Орден.Свиток Карры

Часть 1. Время перемен

Небольшой городок именовался Конин. Молодёжь, посмеиваясь, называла себя рохонцами; около шестидесяти тысяч населения: располагался на двух берегах довольно широкой реки, через которую раскинулись два моста, один вверх по течению, другой же в низине. Сколько себя помню, всегда говорили, что он увядает. Работы нет, все уезжают в поисках счастья в большие города, и делать здесь абсолютно нечего. Конин же, не смотря на очевидные для всех минусы и проблемы, существовал уже третье столетие. Численность города не менялась уже больше пятидесятилетий, ведь из тысячи уехавших, половина точно возвращалась, потерпев неудачу в мегаполисах. Также он пополнял запас своих душ из деревень вокруг. Мне же всегда это напоминало принцип действия гравитации, более крупные тяжелые объекты притягивают более легкие. Что потом? Событие, подобно большого взрыва, что разбросает частицы населения по всем заброшенным деревням и селам обратно.

Лето, 2003 год. Мне пару месяцев назад исполнилось двадцать восемь лет, работаю я наемным рабочим, руки у меня всегда вроде росли с того самого, нужного места. А после того, как я бросил после армии институт, в котором учился на юриста, особого выбора, где работать, у меня не было. Либо на колбасном заводе, либо в поле или то, что выбрал я. Денег на жизнь хватало, квартира родителей была полностью в моем распоряжении; около шести лет назад, они, по роду своей деятельности, приняли очень выгодное предложение и переехали в областной центр. Отец кардиохирург, мать же была окулистом, и конечно, мне тоже сулила судьба врача: в детстве я даже тяготел к этому. Потом произошел какой – то сдвиг в моей голове, и в старших классах я наотрез отказался от этого, и никакие разговоры и уговоры не смогли убедить меня в обратном.

Позже корил себя постоянно за это, а начинать с чистого листа уже не хотел, считал, что время уже утеряно. Итак, родители уехали, а я захотел остаться и строить свою жизнь независимо и самостоятельно. Выглядел я моложе своих лет, может из-за отсутствия вредных привычек, а может повезло с генетикой. Среднего роста, светловолосый, телосложение спортивное (но в свободных вещах можно было бы подумать, что худощавое). Любил по вечерам выйти на площадку и часами пробовать делать различные элементы на турнике. Друзей у меня не было: не любил близко подпускать к себе посторонних людей. Лучшее времяпрепровождение для меня оставались книги, классические произведения, современные детективы, фантастика, и особое место занимали ужасы. В выходной день, заваривая одну за одной чашку кофе, мог не заметить, как этот день прошел, упиваясь очередным произведением короля ужасов. У меня была машина ВАЗ-2104, причем это был мой сознательный выбор, перевозить и хранить горы инструментов, то что нужно. Иногда, выезжая по вечерам, мог ездить по всему городу до утра, любуясь пустынными улицами и наслаждаясь такой редкой городской тишиной. Вот так и проходила моя жизнь, без какой-либо цели и смысла, но так было до сегодняшнего дня.

Двадцать восьмого июня у меня сорвался заказ, и я, заварив себе кофе, собрался читать, как вдруг мне пришла чуждая для меня мысль, а что если попробовать написать что-то самому? В детстве я писал стихи, и все даже пророчили мне будущее связанное с творчеством, поэтому все были огорошены после того, как я отказался от врачебной деятельности и выбрал юридическое право, с которым меня не связывало ничего и не было предпосылок к этому. Так вот, почему-то я ухватился за эту мысль и стал думать, о чем бы мне написать и потом понять о чём он будет? Это же проба пера всё-таки!

Нашел ручку, взял блокнот, в который записывал заказы на работу, посмотрел, что на завтра у меня установка вывески над магазином хозяйственных товаров, открыл середину блокнота и начал писать. Писал около часа, в начале почерк был ужасный, руку немного трясло от волнения и нахлынувшего внезапно адреналина. Дописал и тут же захлопнул испуганно блокнот. Неужели у меня получается? Взволнованно подумал я. Страшно открыть и прочитать. Страшно вновь убедиться, что мне что-то понравилось делать, а в результате: бессмыслица и очередной внутренний позор. В тот день я так и не открыл, и не перечитал, что мое воспалённое сознание соизволило произвести на свет. Ни в тот день, ни на следующий, ни через неделю, а только спустя около месяца после события, которое подтолкнуло мой творческий потенциал раскрыться доселе невиданного уровня возвышения. Что же произошло? Сейчас расскажу…

Глава 1

После месяца практически без выходных (заказов летом всегда было очень много) решил, что всех денег не заработать, и нужно дать себе время на отдых. Собрался на целый день поехать на рыбалку. Достал пыльные снасти, заехал в магазин, купил себе (чтоб пожарить на костре) сосисок, картошки и булку хлеба. Две бутылки минералки и пара банок газировки уже лежали, заранее охлаждённые, в термосумке. Весь путь до места отдыха разговаривал с родителями по телефону, они наслаждались отдыхом в санатории где-то на Черном море и звали меня к себе, обещая компенсировать все затраты на дорогу и отдых, но я был непреклонен и вежливо отказывался.

– Влад, сынок, нужно же иногда выбираться из Конина, как он тебе еще не надоел? И в гости не приезжаешь и на море лететь отказался с нами, нужно же как-то расширять кругозор, столько красивых мест у нас в стране, а ты сидишь на одном месте, ничего не видишь! – с мамой у нас всегда были разговоры об одном и том же, но даже где-то глубоко внутри, осознавая ее правоту, я всем видом этого не показывал.

– Мам, уже сто раз тебе говорил, мне и здесь хорошо, а к вам в гости ближе к зиме я точно приеду! Работы много, да и честно говоря желания ехать куда-то в такую жару – не испытываю. Лучше расскажи, как у вас там отдых проходит?

– Так, ты тему не переводи, у нас то все хорошо, мы в отличие от тебя умеем отдыхать; вообще не понятно, в кого ты такой одиночка у нас. Ладно, никуда не хочешь ездить, а вот почему ты нас до сих пор не с одной девочкой не познакомил, мы тоже с отцом не понимаем. Может у тебя по этой части проблемы? Мы с отцом обсуждали это, и он говорит, что знает очень хорошего специалиста по мужской части, один звонок…

– Маааа, прошу тебя, хватит. Все у меня хорошо, а мои принципы ты знаешь, когда найду ту единственную, тогда и познакомлю!

-Ох, Влад, да пока ты выбирать будешь, всех разберут или разобрали уже давно, вот с Кристиной ты общался, хорошая же девочка была!

– Мамуль, это было в одиннадцатом классе, с тех пор у нее муж и двое детей.

– Вот я тебе за это и говорю – вздохнула она, и в разговоре повисла пауза.

-Ладно сынок, хорошей тебе рыбалки, тебе отец привет передаёт и говорит, что клубничные бойла сейчас лучшая наживка, он с коллегой бывшим разговаривал, тот мол на прошлых выходных кучу рыбы наловил! Все заговорила я тебя, мы пошли на процедуры. Завтра тогда позвонишь, как проснешься после рыбалки!

Отключившись и выдохнув наконец-то (всегда с тяжестью внутри переносил подобные разговоры) достал диск, и воткнув его в магнитолу, продолжил поездку.

Рыбалка признаться честно не задалась. После четырех часов, испробовав всю наживку, что была, тоскливо подумал, что зря не заехал и не купил клубничные бойла. Пожёвывал кукурузу из банки и изнывал от жары, несмотря на то, что место мое было весьма удачное в тени высоких деревьев. Начал осматриваться, где бы спуститься искупаться, вдалеке слышны были звуки катеров; примерно в паре километров от меня, ниже по течению, располагался городской пляж. Определившись и скинув шлепки и шорты аккуратно полез. Спускаясь по небольшому обрыву, медленно погружался в прохладную, слегка зеленоватую воду; минута дискомфорта и, наконец, наступает блаженство. С той самой детской непосредственностью, когда радость от купания, ограждает от всех мыслей и вызывает невольную, незаметную для тебя самого улыбку. Отплыв от берега, занырнув и достав руками до дна, нащупал большую ракушку. Начал всплывать, держа ракушку в руке, как головой упёрся во что-то твёрдое. Удивление, мгновенно сменилось волнением, когда рука запуталась в каком-то материале. Другой рукой и ногами, резко поддавшись назад и, наконец, вынырнув, протирая глаза рукой, и в ту же секунду онемел от страха.

– Что … что – забормотал я про себя.

Передо мной лицом вниз проплывало тело. То, что оно плыло лицом вниз, я подметил по положению тела как-то автоматически, голову скрывал то ли мешок, то ли плотная ткань. Судя по комплекции, это точно мужчина, на нем, когда -то белая рубашка, классические черные брюки и в цвет рубашки носки. Все это пронеслось у меня в голове за мгновенье, тело успело проплыть немного, и сейчас я как раз смотрел на эти белые носки. Дыхание перехватило, когда, не понимая, что делаю, ухватился за лодыжку и замер в таком положении, как мне показалось на пару минут. Мозг лихорадочно работал, просчитывая дальнейшее развитие событий. Хотелось отпустить и забыть этот момент навсегда.

-Там дальше пляж, много людей, его обнаружат и вытащат, – шёпотом убеждал себя же. Тебе не нужно это все, не нужно… отпусти!

Момент затягивался. В нерешительности, так же удерживая за стопу человека, чья судьба закончилась так трагично, вдруг услышал приближающуюся ко мне со стороны пляжа моторную лодку.

– Они подумают, что это сделал я! – с ужасом пронеслось в моей голове. Я начал грести в сторону берега. Взбираясь по небольшому обрыву, заметил, что за собой, не разжимая пальцы, тащу то, что теперь мне может испортить всю мою жизнь. О том, чтобы остановиться, позвать на помощь тех, кто приближался на лодке, все объяснить, даже и не подумал. Закинув сначала тело, потом, забравшись сам, я отволок его под ближайшие кусты, накрыв сухими ветками, что так удобно лежали неподалёку. Оделся и сел за удочки. В тот же момент увидел приближающуюся к моему месту лодку с двумя примерно моих лет парнями.

– Доброго дня, ну что рыба есть? – заглушив мотор, улыбаясь спросил меня один из них.

– Доброго! Да пару карасей, а так толком и не клюет.

– Наверное жарко сегодня, ближе к вечеру будет клев, мы вот вчера наловили здесь. У нас место метрах в пятистах от твоего. Ни хвоста, ни чешуи! – и, не дождавшись моего ответа, завели мотор продолжив путь.

Откинувшись на своём раскладном стуле, перевёл дыхание, посматривая на кусты справа. Зачем это сделал, не мог себе объяснить, и что делать дальше. Все мое естество кричало о том, что необходимо сматывать удочки, кинуть тело обратно в реку и скорее уезжать. Но тут мысль о том, что меня видели и могут связать с трупом, заставило меня передумать.

– Нужно спрятать лучше, а завтра рано с утра приехать и спустить его дальше по течению, и тогда уже точно меня с ним никто не свяжет; подумал и тут же начал ускоренно собираться. Сломал пару свисающих веток с листвой и прикрыл тело так, что, если не знать, где оно именно и не убрать пару веток, точно не увидеть. Выпустил пару вяло трепыхающихся карасей из садка, взял все вещи и уехал.

Глава 2

Оставшийся день не мог найти себе места, ночью практически не спал и, наконец, прозвенел в 4 утра будильник, встал заварил себе кофе, налил в термос. Попивая кофе по пути к месту, еще раз обдумал все, решив, что вчера в корне повел себя неправильно. Нечего тут страшиться, ты ничего не сделал и ни в чем не виноват. С такими размышлениями я подъехал к месту, где нужно было оставить машину, спуститься по тропинке вниз и избавиться от вчерашних ошибок.

Спускаясь по тропе, замер, ощутив, как по коже пробежали мурашки.

– Там кто-то есть, – прошептал я и прислушиваясь, ступал дальше к большому стволу дерева, что стояло на пару метров ниже и чуть правее тропы, где можно было увидеть поляну, на которой вчера рыбачил.

-Ранга, ну как ты мог? Потерял пленника, а он захлебнулся. Теперь парное перемещение Гебос заставит тебя отрабатывать до самой смерти.

– Вэко, друг, я уже тысячу раз извинился, не знаю, как так получилось, он в последний момент начал вырываться и мне не удалось его удержать.

– Да что передо мной извиняться. Что мы Гебосу скажем? Следили за ним месяц, повязали без шума и свидетелей, а когда оставалось одно перемещение все было спущено коту под хвост.

Ладно, что тут уж говорить, мне интересно, кто его вытащил на берег, спрятал и не сообщил в милицию? Это нас спасло. Если бы это попало в новости, мы могли бы спровоцировать войну, и тогда Гебос уже утопил бы нас.

Я замер, наблюдая за разговором двух неизвестных, которые точно знали, кого вчера мне удосужилось выволочь и спрятать. Это были двое мужчин лет под сорок. Один, который ругался и которого, как я понял, зовут Вэко, был темноволосый, короткостриженый, невысокого роста и крепкого телосложения, широкое лицо и слегка оттопыренные уши. Другой, тот что извинялся, был ростом под метр девяносто, худощавый, с длинными светлыми волосами и острыми чертами лица. Оба были одеты в свободные черные майки и шорты.

– Хорошо, хоть ты не забыл накинуть на него маячок, тогда бы уж точно нас прибили! – продолжал говорить Вэко, разбирая мою наскоро сделанную маскировку.

– Ну ты уж из меня дурака совсем не делай, – хмыкнул Ранга.

– Так, хорошо, – подумал я, тело нашли, меня с ним никак не связали, пора сваливать потихоньку.

Я аккуратно начал пятится назад, как вдруг позади услышал шипение. Резко повернувшись, увидел в полуметре от себя свернувшуюся небольшую змею. Невольно вскликнув и отпрыгнув в сторону, в какой-то момент забыв, что сейчас мне нужно вести себя как можно тише. Это стало большой ошибкой. Осознавая, что с большей долей вероятности выдал свое присутствие, собрался бежать, как в тот же момент мое тело, как будто пронзили тысячи иголок. Мимолётная боль, неспособность двинуть не единым мускулом. Теряя равновесие, начал заваливаться лицом к земле и даже не смог закрыть глаза. Боль от падения я не ощутил, как и не услышал крика, что рвался изнутри, двигались только глазные яблоки. Периферийным зрением заметил движение и, с ужасом понимая, что лицо находится прям, около змеи, которая готовилась к удару. Далее он и последовал, выпад я практически не заметил, как и боль от укуса, но тут уже сознание не выдержало и погрузилось во мрак. Как ко мне поднялись двое и, переругиваясь, начали оттаскивать меня двигаясь в сторону реки, я уже не видел.

Сколько пробыл без сознания – не знаю. Очнулся, сидя у дерева, неспособный пошевелиться. Голова склонена на грудь, смог разглядеть, что руки не связаны, подметил, что это хороший признак. Почему-то в этот момент не было страшно. Первая мысль: это был инсульт или инфаркт. В силу своего возраста и отсутствием проблем со здоровьем, смутно себе представлял, что это и какие их последствия. Пока размышлял об этом, услышал голоса, мозг заработал сразу же быстрее.

– Так что же будем делать, Вэко?

– Не знаю. Нужно с ним поговорить, узнать, что видел, что помнит.

– А как же быть с этим?

– Давай ты с ним перемещайся все-таки, только в этот раз без фокусов, а я с этим поговорю.

– Так, а если помнит все? Может сразу с собой забрать, а?

– Чтобы Гебос нас точно удавил? Он же нас больше не выпустит! Нет, сам разберусь.

Я услышал всплеск, как что-то объёмное скинули в реку, а затем кряхтение и еще один всплеск,

потом звуки закипающего чайника, бурление воды несколько секунд, и тишина. Ясно понял, что теперь на поляне остались только мы вдвоем.

Начал быстро думать, что сказать, а самое главное, как, ведь состояние мое не изменилось. Услышал щелчок и почувствовал резкую боль в лице, а из груди непроизвольно вырвался стон.

– Эй парень, ты в порядке?

Подняв голову, увидел, как ко мне подходит уже известный мне неизвестный человек. Во взгляде его читалось…Сочувствие?

– Что случилось? Я проходил рядом, а ты лежишь, и от тебя полоз отползает, – продолжал он.

– Я не знаю, не помню, – потирая опухшие скулы, радуясь, что был прав, когда увидел змею и правильно ее идентифицировал.

– Но тебе все же лучше в больницу, с этим делом лучше не шутить, что ты вообще здесь делал?

– Порыбачить хотел, вон удочки в машине. Искал место получше, начал спускаться, увидел эту ползучую гадость, а дальше не помню. Это ты меня сюда перенес?

– Ну да, не оставлять же тебя было лицом вниз на земле, да ещё и под солнцем, – улыбнулся Вэко. – Кстати, не представился, Денис!

– Влад. Спасибо, что помог мне, Дэн, – пожимая протянутую руку, произнес я. Встретившись взглядом, мне показалось, что увидел фиолетовые отблески в его карих глазах, он же как-то странно дёрнулся в этот момент и, куда с большим интересом, посмотрел на меня. В то же время руку больно кольнуло, что заставило меня прекратить рукопожатие и сделать шаг назад.

– Может тебя довезти до больницы, Влад? – как ни в чем не бывало спросил он.

– Да нет, спасибо. В норме. Сам доеду. Ладно, еще раз спасибо, – пробормотал я и, не оборачиваясь, пошел быстрым шагом к машине, молясь о том, чтобы поскорее уже убраться и забыть последние два дня.

Заехав в аптеку, купил таблетки обезболевающего, перекись и зеленку. Внешний вид был не самым лучшим, мягко говоря. Фармацевт, жалостливо предложила обратится в больницу и написать заявление. На мой ответ, что упал, лишь усмехнулась.

-Знаю я вас таких самопадающих! У меня знакомый рукопашный бой преподает, могу дать номер.

Я вежливо отказался, сказав, что могу за себя постоять. В ответ она засмеялась, а я стал чувствовать себя разбитым не только физически. В чем-то, конечно, она и была права, что, возможно, и нужно было обратиться к врачу, но не люблю я эти больницы, да и, признаться честно, даже толком не знаю, к кому обращаться и что говорить. А с этого дня больше я в эту аптеку не зайду, благо их у нас в городке предостаточно, – мелькнуло в голове.

Когда наконец-то оказался в своей квартире, сразу направился в душ и смог оценить масштабы произошедшего. Правая скула опухла, вообще, эта сторона лица, принявшая на себя объятия родной земли, была одна сплошная ссадина. С другой стороны, дела были бы получше, не украшай щеку маленькие красные точки от укуса. Обработав свое временно не презентабельное лицо, посмотрел на ладонь, которой ощутил укол при рукопожатии. В центре обнаружил небольшую точку, похожую на чернила шариковой ручки. Как не пытался отмыть или стереть, она не исчезала.

Приняв душ, понял, что голоден. Утро было перенасыщенное, но, взглянув на часы, увидел, что еще нет и девяти. Сделал кофе, пару бутербродов, отправился в зал к телевизору. На кофейном столике лежал блокнот.

– Так, может перечитать, что тогда написал? – Ладонь закололо, от неожиданности чуть не выронил кружку. Да что же это такое! – посмотрел, и мне показалось, что точка стала чуть больше, более заметна – да нет, это мне мерещится уже. Допив кофе, взялся за блокнот.

Читая свой рассказ, почувствовал, что по телу побежали мурашки.

– Как такое может быть? – тут стоит отметить, что писал я детектив в стиле Бандитского Петербурга и, буквально, остановился на том моменте, где один из героев моего произведения Денис, организовавший покушение на работника их местной администрации Олега Воронова. Либо у кого-то разыгралась фантазия, либо это очень напоминает недавнее прошлое, но передо мной развернулась сцена недавних событий и подслушанного разговора о похищении, и один из них представился мне Денисом, а тело было в классических брюках и рубашке, что наводит на мысль о его работе в госучреждении.

– Как бы мне узнать, не пропал ли какой-нибудь Олег? – Да ну, нет; не идиот же я, в это действительно поверить? Да еще и пытаться выяснить о пропаже человека.

Зазвонил мобильник, я вздрогнул от неожиданности. Звонила мама, не дождавшись моего звонка, решила позвонить сама.

-Сынок, привет. Ну что, всю рыбу выловил? У меня сейчас свободное время, а потом мы идем на море, не хочу брать с собой телефон, решила позвонить!

-Привет, ма. Да не, ничего не ловилось, поэтому к вечеру дома уже был, не остался на рыбалке.

Мы говорили еще минут двадцать, в основном, конечно, мне была выделена роль слушателя. Мама рассказывала за море, процедуры, жаловалась, что отец уже хочет домой, а потом, когда все было рассказано и началось время выяснения моих планов на жизнь, ответа, как всегда, не было; начали прощаться, как вдруг неожиданно в конце она сказала!

– Ты там сынок поаккуратнее, вечером лишний раз не выходи. Сегодня папе звонил его друг, дядь Лешу помнишь, с полиции? Говорит, что у вас там кто-то с администрации пропал, вышел на обед вчера, и на работе больше не появился, и домой не пришел.... Алло! Алло! Слышишь?

– Ааа, да я тут, задумался мам, а имени не говорил дядь Леша?

– Да может и говорил, не знаю. Так что ты поаккуратнее, хорошо?

После разговора мне стало хуже. В голову словно залили свинец, все ссадины и синяки разом заболели, а ладонь снова начало колоть. Думать было больно физически. Почувствовал себя полностью истощённым.

Глава 3

Прошло два дня после инцидента, когда моя жизнь, до сего казавшаяся простой, размеренной и серой, приобрела пугающие нотки. Пугающие, но, черт возьми, такого интереса к происходящему вокруг, я давно не испытывал.

Эти два дня провалялся в кровати, мне, наверное, очень сильно повезло, что обошлось без заражения и место укуса, уже было, практически, не видно. Да, правой своей стороной мне еще долго не любоваться, но отек стал спадать, и вид перестал быть, по крайне мере, пугающим. Единственное, что все еще беспокоило это, на удивление, ладонь. Острая пульсирующая боль, которая как внезапно начиналась, так же быстро и исчезала. И если в начале, это была едва заметная точка, как будто прикоснулись шариковой ручкой, то сейчас эта точка превратилась в налитое, с каким-то фиолетовым оттенком, все еще не сильно, но уже куда более заметное пятнышко.

– Если так продолжится, придется обращаться в больницу. – тоскливо подумывал я.

Что же по похищению сотрудника? Да ничего толком узнать и не удалось. В местных новостях ничего об этом не говорили, а ловить волны сарафанного радио мне было не от кого. Перечитал трижды текст, написанного мною рассказа. Увы, кроме последней сцены с похищением и имени Денис, больше совпадений не было. Естественно, первым делом, чтобы проверить, начал писать его дальше, где описал, что похищенного работника припугнули и отпустили обратно к семье. А Дениса и его напарника, задержали работники органов, о чем сразу сообщили в местной газете и телевидении. Потом понял, что это бред, ведь если я его видел уже неживого, то попросту написал невозможное. Перечеркнув строчку, поверх написал уточнение, что не отпустили, а работники силовых структур, нашли тело и поймали подозреваемых в покушении и убийстве.

Но вот прошли дни и никаких новостей не было. Злился, что убедил сам себя же в какой-то чуши. Экстрасенс недоделанный, думал, что в сказку попал? Волшебную книгу он пишет, что напишет, то и произойдет! Уже представлял себя с кучей денег, проезжающим на безумно дорогой машине, как будет менять мир к лучшему – идиот. Проснись и иди плитку клади и радуйся, что заплатили тебе с такой рожей, а не перепутали с алкашом и не выгнали из подъезда. Это же, конечно, не помешало мне написать и ждать небывалого выигрыша в лотерею, а после, что найду сундук с сокровищами или хотя бы чемодан вечно зеленых, но вскоре, просто выкинул всё из головы.

Жизнь вернулась в привычное русло. До конца лета спокойно отработал сезон. В сентябре у меня было пару недель, любезно предоставленного самому же себе отпуска. Собирался провести его за чтением книг любимых авторов, приобретенных недавно на рынке, собирался, наконец-то, съездить в гости к родителям. Настроение, что бывало достаточно редко, у меня было отличное, даже боли в ладони прекратились совсем и не беспокоили меня уже больше недели. Даже сразу и не обратил на это внимание. Понял, не зря говорят, только, когда постоянно испытываешь боль, начинаешь ценить то время, когда боли не было. А когда у тебя все хорошо, ничего не болит, начинаешь ныть, что скучно, что работа не нравится, что машина плохая и хотелось бы получше, а жизнь идет совсем не туда, куда ты желал бы. И только постоянная резкая боль, заставляющая тебя просыпаться по ночам, боль, что вызывает страх одним ожиданием ее, сразу же переворачивает твою жизнь. Вот, наверное, и меня она изменила за эти пару месяцев.

Поездка к родителям прошла хорошо. По приезду, мы отправились, как они сказали, в лучший ресторан нашей области. Я не любивший такие выходы, предпочитающий больше застолья в родных стенах, даже не сопротивлялся, чем поразил до глубины души отца и мать, которые уже были готовы снова меня убеждать. Покушали вкусно, попивая дорогущее вино, мне показавшееся кислятиной, но не желая портить вечер, лукавя, оценил его как очень вкусное. После ресторана мы, гуляя по красивому, осеннему парку, рассказывали смешные интересные истории, случившиеся на работе и новости, которые не успели обсудить за столом.

В который раз меня уговаривали переехать к ним поближе, но так намеками, основной натиск предполагался, как уже бывало не раз, на второй день пребывания в гостях. Но теперь удивленно переглядываясь, тому что я совсем соглашаюсь и не спорю, этот разговор был недолгий. На следующий день, вечером, когда мы ужинали в квартире у родителей, я вызвал сначала некоторое недоверие, тем что со всем соглашаюсь. Наверное, что бы мы быстрее закончили этот разговор – думали они. Потом изумление после моих слов, что я тоже думал об этом. И в конце шок, когда сказал, что Конин мне надоел.

– Да, наверное, этот год будет последним моим годом там, что будем делать с квартирой?

– Сынок, ты сейчас не шутишь? – после долгой паузы спросил отец. Мать как решили дара речи.

– Да нет, вы правы и, наверное, правы были всегда. Нет там ни перспективы, никакого-то прекрасного будущего, по крайней мере, для меня.

– Я думала не дождусь этих слов! – воскликнула мама и, вскочив со стула, начала обнимать меня.

– У нас на работе столько свободных, умных, красивых медсестер! Да отбоя не будет! Будем тебя еще с отцом прятать от них как принцессу!

– Мааааа, это уже перебор!!!

Я пробыл у них еще пару дней. Давно не видел родителей своих такими воодушевленными. В последний раз, наверное, когда им предложили работу здесь. Прощание было тоже особенное в этот раз. Раньше они были наполнены тоской, которая выплескивалась наружу материнской слезой за судьбу сына, который прозябает один в маленьком городке, не развивается и вообще занимается не понятно, чем. Но в этот раз расставание купалось в бескрайнем море надежды. Сын одумался, будет рядом. А что еще нужно беспокойному сердцу родителей!

Глава 4

Отпуск закончился не совсем так как планировался. Когда я вернулся от родителей, вновь разболелась рука. Только теперь боль не отступала. Представлял себе, будто она, подобно наступающей армии вражеского войска, осаживала крепость моего здоровья и отступала не в силах преодолеть возведённые фортификации. И вот, взяв небольшую паузу, переосмыслив стратегию нападения, вновь приступила к осаде. Если раньше это была острая боль, но кратковременная, то сейчас она немного ослабела, но уже ни днем, ни ночью не утихала. Время в какой-то момент для меня остановилось.

После пары бессонных ночей, угрюмый и злой, стоя в очереди в поликлинике, проклинал все на свете. Злился в первую очередь, конечно, не на свое безрассудство, что сразу не обратился к врачу, а на Дениса или (как там к нему обращались) Вэко. Наверное, у него в руке была игла с каким-то ядом, иначе, что со мной происходит? Надо было заломать его, и сразу же все узнать, что произошло на самом деле. Кто они, кто этот бедный человек, которого его сообщник куда -то увез по реке. Злился, но понимал, что это сейчас я такой воинственный, когда нахожусь в очереди, состоящей по большей части из людей почтенного возраста. Вернуться если в ту ситуацию, то ничего бы не поменялось.

Простояв пару часов и дождавшись своей очереди, наконец-то зашел к врачу. Мужчина средних лет, без особого энтузиазма, выслушав мои жалобы, отправил меня сдавать кровь и делать рентген. Направившись в указанные кабинеты и увидев очередь, наполовину из тех людей, за которыми уже стоял ранее, чуть не взвыл от отчаяния. Захотелось все бросить в тот же момент и просто уйти, но боль, не давала мне покоя и заставила терпеливо сделать все, что было указано.

Рентген и анализы ничего не показали. Все в пределах допустимой нормы, полностью здоров. Пожимая плечами и выписывая мне направления, как мне показалось ко всем врачам этой больницы, другого ничего мне этот врач не предложил. Тут уже я не выдержал и выкинул все направления в ближайшую урну. Поеду к родителям, там без очереди меня и обследуют. Конечно не хотелось, чтобы они волновались, но что поделать.

Возвращался домой в довольно, мягко говоря, скверном расположении духа. По пути, заехав в аптеку, купил все доступные без рецепта обезболивающие. Те, что принимал еще с того злополучного дня, почему-то перестали помогать.

Вставляя ключ в дверь, чтобы открыть квартиру, внезапно понял, что с утра, страдая от бессонницы, забыл ее закрыть. Все утро, было потрачено на поиски медполиса и паспорта, поэтому понимая, что нужно спешить, просто захлопнул дверь, не закрыв. Шлепнув себя по лбу, наказывая за рассеянность, сразу же пошел в кухню. Крепкий кофе, единственное, что мне сейчас поможет. Заваривая себе кофе и сделав бутерброды, последовал в зал, где тут же труды последних минут вывались от неожиданности из рук, обдав ноги кипятком. Громко выругавшись, стряхивая капли напитка с плотной ткани спортивных брюк, что спасли от получения серьёзного ожога, не веря своим глазам, смотрел на знакомого мне мужчину. Светлые джинсы, темная водолазка, слегка ироничная улыбка, а в руках был мой блокнот:

– Ну с фантазией у тебя на троечку, – безапелляционно заявил он. – А внимательность вообще на нуле. Полчаса жду, когда ты соизволишь обратить на меня внимание.

Это была последняя капля, не помню еще одного похожего такого момента из своей жизни, когда бы ярость захватывала мой разум настолько, что перестал контролировать свое тело и давать себе отчет о своих действиях. Наверное, так и выглядит часто упоминаемое в криминальных хрониках состояние аффекта.

Последнее, что отпечаталось у меня в памяти, эта все та же улыбка и вытянутая рука с открытой ладонью, которую, как мне показалось, на мгновенье окутала фиолетовая дымка, мое тело уже знакомо пронзили невидимые тысячи иголок и оно перестало мне подчиняться. С уже занесённой рукой для удара и со всей набранной скоростью от короткого рывка, по инерции врезался сначала в диван, стоящий позади человека, которого не знал и которого винил за всю боль, что пришлось перенести, а потом и в кирпичную стену за ним.

В это раз сознание отключилось в момент удара. Не знаю, сколько прошло времени, очнулся уже лежа на том самом диване. Рядом, все так же листая мой блокнот, сидел Вэко. Решил, что буду называть его так, от имени Денис несло фальшью, первое, что пришло в голову, так и представился. Я все так же не мог двигаться и только, закатывая глаза, мог видеть его частично.

Заметив, что ко мне вернулось сознание, закрыл блокнот и, громко хлопнув в ладоши, через чур радостно обращаясь словно к давнему приятелю, заговорил:

– Ну, здравствуйте, Владислав Георгиевич, кто же вас так научил гостей встречать? Или с нервами не все в порядке? Вам бы продолжить обследование, а то так и людей, покалечить можете. Половозрелого мужчину, конечно, навряд ли! А если бы на моем месте девушка была или ребёнок?

Слушая это обращение, почувствовал, что снова начинаю закипать, но быстро пришел в себя. Не в моем положении это делать, толку-то никакого. Наоборот, он этого и добивается; просто не обращать внимания на колкости, а нужно понять, что он вообще здесь делает и что ему от меня надо. Откуда он знает отчество, про больницу, как узнал, где живу?

Безошибочно определив по затуманенному взгляду, что я перестал его слушать, он снова громко хлопнул в ладоши, привлекая внимание, и все так же с улыбкой, но более серьёзным тоном, продолжил:

– Ну что, Влад, нам с тобой нужно многое обсудить.

Глава 5

Предусмотрительно отойдя в противоположную часть комнаты, откуда в последствие послышался щелчок, опять заговорил:

– Давай только без представлений, Владик. Спокойно поговорим как взрослые люди.

Я, ощутив с возможностью двигаться, последствия непреднамеренной попытки пободаться с кирпичной стеной, которая закончилась явно не в мою пользу, отвечать не спешил. Аккуратно сел на диване, боясь ощутить головокружение; только сотрясения мне сейчас не хватало. Убедившись, что повреждения не носят критический характер и самочувствие более-менее удовлетворительное, стараясь придать голосу холодные и уверенные нотки, выдавил из себя:

– Кто-ты и что тебе нужно? – хриплый в конце дрогнувший голос немного отличался от задуманного, но как не странно, ожидая в ответ очередную колкость, услышал спокойный ответ:

– Меня зовут Вэко, но думаю, ты это и так знаешь.

– В прошлый раз ты представился по-другому, – ухмыльнулся я, – что тебе нужно?

– Ой, да брось, думаешь мы не поняли, что ты нас видел и слышал? И что это ты, не знаю зачем, додумался спрятать тело! За что тебе большое спасибо, но все же спрошу. Ты случайно не псих? Что ты с ним собирался делать?

У меня в глазах потемнело от такой наглости:

– Это я псих? Вы его убили!

– Это на самом деле не так, – перебил меня Вэко. – Конечно, мы не самые добрые люди, но то существо, заслуживало более жестокой участи, а то, что с ним произошло, всего лишь случайность.

– Это был человек, не вешай мне лапшу на уши! Случайно убили, хорошо придумал, наверное, мешок тоже случайно на голове был, и в реку он сам зашел топится! – сначала громко засмеявшись, но быстро осекся, увидев, как поднялась рука.

– Давай все же ты мне начнёшь верить, тогда процесс пойдёт гораздо быстрее. Тот, как ты выразился человек, только выглядел как оный, внутри же от человеческого мало что осталось. Тебе лучше это принять как истину, поверь, «чистые» с тобой церемонится не будут.

– «Чистые»?

– Не все сразу, – отмахнулся он. – Давай по делу, верю в твои умственные возможности, но все же уточню, ты, наверное, заметил, что у меня есть некоторые умения, не свойственные среднестатистическому человеку? – опять с издевкой, но уже не улыбаясь, – спросил Вэко.

– Заметил… Почему вы меня тогда отпустили?

– А ты кому-то мог об этом рассказать? Вернёмся все же к моему вопросу. Заметил – хорошо, отсюда еще один вопрос, не беспокоит ли тебя ладонь?

– Ха, я так и знал, что это твоих рук дело! Что ты со мной сделал? Это яд или еще одно умение? Что это вообще за умение? Магия, внутренняя энергия ци?

– Да я заметил, что ты любишь фэнтези, так даже лучше, проще будет поверить. Считай, что это и то, и другое. А по поводу тебя, то это не моих рук дело.

-Как это не твоих, все началось с рукопожатия! – возмущенно воскликнув, ткнул в его сторону ладонь.

– Скажем так, мне довелось пробудить эту силу, до этого спокойно спящую в тебе. Непонятно вообще, почему еще наши тебя не нашли. Так вот эти боли, это не яд и ни какое-то из моих умений, это всего лишь тебе настойчивое напоминание, что нужно чаще посещать наш источник силы.

– Что за источник? И почему нельзя было меня раньше туда отвести? Боль невыносимая!

– О да, поверь, – знаю. Еще неделя, и от нее ты бы начал терять сознание каждые полчаса, а потом и смерть от болевого шока. Почему раньше не пришел? Да сначала некогда было, а потом как-то вылетело из головы, ремонт в квартире затеял, нормальных мастеров не найти ....

Я шокировано слушал беззаботное повествование о гадких мастерах, за которыми пришлось все переделывать, думая, что месяцы боли, были ценой какого-то дурацкого ремонта!!! И только страх, опять рухнуть навзничь, не позволил мне наброситься на него с кулаками, но речь свою больше контролировать не мог.

Поток оскорблений прекратился минут через десять. Вэко сначала с непониманием, потом с интересом, спокойно слушал до конца мою речь. В конце даже похлопал.

– Ну так что, поехали наконец-то к источнику, избавим тебя от неприятностей, а то разнылся тут, хуже девчонки, честное слово! – как ни в чем не бывало, не обращая на меня внимание сказал и тут же начал идти в сторону выхода.

Мне очень хотелось его послать куда подальше, но ладонь кололо невыносимо, единственное, что смог, спросить, что брать с собой? И далеко ли ехать?

К источнику мы поехали на моей машине, на вопрос долго ли ехать, в ответ услышал: -Нет! Смутно подозревать неладное, начал, когда Вэко, сказал ехать на то же место, где пару месяцев назад мною было найдено тело. «А вся эта история вообще может быть правдой? И не обманул ли меня? Что это вообще за источник, про который он, кроме его упоминания, вообще отказывался говорить?» – размышлял по дороге, косясь на своего попутчика. Тот проявил интерес к моим дискам с музыкой, рассматривая каждый из них с любопытством, не спеша вставляя в магнитолу.

– Что-то старье одно какое-то у тебя! Когда последний раз коллекцию обновлял?

– Да я не сильно любитель слушать музыку, в тишине мне как-то получше, а так радио включаю и слушаю.

– Понятно. А вот я предпочитаю рок, вообще себя не представляю без музыки; даже не вспомню, когда последний раз засыпал без наушников, разные мысли дурацкие сразу в голову лезут, – ни с того ни с сего разоткровенничался он.

Дальше разговор не задался. Я не бросал попытки что-то разузнать, но все мои вопросы были благополучно проигнорированы. Подъезжая к реке, сами по себе перед глазами пронеслись воспоминания, даже перетрухнуло слегка.

Мой новый знакомый, вышел из машины и спокойно, не оборачиваясь, начал спускаться к реке. Засомневавшись на пару мгновений, но подгоняемый болью, словно чужой волей (мне ничего не оставалось) как, грустно вздохнув, последовать за ним. Спустившись, осмотрелся, ожидая увидеть какое-то плавательное средство, ничего не заметил, спросил, на чем будем добираться.

– Так, Влад, раз у нас с тобой уже сложились доверительные отношения, – не обращая внимание на мой скептический смешок, продолжал говорить, одновременно спускаясь по обрыву в реку, не снимая обувь и одежду.

– Ты должен сейчас вместе со мной зайти в воду, крепко взять меня за руку и, по моей команде, нырнуть. Все понятно?

– Это шутка такая? Вода же ледяная! – Он собрался меня утопить, с ужасом подумал я.

– Нет, не шутка, и лучше даже возьмись двумя руками, не хочется потом тебя искать. Давай быстрее, вода, действительно, холодная! И не заставляй меня снова на тебя знак накладывать. Ты в любом случае здесь окажешься, от тебя только зависит добровольно или… – не закончив предложение, многозначительно направил на меня ладонь.

– Да иду уже! – зло крикнув, спрыгнул с обрыва, с удовольствием подметив, что обрызгал его.

-Берись за руку и не вздумай отпускать! И еще, когда окажемся перед Гебосом, не забудь поклониться, руки вдоль тела и поклон, как артисты на сцене кланяются, видел? Вот так, да! И обращаться только Сэр! Да, я тебе подскажу, узнаешь его. Что ты так смотришь на меня, не я правила придумывал. Готов? Насчёт три ныряем! Один…два…три!

Мы одновременно погрузились в темную, холодную воду; грудную клетку сдавило от холода и выбило сразу же весь кислород, первое желание было инстинктивно вынырнуть, которое мне чудом удалось преодолеть. В следующий момент вода вокруг забурлила, и я ощутил, будто попал в водоворот; меня закрутило, и все, что мне оставалось, это со всей силой вцепиться в руку едва различимого рядом силуэта. Не знаю, сколько прошло времени, но в тот миг, когда мысль, что сейчас утону, начала казаться реальностью, мутная темно-зеленая вода стала кристально чистой, и я почувствовал ногами твердое, неилистое дно, а рука, за которую до белых костяшек держался, потащила меня вверх на поверхность.

Глава 6

Вынырнув с раскрытом ртом и частыми короткими вдохами поглощая кислород, пытаясь перестать стучать зубами (все-таки на дворе осень, и вода, мягко говоря, была некомфортной температуры), изумлённо осматривался, где оказался. Стояли мы в большом, круглом, а собственно, что это было? Первое, что пришло на ум – фонтан. Мраморная плитка, серая, с фиолетовыми прожилками, прозрачная вода, только вот довольно глубокий для фонтана, почти мне по шею, и внутри него не было статуй, никаких других композиций или, хотя бы вертикальных трубочек, через которые били бы вверх струи воды. Бассейн? Но не было видно ступенек или лестниц для спуска и подъёма.

Подплыв к краю этой мраморной чаши (так решил ее называть), подтянулся двумя руками и сел на довольно широкий мраморный бортик. Диаметром эта чаша была примерно около десяти метров, а в ее центре, выделяясь от остальных, лежала золотая плита. Отличалась она не только цветом, но и формой, если уже описанные мною серые с прожилками плиты были одинакового размера и квадратной формы, то золотая плита была прямоугольной и без каких-либо прожилок. Вокруг этой чаши были четыре серые колонны с кубовидным основанием и гладким стволом, уходившие ввысь под высокий потолок.

Само помещение, относительно чаши и колонн, было небольшим. Стены и пол вымощены похожей серой квадратной плиткой, только уже без прожилок. Освещала комнату большая люстра, которая светила мягким белым светом. Находилась она аккурат по центру помещения и, несмотря на свои явно внушающие размеры, освещала только пространство внутри колонн. В остальной части царил полумрак.

Пока я осматривался по сторонам, мой компаньон уже выбрался из чаши и стоял возле противоположной стены, вдоль которой находились едва различимые шкафы, он переодевался в сухую, чистую одежду.

– Плыви сюда, не вылазь там, а то будешь полы мыть неделю, – не оборачиваясь, обратился он ко мне.

– Мы под землёй? Как мы здесь оказались, что-то не вижу труб, по которым нас так вертело?

– Да, под землёй, и нет никаких труб. Давай быстрее, устал уже с тобой возиться, полдня коту под хвост, сейчас передам тебя Гебосу, и он тебе все объяснит! Вот твой шкафчик с одеждой, – кивнув на соседнюю секцию, на дверце которой была выгравирована золотистая буква А, и продолжил, уже со знакомой мне по тону издёвкой, говорить:

– Запомнишь? Или попросить, чтоб вишенку нарисовали или зайчика? Помнишь, как приветствовать Гебоса? Нет, не правильно, этот палец лучше ему все-таки не показывать! – засмеялся он довольный своей шуткой:

– Все, пойдем, нас, наверное, уже давно ждут.

Переодевшись в свободную черную майку с известным спортивным брендом и такие же спортивные штаны, мы вышли из помещения в длинный ярко освещённый коридор с покрашенными белыми стенами, такой же потолок и с белой плиткой под ногами. Свет сначала был такой яркий, что я от неожиданности зажмурился. По обоим сторонам коридора находились двери, с каждой стороны по десять. Мы прошли весь коридор и упёрлись в еще одну дверь, за которой находилась лестница, ведущая наверх; поднявшись на этаж, на площадке которого была точно такая же дверь, не останавливаясь, продолжили подниматься дальше.

На следующем этаже была уже знакомая белая дверь с серебряной круглой ручкой. В нее мы вошли и оказались в большой кухне; четыре обеденных стола, по шесть стульев у каждого, сейчас пустовали. Большое пространство для готовки, с двумя четырёхконфорочными плитами, и четыре холодильника. Возле стены расположились два диванчика с кофейными столиками. Проследовав далее, вышли из пустующей столовой и оказались в большом и красивом холле, слева находился ресепшен. И вот я увидел первого человека в этом комплексе. Миловидная женщина, лет пятидесяти, брюнетка с завязанными в строгий пучок волосами, в круглых очках сидела за длинным столом в виде полумесяца и что-то печатала за компьютером. Посмотрев в нашу сторону, улыбнувшись, сказала:

– Добро пожаловать, Владислав! Шеф уже давно вас ждёт, но сейчас просил не беспокоить, разговаривает по телефону. Присядьте, подождите. Как дела, Вэко?

– Как тебя увидел, сразу же стало лучше, Кнела! Как день начался у нас, без происшествий?

– Был один вызов, Тисв и Генрок отправились, но вроде как ложный.

Я присел на один из кожаных диванов, что стояли в холле, а мой спутник, вёл непринуждённую, о чем-то, понятным только им двоим, беседу, опёршись локтями на высокую столешницу ресепшена. Прошло, наверное, около десяти минут, когда в холле раздался звонок, и любезная Кнела сообщила, что нас ждут.

– Не волнуйся, все будет хорошо, – улыбнулась она мне, видя, что нахожусь не в своей тарелке.

В ответ, улыбнувшись, кивнул и вошёл следом в уже открытую дверь. Это был типичный кабинет большого босса. Обитые резным коричневым деревом, где-то до середины стены переходили в темно-зеленого цвета обои. Красивый, в тон обоям паркет, а все пространство кабинета занимал шикарный Т-образный стол, вокруг которого расположились такие же красивые стулья, с высокой спинкой и все такой же темно – зелёной обивкой. Хозяин же кабинета предпочёл более удобное, но не менее дорого выглядящее, большое кожаное офисное кресло. Это был среднего роста мужчина, на вид лет шестидесяти, с темными подернутыми сединой, волосами и такой же аккуратно уложенной, не очень длинной бородой. Слегка нахмуренное лицо и твёрдый взгляд, поневоле заставлял понимать, что лучше этого человека не злить. Классический костюм-тройка. Пиджак, небрежно накинутый на спинку кресла, и обтягивающая жилетка, позволяли на вскидку понять, что для своих лет он находится в хорошей физической форме.

Оглянувшись на Вэко, который остался стоять у стены и многозначительным кивком напомнил мне о правилах, я собрался, и, как он мне говорил, руки расположив по швам, низко поклонился и отрапортовал:

– Сэр, здравствуйте, меня зовут Влад!

Мужчина с удивлением посмотрел сначала на меня, потом перевел недоумевающий взгляд мне за плечо, откуда послышалось хихиканье.

– А что вы смотрите на меня, это полностью его инициатива! Говорят, молодежь пропащая растет, а тут, видите, как уважают старших, с поклоном здороваются и сэрничают.

«Я его когда-нибудь прибью», -подумал и тут же стал ощущать, как мое лицо становится пунцовым.

Глава 7

– Спасибо, Вэко. Можешь быть свободен, – спокойным, глубоким голосом сказал Гебос и указал мне на стул. Дождавшись, когда я отойду от смущения и выберу на какой стул мне присесть, вытащил тонкую папку и продолжил:

– Лоников Владислав Георгиевич, 28 лет, не женат. Среднее общее образование и незаконченное высшее в юрфаке. Официально безработный. Родители: Георгий Владимирович и Карина Эдуардовна – врачи. Все верно?

Посмотрел на меня, увидел мой подтверждающий кивок, отложил папку и откинулся на кресле.

– Ну что, Владислав, готов утолить твое любопытство и ответить на все накопившиеся вопросы.

Уже как-то привыкнув, что мне толком ничего не объясняют, от удивления даже не сразу сообразил, что от меня хотят. Собравшись, начал думать с чего начать, вопросов был вагон и маленькая тележка.

– Где мы? Что это за место?

– Мы находимся все там же, в нашем добром, старом и не особо цветущем Конино. А это место, наша небольшая уютная резиденция, для кого -то становится вторым домом, а для кого-то единственным. Здесь каждый для себя решает сам. Как твоя рука?

Рука! Точно. Как заворожённый после того, как попал сюда, думал только об этом месте и как здесь оказался, а то, что ладонь больше не пронзает болью, такой ненавистной, но в тоже время уже привычной, даже не заметил.

– Спасибо, боль исчезла … Что это вообще было? Почему прошло? Вэко упоминал источник, этот источник – чаша? – спросил и сам же себе ответил на свой вопрос.

Все равно, жаждуя услышать подтверждение догадки, уставился на откинувшегося и с интересом, наблюдавшим за мной начальника.

-Да, ты частично прав. Источник – это не чаша, а то, что находится в ней самой. Источник дарует силу, некие умения, о которых ты скоро несомненно узнаешь, но и взамен, скажем так, ненавязчиво требует к себе внимания. Так что с этого дня, для тебя будет лучше запомнить это, потому что, чем больше он даёт, тем больше требует, как я сказал раньше – внимания.

Мне не понравилось услышанное, нахмурившись, решил уточнить:

– Что это значит? Можете как-то помочь мне от этого отказаться, вылечиться? Мне совершенно не хочется оказывать внимание какому-то источнику. Тем более, что на следующий год уеду с этого места.

– Это не болезнь, Влад, это дар и, к сожалению, ни я, никто другой при всем желании, тебе помочь не смогут. Планы придется пересмотреть. Источник тебя выбрал, и ты связан с ним до конца своих дней. Поверь мне, с этим ничего сделать нельзя. Ты не представляешь, сколько людей до тебя пытались это сделать. Итог всегда был один, смиренно принять дар и относиться к обязанности, как к незначительному раздражителю.

Он замолчал и сочувственно смотрел, как я обдумываю услышанное.

«Нет, нет, нет так не может быть, только собрался изменить свою жизнь, уехать с этого осточертевшего города, как мне говорят, что я тут застрял на всю жизнь», -разговаривая сам с собой, представил огорчённые лица родителей, когда скажу, что переезд не состоится. «Нет, нет, нет…не время унывать и думать все пропало, выход должен быть», -мое молчание затягивалось, уже по-другому посмотрев на мужчину, спросил:

– И как долго вы меня собираетесь здесь держать?

– Ооо, Владислав, тебя никто не собирается здесь удерживать, тем более силой, ты совершенно свободно можешь покинуть нашу резиденцию, когда посчитаешь нужным, так же, как и вернуться обратно.

Усмехнувшись, я всем своим видом показал, что в последнее утверждение точно не верю.

– А если не приду, опять этого за мной пришлёте, как было в этот раз?

– Да, Вэко не любит излишне церемониться и, сложись ситуация по-другому, был бы последним человеком, кого бы отправил за тобой, но, учитывая, что вы уже были знакомы, решил, что так будет лучше. Больше за тобой, поверь, никого отправлять не буду.

– Значит мне можно сейчас уйти? – Не спеша вставать, произнес я, до конца, не веря в то, что это возможно.

-Да, конечно. Мы ещё многое не обсудили, но вижу, что ты расстроен, поэтому не буду настаивать на продолжение беседы. В другой раз. До свидания, Владислав.

– До свидания. – Встал со стула и направился к двери. Уже, выйдя за порог кабинета, обернулся уточнить.

– Мне, конечно же, запрещено рассказывать об этом месте?! – скорее больше утверждая, чем спрашивая.

– Нет конечно, рассказывай все, что сможешь, – ответил мне Гебос, все с таким же сочувственным взглядом.

Направляясь по холлу к двери, над которой красовалась табличка «Выход», попрощался с мило мне улыбнувшейся Кнелой. За дверью была лестница, по которой, поднявшись, уткнулся в массивную железную дверь, что была похожа на двери подъезда, может только слегка помассивнее. Как только к ней подошёл, она издала писк и, толкнув ее я, вышел в самый обычный подъезд, на площадке которого красовалась большая белая цифра один.

Когда вышел уже из обычного подъезда, смог увидеть, что резиденция, оказывается, находилась под девятиэтажным домом. Осматриваясь по сторонам, чтобы узнать в какой части города я нахожусь, вспомнил, что моя машина осталась у реки. Улица Майская, дом двадцать восемь, первый подъезд. Это была окраина города, на другом берегу, поэтому мне ничего не оставалось, как идти искать ближайшую остановку и ждать троллейбуса. На улице уже темнело, а мне еще пешком идти пару километров за машиной, если она там еще стоит, потому что ключи были благополучно забыты в замке зажигания. «Да ладно машина, с ней скорее всего все нормально, а вот инструментов, накопленных годами на десятки тысяч, и телефон с бумажником взять не постесняются», – грустно вздыхая, подумал я.

К счастью мне повезло, и машина, и все, что находилось в ней, остались на месте. Домой ехал, разговаривая с мамой, от которой был пропущенный звонок. Когда наконец-то оказался в своей квартире, уже порядком стемнело. Уныло прожурчавший желудок напомнил, что сегодня я ничего так и не поел. Отправился обратно на улицу в ближайший продуктовый магазин, купил сосисок и сыра. Поужинал, принял душ и завалился на диван.

Столько сегодня произошло, и все нужно тщательно переварить и обдумать. С удовольствием отметил, что рука вообще не беспокоит после сегодняшнего купания в чаше. «Если все правда, что он сказал, то боль будет возвращаться и не проходить, пока я туда не вернусь.... Наделяет силой и умениями, интересно какими?…Да нет, никакая сила не перекроет, если тебя, как собаку, привяжут к одному месту на всю жизнь… Что-то сил прямо вообще нет… Скоро на работу выходить, надо последние заказы отработать и думать о переезде… Или этому переезду не суждено состояться… Если все это правда».

Глава 8

Глава 9

Мы оставили Генрока и поднялись обратно наверх в холл. По пути пытался выяснить, что произошло.

– Да мне же откуда знать, Влад? Я видела все тоже самое, что и ты, – буднично отвечала Кнела, как ни в чем не бывало, продолжив, сидя перед компьютером, что-то печатать.

– И часто у вас такое происходит? – нервничая, я не мог больше сидеть и ходил из стороны в сторону, чем порядком раздражал женщину.

– Сядь, пожалуйста, не могу работать, когда на фоне маятник. Не сказать, чтобы часто, но все бывает.

– Все бывает? Интересная у вас работа! Может его все-таки отвезти в больницу? Не знаю… пули достать хотя бы? Как-то раны обработать, оставили его там одного, – продолжал взволновано расхаживать я.

– Почему вы так спокойны? Это же ваш знакомый, а не мой!

Стук клавиш прекратился.

– Присядь, пожалуйста, – настойчиво повторила она. – Поверь, если бы в него стреляли, то это было бы меньшее из зол и, уж точно, в таком состоянии он бы не был и пули достал сам. Волноваться, как минимум, сейчас уже не нужно. Свиток поможет ему, как не помог бы ни один врач в мире. Ты только попал к нам, и многое может показаться тебе странным и невероятным, честно признаться, оно таковым и является. Но все же, если тебе говорят, что все под контролем, значит это так и есть, поэтому сядь уже, наконец-то, иначе будешь ждать своей аудиенции в подъезде!

Мне ничего не оставалось кроме как подчиниться, переваривая услышанное. Минут через пять дверь в кабинет открылась, и из нее вышла девушка, которая направилась ко мне.

– Привет, ты новенький? Как дела? Меня зовут Тисв! Приятно познакомиться: шеф тебя зовет, – выпалила с улыбкой она, протянув руку для приветствия и, не дожидаясь моих ответов, развернулась и направилась к выходу.

Я остался стоять с застрявшими в горле ответами, глядя ей вслед. Девушка была невысокого роста, темные джинсы обтягивали ее худые ноги, а голубые глаза были такими же яркими и красивыми как у мужчины, что довелось мне на себе недавно нести. Длинные, ниже лопаток, рыжие волосы были заплетены в косу. Когда она скрылась за дверью, пожав плечами я направился в кабинет к начальству. Сжимая в руке вырванный с блокнота лист, подумал, что правильно сделал, что их записал. После недавнего события вопросов стало намного больше, а те, что хотел задать, вылетели из головы.

Зашел в кабинет с вопросом «можно» и, дождавшись ответа, присел на крайний стул, ожидая начала разговора.

– Ну здравствуйте, Владислав, рад снова вас у нас видеть. Вы уже пришли к каким-то выводам? В голосе мужчины не слышалась насмешка, скорее усталость.

– Здравствуйте, вывод пока только один, что вы говорили правду насчет источника, но у меня к вам еще много вопросов.

Разведя руки в стороны, показывая, что готов утолить мое любопытство, Гебос уже привычно откинулся на кресле. Я же достал листок, откашлялся и задал первый вопрос о периодичности посещения источника, чтобы забыть о боли.

– Влад, на этот вопрос точного ответа нет. Все индивидуально. Сколько прошло с прошлого твоего посещения? Две недели? Значит и отталкивайся от этой цифры. Но, как я уже говорил тебе в тот раз, оно будет уменьшаться.

Ответ мне не понравился, все-таки надеялся, что есть точные данные. Задал второй вопрос про природу источника и почему я оказался под его вниманием только сейчас?

– Вот, наконец-то, вопросы по делу. Почему только сейчас – это тебе никто не скажет: в разное время у нас разная численность, когда наступают тяжелые времена, могут появиться сразу несколько новичков, а бывает, что годы могут пройти без пополнения. Мы его называем источник, но источник – это не чаша, а то что в ней находится. Да, ты правильно понял, но это не золотая плитка в центре. Под защитным стеклом находится то, что мы называем Свиток Карры.

Я задумчиво почесал нос: что-то пока вопросов становится только больше.

– А что это за свиток, и почему он находится под стеклом?

-Опять же точного ответа нет, это было задолго до того, как я здесь оказался. Наши предшественники решили, что так нужно. Есть слух, который похож на правду, что вода является естественным (как бы это правильно назвать) смягчителем силы свитка. Доставать и проверять желающих нет.

– Что-то наподобие как охлаждение водой ато�