Кая Меллоу. Младший офицер Корабля

Название: Кая Меллоу. Младший офицер корабля. Книга 1

Автор(-ы): BlackAvalon

Ссылка: https://author.today/work/369582

Глава 1: Кая Меллоу

В четырнадцать лет в сказки особо не веришь.

Мир не особо добрый, дружба только в книгах, а в реальности… Измученные старшим братом родители, которым совсем не до тебя. Ядовитые, насмешливые шепотки за спиной в школе от сверстников: нецелованная, да у неё парня нет, и гордячка-недотрога, которая только молчит и избегает всех. А ещё серая обыденность, где взрослые говорят одно, а поступают по другому.

У Кай нет никаких розовых очков и великих надежд.

– Знаешь, в твоём возрасте это нормально. Думать, что мир серый и злой, – сказала ей школьный психолог.

Возможно, просто не стоило отвечать на вопрос, каким ей кажется мир? И что она думает о взрослых честно?

– И проблемы с доверием у тебя в абсолютных рамках. Всё остальное перерастешь.

Звучало очень оптимистично, и "укладываться-в-нормальные-рамки" должно быть хорошо. Только Кай промолчала. В этом звучал странный подвох, будто о беседе поставят в известность родителей. Которые не будут рады и в лучшем случае напомнят, что у них и так много проблем из-за её брата и "хоть бы у неё была капля совести, не мучить родителей". Мучить не хотелось. Нагружать проблемами тоже. Их достаточно у отца с матерью. И если "не отсвечивать", не создавать лишнего бардака, учиться и возвращаться в дом в нужное время… То можно делать всё, что ты хочешь. Не наглея, но да – можно. В конце концов, у неё всё есть. Одежда, дом, личная комната, смарт-браслет для связи, а то, что взрослым не до неё… что между ней и родителями стена и они стали почти чужими… Ну кто в этом виноват? Так бывает, и она просто неблагодарная.

Кая именно так и думает, и почти уверена, что все вокруг думают так же.

А еще в четырнадцать абсолютно нормально думать, что ты не такая, как все.

– Вот если бы у тебя было навязчивое желание быть как все, я бы настаивала на разговоре с твоими родителями, – сказала тогда психолог и она выдохнула, осознав, что прошла эту отвратительную беседу без проблем.

После можно было с полным правом сбежать из школы, раз уж прошло уже с полчаса из последней пары, но в школьном коридоре оказалось неожиданно людно. Как будто уроки отменили для всех. Кая с досадой поморщилась. Это означало, что школьные приставалы обязательно её заметят. Их просто раздирало испортить ей настроение и сказать что-то гадкое. К счастью, на большее их редко хватало. Но Кай была сыта по горло и за дёргание за волосы, и за скабрезности, липкие взгляды, а за пару шлепков она без раздумий засадила бы в нос, но чёртовы приставалы трусливо отскакивали подальше от неё, глумливо улыбаясь. А под школьными камерами и на глазах у всех бросаться драться никак нельзя. Все скажут с огромным удовольствием, что ничего не было и она сама спровоцировала драку. Нет, на камерах, если стали бы разбираться, можно было и увидеть, что её вынудили… Но у Кай всё внутри стыло от мысли, как учителя или просто кто-то из взрослых станут рассматривать, как её "шлёпнули".

Нет, спасибо! Этого ей не надо.

– Эй, Меллоу!

Только не это… пожалуйста, только не он!

– Куда намылилась? Во дворе ксеносы, всем в школе велели быть!

– Так я тебе и поверила, – буркнула она себе под нос, но перед ней встал её главный мучитель Эдди.

– Ты оглохла? Сказали же, торчать здесь! – бросил он ей.

– Отстань.

Да, так он её и услышал! Зло прищурился, кривясь.

– Хочешь, чтобы тебя эти забрали? Они явились людишек себе отобрать! – припугнул он.

– Тебе это не грозит, – вырвалось у Кай. – Ты им даром не сдался.

– Зато дура-девчонка зайдёт! – огрызнулся он. – Что, уроды нравятся?

– Все лучше идиота! – не выдерживает она, с ненавистью смотря на парня.

– Да пошла ты… ксенолюбка! – почти выплюнув оскорбление, Милашка Эдди предпочел уйти.

Только потому, что их перепалку заметили, и учитель физкультуры уже собирался идти к ним. Ни Эдду, ни Кае этого не хотелось, и оба подростка поспешили затеряться в толпе школьников. Кая досадовала на себя. Теперь её точно могут подкараулить для дальнейших разборок. Это совершенно не входило в её планы. Значит, надо уйти из школы так, чтобы эти не смогли узнать-предугадать, где её поджидать. Идеально – свернуть в туалетную комнату, открыть створку окна и просто вылезти наружу.

Заботливо прикрыв окно и поправив лямку рюкзака, Кай быстро обошла длинный корпус спортзала и свернула за угол. С тем чтобы почти уткнуться в спины нескольких ксеносов. "Ой, нет!"

Кай замерла, а потом тихо развернулась и попыталась отступить. Вдруг не заметят?!

Палец, постучавший по плечу, враз разбил все надежды.

– Эм-м… я тут мимо проходила… – пробормотала она обреченно, обернувшись и виновато-опасливо взирая на инопланетян.

Кстати, вполне себе человекообразные… и ничуть не страшные. Без рогов и хвостов… Ну, глаза немного странные, рост отличается, да лица немного иные. Телосложение ничего так… не монстрики из дурных фильмов конца двадцатого и начала нового века.

Ну, если не думать, что это взрослые со своими заморочками, и которые способны испортить тебе жизнь одним щелчком пальцев.

– Покидать школу запрещено, – сухо сказал высокий ксенос с жестким взглядом.

Кай кивнула.

– Э… да?

– Отправляйся обратно.

Кай враз представила, как взбирается на подоконник туалета под взорами этих троих.

– Можно я с парадного? – с тоской спросила она. – Там… высоковато.

Трое сохраняли абсолютно непрошибаемый вид. Но тот, кто с ней говорил, явно был в троице главным. И он не отстал.

– Где именно? – почти издевательски поинтересовался он.

У Кай слов не было.

– Да я вам даром не нужна! Давайте, я домой? – с надеждой спросила она.

– Назад. Живо.

– Все вы взрослые одинаковые! – сдулась Кай, смиряясь с неизбежным.

Развернулась и, сердито сунув ладони в карманы джинс, поплелась к окну.

– Лишь бы поиздеваться… – пробурчала она себе под нос.

Створка окна приветливо скрипнула под рукой. Швырнув рюкзак на подоконник, Кай примерилась. Это с него спрыгивать было легко, а вот влезать… Хорошо хоть уступчик есть от фундамента. Утвердив ногу на него, подпрыгнула, ухватившись за край окна. А дальше засада… Всё равно высоковато! Это подтягиваться придётся, позора не…

Она невнятно пискнула, когда в ноги сзади вцепились чужие ладони и попросту подняли её вверх. Кай села на подоконнике, поджав ноги, и с круглыми глазами оглянулась. Сзади стоял один из троих с серебристо-белыми короткими волосами.

– Могла сказать, – с лёгкой насмешкой произнес он.

– Так твой же послал! – выдала она, чувствуя, как горит лицо и уши от всего этого. – У, педагог!

– А почему окно?

Кай поняла о чём он.

– От драки сбегала, – буркнула она, смутившись, и слезла с подоконника уже внутри. – Кто ж знал, что к неприятностям?

– Я понял.

– Рада, что повеселила! – Кай спешно убралась от окна и вообще из туалета.

Что эти ксеносы вообще здесь забыли?!

Ответ на этот вопрос она узнала очень скоро. Школьникам приказали собраться в классах, и после всех поочередно, полным составом отводили строем в медкабинет, где у каждого взяли немного крови. Из пальца. Ничего страшного. После чего, отметив учащегося, отпускали. Кая никак не могла понять, зачем это было надо инопланетчикам (это обращение ей нравилось намного больше, чем оскорбительное "ксенос", "гуманоид", или глупое ИНОПЛАНЕТЯНИН!! Ей-богу, смешно даже… Нашли страшилищ!

Это же не маньяки-клоуны какие!

Но остальные были другого мнения. Кай ушам не поверила, услышав с десяток абсолютно несуразных версий: от отбора в рабство, на органы, на полную выкачку крови для ксеносов до отбора невест, наложниц… Откочевав поспешно к парням, Кай убедилась, что мозгов у тех явно не больше, чем у девчонок. От рабства и солдат (припомнив среброволосого с короткой стрижкой, ей хотелось рассмеяться – это вот рядом с ним они себя солдатами воображают?!) те додумались до страшных экспериментов в лабораториях. И препарировании себя, как лягушек. Плюнув на этот бред, Кай (раз уж их отпустили!) решила вновь сбежать.

Два раза в одно место молния не бьет.

Поэтому Кая абсолютно спокойно вновь вылезла из окна туалета. Вначале швырнула рюкзак на землю, а затем влезла на белый подоконник и спрыгнула.

– Здравствуй.

Ы?!

Кая заторможенно обернулась, держа в руке рюкзак. Среброволосый насмешливо взирал на нее.

– Нам сказали, что можно идти домой, – пробормотала она, почти с ужасом смотря на него.

Если он ее опять заставит лезть в окно!

– Но почему не через дверь? – поинтересовался приставучий ксенос.

– Потому… – с досадой буркнула она. – Неприятностей не хочу. А то прицепится кто…

Намеков кто-то явно не понимал.

– Хорошо. Я провожу тебя.

– Куда?! – Кая вытаращила глаза, отшатнувшись от него.

– Боишься? – понял ксенос, и в его голосе она ясно различила раздражение.

– Вот ещё! – огрызнулась Кая. Чтоб такого сказать, чтобы он ушёл? – Тоже мне маньяк! Нет. Не дай бог, женят!

Среброволосый аж дар речи потерял, только брови вверх поползли.

– Что? – большего безумства он явно не слышал. – Я старше тебя в три раза.

– Не важно! – заверила его Кай. – Слышал бы ты тот бред, что несли остальные! Это ещё не самое страшное.

– Неужели?

– Уж поверь мне на слово… и врешь ты про три раза, – твёрдо сказала Кай, успокаиваясь. Нет, ни один взрослый так бы себя вести не стал! С какой бы планеты ни был. Человек там, не человек… – Будь ты взрослый, ни за что не стал бы даже говорить со мной так. Как этот твой главный.

Он неожиданно улыбнулся.

– Хорошо, я не взрослый. Для тебя это принципиально? – глаза его смеялись.

Красивые глаза. Для парня. Карие-золотистые, и уголки глаз вниз смотрят, как у азиатов.

– От взрослых одни неприятности, – пожала она плечами. – Ну, так я пойду?

– Хорошо. Идём.

Кая застонала в голос.

– Да меня в школе потом из-за тебя достанут! Слушай, – она проникновенно сложила ручки в просительном жесте. – … давай я одна пойду? Я не самая популярная девчонка в этом филиале Ада! Меня и так там не любят, а если увидят с парнем, да еще с таким, как ты, мне жизни не дадут!

– Потому что я ксенос?

Кая аж слов не нашла. Из его уст это прозвучало совсем… Ну, совсем оскорбительно.

– Вот теперь ты совсем дурак, – честно сообщила она.

Черт с ним! Хочет идти, пусть идет. Одними неприятностями больше, одними меньше… Какая разница? Если Эдди захочет всё же подстеречь её возле дома или на улице, этот ксенос может отпугнуть его. Одним своим видом, как инопланетчик. Тот пристроился рядом, и вдруг по нему пробежала рябь. Раз! И волна ушла, а рядом шел просто очень молодой мужчина со светлыми пшеничными волосами и голубыми глазами. Кая удивленно посмотрела на него.

– Так лучше? – поинтересовался он.

– Да, – признала она. И усмехнулась в приступе желания, чуть пошалить. – Скажу, дядюшка провожает!

– Интересный вариант, – согласился тот.

– Надеюсь, у тебя не будет неприятностей из-за меня, – абсолютно искренне сказала Кая.

Стоило покинуть территорию школы и пройти всего-то сто метров, как из кафе рядом оглушительным ароматом донесся запах жареной морской рыбы… без костей. Как Кая любила. Настолько, что даже идущий рядом "дядюшка" не мог ей помешать насладиться этой пищей богов. И всё же она приостановилась, с сомнением взвешивая варианты. Деньги были. Даже на двоих.

– Кая, детка! – на пороге кафе выросла тетушка Лу, с улыбкой до ушей и просто вцепившейся взглядом в нее и в… "дядюшку". – У нас сегодня рыбный день! Зайдешь?

– Я…

– А кто это с тобой? Какой интересный мужчина! Да вы заходите-заходите, сегодня еда как никогда…

Да что же за день такой!

– Это мой дядюшка! И мы не голодны…

– Да уж я вижу, Колючечка! Такой худой мужчина, явно недокормленный! Это у вас явно семейное… И Кая! Когда ты отказывалась от рыбы?! Ты заболела? Ваша племянница больна?

– Полагаю, нет, – с явным удовольствием сказал "недокормленный мужчина".

Кая застонала. Он точно наслаждался всем происходящим! Недокормленный ксенос на её голову!

– Я позвоню твоей маме…

– Не надо! Мы зайдём! Две порции, пожалуйста! – в тот же момент перебила её Кая, сама вцепившись в руку "дядюшки", и потащила его в кафе.

– Вот так бы и сразу! – предовольно кивнула головой старая еврейка.

Кая обреченно умостилась за столиком у окна, у самой стены. Ее провожающий сел напротив, цепко и с явным интересом оглядываясь. Вряд ли он часто бывал в человеческих кафе. Хотя, если он использовал свою маскировку… Долго им ждать не пришлось. Ждать тётушку Лу, когда её снедает любопытство по твою душу, дело пустое. Через три минуты под носы Кай и "дядюшки" поставили полные тарелки, и девочка была готова поклясться, что такие хорошие – лучшие! – кусочки жареной рыбы, она здесь ещё не ела.

Умильно посмотрев на них и прощебетав что-то вроде "кушайте, деточки!", тётушка Лу была вынуждена отойти к другим столикам, как бы ей не хотелось подольше рассмотреть этого мужчину. Но, старушка сразу отметила, как себя ведёт с ним колючка Кай, и удовлетворенно подумала, что "дядюшка" ей на пользу.

Еда пахла настолько вкусно, что Кая не удержалась и, торопливо пожелав своему провожатому "Приятного аппетита!", принялась за рыбу и овощи, запечённые на гриле. О, как же вкусно!

Мужчина напротив лишь смерил тарелку оценивающим взглядом и от нечего делать отковырнул кусочек. Отправил в рот, с сомнением пожевал… а потом с большим энтузиазмом стал есть. Кая тихо и злорадно улыбнулась, поспешно спрятав улыбку за салфеткой. А ты думал? Очень даже вкусно!

Какое-то время прошло в тишине, двое были слишком заняты… и тут послышался странный звук. Мужчина напротив девочки взглянул на свой браслет, и сказал:

– Я выйду. Не убегай.

– Угу… – Кая и не думала о такой возможности.

Во-первых, не доела. Во-вторых, зачем? Не маньяк же какой…

Оставшись одна, Кая неспешно доела, и потянулась к стакану с соком. И тут за спиной с шумом открылась дверь и внутрь ввалилась компания.

– Да пропади они пропадом, эти ксеносы!

Кая подавилась соком. Эдди!!

Рядом, за высокой спинкой диванчика (девочка втянула невольно голову в плечи, чтобы стать более незаметной), уселись дружки Эдди и он сам. Загомонили, шумно делая заказ через электронное меню, между тем продолжив, к ужасу Кай, обсуждать инопланетчиков:

– Какого им здесь понадобилось?

Вот уж действительно вопрос…

– Вы их видели? Вот уроды! Глаза, как у жуков!

Кая зажмурилась. В следующие минуты на её уши выплеснули ведро отборных помоев. Обсудили всё – от глаз до скрытых гениталий. В таких вариациях, что терпеть стало невозможно.

– Да заткнись ты, урод! – не выдержала она, вскакивая на ноги.

– Чё?! – Эдди оглянулся и скривился. – Опять ты?

– Рот поганый закрой! – рявкнула она. – На себя посмотри! Прыщавый рыжий урод, у которого и в штанах в веснушку!

В его компании кто-то булькнул, давя ржач.

– Что вылупился?! Только за спиной дерьмом сыпать можешь, да к девчонкам цепляться! – Кай несло. Как же она его сейчас ненавидела!

Эдди налился краской, и по его лицу стало ясно, что он сейчас на краю бешенства.

– Захлопнись, щепка!

Кай сорвало. Всё! В прыщавую ненавистную морду полетел поднос с тарелкой. Тот с воплем вскочил, рванулся, но тут его за шиворот поймала крепкая рука светловолосого мужчины и отшвырнула назад на сидение. Тот было дернулся, но, нарвавшись на предупреждающий взгляд, набычился, остановившись.

– Она сама начала! – выплюнул он.

– Да ты! – Кай, которую трясло от эмоций, дёрнуло вперед.

Как же хотелось врезать!

Но мужчина перехватил её и повёл силой к дверям.

– Он! Он же! Да как вы… ! – бормотала она, заикаясь и глотая слова.

– Успокойся, – сказал он, выведя её на улицу. – Это просто… как говорят здесь, брехливый щенок.

– А я, значит, кто?! – Кая выдернула ладошку из его руки и отвернулась, пытаясь спрятать навернувшиеся слёзы.

Хотелось в открытую разреветься. Как же ей это всё надоело! И дома, и в школе! И этот ещё!

– Не то, что сказал он, – сухо сказали в ответ.

– И вы просто это стерпели…

Нет, ну а что он должен был? Кай, как ни было худо, понимала, что мужчине… Ладно, ксеносу-инопланетчику вовсе не стоило отвечать зарвавшемуся мальчишке той же монетой или что ещё похуже. Но всё равно. Он же нарывался! Почему ему всё сошло с рук? Как её брату сходит всё, чтобы он ни натворил?!

– Не просто. Даже с положительной реакцией, его в проект не возьмут, – спокойно сказал ксенос. – Такие действительно никому не нужны.

А куда нужны?

Какая разница… Кай выдохнула, протерев глаза тыльной стороной ладони.

– Извините… за это.

– Оставь это. Идём. Как сказал, провожу.

Идти до дома было совсем недалеко. Кай было стыдно за всё случившееся, и говорить не хотелось. Её всё не отпускало и перетряхивало от приступа злости к Эдди. И этот наверняка всё слышал…

– Но… почему ты пыталась остановить его?

Она удивлённо споткнулась и остановилась, смотря на него. Под этой личиной светловолосого мужчины скрывался облик ксеноса. Впрочем, Кая поймала себя на мысли, что он ей нравится куда больше, чем эта фальшивка перед ней.

– Нельзя так, – вырвалось само. – Нельзя обливать другого гадостью только потому, что он не такой, как ты! Ненавижу этот расизм! Какая разница, с какой ты планеты, если внутри ты гад и трус последний?!

Он с какой-то странной жалостью смотрел на нее.

– Ты всё же ребенок…

Её обожгло.

– Прекрасно! – вспыхнула она. – Значит, завтра ты меня не вспомнишь!

Резко отвернуться, почти добежать до крыльца дома, рвануть двери и скрыться за стенами дома. И только там разреветься всласть.

Глава 2: Мой дом, моя Земля… а тебе это нужно?

Дома никого нет, и это не удивительно. Родители на работе (скорее всего), а брат…

Думать о Скае не хотелось. За него достаточно думали.

Вытерев слёзы, она поплелась в комнату. Оставила вещи, потом умылась, помыла руки, и спустилась в кухню. Не за едой, в "рыбные дни" она всегда была сыта, сберегая креди… ох, она забыла! Прошипев ругательство, набрала по связи номер кафе Тётушки Лу.

– Здравствуйте! Извините, я забыла заплатить! И мне жаль, я не хотела устраивать драку! То есть…, – сбивчато, скороговоркой, проговорила она, как только там включилась связь.

– Успокойся, милая, твой дядя заплатил! – донесся голос тётушки Лу. – И этой гадкий мальчишка, давно приставал к тебе. Ужасный молодой человек, мне жаль его родителей. Так что не волнуйся и приходите с дядей ещё! Удивительно приятный мужчина! И такой интеллигентный…

– Эм-м… да… к-конечно…

Кая смущенно попрощалась и отключилась, вздохнув. И когда тот успел? Впрочем, не важно… он уже и думать о ней забыл. Подумаешь, забавная девчонка, что предпочитает окна дверям! Забудет…

Стало до ужаса тоскливо. Она обвела взглядом кухню, ощутив что в целом доме она одна. Даже кошки в доме не было. Родители не хотели что-то тратить на бесполезное существо из своей зарплаты, хотя Кая уже вполне могла сама заботиться о таком животном, и даже обеспечивать его самостоятельно.

– Нет, нет, и ещё раз нет! – ответила в последний раз ей мать. – Эта кошка никогда не принесет тебе пользы! Ты только потратишь на неё свой запас кредитов. Там же не только еда, но и услуги ветврача! Ты в один день можешь спустить всё на это существо. А я, или твой отец, не станем принимать на себя такую ответственность.

– Но…

Но никакого "но" слушать не стали. И в двухэтажном доме было тихо, как в музее. Ни единого живого существа! Если не считать притаившихся паучков где-нибудь на чердаке дома или в подвале. А они совершенно точно не считаются. На холодильнике, на сенсорном экране для заметок, Кая прочитала сообщение от родителей. Ничего хорошего на самом деле. Их вновь вызвали в участок за поведение сына. Родители вернутся усталые и сердитые, а брат вновь будет огрызаться и запрётся у себя. Дожидаться их, Кая не хотела. Но перед тем как уйти, надо было "заплатить" коммунальные, как написала в записи мать. Дело пяти минут, совершенно не обременительно – подключится к системе, ввести адрес, и когда придет счёт надо ввести пятизначный код родителей. С их зарплат автоматически снимется плата. За них и Ская.

Что касается Кай, она могла сама ввести свой пятизначный код и оплатить расход ресурсов за себя. Могла себе позволить, зарабатывала.

Когда счет за коммунальные услуги был уплачен, девочка отправилась на работу. Стоило выйти, как она заметила Ли у их забора с инструментами. Тот был старше на два года и жил в конце улицы в доме с синей черепицей.

– Привет, починишь нам калитку? – спросила она, подходя.

Та уже неделю не закрывалась.

– Да, с полсотни кредитов на дороге не найти, – ответил тот, примериваясь к пазлам. – Думаю, справлюсь. А что, Скай не мог починить?

– За домашнюю работу меньше платят, – коротко ответила она. – Вроде как себе и своей семье ты и так должен хорошо работу делать.

– Странный он у вас, – заметил Ли. – На работу?

– На работу. В питомник.

– А, ну удачи!

Ли деловито приступил к ремонту их калитки, а Кая поспешила к остановке флипов. По пути она замечала сигналки —там забор покрасить, там газон подстричь надо, там ветки у кустов остричь. Мимо прошли две девочки лет двенадцати, нагруженные покупками для соседей. Двое парней у гаража старика Честера разбирали какой-то металлолом. Одноклассник, Денис Воробьев, выгуливал разом трёх соседских собак. Только совсем малыши да младшие из началки носились без дела.

Добравшись до питомника, девочка первым делом отметилась у терминала и надев защиту, отправилась чистить вольеры. Два десятка вольеров надо вычистить и вымыть, пока собаки на прогулке и на занятиях с кинологами. Платили здесь неплохо. Через два часа она отметила, что закончила и по вольерам прошелся сканер. После чего смарт-часы на руке издали сигнал, сообщая о поступлении пятнадцати кредитов. Работу признали достойно выполненной и заслуживающей оплаты. Польза обществу была принесена, и теперь можно было заниматься тем, чем хотелось. Можно пойти в кино, или купить какую мелочь. Из пятнадцати кредитов она имела право потратить три. Либо мороженое, либо билет в кино. Остальные уйдут на виртуальный счет-накопитель. Такие имели все с означенных двенадцати лет. Ты выполняешь мелкую общественно-полезную работу, тебе платят и у тебя копятся кредиты. По достижении совершеннолетия, у тебя достаточно денег на начало самостоятельной жизни. Можно снять жилой блок для молодежи, оплатить учебу, оплачивать свои счета… чаще всего что-то одно. Но было одно исключение, которым Кая пользовалась. Она уже сейчас из заработанных кредитов могла оплатить часть коммунальных услуг за себя. Поэтому на ее счёт уходило меньше кредитов.

Кая никогда не забудет, когда отцу и матери пришло уведомление, что с них снято меньше кредитов. Они глазам своим не поверили. Скай в свои семнадцать и кредита не потратил на их дом. А между тем работать начинали все с двенадцати лет. Всегда есть лёгкая работа, на которую не стоит тратить время взрослого или приставлять к этому робота, машину. Это нецелесообразно и бесполезно. Если для тебя не приносит пользы мытье тарелки за собой, то на что ты потратишь время с большей пользой?

Из уроков истории Кая знала, что в начале века люди стремились к тому, чтобы всю работу вокруг выполняли машины и роботы. Чтобы тратить время лучше, продуктивнее и с пользой для себя. И ничуть неудивительно, что ничего хорошего из этого не вышло. Никто не стал больше читать, учиться, заниматься спортом… а наоборот, люди разленились настолько, что не могли тарелку за собой убрать и вынести мусор. Было даже такое явление, которое назвали "застоем" – целое поколение "шестидесятников" отказывалось что-либо делать. Работать должны машины, а люди получать удовольствие от жизни. Вот такая философия…

Потерянное поколение, которое ко всему отказалось от ответственности за всё.

Именно тогда были приняты поправки. Роботы должны выполнять только технически сложную, точную или опасную работу, не заменяя людей на простой или творческой работе в области искусств. Любой человек с означенного возраста должен приносить пользу обществу. Человек рождается для блага всего общества, для счастливого будущего. Человек не способный на труд, не может приносить пользу, не может нести ответственность и не может отвечать за свое будущее. Он слаб. И такой человек признается недееспособным, которому пожизненно будет назначен опекун, который будет решать все – от покупки зубной щётки до гроба.

Этих людей считали неполноценными. Если бы не опекуны, они влачили бы жизнь бездомных, которых в прошлом было невероятное количество.

Кай помнила, как им в двенадцать лет, на уроке профориентации объясняли всё это, и расписывали. Она до сих пор помнила свои чувства. Всю жизнь подчиняться! И чужой человек будет решать за тебя всё! Даже не родители… тогда она поклялась себе, что никогда не станет такой!

… у дома стоял флип родителей. Пять часов вечера. Предчувствуя очередную ссору родителей из-за брата, Кай помедлила. Идти очень не хотелось. Но делать нечего. В дом она прошмыгнула мышкой.

– Кая!

– Да, мама, – Кая смиренно обернулась к матери, вышедшей из гостинной.

– Ты заплатила коммунальные?

– Да, заплатила.

– И за себя? Я ведь не должна напоминать тебе, что в себе надо вырабатывать правильные привычки?

Внутри привычно с некоторых пор поднялась жаркая волна обиды.

– Я помню, и я заплатила, – тихо сказала она, держа себя в руках. – А вот Скай нет.

– Не смей! Ещё она мне выговаривать будет! – возмутилась мать. – Иди к себе! Никакой благодарности и помощи! Что за дети!

Она отвернулась и сердито исчезла в гостинной. Кая, прикусив губу, взбежала по лестнице наверх и захлопнула дверь спальни. Почему, чтобы она не сделала, этого не достаточно?!

Повернув голову, расстроенно посмотрела в тёмное зеркало. Свет включать не стала.

– А чего ты хотела? – прошептала она. – Привет, малыш? Как твои дела?

Она замолчала. В комнате было тёмно и пусто. И сам дом был каким-то холодным. А внизу разгорался скандал. Что-то сердито кричал отец, мама вновь плакала, и истерически в противовес отцу что-то кричал брат. Грохот шагов по лестнице и хлопок дверей спальни брата. Ужина не будет явно. Она села на стол у окна и стала смотреть на улицу. В чужих домах зажигался свет, у домов приземлялись флипы соседей и в некоторых окнах, которые ей были видны, ходили фигуры людей за модными ныне ретро-тюлями и занавесками.

В дверь постучали.

– Кая?

– Да, пап.

Отец вошел в двери, усталой, хмурой тучей. И натолкнувшись на настороженный взгляд дочери вспылил:

– Что?!

– Ничего, – тихонько сказала она.

– Будь добра слезть со стола! – велел отец. – Где ты была?

– В школе. В кафе, там "рыбный день". На работе, в питомнике, – кротко перечислила Кай.

Отец вздохнул.

– Хорошо, я проверю… хоть у тебя хватает совести не доставлять неприятностей! Поужинай сама, мы с матерью слишком устали.

– Да, пап.

Ей очень хотелось окликнуть его, когда он уходил. Ну, оглянись сам! Ну, спроси хоть что-то!

Нет… дверь просто закрылась.

– А что ты хотела? У тебя даже имя огрызок…

Было достаточно отбросить одну букву, чтобы дать ей имя.

***************************

Первый контакт произошел перед началом шестидесятых. Буднично и спокойно. Ну, как контакт?

Просто их солнечная система удачно "подвернулась" при сборе флота Объединенных Рас после учений. Пока на Земле сходили с ума и думали, что на них сейчас нападут, флот дождался всех кораблей, перестроился, отметил наличие разумной истеричной расы под боком… и удалился в неизвестность.

Тогда все решили, что это конец. Кто-то впал в философию неудачников "шестидесятников", кто-то ушел в религию. Военные и учёные хватались за голову, пытаясь подготовить планету к вторжению… которого так и не случилось. Кая всегда думала, что это наверно всех взрослых очень расстроило. Они представляли, как геройски будут сражаться за свою независимость, а на них посмотрели, хмыкнули, и просто отвернулись. Через пятнадцать лет люди поняли горькую истину, что не такие уж они особенные и планета у них не такая уж богатая, чтобы быть кому-то интересными. Но нет плохого без хорошего. Перед пусть и мнимой, но общей угрозой, страны как таковые перестали существовать. Что толку грызться и тянуть одеяло на себя, когда завтра кто-то может прилететь и не будет ясно, будет ли следующее завтра? Учитель истории любил повторять старую пословицу из бывшей России "пока гром не грянет, мужик не перекрестится".

К началу восьмидесятых на Земле было единое правительство, а президентом стал Дональд Трамп Третий. Первый президент объединенной Земли. Николай Петрович показывал голограммы Трампа Третьего и его пра-пра-деда. Очень они были похожи. Сейчас президентом был Хэнь Чжан. Следующим возможно будет Романовский, который очень стоит за военных и продвижение науки. Но это не точно.

Ныне шел девяносто четвертый год и со второго контакта прошло четырнадцать лет. Инопланетяне все же явились, на весь мир шли трансляции переговоров. Но они, в общем и в целом, разочаровали и пессимистов, и оптимистов. Никто не собирался "облагодетельствовать" Землю. Им помогут освоить Солнечную систему, подскажут с кораблями и топливом, дадут пару технологий… а в обмен Земля обязуется не высовывать своего носа за пределы системы в ближайшие двести лет.

Почти прямым языком сказали:

– Нечего вам там делать.

Как все обиделись, страшно сказать… с тех пор на Земле ксеносов не любили. Хотя спасибо им за космодром на Луне, и за полноценную колонизацию Марса.

*****************************

– Кая Меллоу, пройдите в кабинет директора.

Она удивленно подняла голову, а невидимые динамики системы оповещения вновь повторили сообщение.

– Меллоу, поторопись, – велел учитель.

Николай Петрович не любил, когда учебный процесс прерывали "разностями". Но если тебя вызывают в кабинет директора, вины твоей мало. Кая уж точно в этом не виновата.

Ходить по школьным коридорам во время уроков, неприятно. Как если бы нарушал правила и хулиганил. А тот факт, что она идет к директору, бодрости тем более не прибавлял. Как если бы она и в самом деле что-то натворила. Перебрав в голове все свои "прегрешения", Кая сочла, что как минимум два эпизода могли привести её к неприятностям. Во-первых, уличные камеры могли зафиксировать, как она покидала школу через окно. Дважды… и наконец, кто-то из парней-дружков Эдди мог пустить слух о происшествии в кафе. Настроение испортилось…

Подойдя к кабинету директора, она остановилась, набираясь храбрости.

– Кая Меллоу, к директору, – сообщила она системной панели.

Дверь щелкнула, приглашая на расправу. Поёжившись, она робко вступила в открывшуюся дверь.

Кабинет директора с солнечной стороны и через большое окно со старинными пластиковыми окнами (школа была старой, построенной в начале века) бил ослепительный свет. На какую-то минуту из-за этого она почти ослепла, практически ничего не видя.

– А вот и она. Как видите это абсолютно обычный ребенок, – произнес мужской голос.

Директор школы.

– Я не ребенок, – тут же возразила уязвленная Кая.

В четырнадцать ты разве можешь считаться "ребёнком"?! Как если бы ей было пять!

– Вижу, —в ровном невозмутимом голосе прозвучали знакомые нотки.

– Ты?! – Кая тут же узнала обладателя голоса, поворачиваясь к нему.

Он стоял рядом со шкафом раритетных книг и учебников. Без маскировки, не скрывая своей иной природы.

– А я думала, что ты меня сразу забудешь, – откровенно призналась Кая.

– Многие сочли бы это лучшим для тебя, – отозвался тот.

Директор удивленно посмотрел на них.

– Вы знакомы?

Ой.

– Да, знакомы, – согласился ксенос, ответив ему. – Вы можете остаться, разговора вы не услышите.

Лицо директора радости не показало, он что-то произнес, но Кая его не услышала. Как если бы кто резко выключил звук. Она удивленно посмотрела на среброволосого. Тот чуть дернул головой, и она подошла к нему. Встала и вопросительно посмотрела прямо ему в глаза. Он помолчал, явно подбирая слова. Взрослые всегда подбирают слова, когда хотят сообщить тебе неприятные вещи. И если вчера он показался Кае не таким уж взрослым, закостеневшим в своей невозмутимости, то сейчас солнечный свет из окна по особому резко выделил все едва заметные морщинки-линии на лице, проявив чужие черты и подчеркнув возраст. Кая не успела испугаться, подумав о своей вчерашней дерзкой манере держаться с ним.

– Испугаться ты успеешь, – негромко заверил он. – Но я не враг.

– Верю, – негромко согласилась Кая.

– Хорошо. Вчерашний анализ показал, что твоя кровь подходит в числе остальных отобранных для проекта. Показатели по нижней границе, но есть данные, способные повысить твои возможности.

– Какие еще возможности? – Кая решительно ничего не понимала.

– Стать полноценным пилотом корабля, – сказал он.

Кая моргнула. Вначале, она не поняла о чем он. Нет, это в голове не укладывалось!

– Да зачем вам я? У вас же полно наверно этих пилотов!

– Ты знаешь условия, на которые согласилась Земля? При наших переговорах?

Отвечать вслух не имело смысла. Она знала и помнила.

– Людям запрещено покидать свою Солнечную систему. Не могут и поступить на службу, не являясь подданными Объединённых Рас. Это возможно только в одном случае. Если их способности окажутся в перспективе полезными. У тебя есть данные, чтобы стать пилотом. Более того, твоя кровь способна подстроится под геном Странников. Эта цивилизация давно исчезла. Но след после них утратить нельзя. Можно ввести часть их синтезированного ДНК в свой, и взаимодействовать с артефактами станет возможно. Но это разрушительно для ДНК. Слишком рискованно. А ваш ДНК, вернее твой, и некоторых других отобранных подростов, устойчив к агрессии чужого ДНК. Ты понимаешь, что я хочу сказать?

– Только то, что у меня странное ДНК, и я могу быть вам полезна. Но ведь есть же взрослые…

– У взрослых ДНК уже на это не способно и разрушается так же стремительно, как у прочих рас. И ты понимаешь больше, чем показываешь, – в голосе послышался завуалированный упрек и Кая чуть смутилась. Ну, не дура она! Хотя…

– Кая, ты необходима. Как несколько других десятков подростков. Мы вынуждены забрать вас с Земли. Люди мечтали о дальнем космосе, и ты можешь осуществить эту мечту.

Кая молча кивнула, смотря на него.

– Ясно. Только… нет.

– Что? Ты не…

– Подожди! – перебила она его. – Я поняла. Всё поняла. Если это важно вам, и если это принесёт пользу Земле, нас всё равно заберут, верно? Я понимаю, что выбора нет. И ты просто… просто подслащиваешь эту правду, чтобы мы глупости не творили! Но просто скажи… для тебя это как отзовется? ТЕБЕ это нужно?

Он помолчал, явно не находя слов.

– Да. Мне это поможет.

Кая криво улыбнулась.

– И всё же ты взрослый… ладно. Тогда что тут говорить? Чем могу, помогу.

И пусть её считают глупой…

Глава 3: Прощание с семьёй

– … твоей семье сообщат ваши службы. Через три дня тебя заберут в центр, с остальными подростками. Там вы пройдете карантин и необходимые процедуры. После вас доставят на корабль.

Кая примерно слушала "дядюшку". Чем дальше, тем больше ей казалось, что он начинал ей нравиться. Казалось – потому как на самом деле так не могло быть. Он взрослый, у него свои таинственные дела и проблемы, задачи… а она так. Всего лишь подопечная. За это надо держаться и не выдумывать себе разностей. Поэтому Кая и решила не спрашивать его имя. Не надо. Стоит ему сказать свое имя, кто он, и то, что есть сейчас – это хрупкое тонкое, – уйдет.

– Ты меня не слушаешь.

– Слушаю, – невесело отозвалась Кая. – Просто… хорошо, что тебя не будет.

– Не будет? – он не понимает.

– Когда ИМ сообщат, – неохотно поясняет Кая. – Не бери в голову. Просто у нас такое правило. Я не должна доставлять проблем. Вообще высовываться и доставлять неприятности родителям. Их… ну, не обрадует… это всё.

– Как большинство семей, – говорит ксенос, внимательно смотря на нее. – Расстроена?

– Не хочу, чтобы они вновь кричали, – абсолютно честно говорит Кая.

Со взрослыми не стоит быть честной и открытой. Вот только с ним она не хочет притворятся, подбирать слова и молчать.

– Но ты не боишься.

– Боюсь? – она с недоумением смотрит на него. – Чего? Все это абсолютно нормально.

Стоило только брякнуть это и он замер, смотря на неё непередаваемо. Ох…

– Ну, взрослые всегда решали, как лучше за нас, – пожимает она плечами.

– Кая… – она поспешно качает головой, перебивая его.

Он точно сейчас скажет глупость!

– Не надо! – просит она. – Не надо этого говорить! Ладно? И… можно тебя попросить? Это просто ерунда, ничего не стоит.

– Хорошо, – разрешает он, сдаваясь.

Кая невольно улыбается ему.

– Не говори, как тебя зовут. Я хочу звать тебя "дядюшка".

Она говорит это так, будто это шутка. Она откровенно дразнит его, а он смотрит проникновенно, будто действительно понимает, чего боится Кая.

Может, он и в самом деле это понимал.

****************************

Три дня проходит так, будто ничего не было. Вот совсем ничего. И Кая опасается, что ляпнула своим языком что-то не то, и "дядюшка" решил, что она не нужна. И неожиданно обидно. И ещё более невыносимо смотреть на Ская и родителей. Которые, не смотря на все попытки что-то сказать, просто не хотят её слушать.

– Как тебе это в голову пришло?! Угнать из гаража флип, который мы только купили! Кататься?! Вдесятером?! В четырехместном флипе! И на крышу полезли! Ты чем думал?! Зачем ты устроил гонки, сбегая от полиции?! В битком набитом флипе! Вы чуть не разбились! Скай?! – мать кричала, а отец наливался грозовой тучей.

Последняя выходка брата стоила пяти сотням кредитов. И ареста флипа, которого пришлось выкупать со штраф-стоянки.

– Но ведь никто не пострадал! – огрызнулся Скай.

– О, господи! – мама стонет, закрывая лицо рукой.

Может… может ей стоило отвлечь их? Должна же она сама им сказать? Хоть сейчас?!

– Мама, пап… я должна вам сказать кое-что, я…

– Господи, Кая! – перебивает мама, вскидываясь. – Ты что, не видишь?! Другого времени не нашла?! Нам сейчас не до тебя! Что ты пристала?!

– Да пропадите вы пропадом! – из глаз сами собой вырываются слезы. – Вам только он нужен!

– Кая! – рявкает отец, но с неё хватит.

Нет уж, хватит!

Она выскакивает из гостинной, и выбегает из дома, хлопая дверью. И почти утыкается носом в чью-то грудь, едва успев затормозить. Вскидывает голову и сквозь слёзы видит его. Вот зачем он здесь?! Зачем?

– Не ходи туда! Не надо! Я не хочу! – со слезами просит она.

Сил держаться нет, за дверью слышится раздражённый громкий голос отца "Никуда она не денется! Через пять минут сама явится, королева!". От обиды перехватывает горло, и она некрасиво ревёт, уткнувшись в серый мундир. Он обнимает её рукой и что-то говорит своим сопровождающим, и ведёт прочь от дома. Ей правда всё равно куда…

********************************

Звонок от дверей звучит как спасение. Кто-то пришёл и можно выдохнуть, переключиться на что-то другое.

– Иди к себе, – приказывает Скаю отец, и, грузно поднявшись, идёт к дверям.

Наверно это соседи… надо всё же поставить антизвук на дом. Некрасиво, что их скандалы – достояние всех ушей в округе. Мало им проблем с сыном, так ещё и Кая начинает норов показывать! Надо с ней поговорить, ведь взрослая уже девица, должна понимать, что мир вокруг неё не крутится…

– Мистер Меллоу?

Он удивлённо смотрит на стоящего на пороге офицера ОВСЗ (Объединенных Военных Сил Земли).

– Д-да… Чем могу помочь? – он недоумевающе смотрит на него, и на ещё двоих.

Один в обычном сером, каком-то обезличенном костюме с черной папкой в руках, а второй в какой-то странной форме, смутно знакомой, но не поддающейся его памяти.

– Что он опять натворил? – обречённо спрашивает он.

Нет и тени сомнения, что Скай успел натворить больше, чем они знали. Вот только что?!

– Капитан Сойер, – сухо представляется офицер. – Мы здесь по поводу вашей дочери. Вы впустите нас?

Мужчина посторонился, впуская офицера и его сопровождающих. Он ничего не может понять.

Кай? При чем здесь Кай? Она просто девочка-подросток, она не могла натворить что-то серьёзное. В выражении глаз офицера Сойера что-то крайне неприятное, когда Меллоу смеет озвучить свои слова-предположения. Через две минуты они с женой сидят на диване.

– Прошу вас ознакомиться, – по кивку офицера человек в сером достает из папки листы некоего документа и передает отцу семейства.

Всего один взгляд…

– Что это?! – он не верит своим глазам, а жена охает, и хватает его за руку, будто пытаясь удержать.

– Это документ, о признании вашей дочери совершеннолетней, – любезно поясняет человек в сером, мельком показывая удостоверение юриста высшего класса. – Второй документ о призыве вашей дочери на военную службу по контракту и возмещение вашей семье. Из-за прохождения службы вдали от Земли, семьи призванных получают материальную компенсацию из-за невозможности поддержания связи с ними.

– Что вы такое говорите?! Ей четырнадцать лет! – вырывается у Скалли Меллоу. – Это шутка?!

Нет, не шутка. Очень скоро Меллоу понимают, всю серьёзность ситуации. Между Землёй и Объединёнными Расами достигнуты новые договорённости. Два десятка подростков будут переданы второй стороне для обучения пилотированию космических кораблей. Они единственные кому позволят покинуть пределы родной Солнечной системы. От успешности их обучения и службы Объединенным Расам зависит не только сколько еще подобных групп покинут их систему, но и шансы на полноценное вхождение в Союз самой Земли раньше установленного срока. Особых привилегий не будет, служба на общих условиях, опасность угрозы жизни равна той, что подвергаются находящиеся на службе Объединенных Рас полноценные граждане.

– Я хочу видеть свою дочь! Вы не имеете права! – голос Скалли Меллоу срывается, она почти с ужасом смотрит на троих мужчин перед ней и мужем, переводя умоляющий взгляд с одного на другого. – Вы же не можете! Просто забрать её!

– Со всем сожалением, миссис Меллоу, – сочувственно говорит юрист. – Это дело чрезвычайной важности. Все протоколы соблюдены. Согласие подростков получено, по документам они признанны совершеннолетними и тесты показали, что они дееспособны и могут принимать ответственность за свои решения. Вы не можете препятствовать заключенному контракту. Вам не позволят. Этого требуют интересы Земли.

Меллоу наконец понимают что произошло.

– О, боже… – шепчет Скалли Меллоу.

– У вас было три дня, чтобы попрощаться с дочерью, – ровно сообщает офицер Сойер.

– У нас не было этих трёх дней! Мы не знали! – у отца Кай вырывается гневный упрёк.

– Вам пытались об этом сказать, – в беседу впервые вступает третий мужчина. – Вы не хотели слышать. Это лишь ваше решение.

– Хватит, они не поймут, – офицер Сойер смотрит на них с легким презрением. За три дня он видел многие семьи, но ни одна не вызывала у него столько отторжения.

Вот же не повезло девчонке… и вряд ли повезёт у инопланетян.

Что же, ради благополучия Земли жертвы допустимы.

***************************

Кая сидела за столом, ковыряясь вилкой в еде на подносе. Ею овладело странное равнодушие. Нет, едва ощутимый укол в плечо она почувствовала, когда "дядюшка" усадил ее в флип. После чуть пожал плечо и молча сел впереди у автоматики, направляя флип по одному ему известному адресу. Оставшись с ним, запертой во флипе, ей уже стало чуточку легче, а уж после укола и вовсе стало возможно дышать. И она была благодарна, что он не стал что либо спрашивать.

– Спасибо, – тихо сказала она, когда он вернулся и сел напротив на сидение. Поднять на него глаза было стыдно. – Я не такая плакса… просто… И ты не обязан со мной возиться. Извини.

– В определенной степени обязан. Легче?

Она кивнула, чувствуя, как горят щеки.

– Что с тобой происходит? Твои реакции не нормальны для твоей расы, – спросил он.

Кая удивленно моргнула и посмотрела на него. Он серьёзно?

Похоже…

– Происходит? Я подросток, – едко и чуть обиженно (не на него, а на припомнившегося ей школьного психолога), ответила она. – У меня нестабильная психика и гормоны пляшут!

– Гормоны это химические соединения, они не могут "плясать", – спокойный голос невозмутимого Дядюшки, вызвал у нее невольную улыбку.

– То-то у тебя укол был, – заметила она.

Он чуть прикрыл глаза.

– Ты не первый подросток сегодня. Я предпочел познакомиться с большинством подопечных, – в его голосе не было особых эмоций. Сухая констатация факта.

Кая притихла, взглянув в окно флипа. Кажется, ему всё это не нравилось. Что за удовольствие возиться с навязанными тебе детьми? Да еще с лабораторными мышками?

– Ты не мышь.

– Ты…

– Ты шевелишь губами. Этого достаточно.

Кая пристыженно смолкла.

– Приказы не обсуждают. Их выполняют, – негромко заговорил он. – Земля признала вас взрослыми и дееспособными. Я плохо знаю вашу культуру и ваши особенности, но мне достаточно того, что я видел. Вас научили беспомощности. Тому, что вы не понимаете происходящего, и тем сняли с вас ответственность за ваши поступки. Ваши четырнадцать достаточны, чтобы считать вас взрослыми.

Кая удивленно его слушала. Он серьезно? Правда?

– По твоему я взрослая? – переспросила она.

– Я полагаю тебя разумной. Это и значит быть взрослым, а гормоны… – в голосе послышалась насмешка. – … с этим можно справиться.

Взрослая, надо же… не ровня, но все же… Кая кивнула ему. Приятно знать, что тебя не считают дурочкой только потому что ты младше. И говорят нормально, не демонстрируя, что ты не доросла рот открывать. Вот за это она была ему искренне благодарна. Это дорогого стоит со стороны взрослого. Вот ему можно сказать все. Ему, а не родителям. И почему ей кажется, что окажись он на месте ее родителей, он выслушал бы ее сразу, в первый день, не отмахиваясь и не раздражаясь?

Поговорить больше с ним не получилось. Браслет на его руке издал сигнал и он дотронулся до него тонкими узловатыми пальцами. Оставшуюся дорогу он говорил с кем-то на своем языке, и Кая сделал вид, что всецело поглощена видом города, над которым они летели. Яростный комок вихря из чувств внутри окончательно рассосался, оставив после себя холодную голову. Хорошее лекарство, ей бы хоть немного таких "витаминчиков". Она чувствовала усталость. За последний месяц приступы "плясок" и ссоры в доме довели ее почти до отчаяния. И сейчас, чувствуя внутри себя оглушительную тишину, ей хотелось закрыть глаза и провалиться в темноту. Чтобы ничего не видеть, и не слышать.

К сожалению, это было невозможно. Флип опустился на территории военной базы. Человеческой. Их встретила какая-то женщина в военной форме с меднашивкой на рукаве и забрала Каю. "Дядюшка" только кивнул ей и Кая последовала за женщиной. Сначала ее кольнула обида. Мог бы и сказать простое "пока", но тут же себя одернула. О чем она только думает? Не стоит при других демонстрировать, что она может говорить с ним так… и вести себя по-дружески. Взрослые это не поймут. А у него могут быть неприятности. И вообще надо вести себя поосторожнее.

Кай выдали одежду, попросив переодеться в серо-голубой комбинезон, а потом провели в столовую, рассказав коротко правила. Девочка не особо слушала. Все равно это не надолго, а будет надо повторят.

Теперь она сидела за столом и ковырялась вилкой в обычном картофельном пюре, методично перемешивая с мясной подливой и кусочками мяса. Есть не хотелось.

– Не нравиться мне это все. Они все врут, – еле слышно угрюмо проговорил парень напротив. – Что задумали эти ксеносы?

Кая подняла на него глаза. Старше ее. Года на два…

– То же, что наши взрослые, – равнодушно сказала она. – Получить выгоду. Взрослые всегда так себя ведут, разве нет?

Парень не нашел что сказать в ответ…

Глава 4. Компания

Сигнал на браслете возвещал о наступивших 7:00. Больше всего хотелось зарыться головой под подушку, прижать края руками и провалиться в сон еще на полчасика. Ей давно не спалось так хорошо, без снов, без мутных образов и раздраженных голосов, где она все пыталась оправдаться. Но спустя несколько секунд, Кая осознала, что лежит не в своей комнате на своей привычной постели. И воспоминания вчерашнего дня и вечера заставили ее открыть глаза и перевернуться на спину, смотря в далекий белый потолок длинной комнаты.

– Доброе утро, новенькая! – поприветствовали рядом.

– А ты старенькая? – уточнила Кай, сев в постели и смотря на соседку рядом.

Та, шатенка с длинными кудрявыми волосами, и с красивой смуглой кожей, выдающей примесь крови двух земных рас, усмехнулась.

– Ну, вродь того! – согласилась она. – Я тут с первого дня обретаюсь. Попросилась, как только отобрали и сказали. А еще я кажись старше тебя.

– На год-то всего, – прикинула возраст соседки Кая. – Я Кай, Кай Меллоу.

– У тебя на нашивке написано, – заметила девчонка.

И в самом деле. Кай невольно взглянула на левое плечо футболки и заметила нашику на груди со своим именем. Точно такая, только с другим именем была на футболке соседки "Д. О`Нил".

– Д. О`Нил, – произнесла вслух она.

– Диана, но зови просто Ди, – живо отозвалась та. – Давай подыматься, нечего разлеживаться.

Кай не возражала. С соседних кроватей, поставленных в два ряда, просыпались и вставали другие подростки. В основном мальчишки, как ей показалось. Неудивительно, что Ди поспешила познакомиться с ней. Мельком оглядевшись, она поспешила одеться. Серо-голубой комбинезон удобно сел на теле. Высокие плотные ботинки белого цвета на ногах почти не ощущались и мгновенно подстроились под ступню, принимая правильную анатомическую форму. Хоть километры оттопай, не устанешь.

Все потянулись в сторону туалетной комнаты. Умыться, и прочее, переговариваясь и создавая привычный в чем-то шум. Умывальня была соединена с туалетными кабинками и Кай мысленно пожала плечами. Чего придумывать и что-то устраивать ради каких-то дней? И вообще лучше всех держать вместе под наблюдением. Она почти сразу отметила места, где точно должны были скрываться системы видеонаблюдения.

– Заметила? – ткнула ее локтем Ди.

– Предполагаю, – отозвалась она, беря зубную электронную щетку. Сотня лет прошла, а ничего лучше не придумали! – Взрослые не могут не следить.

– Точняк, – кисло отозвался стриженный под короткий ежик мослатый мальчишка, тощий до невозможности, и сплюнул в раковину. – Я Прим.

Прим?

Кай недоуменно покосилась на него и наконец заметила легкую неправильность в лице Прим. Девчонка… ну, надо же! А так посмотришь, будто пацан! Даже стоит и двигается так же.

– Ну, чего вылупилась? – недовольно огрызнулась та.

– Извини, я решила ты мальчишка, – виновато призналась Кай.

Та широко усмехнулась.

– Не ты первая! Ксенос ваще два раза уточнил, девчонка ли я!

Кай с трудом подавила улыбку.

– Вообще-то "ксенос" звучит как "людишки", – сказала она.

Прим фыркнула, почесав нос.

– Хреново звучит, – признала она.

– А как их вообще тогда обозвать? – сердито буркнул светловолосый мальчишка подходя к раковине рядом.

– А может не стоит "обзывать"? – спросила Кай. – Мы же с ними теперь… будем.

Это прозвучало не очень. Все разом поскучнели.

– Пошли в столовку. Кормят тут ничего так. Там и поболтать можно, – предложила Ди. – И Кай права, нечего их злить.

Столовая была большая. Множество столов железного цвета. Было б желание, каждый мог в одиночестве сидеть, но вошедшие в столовую подростки почти мгновенно разделились на компании, заняв столы по трое-пятеро. Ди, Прим, Кай и светловолосый парень с нашивкой "О. Данилов" то же сели вместе, вначале прихватив подносы с едой у раздаточного прилавка. Кай поставила себе на поднос фруктовый салат, рисовую молочную кашу, сок… хотела взять кусок восхитительно выглядевшей шарлотки, но решила что это чересчур. И так много.

Сели за стол, скучковавшись у одного края. Кай покосилась на длинный пустой край справа от себя. Здесь еще с десяток человек сесть могли!

– Оп-па… этого я не помню, – вдруг сказала Ди, мотнув головой.

Все тут же невольно посмотрели на того, кто привлек её внимание. Одним из последних в столовку вошел уже довольно взрослый парень. Волосы у него были какие-то сероватые что ли… и лицо худое.

– Припёрли только? – вслух сама себя спросила Ди.

Парень как-то неуверенно взял поднос с едой и шагнул от него к столам. Ди тут же свистнула, махнув рукой.

– Давай к нам! – позвала она.

Тот коротко глянул, явно затормозив, но решив, что лучше уж так, чем самому набиваться в чью-то компанию, подошел и сел напротив Кай, рядом с Олегом.

– Только привезли? – участливо спросила Ди. – Не дрейфь, сразу не помрём!

Парни вместе с Кай дружно поперхнулись.

– Умеешь ты ободрить! – укорила веселую Ди Кай, отставляя стакан с соком. – Не слушай её! Нормально всё будет.

– С чего ты взяла? Можно подумать, ты их знаешь, – съязвил Олег.

– Ну, если судить по дядюшке они ничего так, – чуть пожала плечами Кая.

И тут же подумала, что наверно зря это сказала…

– Дядюшки? – скривила лицо Прим.

– Он меня сюда привёз, – призналась в страшном Кай.

Четверо одинаково недоуменно посмотрели на нее.

– Да-а… я-то думала у меня с семьёй проблемы… – огорошено пробормотала Прим.

– Не важно, – отозвалась Ди. – Предлагаю держаться вместе. И давайте знакомиться, что ли? На нашивках и так все написано, но по первой букве гадай имя! Я Диана, можно просто Ди и Эд. Шестнадцать лет. С маленьким хвостом. Три дня здесь обретаюсь и большинство знаю. Кроме вас.

– Так ты поэтому нас собрала? – угадала Кай и по хитрой улыбке поняла, что все верно. – Хитрюга! Я Кая. Привезли вчера. Четырнадцать.

– Олег, пятнадцать. Тоже вчера.

– Прим… семнадцать. Что? Семнадцать говорю! Болела я. Онкология была.

Все сочувственно смолчали. Стала понятна эта сильная худоба и короткая стрижка. И вкупе ко всему невысокий рост.

– Шон… семнадцать. Утром, – коротко представился, помедлив, последний из их подобравшейся компании.

– Кажись, ты последний, скоро движуха начнется, – заметила Ди. И откусив от куска пиццы, чуть нагнулась за столом, ткнув пальцем в сторону. – Видали? Бузить будут, отвечаю.

Там, куда указывал ее палец, за столом сидели четверо парней. Довольно крепких и возраста Шона. Тот цепко осмотрел парней, чуть подняв бровь.

– Откуда знаешь? – спросил он.

– А больно уверенные, – хмыкнула Ди. – Будто все уже решили. Либо сбежать, либо главными стать. Над нами, понятное дело. Этот, русый с очками, с первого дня предлагал его держаться. Покровитель чертов…

– Ясно, держимся подальше, – согласилась с ней Кай. – Нам проблемы не нужны.

Прим и Олег промолчали, ковыряясь в еде.

Долго рассиживаться и болтать не вышло. Да и говорить, зная, что взрослые наверняка позаботились о прослушке, не тянуло. Кай только тихо порадовалась, что благодаря Ди враз примкнула к какой-никакой компании. Вроде остальные нормальные ребята, пусть и старше, чем она. Тут почти все были старше, а значит и шансов найти себе компанию было меньше катастрофически. Не самая она коммуникабельная личность.

Ди сказала, что после еды их точно погонят на "промывку мозгов". Шон с явным непониманием взглянул на нее, но вскоре понял о чем она. Их собрали в небольшом зале и невысокого роста плотненький человек с усами, в старинном твидовом пиджаке толкнул речь. Как многое от ребят зависит, какие они молодцы, и сколь многого Земля может добиться, благодаря их успехам и устремлениям. Через три минуты уши в трубочку свернулись у всех, а глаза осоловели. Никому не хотелось в первые дни нарываться на недовольство взрослых, но и выслушивать пустое разглагольствование было просто невозможно. Единственное что за час речи уяснила Кая, это то что они "первые в своем роде" и что они полетят к дальним звездам. Так себе утешение для большинства.

– Да когда же ты заткнёшься! – простонала рядом Прим.

Желаемое свершилось спустя десять минут по табло на стене. Вырвавшись из зала, они ошалело трясли головами.

– Я понял, что ты имела в виду, – очумело сказал Шон. – И часто так?

– Пока не заберут, каждый день гнать будут, – "обрадовала" Ди под общие гримасы счастья.

Появившийся офицер, мужчина с теми же медицинскими нашивками приказал следовать за ним на мед.осмотр и процедуры. Всех запускали в кабинет по двое, когда остальные маялись в комнате рядом, дожидаясь своей очереди. Компания откочевала к стене у дальней стены, заняв там места на пластиковых креслах.

– А ведь нас двадцать один, – сообщила Ди. – Кому-то свезёт идти одному.

– И что? – спросил Шон.

– Да так-то ничего… – протянула Ди с сомнением. – Просто логичнее брать чётное число.

– А если набрали, а потом кто-то попался ещё? – спросила Прим. – С них не убудет лишнего взять.

Если первых забирали молча, то после вызывали по именам. И опять попарно. В третью пару ушла Ди и пацан из левой группы. И спустя минуту к ним подошел тот русоволосый, на которого указывала Диана в столовой.

– Привет. Вам тут тоже не нравится, верно? Как насчет объединится против чужаков?

Кая в крайнем изумлении посмотрела на него. Шон молча смерил его взглядом.

– Ва-а-лил бы ты! – прямо посоветовала Прим.

– Что ты сказала? – нехорошо прищурился русый.

– Что слышал! – огрызнулась Прим, нехорошо смотря на него. – Думаешь, за главного сойти? Не выйдет!

Кая с тоской поняла, что дело близится к драке. Это раньше говорят, парням нельзя было с девчонками драться, а вот в их время это стыдным не считалось.

– Никто из наших с ТОБОЙ связываться не станет, понял?

– Вы знаете, что здесь точно прослушка есть? – в воздух спросил Олег, не смотря на агрессивно застывших напротив друг друга Прим и русого.

– И надо быть полным идиотом, чтобы настраивать против себя тех, от кого будешь зависеть, – заметила и Кая.

– А ты умная?! Готова любому ксеносу зад лизать?! – прошипел парень перед ней.

– Замолчи, – тяжело уронил Шон.

– Я посмотрю как ЭТИ будут ксеносов "любить"! – почти выплюнул русоволосый.

Этого Прим уже вытерпеть не смогла. Она рванулась вперед, собираясь врезать ему, но ее руку перехватил Шон, толкнув себе за спину. Встал и пристально смотря в карие глаза парня перед собой по-хорошему попросил:

– Уйди.

Тот неожиданно передернул плечами и буркнул:

– Вы еще пожалеете!

И наконец отправился к своим дружкам.

– Зря не дал ему врезать, – зло сказала Прим.

– Не трать на него силы, – негромко сказал Шон.

Кая промолчала. Все в ней просто кричало, что у них теперь здесь, как минимум один враг. И он будет похуже "чужаков"-ксеносов. И было до ужаса мерзко.

*****************************

Пройти сканирование организма было просто. Встал в металлическую арку и тебя просвечивают в течении полутора минут, после чего все данные по тебе идут на планшет врача.

– Все в норме, – возвестил врач приговор. – Некоторый дисбаланс гормонов и легкое истощение нервной системы. Часто нервничаешь?

– Уже не очень, – честно сказала Кая.

Врач кивнул, и, отложив планшет, взял игольницу.

– Заголи руку, – сказал он. – Малая серия инъекций и ты свободна.

Кая подчинилась, и доктор приложил белую игольницу к ее руке. В тот же миг она почувствовала, как в кожу впились тонкие иглы. Не больно, просто неожиданно… Кая, смотря на пальцы доктора, что прижимали игольчатый инъектор вдруг осознала некую неправильность. Удивленно подняла глаза на мужчину.

– Уже все, – неправильно истолковал ее взгляд врач, и в самом деле снял инъектор.

Кая взглянула на руку, посмотрев на крохотные следы от игл.

– Неправильно, – очень тихо сказала она, мельком глянув на Олега, стоявшего в арке сканера.

– Что неправильно? – спросил мужчина в медицинской форме.

Кая посмотрела в его глаза.

– Маскировка, – одними губами прошептала она, но тот ее слова услышал. – На коже всегда есть поры, а у вас… перенастройте.

– Хорошо, – внимательный, серьёзный взгляд. – Остальным не говори.

– Не стану, – пообещала Кая.

Хотелось спросить, зачем они маскируются, ведь уже смысла нет? Но не стала. Взрослые всегда придумывают, как поступить лучше. И наверняка знают, что делают. И это ее не касается.

– Хорошо. Можешь идти, – сказал мужчина и Кая поспешно кивнув, предпочла ретироваться из кабинета.

В дверях почти столкнулась с Шоном, но ничего не сказала.

Этого стоило ожидать…

Она скажет ему после. Не стоит так подставляться…

Глава 5. Дни в Центре Подготовки. Ужастики-ужастики и сладкая парочка!

– Что мне с ними делать?!

– А что бы ты делал, будь это все правдой?

Молчание…

– Капитан, у нас нет столько краски и травы в оранжерее!

– Тогда отправь их в машинное чистить детали. Там их достаточно.

… Отвести в сторонку Шона не удается. Кая нервничает, и исподволь бросает на него взгляды. Тот из-зо всех сил делает вид, что не замечает. А между тем рядом остальные, и взрослые просто не оставляют их в покое. После мед.осмотра им вновь прочли лекцию, как "вести себя хорошо".

Потом был обед и час свободного времени, но Шон умудрился отойти в туалет и пропасть. А после появляется, как ни в чем не бывало. Кая делает ему страшные глаза:

– Ты где был? – шипит она, улучшив момент.

– Врач вызывал, – он бросает на нее подозрительный взгляд.

Кае очень хочется вот прямо сейчас отвести его в сторону… ну, или стукнуть! Если уж врать, то хоть так, чтобы не подкопаться! Ее останавливает только то, что под маскировкой молодого парня может быть старик с вот такенной бородой, усиленно "косящий" под "дикого землянина". Кая фыркает, и отворачивается. Самой смешно, ей-богу!

Диана оборачивается к ним и подмигивает Кай.

– Чего встали? Нам сейчас кино показывать будут! В зал всех зовут!

Кажется, взрослые сами не знают, чем их занять, пока не смогут спихнуть на чужие плечи. Показывают новые "Звездные войны", где в титрах с пафосом объявляется, что фильм точно копирует утерянную классику ХХ века… Кае от стыда хочется сползти по спинке кресла, закрыть глаза ладонями и не открывать до самого конца. Остальная компания негромко хихикает, едко бросает какие-то замечания, обсуждают Энакина Скайуокера и джедаев, споря о лазерных мечах. А рядом с Кай сидит молчаливый Шон, и что он думает абсолютно не известно.

Но ей отчего-то ужасно стыдно…

Ну, взрослые!! Что те, что другие!

– Хм-м… – от этого многозначительного "хм!" девочке хочется провалиться сквозь пол.

Глаза она не закрывает, и не проваливается сквозь пол, но усиленно смотрит исключительно на экран. Все происходящее в фильме кажется бредом.

– А что ты хочешь? – пожимает плечами Олег на ее бурчание. – Сказано же, повторяет фильм седой древности… ясно, что все на самом деле не так и это просто выдумка. Скажи спасибо, не ужастик про "Чужого". Бр-р! Вот где ужас был бы!

– Чужой? Про ксеносов? – подозрительно уточняет Шон и Кая обреченно махнула рукой в мыслях.

– Да! Ты наверно не смотрел! – оживляется Олег. – Ну, там не про ксеносов, а скорее о космическом паразите, что вселяется в тела и жрет тебя изнутри, а ты до последнего не чувствуешь этого. А потом она вылупляется, разрывая тебя на части! Почему-то всегда спереди…

– Замолчи! – проникновенно стонет Кая, под непередаваемым взглядом Шона.

– Что? Я же не сказал откуда! Дикая фантазия была у предков, ничего не скажешь!

Олег заговорщески оглянулся, пододвинулся ближе, так что Кай оказалась зажата между ним и Шоном и показал карманный планшет.

– Зацени видос, как отец деда говорил!

На развернувшемся маленьком экранчике запустился отрезок фильма из озвученного "Чужого". У Шона округлились глаза. И он явственно содрогнулся.

– А все почему? Завернув на чужую планету, они потом руки не помыли! – добил его Олег, про себя вспоминая бабулю и ее ценные комментарии по поводу ретро-фильма. – Прикинь, такое подцепить?!

– Слышьте, дайте фильм посмотреть! – зашипели с переднего ряда, оглядываясь. – Вы что там делаете?

– Да видос с "Чужого", – пренебрежительно заметил Олег.

– Где достал?! – с заднего ряда подключились и вскоре все уже думать забыли про "Звёздные войны".

Ужастики древности сильно опережали славу показываемого фильма. Хотя бы потому, что их перестали снимать последние лет сорок, а старые ретро-фильмы, крутили крайне редко и на сеансах для "25+". Они считались устаревшими, и морально неприемлемыми. Достать хоть какие-то отрывки было нереально трудно и Олег заслуженно купался в лучах славы. Тем более у него было аж три отрывка! И аж по пять минут!

Олег держал планшет так, чтобы хорошо было видно прежде Кае и Шону, по-дружески так сказать, а уж потом тем, кто перегнулся через спинки кресел, и привстал на цыпочки позади, чтобы рассмотреть получше видео. Что сказать… звуки вроде "ой, мамочки!", " фу, гадость какая!", "только не котик!" и "беги, дурак!" – так и звучали. Видео закончилось, и все расползлись по своим местам, громким шепотом обсуждая кровавые кадры.

На экране в это время благородные джедаи сражались на лазерных мечах, а Кае очень хотелось развидеть все, что она только что видела на планшете Олега.

– На самом деле… – пробормотала она. – Это все выдумки. И в это никто не верит…

Шон молча ее выслушал.

– А причём тут руки? – с трудом спросил он.

– Ну-у… если не моешь руки, точно паразита подхватишь, – широко усмехнулся Олег. – Вот такенного!

Он резко и устрашающе развел руками и Шон даже в темноте сбледнул.

**************************

Если взрослые преследовали цель отвлечь их от того, что их скоро отдадут инопланетянам, то им это удалось. И даже не им, а Олегу с его планшетом. До самого вечера только и шли разговоры об этом. И все сошлись на том, что в космосе точно должно быть что-то такое! Даже если ИХ ксеносы такого не встречали, это ничего не значит! Может просто, еще не долетели…

Но могут. От такого предположения, Шон аж содрогнулся.

– Поговорить надо, – шепнула ему Кая, оттаскивая за руку от остальных.

– Вы куда? – оглянулась Диана.

– Туда! – отрезала Кая.

– А-а-а… – понятливо протянула Прим, и толкнула Ди локтем, подмигнув.

Закатив глаза, Кая все таки втащила Шона в туалетную комнату, захлопнув дверь.

– Надеюсь, здесь никого нет, – сказала она и тут же усомнившись, прошлась по помещению, заглянув в открытые кабинки. Все дверцы открывались, никого не было.

Вернулась к Шону, что с сомнением смотрел на нее. Кая храбро посмотрела в ответ.

– У врача был? – спросила она.

Парень настороженно смотрел в ответ.

– А он тебе ничего не сказал? – повторно спросила Кая.

– Что именно?

И вот как ему сказать?

– Руку протяни! – со вздохом попросила она, и сама протянула ему руку, задирая рукав. – Ну, давай же!

Шон подчинился.

– Видишь? Или нет? Поры! А твоя кожа гладкая под маскировкой! – едва слышным шепотом проговорила Кая и опустила руку.

Шон секунду посмотрел на руку, а потом медленно опустил и посмотрел на девочку.

– И когда? – тяжело спросил.

– Утром, – буркнула она в ответ. – Слушай, я тебя сдавать не стану… но ты так не пались! Приказали, так приказали… по другому и не может быть. Дядюшка уж точно не дурак.

– Не знаю, про кого ты говоришь.

– Я тоже не знаю, – легкомысленно пожала плечами Кая. – Но настройки смени.

Он удивленно покачал головой, коротко взглянул на нее, и послушался. Набрал какую-то команду на браслете и по его телу будто рябь пробежала. И вроде ничего не изменилось, а разница все же заметна. Засада…

– Ладно, может спишут все на освещение… днем все иначе кажется, – вздохнула она. – Но хоть на человека похож стал!

– А что вы тут делаете? – от резко открывшейся двери и как гром в ясный день прозвучавший вопрос, заставило Кай дернуться от неожиданности, развернуться и влететь спиной в Шона.

Тот придержал ее за плечи.

В двери заглядывали на пару Прим и Ди.

– Целуетесь? – насмешливо спросила Прим.

– Вот еще! – уши Кай полыхнули краской.

– Ладно-ладно, сладкая парочка! Заканчивайте тут! – и Ди, подмигнув им обоим, закрыла дверь.

Кай застонала… ну, вот только этого ей и не хватало!

**************************

Следующие несколько дней прошли так же, как первый. Им еще вкололи несколько раз инъекции и повторно прогнали через сканер. На третий день дежурный офицер сказал им, что они могут попросить какие-нибудь вещи из дома или то, что им хотелось бы взять. Выдадут, привезут. Как подарок. Или может кто хочет напоследок поговорить с родителями-опекунами? По связи, не в живую.

Большинство выбрало последнее.

Кая ничего не стала просить, и пока подростки толпились вокруг офицера (явно человека), она отошла в сторонку. И ничуть не удивилась, когда рядом у подоконника пристроился Шон.

– А ты ничего не попросишь? – спросил он.

– Но ведь и ты не стал, – намекнула Кая. И зябко передернула плечами. – Не знаю чего просить…

– А семья?

Кая не стала отвечать на этот вопрос. Было бы все так легко! Правильные девчонки обязательно бы связались с домом, чтобы попрощаться с родителями… но Кай боялась. Боялась упреков, что она опять будет виноватой, что из-за нее у родителей неприятности. Она вновь подумала, а что если бы тогда она не вылезла бы через окно и не попалась бы на глаза ксеносам? Нет, ничего бы не изменилось! Отбирали-то по крови, по этим таинственным показателям. А они показали, что она подходит.

Нет, ничего нельзя изменить.

***************************

Утром четвертого дня их отвезли на космодром. Новенькие комбинезоны просто скрипели новизной и оттого было как-то неуютно. Кая в общем не боялась. Глупо было бояться, после всего! Ночевать и дневать рядом с самым настоящим ксеносом, каждый день делать инъекции в медкабинете у другого, и даже – о, ужас! – ловить насмешливые подмигивания Ди и Прим, что прозвали ее и Шона "сладкой парочкой".

На космодроме их всех усадили в орбитальный самолет, который должен был доставить их на орбитальную же станцию. А уж оттуда, с платформы, их заберут ксеносы. И до свидания дом!

Все примолкли и окончательно пришло осознание, что это всё по-настоящему.

На самом деле…

Весь стремительный полет на орбиту, Кай не верила в это. Не верила, и когда в теле объявилась необычная легкость и если бы не фиксирующие ремни, она бы обязательно взлетела. Потом включился гравитатор и тяжесть вернулась, пусть и не такая, к какой она привыкла. Возникла лёгкая тошнота, которую она с успехом проигнорировала. Все это вместе только подчеркивало – всё реально.

И все же… когда орбитальный самолет пристыковался к платформе орбитальной станции, еще оставалась какая-то призрачная тень надежды.

Шлемы щелкнули, герметично закрывшись и внутрь легких скафандров-комбинезонов стал поступать воздух.

– Встаем и следуем на выход! – сопровождающий их военный в нашивкам капитана космических сил Земли поднялся с места и стал подгонять их.

Подростки молча встали, и послушно направились к дверям. И вскоре все уже стояли на металлической платформе и Кай было жутко ощущать ту пустоту-высоту отделяющую их от Земли. Саму Землю видно не было.

У орбитальной станции зависла громада инопланетного корабля.

– Ну, здравствуй, дядюшка… – выдохнула Кай.

Глава 6: Первое, что надо усвоить…

– Делай с ними что хочешь, но они должны быть готовы к базе Странников.

Офицер Эон дожидался прилета орбитального самолета землян. Какая допотопная техника… надо признать, все отсталые планеты похожи друг на друга. Но не все их обитатели. Гуманоидные расы довольно сильно похожи друг на друга. Что в плане физиологии, что в количестве конечностей…

Он мрачно понял, что думает о чем угодно, только не о поставленной задаче. Не приятно осознавать, что ты прячешься от самого себя в мыслях. Пусть и всего несколько секунд.

"Не особо достойно, Эон" – и с этим он легко согласился.

Ему предстояло заняться отвратительным делом. Подготовить сплоченную боеспособную команду из… из подростков отсталой планеты. Которые не знают, даже как скафандр Конфедерации на себя нацепить! Правильно нацепить… Вряд ли они и свои-то нелепые громоздкие "скафандры" раньше надевали. Не говоря уже о том, что те не знали языка, не могли собственное имя на общем написать! На него сбросили планктон, требуя, чтобы через три недели он вырастил из них солдат.

Ладно. Не солдат. Но способных выжить при опасности.

И начинать надо было еще вчера.

Дело осложняло и то, все жители отсталых планет, имели нехорошую установку бояться высокоразвитых планет. И эти детёныши тоже должны были думать, что их отдают на съедение и рабство, или на опыты. А ему работать с ними! И желательно, чтобы они не дичились его, а слушали и делали, что велят! И рассчитывать на то, что они привыкли к дисциплине и подчинять себя приказам ему не приходилось.

Ему никогда не приходилось работать с таким контингентом. Но приказ, есть приказ.

Массивный, грубо слепленный самолет землян сел на платформу и он приготовился. Спустя несколько минут, из него вышла группа. Замешкались, а затем подгоняемые передним, направились к нему. Он ждал, мысленно отчитывая минуты-чётки. Двадцать две фигуры, с сопровождающими. Подростков и юнцов, и их конвоира он определил сразу. Взрослый был более массивный и даже двигался тот иначе. Более уверенно и спокойно. Видно, часто надевал скафандр. Остальные были неуклюжи и двигались ужасно. Он подумает о том, чтобы и это поправить. Никто не знает, что будет дальше.

– Офицер Родригес, – представился мужчина ксеносу, смотря настороженно под забралом шлема. – Принимайте. Двадцать один, все здесь.

Он не стал отвечать ему. Вместо этого он посмотрел на группу юнцов и включил связь.

– Николас Стоун, отойти в сторону. Все остальные, следовать за мной. Без разговоров. В ваших скафандрах мало кислорода.

Глупые дикари. Объема кислорода их юнцам хватит максимум на десять минут… по связи зашумели, и он поморщился от поднявшегося галдёжа. Уже повернувшись спиной, он услышал:

– Это ещё почему?! – недоуменно и будто со злостью.

– Делай, что велено, – второй голос был младше, и явно принадлежал женской особи. – Пошли, ребят. И по двое, колонной.

А вот это уже было интересно… он приостановился, и чуть повернул голову, выискивая "командующего". Удивительно, но остальные послушались "приказа". Он это запомнит. Может, всё не настолько безнадежно. Больше он не был намерен медлить, и пошёл вперед колонны.

Подняться по трапу, войти в шлюз. Дождаться закрытия и герметизации. Сухо приказать ждать колонне. Когда давление было сбалансировано, а система подтвердила нормальные показатели, он свернул шлем и развернулся к землянам.

– Снимайте шлемы, – приказал он. – И скафандры. Они вам больше не понадобятся.

Первой подчинялась та, что говорила с оставшимся. Вслед за ней, зашевелились остальные. Неуклюже, неловко, каждым движением выдавая свою неумелость. И он не ошибся, оценивая их "скафандры". Неудобные, тяжелые, грубо сляпанные… лишь немного лучше тех, что он видел на Рронахе. Там в скафандры влазили через верхнюю дыру, к которой потом цепляли шлем. Он перевел свое внимание на первую фигурку. Меньше большинства, но справилась быстрее остальных и смотрит на него прямо, спокойно. Сильно выделяясь на фоне остальных, опасливо и настороженно оглядывающихся тайком.

– Я офицер Эон, – стоило ему представиться, как группа подростков окончательно стихла. – По распоряжению капитана корабля, вы передаетесь под моё руководство. Вы здесь не гости, вы балласт, и им вы и останетесь пока не докажете иного. Не подчинение приказам, нежелание учиться, пререкания будут пресекаться и наказываться. Не советую испытывать моё терпение.

Он не повысил голос ни на один градус, но явно был услышан. Его стали опасаться еще больше.

Но не первая…

– Имя? – он посмотрел на нее.

Та секунду помедлила, а потом выступила вперед на шажок.

– Кая Меллоу. Офицер Эон, мы понимаем, что вас заставили с нами возиться. Но мы не доставим проблем.

– Ты говоришь за всех, или за себя? – уточнил он.

– За всех, – вместо неё ответила смуглая и черноволосая девушка рядом.

Эон видел, как та ткнула локтем рядом стоящего светловолосого крепыша.

– Да-да! – пробурчал тот.

Согласное бормотание и молчаливые кивки.

– Тихо, – шум оборвался, а он вновь посмотрел на Каю Меллоу. Воспользуемся обстоятельствами. – Говоришь за всех, отвечать будешь за всех.

А вот теперь на лице отразилась опаска, но девчонка почти сразу справилась с собой, мелко кивнув.

– Подойди, – она подчинилась и он продемонстрировал группе маленький красный прямоугольник в несколько сантиметров в высоту. – Это стикс.

Сероволосый в группе дернулся, но офицер старательно проигнорировал его. Вместо этого он сам шагнул к Кае и приложил к ее шее стикс. Прямоугольник развернулся в тонкую ленту и обхватил горло. Та испуганно вздрогнула, а он внимательно и серьёзно посмотрел ей в глаза.

– Ответственность начинается с малого, – сказал он. – Один отвечает за всех, и поступок каждого будет иметь последствия. Подчинение приказу, залог вашего выживания на базе Странников. Вы обязаны выучить этот закон.

Он отошёл от Каи, пройдясь вдоль строя.

– Во что вы цените жизнь другого? Того, кто готов взять на себя ответ за ваше неподчинение приказу? Ты! – он резко остановился рядом с крепким шатеном лет семнадцати. – Лёг, на пол, лицом вниз!

Резко, быстро, отрывисто и Эон мрачно убедился в своих предположениях. Тот растерянно дернулся, заморгал и явно непонимающе метнул взгляды по сторонам.

– Наказание! Один! – жестко сказал он, не отрывая взгляда от парня.

Активировавшийся стикс в ту же секунду согнул девчонку за спиной Эона. Она упала на колени, и руки её бессильно шарили по коже, и не могли нащупать полоску стикса. А потом она вовсе упала на пол, корчась от разряда. Эон стоял неподвижно, смотря на парня, и не реагируя на поднявшиеся вопли вокруг:

– Хватит!… Что вы делаете?!… Не надо!… Ложись, идиот!… Кая!

Парень наконец опомнился, и поспешно исполнил приказ, опустившись на пол.

– Отмена, – уронил он.

Стикс прекратил своё действие и девочка громко всхлипнула, дрожащими руками опираясь о пол, ломано села.

– Встань, – негромко велел он. – ВСТАНЬ!

Меллоу с трудом встала. Лицо бледно, губы вздрагивают, и руки мелкой дрожью, которые она сжала в кулачки. Так трясущиеся пальцы перестали быть видны.

– Надеюсь, этой демонстрации достаточно, – негромко сказал он, обращаясь ко всем. – Командир несёт ответственность за всех. За всех вас. Ясно?

– Да, сэр, – прошептала в ответ Меллоу, и наконец подняла голову, посмотрев на него долгим взглядом.

Но страха не было. Даже обиды он не различил. Она будто просто… просто запомнила, что он сделал. Неплохо. Лучше некоторых новобранцев на его памяти.

– Ты! Встал в строй! – велел он парню, который угрюмо неуклюже поднялся.

Да… придется повозиться…

– Стикс на корабле носят все из рядового состава и все офицеры младшего звена. Меллоу получила право носить его. Вам его лишь предстоит заслужить. Без него вам запрещено свободно передвигаться по кораблю. Вы можете быть там, где будет Меллоу. И она будет подчиняться приказам всех офицеров и нести наказание за ваше поведение. Ясно?

Бормотание и угрюмое отмалчивание.

– Ясно?! – повторил он жестче.

– Да, сэр! – хором в разнобой ответили ему зло.

Ладно… пока пусть так.

****************************

Кая украдкой вновь дотронулась до шеи.

– Как ты? – рядом сел Шон и она пожала плечами, не глядя на него.

– Теперь ты не хочешь меня знать? – тихо произнес он.

– Дурак, – хрипло отозвалась Кая. – Просто… я упала.

– Что? – он не понял, а Кая наконец подняла голову.

Карие глаза серьёзны, а уголки губ опущены вниз.

– Я упала. Я не выдержала. Больно было… а другие наверно… стыдно.

Он наконец понял и качнул головой.

– Поверить не могу! Кая, да всех в первый раз при номере один на пол бросает. Потом… привыкаешь. А вот со второго хуже. Долго, и офицер выше тебя отмену не сделает. Тебя парализует, и ты падаешь там, где стоял. И боль… и время, растут с каждым номером наказания. На корабле нельзя позволить хаоса и неподчинения. Это необходимость… обиделась?

Кая помотала головой.

– Так это правда? Что все… носят это?

– Да. Кроме старших по званию и капитана корабля.

– И ты?

– Раньше. Сейчас… я здесь, – туманно ответил он.

Кая со вздохом потерла шею, и обвела взглядом помещение. Группе подростков выделили одно помещение. У стен, двуярусные койки в нишах стены, два длинных стола, "железные" скамейки. В стенах ярко горят линии, освещая пространство. Очень… скудно. Аскетичненько, как говорила учительница Кай в школе. Но разве стоило ждать номера люкс? Рядом помещение для справления нужды. И чтобы привести в порядок себя.

– У нас ошейники только животные носят, – негромко заметила она.

– Это не ошейник. Стикс…

– Я поняла, – оборвала она его. И вздохнула. – Зато… я как бы своя. Раз ношу его.

Шон отвел взгляд.

О чем они только думали?!

На руке Кай замигал браслет и она недоуменно посмотрела на него, а потом подняла, показывая Шону. Тот глянул.

– Коснись пальцами. Это вызов.

Кая подчинилась.

– Назови себя, – подсказал он.

– Кая Меллоу, – подчинилась она.

– Эррет Меллоу, вызов на верхнюю палубу.

Кая послушалась шипению Шона "ответь!" и по наитию, а скорее по примеру просмотренных старых фильмов, сказала:

– Так точно!

Браслет погас. Она вопросительно посмотрела на Шона.

– Со стиксом и браслетом ты можешь спокойно перемещаться по кораблю, – пояснил тот. Впрочем это, ей сказал и офицер Эон.

– Я не знаю, где верхняя палуба, Шон. А если я… встречу других? Офицеров?

Кая опасалась сделать что-то не то. К счастью, "парень" понял ее.

– На тебе нет формы… ты пока… не член команды. И они знают о вас. Дойдешь до лифта, там приложишь браслет к панели, на нем данные места назначения. Там выйдешь.

– А дальше? Куда мне идти? Хоть бы сказали к кому…

– Тебя встретят, – мрачно пообещал Шон.

Кая закусила губу. Ну, что поделать?

– Тогда не стоит заставлять себя ждать…

Глава 7: Офицер хороший!

Лифты Кая никогда не любила. Это противное чувство вознесения вверх или наоборот провал в пустоту в тесной металлической кабинке! И вот это, когда внутри аж что-то дергает-ёкает, когда лифт останавливается. Может это и смешно, но Кая иногда думала, что лучше пешком подняться на сороковой этаж на подгибающихся ногах, чем оказаться замурованной в шахте между этажами. Ведь лифт и в их просвещенный век не являлся таким уж безопасным способом передвижения. А раньше они еще и падали…

Инопланетный лифт на корабле оказался таким же тесным… разве что овальным, и внутри не оказалось поручней, за которые можно было ухватиться. Всё что оставалось, это просто прилипнуть спиной к стене кабинки… на секунду подумалось, что можно было бы и сесть на корточки… но представив себе открывающийся лифт, и как она оказывается сидящей на полу под взором инопланетчиков наверху… в общем, лучше постоять!

"Ой, мамочка!" – это пожалуй все, что успела подумать Кая, когда лифт рванул вверх, захлопнув створки дверей.

Через пять секунд лифт остановился… казалось бы без рывка, но внутренности будто крутануло сальто, а волосы на голове чуть не встали дыбом. Это не лифт, это истребитель какой-то! Створки распахнулись и гулко сглотнув, Кая на несгибающихся ногах сделала шаг за его пределы и чуть не взвизгнула, когда створки за спиной тут же захлопнулись, а к ней подлетело на скорости какое-то… что-то круглое и металлическое, выпустившее луч и будто просканировавшее ее с головы до ног.