Как рождаются звёзды

Глава 1

Дьявол кроется в мелочах,

Спрятавшись в тоннах могильного мусора.

Но истину зная и веру в груди зачав,

Будет легко избавляться от этого груза.

Кто-то сгорает, а кто-то торчит в сети,

Выложив тропку замерзшими, ломкими ветками.

Ну, а другим освещает дорогу в пути –

Огонь души, вырывающийся из клетки.

Эта зима выдалась чрезвычайно снежной. Огромные грязные сугробы окружали сузившиеся до одной полосы городские магистрали, а крыши потрепанных хрущевок то и дело протекали и ломались под тяжестью снежного одеяла.

Уже к февралю маленький город был измотан и зол. Дорожники не справлялись, а коммунальщики даже не старались. Люди вооружились лопатами, которые стали таким же дефицитом, как туалетная бумага в ковидные времена.

«Хоть не как на Камчатке», – переговаривались жители во время утренних сборов по причине откапывания транспортных средств и демонстрировали друг другу ужасающие видео с полностью поглощенными снегом машинами и выходами из подъездов.

Люди с нетерпением и одновременно ужасом ждали весны. Всем очень хотелось погреться в лучах проснувшегося солнца. А вот оказаться в зоне, где бы властвовал проигравший весне снег – не хотелось никому.

Сегодня начало теплеть. Заветные плюс два подчистили дороги и на пару миллиметров уменьшили осточертевшие всем сугробы.

Внезапная февральская оттепель напомнила о том, что зима не будет вечной.

Теперь улицы превратились в опасный квест, в котором нехотя играли все горожане. Прыжки через лужи при переходе дороги, поиск обходных путей вокруг нерастаявшего льда и, конечно, ловушки, нависающие прямо над головой.

Мира шла по типичной улочке, которая, кажется, не менялась еще с советских времен. Пятиэтажка, торцом стоящая около проезжей части, оказалась почти полностью завалена снегом. У управляющей компании хватило сил только на узкую тропинку, сойти с которой не представлялось возможным даже при встрече с другим прохожим, что, конечно же, было частью командной игры и сближало горожан не меньше совместных утренних разминок с лопатами.

Сегодня она побывала в «фильме ужасов». Вернее, так она назвала статью, которую уже мысленно писала в своей голове. Жаль, конечно, что передать весь колорит этого места ей не позволит редакция.

Маленький желтый домик, сосульки, размером с этаж, разбитая лестница и отсыревшие комнаты. Рядом, девчушка, в чунях и свитере. Она с любопытством выглядывала из-за двери и ловила выбегающих из квартиры котят, пока журналистка разглядывала тазы и тряпки, разбросанные по полу. Сверху сыпалась штукатурка и огромными каплями стекала вода. Все стены, потолки и полы «плыли» под напором трескающейся от мокрого снега крыши.

Чпок – и смачная капля упала в таз, расплескавшись на любопытного серого котенка. Тот со страхом отпрыгнул, упал и помчался за спину измученной кошки.

– Сразу видно – многодетная мать, – засмеялась Мира.

Эти любопытные морды хоть немного делали ситуацию не такой удручающей.

С грохотом открылась подъездная дверь и в нее ввалились трое – маленькая полная женщина с блокнотом и в безобразном черном пальто, лысый мужик с наглой скошенной рожей и худощавый подросток, сразу видно, «на побегушках».

– Кто тут губернатору настрачивает? – прогремел лысый, – живете в аварийных домах и живите! Жалуются они! Денег с вас не возьмешь, с двухэтажек, а требуете, будто в элитках живете!

Девочка тут же скрылась за дверью.

– Странно выходит, деньги-то вам платят. Коммуналка ни у кого не просрочена, – начала Мира, – и повежливее, пожалуйста. Вы детей пугаете.

– А вы кто такая, из какой квартиры такая умная? – визгливым голосом процедила тетка и подошла ближе, ударив в нос дешевым противным парфюмом.

«Лучше бы вообще не пользовалась духами», – подумала Мира и представилась. Тетка молниеносно подобрела, а у лысого лицо встало на место. Только у подростка не дрогнул ни один мускул, он еще не «часть корабля».

Беседа выдалась эмоциональной, но бесперспективной. Поняв, что орать на них сегодня не будут, люди повылезали из квартир и обхаивали управляйку на чем свет стоит. Те терпеливо слушали, понимая, что еще успеют высказать им все, что считают нужным, но потом, когда будут уверены, что об этом не напишут в газете.

Завтра городское руководство опубликует обещание, что проблема жителей этого дома будет решена. С крыши торжественно скинут последнюю сосульку, залатают крышу досками и выложат фото в местных СМИ. А то, что будет следующей весной – это будет следующей весной.

Глава 2

Грязно-желтая «сталинка» смотрела на прохожих своими печальными глубокими глазами. Они чернели безысходностью среди серых пятен, облупившейся краски и вековой штукатурки так, будто сама тьма смотрит на тебя и приглашает зайти.

Однако, вместо случайного путника, очарованного этим «томным взглядом», под гул людских речей и шуршание колес, дом, с противным свистом изрыгнул из себя помятого человека в драповом пальто и темно-зеленом берете.

Оглядевшись вокруг, он вынул из правого кармана пачку сигарет, а из левого – синюю зажигалку, и, торопливо прикурив, смачно вдохнул вонючий плотный дым. Затем он резко «выплюнул» его над собой и застыл, обреченно подняв глаза к плотно зашторенному грязными тучами небу.

Мимо пролетела крикливая стайка пронырливых галок, с крыши курлыкнул отбившийся от своих голубь, а из окна последнего этажа, с зашторенным пеленкой окном, выглянула встревоженная бабулька.

Город встретил весну как нежданного гостя. Она согревала людей, будто теплое сердце страждущих.

– Мужчина, курение в общественных местах запрещено, – напомнила мамочка, таранившая прогулочную коляску по снежной жиже.

– Прошу прощения, – улыбнулся незнакомец, – давайте я вам помогу.

Приподняв коляску, он аккуратно перетащил ее ближе к подъезду, чем сильно порадовал маленького пассажира.

– Меня Саса зовут, – протянул тот. – Саша, – поправила мать.

– А меня Миша, будем знакомы!

Чуть поодаль он заметил лавочку и с силой плюхнулся на нее. Мимо, словно река, текли потоки людей, а с ними и то, что он до сих пор считал своем не диагностируемым психическим расстройством.

Вот прошли две девчонки 15-ти-16-ти лет. У каждой из них вокруг головы кружилась воронка. Она начиналась с переносицы и возвышалась над телом словно шапка. Такое он видел, в основном, у подростков. Мысли в хороводах бегали вокруг них и не могли собраться в кучу. Их буквально сносило невидимым для других ураганом.

За несколько лет, Миша привык делить людей на несколько категорий. Это те самые «ураганы», «огоньки» – у кого четко вырисовывалась линия, похожая на пламя свечи, «ангелы» – нечто похожее на нимб. Были еще некоторые, у которых над головой было черное облако. От таких он старался держаться подальше. Но сегодня его коллекция пополнилась.

По тротуару шла она. Нет, девушка поразила его не красотой, хотя была весьма привлекательна: худощавая, среднего роста, очень бледная. Узкие красные губы будто были вырезаны на ее лице, а острый нос украшали небрежно брошенные веснушки, которые казались особенно яркими на фоне медных ниточек непослушных волос.

Она шла среди огоньков и воронок, но у нее не было ни того, ни другого. Из ее макушки торчало тонкое пульсирующее щупальце. Оно как насос качало что-то невидимое ей в голову. Так она прошла пару метров, как в один момент щупальце резко отсоединилось, издав характерный звук, и быстро втянулось в небо. Девушка остановилась, растерянно посмотрела вокруг на несколько секунд закрыла глаза, открыла их и пошла вперед.

Он опешил. Такое он видел и слышал впервые! Обычно фантомные создания не издают никаких звуков, так как их как бы нет. Эта же штуковина оказалась более осязаема. Настолько, что ее отсутствие почувствовал сам носитель.

– Тоже больная? – прошептал он, приподнялся с лавки и уставился на нее.

Девушка прошла мимо, даже не заметив такого повышенного интереса, а потом повернула за угол и быстро скрылась из вида. Прямиком за ней устремилась «черная туча».

Миша немного поколебался (все-таки представители этого видения были ему максимально неприятны) и побежал за незнакомкой. Та как раз направлялась во двор. Поравнявшись с «тучей», Миша попытался скрыть свой взгляд, но тот все понял и начал разговор первым:

– Ладно, в этот раз она твоя, – ухмыльнулся тот и свернул в другую сторону.

«Они будто сами осознают свою сущность», – подумал Миша и осознал, что уже не может вспомнить лица и голоса этого мужика. Огляделся и понял, что девушка пропала – зашла в один из подъездов.

«Подожду», – решил он и сел на ближайшую лавку.

Глава 3

Через старую тюль ночной город смотрелся будто в загадочной дымке. Было в нем что-то мистическое и волшебное. Будто звезды – хранители важной информации, хватай любую и пользуйся. Но рост не велик, да сил не хватает. Никак не дотянуться.

Мира вздохнула.

– Никогда мне в жизни не везло, даже не стоит начинать, – подумала она, глотая остывший чай и закрыла рабочий ноутбук.

На кухне закипал чайник и вокруг ног кружилась вечно голодная серая кошка.

– Фроська, отстань! Ты ела только что, – возмутилась Мира, взяла пушистую хулиганку на руки и выглянула в окно.

«До сих пор там, странный какой-то», – подумала она, глядя на незнакомца, уже который час восседающего на лавке перед соседним подъездом, а тот, словно читая ее мысли, вдруг поднял голову и посмотрел прямо на нее.

От неожиданности Мира выпучила глаза и плотно прижала подбородок к шее, а затем молниеносно завесила окно яркой малиновой шторой, навернув стоящий на подоконнике кактус, из-за чего непоседливая Фроська испугалась и вырвалась из ее рук, а затем, пулей метнувшись к дверному проему, не рассчитав траекторию врезалась в стену, предварительно пытаясь оттормаживаться всеми конечностями.

Суматоха была не заметна на улице, но открытое окно позволило всем желающим и нежелающим услышать все, что Мира думает о кошках и о кактусах, а также о непонятных мужиках, которые сидят около подъездов и пугают людей.

«Странный мужчина» сидящий на лавочке улыбнулся, встал и пошел в сторону ближайшего хостела.

Впервые за несколько лет он чувствовал в груди приятное тепло. И оно не оставалось на одном месте, оно, словно мягкое пуховое оделяло окутывало все тело.

Миша засунул руки в карманы и неестественно поднял широкие плечи, а затем, глупо улыбаясь, начал играть в футбол помятой консервной банкой.

– Я не сумасшедший, – вскрикнул он и засмеялся.

– В этом я, милок, сомневаюсь, кричишь как бешеный, – прочирикала бабуля, сидящая на лавочке со своими пожилыми подружками и те ехидно захихикали.

В сумерках, при скудном свете фонарей, у него в душе сияло солнце.

«Как его? Счастье что ли?».