваться офисной крыске. По факту на приезде 30 минут оставим на прогон. Первое не знаем сцену. Если мала, расходимся вниз и выполняем задуманное. Второстепенная раскроется шире в крылышках. Все нормально объясняю или показать?

– Норма, учитель. – сказал Игорь и я улыбнулась.

– Награду делим на всех поровну, кубок школе. Капитан корабля я и я отвечаю за всех. Мы порвем всех и унизим ту мразь, что уничтожила мою смелость, – грозность резко появилась. – Начинаем…

Звучит музыка и я делаю основные движения и в силовом сводит ногу. Я падаю. Музыку выключают, и ко мне подбегает Игорь с Сережей.

– Где больно?

– Ногу болью свело.

– Покажи, сестрен.

Я указываю и через боль терплю их нажимы. Лицо уходит в гневное. Парни, посмотрев, нервно сглотнули.

– Стерплю, чуть легче. Намажу, хрень все. Вроде целая. Лишь бы не растяжение…

– Точно?

– Уверена. Не подведу. Не прощу себе такое. Блин… Лады, заново!

Включают музыку и мы прогоняем. Игорь и брат делают кувырки. Игоря поддерживаю и он понимает тему. Все складывается офигенно.

– Брат рука!

Этого элемента нет, но он его знает. Разбегаюсь. Игорь присел, понимая тему. Я легонько отталкиваюсь и держась за руку брата делаю офигительное, что никогда не получалось правильно. Верчком в воздухе встаю на пол.

– Я сделала это, брат! Я смогла осуществить свою мечту сделать тяжелейший элемент!

Он хватает меня и возле себя крутит.

– Победа точно наша! – кричат все.

– А бабла заработаем. Кто знает банк?

– 2,5м.

– Охренеть! Еху! – брат прям из штанов выпрыгивает.

– Вы молодцы все. Без меня хреново. Но так надо. Винной во всем он, – показываю на Славу. – Теперь только так и таблетки. Выступление 14 числа. Всем отдыхать и если есть возможность, синхронность прошу. Все баллы в ней и точность.

Ко мне подбегают и обнимают.

– Спасибо, что не кинула эту затею и помогаешь нам не только прославиться, но и заработать.

– Мой кипишь вам окупится. Встречаемся 13 числа. Директор нам дает автобусы.

– Ура!

– Всем пока, – машу им и хромая выхожу.

Иду по коридору и вижу, как директор устанавливает все.

– Ты умница.

– С вас автобусы на 14 числа и офигенная поддержка, еще бы видео снять.

– Все будет, родная.

Я улыбаюсь и иду дальше.

– Солнце… – останавливаюсь.

– Солнце погибло в воде, когда ты собственноручно погубил его в пучине воды и камней.

– Я добьюсь, чтобы они тебя приняли.

– Ты опоздал, мне это не нужно. Не нужна ничья ваша сраная любовь! Любовь – это гребанная боль рвущее все на куски! Живи, люби и ебись. Так братюня ляпнул разок. Найдут тебе шлюху с деньгами и живи, детей расти. От меня отъебись, лжец! Знал и использовал. Не наигрался? Найди, брат, ему шлюшку и пусть оторвется.

– Сестра…

– Все хорошо, родной. Этот урод убил меня окончательно. Игорешу захвати с мамой. Я брата второго в обиду не дам.

– А я?

– Последняя буква в алфавите, что я стала ненавидеть за ваше моя. Моя – слово отвечающая критериям: любви, заботы, понимания, поддержки. У вас оно пользоваться. Шлюхи на это есть. Я не она и ею не стану. Судьба – сука! Но и ее нагну. Я это лично продемонстрирую!

Тяжело это дается сказать.

– Братишка, слово свое не забудь.

– Обещаю, – смотрю на братьев, Диму.

Иду на выход.

– Прошу, прости…

– Я обожглась и она, сука, не заживает. Быть мне уродом, но нужным только избранным. У меня время, дерзайте веселье.

С ноги открываю гребанную дверь. На скорости залетает черная спец машина. Я улыбаюсь. Они выходят с оружием. Все расступились, и я с кувырком на одну ногу приземляюсь. Нео подбегает и с движением руки сажает на руки к себе в воздухе.

– Солнце, что с ножкой?

– Не знаю, на прогоне сильно заболела и упала.

– Вылечим.

Мы идем в машину и парни залазают.

– Ты видел, Сер?

– Видел. Одним движением руки.

– Он ахуенен!

– Однозначно!

– Солнце мое!

– Неа, уже его и поверь, он во все вкладывает всю нежность, что есть с добротой. Я был там, и не зная, он делал столько. Ради нее он сделает все, если она захочет.

– Она моя! Я ее отниму у него!

– Рискни… Я предупредил. По мне лучше пусть весь мир к ней сложит у ног, чем врать и не делать. Ты убил ее и это она никогда не простит. Я ее знаю. Я сделал там все, чтобы они ее вылечили. Идем, Игореш.

– Иду, брат.

Парни заходят в здание.

– Моя! – рычит Слава.

– Скорее моя! – добавил Леха.

– Она же сказала, что тебя ненавидит.

– Полюбит!

– Через мой труп.

Мы ехали в машине.

– Привет, братья!

– Привет, малявка.

– Нео, они обзываются.

– Накажу их, мой малыш.

– Ээ!

– Так вам! – вкапываюсь в Макса и замечаю офигенный парфюм.

– Нравится?

– Очень. Когда успел?

– С утра. Тот кончился, – он улыбается мне.

– Поставь в список моих любимых.

– Обязательно, мой малыш.

– Ооо, кэп, ты без головы влюблен.

– Я не скрываю это, – ого, признание.

Он при всех меня целует, и те рты открывают.

– Моя и никому тронуть не дам!

– А почему ты хочешь, чтобы я с тобой работала? Я же буду отвлекать.

Неожиданно он стал плакать и сильнее прижал к себе.

– Я переживаю сильно и скучаю ужасно. Никуда тебя не отпущу.

– Лапуль, ну ты чего, тише… Не плакай, родной, – вытираю его слезы.

– Я не могу никак выбросить тот кусок, где я, разговаривая с тем уродом и Серегой, проглядел тебя. Ты уже скрылась под водой, прыгнув с пирса в камни. Я нырнул, не думая ни о чем. Только бы тебя спасти. Искал тебя долго и нашел. Не сразу, но спас. Теперь ты будешь всегда рядом. Денег я зарабатываю очень хорошо, и на свое солнышко хватит с верхом, хотя как другие она ничего не просит.

– У меня есть все, а чего нет куплю сама.

– Вот! Ты только моя и я порву любого, кто посмеет тебя тронуть!

– А если я не смогу полюбить? Ты хочешь малышей же. Какой мужчине не хочет их?

– Просто будь со мной, я дам все, что попросишь.

Он вкапывается в меня носом.

– Охренеть, какая судьба! Обезвредили врага, а враг ангел. Я тоже такую хочу…

– Занята, опоздал.

– Вот что значит больной любимой. Теперь я это увидел.

– Найдем и тебе, брат.

– Только не кидай как тогда. До сих пор тоже не выходит. Вот как ты меня завалила глыбу такую?

– Селедка! – парни заржали. – Кстати об этом. Мы тут планируем поездку на озеро. Мясо, солнце, пиво и с ночевкой бы еще.

– Легко, мой малыш.

– Вай! – те рассмеялись, а Макс так с любовью на меня смотрел и поцеловал в носик.

Я сощурилась, а он рассмеялся. Даже смех греет душу. Судьба полюбить? Но я больше не смогу или это вранье?

– Надо вашего начальника вытащить тоже. Добряшку с вкусными пирогами надо пристроить в теплые ручки.

– Полностью согласен.

– Эх, узнает тебя, и будешь бегать от нее.

– Почему, малыш? – он удивился и выгнул бровь.

– Первое пироги, рулеты и вся тема, второе – я лучше к вам на пытки, чем к ней на допрос.

Парни, понимая тему, ржали как кони.

– Да зануда она порой, как начнет тему, и хрен отвяжешься. Вот надо ей и хоть тресни по столу, выдайте. Весело и не заскучаешь.

– Класс!

Все на него удивленно посмотрели.

– Смертник, епть! – сказала я.

– За тебя и жизнь отдам.

– Никогда! Только вместе и только рядом. Не причини мне боль как эти уроды. Один до сих пор верит в сказки и мечты строит. Отшила жестко, но это не конец.

– Потому что ты теперь моя.

– Да. Леша это еще то отродье. Он всегда клеился с детства. Он видел во мне свою игрушку. Поимел и положил. Кстати во всех смыслах.

– Пусть только тронет, и из-под земли выроем с братьями.

– Всегда рядом ты не сможешь быть.

– Я найду решение. Брата поставлю в охрану.

– Моя лапочка.

Братья переглянулись.

– Мы сами за нее порвем любого. Такой ангел. Вон как тебя меняет.

– Ага, кушать со мной готовит, и все вместе делаем. Я думала это сон.

– Во сне нет такого…

Он целует с любовью. После прислоняется лбом к моему.

– Нет чувств.

– Точно.

– Буду ждать сколько надо.

– А отношения в группе?

– Надо спрашивать начальство. Надо и их сделаю. Все переломаю для тебя.

– Вот что значит, она есть его все.

– Точно, брат.

– Так что возьмете к себе сестру?

– Вай, это же счастье!

Нео счастлив это видно.

– А давай у начальства сразу спросим?

– Эм, а как? Я же гражданская.

– Ты была там и ты со мной.

– Была как задержанная или заключенная.

– Со мной пусть только не пропустят.

– Мой суровый мальчик, ррр. – все рассмеялись, а он с любовью так и смотрел на меня.

Мы наконец-то подъехали к КПП. Парни стали выходить и Максим нес меня на руках.

– Я ходить могу, лапуль.

– Нет. Ножку помазать надо.

– Ладно.

На пропускном парни, увидев меня на руках у Нео удивились.

– Точно не влетит тебе за меня?

– Точно, малыш.

Парни ушли на склад, а мы к начальству. Постучались.

– Можно, сэр?

– Да. Ого, Сашуля. Что случилось, Нео?

– Говорит нога заболела при ген прогонке. Кстати четырнадцатого числа за нас поедете болеть. Мы на соревнования по танцам. Так вышло, что это моя болезнь и теперь моя болезнь это она.

Он удивленно смотрит на нас.

– Да, сэр, правильно поняли.

– Ну, ничего себе привез на допрос детей!

– Ну не могу я без нее, хоть убейте… Сэр, у нас есть места как-нибудь ее прикрепить?

Тот офигел явно.

– К нам решилась?

– Ага. Нео не может без меня.

– Учеником хакера можно оформить. Геймеру посадить помощника.

– А на выезд?

Тот даже сел и смотрел на нас в полном шоке.

– Ты хочешь в боевую?

– Хочу. Лучше, чем за компом сидеть. Знаю, что учеба нужна. Я пойду, куда скажете.

– Можно, но корки все равно прикрепить надо. Все жестко у нас.

– Знаю.

– Сэр, а можно вопрос?

– Задавай.

– А где ваши замы? С тех пор никого не видела, а вот Нео в кэпах.

– Ушли или перевели ниже.

– Малыш…

– А что? Ты плохой зам? Мне кажется замечательный.

– Малыш, нельзя так. Это же генмайор. Не по уставу. Ты ему получается, прям, выкладываешь в глаза.

– Нео, успокойся ты… – тот тяжело выдохнул. – А почему не взять тебя замом?

– Ведь тебя поставят, и бегай на здоровье.

– Малыш… Ну, нельзя так… – возмущался парень.

Генмайор смотрит на нас и улыбается.

– А клевые вы! Вот смотрю и не верю. Нео влюбился… Помню, ты плакал по той, а она денег дай.

– Это все она в машине с наручниками. Я смотрел на нее и злился, красивая, милая, а бандитка. Оказалось, что это невинный ангел и не смог ее выбросить из головы, а тогда она со мной гуляла и танцевала… Я словно ожил.

– Я так рад за тебя.

– А меня не посадят?

– За что???

– За то, что больше жизни люблю ее и хочу попозже как подрастет руки спросить.

Генмайор от шока не отойдет.

– Ну, дети нельзя точно, а так по обоюдному можно. Расписаться с восемнадцати вроде, остальное бумажки по родам и все такое, но это привлечение служб.

– Капец, как камней много. Ты же выйдешь за меня, малыш?

– Я мелкая еще, вырасти надо, да и полюбить, а дети в браке.

– Вот! – вставил генмайор.

– А отношения в группе разрешены?

– Сделаем.

Нео посмотрел на меня счастливый.

– Сэр, тогда оформите ее. Я все сделаю.

– Боже, Нео, что с тобой?

– Болен ею, неизлечимо болен… – Нео разошелся.

– Лапуль, сгоняй лучше за кремом, я тут сама поговорю.

Он намек понял и пошел. Тот посмотрел на меня.

– Сэр, мы тут с парнями и друзьями собрались на речку, может и на два дня. Поедите с нами? Я вот хочу маму вытащить. Она пашет с детства, чтобы мы одеты, сыты были и не нуждались. Мне тут братья нашептали…

– Вот засранцы! Да я один. Жена с детьми ушла. Говорит всегда на работе, и денег не приносишь. Любила жить широко.

– Они любят деньги, а не человека. На деньги любовь не купишь только шлюх снять на ночь.

– Хоть ты понимаешь меня.

– Она как я добрая, чувствительная, хозяйственная пипец. Пироги, плюшки, манты и ватрушки. Вон Нео говорю, если тещей станет пипец штанам, а тот только улыбается и говорит клево.

– Класс!

– Сэр, но вы-то!

– Хватит выкать а? Артем меня зовут.

– А я Саша. Так проще, а пох.

Он так смотрит изучая.

– Что-то ты замыслила.

– Ничего.

– Ложь.

– Нет, я не вру, а только скрываю. Это разные вещи

Заходит Нео.

– Говори!

– Нет!

– Накажу!

– Наказывайте, не боюсь. – Нео аж офигел от общения.

– Ничего не боится.

– Нет, были ремнем. На спине рубцы, жгли щелочью. Так кислота съела пол плеча и вещи разъела, издевались, унижали, под конец поиграть и выкинуть реши растоптав. Вот Максимка спас. Ели нашел под водой. Оживил и теперь его. Обещала выздороветь от всего и таблетки пью покорно.

– Офигеть…

Глава 24

Тот даже за голову взялся.

– Хороший список, но он не весь.

– Жесть.

– Вот он ад моей жизни, и я тянусь к райскому свету вздохнуть хоть и обратно. Максим сказал, что тут, а значит тут светло и могу дышать.

– Вот это жизнь ребенка…

– А выбор? Кстати отец у меня сидит за воровство говорят. С 4х лет не вижу, появлялся, мимо дома же ходил, где я жила. Маме все здоровье съел. Нас пытался отнять. Он бы нас там убил. Он тиран. Таких расстреливать надо… – я заплакала.

Нео крепко обнял меня.

– Расскажи, малыш, ему.

– Я здесь и хотела маму забрать сюда. Живет с родителями. Простите за прямоту, но что женщина в 35 мужчину не хочет? Ведь не маленькая и все понимаю.

Генмайор покраснел от такой прямоты.

– Любви она хочет. С таким тираном жила столько лет ради нас терпела, а он к бабе мотался и нас таскал. Мы все рассказывали и за это от отца получали.

– Пиздец! Реально убить мало.

– У брата хуже рубцы. Я так… Спину поставила, чтобы лицо в ранах не было. Брат спать не мог. 5 лет затягивалось все.

– Кошмар.

– Вот… Ничего злого, просто подумаете, спихиваю, чтоб сюда ее забрать.

– Ничего такого.

– И то ладно.

– Я согласен. Список составим и закупимся.

– Да.

– Вот ты внесла много изменений точно в это место.

– Было бы чем. Болячка ходячая. Вот горе Нео. Теперь еще мне ногу лечить.

– Мое, ничего не знаю.

– Вот и поспорь с этим шкафчиком. Тот на плечо и пошел.

Они рассмеялись представляя.

– Так и буду тебя носить.

– Не надо, я высоты боюсь.

– А это колоссальная проблема. Если не преодолеешь его, он тебя с ума сведет.

– Знаю.

Любимый помазал при разговоре ногу и натянул эластичный бинт. Заботливый такой. Смотрю на него и вижу все чувства ко мне. Ничего не скрывается. Вот тот, кому я нужна, а не слова. Максим надевает обувь и смотрит.

– Надо другие.

– Дырок нет. Не за что! Воевать буду. Терпеть не могу кучи шмоток и обуви.

– 1 комфортную?

– Нет! Закрыли тему, не переспоришь.

– Боже…

– Сам забрал к себе и не жалуйся.

– Меня все устраивает.

– Артем, сам жаловался вот он, деньги тянули, а сам!

– М-да, Нео.

– Я для нее же.

– Мне ничего не надо, у меня все есть, чего нет купишь.

– Вот теперь устроит.

Раздается сирена. Нео выбегает туда. Я потихоньку выхожу.

– Враг в здании.

Вижу, на меня один бежит, и он оглядывается. С разворота ударяю, и тот падает. Очухивается.

– Ты кто такая?

– Какая тебе разница? Куда собрался так поспешно?

– Убегаю…

– Тогда ты ошибся этажом.

– Я тебя убью!

– Рискни.

Он побежал и я с сильного раскрута с комбо ударами валю того. Зажимаю и обезвреживаю.

– Малыш…

– Я тут, лапуль.

Максим подбегает и перехватывает у меня.

– Бежал, оглядывался, наверное, ваш.

– Крысы завелись.

– Вытравим, лапуль.

– Малыш, в главном помоги Гейму.

– Не запутаться тут бы.

Иду по коридору и оглядываюсь. Выбегают парни с оружием.

– Вот она! Пакуем!

– Я свой, мой парень Нео.

– У Нео нет никого.

– Давно уже есть!

Они пытались надеть на меня наручники. Верить не хотят людям. Началась драка. Отбиваюсь от них. Подбегает другой и дулом вырубает. Парни заковали и отнесли ее в допросную. После пошли доложить.

– Сэр, мы поймали крысу оглядывалась, явно сбежать пыталась. Драться научили.

Забегает Нео.

– Сэр, Саша поймала его на том этаже. А где она? Я ее сюда направил.

– Она не приходила, Нео.

Тот побежал все смотреть, и ее нигде нет. Паника нарастала за любимую. Подбежали парни и парень рассказал. Все стали везде искать.. Он забегает в главный.

– Не приходила?

– Нет. Ее нигде нет?

– Нет, сэр.

– Черт! Только не это!

Главный побежал вниз к допросным и парень за ним. Начали там смотреть.

– Нет, любимая! Сэр, она тут! Смирнов! Убью тебя, сука!

Тот прибегает и не понимает.

– Как ты посмел ее тронуть?

– Она враг же.

– Девушка врага поймала и передала мне. Она шла в главный, и не знает тут ничего. Открывай, блять!

Тот быстро стал открывать. Парень подбежал к девушке и стал аккуратно брать.

– Любимая моя. Сука, уничтожу вас! Чем вы ее?

– Валек прикладом отрубил.

– Она же девушка, причем моя невеста, – тот в ужасе вспомнил слова той.

– Она говорила, а мы не поверили.

– Строгач каждому! Сотрудников калечите! Крыс бы ловили! Она сделала вашу работу, вы же ее искалечили.

– Есть, сэр.

Парень несется до медиков и те ужаснулись.

– Осмотрите нос. Те прикладом ее. Уроды блин! Малыш, я рядом.

Парни прибегают и ужасаются.

– Нео, кто?

– Банда Смирнова. Саша уложила крысу и передала мне. Я отправил в главный. Она искала, а эти ее прикладом.

– Мы разберемся.

– Спасибо.

Те убегают, и врач просвечивает все.

– Сейчас делать нельзя ничего. Там восстановление нужно. Они повредили ей, сэр. Непонятно еще. Там все опухло уже.

– Только не это. Соревнования через несколько дней. Малыш, прости… Оставил тебя, и эти ироды тебя тронули.

– Хреновая тема....

– Да, сэр.

Девушка стала приходить в себя через несколько часов. Болезненное мычание разбудило Нео.

– Малыш, сейчас… – тот побежал к медикам.

Девушку накололи, и стон стих. Парни пришли проверить и увидели обеспокоенного парня.

– Все плохо?

– Нос разбили, нужна операция, сейчас ее нельзя делать. Все опухло.

– Уроды! Бедная, как не везет ей.

– Рик, вот и хочу от всего отгородить ее. Я никогда не встречал таких искренних, добрых и заботливых. С ней, я, прям, на себя не похож, все рвать и крушить охота, лишь бы ее не трогали.

– Каждый бы за свое сокровище так сделал, – добавил Вил.

– Паш, только одна крыска?

– Да, Макс. Что-то намечается и чую нехорошее.

Тот посмотрел на них.

– Молчать умеете?

– Обижаешь, кэп.

– Кстати, я не знаю, что за чудо такое в моей жизни выпало, что с начальством такие терки мнут как вековые подружки, я чуть под пол не проваливался даже от ее прямоты, но факт есть фактом… Меня ставят его замом.

– Еху! Золото человек! Заживем! Счастье к нам привалило, когда совсем его не ждешь, – все аж рассмеялись.

– Короче, мене одна птичка нашептала, что у наших собратьев соседней страны, что сейчас в друзьяшках по товарам и дерьмовщине, произошло что-то, и они со своими соседями поругались нехило. Пока вроде мнут конфликт, а после попка товарищи. Мы полетим первыми разгребушки делать и Шторм, Танкистов, Бетту вытянут, как пить дать.

Все переглянулись.

– Думаешь война?

– Не думаю, а утверждаю.

– С вероятность 85% если то, за что они попки рвут не такое серьезное или же серьезное, – добавила я.

– Малыш мой, солнышко как ты?

– Лапуль, лучше не спрашивай. Это так больно… – лежу, не открывая глаз. – Сломали?

– Да, малыш. Я накажу их, они за это ответят.

– Пусть все оплачивают. Бить тебе нельзя, лапуль. Со службы на зону слетишь. Это я точно читала.

– Википедия ты моя!

– Дооо. – парни заржали. – Судя по твоей инфе, если пойдут на сторону нас, будет попа. Карту надо смотреть и можно рассчитать ходы.

– Ты и это умеешь? – открываю глаза и вижу удивление.

– А что там уметь-то? Анализ, это я хорошо умею. Нравится все это. Логика отдыхает в сторонке. Понимаю, пазлы в детстве любила, но никогда не могу понять логические игры. Вообще тупняк. Мама как скажет, большой такой дремучий лес, прям как страна чудес, – парни трещали с меня.

Смотрели и удивлялись явно.

– Вот что за чудо к нам пришло!

– Кик, ты где чудо увидел? Мешок проблем.

– Вытряхнем говно, разгребем и будем попку греть лежать на солнышке.

– Лапуль, ты его слышишь? Вот точно еще тот засранец! У них девки-то есть? То на меня странно посматривают и понять бы тему.

Тот грозно на них посмотрел.

– Однодневки есть у каждого точно, а вот как мне явно не везет.

– Вон что… Ясно теперь.

– Кэп, у меня появилась девушка тоже. С нашей работой тяжело.

– Это точно.

– Отмазки… – добавила я.

– А может и так, хрен знает.

– Ребят, принесите покушать, а? Есть хочу ужасно.

– Мы мигом! – убежали.

Неужели, хоть это отвлечет их от меня.

– Малыш мой.

– Не переживай ты так, проблемная я у тебя, привыкнешь.

– Это я виноват, я должен…

Целую его нежно, и тот прям впивается.

Как же с ним хорошо, прям, каждой клеткой души жить рядом с ним хочется. Когда он рядом я в раю. Может это не Саша моя любовь, а он? Я найду того и все проверю. Я должна того выкинуть из головы, но только сопоставив, я смогу вычеркнуть из жизни это все, копившиеся годами.

Он отстраняется и держит аккуратно за лицо.

– Я так сильно люблю тебя.

– Я вижу. Дышишь уже мной. Знаешь меня, нет ничего. Не надо так, это будет мешать в работе. Я рядом и хорошо.

– Хорошо, любимая.

Парни принесли покушать и у меня даже глаза выпали.

– Я, конечно, все понимаю… Но я не слон и столько мне дня три есть, – те засмеялись. – Вот сели и по ложке все со мной.

– Вот она наша начальница добрая и заботливая.

– Я? Не! Увольте сразу!

– Малыш, а что такого-то?

– Я не умею руководить людьми. Я со своими и подружиться не могу.

– А я наоборот это в тебе вижу. Ты вон как все организовываешь.

– Ну, это одно, лапуль, а это… Нее! Нет! Солдатиком и точка!

– Макс, чую веселье.

– А то!

– Как же теперь выступать?

Все поникли. Тема была жопка.

– А если стиль бандитов сделать?

– Надо в живую увидеть.

– Ты кушай давай, малыш.

– А ты со мной? Ты обещал!

– Вот перед парнями прям…

– Рот открывай! За маму, за папу!

– Малыш! – с набитым ртом ругался Макс.

А парни от милоты смеялись и тоже жевали, ведь я все не съем.

Кушая, пришла медсестра и удивилась, а после рассмеялась все понимая.

– Свет, есть что-то угрожающее здоровью?

– Нет, сэр, домой забрать хотите?

– Да. Дома комфортнее.

– Хорошо, сейчас все подготовлю. Утром приедете на обработку.

– Лапуль, мне нужна маска…

– Кик, сгоняй на склад. Пусть на меня выпишут.

– Есть.

Парнишка убежал.

– А сколько времени надо, чтоб отек спал?

– Будем смотреть. Тут не угадаешь. Таблетки выпишу пить. Уколы тут.

– А от тех таблеток в смеси хуже не будет?

– Не должно, сэр.

– Надеюсь.

Кик принес маску, а медсестра наколов перевязала все. Пришлось опять терпеть, что Макс чуть не плакал, видя все эмоции боли. Как же он переживает за меня. Нас отпустили, и он взял меня на руки. Не дает ходить. Так мы прошли вниз, и вышли из здания к машине. Он аккуратно посадил меня и пристегнул, а сам пошел за руль. Дорога не без пробок вечером. Я положила свою руку на его, что была на коробке передач. Он посмотрел на меня и улыбнулся.

Домой мы долго добирались. Поставив на парковку машину, Максим помог мне выйти и, взяв за руку, мы пошагали в подъезд. Парень открыл дверь, и я зашла внутрь, а он после. Сажусь и снимаю обувь, а он так заботливо дает тапочки. На ногу наступать уже могу спокойно. Мазь помогла явно и бинт. Иду в комнату переодеться, и Макс тоже заходит в этот момент. Начинает раздеваться, не стесняясь меня даже. Я так залипаю на разглядывании мужского тела.

– Нравится?

– Красивое, сильное, все как нужно.

Он на это поворачивается, и я тогда закрываю глаза.

– Малыш, не смущайся смотреть на тело мое. Оно ведь стало твоим.

– Максим, брат это одно, хотя он редко так ходил, да и не подтянуто как у тебя. В общем, на нем смотреть явно нечего даже, тело как тело. Твое, вот, в краску меня загоняет.

– Открой глаза, малыш.

Я покорно открываю и прям краснею.

– Стесняшка моя.

– Мне можно.

Он берет мои руки и кладет к себе на грудь.

– Это все твое и трогай, сколько хочешь.

Я боялась, но переборов себя провела по его сильной груди. Он даже закрыл глаза.

– Боже, ты же меня так мучить теперь будешь.

– Попался!

– Не скрываю, малыш. Такая нежная до мурашек прям.

– Значит, тело принимает меня.

– Не стесняйся меня.

– Хорошо.

– Давай я помогу тебе снять все.

– Страшно выглядит?

– Не сказать страшно, до ужаса переживаю.

– Ты мне прекращай так реагировать. Здоровье погубишь.

– Все будет хорошо, обещаю. Тебя я вылечу.

– Конечно, лапуль. Это весь ты.

Он помогает мне снять футболку и остается только топ. Он любуется.

– Красавица моя.

– А можно у вас в зал буду ходить? – он от удивления мосю вытянул.

– Зачем тебе туда, малыш?

– Хочу вернуть форму свою прежнюю. Здоровье подкосило и меня раздуло.

– Ты и так красавица.

– Я хочу быть красивее, чтобы рядом с тобой стояла красавица и все тебе только завидовали.

– И так все завидуют вон. Говорят такого ангела забрал к себе.

– Вот смущать ты…

Он целует меня нежно и углубляет постепенно. После сажает на свой торс и жадно целует прижимая к себе. Я растворяюсь вся в нем.

– Моя девочка, мой малыш… – на выдохе шептал он.

– С такими порывами ты себя не сдержишь.

– Сдержу и никогда не нарушу слово!

– А если я захочу?

– Я повинуюсь… Никогда не сделаю тебе больно. Ты мое все. Неужели так можно любить? Ты такой ангел, подаривший мне жизнь, смехом даришь счастье. Все остальное ерунда. Даже то, что ты такая шкодина, врединка и неслушница отчасти. Мне это нравится. Словно раб в твоих руках.

– Ого, признание. Мне такого еще никто не говорил.

– Я всегда буду тебе это говорить. Ты счастье и свет, что одарило мою никчемную жизнь.

– Не надо такое говорить. Как ты сказал мне, будь всегда рядом и люби, твоя доброта и нежность возвращает меня былую. А там еще та милаха была, поверь. Все тискали.

Он так звонко искренне рассмеялся. В этом человеке мне нравится все. Пусть он вредина, упертая на своем, но ведь сдастся и еще как сдастся.

– Ты мне поможешь, лапуль?

– В чем, малыш?

– Волосы грязные точно и опять твоим шампунем мыть.

– Если нравится, пользуйся, я не жадный. Конечно, помогу, любимая и с тобой схожу.

– Ты сорвешься, и я стесняюсь еще.

– Пора убирать стеснение, а выдержки хватит, если уж будет вне могу, тогда другие способы расслабиться есть. Я человек-слово.

– Уговорил с трудом, – тот улыбнулся.

Глава 25

Я снимаю штаны, и тот прям жадно рассматривает. В краску вгоняет капец. Иду к шкафу и беру все чистое. Оборачиваюсь, и он в боксерах стоит. Боже… Как с картинки сошел. Он поворачивается с вещами и видит мой ступор. Смеется немного и так красиво.

– Какая улыбка красивая.

– А говоришь я больной. Тебя заразил походу.

– Будем считать это заразным.

Подхожу к нему и целую. Он, прям, растерялся в секунду, а после ответил. Отстраняюсь и беру его за руку. Тяну в ванную. Забыла о ноге и сажусь на коврик снять все. Меня подхватывают и усаживают на стиралку. Ух, блин! Макс сам все снимает и осматривает тщательно.

– Стало намного легче.

– Это запросто, не нравится мне это что-то. Я не медик, но многое видел.

– Лапуль, все хорошо пока что и ладно.

– Хорошо, так и быть…

Подхватывает и ставит на коврик.

– Как игрушку прям меня, сильный капец. – он улыбнулся.

Я расстегиваю топ и кладу на машинку, а после белье туда же.

– Ты превосходна… – сказал Максим тихо.

– Насмотришься еще, пойдем. Кино посмотрим после?

– С удовольствием.

Он быстро снимает боксеры и кладет в машинку. Я сглотнула и ниже пояса не смотрю. Тот это увидел и улыбнулся все понимая. Включаю воду на лейке и мочу тело. Максим прижимает меня руками к себе. Это так необычно. Он берет мочалку с гелем и намыливает ее, а после моет меня. Даже протестовать не буду. Не хочу ругаться, пусть идет своей дорогой все. Значит этому быть суждено. Намылив меня, я отнимаю у него и мылю его тело. Тот видно, прям, кайфует засранец.

– Ты лучшая, малыш.

– Только для тебя и твоя.

– Моя.

– Присядь.

Тот покорно садиться и я, намочив ему волосы, беру шампунь.

– Офигенный шампунь и волосы свежие.

– Это Кик подарил на день рождения. Найду такой для нас.

– Спасибо за все, что ты делаешь для меня. Это так много.

– Я все для тебя сделаю, чтобы была счастлива и радостно смеялась. Твоя улыбка заставляет сердце биться быстрее. Ты грустишь, и я переживаю.

– Чувственный.

– Да.

Намылив его я всего, мою до пояса.

– Я не буду ниже пока что.

– Я понимаю. Все со временем.

Смываю свое тело и прошу помочь с волосами, чтобы нос не намочить. Он аккуратно моет их. После берет маленькое полотенце и вытирает лицо аккуратно.

– Уроды…

– Родной, все, тише… Все хорошо.

– Но, малыш…

– Найдем выход. Пойдем завтра в магазин и посмотрим варианты.

– Хорошо, любимая.

Он вытирает меня, и я начинаю одеваться. Максим укутывает в махровый халат.

– Как котенок прям. – я улыбаюсь.

– Он мягкий такой.

– Я старался при выборе и очень угадал.

– Да и тапки клевые. Никогда такие не носила. Пушистики прям.

Мы рассмеялись от этого. Максим умыл лицо и домылся чуть, а после вышел. Я тоже его вытерла и он поцеловал меня.

– Спасибо за заботу, любимая.

– Ты же обо мне заботишься.

– По-другому не могу.

Он надевает халат, и мы выходим смотреть телевизор. Стук в дверь. Он нахмурился. Встает и идет открывать. На пороге стоял Рик.

– Максим, можно я у вас чай попью? В квартире что-то с электричеством, а электрик только завтра может. Плита у меня не газовая и жаль.

– Конечно, брат.

– Прости, что не во время.

Тот прошел смущаясь.

– Ничего. Только сполоснулись. Саше тяжело даже голову помыть.

– Бедняжка. Уроды получили свое. Мы им тоже отомстили за это. Не скажу как, хоть пытай, Сашуль.

– Не буду пытать. Лапуль, я пойду, оденусь, чтобы не смущать Рика. Может, ужин легкий приготовлю.