В ловушке времени

Пролог

За стеной прогремел оглушительный взрыв.

– Защищайте вход любой ценой! Не дайте ему войти внутрь! – прокричал Торвекс и растворился в воздухе, перемещаясь в гущу сражения.

– А он слишком хорошего мнения о нас, – попытался пошутить Фирен, но никто не улыбнулся.

Мы понимали, что без поддержки высшего мага нам долго не продержаться. Двери главного зала сотрясались от ударов с той стороны, и единственное, что их сдерживало – наша стремительно иссякающая магия. Нас осталось пятеро. Пятеро из сотни молодых магов, подающих надежды и с детства обученных сражаться. Мы выросли в войне, жили в войне и умрём в войне…

Кончики пальцев онемели от напряжения. Я вкладывала в щит слишком много магии, но Эльдрин и Айза были уже на пределе – магический купол с их стороны потускнел и пошёл трещинами. Я видела, что творилось в других частях дворца, и знала, что будет, если сдаться.

Дворец Высшего круга пожирал огонь. Человеческие слуги жались по углам каменного зала, зная, что их ждёт, когда сюда ворвутся тёмные маги. Мы все знали, что нас ждёт – жестокая и мучительная смерть, потому что Кайлор Моргрис – предводитель тёмных сил – не брал пленных, упиваясь предсмертными криками своих врагов.

Я стёрла со лба испарину свободной рукой и обернулась, чтобы проверить, как там Лира и Фирен. Поймав мой взгляд, Лира ободряюще улыбнулась – эта оптимистка всегда верила в лучшее. Мне захотелось улыбнуться в ответ, но в ушах вдруг взорвался оглушительный грохот, и глаза Лиры испуганно расширились. Передо мной пролетела вспышка заклинания, а Лиру отшвырнуло назад, как тряпичную куклу. Она ударилась о стену, едва не задев собой картину, и рухнула на пол. Щит пал.

Минута… Мы выстояли меньше минуты…

Я едва успела увернуться от следующего заклинания и растворилась в воздухе, перемещаясь к Лире на другой конец зала. Внутрь тут же хлынул десяток тёмных магов. Что-то снова взорвалось. Обернувшись, я увидела, что Эльдрин и Айза мертвы, а Фирен пытается защитить людей. Деревянные скамейки по краям зала вспыхнули огнём. Кто-то завопил от боли, и моё сердце испуганно рухнуло вниз.

Я с глупой надеждой склонилась над подругой – над этой чёртовой оптимисткой, умудряющейся верить в лучшее даже в самые тёмные времена, но её испуганно раскрытые глаза неподвижно застыли, а под головой разливалась лужа крови.

Нет… Нет. Нет!

Пальцы снова задрожали. На этот раз от страха и бессилия. Из глаз хлынули слёзы, а в грудь будто бы вонзили раскалённый клинок. Я не хотела верить, что всё закончится так: быстро, бесславно и… глупо. За спиной раздался крик Фирена, но я не смогла обернуться. Не смогла увидеть ещё одну смерть близкого.

К горлу подступал тошнотворный мерзкий ком. Я хорошо знала это чувство и ненавидела его всей душой. В груди жгло и царапалось, словно в меня влили раскалённый свинец. Дрожащей рукой я провела по лицу Лиры, закрывая ей глаза. В голове билась лишь одна мысль: «Всё кончено»…

– Вставай, Элейна! – кто-то с силой сжал моё плечо, потянув на себя.

Несмотря на отчаянье, разрывающее меня изнутри, я заставила себя подняться, потому что узнала этот приказной тон. Катарина – высший маг и моя наставница – недовольно хмыкнула и окинула меня строгим взглядом. И хотя я давно была не ребёнком, машинально стёрла слёзы и выпрямилась.

В груди продолжало жечь и царапаться, но я пустым взглядом смотрела на Катарину, вспоминая её уроки. Нельзя плакать, нельзя бояться, нельзя чувствовать. Она всегда пыталась вырастить из меня воина без чувств и эмоций. Без друзей и семьи. Но я зачем-то отчаянно пыталась продолжать цепляться за чувства…

– Вытри слёзы, дитя. Это ещё не конец, – уверенно сказала наставница и схватила меня за руку.

Мир на мгновение превратился в неясное пятно, а затем резко приобрёл чёткость. Катарина перенесла нас в кабинет Высшего круга, соседствующий с главным залом, откуда доносились крики людей и короткие приказы командиров тёмных сил. Раньше здесь пахло деревом и пылью старых книг, но сейчас лишь кровью и смертью.

Молниеносным движением руки Катарина бросила в дверь заклинание, и вокруг замерцал едва различимый, но плотный щит. Все звуки разом стихли. Полупрозрачные рукава её светлой туники повторяли каждое суетливое движение рук. Склонившись над круглым столом в центре комнаты, она сосредоточенно прикрыла глаза, а я растерянно замерла рядом, не понимая, что мне делать, и проклиная себя за слабость.

Мне казалось, что я уже давно привыкла к смертям и боли, но я ошиблась… Перед глазами стояло бледное лицо Лиры, бездыханные тела Айзы и Эльдрина, а в ушах звоном отдавался крик Фирена. Мне хотелось просто сжаться на полу и зарыдать. Поддаться этой боли и сгореть вместе с ней заживо.

Я осталась единственной из нашего отряда… Я потеряла их всех. Мы проиграли.

До боли вцепившись в кожаные наручи на своём запястье, я попыталась скрыть предательскую дрожь пальцев.

– Слушай меня внимательно, Элейна, – спокойно начала Катарина, отходя от стола.

Тот медленно отъехал в сторону, и на его месте появилась каменная лестница, уводящая вниз. Проверив щит на двери, наставница кивком приказала мне следовать за ней.

– Сегодня тебе пришлось многое пережить. Снова пройти через боль утраты, но я знаю, за чем он пришёл, и мы ещё можем всё изменить, – уверенно продолжила она, взмахивая рукой и зажигая факелы в каменном длинном туннеле.

Я никогда не была здесь раньше, даже не подозревая о том, что под главным залом пролегает секретная сеть туннелей. Катарина редко посвящала меня в свои тайны, хотя я знала, что их у неё было немало. Всех высших магов окружал ореол загадочности. Потому-то они и были высшими – нам, обычным магам, никогда было с ними не сравниться.

– Как? – глухо спросила я, следуя за ней как в тумане.

Несмотря на уверенность Катарины, мне смутно верилось в её слова. Даже при всей мощи высших магов она не сможет противостоять тысяче тёмных наверху. Мой отряд мёртв. Остальные высшие маги мертвы. И наша с ней смерть была лишь вопросом времени. Как она меня и учила – я трезво смотрела на вещи, пытаясь принять свою судьбу достойно и без страха.

Мы дошли до простой деревянной двери в конце туннеля, и Катарина лениво взмахнула рукой, распахивая её настежь.

– Ответь мне на один вопрос, Элейна: ты хочешь отомстить? За своих друзей, за родителей, за всех, кто погиб в этой войне.

Мы зашли в полукруглый каменный зал, где не было ничего, кроме странного золотого устройства по середине. Платформу в центре обрамляло несколько широких золотых колец. Я настороженно замерла, а Катарина прошла дальше и остановилась позади устройства, впившись в меня внимательным взглядом.

– Ты хочешь своими руками убить Кайлора Моргриса?

– Да, – не задумываясь, ответила я.

Кулаки инстинктивно сжались, а кровь закипела в жилах от одного упоминания его имени. Главный виновник этой войны, главный виновник всех наших бед и моей сломанной жизни. Я хотела его смерти больше всего на свете. Только вот у меня никогда не хватило бы сил расправиться с ним в честном бою…

– Хорошо, – довольно кивнула Катарина, перекинув за плечо светлую косу. – Встань на платформу, дитя, и слушай.

Поколебавшись секунду, я подчинилась. Так было всегда – она приказывала, я делала. И хотя мне по-прежнему было не ясно, что от меня требуется, если у меня был шанс отомстить, я готова была рискнуть. Чем угодно. Лишь бы убить Моргриса. За все годы ненависти и боли, сжигающие меня изнутри.

– Помнишь тот день, когда он приехал в столицу на лживые переговоры? – голос Катарины, как всегда, был сосредоточенным и холодным.

Да, я помнила. И слишком хорошо… Просыпаясь по ночам от запаха горящей плоти и крика Эрика. Катарина пыталась вытравить из меня эти воспоминания, но он погиб у меня на руках, а через месяц мы должны были сыграть свадьбу...

Я до скрипа зубов сжала челюсть и выдохнула:

– Да.

– Хорошо, – снова кивнула Катарина. – Я верну тебя в тот день. Ты должна будешь подобраться к Моргрису и убить его.

– Что?.. – я глупо моргнула, не веря в услышанное. – Как это возможно?

– Ты задаёшь не те вопросы, Элейна, – раздражённо хмыкнула наставница, недовольно качнув головой. – Развернись ко мне спиной.

В воспоминаниях всплыло веснушчатое лицо Эрика, его тёплая улыбка и светлые глаза. Сердце болезненно сжалось, а глаза снова застлала влажная пелена. У меня будет шанс увидеть его снова…

Увидеть друзей и убить Моргриса.

– Почему я? Что будет, если у меня не получится?.. – неуверенно начала я.

– Снова не те вопросы, Элейна. Ты знаешь ответы на них. Я растила тебя как своё дитя. Если кто и сможет это сделать – это ты.

Сделав глубокий вдох, я заставила себя успокоиться. Верно. Мне было известно, что будет, если я не справлюсь. Эрик, Лира, Айза, Фирен, Эльдрин… И множество других имён, о которых я даже не догадывалась.

Я не могла не справиться. Меня растили воином. Катарина приказывает – я делаю. Либо победа – либо смерть.

– Приготовься.

Я замерла, не особо понимая, к чему именно мне готовиться, и прикрыла глаза. Перемещение в прошлое не должно было оказаться страшнее войны…

Дверь вдруг с грохотом распахнулась, и я резко открыла глаза, забыв, как дышать – на пороге стоял сам Кайлор Моргрис. Наши взгляды встретились, и он победно усмехнулся. Что-то прокричала Катарина, но я уже не слышала.

В меня летела ярко-красная вспышка заклинания.

А затем пришла боль, и мир поглотила тьма.

Глава 1

Я резко распахнула глаза. Надо мной застыло светло-голубое небо, проступающее сквозь пышные кроны деревьев. Голова нещадно раскалывалась, словно кто-то нацепил на меня раскалённый обруч. Каждое движение отдавалось в теле тупой ноющей болью.

Прохладный воздух коснулся лица. Я медленно повернула голову и едва не закричала от ужаса: на меня смотрели остекленевшие глаза мертвеца. Игнорируя слабость, я резко вскочила на ноги и рванула в сторону, споткнувшись обо что-то. Сердце застучало где-то в горле. Опустив взгляд ниже, я увидела светлый рукав рубахи, забрызганный кровью.

– Какого чёрта?! – выругалась я, судорожно оглядываясь по сторонам.

Вокруг меня на поляне лежало несколько обезображенных мужских тел с пробитой грудью и кровавым месивом вместо лица. Чуть поодаль стояла карета с распахнутой настежь дверью, а на бархатных сидениях неподвижно замерла чья-то фигура. Моё сердце загнанно затрепыхалось в груди. Где я? Что здесь произошло? Это явно не столица.

Я осторожно шагнула к карете и скривилась от омерзения – залитая кровью трава чавкнула под ногами. За свою жизнь я повидала немало смертей, но никогда – столь уродливых. Видимо, этим несчастным «повезло» наткнуться на диких зверей. Тёмные маги хоть и убивали медленно и с наслаждением, но никогда не оставляли после себя следов.

Я коснулась резного узора на двери кареты. Рисунок казался мне смутно знакомым, но я не могла вспомнить, где его видела. Сознание вопило, что мне нужно убираться отсюда и поскорее, однако тело почему-то не желало слушаться. Вдали вдруг раздалась весёлая трель птиц, и я вздрогнула.

Чёртовы птицы… И чёртов страх. Не так я себе представляла своё перемещение в прошлое. Я должна была оказаться в столице, а не в глухом лесу среди трупов!

В углу кареты неподвижно застыла хрупкая фигура девушки. Её голова была низко опущена, длинные тёмные волосы спадали на лицо, а светло-голубая ткань красивого, воздушного платья залита кровью. Я снова скривилась: глупо было надеяться, что кто-то из них остался в живых…

Мой взгляд зацепился за тонкий золотой браслет на худом запястье, и я удивлённо приподняла голову девушки. К горлу подступил тошнотворный ком: её лицо было обезображено до неузнаваемости, а на шее виднелся точный, аккуратный порез с запёкшейся кровью.

Нет… Это были не звери.

Девчонка оказалась магом. Юным, совсем неопытным, ещё даже не получившим силу. Потому что такие золотые браслеты выдавали всем отпрыскам благородных семей, не вступившим в «магическое совершеннолетие».

В голове стоял липкий туман. Что за чертовщина здесь творилась?.. Покинув карету, я нервно прикусила ноготь. В груди неприятно тянуло, но у меня не было времени разбираться в чужих смертях. К чёрту жалость! Я её даже не знала. Мне нужно было найти ублюдка Моргриса и убить его, пока он не сжёг столицу. А я даже не знала, где нахожусь.

Сердце постепенно выравнивало ритм. Я заправила за ухо прядь тёмных волос и оглядела свой грязный, местами изорванный кожаный доспех. Для начала нужно найти чистую одежду, иначе в столице меня тут же схватит стража. Потом добраться до Эльдриона, отыскать Моргриса и убить. Да уж, проще простого…

Я подошла к задней части кареты, не особо надеясь что-то там найти, но удивлённо присвистнула, обнаруживая, что все сундуки остались на месте. Значит, это было не ограблением, а спланированным убийством. Я ничего не слышала о подобных нападениях шесть лет назад, но аристократы привыкли не выносить сор из избы. Особенно в разгар войны, где каждый мог посчитать тебя предателем.

Порывшись в сундуке, я нашла кружевное светлое платьице. Давненько я не носила таких вещей… Лёгкая ткань почти невесомо коснулась кожи, и мне тут же захотелось переодеться обратно в доспех, чтобы почувствовать иллюзию безопасности. В этой тряпке я выглядела как девчонка из кареты – беззащитно, слабо и глупо. Единственное, что меня в этом радовало – никто в столице даже не взглянет в мою сторону в таком виде. Мало ли изнеженных дурочек гуляет по улицам Эльдриона, надеясь удачно выйти замуж за богатенького лорда, будто их жизни не висят на волоске от смерти каждый день.

Тёмная хвойная чаща была похожа на лес возле Дредхолла – главного города тёмных магов. И, если я права, перенос в столицу отсюда отнимет много сил, но выбора не оставалось. Мне надо было спешить, пока не стало слишком поздно. А о том, как убить Моргриса без полного магического запаса, я подумаю позже...

Закрыв глаза, я в мельчайших подробностях представила светлую каменную площадь с изящными лавочками, фонтаном и величественно возвышающимся над городом дворцом Высшего круга. Я приготовилась к тому, что мир сейчас схлопнется и выбросит меня на площадь, но ничего не произошло.

Я продолжала стоять в лесу, окружённая трупами. Удивлённо приоткрыв один глаз, я щёлкнула пальцами, пытаясь призвать искру огня, и снова ничего не произошло...

Паника медленно расцветала в груди, поднимаясь к горлу. Что за?..

Я прислушалась к ощущениям, но на месте тёплого клубка магии, привычно пульсирующего внутри, обнаружила лишь пустоту. Мне просто нужно успокоиться. Эмоции – худший враг магии. Сделав глубокий вдох, я взглянула на свои руки. Такое иногда случалось, когда я теряла контроль и...

Сердце пропустило удар – на тыльной стороне ладони не было шрама. Он остался мне в напоминание о том дне, когда я спасла Лиру из магического капкана. Дрожащими пальцами я коснулась щеки и замерла. Внутри всё похолодело.

Кожа была абсолютно чистой, хотя ещё с утра там «красовался» незаживающий рубец. Его я заработала шесть лет назад, пытаясь вытащить Эрика из огня. Мне не удалось увернуться от заклинания, и оно навсегда изуродовало мне лицо. Чудо, что я вообще осталась жива в тот день.

Но, если мои шрамы пропали, это могло значит только одно…

– Сука… – в ужасе прошептала я.

У меня не было магии.

***

Ноги горели от усталости. В рот словно бы насыпали песка. Ужасно хотелось пить, но я продолжала идти, едва переставляя ноги.

Шесть лет… Шесть лет я не чувствовала себя настолько слабой и потерянной. У меня не было ни магии, ни клинка. Ничего. Кроме цели и отчаянного желания убить Кайлора Моргриса.

Казалось, что лес не закончится никогда. Хотелось просто упасть на землю и уснуть, но тело на автомате продолжало двигаться вперёд. Спасибо Катарине за то, что заставляла меня до изнеможения бегать по тренировочному полю и до мозолей в пальцах упражняться с мечом. К двадцати годам я так и не обрела магию, в отличие от остальных своих сверстников, зато прекрасно убегала от врагов и убивала их сталью.

Я кинула короткий взгляд на золотой браслет на запястье. Не знаю, зачем я его взяла у той бедняги. Наверное, идиотские традиции аристократов настолько сильно въелись мне в подкорку мозга, что я не могла иначе. Были правила, которым я обязана была следовать и, если бы не Катарина, мне вообще не позволили бы взять в руки меч. Меня бы заперли в школе для благородных девиц до тех пор, пока я не пробудила бы свои силы, и заставили учиться танцевать, вышивать и готовить.

Катарина забрала меня к себе, наплевав на правила. Разрешила мне носить доспехи вместо дурацких платьев, орудовать мечом вместо иглы для вышивания и кромсать врагов вместо овощей для салата. Она дала детям аристократов выбор – иллюзорное спокойствие или бой, и многие из нас выбрали второе, потому что хотели отомстить за наши семьи. Так и появился отряд молодых магов. Пока их всех не забрала война…

Я устало прислонилась к дереву, переводя дыхание. Перед глазами начинали плясать тёмные пятна, но я оттолкнулась и пошла дальше. Мне нельзя было медлить. Нельзя было проигрывать и ошибаться. Иначе всё, что мне дорого, снова рассыплется прахом.

Было бы славно, если бы Катарина предупредила меня о том, что при переносе в прошлое моё тело тоже изменится. Я бы учла, что останусь без магии и взяла бы с собой меч. Ну, или хотя бы воду… Я тешила себя надеждой, что она и сама не до конца понимала принцип работы этого устройства. Иначе у меня было к ней слишком много вопросов.

Магия могла многое, но переносить в прошлое?..

Сердце болезненно сжалось. Я ненавидела это чувство всей душой. Надежда. Глупая и наивная.

Если магия могла сделать невозможное и перенести человека в прошлое, могла ли она оживить?..

Лес начал редеть. Значит, я не просчиталась и шла в верном направлении. На западе пролегал главный тракт между Дредхоллом и Эльдрионом. Если бы не война, я могла бы добраться до Дредхолла и воспользоваться порталом, но сейчас все пути были перекрыты.

Оставалось надеяться, что мне попадётся падкий на деньги торговец, который согласится отвезти меня в Эльдрион в обмен на золотой увесистый кулон. Это была семейная реликвия, которую я хранила из сентиментальности. Или на случай непредвиденных обстоятельств… А нынешние обстоятельства как никогда лучше подходили под определение «непредвиденных».

Мне нужно было как можно скорее оказаться в столице. Иначе всё было зря…

Ноги начали дрожать. Тёмные круги перед глазами стали заметнее, но я продолжала идти. Потому что так было нужно. Деревья наконец расступились, и я увидела дорогу. Хвала Зириане!

– Поберегись!

Послышался чей-то крик. Вдалеке недовольно заржала лошадь. Звуки доносились до меня словно через магическую призму – приглушённо и с помехами. Я медленно повернула голову и увидела простенькую повозку в паре метрах от себя.

Вот же… Откуда она здесь взялась? Медленно моргнув, я пыталась понять, не чудится ли мне это, но возница вдруг сочувствующе воскликнул:

– О, Боги! Что же с тобой приключилось?

Игнорируя его слова, я уверенно шагнула вперёд, но меня вдруг повело в сторону, и пальцы до боли вцепились в телегу, удерживая тело в вертикальном положении. С трудом подняв руку, я сжала кулон на своей шее, показывая его мужчине и прошептала:

– В Эльдрион. Я заплачу и…

Лицо незнакомца вдруг смазалось, превратившись в неясное пятно. Я почувствовала, как подгибаются колени, а потом мир погрузился во тьму.

***

До меня доносился неясный шёпот, шелест листвы и заливистое пение птиц. Веки были тяжёлыми, а тело ощущалось чужеродным свинцом. Я была в сознании, но не могла пошевелиться. Меня то утягивало в темноту, то выталкивало обратно. Я терялась в этих ощущениях, пока кто-то осторожно не коснулся моего плеча:

– Госпожа, мы приехали.

Я с трудом открыла глаза. В небе застыло яркое, палящее солнце. Лицо горело и чесалось. Мне захотелось истерично рассмеяться, но из горла вырвался лишь слабый хрип. Мало того, что я потеряла сознание от усталости, я ещё и обгорела на солнце! Лучше и быть не может! Катарина точно знала, кого отправлять в прошлое…

Меня вдруг подхватили под спину и заставили принять сидячее положение. К губам прислонили что-то прохладное. Я почувствовала вкус воды и дрожащими пальцами впилась в флягу, жадно осушая её до дна. Перед глазами застыла чужая ладонь, и я без раздумий ухватилась за неё, поднимаясь на ноги. Тело хоть и неохотно, но подчинилось.

Впереди высился двухэтажный особняк из тёмного камня. Мир продолжал скакать перед глазами и смазываться в неясное пятно, но я различала очертания, а большего мне и не надо было. Я в Эльдрионе… Это хорошо.

Нетвёрдой походкой я направилась к дому. Мужчина, спасший меня, что-то испуганно прокричал мне вслед, но я не услышала. Я пыталась вспомнить, кто живёт в этом доме. Какой из знатных семей я могла доверять?..

Навалившись на входную дверь, я чуть кубарем не повалилась вперёд. Ноги не держали. Мир кружился так, словно в меня бросили дезориентирующим заклинанием, но я продолжала идти.

Я. Должна. Была. Убить. Моргриса.

Кто-то подхватил меня под руку. Я попыталась вырваться, но меня снова повело в сторону. К чёрту. Пусть так. Пусть меня кто-то ведёт.

– Что с ней произошло?! – послышался раздражённый женский голос.

Я подняла голову и увидела женщину, спускающуюся со светлой мраморной лестницы. Тёмные длинные волосы, разметавшиеся по плечам, золотистое пышное платье, идеально подчёркивающее её фигуру, и тёмные, пронзительные глаза, следящие за каждым моим движением. Я не знала её. Даже не представляла, из какой она семьи. Остатки надежды разбились вдребезги. В голове вспыхнула абсолютно абсурдная мысль – откуда она взяла это безвкусное тряпьё?

– Немедленно приготовьте ванную! – поравнявшись со мной, властно рявкнула женщина и окинула меня наигранно сочувствующим взглядом. – О, бедняжка, что же с тобой случилось… Скоро приедет лорд Моргрис, нам нужно немедленно привести тебя в порядок.

– Что?.. – едва слышно прошептала я.

– Я не знаю, что с тобой случилось, Эллиана, – фыркнула женщина, закатив глаза. – Но даже твоё опоздание не должно сорвать знакомство с женихом.

Зириана – богиня удачи.

Глава 2

Горячая вода пахла лавандой и дорогим мылом. Я сидела в глубокой медной ванне, пока две служанки с усердием оттирали с моей кожи лесную грязь. Огромных усилий мне стоило не вздрагивать от каждого прикосновения.

Я не помнила, когда кто-то чужой прикасался ко мне в последний раз – обычно это заканчивалось клинком в горле или кучкой пепла. Пальцы девушек были мягкими, почти невесомыми, но я чувствовала себя загнанным зверем, которого чистят перед тем, как подать к столу.

– Леди Эллиана, вы так бледны, – прошептала одна из служанок, робко коснувшись моего плеча. – Может быть, позвать лекаря? Леди Ария очень беспокоится.

Я напряжённо замерла. Эллиана. Ария. Кто это, чёрт побери?! Я пыталась воскресить в памяти уроки истории и генеалогии, которые вдалбливала в меня Катарина, но не могла вспомнить ни одну знатную семью в своём времени с этими именами.

Я даже не могла понять, где нахожусь. Благодаря бодрящему чаю мои мысли прояснились, и я быстро поняла, что это не Эльдрион. Мы не добрались бы до него так быстро. К тому же я не помнила ни одного особняка, похожего на этот, а побывать я успела во многих. Высокие потолки, украшенные лепниной, обшитые деревянными панелями стены и начищенный до блеска паркет. Всё здесь кричало о высоком статусе и богатстве.

– Не нужно лекаря, – мой голос прозвучал резче, чем я планировала. – Просто… голова кружится.

Очевидно, меня спутали с убитой в лесу беднягой из-за цвета волос, её платья и браслета. Леди Ария то ли с детства не видела свою «драгоценную» родственницу, то ли даже не удосужилась разглядеть меня повнимательнее. И пока это было мне на руку.

Меня помыли, обработали саднящую от ожогов кожу и собирались привести прямо к Моргрису. Обстоятельства складывались почти в мою пользу, за исключением нескольких «но».

Я взглянула на свои руки. Чистые. Без шрамов. Без силы. Внутри по-прежнему зияла та пугающая пустота, на месте которой раньше пульсировала магия. Как я убью Моргриса без магии и в каком году я вообще оказалась?

Если это пятнадцатое июля шестьсот девяносто четвёртого года, почему Моргрис не направляется в столицу? На кой чёрт ему вообще понадобилась невеста? И кто из аристократов согласился выдать свою дочь за этого монстра?!

Служанки переглянулись. В их глазах промелькнуло подозрение. Я поняла, что веду себя не как напуганная аристократка, а как солдат в засаде. Слишком прямая спина, слишком внимательный взгляд, слишком спокойная реакция.

– Вы… вы точно хорошо себя чувствуете? – неуверенно уточнила вторая девушка, робко опуская взгляд и подавая мне полотенце.

Откуда я знаю, как должна чувствовать себя аристократка двадцати лет, которая явилась на порог своего дома в перепачканном грязью платье после жуткого нападения? Я с четырнадцати лет носила кожаные доспехи, ездила верхом и убивала своих обидчиков. Но надо было немедленно взять себя в руки и аккуратно разузнать у них, где я нахожусь.

– Я почти ничего не помню, – я прижала ладонь к виску, изображая мучительную попытку сосредоточиться. – Нападение в лесу… Удар… Карета, кровь… – мой голос задрожал, и на этот раз мне даже не пришлось играть. Воспоминания о Лире, Фирене и остальных были слишком свежи. – Всё как в тумане. Я не помню, кто я. Не помню этот дом. Ничего не помню...

Служанки ахнули, прикрыв рты ладонями. Ну давайте… Давайте! Это должно было сработать. К тому времени, как я выйду из этой комнаты, весь дом будет знать, что «бедняжка Эллиана» лишилась памяти от страха. Это даст мне время. Время, чтобы не выдать себя раньше, чем я доберусь до глотки Моргриса.

Девушки снова переглянулись, и та, что постарше, едва заметным кивком указала второй на дверь. Беги, девочка, беги. Доложи обо всём хозяйке.

Меня усадили за туалетный столик и принялись расчёсывать волосы. Я сделала вид, что не заметила, как одна из служанок испуганно пятится к двери. Мой взгляд упал на отражение в зеркале: фарфоровая кожа, выразительные каре-зелёные глаза, пухлые губы, точёные черты лица и моя гордость – копна шелковистых тёмно-каштановых волос. На самом деле я никогда не комплексовала по поводу рубца, тянущегося от скулы до самого подбородка. Без него или с ним, я знала, что выгляжу привлекательно – спасибо генам.

Взгляд зацепился за красный рубин у меня на груди. Чёрт! Семейный медальон всё ещё при мне. Нужно срочно от него избавиться, пока никто не подловил меня на лжи.

– Ничего страшного, – успокаивающе сказала служанка, собирая мне волосы, но я видела, как нервно подрагивали её пальцы.

Интересно, кого она пыталась успокоить? Себя или меня?

– Леди Ария позовёт самого лучшего лекаря. Она обязательно что-нибудь придумает.

Я заставила себя растерянно кивнуть, сдерживая рвущийся наружу смешок. Удачи ей. Настоящая Эллиана мертва. И по их вине.

Кто придумал эту глупую традицию возить не вступивших в магическое совершеннолетие аристократок на каретах, а не отправлять с опытными проводниками? Да, это стоило немалых денег, но богатые семьи вполне могли себе это позволить. Правда заключалась в том, что нас просто не считали за людей, пока мы не обретём магию. Мальчишек с детства брали на охоту, чтобы пробудить в них силы, а нас бросали на волю судьбы. Повезёт – не повезёт. Проще пораньше сбагрить богатому женишку и забыть о дочери.

Я раздражённо нахмурилась и качнула головой, прогоняя навязчивые мысли. Поэтому-то я ненавидела аристократов. Поэтому и отказалась от собственной фамилии, чтобы стать воином.

– Что-то болит? – услужливо спросила служанка.

У неё было доброе, миловидное лицо и робкий взгляд, но её забота начинала меня раздражать. Пора мне задать свои вопросы.

– Просто… – я состроила самое растерянное выражение лица, на которое была способна, и тихо выдохнула. – Просто пытаюсь вспомнить, где нахожусь.

– О, простите мне мою глупость! – девушка виновато закивала головой. – Я должна была немного рассказать вам о вашей жизни. Вдруг это поможет вернуть память! Мы в родовом поместье Рейвенхолт.

Моё сердце пропустило удар.

Нет… Не может быть…

– Вы Эллиана Рейвенхолт из побочной ветви семьи. С детства жили в небольшом городке рядом с Дредхоллом. Здесь вы были несколько раз совсем ребёнком, так что вряд ли что-то помните. Ваши мать и отец…

Я больше не слушала, что она говорит. Дрожащими пальцами я вцепилась в край полотенца на бедре. Этого просто не может быть…

– Какой сейчас год? – едва слышно спросила я, перебивая служанку.

Девушка удивлённо нахмурилась, но коротко ответила:

– Шестьсот шестьдесят девятый от восхождения совета.

Я замерла, превратившись в каменную статую. Война начнётся только через одиннадцать лет, а я ещё даже не родилась. Моё полное имя – Элейна Рейвенхолт. И теперь я точно в полной заднице…

– Вы что-то вспомнили? – с надеждой спросила служанка, а я заторможенно качнула головой.

– Нет… Совсем ничего.

Но у меня даже не было шансов. Весь мой род был стёрт с лица земли, когда мне было шесть. Вся память о них. Все дома, все побочные ветви. Всё, что осталось от некогда великой семьи – руины и чудом выживший ребёнок. Знания о своём доме я собирала по кусочкам из архивов в столице, скудных, обрывочных воспоминаний из детства и со слов Катарины.

– Нам нужно поторопиться. Лорд Моргрис прибудет с минуты на минуту. Леди Ария велела надеть изумрудное платье.

Я ещё раз посмотрела на своё отражение в зеркале. Служанка собрала мои волосы в строгий пучок на голове, и теперь я выглядела, как настоящая аристократка – элегантно, строго, но вместе с тем изящно. Так, как должна была выглядеть настоящая Рейвенхолт…

Пальцы сжали медальон на груди. Ария спутала меня не из-за простого сходства во внешности. На мне был отличительной знак нашей семьи. И хотя меня закинуло в слишком далёкое прошлое, что всё усложняло, Зириана была ко мне благосклонна. У меня появилось отличное прикрытие.

– Как тебя зовут? – спросила я служанку, пока она затягивала корсет так туго, что я едва не поморщилась.

– Лили, – робко ответила девушка.

Одно время у меня была служанка в Эльдрионе. Катарина «подарила» мне её на моё шестнадцатилетие, но к тому моменту я настолько привыкла справляться со всем сама, что девчушка скорее стала для меня обузой. Уже через неделю мне пришлось отказаться от её услуг и намекнуть Катарине, что лучший подарок для меня – это новый клинок в коллекцию или древний свод с тайными заклинаниями.

Закончив с платьем, Лили ушла, и я наконец-то осталась одна. В воздухе витал лёгкий запах лаванды, еловых веток и древесины. Это должно было навевать воспоминания о детстве, но я почти ничего не помнила из него. Ноги утопали в мягком светлом ковре. Я шагнула к кровати, с интересом коснувшись фигурных деревянных столбиков. На тёмно-синем балдахине серебряными нитями был вышит наш герб – звёздное небо с тонким серпом полумесяца. Этот же узор украшал дверь кареты в лесу. Я не видела его целую вечность, что почти забыла…

В камине из белого мрамора мерно потрескивал огонь, а на стеклянном столике возле двух кресел стояла ваза с еловыми ветками и лавандой. Сдержанно, но вместе с тем элегантно. Никаких лишних деталей. Я подошла к широким окнам во всю стену. Они выходили на тёмный хвойный лес, и из-за этого сюда почти не попадали солнечные лучи, зато не было слышно суматохи у парадного входа. Возможно, моё стремление к тишине и уединению было семейной чертой.

– Бедная девочка, – послышался сухой, властный голос от двери.

Я резко обернулась. В комнату вошла Ария, шелестя тяжелыми юбками. Её взгляд, острый как кинжал, прошелся по мне, задержавшись на рубиновом медальоне, который я демонстративно положила поверх платья. На её груди покоился точно такой же. Отлично, значит, я всё сделала правильно.

Ладони вдруг взмокли от волнения. Что во мне могло выдать самозванку? Да буквально всё… Взгляд, манера речи, напряжённая спина. Я заставила себя выдохнуть и расслабиться. Ария не сможет отследить мой магический след, потому что, как и у Эллианы, мои силы ещё не проснулись.

– Мы что-нибудь придумаем с твоей памятью, но сейчас у нас нет времени на девичьи обмороки.

Ария подошла ближе, и я почувствовала исходящую от неё магическую ауру – холодную, расчётливую и подавляющую. Меня с детства учили распознавать опасность. Она была намного сильнее, чем хотела казаться.

Я снова покопалась у себя в памяти. Ария… Ария. Арианна! Это имя я видела в огромной древней книге с краткой информацией о всех аристократических семьях. Катарина как-то рассказывала, что моя бабушка ненавидела своё имя и заставляла всех вокруг называть её по-другому. Я тогда только пошутила, что, видимо, странности в нашей семье были нормой. Но теперь мне было совсем не смешно.

– Твой жених, лорд Моргрис, уже прибыл, – Ария положила тяжёлую руку мне на плечо, и я едва подавила желание перехватить её запястье и сломать его одним резким движением, как меня учили.

Мой мозг отчаянно вопил об опасности.

– Он проделал долгий путь, поэтому ты выйдешь к ужину, будешь улыбаться и благодарить богов за его покровительство. Ты меня поняла?

А может я лучше всажу клинок ему в глотку?

Я до боли прикусила язык, чтобы не выпалить этого вслух. Желудок сжался в тугой бесформенный узел. Так не пойдёт…

Мне казалось, это будет просто – сыграть роль молодой дурочки, дождаться удобного момента и убить Моргриса. Но моё тело вдруг сковал жуткий холод. Ария хотела, чтобы я спустилась на ужин с врагом, сидела напротив него, улыбалась и делала вид, что не мечтаю вонзить столовый нож в его шею.

Это же чёртов Кайлор Моргрис! Человек, который убил всех, кого я любила. Мою семью, которую я даже не помнила по его вине, моих друзей, моего возлюбленного…

Соберись! Соберись! Соберись!

– Да, леди Ария, – дрожащим голосом ответила я, надеясь, что это выглядит как страх, а не как жгучая ненависть, разрывающая меня сейчас на куски.

– Вот и славно, – довольно кивнула Ария. – И не вздумай упоминать о потере памяти при нём. Кайлор Моргрис не любит слабых союзников.

Ну просто замечательно!

Мы спустились в просторную столовую. В дальнем конце потрескивал камин, и практически всё пространство занимал длинный дубовый стол с расставленными вокруг него стульями. Накрыто было только на троих – в изголовье стола и по обе стороны от него. На стенах, обшитых деревянными панелями, висели гобелены с семейным гербом, который украшал и тяжёлые, бархатные шторы, а под потолком сверкала хрустальная золотая люстра.

Мои предки явно были не прочь похвастаться своим богатством. Благо эту черту я у них точно не унаследовала. Ах да! У меня же и не было никакого богатства, потому что весь мой род уничтожили по прихоти Моргриса. С таким настроем мне точно долго не продержаться…

Когда мы вошли, мужчина, стоявший у окна, медленно обернулся.

Это был он. И совершенно другой человек.

В его чертах еще не было той уродливой жестокости, которую я видела несколько часов назад. Тёмные волосы были небрежно зачёсаны назад, а в глубине карих глаз вместо чистого безумия светился острый, хищный интеллект. Кайлор Моргрис был красив той опасной красотой, которая заставляла птиц лететь прямо в пасть змеи.

– Эллиана, – мягко произнёс он, и мой внутренний воин содрогнулся.

Кинуться к столу, схватить нож, вонзить ему в глотку.

Нет-нет-нет! Нельзя. Ещё слишком рано…

– Рад видеть, что лесные разбойники не смогли лишить вас природного очарования, – его голос был бархатным и глубоким. Совсем не таким, каким должен быть голос монстра.

Моргрис подошел, сокращая расстояние между нами, и протянул руку. Я должна была вложить свою ладонь в его. Таков этикет. Такова часть моей игры.

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Как только мои пальцы коснулись его кожи, мир вздрогнул. В груди, где должна была пульсировать магия, болезненно потянуло. Мне показалось, что пальцы обожгло электричеством. Или мне так сильно хотелось вцепиться в его лицо голыми руками.

Моргрис замер, его глаза опасно сузились, впиваясь в мое лицо с пугающим интересом.

– Какое странное приветствие, – прошептал он, оставляя на моей ладони поцелуй. – Вы вся дрожите. Неужели вы так сильно боитесь своего будущего мужа?

Я посмотрела ему прямо в глаза, надеясь, что за пеленой моей напускной покорности он не разглядит чистой, всепоглощающей ненависти.

– Я просто... не ожидала, что вы приедете так скоро, милорд, – я заставила себя выдохнуть этот бред.

К горлу подступил тошнотворный ком. Моргрис поцеловал мне руку. Пришлось не меньше трёх раз повторить у себя в голове, зачем я это делаю.

– У судьбы нет привычки ждать, – он усмехнулся, и в этой усмешке я наконец увидела того монстра, за которым пришла.

Ужин тянулся целую вечность. Я едва прикоснулась к перепелке, чувствуя, как под пристальным взглядом Моргриса кусок встаёт поперёк горла. Он вёл себя как идеальный гость и галантный кавалер, но я видела, как он изучает меня, словно редкое насекомое, внезапно сменившее окраску.

Мы сидели друг напротив друга, и я прикидывала, смогу ли метнуть нож так, чтобы убить его мгновенно.

– Вы сегодня удивительно молчаливы, Эллиана, – подала голос Ария, промакивая губы салфеткой. Её глаза опасно сузились. – Раньше вас было не унять, когда речь заходила о столичной моде.

Я весь ужин ждала, пока она сделает свой ход. Интересно, как, по её мнению, я должна была поддержать глупый разговор о моде, лишившись памяти? Состроив растерянное лицо, я потупила взгляд, но на помощь внезапно пришёл Моргрис:

– Полагаю, пережитое в лесу заставило Эллиану пересмотреть приоритеты, –он откинулся на спинку стула и повертел в пальцах бокал с красным вином. – В свете последних событий и нестабильности на границах, я считаю, что нам не стоит затягивать с помолвкой.

Ария согласно кивнула, и в её улыбке промелькнуло торжество хищника, загнавшего добычу.

– Полностью согласна с вами, лорд Моргрис.

Я замерла, чувствуя, как по спине пополз неприятный холод. Почему они так торопят события?.. На кой чёрт вообще сдалась эта помолвка?

– Мы давно уже обсудили детали контракта, поэтому я думаю, что месяца на подготовку вполне будет достаточно, – деловито продолжила Ария.

– Месяц. Прекрасный срок, – Моргрис слегка склонил голову, пристально наблюдая за мной, и мне совсем не понравился этот взгляд.

Вино в его бокале показалось мне кровью моих друзей. Тридцать дней. У меня будет всего тридцать дней для того, чтобы его убить.

А что, если я не успею? Что, если столовый нож сейчас промажет, и я собственноручно уничтожу свою семью? Что, если я не успею обрести магию, чтобы увеличить свои шансы на успех? Что, если мне придётся действительно стать его женой и…

– Нет, – вырвалось у меня прежде, чем я успела осознать, что творю.

Звон приборов о фарфор показался оглушительным. Ария медленно отложила нож, и её лицо превратилось в маску ледяной ярости. Моргрис же лишь заинтересованно приподнял бровь. В его взгляде вспыхнуло опасное любопытство.

– Прошу прощения? – вкрадчиво переспросил он.

Я с силой сжала кулаки под столом до такой степени, что ногти впились в ладони, оставляя там красные следы полумесяцы.

Чёртовы чувства! Чёртова слабость!

Не злиться. Не бояться. Не сомневаться…

– Но мы ведь совсем ничего не знаем друг о друге, – испуганно выдохнула я, и притворством это можно было назвать лишь наполовину.

Тридцать дней! Чтобы убить самого опасного мага нашего времени.

– О, не переживайте, дорогая Эллиана. Это легко можно исправить, – с дьявольской улыбкой ответил Моргрис.

Глава 3

Я бездумно разглядывала остывший чай, покрывшийся тонкой матовой пленкой. Пальцы нервно поглаживали гладкие фарфоровые края чашки. За окном едва занимался рассвет, потому что я по привычке проснулась ни свет ни заря. Погода сегодня не радовала. Тяжёлые свинцовые тучи нависали над лесом, обещая дождь, но я чувствовала в этом некую закономерность. Мрак помогал мне сосредоточиться на главном.

События вчерашнего дня калейдоскопом проносились в голове. Я допустила ошибку. Позволила чувствам и страхам снова взять надо мной верх. Этого больше не повторится. Неважно, что сделает или скажет Моргрис – я должна буду играть свою роль, пока он не отвлечётся и у меня не появится шанс вонзить клинок ему в грудь. Я повторяла это у себя в голове до тех пор, пока сердце не выровняло ритм, а разум не прояснился.

У меня всего тридцать дней. Тридцать дней на то, чтобы убить Моргриса. И узнать о своей семье чуточку больше…

Тишину комнаты вдруг прорезал резкий уверенный стук в дверь. Я вздрогнула, едва не расплескав чай на свое светло-голубое платье.

Чёрт!

– Войдите! – громко сказала я, отставляя чашку на стеклянный столик перед камином.

Неужто Ария снова пришла проводить воспитательные беседы? Она любила всё контролировать, и в этом мы с ней были очень похожи.

– Служанка сказала, что вы уже проснулись, и я счёл это за знак, – от глубокого голоса с едва уловимой хрипотцой вся моя выдержка мгновенно затрещала по швам.

На пороге моей комнаты стоял Моргрис. Я едва сдержалась, чтобы не скривиться, и сквозь тошноту заставила себя улыбнуться:

– Какой неожиданный визит, милорд.

– Вы выглядите бледной, – заметил Моргрис, останавливаясь в паре шагов от меня.

Его взгляд медленно скользнул по моему лицу, задерживаясь на губах. Меня бросило в дрожь – пусть только попробует ко мне прикоснуться!

– Вчерашнее нападение выбило меня из колеи, – тихо ответила я, пытаясь изобразить испуг. Или хотя бы что-нибудь, кроме злости.

– Да, я понимаю, – лицо Моргриса вдруг ожесточилось, превратившись в холодную маску, и я едва поборола желание сделать шаг назад.

Ох, чёрт! Неужели он догадался, что я не Эллиана?..

– Подобные нападения недопустимы. Я приложу все усилия, чтобы этого больше не повторилось.

Я напряжённо замерла. Постойте, то есть… Это не единичный случай? Не припомню, чтобы люди массово нападали на магов возле Дредхолла. Уж скорее наоборот. Тёмные сжигали их деревни и города, забирая в рабство. Это привело к расколу, положившему начало делению магов на тёмных и светлых. Пока первые просто использовали древние заклинания на крови, никому не было до них дела, но когда те начали издеваться над людьми…

– Вчера вы сказали, что мы совсем не знаем друг друга, – на смену холодной ярости быстро пришла напуская вежливость. Моргрис чуть склонил голову набок, и на его губах появилась мимолетная усмешка. – Не могу не согласиться. Сидеть за столом под присмотром Арии – сомнительный способ сближения. Поэтому я пришел пригласить вас на прогулку.

Вот оно что… Я скользнула по нему быстрым взглядом. Сегодня вместо элегантного камзола на нём был практичный охотничий костюм из тёмной кожи, высокие сапоги и дорожный плащ. Я могла бы догадаться о цели его визита сразу, если бы оставила голову ясной, но стоило ему появиться в поле моего зрения, и многолетняя выдержка давала слабину. Когда дело касалось Моргриса, ни о каком трезвом рассудке не могло быть и речи. В голове пульсировала лишь одна мысль: «Убить. Убить. Убить».

Вне зависимости от образа – будь то камзол или охотничий костюм – Моргрис выглядел опасно, но по-хищному красиво. Именно это и позволило ему в своё время собрать вокруг себя кучу верных сторонников. Конечно, далеко не все тёмные маги встали на его сторону, взять хотя бы мою семью. Но именно Рейвенхолты стали ярким примером того, что будет с теми, кто не подчинится Моргрису…

– Я отправляюсь на магическую охоту, – не дождавшись моего ответа, терпеливо продолжил он. – Говорят, в здешних лесах недавно видели призрачного оленя, а у меня есть маленькая слабость к коллекционированию трофеев. Не составите мне компанию?

Слабость к коллекционированию? Я мысленно хмыкнула. Мне тоже нравилось коллекционировать оружие – холодную сталь и древние книги с заклинаниями. Всё, чем можно было убивать таких ублюдков, как он.

Кончики пальцев задрожали от предвкушения. Охота. Лес. Место, где густые кроны деревьев скрывают не только дичь, но и преступления. Это был отличный шанс. Под подушкой у меня лежал столовый нож, который я умудрилась вчера незаметно умыкнуть со стола. Так себе оружие, но лучше, чем ничего. Если я смогу улучить момент, когда его внимание притупится блеском рогов призрачного оленя…

– Охота? – я неуверенно коснулась золотого браслета на запястье, стараясь изобразить лёгкий испуг, смешанный с интересом. — Я ещё не обрела магию, милорд.

Взгляд Моргриса смягчился. Спектакль удался. Он наконец расслабился, увидев перед собой уязвимую, слабую девчонку.

– Вам и не нужно ничего делать, – его голос стал тише, приобретая опасную вкрадчивость. – Просто будьте рядом. Я хочу увидеть, какая вы на самом деле, когда на вас не смотрит леди Ария.

О, не переживай. Ты очень скоро узнаешь, какая я на самом деле.

– Дайте мне полчаса, чтобы собраться, – сказала я вслух, и Моргрис довольно кивнул.

– Разумеется, я буду ждать вас у конюшен.

Мне хватило бы и десяти минут, чтобы собраться, но стоило Моргрису уйти, как в комнату тут же впорхнули две служанки. Лили и её неизменная спутница. Я пригляделась к ним повнимательнее – обычные человеческие девушки, робкие, но не запуганные. Они не дрожали при виде Моргриса и определённо точно не мечтали перерезать мне горло. Тогда что же здесь творилось на самом деле?..

Когда я вышла на улицу, туман лип к камням поместья, скрывая очертания конюшен и превращая ветви деревьев в угрожающие тени. Подол платья волочился по влажной траве. Лили вызвалась сопроводить меня и что-то без умолку трещала по пути, но я её не слушала. Внутренний голос довольно шептал: «Туман – отличное прикрытие. У тебя всё получится».

Моргрис уже ждал меня. Он сидел верхом на вороном жеребце, который казался сотканным из самой тьмы. Конюх подвёл ко мне спокойного мерина, явно предназначенного для леди, чья высшая доблесть – не упасть в обморок при виде крови.

– Вы умеете держаться в седле? – спросил Моргрис с любопытством.

– Немного, – соврала я, принимая помощь слуги.

Ложью это было лишь наполовину. В своей реальности я могла нестись галопом сквозь лесные пожары, отбиваясь от погони, но это нелепое дамское седло видела впервые. Мне до зуда в ладонях хотелось потребовать нормального коня и охотничий костюм вместо этого громоздкого платья и полусонного мерина, но пришлось стиснуть зубы и подчиниться.

– Держитесь ближе ко мне, – лениво бросил Моргрис, трогаясь с места. – Сейчас в лесах неспокойно, но это не должно нам помешать.

Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Просто смешно! Кайлор Моргрис пытался играть в спасителя. Даже без магии я вполне могла защитить себя сама, не нуждаясь в его покровительстве. Но, наверное, будь на моём месте изнеженная леди вроде настоящей Эллианы – непременно растаяла бы от такой галантности.

Мы выехали за ворота поместья. Лес встретил нас тишиной, нарушаемой только поскрипыванием деревьев и фырканьем лошадей. Я чувствовала, как под слоями тяжёлых юбок к моей голени прижимался тонкий столовый нож, который я успела спрятать в сапог, когда служанки отвлеклись.

План был прост и безумен одновременно: дождаться, пока Моргрис начнёт использовать магию и выслеживать оленя. Магия требовала постоянной концентрации, а он не станет ждать угрозы от неуклюжей и робкой девицы, боящейся охоты и неспособной самостоятельно забраться в седло.

– Расскажите мне о себе, Эллиана, – внезапно нарушил молчание Моргрис.

Мы углубились в чащу. Сквозь кроны могучих деревьев едва пробивался дневной свет, и казалось, что резко наступила ночь. Всё вокруг утопало в молочном тумане.

– Ария говорила, что вы тихая, набожная и увлекаетесь вышивкой. Но вчера за ужином… У вас были глаза волка, попавшего в капкан. Какая из этих версий настоящая?

Ладони взмокли от волнения. Я едва удержалась, чтобы не вытереть их об подол платья. Конечно же, чтобы возглавить войска тёмных сил, Моргрис должен был обладать незаурядным умом и цепким взглядом. Но мне не нравилось, что он так легко видел меня насквозь…

Я заставила себя рассмеяться – тихим, мелодичным смехом, который должен нравиться мужчинам.

– Неужели лорд Моргрис боится тихой девушки с пяльцами в руках?

– Я никого не боюсь, – коротко ответил он и придержал коня, заставляя меня поравняться с ним.

Его колено в грубой коже коснулось моего бедра сквозь ткань платья. Огромных усилий мне стоило не дёрнуть своего коня в другую сторону. Мой взгляд наткнулся на лицо Моргриса, и я застыла. Его глаза опасно потемнели, следя за каждым моим движением. В нём больше не было ни капли той галантности, с которой он пару минут назад обещал защитить меня от опасностей в лесу.

Единственной опасностью здесь теперь был он. И я вдруг поняла, что охочусь не я, а на меня.

– Я просто не люблю, когда кто-то пытается меня обмануть. Мы с Арией заключили выгодную сделку, в ходе которой она продала мне тихую, кроткую девушку. Но вы смотрите на меня так, словно прикидываете, куда лучше вонзить нож, а затем стараетесь казаться покорной. Это плохая пьеса, Элли.

Сердце пропустило удар. Слова ударили по мне невидимым хлыстом, и я с силой сжала поводья в пальцах. Элли. Так называл меня Эрик. По-особенному, ласково. Когда обращался к своей возлюбленной, а не к воину-Элейне. На месте тёплого чувства давно уже пульсировала холодная пустота. Ещё один незаживающий рубец, который я пыталась спрятать в недрах своей памяти. И который постоянно возвращался ко мне в самый неподходящий момент.

Моргрис не мог об этом знать, потому что ни я, ни Эрик ещё не родились, но тем не менее ублюдок попал точно в цель, и моя маска спокойствия снова треснула. Под вежливыми улыбками и высокопарными речами он прятал свою гнилую душу, пудря мозги окружающим. И даже если этот Моргрис ещё не превратился в тирана и безумца, он был монстром, умело это скрывающим. И мне нельзя было об этом забывать.

– У вас богатое воображение, – я постаралась, чтобы мой голос не дрогнул, и отвела взгляд, делая вид, что рассматриваю заросли папоротника. – Но в отличие от вас я много чего боюсь. Вы заключили выгодный политический брак по собственной воле, а мне выбора никто не давал. Я уехала из дома и пережила нападение. Как вы считаете, разве я не могу бояться будущего?

Моргрис хмыкнул, но я не обернулась. На самом деле я боялась взглянуть ему в глаза, понимая, что слишком многим выдаю себя. Я могла одеться в глупые девичьи тряпки, могла нести всякую робкую чушь, но мои глаза… Они выдавали всё. А выкорчевать ненависть, растущую в моей душе многие-многие годы, я могла только с помощью мести.

– Спасибо за честность, – Моргрис вернул голосу прежнюю вежливость. – Вам нечего бояться, если вы будете послушной женой, которая займётся семейным очагом и не станет лезть в чужие дела.

«Да пошёл ты!» – едва не выпалила я, но вовремя прикусила язык.

Да что же со мной такое?! Раньше у меня не было проблем с гневом. Я умела отстраняться от эмоций и заглушать в себе чувства. Только так можно было выжить – если ничего не чувствовать…

И хотя это не всегда у меня получалось, я старалась, но в последние дни все годы тренировок летели коту под хвост. Я боялась, злилась, нервничала, сомневалась. И из-за этого допускала кучу ошибок! Если я хотела убить Моргриса, мне нужно было немедленно взять себя в руки.

– Тихо, – Моргрис вдруг поднял ладонь, и его взгляд стал острым, как бритва.

Я замерла, вглядываясь в дымку тумана, но ничего не увидела. Вокруг нас завибрировал воздух от волны сканирующего заклинания.

«Сейчас», – прошептал голос в моей голове. «Он отвлёкся. Сделай это».

Рука медленно скользнула к подолу платья, нащупывая рукоять кинжала. Но не успела я вытащить лезвие, как тишину леса прорезал резкий звук.

Свист.

Тяжелая железная стрела с грубым оперением вонзилась в дерево в паре сантиметров от моей головы.

Какого…

– Назад! – закричал Моргрис, мгновенно разворачивая коня и закрывая меня собой.

Из тумана выскочили люди. Оборванная одежда, перемазанные сажей лица, тяжелые топоры и копья в руках. В их глазах горела такая яростная, фанатичная ненависть, какую я видела только у тех, кто потерял в войне всё.

– Смерть магам! – проревел рослый мужчина с изуродованным шрамом лицом, замахиваясь топором.

В руке Моргриса вспыхнуло пламя, и первый из нападавших отлетел назад, врезавшись в дерево. Но людей было слишком много. Они лезли из кустов, как голодные волки, игнорируя магические вспышки.

– Эллиана, я сказал назад! – раздражённо рявкнул Моргрис, сшибая ещё двоих ударной волной.

Один из разбойников выскочил из кустов справа, ржавым самодельным копьём целясь в плечо Моргриса. Инстинкты сработали быстрее, чем включился здравый смысл. Я выхватила нож из сапога и, забыв о роли хрупкой леди, с силой вонзила каблуки в бока кобылы.

Ну уж нет! Я собираюсь убить Моргриса своими руками.

Нож вонзился прямо в глаз мужчины, и он, заверещав от боли, отшатнулся назад. Копьё выскользнуло из его рук, а мне на платье хлынула кровь. Очередная волна магии отшвырнула двоих разбойников, но моя лошадь вдруг болезненно заржала и начала падать.

Земля рванулась навстречу. Удар вышиб дух из легких, а тяжелые юбки платья запутались в стременах. Я кубарем покатилась по влажной земле, чувствуя, как острая боль прошивает плечо. Голова загудела. Пытаясь подняться, я оперлась на дрожащие руки и сплюнула кровь.

Сука! Магия сейчас пришлась бы кстати…

Где-то совсем рядом хрипели умирающие и трещало магическое пламя, но всё это отошло на второй план, когда меня вдруг накрыла чья-то тень.

Я подняла взгляд.

Надо мной возвышался мужчина со шрамом. В его руках был тяжелый плотницкий топор, лезвие которого зазубрилось от частого использования.

– Сдохни, ведьма, – прохрипел он и замахнулся.

В сполохах пламени блеснула сталь. Время замедлилось. Пальцы, испачканные в грязи, метнулись к сапогу и замерли.

Чёрт! У меня же был только один нож.