Салли Трикстер: Принцессы умирают

Принцесса и агент

Центральная площадь перед Небесным Храмом имени архиепископа Орайнона была полна людей. Все застыли в ожидании и наблюдении, огромные экраны транслировали церемонию свадьбы принцессы Софьи О'Дотис-тис-Сотириас и принца Марка Креос-Аматоса. Народы всей Патриды ликовали и плакали от радости, когда подписи были поставлены и супруги подтвердили брак поцелуем. И настал знаменательный день для всех. Своим священным браком юные правители объединили государства и пришли к единому правительству планеты. Что, в свою очередь, означало то, что она может наконец стать полноправным членом Коалиции. Для простого народа это означало развитие медицины, образования, высоких технологий, что улучшат быт и жизнь каждого, множество рабочих мест на новых производствах. К этому патридцы стремились вот уже чуть больше пятидесяти лет, и наконец свершилось: долгие войны и дворцовые интриги закончились, начиналась новая эра развития.

Торжественная музыка, словно горная река, вылилась на площадь, когда двери храма открылись и толпа взревела. Салли, оглядев многочисленный люд, что сливался в единую радостную массу, заметно занервничала перед предстоящим и неосознанно сильнее прижалась к руке мужа.

– Не волнуйся, я рядом, – с лёгкой улыбкой произнёс Марк, неверно растолковав её волнение, и заправил выбившуюся серую прядь за ухо жены.

– Угу, – еле слышно ответила ему такой же улыбкой девушка.

Вдвоём они спустились по лестнице к небольшой трибуне. Сенатор из Коалиции с дурной фамилией, которую все сокращали до Ржезач, подошёл к ним с радушной улыбкой и положил на трибуну документ в папке. Молодожёны молча расписались под условиями меморандума и согласием Патриды на вступление в Коалицию.

– Начни речь, – шепнул ей муж. – Так будет лучше для момента в истории.

Кивнув, Трикстер прикрыла глаза и глубоко вдохнула, собираясь с силами. Последние два с небольшим месяца были нелёгкими, но наконец-то почти всё закончено.

– Жители Патриды, рада видеть и приветствовать вас всех здесь, моё сердце и мысли с вами в этот знаменательный для нашей планеты день, – начала говорить она, и экраны переключились на крупный план выступавшей. – Наш путь был тернист, полон сомнений и жарких споров. Много жертв было принесено, чтобы мы с вами стояли сегодня здесь, но этот день настал! – Девушка сделала паузу, чтобы отгремел шквал оваций и одобрительных криков. – Сегодня я, принцесса Софья О'Дотис-тис-Сотириас, и принц Марк Креос-Аматоса соединили свои души и сердца в священном браке под сводами Небесного Храма и объявляем об объединении стран Эстиа и Фотья. С этого самого момента… – Принцесса подняла папку с документом. – Патрида официально вступила в Межпланетную Коалицию!

Марк хотел было её обнять, но Салли подалась вперёд, не дав ему этого сделать, так как это не входило в план. Положив бумаги обратно на трибуну, наклонилась к микрофону поближе, чтобы завершить свою речь.

– Теперь мечта моего отца, моя мечта и мечта многих из вас исполнилась, и нас ждёт лишь новая веха в нашей истории, что окрасится…

Девушка не договорила, так как её тело дёрнуло назад, и она резко упала навзничь. Трикстер задохнулась от сильного удара в грудь, попыталась набрать воздуха лёгкими, но почувствовала лишь боль. Зрение начало смазываться, а кровавое пятно на белоснежном платье расплываться сильнее. Телохранители стаей налетели на них со всех сторон, закрывая от очередного выстрела.

– Софья! Софья! – звал её где-то рядом Марк.

Видя, что каким-то немыслимым образом одно из изображений на экране всё же осталось на ней. Салли коснулась лица мужа, оставляя на щеке кровавый след, и слабо улыбнулась перекликающемуся символизму с его фамилией.

– Не дай моей мечте умереть вместе со мной… – прошептала принцесса губами, и её дыхание оборвалось.

[За шесть месяцев до этого… ну плюс-минус]

– МЭЙ-ДЕЙ! МЭЙ-ДЭЙ! ДИПЛОМАТИЧЕСКОЕ СУДНО «НАДЕЖДА» ПОДВЕРГАЕТСЯ АТАКЕ! ВСЕМ, КТО НАС СЛЫШИТ, ПРОСИМ ПОМОЩИ!!! МЭЙ-ДЭЙ! – разрывал призыв бедствия тьму космического пространства на всех частотах.

Сам же космос озарялся вспышками выстрелов, шесть небольших манёвренных перехватчиков, словно пираньи, кружились вокруг своей добычи, выводя из строя все жизненно важные системы корабля. Целенаправленной атакой противник сначала вывел гипер-движок, чтобы судно не могло скрыться, после разнёс немногочисленное вооружение старого корабля и сейчас пытался пробиться сквозь щиты, генератор которых держался на последнем издыхании. Все призывы «Надежды» к диалогу атакующие игнорировали. Налётчики из картеля Рахими1 напали, чтобы ликвидировать, а не договариваться.

Кромешную тьму прорезал силуэт ангела, что потянул свои крылья к пиратам. Но вместо касания мифического существа два корабля пиратов разлетелись в пространстве на атомы от ударов тяжёлых термических ракет. Магнитные вспышки озарили космос, выводя навигационные системы противников из строя на несколько секунд. Озорница Кошмара клином прошлась меж дезориентированного врага, и массированный удар из плазменных орудий разнёс ещё троих, а жаркий луч лазера разрезал последнего, словно горячий нож масло. После чего корабельные пушки изничтожили остатки.

– Надежда, говорит капитан Озорницы Кошмара, Кара Корано, вы там ещё живы? – спросила агент с довольной улыбкой, отпуская штурвал, чтобы Чертила перехватил управление обратно.

– Озорница Кошмара, не знаем, кто вы, но сегодня вы спасли не только тридцать четыре жизни, но и надежду на светлое будущее Патриды! – взволнованно откликнулся писклявый голос с дипломатического судна под фоновое ликование экипажа.

– Подведомственное Управление Планетарной Обороны Коалиции, всегда рады служить, – наигранно откозырнула Кара невидимому собеседнику. – Через час прибудет крейсер «Цербер» с сопровождением, они вас подлатают и отбуксируют, протянете?

– Да-да. Системы повреждены, но работают. Разве что щиты могут отказать, будем благодарны, если вы нас посторожите от возможного подкрепления и нежелательного космического мусора, что может нанести урон.

– Вас поняла, не беспокойтесь, – передала им Корано и уже обернулась на смотрителя корабля. – Сканируй местность в широком диапазоне и защитный протокол.

– Будет исполнено, – кивнул Чертила.

– Озорница Кошмара, – прописклявил вновь динамик. – Когда прибудет «Цербер», можем ли мы рассчитывать на то, что вы подниметесь к нам на борт? Принцесса Софья О'Дотис-тис-Сотириас хотела бы наградить наших спасителей.

– Это можно, только без долгих церемоний, у нас график. Две медальки подготовьте, – усмехнулась женщина и встала с кресла пилота.

– Прошу прощения, агент Корано, но я тоже участвовал в разгроме налётчиков Рахими? – проговорил Чертила, направляясь вслед за капитаном.

– Консервным банкам награды не положены, да и подумаешь, велика заслуга лазером лоханку разрезать, – ответила Кара на замечание дрона и, остановившись у лестницы, ведущей вниз оружейного терминала, крикнула: – Сопля! Отлично постреляла, не зря на свои игрушки время убиваешь.

– А то! – весело откликнулась девушка из глубины отсека. – Да я бы ещё десяток сбила, дали бы возможность.

– Ты там сильно не задавайся. Каждый сбитый корабль – это не просто точки на стратегическом табло, а всё же от одного до пяти трупов на твоей совести, – напомнила ей Кара.

– Да блин! Вот вечно тебе всё испортить надо, – недовольно проговорила Трикстер, поднимаясь наверх.

– Просто напоминаю, да, пираты, да, уроды, но всё же люди. Не радуйся этому, – проговорила женщина и подала руку подопечной, чтобы одним рывком вытащить её наверх. – Там, как «Цербер» доберётся, нас награждать будут. Какая-то принцесса, так что беги марафет наводи. Будет тебе добавка к твоей медальке.

– Что, прям принцесса? Прям настоящая? – вопросила Салли.

– Да я откуда знаю, сказали, принцесса Софья, хрен там выговоришь какая, хрен пойми откуда…

– Принцесса Софья О'Дотис-тис-Сотириас, – перебил говорившую дрон своим уточнением. – Юная правительница государства Эстия с планеты Патрида, система…

– Не нуди! – одновременно оборвали просветительскую речь смотрителя корабля живые члены экипажа.

– Блин, прикольно, – проговорила девушка в предвкушении. – Всё, я гладить форму. Ты тоже жопу свою в доспех поприличнее закуй.

– Сегодня я тебе пальцев ещё не ломала, так что аккуратнее со словами, – усмехнулась Кара вслед убегающей Трикстер. – Чертила, сообщи, как «Цербер» прибудет.

– Всенепременно, – сделал шарообразный дрон движение в воздухе, похожее на кивок, и, мигая своим окуляром, отправился обратно на мостик корабля.

Салли в отутюженной форме со своей звездой героя прошла вслед за Корано через шлюзовой отсек на борт «Надежды». Встретил их нелепый мужичок в возрасте с крючковатым носом в забавных и слишком пёстрых, по мнению Трикстер, одеждах. Девушка не знала, как называлось это подобие платья, но многообразие разноцветных полос ткани в убранстве встречающего делало его больше похожим на клоуна.

– Мои мысли и сердце с вами, – коснулся он лба, а после сердца и повёл рукой в открытом жесте к ним. – Рад приветствовать наших спасителей Кару Корано, – безошибочно определил он. – И?..

– Это агент Сопля, – представила женщина девушку, осматривающую богатое убранство корабля.

– Агент Сопля… – проговорил он своим писклявым голосом, взглянув на Трикстер.

Мужчина оборвался на полуслове и вытаращился с нескрываемым удивлением на гостью. Она от такого пристального внимания даже почувствовала себя неловко. Вряд ли он был удивлён настолько уже имеющейся у неё наградой. Это, конечно, весьма значимая медаль, но не для такого взгляда.

– Сопля как Сопля – секретный агент. Мы идём или как? – с какой-то суровостью спросила Кара у встречающего.

– Да-да, прошу прощения, – опомнился он. – Я Олиз Тероз, пресс-секретарь принцессы Софьи, – прописклявил он и, вновь с удивлением взглянув на розововолосую девушку, жестом поманил их за собой. – Мы очень благодарны силам Коалиции за защиту, хоть наша планета и не входит в её состав, но принцесса Софья прилагает все усилия, чтобы это исправить, – пустился сопровождающий в объяснения на ходу. – Многим это не нравится, но мы даже не могли и подумать, что кто-то опустится до такого уровня, чтобы натравить на нас этих мерзавцев.

– Я бы посоветовала вам теперь усилить охрану принцессы, – кивнула Корано. – Потерю шести кораблей Рахими примут уже на личный счёт и постараются отомстить обязательно, вывернув карманы заказчика, конечно, наизнанку.

Трикстер шла по коридору за Карой с Олизом, совершенно не слушая их разговор о пиратах и системах безопасности. Она крутила головой по сторонам – интерьер корабля так и кричал о богатстве и важном статусе его владельца. Резные орнаменты и составные мозаики, что начинали перетекать в разные картины, уловив движение рядом с собой. Гвардейцы, что стояли вдоль всего коридора, были в безупречных ярко-красных мундирах и начищенных сапогах. Они стояли неподвижно, словно статуи, и отдавали им честь, когда агенты проходили мимо. Правда, от Салли не утаилось, что все украдкой поглядывают на неё. Те, кто был помоложе, даже поворачивали свои головы вслед.

– Кара, чего они на меня так все таращатся? – спросила девушка, когда пресс-секретарь оставил их в конце коридора и отошёл подготовить торжество приёма.

– Да если б я знала, – пожала женщина плечами. – Ну, если ты не заметила, у них тут яркие цвета в моде, может, твоя розовая башка – моветон прошлого сезона или как там говорится? – усмехнулась она.

– Да иди ты, – надулась Трикстер.

Ближайшие гвардейцы подняли вверх странные на вид духовые инструменты и продудели громкие фанфары, приглашая их пройти дальше.

– Дамы и господа, подданные Эстии, разрешите вам представить наших спасителей и отважных агентов Подведомственного Управления Планетарной Обороны Коалиции агентов Кару Корано и Соплю.

Все присутствующие взорвались аплодисментами и приветственными возгласами, пока они выходили в центр зала. Когда пик ликования начал снижаться, люди зашептались, искоса поглядывая на розововолосую девушку.

– Агент Корано, агент Сопля, – прописклявил Олиз Тероз, когда все стихли. – Принцесса Софья О'Дотис-тис-Сотириас.

Он дал знак охране, и шкафы, что отделяли их от вашего высочества, расступились. Настал черёд агентов удивляться. Салли вытаращилась на принцессу, как другие на неё. Только девушку совсем не интересовало её серо-голубое платье, что отлично лежало на контурах фигуры, ни множественные украшения из золота, ни узкий платиновый венец, что двумя зубьями вздымался над серыми волосами и был украшен инкрустированным цветком граната из рубиновых камней. Больше всего удивляло лицо принцессы. Оно было точно таким же, как и у Трикстер. Софья, что держала коробочку с медалями, тоже удивлённо посмотрела на гостью, но ей хватило сил сохранить самообладание.

– Пропустите, – проговорила принцесса охране, что преградила путь агенту Сопле, и сама пошла к ней навстречу.

Приблизившись, девушки начали рассматривать друг друга. Если не считать, что Софья была немного выше, с чуть более выдающимися формами и серыми волосами, то Салли словно в зеркало смотрела.

– Волосы красишь? – спросила первой принцесса.

– Да, – кивнула агент.

– Они серые, как и у меня?

– Да.

– Наша фамильная черта, откуда ты? Кто твои родители? – задала особа королевских кровей новые вопросы.

– Порт Улисс, родителей… не знаю, я сирота, – тихо проговорила Салли, всё ещё не отрываясь взглядом от собеседницы.

– Сколько тебе лет?

– Семнадцать.

– На два года младше, и… – нервно улыбнулась Софья. – Мой отец часто бывал в Порту Улиссе с дипломатическими миссиями. Его убили там семнадцать лет назад… примерно.

– Забавное совпадение, – нервная усмешка не смогла скрыть внутреннее волнение Салли.

– Это грустно, но, может, и не совпадение, – тихо проговорила девушка с венцом на голове. – Если ты позволишь, я бы хотела…

– Да мне плевать, что вам там хочется, ваше высочество, в галактике семь триллионов людей, ещё сто-тысяча похожих морд ещё найдётся! – резко и в повышенном тоне произнесла Салли. – Это моя медалька, да?

Трикстер указала пальцем на одну из наград в коробочке принцессы, что та держала в руках. Не дожидаясь ответа от собеседницы, грубо схватила её и положила себе в карман, после чего прикусив палец, отвесила карикатурный поклон.

– Спасибо, рада была служить и всё-такое, – уже с нескрываемой злостью и раздражением выговорила агент. – Но у меня дела ещё, счастливо оставаться, бывайте… ну и… похер…

Салли развернулась на каблуках и сделала несколько шагов от особы королевских кровей, но ей преградили путь гвардейцы.

– Разошлись, или я вам сейчас всем е… – чуть ли не прорычала агент угрозу, уже трясясь от нахлынувших эмоций.

Система корабля, которая уже идентифицировала девушку как несовершеннолетнюю, услужливо оглушила всех присутствующих протоколом незабвенной цензуры.

– …набью! – закончила Трикстер.

– Пропустите, – поспешно произнесла Софья, справившись с головной болью.

– Я на «Озорницу», – раздражённо фыркнула агент, проходя мимо Корано.

– Сопля, стой, – строго приказала ей Кара.

– Иди на х… – бранные слова вновь потонули в громком звуке, заставляя всех схватиться за голову.

– Ваше высочество, прошу простить поведение агента Сопли, – обратилась Кара, когда тишина в зале начала становиться уже неловкой. – Не знаю, что это на неё нашло. Видимо, ваша схожесть сильно выбила её из колеи, а тема родителей очень… чувствительна для неё.

– Я бы хотела задать вам несколько вопросов о ней, – кивнула принцесса.

– Она засекреченный агент, много я сказать не смогу, но давайте попробуем, – кивнула женщина и усмехнулась. – Самой теперь интересно.

Обматерив по пути Чертилу, Трикстер влетела в свою каюту и заблокировала дверь. С несколько минут девушка стояла и давила в себе нарастающую ярость, что уже клокотала в горле. Потом всё же сорвалась и превратилась в неудержимый торнадо, что крушит всё, что попадалось под руку. Крик девочки прерывался лишь на ругательства, адресованные принцессе Софье. Успокоится удалось, когда она, совсем разбушевавшись, ударила лбом настенное зеркало. Боль отрезвила, и девушка упала на кровать, зарывшись лицом в подушки, Салли заревела словно маленькая девочка. Заревела так привычно, но как уже давно не ревела.

Спустя пару часов дверь в каюту Трикстер отъехала в сторону, и Кара, согнувшись, протиснулась внутрь.

– Слышь ты, жопа с мышцами, я дверь блокирую, чтоб никто не входил, – недовольно проговорила девушка, выдыхая дым из электронного испарителя.

– Ну, во-первых, Сопля…

Корано шагнула к подопечной, что валялась в подушечно-одеяльном укрытии, и, схватив её за руку с испарителем, сжала ту, пока кости на пальцах не хрустнули.

– ААА!!! Бл…ин! – вскрикнула Салли, чувствуя, как раскрошившийся пластик впивается в сломанные пальцы.

– Я тебе говорила, будешь курить на «Озорнице» – буду нещадно пальцы ломать! – уже рявкнула на девушку Кара, чтобы усмирить наглость собеседницы.

– Говорила, – недовольно пробубнила она, баюкая больную руку.

– Та-а-ак! А ну-ка дыхни, – приблизилась к ней наставница.

– Да иди ты, – отмахнулась от неё Трикстер и попыталась накрыться одеялом.

Женщина, схватив её за лицо, притянула к себе и, нажав сильно пальцами на челюсть, заставила открыть рот. Учуяв запах вина, Кара грубо ударила Салли тыльной стороной ладони по лицу, но не сильно, чтоб не повредить новые зубы.

– Мне что, опять тебе тут камер с прослушкой навтыкать?! – прикрикнула Корано. – Сопля, Чертила тебя оглуши, ну серьёзно, сколько можно уже? Твердишь, что больше не ребёнок, а всё равно, как тупая малолетка хренью страдаешь.

– Я чуть-чуть, – потирая ушибленную челюсть, хмуро ответила она. – Нервы успокоить.

– Нервы физической нагрузкой надо успокаивать, а не дрянью всякой, – жёстко отрезала наставница и, заметив жалкий вид подопечной, немного смягчилась. – Обезбол? – спросила женщина, указав на заряженный медицинский пистолет на столике рядом с кроватью.

– Угу, – молча кивнула Трикстер и добавила: – Палец прикуси.

– Сама прикусывай, я этим дебилизмом с тобой страдать не собираюсь, – недовольно проговорила Кара.

Салли несколько секунд выжидающе смотрела на собеседницу. Суеверие Иоханга настолько сильно в ней укрепилось, что девушка уже испытывала чуть ли не физическую боль, когда кто-то не прикусывал палец. Поэтому она сама прикусывала свой, чтобы хоть немного успокоить психоз.

Кара убрала розовые волосы с шеи Салли и всадила ей инъекцию обезболивающего препарата. Трикстер в последнее время, на её взгляд, стала делать всё лишь бы выбесить. Пальцы ей женщина ломала уже по несколько раз на дню, но та привыкла и не считала это сильным наказанием. На прошлой неделе девушка не явилась на тренировку, поскольку напилась до беспамятства. Салли умудрилась надраться до такой степени, что не доползла до санузла и отключилась, лёжа на полу в собственных лужах. Рассвирепев тогда, Кара ей все зубы-то и повыбивала. Чертиле даже пришлось вмешаться, чтобы остановить агента Корано от чрезмерного членовредительства.

– На, – злясь теперь уже на собеседницу, протянула наставница ей запечатанный королевской печатью конверт.

– Что это? – спросила Салли, расслабившись, когда боль отступила.

– Провели ДНК-тест. Результаты знает только принцесса Софья, ну, её пресс-секретарь, наверное, ещё, – ответила Кара. – Думаю, и ты должна знать.

Здоровой рукой Трикстер схватила конверт, смяла и забросила куда-то в гору мусора под столом.

– Ну и что это такое? – непонимающе спросила женщина. – Ты вообще, чего там устроила, а?

– Во-первых, ты не имела права проводить этот…

– Сопля, я знаю, что могу, не указывай мне, – перебила девушку агент Корано. – Так что давай сразу второе.

– Да в мачичку эту принцессу с её хотелками, – раздражённо ответила Салли. – Как я уже сказала, среди семи триллионов рож похожих на нас ещё много наберётся. А то сразу допрос устроила и давай там фантазировать, чего-то хотеть. Да плевала я на неё с рампы звездолёта! – возмущённо разошлась уже девушка.

– Мне казалось, ты всегда хотела узнать, кто твоя семья, – проговорила женщина. – Вдруг ты тоже королевских кровей, ты ж мечтала стать принцессой.

– Пф-ф-ф… Детская наивность, – фыркнула собеседница. – Я – сирота, Я – агент без имени и прошлого, Я – никто, и не нужна мне семья, – недовольно надулась Трикстер.

– Ну как знаешь, – спустя некоторое время выдохнула Кара. – Иди тогда в медотсек лечи руку. Вечером тренировки не будет. Звони своему мозгоправу.

– Зачем это? – удивилась агент.

– Салли, тебя это задевает и сильно. Я же вижу, – несвойственно мягким для женщины голосом произнесла она. – Я с тобой сопли жевать не буду. Да я даже не понимаю, в чём твоя проблема.

– Моя проблема в том, что я снова стала ненужным мусором! – громко произнесла Трикстер и сорвалась в рыданья. – Если мы с этой тупой мачичкой сёстры, то это значит у неё было всё! Всё, что она только пожелает, с самого рождения, и тупые родители в придачу с лядской заботой и любовью в том числе. А я так, нагулянный выродок от случайной шлюхи. Плод измен мудака отца, который выкинули на помойку, когда солидные платежи от дохлого папочки прекратились!

Задыхаясь уже в своей истерике, Салли подтянула к себе ноги и уткнулась в них, пытаясь побороть нервный срыв.

– Я вот только-только всё это говно проговорила с психологом, – захлёбывалась она. – Хоть какую-то значимость свою начала чувствовать, а тут опять всё это всплыло.

– Сопля… – начала было Кара, но замолчала, поскольку особо нужных слов не подбиралось. – Поэтому я и говорю, звони ей вновь. Ну и что бы ты там сейчас ни думала, звезда героя у тебя за дело на форме висит. – Женщина легонько потрепала подопечную по голове. – Ты справишься, и не с таким справлялась.

Уже вечером Трикстер, набрав кучу еды и колы из раздатчика на кухне, уселась в своей каюте за консоль. Открыв список своих немногочисленных контактов в программе, нашла «Ветлана С» и нажала вызов. Соединение установилось быстро, но психолог сама долго не отвечала. Лишь когда Салли увидела заспанное лицо женщины, поняла, что на Эйпентаке уже глубокая ночь.

– Салли, – зевая, проговорила психолог, силясь отогнать остатки сна.

– Сопля, – поправила ту девушка.

Ветлана вообще не должна была знать её имя, Трикстер всё же была засекреченным агентом, но вовремя некоторых сеансов доктору всё же удавалось найти к ней точки подхода и разговорить. Обычно в такие моменты девушку прорывало, и она вываливала на психолога очень много. Большая часть этого многого была тоже засекречена, что в свою очередь доставило доктору немало проблем, поскольку военные прослушивали все их сеансы.

– Да, извини, агент Сопля, – кивнула женщина, запахивая халат потуже. – Тебя что-то беспокоит?

– Да, – хотела было уверенно произнести Салли, но сразу же расклеилась, и слёзы ручьём потекли по щекам.

– У-у-у-у… вижу, всё серьёзно, – протёрла глаза рукой собеседница и поднялась с кровати. – Ну, если это не совсем секретная информация, то рассказывай. Следовать.

Последнее слово женщины было адресовано мини-дрону, что выполнял лишь две функции: быть портативной камерой для видеозвонков и проецировать голографическое изображение собеседника. Он проследовал за хозяйкой на кухню, чтобы она приготовила себе кофе, не отвлекаясь от разговора.

Трикстер же рассказала Ветлане о встрече с принцессой. Как до этого всё было хорошо и их сеансы действительно ей помогли, а теперь всё это с вакуумным звуком смылось в унитаз.

– Ага, – сделав осторожный глоток горячего напитка, сказала доктор, когда пациентка закончила говорить. – Ну, тут классическая ретравмация. Это событие выбило тебя из привычной колеи, и ты вновь провалилась в роль никому ненужной маленькой Салли.

– Наверное… – шмыгнула Трикстер носом и потянулась к вентиляционной решётке каюты, где у неё был спрятан ещё один электронный испаритель.

– Ну смотри, помнишь, о чём мы говорили с тобой ранее? – задала психолог риторический вопрос, пытаясь остудить дыханием напиток. – Несмотря на всё то дерьмо, что произошло с тобой, ты выжила: и в детдомах, и на улицах, и на той необитаемой планете, и на каком-то вулканическом острове, и в пиратском плену. Весьма длинная череда испытаний для твоих семнадцати лет. Я вот в свои сорок могу похвастаться только подъёмом в горы на три тысячи метров и то чуть не умерла по дороге раз сто… а ну и недавно сделала себе отличную кухню в квартире. – Ветлана отхлебнула кофе и продолжила: – Ты живёшь трудную, но очень интересную жизнь. Гораздо интересней чем у… ну, к примеру, девяносто шесть процентов всех людей в галактике.

– Пф-ф-ф… – фыркнула Салли, достав наконец-то испаритель. – С радостью поменяюсь жизнями с кем-нибудь из них.

– Так, давай-ка напомни мне, в чём ты сильна? – попросила женщина и, обойдя обеденный стол, уселась на диван перед панорамным окном, во тьме которого мелькали яркие огни Мега-Столицы, галактического центра Коалиции.

– Повторять одни и те же ошибки раз за разом, – хмуро ответила Трикстер.

– Так, не-не-не, – со строгими нотками оборвала её психолог. – Ты знаешь, что я хочу услышать. Так что не вредничай.

– Я хороша в программировании, – как всегда, недовольно ответила девушка, повторять этот бред каждый раз ей уже надоело. – Ну, скажем так, эксперт во взломе некоторых областей.

– Очень хорошо, – кивнула Ветлана. – Напомни, за что у тебя звезда героя галактики?

– Я не могу сказать, вы же знаете, – затянувшись испарителем, сказала девушка, но скривилась от его мерзкого вкуса, тот уже давно исчерпал свой заряд.

– Тебя разве не накажут за курение?

– Только если поймают, – пожала Трикстер плечами. – И то не сильно.

– Наш сеанс записывается, твой куратор явно его просмотрит или ему доложат те, кто будет это делать, – напомнила доктор ей.

– Пофиг.

– Ладно. Давай тогда образно напомни, мне не надо тут секретных данных. Я и так из-за тебя не могу покидать систему в ближайшие десять лет.

– За исправление старой ошибки, но там… – потянулась Салли за чипсами в открытой пачке на столе.

– Тють! – резко перебила Ветлана её, подняв палец. – Достаточно. Знаешь, что я хочу сказать. Таких звёзд за всю историю галактики удостоились двести дватцать семь человек. – Она вновь глотнула кофе и продолжила: – Не знаю, что такого ты там сделала, но ты должна гордиться этим. Может, галактика никогда и не узнает о твоём подвиге, но ты его совершила – это уже что-то. У тебя много достижений разной степени, наверняка я и половины их не знаю из-за твоего секретного статуса. Просто ты привыкла думать об этом в негативном ключе. Как исправление ошибок, но кто не ошибается? Только тот, кто ничего не делает – серая биомасса общества, трутни развития человечества. Салли, ты не такая…

– Сопля, – вновь поправила говорившую девушка и откинула закончившийся испаритель вместе с отсыревшими чипсами.

– Во-о-о-от, – протянула собеседница. – Ты постоянно меня поправляешь, потому что уже сама понимаешь и разграничиваешь себя. Ты уже не та маленькая, обманутая, никому ненужная слабая девочка.– Она прервалась на большой глоток кофе. – Ты уже давно позиционируешь себя как уверенного агента с позывным Сопля. Хотя, как ты в начале мне жаловалась, что ты по принуждению, что у тебя украли жизнь, что нарекли этим идиотским именем. А на прошлом нашем сеансе ты в захлёб рассказывала мне, как уронила систему бункера и заблокировала там всех сепаратистов. Какие они были идиоты, а ты молодец.

– Да помню я всё это, помню, – простонала Салли, откинувшись на стуле. – Но просто эта блядская принцесса со своими подозрениями.

– Не ругайся, – нахмурилась женщина и, допив свой кофе, отставила кружку. – Что у тебя с хобби? Ты нашла себе занятие для разгрузки головы помимо игр и сериалов?

– Не-а, – лениво протянула Салли. – Я честно пыталась. Я пробовала: рисовать, вышивать, лепить всякую фигню, на укулеле играть, даже свечки варить. Вообще ничего не вставляет, всё только нервирует из-за неудач ещё больше.

– Ну, слушай, это всё творческие занятия. Но ты ведь у нас компьютерный гений, – проговорила Ветлана. – Почему бы тебе не попробовать создать свою игру или полезное приложение? Да хоть и бесполезное, но тоже дело.

– Эт сложно.

– Не сдавайся не начав. Ты любишь писать системный код, сама говорила, у тебя получится наверняка, и ты втянешься, попробуй. А пробелы в знаниях нейросеть возместит.

– Не люблю я эти искусственные интеллекты, – выдохнула Трикстер, вернув взгляд на психолога. – Ладно, я что-нибудь придумаю. Мне уже стало полегче, спасибо. Думаю, усиленная работа сейчас выбьет всю эту дурь у меня из головы.

– Агент Сопля, это крайне плохой вывод из… – начала было психолог, но собеседница её перебила.

– Ага, доброй ночи, – проговорила девушка и прервала связь.

Она закрыла глаза и крутанулась на стуле, чтобы выдохнуть. Беседа с Ветланой ей толком-то ничего и не дала. Вряд ли ей кто-нибудь может дать хоть какой-то дельный совет по этому поводу. Что ж, не беда, выкрутится сама. Кара правильно сказала. Всегда выкручивалась, и сейчас деваться некуда.

***

Салли шла по длинному серо-бетонному коридору вразвалку, расслабленно и не слишком-то торопясь, что крайне раздражало её сопровождающих. Два тюремных охранника шли за ней, шелестя свободными рубахами, периодически нервно поглаживали свои гладкие и длинные бороды, которые были заправлены за широкие ремни. Трикстер же, громко чавкая, жевала жвачку и надувала пузыри, чтобы подействовать им на нервы ещё больше.

Когда два месяца назад агент Сопля попросила Лин нагрузить её работой, чтоб забыть о той встрече с принцессой, то думала, что всё будет по-другому. Салли рассчитывала, что её сошлют в какое-нибудь неприветливое захолустье типа Глинозёма или что ей придётся, сутками напролёт крошить сервера государственных учреждений Коалиции в поисках уязвимостей, которыми может воспользоваться Айден. Ну или на крайняк выискивать его самого в сети, но, как говорится, «хрен там пел». Адъютант зампредседателя Планетарного Управления наградила Трикстер холодной улыбкой, и вот она в тюрьме.

ПУПОК по своим каналам быстро сфабриковал нужное дело и направил Соплю в женское исправительное учреждение на планете Арта-Лораг, что в системе Завия, сектор Гурт. Казалось бы, никакого обмана, её готовили к тому, чтобы быть полевым агентом, но Гурт был когда-то основой Ашаризмской Империи, и осколки культурного наследия всё ещё проглядывали на планетах.

– Проклятье палящего солнца! Алкогольный синдром плода, шевели конечностями быстрее, – не выдержал один из мужчин и ткнул её дубинкой в спину.

– Слышь, жертва анальной дефекации, тебе там лишняя хромосома не давит? – вызывающе воскликнула Салли и, резко развернувшись, вырвала дубинку из руки тюремщика. – Ещё раз ткнёшь меня этой хренью, и я тебе калообрезное кольцо раздраконю ею же.

– Брат, не трать силы на кяфиру2, – остановил товарища второй охранник, что уже был знаком с Трикстер, точнее, с её вымышленной личностью. – Этот молокозавод уже мертвец, бросишь камень потом побольше да посильнее.

Конвоир повернулся к заключённой и спокойно заговорил с ней, но при этом убрал руку в густую бороду в районе пояса, где у него находился зетник.

– Айна, ты и так уже опозорила своё имя и родителей, что им тебя нарекли. Будь покорна хоть эти последние дни, и да смилуется над тобой…

– Пф-ф-ф… Сыкливые мунафики3, – фыркнула девушка и бросила дубинку обратно в руки владельцу.

Развернувшись, Трикстер в том же темпе направилась дальше. Сейчас ей драка не нужна была. В общем-то жизнь в этой тюрьме оказалась гораздо проще, чем она думала. На Арта-Лораге осколки культурно-конфессионного наследия преобладали среди местного населения в самом его дремучем и извращённом проявлении. Местный искажённый Ашаризм женщин по факту и не считал за людей. Тут они были наподобие домашних питомцев в гаремниках мужчин. Безвольные, безропотные, в смиренном служении. Поэтому тюрьма и была в основном полна обычными домохозяйками, которые либо сказали что-то не так, либо как-то не так оделись, либо же посмотрели на мужа так, что ему не понравилось. Салли услышала множество доводов в защиту этого режима от Лин, но для неё всё было проще: не важно какое мороженое тебе дадут вечером, если весь день пихают кактус в зад.

Подобная дикость, естественно, не могла не поразить Трикстер. Тому, что система с подобными планетами была в составе Коалиции, она уже не удивлялась. Здесь наверняка изобилуют различные редкие ресурсы, которые и диктуют потребность закрывать глаза на местный абсурд религиозного наследия.

Да чего уж там, её саму по истории приговорили к смертной казни через забрасывание камнями. Столь суровая мера наказания её ждала всего-то за розовые волосы – признак жены шаймантана. Что это был за чёрт такой, Салли так и не поняла. Какой-то злобный и бессмертный упырь, которого все знают, но никто никогда не видел, а он гадит всем всегда. К этому в добавок девушка ещё была слишком откровенно одета и своей обнажённой кожей искушала светлые умы достопочтимых мужей. Что больше всего, конечно, повеселило Трикстер, так это самая страшная её статья. Она оскорбила какого-то Альманаха или Аль-Хайтама. Этот парень был у местных чем-то вроде божка или пророка. Только тот был из столь древних времён, что когда он жил, человечество не то чтобы в космос ещё не вышло, задницу нормально подтирать не умело. Агента очень веселил тот факт, что все эти религиозные фанатики настолько были не уверены в силе своего бога, что его понадобилось защищать юридическими законами смертных. Бред, да и только.

Тюрьма делилась на несколько блоков по степени «падшости» арестанток, и ей необходимо было попасть туда, где содержали самых отъявленных преступниц. Тех, кто смел публично требовать права, отказывал мужу или не приведи… кто там у них?.. поднял руку на мужчину.

Трикстер стыдилась и чувствовала себя очень некомфортно по отношению к этим бедным женщинам. У них и так жизнь была не фонтан, а тут ещё и она появилась. Роль неадекватной задиры и хулиганки для неё была в новинку. Агент потратила много времени, чтобы понять, как действуют местные оскорбления. Нецензурные выражения на прямую, как она привыкла, не работали совсем. Материться постоянно на местном диалекте не хотелось, этот язык был слишком груб и неприветлив для неё. Пришлось привыкать к адаптивным правилам абсурдных ругательств. Когда проблема коммуникации была пройдена, то там уже ей помог собственный опыт. Салли и сама была частой жертвой таких уродов, которым теперь пыталась подражать. Постепенно блок за блоком она перемещалась к цели, поскольку забитые жизнью заключённые порой даже не сопротивлялись особо. Те, кто всё же пытались, не могли дать достойный отпор тренированному агенту. Охрана обычно брезговала марать об неё руки – всё равно её казнят. Этот факт тоже ужасал, во всей галактике был мораторий на смертную казнь, но здесь конституция позволяла это в великие религиозные праздники. Дабы очистить общество и душ падших. Пару раз за это время надзиратели, конечно, её побили, но в основном предпочитали стрелять из зетника, когда девушка уж слишком сильно входила в роль. У Трикстер даже нервный тик из-за этого ненадолго выработался.

Дойдя до конца коридора, Салли дождалась, когда двери откроются, и вошла в блок для самых опасных.

– Падшая С2-К178-аят4 доставлена, под вашу ответственность, – громко и чётко проговорил один из её конвоиров встречающей свите.

Достав планшет, что был заткнут за пояс под бородой, он перекинул им необходимый файл, и дверь начала закрываться, оставляя агента наедине с новыми тюремщиками.

– Очень хорошо, очень хорошо, – закивал довольно начальник блока, судя по количеству вплетённых в его бороду жемчужных бусин, изучив личный профайл новой арестантки. – Именно такую падшую носительницу влагалища я ждал, – улыбнулся он и уже подошёл к заключённой. – У тебя будет шанс прожить до Курама-Брама5 в достатке и комфорте, если послужишь мне напоследок. Покорись и целуй перстень в знак своего смирения.

Он поднёс руку с отёкшими пальцами к губам девушки, чтобы та поцелуем признала его власть над собой. Вот здесь уже Салли нужно было устроить потасовку по плану.

– Слышь, подбородочная мотня с лобка, иди вялить свой корнюшончик в междубулочье своих братьев, – скривившись, она плюнула ему на перстень. – Пока я не заземлилась у тебя роже, дабы скинуть каловый балласт.

– Кол харА челб! Тах-хатЕк6, – разъярился начальник и ударил Салли тыльной стороной ладони по лицу.

– Тозз фик, эль’ан абУк7, – перешла всё же Трикстер на местный диалект, чтобы позлить собеседника ещё больше и облизнула пересохшие губы в предвкушении.

Видя, как побагровел этот напыщенный индюк, агент не стала ждать и решила устроить драку сама. Что есть силы девушка зарядила начальнику блока коленом промеж ног. После уже вцепилась в святая святых – его бороду. Трикстер хотела выдрать из неё как можно больше волос, чтобы унизить того ещё сильнее. Стоявшие рядом охранники градом дубинок налетели на неё. Кого-то она успела даже ударить в ответ, пока один из них рывком не впечатал её в стену и не приставил зетник меж лопаток, а после заковал руки успокоившейся заключённой в наручники.

– Отведите её к угольной шахте, – проорал начальник, скрючившись от боли. – Так или иначе кяфира послужишь мне, альф азбАб фи кыс уммАк!8

Трикстер лишь усмехнулась разбитыми губами и сплюнула кровью в его сторону.

– Б аррА нейк9, обоссанные штанишки! – крикнула она, пока её под руки утаскивали по коридору.

– Айна, хватит уже испражнений ртом, – отвесил ей подзатыльник один из охранников.

Девушка решила всё же успокоится, цели своей она добилась, хоть голова и трещала теперь, а тело ломило. Пока её вели в камеру, незаметно отлепила от наручников «жука-рыхлителя», что повесил туда подкупленный работник исправительного учреждения, и прицепила того на внутреннюю сторону рукава своей робы.

Тюремщики довели её до новых «апартаментов» и, сняв наручники, грубо впихнули внутрь.

– О, какой здесь милый баррель нефти, – противно-наигранным голосом произнесла Трикстер, увидев темнокожую сокамерницу, и с довольной улыбкой направилась к ней. – На этот коричневый космодром я зад-то свой и заземлю.

– Простите, я вас не очень поняла, – испуганно проговорила Мелодия и начала отступать к противоположной стороне.

Девушка, к которой агента посадили, была дочерью сенатора Люмартина Кинга, она-то и являлась главной целью, к которой Сопля продвигалась эти долгие два месяца. Судя по её реакции, то дипломатического посла держали всё это время здесь в одиночестве. Поскольку камера наверняка была на прослушке и в камерах, Трикстер решила не выходить из роли до самого конца.

Испуганная темнокожая вжалась в стену, а Салли, подойдя к ней в упор, заблокировала пути к бегству руками. Выглядело это со стороны немного комично: Мелодия была старше неё на пять лет, выше и крупнее, но вся зажалась и задрожала от страха. Чего в принципе ещё можно было ожидать от неё – девушка из сливок галактического общества и с детства жила в роскоши и достатке, как сыр в масле.

– Не ссы, нежненький фемобекон, если будешь хорошо играть на моей губной гармошке, то станешь любимой женой.

Мелодия вздрогнула, когда агрессивная сокамерница положила руки и провела ими по её талии и, заведя их за спину, положила на ягодицы. Прикрывая руки Мелодией, Трикстер отлепила от рукава жука-рыхлителя и вдавила его в стену, механизм, активировавшись, сразу же вгрызся в бетон.

– Поверь сладкая, ты будешь в восторге от моего пирожка, ну а если нет…

Отсчитав нужное время, Салли больно ущипнула темнокожую сокамерницу за грудь и сместилась так, чтобы она могла инстинктивно сбежать. Мелодия, как и планировалось, сразу же бросилась к двери и стала звать охрану. Салли бросила взгляд на отверстие, оставленное жуком-рыхлителем, и, мысленно продолжив отсчёт, быстрым шагом направилась к сокамернице.

– …это неэтично, прошу вас! Откройте, – причитала темнокожая девушка, стуча в дверь. – Это нарушение межпланетного регламента…

– Да им плевать на тебя. Меня кинули к тебе, чтобы ты сломалась, – произнесла очевидное агент дипломатическому послу. – А там дальше ты сама уже подпишешь нужные признания и соглашения.

– Но это же неправильно, прошу вас, пожалуйста, – слёзно залепетала Мелодия, вжимаясь в дверь и закрыв глаза.

У Салли скрутило живот в нервном спазме от этого жалкого вида. В этой девушке она сейчас отчётливо видела себя из, казалось бы, такого далёкого прошлого, когда издевались над ней.

– На колени ты… – Трикстер задумалась над очередным оскорблением и поняла, что сбилась со счёта. – Да блин, тридцать один или семь?.. А-а-а-а…

Поняв, что времени, возможно, уже нет, агент ударила сокамерницу в солнечное сплетение, когда та согнулась от боли, навалилась на неё своим небольшим весом, чтобы опустить вниз. В этот момент жук-рыхлитель уже прогрыз полностью два метра бетонной стены и, поймав сигнал с той стороны, взорвался. Мелодия завизжала от страха, Салли же скривилась от боли, когда бетонное крошево ударило по телу.

– Отойди. – Она рывком оттянула темнокожую от двери, в которой уже заскрежетали замки.

Вошедший охранник опешил, когда из камеры вырвалось облако пыли. Трикстер же, воспользовавшись моментом неожиданности, применила болевой приём и выхватила у него из руки зетник. Регулятор на троечку и выстрел.

– Стой! Стой! – запричитал второй тюремщик, когда оружие было направлено на него, и демонстративно прикусил палец.

– Для достоверности, – кивнула агент и выстрелила в подкупленного охранника пониженной мощностью.

Заглянув в длинный коридор, она не увидела никого поблизости, а те, что копошились вдалеке, сейчас не интересовали. Со стороны тюремного двора раздался вой сирен, что перекрылся шумом реактивных двигателей корабля и выстрелами. Захлопнув дверь обратно, Трикстер протянула руку Мелодии и произнесла:

– Пойдём со мной, если хочешь жить.

– Что? Нет! Отстань! – истерично произнесла темнокожая девушка, зажимаясь в своём углу.

– Сцук… тупая мачичка… – недовольно процедила Салли сквозь зубы и, больно уткнув ей в голову пистолет, начала орать на неё, чтобы напугать ещё больше и заставить делать всё, что ей скажут. – Жопу подняла и пошла, пока я тебя не прибила!

Выволочив сокамерницу в образовавшийся проём, агент спешно потащила её к ожидавшему их кораблю. Который поднимал пылевую завесу, чтобы скрыть их, и без устали поливал огнём тюрьму, чтобы никто даже и не подумал высунуться и подстрелить убегающих.

– Рахими! —воскликнула Мелодия, затормаживая движение, когда увидела эмблему на корабле. – Нет-нет, пожалуйста…

– Пошла давай! Задолбала уже ныть. – Разозлившись, Салли отвесила ей пинка и затолкала в трюм корабля. —Погнали! – крикнула агент пилоту, нажав на сенсор закрытия рампы. – Держись! – приказала она уже Мелодии, притянув спасённую за загривок к стене и вручая страховочные тросы.

Пилот, услышав их, мгновенно втопил по газам, не желая задерживаться в этом месте более ни на секунду. Уже через пару минут манёвров они покинули атмосферу и радиус поражения старой планетарки. Спустя ещё минуту расчётов корабль прыгнул в гиперпространство, скрываясь от запоздавших преследователей.

– Мелодия Кинг, – проговорила Трикстер уже более официальным тоном, когда полёт выровнялся. – Я – агент Сопля из Подведомственного Управления Планетарной Обороны Коалиции. Извините за проявленную грубость ранее, нельзя было выходить из роли. Теперь вы в безопасности, и мы доставим вас к отцу.

Темнокожая девушка ещё с минуту отупело смотрела на неё, пытаясь осмыслить происходящее. Когда же осознание ситуации пришло полностью, она расплакалась.

– Спасибо! Спасибо вам, я так испугалась… честно уже теряла надежду… – прорвало её словами благодарности, и она подалась вперёд, чтобы обнять спасительницу, но та грубо её остановила.

– Это всего лишь моя работа, понимаю вас сейчас, но давайте без излишних проявлений эмоций, – проговорила Салли, совсем не желая с ней обжиматься. – Посидите успокойтесь, а я пойду выясню, что и как дальше у нас по плану.

Оставив Мелодию наедине с мыслями, агент быстро пересекла небольшой корабль и вошла в тесную кабину пилота.

– Круто придумано с эмблемой Рахими, – проговорила девушка сидевшему за штурвалом лысому парню.

– Девочка, ты о чём? – задал он ей вопрос, настраивая что-то на приборах навигации.

– Ну замаскироваться под Рахими, чтобы с Коалиции спроса не было, – пояснила Салли. – Не ссыкатно было с ней торчать на орбите столько времени?

– Пха-ха-ха… – рассмеялся пилот. – Первое, её можно дезиллюминировать, так что не ссыкатно…

– Чего?

– Сделать невидимой и всё, так обычный корабль в ожидании. Второе, я и есть Рахими.

– Не очень-то смешно, – проговорила агент, стараясь придать суровости своему голосу, и приставила зетник к вспотевшей лысине парня.

– Уймись, деточка, – веселясь ответил собеседник, не отвлекаясь от своих дел, словно бы ему не угрожали в данный момент. – Твоё начальство наняло меня, чтоб не светиться в этом деле. Да ты сама только что это проговорила.

– Ага, конечно, так я тебе и поверила. Ты либо врёшь об этом, либо врёшь, что пират. В любом случае, что мне мешает сейчас подстрелить тебя, – фыркнула Салли. – Это древнее ископаемое не оборудовано дроном-смотрителем, так что я с лёгкостью возьму управление на себя.

– Ну ты можешь, конечно, так сделать, если хочешь, чтобы наши атомы разлетелись в миг по всей галактике. – Он закончил с настройкой навигации и откинулся в своём кресле. – У меня тут небольшое взрывное устройство на борту, таймер которого надо постоянно обновлять. Специально сделано, защита от таких глупеньких, как ты.

Закончив говорить, он постучал по циферблату, на котором осталось 4 часа и 36 минут до активации бомбы. Трикстер немного замешкалась, обдумывая эти слова. Пилот же развернул своё кресло, чтобы быть к ней лицом. Спокойно достал из-за уха помятую сигарету и закурил. Направленное в него оружие, казалось бы, совершенно не беспокоило парня.

– Ты новенькая, что ли? Совсем не в теме? – спросил он, выпуская дым из ноздрей. – Ну ладненько, слушай тогда ликбез. В общем, Рахими – это самый большой картель Корпуса Пиратов и самый значительный, но, в отличие от всех остальных ушлёпков, мы на рожон не лезем. Сотрудничаем с Коалицией и делаем за неё их грязные делишки, чтобы ваше правительство оставалось белым и пушистым. Мы наёмники, да, чёрт возьми, у некоторых сенаторов частная армия имеется, состоящая целиком и полностью из подразделений Рахими. Ну и да, пираты, но шишки сверху порешали, и где надо глаза закрываются ради выгоды обеих сторон.

Докурив, он затушил окурок в растопыренном ворохе таких же бычков, что торчали из консервной банки, прикрученной к подлокотнику кресла. После, всё так же совершенно не обращая внимания на зетник в руках Салли, развернулся и начал вновь щёлкать по сенсорам приборной панели.

– Через четыре дня прибудем в Сезерк, там ваша штабная махина сейчас стоит на техобслуживании. Ты выполнишь своё задание, Рахими получат обещанные ресурсы, а я возьму хорошую денежную премию с отца спасённой тобой шоколадочки.

Салли всё ещё с подозрением смотрела на пилота, пытаясь понять, где он её обманывает и обманывает ли? В принципе, всё, что он говорил, имело смысл, и, скорее всего, нет ничего удивительного в том, что Коалиция работает с некоторыми пиратами. Только вот что-то не позволяло Трикстер расслабиться, слишком уж часто она доверялась незнакомцам.

– Почему Рахими работают с Коалицией? Они разве не должны её ненавидеть? – спросила она у лысого парня.

– Пф-ф-ф… нашла у кого спросить, – хохотнул он. – Я почём знаю, я почти шестёрка, найди кого рангом повыше и спрашивай. – Закончив вводить данные, он развалился в кресле и почёсывая пах продолжил: – По мне, так там есть какие-то договорённости о взаимной выгоде и ограничениях. Вон Ганги залупались, и всё, нет больше Гангов.

– Ты про Ганг-и-Савай? – спросила Трикстер и с трудом сохранила твёрдость голоса.

– Ага. В Корпусе сейчас такая грызня началась за освободившиеся сферы влияния. По чесноку скажу, верхушке это не нравится, и тем парням с медальками явно не поздоровится, даже несмотря на то, что это просто картонные вешалки. Ну потому что нельзя так просто слить второй по мощи картель в галактике и не получить ответочку. – Он повернулся к ней и приложил палец к губам: – Только тс-с-с… Я тебе этого не говорил.

Агент от этих слов нахмурилась, поскольку девушка даже и не предполагала, что за уничтожение Ганг-и-Савай может последовать реакция всего Корпуса Пиратов.

– А чего ты так напряглась-то? Заляпана дельцем этим, да? – хитро спросил у неё пират, чем только заставил собеседницу сильнее сжать пистолет, после чего рассмеялся. – Да не ссы, мне плевать, даже если ты лично там всех перерезала. Я курьерю, и мне норм. – Пират вновь отвернулся от неё. – Как надоест тыкать в меня пушкой, иди в каюту и свяжись с этой вашей… Ну как её там… Ну ёпт, ускоглазая эта…

– Лин? – уточнила Салли.

– Да, точно, адьютаньтишка со сладкой попкой и невзрачной рожей, – хохотнул собеседник. – Корабль, сама видишь, у меня маленький, так что так и быть, спите в моей каюте. Только простынку поменяйте, а то полтора месяца в одиночестве на орбите торчал. Там уже просто полотно достойное галерей современного творчества, шедевр абстракционизма в ультрафиолете.

– Я поняла, что это какая-то мерзость, и уже жалею, что спрашиваю, но что? – решила уточнить девушка свои догадки.

– Делать было тут нечего, и бухать нельзя, только и оставалось, что дрочить, – спокойно ответил парень. – Но, если кто-то из вас захочет уважительно пожать мне пиписю за спасение, буду не против.

Брезгливо скривившись, Салли опустила зетник и уже собиралась уходить, но обернулась.

– Фантомас, это ты? – решила всё же развеять она свои подозрения.

– Фантомас? Хо-хо-о, вот это погоняло, не знаю, кто этот парень, но он мне уже нравится, – усмехнулся пилот и потянулся к пачке сигарет, что валялась у него на приборной панели. – Зачётное имечко, знать не знаю, что обозначает, но, может, теперь буду так в борделях представляться.

– Ты опять, что ли, прикалываешься, урод, или как?! – вспылила Трикстер, на мгновение даже поверив в то, что это её старый знакомый.

– Э, агент Сопля, ты давай-ка за базаром следи, – повернулся собеседник к ней. – Я, конечно, профессионал своего дела, но могу и вспылить.

– Извини, напомнил мне одного типа, не хотела оскорбить, – недовольно буркнула Трикстер.

– Хех, бывает, – кивнул пират и развернулся обратно к приборной панели. – Там на кухне срач, не в службу, а в дружбу порядок чутка наведите. Самим же жрать приятнее будет.

***

Четыре дня до Сезерка прошли тягуче и уныло. Интеркома у Салли не было, а доступ в сеть с консоли каюты их попутчик ограничил. С Мелодией девушке поговорить было ровным счётом не о чём. Та принадлежала к сливкам общества, и все эти лицемерные разговоры о мнимой борьбе за правое дело, заботе о простых людях или искусстве были скучны. Трикстер сразу поставила на ней ярлык возвышенной мачички. Койка в узкой каюте была одна, поэтому пришлось ей спать на полу. Можно было ещё на кухне, но спать в обществе незнакомого пирата девушка совсем не горела желанием. Учитывая, что в первую же ночь, когда вышла из каюты в туалет, то застала того за непотребствами.

«Да ладно, чё ты? Расслабиться перед сном-то уж и нельзя», – проговорил он тогда.

Агент решила больше не покидать каюту ночью и Мелодии запретила, только когда уже совсем невтерпёж.

– Папа! – бросилась темнокожая девушка по опускающейся рампе к своему отцу.

Салли стояла и смотрела, как эти двое обнимаются и милуются, роняют слёзы и рады друг друга вновь видеть. У отца с дочерью явно была очень прочная связь и любовь. Трикстер даже стало как-то тоскливо от всего этого. У неё такого никогда не было и не будет, она не могла это понять, отчего грусть переросла в какое-то нарастающее раздражение.

– Ну вот, девчуль, а ты ссалась, – проговорил пилот из Рахими за её спиной. – Долетели без шума и пыли, теперь все счастливы будут.

– Пф-ф-ф… – фыркнула девушка и спустилась по рампе в ангар.

– Вы же агент Сопля, да? – задал ей риторический вопрос Люмартин Кинг, когда она проходила мимо них. – Даже не знаю, как вас отблагодарить за ваш подвиг. Если я только могу что-то для вас сделать, вы скажите…

– Пф-ф-ф… Расслабь свой коричневый бомболюк, а то дерьмо уже в мозги заплыло, – с ещё большим раздражением ответила Салли, переходя на грубость по привычке. – И думай в следующий раз, куда дочь отправляешь, синдром материнского алкоголизма ты, а не дипломат… сенатор… да похер, какой ты там надутый индюк. Лучше достань свои яйца из прикроватной тумбочки и сам лети на территорию ашаритов в следующий раз. – Собеседник агента побагровел от услышанного, а пират позади зашёлся смехом, она же просто скривилась. – Тьфу, блин… Месяц теперь рот с мылом мыть из-за этого.

Забив полностью на всех, Трикстер направилась к центральному лифту, чтобы подняться в казарменные апартаменты, хорошенько вымыться и умереть беспробудным сном, часов так на пятнадцать-двадцать.

– Простите, постойте, агент Сопля, – услышала девушка за спиной, уже нажав на сенсор вызова лифта.

Она обернулась и весьма удивилась, увидев перед собой запыхавшегося мальчика лет двенадцати. Салли ни разу ещё не видела, чтобы здесь был кто-то младше неё. Парень с виду был неказист, полноват, с выпирающими зубами, в прилежно выглаженной клетчатой рубашке, застёгнутой на все пуговицы, и в очках с очень толстыми линзами.

– Ты ещё что за маменькин пирожок? – спросила Трикстер, всё ещё не перестроившись на социальную вежливость.

– Агент Суслик, – вытянувшись по струнке, откозырнул собеседник ей. – Хочу сказать, что я восхищаюсь вами… Э… Точнее, вашей работой, вашими программами для противодействия сами знаете кому.

– Позывной уже дают за воровство женских трусиков? Или за что ты здесь?

– Я никогда не воровал… А моё правонарушение – это секретная информация, агент Сопля, – с долей обиды насупился собеседник.

– Ладно-ладно, извини, – кивнула девушка. – Плохое настроение просто. Тебе чего надо?

– А-да, – спохватился малолетний преступник и протянул ей планшет. – Вот, распишитесь о прибытии и сдаче незарегистрированной единицы оружия.

Салли взяла его устройство и принялась внимательно изучать написанный там текст протокола.

– Агент Сопля, – начал неуверенно Суслик. – Для меня было бы честью, если бы вы стали моим куратором. Моя нынешняя стажировка – это принеси-подай, иди на… – Говоривший вовремя остановился, чтобы не сработала цензура. – …на буй, не мешай. Мои навыки совершенно не используют. А я очень хорош в программировании, как и вы.

– Радуйся, что из тебя каждый день дерьмо не выжимают и половину своей жизни не проводишь в капсуле восстановления, – с лёгкой усмешкой ответила Салли. – Подрастёшь, тогда и посмотрим. Я сама ещё не чувствую себя полноценным агентом.

Трикстер расписалась в планшете и, положив на него зетник, приватизированный у тюремного охранника, шагнула в открывшиеся двери лифта.

– Агент Сопля, – вновь спохватился мальчик и быстро заговорил, пока двери не закрылись, – адъютант Лин настоятельно требовала вас явится в бежевый конференц-зал.

– Пфу-у-у-у… – выдохнула Салли и зарылась руками в волосы. – Ясненько, значит, буду там. Бывай, агент.

– До новых встреч, агент Сопля! – звонко отчеканил Суслик и вновь вытянувшись по струнке отдал ей честь.

– Чем дальше, тем страннее, – пробормотала себе под нос Трикстер и нажала на сенсорном табло на нужный этаж, прикусив после палец.

Войдя в конференц-зал, Трикстер удивилась. Адъютанта не было, зато там сидел какой-то странный мужчина. Он был ярко размалёван синей краской, с длинными волосами, заплетёнными во множество мелких косичек и украшенными перьями. Его одежда состояла из грубо сшитых кусков шкур, меха и ткани. Его руки были увешаны браслетами с бубенчиками, а на шее висел амулет из птичьих костей. Он выглядел как музейный экспонат из древних врем�