Травник

Глава 1

Глава 1. Травник, который слишком много знает

Часть 1. Утро в Риверхолме

Телега тряслась так, будто специально хотела вытрясти из Лейна душу.

Впрочем, за несколько тысяч лет душа уже привыкла к любым тряскам.

– Дед, а ты правда травник? – возница, веснушчатый парнишка лет семнадцати, обернулся и уставился на пассажира с неподдельным интересом.

– Правда, – Лейн придерживал мешок с травами, чтобы тот не свалился в солому. – И мне всего сорок четыре. Дедом стану через тысячу лет, не раньше.

Парнишка хмыкнул, не поняв шутки. Ну да, откуда.

– А лечить умеешь? У нас в Риверхолме знахарка старая померла год назад, теперь только к магам ходить, а они дерут три шкуры. У матушки спина болит второй месяц…

– Зайду, посмотрю, – кивнул Лейн. – Ромашка, зверобой, покой и никакой магии. Магия от спины редко помогает, если честно. Чаще наоборот.

Парнишка посмотрел на него с уважением. Лейн мысленно улыбнулся. За пять тысяч лет он понял главное: людям нужна не магия, им нужно, чтобы их выслушали. Иногда простой разговор лечит лучше любого заклинания.

Риверхолм показался на горизонте как типичный приграничный городок – деревянные дома, пара каменных построек (явно администрация и храм), покосившиеся заборы, пыльная главная улица. Обычное место, каких сотни. Лейн любил такие. Никто не задаёт лишних вопросов, все заняты своими делами.

Телега въехала в город, и Лейн сразу почувствовал: что-то не так.

Обычно в таких городках в полдень кипит жизнь – торговцы, дети, бабы с коромыслами. Здесь было тихо. Ставни закрыты, на улицах пусто, только пара мужиков быстро проскочили от сарая к дому, оглядываясь.

– Чего это они? – спросил Лейн, хотя уже догадывался.

Парнишка понизил голос:

– Так монстр же. Третью неделю уже. В лесу завёлся, скотину таскает. А позавчера мельника сожрал, царствие ему небесное. Мельник-то полез ночью проверить, думал, волки…

Лейн вздохнул. Вот всегда так. Только доберёшься до места, где можно спокойно посидеть, собрать травки, выпить эля – обязательно появляется монстр, демон или конец света.

– И что власти? – спросил он.

– Граф магов нанял. Из самой столицы, с Академии. Трое вчера приехали, – парнишка скривился. – Важные такие. В таверне поселились, спорят всё, а монстр тем временем… ну, вы слышали.

– Слышал, – кивнул Лейн.

Телега остановилась у постоялого двора с вывеской «Сонный лось». Лейн расплатился с парнишкой (медяк за проезд и ещё медяк – за разговор), взял мешок и вошёл внутрь.

-–

Часть 2. Знакомство с местными

В таверне было пусто. Трактирщик, грузный мужик лет пятидесяти с мокрым полотенцем на плече, протирал кружки и мрачно смотрел в окно. Увидев посетителя, оживился:

– Человек! Живой человек! Заходи, гость дорогой! Эль есть, похлёбка есть, комната есть… надолго к нам?

– На пару дней, – Лейн бросил мешок на лавку у стены. – Травы хочу собрать в округе. Говорят, у вас тут мята полевая хорошая растёт. И зверобой.

Трактирщик переменился в лице:

– В округе? Ты что, не слышал? В лес нельзя! Там монстр!

– Слышал, – спокойно ответил Лейн. – Я по опушкам пошарюсь, вглубь не пойду. Да и монстры обычно людей днём не трогают. Только если очень голодные.

Трактирщик посмотрел на него как на сумасшедшего, но спорить не стал. Клиенты нынче редки, терять постояльца не хотелось.

– Как знаешь. Эль будешь?

– Буду. И похлёбку, если есть.

Пока трактирщик наливал, дверь таверны распахнулась, и вошли ОНИ. Лейн узнал магов сразу: синие мантии, гордый вид, на поясах – артефакты, в глазах – уверенность, что они пуп земли. Трое. Два парня и девушка. Самому старшему на вид лет тридцать, младшему – двадцать.

Они уселись за стол в центре зала, даже не взглянув на Лейна. Трактирщик заметался:

– Господа маги! Что подать?

– Нам не до еды, – отмахнулся старший. – Нам нужна информация. Кто здесь знает про монстра больше всех?

– Да я… ну… все знают, – замялся трактирщик. – Мельника сожрал, овец таскает…

– Это мы уже слышали, – перебила девушка. – Нам нужны детали. Размер, цвет, следы, запах, время активности…

– Да кто ж его разглядывал? – развёл руками трактирщик. – Те, кто видел близко, уже не расскажут.

Лейн молча хлебал похлёбку и делал вид, что его ничего не касается. Но краем уха слушал.

– Ладно, – сказал старший. – Тогда обсудим стратегию. Я считаю, это порождение Тьмы. Нужно использовать Очищающий Круг седьмого уровня!

– С ума сошёл? – фыркнула девушка. – Седьмой уровень полгорода спалит. Это огненный волк. Ледяная Ловушка – и дело с концом.

– Оба неправы, – встрял третий, самый молодой. – По описанию следов (мне местные рассказали) – это василиск. Нужно зеркало и петух. Классика.

Лейн сделал большой глоток, чтобы не рассмеяться. Василиск. В этих краях василиски вымерли лет пятьсот назад, когда он случайно пересёк их ареал обитания с драконами. Драконы тогда наелись, василиски кончились. Забавная история, но сейчас не до воспоминаний.

Он чувствовал этот запах с самого въезда в город. Сера, страх, древность. Это не василиск и не огненный волк. Это кхарн. Тварь из Бездны. И кто-то открыл портал.

Лейн вздохнул. Ну почему всегда так? Только захочешь покоя – обязательно лезет какая-то древняя хрень.

Над дверью таверны висел деревянный щиток с выжженным символом – глаз в треугольнике. Знак Валдора, бога грома и порядка, покровителя путников. Лейн мельком глянул на него, и символ на мгновение потускнел, словно дерево вдруг выцвело, а потом покрылось лёгкой рябью, как от жара.

– Боится, – пробормотал Лейн себе под нос. – Ну-ну.

Трактирщик, услышав, обернулся:

– Чего?

– Ничего, – улыбнулся Лейн. – Эля ещё налей.

-–

Часть 3. Вечер. Таверна наполняется

К вечеру в «Сонном лосе» собрался народ. Маги сидели за своим столом и продолжали спорить, переходя на повышенные тона. Местные жались к стойке, пили эль и тихо переговаривались. Лейн сидел в углу с третьей кружкой и делал вид, что записывает рецепты в потрёпанный блокнот.

– …я говорю тебе, теория резонанса не работает с неопределёнными сущностями! – горячился синий.

– А я говорю, работает! – парировала зелёная. – Ты просто не умеешь её применять!

– Хватит спорить! – вмешался третий. – Нам нужен план. Завтра идём в лес.

– Один? – испугалась девушка.

– Мы маги! – гордо заявил старший. – Нас трое. Мы справимся.

Лейн хмыкнул в кружку. Он видел этих троих насквозь: суммарного опыта у них – лет пять, не больше. Академия даёт теорию, но не даёт настоящей битвы. Кхарн сожрёт их за минуту, даже не заметив.

Символ Валдора над дверью слабо мерцал, пытаясь излучать божественную защиту. Лейн поймал себя на мысли, что бог грома, наверное, сейчас в панике: Лейн здесь, монстр здесь, маги-идиоты здесь, а Валдору отвечать, если что пойдёт не так.

– Слушай, травник, – окликнул его трактирщик. – Ты ж по травам спец? Может, посоветуешь чего от страха? У меня вон народ поседеть может.

– Ромашка, – невозмутимо ответил Лейн. – Заваривать и пить на ночь.

– А от монстра?

– От монстра ромашка не помогает. – Лейн улыбнулся в кружку.

За окном стемнело окончательно. Маги продолжали спорить, но уже тише – голоса устали. Местные разошлись по домам, заперев двери на все засовы. Лейн допивал четвёртую кружку и думал, не взять ли пятую.

И тут воздух изменился.

Лейн почувствовал это за секунду до того, как задрожали стёкла. Серный запах стал резче, ближе. Тварь была в городе.

– Тихо! – рявкнул он, сам не ожидая от себя.

Голос прозвучал так, что маги заткнулись на полуслове. Трактирщик выронил кружку. Наступила тишина, в которой было слышно только, как потрескивает фитиль в масляной лампе.

– Что ты сказал? – возмутился парень в синем, вставая. – Кто ты такой, чтобы…

Он не договорил.

Дверь таверны слетела с петель от одного удара.

В проёме стояло ОНО.

Существо было ростом с небольшую лошадь, но казалось больше из-за свалявшейся чёрной шерсти, стоящей дыбом. Тело – помесь волка и ящерицы, длинный хвост с шипом на конце, пасть полна рядов зубов, из которой капала слюна, прожигающая доски пола. Глаза горели красным, не мигая, и смотрели прямо на магов.

– А-а-а! – завизжала девушка в зелёном, вскидывая руки. Сноп искр ударил в потолок, подпалив балку. Грязно-серый дым потянулся к небу через дыру в крыше.

– Не паникуй! – заорал синий, взмахнул руками и создал световой шар, который ослепил всех в таверне, кроме монстра. Тот даже не моргнул.

– Я же говорил – василиск! – третий попытался вытащить из сумки зеркальце, но уронил его в эль и теперь шарил рукой в кружке, не сводя глаз с твари.

Существо шагнуло внутрь. Люди, что ещё оставались в таверне (трое зазевавшихся местных), с криками кинулись к чёрному ходу, сбивая друг друга с ног. Маги в панике толкались, пытаясь построиться в боевой порядок, но у них выходило плохо. Кто-то поджёг занавеску – теперь горело уже веселее.

Символ Валдора над дверью отчаянно замерцал, замигал, потом просто погас, превратившись в обугленную деревяшку. Бог грома решил, что сегодня он выходной.

Лейн вздохнул.

Он поставил кружку на стол. Медленно, с хрустом в колене (всё-таки пять тысяч лет – не шутка, даже для мага), поднялся. Поправил плащ, который носил уже лет двести и который видел вещи пострашнее этого кхарна.

– Молодые люди, – сказал он устало, перекрывая шум. – Отойдите.

– Ты чего, старик? – синий обернулся к нему, и в голосе его слышалась истерика. – Убьют же! Спрячься!

– Отойдите, – повторил Лейн.

И в голосе его что-то мелькнуло. Что-то такое, от чего у магов ноги сами сделали шаг назад. Что-то, от чего даже монстр на мгновение замер.

Что-то очень, очень старое.

Лейн шагнул вперёд, и таверна вдруг стала тихой. Даже огонь перестал трещать.

Монстр повернул голову к нему. Принюхался. Красные глаза расширились, в них мелькнуло… узнавание? И ужас?

– Здорово, – сказал Лейн существу. На языке, которого никто в этом зале не слышал никогда. Языке, на котором говорили до людей, до богов, до самого сотворения мира.

– Ррр… – ответила тварь. Жалобно так, почти по-собачьи.

– Вот именно, – кивнул Лейн, переходя на общий. – Я же вас всех в Бездну загнал. Ты-то как выбрался?

Кхарн попятился. Его боевой задор угас полностью. Он поджал хвост и скулил, как побитый щенок.

– Стоять, – приказал Лейн. – Ждать.

Тварь замерла.

Лейн обернулся к магам. Трое академических гениев стояли с открытыми ртами. Синий побледнел так, что его мантия казалась тёмной на фоне лица. Девушка всхлипывала, зажимая рот руками. Третий всё ещё шарил рукой в кружке с элем, но уже без всякой цели.

– У кого-нибудь есть верёвка? – спросил Лейн будничным тоном. – И мешок. Побольше. Этого товарища надо связать и допросить.

Он посмотрел на горящую балку, вздохнул и щёлкнул пальцами. Огонь погас мгновенно, даже дыма не осталось.

– И потушите уже нормально, – добавил он, хотя тушить было уже нечего.

Маги молчали.

Символ Валдора над дверью, уже обугленный и мёртвый, вдруг слабо мерцнул один раз. Лейн покосился на него.

– И ты туда же, – буркнул он. – Помог бы лучше, чем прятаться.

Мерцание прекратилось. Валдор сделал вид, что его вообще никогда не существовало.

Лейн покачал головой и повернулся к монстру, который всё ещё жался у порога, боясь пошевелиться.

– Ну, рассказывай, – сказал он устало. – Кто тебя вызвал? И главное – зачем?

Кхарн жалобно заскулил.

-–

Конец главы 1.

Глава 2

Глава 2. Глаза, которые видели слишком много

Часть 1. Двор. Допрос

Утро в Риверхолме встретило Лейна серым небом и запахом гари. Вчерашний пожар в таверне оставил после себя чёрные разводы на стенах и стойкий запах дыма, который не выветривался даже на улице. Где-то вдалеке кричал петух, но крик его звучал надрывно, будто птица тоже чувствовала: в городе неспокойно.

Лейн вышел во двор, держа в руке кусок хлеба, оставшийся от вчерашнего ужина. Жевать не хотелось – во рту было сухо, а в голове гудело после бессонной ночи. Он смотрел на серое небо и думал о том, что пять тысяч лет назад небеса были ярче. Или это просто память стала выцветать?

Кхарн лежал у сарая, привязанный верёвкой, которую Лейн наложил с простым, но надёжным заклинанием. Тварь даже не пыталась вырваться – лежала, поджав хвост, и мелко дрожала. Глаза её, красные и тусклые, следили за каждым движением Лейна.

– Ну что, – сказал Лейн, подходя ближе. – Поговорим?

Кхарн дёрнул ухом. Он понимал. Конечно, понимал – твари из Бездны были разумны, просто люди редко давали себе труд это заметить.

Лейн присел на корточки. В дверях таверны уже толпились маги – он чувствовал их взгляды затылком. Коррин стоял ближе всех, буквально высунувшись на крыльцо. Лиана и Келлен жались сзади, но тоже не уходили, перешёптывались.

– Вам там обязательно стоять? – крикнул Лейн, не оборачиваясь. – Монстр, между прочим, всё ещё монстр.

– Мы хотим видеть! – выкрикнул Келлен. – Мы маги, мы должны понимать, с чем имеем дело!

– С голодной тварью из Бездны, которая может сожрать вас за секунду, – спокойно ответил Лейн. – Но дело ваше. Только тихо.

Он повернулся к кхарну. Тот смотрел на него с таким выражением, будто ждал приговора.

– Ну, – сказал Лейн на древнем языке. – Рассказывай.

Голос его звучал иначе на этом наречии – глубже, древнее, словно сам воздух вокруг вибрировал. Язык, на котором говорили до людей, до богов, до самого сотворения мира. Язык, который помнил ещё ту эпоху, когда реальность была мягкой и податливой.

Кхарн вздрогнул от звука этого голоса. В красных глазах мелькнуло что-то похожее на облегчение.

– Ты… – прошелестел голос в голове Лейна. – Ты старше, чем я думал. Ты помнишь те времена?

– Помню, – кивнул Лейн. – А теперь говори: кто тебя послал?

– Он, – кхарн сжался. – Сильный. Старый. Он живёт там, где вы, люди, не бываете. Он…

– Имя, – перебил Лейн.

– Не могу, – тварь задрожала сильнее. – Если скажу – он узнает. Он страшнее тебя.

Лейн усмехнулся. Усмешка вышла невесёлой.

– Страшнее меня? Я запечатывал Бездну, когда твой хозяин ещё был искрой в первозданном хаосе. Так что давай, говори. Я защищу.

Кхарн поднял на него глаза. В них плескался ужас – не перед Лейном, а перед тем, другим. Тем, кто был где-то там, в темноте.

– Он ищет… – начал кхарн. – Он нашёл след. В горах. Там, где ты был давно. Он хочет…

Воздух вокруг твари задрожал.

– Продолжай, – тихо сказал Лейн, чувствуя, как внутри поднимается холодок. – Что он хочет?

– Твоё, – выдохнул кхарн. – Он хочет забрать то, что ты оставил. То, что ты спрятал. Он послал меня отвлечь всех, пока его слуги ищут. Я должен был напасть на город, чтобы вы, люди, бегали и паниковали, а они…

Кхарн захрипел. Глаза его расширились. Из пасти пошёл белый пар.

– Кто? – Лейн схватил тварь за шерсть. – Кто ищет? Где именно в горах?

Кхарн открыл пасть, чтобы ответить…

И в этот момент из его глаз и рта ударил ослепительный белый свет.

Энергия – древняя, чужая, пропитанная ненавистью – рванула прямо в Лейна. Он среагировал мгновенно: вскинул руку, и воздух перед ним застыл прозрачным щитом. Но угол был не идеален – сидел на корточках, пришлось разворачиваться на ходу.

Удар пришёлся по касательной, рикошетом отлетел от щита и ушёл в сторону.

Прямо туда, где стоял Коррин.

Маг даже не вскрикнул. Просто замер на секунду с открытыми глазами, глядя на приближающуюся смерть, а потом рухнул на землю. Ни ожогов, ни ран. Только пустота в глазах. Душа сгорела дотла, не успев даже осознать, что случилось.

Кхарн дёрнулся в конвульсиях и затих. Из пасти его всё ещё шёл пар, но глаза уже остекленели. Тот, кто его послал, не позволил твари говорить.

Во дворе наступила мёртвая тишина.

-–

Часть 2. Смерть и её тень

Лейн медленно опустил руку. Посмотрел на свою ладонь – она слегка дрожала. Потом на тело Коррина. Молодой маг лежал на пыльной земле, раскинув руки, и смотрел в небо невидящими глазами.

– Я не хотел, – сказал Лейн тихо. Голос прозвучал хрипло, будто чужой.

Лиана первой подбежала к Коррину. Трясла его за плечи, кричала, плакала. Келлен стоял столбом, глядя то на мёртвого товарища, то на Лейна. Губы его шевелились, но звука не было.

Из таверны выбежал трактирщик, за ним – пара местных. Увидели тело, замерли. Кто-то перекрестился. Кто-то побежал за стражей.

Лейн стоял и смотрел на свои руки. Пять тысяч лет. Пять тысяч лет он старался не убивать. Старался не вмешиваться. А теперь парень, который просто хотел посмотреть, как допрашивают монстра, лежит мёртвый. Из-за него. Из-за того, кто охотится за его прошлым.

– Господин травник… – раздался дрожащий голос Лианы. Она подняла на него заплаканные глаза. – Что это было? Что случилось?

– Ловушка, – глухо ответил Лейн. – Тот, кто послал монстра, не хотел, чтобы тот говорил. Встроил защиту. Сработало, когда кхарн попытался назвать имя.

– А вы… вы его остановили, – Келлен наконец обрёл голос. Он смотрел на Лейна в упор. – Вы создали щит. Из ничего. Я видел. Маги так не умеют.

– Я травник, – устало ответил Лейн.

– Травники не отражают магию Бездны! – Келлен шагнул ближе, сжимая кулаки. – Кто вы? Что вы такое?

Прибежали стражники – трое мужиков с кривыми мечами и испуганными глазами. За ними, тяжело дыша, тащился графский управляющий, толстый мужчина в дорогом, но перепачканном камзоле. Он явно только что встал – волосы встрепаны, на щеке след подушки.

– Что здесь?! – заорал управляющий, но, увидев тело, осёкся.

– Монстр, – ровно сказал Лейн, не глядя на него. – Убил мага. И сам сдох. Заберите трупы.

Управляющий открыл рот, закрыл, снова открыл. Потом махнул рукой стражникам:

– Заберите… обоих. И мага… и тварь эту. Графу доложим.

Стражники нерешительно приблизились. Кхарна уволокли в сарай – надо же где-то держать, пока не решат, что с ним делать. Коррина завернули в какую-то рогожу и унесли в сторону городской часовни.

Лиана пошла за ними, не отрывая взгляда от тела. Келлен остался стоять во дворе, глядя на Лейна.

– Я не отстану, – сказал он тихо. – Вы мне ответите.

Лейн посмотрел на него долгим взглядом. Молодой, злой, амбициозный. Только что потерял товарища и теперь ищет, на кого выплеснуть боль.

– Иди проспись, – сказал Лейн. – Завтра поговорим.

Он развернулся и ушёл в таверну, оставив Келлена одного во дворе.

-–

Часть 3. Город в панике

День тянулся бесконечно.

Риверхолм гудел, как растревоженный улей. Весть о смерти мага разнеслась мгновенно. Кто-то шептался, что монстр был не простой, кто-то – что маги сами виноваты, нечего было соваться. У ворот собралась толпа мужиков с вилами, требующих, чтобы граф отправил отряд в лес и выжег там всё к демонам.

Граф Риверхолма, немолодой уже мужчина по имени Велард, сидел в своей канцелярии и мрачно смотрел на управляющего.

– То есть ты хочешь сказать, – медленно проговорил он, – что маг погиб? Из столичной Академии? У меня в городе?

– Так точно, ваша милость, – управляющий вытирал пот со лба. – Тварь эта… она как-то выстрелила в него. А травник, что в таверне остановился, говорит, что это ловушка была.

– Травник? – граф нахмурился. – Какой ещё травник?

– Да обычный, ваша милость. Травами торгует. Но говорят, он с тварью разговаривал. На каком-то языке.

Граф потёр переносицу. Голова болела с утра. Проблемы сыпались одна за другой – сначала монстр, потом маги, теперь смерть. А ведь он просто хотел спокойно дожить до старости в своём захолустье.

– Ладно, – вздохнул он. – За магом этим… ну, за телом. Пусть готовят к отправке в столицу. Родным сообщим. А травника этого… пусть сидит пока. Если не лезет, не трогать. У нас и без него забот хватает.

В это же время в таверне «Сонный лось» Лиана сидела за столом и смотрела в кружку с элем, к которому не притронулась. Келлен метался по комнате, как зверь в клетке.

– Я тебе говорю, он не простой! – горячился Келлен. – Ты видела этот щит? Из воздуха! Без артефактов, без подготовки, без ничего!

– Видела, – тихо ответила Лиана. – И что? Даже если он великий маг, нам-то что?

– Как что?! – Келлен остановился. – Если он великий маг, он должен нас учить! Мы же маги! Мы из Академии! Мы имеем право!

– Ничего мы не имеем, – Лиана подняла на него красные глаза. – Коррин имел право жить. И где он теперь?

Келлен замер. Сел напротив. Долго молчал.

– Я хочу понять, – сказал он наконец. – Как это работает. Та энергия, что убила Коррина… если бы мы умели так защищаться, он бы остался жив. Ты понимаешь?

– Понимаю, – кивнула Лиана. – Но если он не захочет учить, мы не заставим.

– Заставим, – упрямо сказал Келлен. – Будем ходить за ним, пока не сдастся.

В этот момент дверь таверны открылась, и вошёл парнишка-возница. Огляделся, увидел магов, подошёл:

– А где господин травник? Мне б его увидеть.

– Наверху, – махнула рукой Лиана. – А зачем тебе?

– Матушка у меня заболела, – парнишка вздохнул. – Спина. Совсем не встаёт. Он обещал помочь.

Келлен и Лиана переглянулись.

– Мы с тобой, – сказал Келлен, вставая. – Проводишь.

-–

Часть 4. Разговор в комнате

Вечер опустился на Риверхолм быстро, будто кто-то накинул на город тёмное одеяло. Лейн сидел в своей комнате и смотрел на стену. Перед глазами стояло лицо Коррина – пустые глаза, беззвучно открытый рот. Пять тысяч лет, а к такому не привыкнешь.

Воспоминания приходили сами – не просились, не спрашивали разрешения. Он вспомнил первую смерть, которую видел. Ещё до того, как стал тем, кем стал. Обычная девушка в его деревне, умерла от лихорадки. Ему было тогда лет сто – по человеческим меркам юнец, и он поклялся, что найдёт способ победить смерть.

Нашёл. И что толку? Девушка та не воскресла, а он живёт уже тысячелетия и видит, как умирают другие.

В дверь постучали. Не дожидаясь ответа, вошли Лиана и Келлен.

– Мы знаем, кто ты, – сказала Лиана тихо. – Не знаем, как именно, но знаем. Ты не травник.

Лейн молчал. Смотрел на них из полумрака. Интересно, что они могли понять? Молодые, глупые, видели только щит. Этого мало.

Келлен сел на табурет напротив:

– Коррин был хорошим. Он не заслужил. Но я видел, как ты остановил ту энергию. Ни один маг так не умеет. Даже архимаги. Даже члены Совета.

– Я маг, – неожиданно для себя сказал Лейн. – Очень старый маг. Но я не учитель.

Лиана шагнула ближе:

– Тогда почему ты здесь? В этом захолустье, с травами, в таверне?

– Потому что хочу покоя, – честно ответил Лейн. – Потому что устал. Потому что надеялся, что меня не найдут.

– И что? – Келлен криво усмехнулся. – Нашли?

– Как видишь, – Лейн кивнул на дверь, за которой ещё недавно лежал труп кхарна. – И не только вы.

– Кто ещё? – быстро спросила Лиана.

– Неважно, – отрезал Лейн. – Вам лучше не знать.

– А нам уже есть дело! – Келлен вскочил. – Коррин погиб! Мы видели эту энергию! Мы в этом по уши!

Лейн посмотрел на него долгим взглядом. Молодой, злой, амбициозный. Только что потерял товарища и теперь ищет, на кого опереться. Или кого обвинить.

– Садись, – сказал Лейн устало. – И слушай.

Келлен сел.

– Я не учу, – сказал Лейн. – Никого и никогда. За свою жизнь я видел много желающих научиться. Почти все они умерли. Кто-то – быстро, кто-то – медленно и больно. Я не хочу, чтобы вы стали следующими.

– Но мы уже в этом, – тихо сказала Лиана. – Монстры, ловушки, смерти. Мы уже по уши. Хуже уже не будет.

Лейн усмехнулся. Усмешка вышла горькой.

– Глупая ты девочка. Хуже всегда может быть. Поверь мне, я знаю.

Он встал, подошёл к окну. Внизу горели огни – город жил своей жизнью, не подозревая, какие силы кружат над ним.

– Я подумаю, – сказал Лейн, не оборачиваясь. – А теперь уйдите.

– Но… – начал Келлен.

– Уйдите, – повторил Лейн. И в голосе его было что-то такое, от чего спорить расхотелось. Что-то очень старое и очень усталое.

Маги вышли. В коридоре Лиана прошептала:

– Он согласится?

– Не знаю, – ответил Келлен. – Но он сказал «за свою жизнь». Не «за свою практику». Не «за свою карьеру». Жизнь. Странно, да?

– Может, он просто старый, – пожала плечами Лиана.

– Может, – задумчиво сказал Келлен. – Очень старый.

Лейн слышал их через дверь. Усмехнулся. Умный мальчик. Заметил. Но пока не понял, насколько именно старый. И хорошо.

Он лёг на кровать, закрыл глаза. Завтра будет новый день. Новые проблемы. Новая смерть – может быть.

Интересно, боги сегодня нервничают?

-–

Часть 5. Небеса. Чертоги богов

В зале Совета богов было шумно, как на базарной площади в день большого торга. Только здесь вместо торговцев кричали бессмертные, а вместо товара обсуждали судьбу мира.

Валдор, бог грома и порядка, метался между тронами. Каждый его шаг отдавался раскатами грома где-то далеко внизу, в мире смертных – наверное, сейчас там начиналась гроза, и крестьяне спешили убрать сено.

– Вы видели?! – гремел Валдор. – Эта энергия! Она не наша! Кто-то в мире смертных использует силу, которую мы не контролируем!

Серафина, богиня мудрости, сидела на своём троне и задумчиво перебирала нити судеб. Лицо её оставалось спокойным, но тонкие пальцы слегка дрожали.

– Я не вижу источник, – сказала она тихо. – Нити обрываются там, где должна быть причина. Это значит только одно: тот, кто это сделал, сильнее меня.

В зале повисла тишина. Серафина была второй по силе после Валдора. Если она не видит…

Арес, бог войны, сидел, развалившись на троне, и поигрывал кинжалом, крутя его в пальцах. Он единственный не выказывал страха – только злость.

– Значит, надо вмешаться, – отрезал он. – Послать кару. Пока этот кто-то не добрался до… ну, ты понимаешь.

Все понимали. До Него.

– И что ты предлагаешь? – Валдор остановился. – Убить Его? Мы пробовали. Тысячу лет назад. Чем кончилось?

Арес помрачнел. Та война была больной темой для всех богов. Особенно для него – именно Арес тогда возглавил атаку и именно его Лейн отправил в спячку на пятьсот лет, даже не вспотев.

– Я не предлагаю убивать, – процедил он. – Я предлагаю выяснить, что происходит. Послать вестника. Узнать, знает ли Он что-то.

– А если Он подумает, что мы за ним следим? – подала голос Серафина. – И решит, что мы снова хотим войны?

Валдор и Арес переглянулись.

– Тогда мы все умрём, – пожал плечами Арес. – Но лучше знать правду и умереть, чем сидеть и гадать, пока неизвестный враг уничтожает мир.

– Ты всегда был оптимистом, – буркнул Валдор.

В углу зала, на неприметной скамье, сидел Риан. Молодой бог без профессии, без сферы влияния, без последователей. Он просто слушал, вжавшись в скамью, чтобы его не заметили. Ему было страшно, но любопытство пересиливало страх.

Он думал о том, что только что видел в мире смертных – боги иногда поглядывают вниз, просто так, от скуки. Та энергия, что убила мага… она была чужой даже для богов. А значит, в мире появилось что-то новое. Или очень старое.

– А почему бы просто не спросить у него? – сказал он тихо.

Совет замолчал. Все уставились на него.

– Ты кто? – нахмурился Валдор, разглядывая незнакомца так, будто видел его впервые. Впрочем, он действительно видел его впервые – Риан всегда умел быть невидимым, когда хотел.

– Риан, – представился молодой бог, вставая. – Я… ну, я тут всегда был. Просто вы не замечали.

– И что ты предлагаешь? – Арес прищурился, разглядывая странного бога с интересом. – Пойти и поговорить с Ним? Добровольно?

Риан внутренне сжался, но кивнул:

– Да. А что он сделает? Убьёт? Зачем? Если бы он хотел нас убить, сделал бы это тысячу лет назад. Может, ему просто… не до нас? Может, он тоже не знает, что происходит?

– С чего ты взял, что он не знает? – Серафина подалась вперёд.

– Потому что он человек, – просто ответил Риан. – Был человеком. А люди не всеведущи. Даже такие.

Боги переглянулись.

– Это… разумно, – медленно проговорила Серафина. – Риск минимален. А информация может быть ценной. К тому же, если он действительно не знает, мы сможем предложить союз.

– Союз? – Арес фыркнул. – С Ним?

– Времена меняются, – пожала плечами Серафина. – Враг моего врага – мой друг.

Валдор молчал, обдумывая. Потом нехотя кивнул:

– Пусть идёт. Если погибнет – одним богом меньше. Никто и не заметит.

Риан почувствовал, как внутри всё сжалось. Вот оно. Его цена. Он всегда был никем – теперь это сказали вслух. Но отступать было поздно, да и не хотелось. Впервые за тысячи лет ему предложили настоящее дело.

– Хорошо, – сказал он, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Я пойду. Во сне. Это безопаснее.

– Во сне? – удивилась Серафина. – Ты умеешь входить в сны смертных?

– Нет, – честно признался Риан. – Но я попробую. В конце концов, сны – это единственное, что у меня есть. Я там… чувствую себя как дома.

Он не стал дожидаться ответа. Просто закрыл глаза и сосредоточился. Он думал о Лейне – о том самом, из легенд, о том, кто заставил старших богов дрожать. Думал о его сне – где он сейчас, что видит, что чувствует. И изо всех сил захотел оказаться там.

Мир вокруг Риана поплыл, закрутился и провалился в тишину.

-–

Часть 6. Сон, ставший явью

Лейн заснул тяжело. Смерть Коррина стояла перед глазами – пустые глаза, беззвучно открывающийся рот, тело, падающее на пыльную землю. Он мог бы предотвратить. Знал ведь, что ловушка возможна. Знал и ничего не сделал.

Пять тысяч лет, а к такому не привыкнешь.

Проваливаясь в дрёму, он почувствовал чужое присутствие. Кто-то вошёл в его сон. Нагло, без спроса, как в собственный дом.

Лейн нахмурился во сне. Это кто ещё?

Он открыл глаза и оказался на бескрайнем лугу. Небо переливалось радугой, трава шелестела без ветра, вдалеке танцевали цветные сполохи. Красиво, пафосно и совершенно безвкусно. Боги никогда не умели в минимализм.

Посреди этого великолепия стоял растерянный парень. Молодой, простой, в обычной дорожной одежде, будто собрался на ярмарку. Он оглядывался по сторонам с таким видом, будто сам не ожидал здесь оказаться.

Увидев Лейна, парень вздрогнул и замер.

– О, – сказал он. – Ты… вы… то есть… получилось?

– Я, – подтвердил Лейн, скрещивая руки на груди. – А ты кто и как сюда попал?

– Я Риан, – парень сглотнул. – Я бог. Ну, типа. И я… я пытался войти в твой сон. Честно пытался! Но я не думал, что получится. Я вообще не умею этого делать.

Лейн посмотрел на него внимательнее. Парень явно не врал. Он был напуган, растерян и совершенно не походил на тех напыщенных идиотов, с которыми Лейн имел дело тысячи лет назад.

– Ты бог, но не умеешь управлять своими способностями? – уточнил Лейн.

– Я вообще ничего не умею, – честно признался Риан. – У меня нет профессии. Нет сферы. Нет последователей. Я просто… есть.

– И при этом ты каким-то образом влез в мой сон, – задумчиво сказал Лейн. – Интересно.

– Я правда старался, – быстро сказал Риан. – Меня послали старшие. Я вызвался сам. Думал, может, получится. Но не думал, что получится прямо сразу.

– Послали? – Лейн прищурился. – Кто послал?

Риан замялся, но потом выдохнул и выпалил:

– Старшие. Они хотят знать, что происходит. Та энергия, что убила мага сегодня… они не понимают, откуда она. Боятся.

– Боятся, – повторил Лейн. – Правильно делают.

– А ты? – вырвалось у Риана. – Ты не боишься?

Лейн посмотрел на него долгим взглядом. Потом усмехнулся:

– Маленький бог, я видел, как рождались твои старшие. Я видел, как они росли, как становились важными, как начинали считать себя центром мира. Я видел, как они проиграли войну, которую сами же начали. И я видел, как они после этого тряслись от страха каждый раз, когда я проходил мимо их храмов. Чего мне бояться?

Риан слушал, открыв рот. В глазах его плескалось что-то среднее между ужасом и восхищением.

– Так это ты… – прошептал он. – Тот самый. Из легенд. Кто заставил старших…

– Пошутил неудачно, – перебил Лейн. – Очень неудачно. Они не оценили.

Риан моргнул:

– Пошутил?

– Долгая история, – отмахнулся Лейн. – Неважно. Ты сказал, что хочешь знать, что происходит?

Риан кивнул.

– Я сам хочу знать, – сказал Лейн. – Кто-то копается в моём прошлом в Клыкастых горах. Кто-то, кто не побоялся убить монстра и мага, чтобы скрыть следы. И твои старшие ничего об этом не знают.

– Они боятся, – повторил Риан. – Они всегда боятся, когда чего-то не понимают.

– А ты? – Лейн прищурился. – Ты боишься?

Риан подумал. Потом честно ответил:

– Боюсь. Но мне интересно больше. Я никогда ничего не видел. Всю свою жизнь – а это пара тысяч лет – я просто сидел в углу и смотрел, как другие что-то делают. А тут… тут настоящее.

Лейн смотрел на него и чувствовал что-то странное. Этот бог был совсем не таким, как остальные. В нём не было пафоса, высокомерия, желания власти. Только любопытство и какая-то щенячья преданность неизвестно чему.

– Хочешь увидеть настоящее? – спросил Лейн.

Риан кивнул.

– Тогда смотри.

Лейн шагнул вперёд и положил руку на плечо бога.

Мир дрогнул. Луг сжался в точку и исчез.

Риан моргнул – и понял, что стоит на холодном полу маленькой комнаты. Масляная лампа, скрипучая кровать, потёртый плащ на стене. За окном – настоящая ночь с настоящими звёздами. Пахло дымом, потом и дешёвым элем.

Он замер. Медленно поднял руку, посмотрел на пальцы. Пошевелил ими. Опустил взгляд на свои босые ноги, стоящие на деревянных досках. Пол был холодным – настоящим, живым, реальным.

– Этого не может быть, – прошептал он.

– Может, – спокойно сказал Лейн, садясь на кровать. – Ты здесь.

– Но я… я во сне! – Риан обернулся к нему, в глазах плескался ужас. – Я должен быть во сне! Я только что был в своём сне! А это…

– Это явь, – кивнул Лейн. – Я притащил твой сон сюда. Вместе с тобой.

Риан открыл рот и закрыл. Сел на табурет, потому что ноги отказали.

– Это… это невозможно, – выдохнул он. – Такого не бывает. Сны не становятся явью. Это закон.

– Невозможного нет, – пожал плечами Лейн. – Есть только то, чего ты не умеешь. И то, чему не научился.

– Научишь? – вырвалось у Риана, и он сам испугался своей наглости.

Лейн усмехнулся:

– Третий за сегодня, кто просит учить. Что за день такой?

– Третий?

– Маги местные. Двое. Тоже хотят сил, чтобы защищаться. Их друг сегодня погиб.

Риан замолчал, переваривая информацию. Потом тихо спросил:

– А ты… ты правда тот, из легенд? Кто победил старших богов?

– Победил? – Лейн покачал головой. – Я просто пошутил. А они обиделись и напали. Пришлось защищаться. Я даже никого не убил – так, отправил в спячку самых шумных.

Риан смотрел на него с таким выражением, будто у него мир переворачивался.

– Ты… ты шутишь? – выдавил он.

– Никогда не был серьёзнее, – вздохнул Лейн. – Слушай, маленький бог. Ты пришёл ко мне сам, хотя и не должен был уметь. Ты не врёшь, не юлишь, не пытаешься манипулировать. За это я тебя не вышвырнул обратно. Но если хочешь приходить ещё – придётся работать.

– Что делать? – быстро спросил Риан.

– Присматривай за старшими. Слушай, о чём они говорят. Если кто-то из богов замешан в том, что происходит в горах – ты узнаешь. Если узнаешь – скажешь мне.

– Но я не умею подслушивать, – растерялся Риан. – Меня не замечают, это да, но я не знаю, как…

– Сиди и слушай, – перебил Лейн. – Ты же бог. Присутствуй. Это у тебя хорошо получается.

Риан невольно улыбнулся:

– Да уж, присутствовать я умею.

– Вот и присутствуй, – Лейн встал. – А теперь пора возвращаться. Тебе ещё привыкать к мысли, что сны могут становиться явью. И что ты можешь входить туда, куда не должен уметь.

Он щёлкнул пальцами.

Риан моргнул – и снова стоял на лугу. Радужное небо, цветные сполохи, тишина. Он был в своём сне. Один.

Только на плече всё ещё горело место, где его касалась рука Лейна.

Риан медленно опустился в траву и закрыл лицо ладонями. Сердце колотилось, как бешеное. Он только что был в другом мире. В настоящем. В мире смертных. Без подготовки, без ритуала, без ничего. Просто потому, что захотел и попытался.

Он не умел входить в чужие сны. Он вообще ничего не умел.

Но каким-то образом у него получилось. И его не убили. И даже, кажется… позвали обратно?

– Я идиот, – прошептал он. – Какой же я идиот.

Но где-то в глубине души шевельнулось что-то ещё. Не страх. Азарт. Интерес. Предвкушение.

Впервые за всю его недолгую божественную жизнь случилось что-то настоящее.

Он поднял глаза к радужному небу и тихо сказал:

– Я приду ещё. Обязательно.

-–

Часть 7. Утро. Новый день

Утро пришло слишком быстро.

Лейн открыл глаза и несколько секунд просто лежал, глядя в потолок. Потёр лицо ладонями. Пять тысяч лет, а не высыпается до сих пор. Может, дело не в возрасте, а в том, что совесть не даёт спать спокойно?

Он вспомнил разговор с Рианом. Странный бог. Странный, но… живой. Не такой, как эти напыщенные идиоты на небесах. Может, и правда пригодится.

Внизу уже слышались голоса – Лиана и Келлен о чём-то спорили. Судя по интонациям, Келлен горячился, Лиана пыталась его успокоить. Видимо, ждали его, чтобы продолжить вчерашний разговор.

Лейн вздохнул. Встал, накинул рубаху, сунул ноги в сапоги. Надо идти. Надо что-то решать с этими магами, с богом, с тем, что происходит в горах. Надо жить дальше.

Стук в дверь. Лейн поморщился: ну кто там в такую рань?

– Войдите.

Дверь открылась, и вошёл не маг. Тот самый парнишка-возница из позавчера, веснушчатый, взлохмаченный, с красными от недосыпа глазами. В руках он мял шапку и явно не знал, с чего начать.

– Господин травник, – выпалил он наконец. – Извините ради бога, что рано, но матушке совсем плохо. Спина. Не встаёт второй день. Лежит, стонет. Соседка говорит – помирать будет. Помогите, а? Я заплачу, у нас есть немного…

Он замолчал, глядя на Лейна с такой надеждой, что у того кольнуло в груди.

Лейн посмотрел на него. Потом на дверь, за которой, он знал, ждут Лиана и Келлен. Потом в окно, за горизонт, где лежали Клыкастые горы.

Где-то там, в тех горах, кто-то копался в его прошлом. Кто-то, кто не побоялся убить монстра и мага, чтобы скрыть свои следы. Кто-то, кто, возможно, уже нашёл то, что искал.

А здесь – простая женщина с больной спиной. Обычная, смертная, которой нужна помощь.

Лейн усмехнулся. Тысячи лет, а выбор всегда один и тот же.

– Ладно, – сказал он, поднимаясь. – Пошли. Покажешь, где живёшь.

Он взял сумку с травами. Проверил, на месте ли нужные мешочки – тысячелистник, зверобой, кора ивы, пара настоек. Накинул плащ. Вышел в коридор.

Лиана и Келлен стояли у лестницы, как два стража. Увидели его – и синхронно шагнули следом.

– Мы с вами, – сказал Келлен тоном, не терпящим возражений.

– Я не на прогулку иду, – буркнул Лейн. – К больной. Будете под ногами мешаться – выгоню.

– Не будем, – пообещала Лиана. – Мы просто посмотрим. Поможем, если надо.

– Чем вы поможете? – усмехнулся Лейн. – Элем лечить будете?

– Можем воды принести, – серьёзно ответила Лиана. – Или травы подержать.

Лейн посмотрел на неё. Девчонка явно не отстанет. Келлен тоже.

– Ладно, – махнул рукой. – Идите. Но тихо. И без магии. Поняли?

– Поняли, – хором ответили маги.

Они вышли на улицу. Парнишка семенил впереди, показывая дорогу. Солнце только вставало, окрашивая крыши домов в розовый цвет, разгоняя утренний туман. Где-то мычала корова, кричал петух, пахло свежим хлебом из пекарни. Обычное утро в обычном городке.

Лейн шёл и думал, что пять тысяч лет назад он тоже начинал утро с похода к больной женщине. Только тогда его звали иначе, и мир был другим. Тогда не было богов, или они были, но молчали. Тогда люди умирали чаще, но жили ярче.

Или это просто память приукрашивает?

– Господин травник, – робко спросила Лиана, забегая слева. – А вы правда подумаете? Ну, насчёт учеников?

Лейн покосился на неё.

– Правда.

– И когда ответите?

– Когда матушка твоего друга поправится, – буркнул Лейн. – А теперь помолчи. Мне нужно вспомнить, какие травы помогают от радикулита. Давно не лечил, мог и забыть.

Лиана замолчала, но на лице её сияла такая улыбка, будто она уже поступила в академию великих магов и получила личный посох от самого архимага.

Келлен шёл сзади и хмурился. Он заметил. «Давно» – это не «пять лет» и не «десять». Это могло значить что угодно. Но спросить сейчас он не решился.

Они свернули за угол и скрылись в утреннем тумане.

А в небесах, в чертогах богов, молодой бог без профессии сидел на траве посреди своего радужного луга и смотрел на звёзды. Он всё ещё чувствовал тепло на плече – там, где его касалась рука Лейна.

– Я приду ещё, – повторил он тихо. – Обязательно.

-–

Глава 3

Глава 3. Травник, больная спина и небесные проблемы

Часть 1. Утро в доме возницы

Дом Тима оказался на окраине Риверхолма – маленький, но крепкий. Покосившийся забор давно требовал починки, но кусты смородины у крыльца были ухожены, а пара кур в загоне выглядели сытыми и довольными жизнью. Пахло сеном, навозом и свежеиспечённым хлебом – видимо, кто-то из соседей принёс.

Тим семенил впереди, то и дело оглядываясь на Лейна с такой надеждой, будто тот нёс в своей сумке не травы, а само бессмертие.

– Она тут, господин травник. Спина у неё ещё с прошлой зимы болела, но терпела. Матушка у меня крепкая, никогда не жаловалась. А позавчера как схватит – не встаёт совсем. Лежит, стонет тихонько, чтобы я не волновался. Соседка говорит, может, век отходит…

Голос парнишки дрогнул. Лейн молча кивнул. Он слышал это тысячи раз за свои тысячи лет. Всегда одно и то же: сначала терпят, потом надеются, что само пройдёт, потом зовут помощь, когда уже почти поздно. И всегда рядом есть кто-то, кто боится потерять близкого.

– Не каркай раньше времени, – буркнул Лейн. – Покажи лучше.

Вошли в дом. Внутри было бедно, но чисто – выскобленный до белизны пол, выстиранные занавески на окнах, на столе глиняная миска с водой и краюха хлеба, прикрытая рушником. У стены стояла деревянная кровать, застеленная лоскутным одеялом. На ней, укрытая до подбородка, лежала женщина лет пятидесяти. Бледная, с влажным лбом, она прикрыла глаза, когда вошли, но по напряжённым складкам у губ было видно – не спит.

– Матушка, – Тим подбежал к ней, взял за руку. – Я травника привёл. Того самого, про которого рассказывал. Помнишь, я говорил, он с монстром разговаривал?

Женщина открыла глаза, посмотрела на Лейна, на магов за его спиной и слабо улыбнулась:

– Спасибо, сынок. Только боюсь, поздно уже…

– Не каркай, – повторил Лейн уже строже, подходя к кровати. – Дай посмотрю.

Он присел на табурет, который Тим мгновенно пододвинул, и положил руку на спину женщине. Та вздрогнула от холода пальцев, но промолчала. Лейн медленно ощупывал позвонок за позвонком, мышцу за мышцей, слушая не только тело, но и тихие всхлипы, которые женщина пыталась сдерживать.

Келлен тут же шагнул вперёд, поправляя мантию и принимая важный вид. Он явно готовился произнести речь.

– Позвольте, я возьму осмотр на себя, – заявил он, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. – В Академии нас учили диагностике по первому разряду. Я быстро определю характер повреждения и…

Он не договорил. Лейн, не оборачиваясь и даже не меняя выражения лица, просто отодвинул его плечом в сторону. Без усилия, но так, что Келлен сделал два шага назад и наткнулся на табурет.

– Сядь и смотри, – сказал Лейн тихо, продолжая ощупывать спину. – Если нечего сказать по делу – молчи.

Келлен открыл рот, закрыл, снова открыл и замер с таким обиженным видом, будто ему только что сказали, что он не сдал экзамен.

Лиана, стоявшая в углу у двери, тихо хмыкнула. Она не стала комментировать вслух, но её улыбка говорила сама за себя.

– Чего лыбишься? – прошипел Келлен.

– Ничего, – шепнула Лиана. – Просто вспомнила, как на втором курсе ты пытался диагностировать крысу и сказал, что у неё перелом, а она просто сдохла от старости.

– Это была учебная крыса! Ей было три года!

– Для крысы – глубокая старость. Как тебе сейчас для травника.

Келлен замахнулся на неё, но Лиана ловко увернулась, сделав шаг в сторону. Лейн, не оборачиваясь, усмехнулся.

– Дети, – пробормотал он себе под нос. – Где мои пять тысяч лет покоя…

-–

Часть 2. Первая помощь и первые ошибки

Лейн работал молча и сосредоточенно. Его пальцы, несмотря на возраст, были чуткими и точными. Он находил больные места, надавливал, слушал реакцию, и по лёгким вздохам женщины понимал, где именно зажало нерв.

– Корешок защемлён, – сказал он наконец, отстраняясь. – Вот здесь, видишь? – он показал Тиму точку чуть выше поясницы. – Мышцы в спазме, отёк давит на нерв. Давно в таком положении?

– Третий день, – прошептала женщина.

– Хорошо, что не неделю. Встанешь. Но придётся потерпеть.

Тим всхлипнул от радости и тут же зажал рот рукой, чтобы не разрыдаться в голос. Матушка погладила его по голове слабой рукой.

– Вода нужна горячая, – распорядился Лейн, открывая свою сумку. – Много. И чистые тряпки. Чем больше, тем лучше. И мешок с травами, что я оставил у двери.

– Я мигом! – Тим выскочил пулей.

Келлен, всё ещё переживавший своё фиаско, решил восстановить авторитет. Он расправил плечи, поправил мантию и подошёл ближе.

– Может, магией помочь? – предложил он тоном знатока. – Базовое прогревание – это же элементарно. Нас на первом курсе учили. Я могу за пару минут снять спазм, и никакие травы не нужны.

Лейн, раскладывавший травы на столе, поднял на него усталый взгляд.

– Там воспаление, – сказал он спокойно. – От жара будет только хуже. Нервы сдавит сильнее, боль усилится. Хочешь, чтобы она орала?

– Я знаю, что делаю! – Келлен шагнул вперёд, раздувая щёки. – У нас в Академии это отработано до автоматизма! Прогревание – это первое, чему учат! Даже Лиана умеет, хоть и притворяется, что ничего не знает!

– Я не притворяюсь, – отозвалась Лиана из угла. – Я действительно ничего не знаю. Но хотя бы знаю, что ничего не знаю. Это называется «метод умного человека». У вас в Академии такому не учат?

– Заткнись!

Лейн вздохнул. Посмотрел на Келлена долгим взглядом. Потом кивнул:

– Тогда делай. Я посмотрю.

Келлен растерялся на секунду – он ожидал спора, ожидал, что его начнут отговаривать, и тогда можно было бы с чувством превосходства заявить, что «старики ничего не понимают в современной магии». А тут ему просто дали зелёный свет.

– Э… ну… хорошо, – пробормотал он и подошёл к кровати.

Женщина смотрела на него с недоверием, но молчала. Тим, вернувшийся с ведром горячей воды, замер в дверях.

Келлен встал в позу, сосредоточился. На кончиках его пальцев замерцало тёплое свечение – ровное, золотистое. С профессиональной точки зрения заклинание было выполнено идеально.

– Не бойтесь, – сказал он женщине с важным видом. – Это совершенно безопасно. Я делал это сотни раз.

Он приложил ладонь к пояснице. Женщина сначала расслабилась – тепло было приятным, мышцы начали отпускать. Но через несколько секунд она дёрнулась и застонала:

– Ой… больно… жжёт…

– Сейчас-сейчас, – забормотал Келлен, усиливая заклинание. – Надо прогреть глубже, чтобы снять спазм полностью. Ещё чуть-чуть…

– Прекрати, – спокойно сказал Лейн.

– Да я почти закончил! Ещё секунда…

– Прекрати, – повторил Лейн, и в голосе его появилось что-то такое, от чего Келлен отдёрнул руку мгновенно, будто обжёгся.

Женщина часто дышала, на лбу выступила крупная испарина. Лейн приложил к её спине холодную тряпку, которую как раз принёс Тим. Женщина выдохнула с облегчением.

– Прости, мать, – сказал Лейн тихо, не оборачиваясь. – Молодой, глупый. Не со зла.

– Я… я не понимаю, – пробормотал Келлен, глядя на свои руки. – Должно было помочь. Ровно такое же заклинание на практических занятиях всегда работало. В Академии говорили…

– В Академии, – перебила Лиана, и в её голосе не было привычной насмешки, только усталость, – наверное, лечили здоровых студентов, а не больных баб. Там всё по учебнику, а в жизни – вот так.

Келлен хотел огрызнуться, но передумал. Он смотрел на свои руки так, будто видел их впервые.

– Я правда хотел помочь, – сказал он тихо.

– Знаю, – ответил Лейн, не оборачиваясь. – Поэтому ты ещё жив. А теперь сядь в угол и смотри. Молча.

Келлен сел.

-–

Часть 3. Лечение и разговоры

Лейн работал быстро и уверенно. Он смешивал травы в миске, заливал горячей водой, настаивал, отжимал. Пальцы его двигались с автоматизмом, отточенным тысячелетиями.

– Сначала снимаем отёк, – говорил он, скорее для себя, чем для магов. – Противовоспалительное – кора ивы, ромашка, арника. Компресс холодный, чтобы сосуды сузить. Потом, когда отёк спадет, можно будет греть и массаж. Но не раньше чем через день.

– А если магией? – не удержался Келлен из угла. Спросил тихо, без вызова.

Лейн покосился на него:

– Если магией, то надо чувствовать не тепло, а ткань. Понимать, где граница между полезным и вредным. Видеть, как реагирует тело. Ты чувствуешь?

Келлен промолчал.

– То-то, – вздохнул Лейн.

Лиана крутилась рядом, помогала подавать травы, тряпки, миски. При этом она не замолкала ни на секунду:

– А это что за фигня? На веник похоже.

– Полынь.

– А это?

– Тысячелистник.

– А это если перепутать, пациент умрёт или просто посинеет?

– Посинеет, – серьёзно ответил Лейн. – И умрёт.

– О, универсальный вариант. Люблю такие травы. Сразу видно – серьёзный подход к делу.

Келлен из угла простонал:

– Ты можешь хоть раз быть серьёзной?

– Могу, – кивнула Лиана. – Когда будет повод. А пока мы просто лечим бабушку, а не спасаем мир. Можно и пошутить.

– Коррин погиб, – напомнил Келлен. – Это тебе не шутки.

Лиана замерла на секунду. Потом повернулась к нему и сказала тихо, без улыбки:

– Коррин погиб. И если я не буду шутить, я просто лягу рядом с ним. Ты этого хочешь?

Келлен открыл рот и закрыл. Отвернулся к окну.

Лейн смотрел на них и молчал. Пять тысяч лет, а он до сих пор не знал, что говорить в такие моменты.

– Он бы не хотел, чтобы вы кисли, – сказал он наконец. – Живите дальше. Смейтесь. Злитесь. Ошибайтесь. Только живите.

Лиана улыбнулась ему – благодарно и грустно одновременно.

– А вы всегда такой мудрый? Или только по утрам?

– Я всегда такой, – усмехнулся Лейн. – Пять тысяч лет мудрости – это вам не шутка.

– Пять тысяч? – удивился Келлен, забыв про окно.

– Шучу, – Лейн отвернулся к столу. – Давай компресс.

-–

Часть 4. Обед и разговоры

Пока настойка настаивалась, а матушка дремала под действием трав, Тим накрыл на стол. Просто – хлеб, сало, лук, квас. Но от души.

– Ешьте, господа хорошие, – суетился он. – Матушка всегда говорит, гостей кормить надо, даже если самим мало.

Лейн сел за стол, маги пристроились рядом. Келлен пытался есть с достоинством, но сало оказалось жёстким, и достоинство быстро сменилось сосредоточенным жеванием. Лиана жевала и комментировала:

– Хорошее сало. Толстое. У нас в Академии кормили хуже. Каша, каша, иногда суп с мухами. Говорили, белок.

– Не было там мух, – буркнул Келлен.

– Ты просто не замечал. Ты вообще ничего не замечаешь, кроме своих книжек.

– Я замечаю! – возмутился Келлен. – Я, между прочим, первый на курсе по теории заклинаний!

– И последний по практике, – парировала Лиана. – Помнишь, как ты пытался призвать светлячка и поджёг штору?

– Это был несчастный случай!

– Штора так не считала.

Лейн слушал их перепалку и вдруг поймал себя на том, что улыбается. Давно он не был в такой компании. Давно не чувствовал себя… частью чего-то живого.

– А вы, господин травник, – обратился к нему Тим, – вы давно лечите?

– Давно, – коротко ответил Лейн.

– А где научились?

– В разных местах. У разных людей. У разных… существ.

Тим округлил глаза:

– У существ? Это как?

– Долгая история, – уклонился Лейн. – Лучше расскажи, что в горах слышно. Охотники приходят?

Тим оживился:

– Приходят, да. Говорят, странное там творится. Свет по ночам видят. Белый такой, не как от костра. И звери уходят оттуда. Даже волки. А охотники боятся ходить.

Келлен навострил уши:

– Свет? Какой именно свет?

– Не знаю, господин маг. Не видел сам. Мужики говорят – холодный. Не греет совсем. И звук будто… будто земля стонет.

Лейн и Келлен переглянулись.

– Интересно, – задумчиво сказал Келлен.

– Опасно, – поправил Лейн. – Не интересно, а опасно.

– Но если там что-то магическое…

– Магическое – не значит полезное. Чаще наоборот.

Лиана, дожёвывая хлеб, вдруг выдала:

– А может, наш монстр оттуда припёрся? Сбежал от этого света и решил людей покусать?

Келлен посмотрел на неё с сомнением:

– С чего ты взяла?

– Ну не знаю, – пожала плечами Лиана. – Просто предположила. Монстр же откуда-то взялся. Мог и из гор прийти.

Лейн усмехнулся в кружку с квасом. Девчонка даже не представляла, как близка к истине.

– Мог, – спокойно сказал он. – А мог и нет. Гадать бесполезно. Надо смотреть.

– Так пойдём посмотрим! – с жаром воскликнул Келлен. – Мы же маги! Мы должны разобраться!

– Ты сначала бабушку вылечи, – осадила его Лиана. – А то в горах ещё и лечить некого будет, если ты там компресс подожжёшь.

Келлен побагровел и уткнулся в кружку.

Лейн допил квас и встал:

– Ладно, хватит болтать. Работать надо.

-–

Часть 5. Визит графа

Дверь распахнулась без стука. На пороге стоял запыхавшийся стражник в помятой форме, с красным лицом и выпученными глазами.

– Травник? – выдохнул он, обводя комнату взглядом и останавливаясь на Лейне. – Ты травник?

– Я, – спокойно ответил Лейн, не вставая из-за стола.

– Граф требует тебя. Немедленно. Сказал, живым или мёртвым, но доставить.

В комнате повисла тишина. Тим побледнел и прижался к матушкиной кровати. Келлен вскочил, готовый к бою. Лиана даже перестала жевать.

– Живым, надеюсь, – спокойно сказал Лейн, поднимаясь.

– Ну… – стражник замялся. – Предпочтительно.

Лейн обернулся к магам. Келлен уже шагнул вперёд, расправляя плечи:

– Мы с тобой!

– Нет. Вы остаётесь здесь.

– Но…

– Доделываете лечение. Матушка должна встать на ноги к вечеру. Тим один не справится.

– Я не могу! – выпалил Келлен. – Я же только что всё испортил!

– Затем и остаёшься, – усмехнулся Лейн. – Чтобы исправить. Лиана тебе поможет.

– Чем я помогу? – удивилась Лиана. – Я даже травы не знаю.

– Ты знаешь, где они лежат, и умеешь кипятить воду. А главное – умеешь молчать, когда надо. А Келлен научится слушать. Хорошая практика.

Келлен хотел возразить, но Лейн уже вышёл за стражником, оставив магов в полной растерянности.

– И что теперь? – спросил Келлен.

– Теперь, – вздохнула Лиана, – будем лечить бабушку. Ты делаешь компрессы, я комментирую. Идёт?

– Идёт, – обречённо кивнул Келлен.

-–

Часть 6. Разговор с графом

Граф Велард сидел в кресле у камина и мрачно смотрел на огонь. Это был не тот пафосный вельможа, каким Лейн привык видеть правителей. Обычный усталый мужик лет пятидесяти, с мешками под глазами и сединой в волосах. На столике рядом стояла початая бутылка вина и один кубок.

Увидев Лейна, он кивнул на стул напротив.

– Садись. Вина хочешь?

– Хочу, – Лейн сел, не дожидаясь второго приглашения. – Но сначала скажи, зачем звал. Стражник твой меня чуть не до инфаркта довёл – орал про «живым или мёртвым».

Граф поморщился:

– Дурак он. Перестарался. Налей себе сам.

Лейн плеснул вина в чистый кубок, отпил. Вино было кислым, но терпимым. Местное, деревенское, не для графского стола.

– Хорошее, – соврал Лейн.

– Врёшь, – усмехнулся граф. – Кислятина редкостная. Но другого нет. Казна пустая, урожай плохой, налоги не собрать. А тут ещё ты со своим монстром.

– Монстр не мой.

– А чей?

– Не знаю. Но не мой.

Граф помолчал, глядя на огонь. Потом повернулся к Лейну:

– Ты кто такой? Не ври. Я старый, усталый, мне врать бесполезно. Я за двадцать лет правления наслушался вранья – на три жизни вперёд хватит.

Лейн допил вино, поставил кубок на стол.

– Старый маг, – сказал он. – Очень старый. Ушёл на покой. Травничаю по привычке. Не мешаю никому, меня не трогают.

– А монстр?

– Приманка. Отвлечение. Кто-то хотел, чтобы все смотрели на него, пока его хозяева делают своё дело в другом месте.

– В горах, – кивнул граф. – Я слышал про свет. Охотники болтают.

– Там.

– И что им нужно?

– Не знаю пока, – спокойно ответил Лейн. – Но собираюсь выяснить.

Граф прищурился:

– Сам? Со своими магами-недоучками?

– С ними.

– Дурак ты, – вздохнул граф. – Молодых жалко.

– Они сами выбрали.

Граф снова помолчал. Потом вздохнул тяжело, по-стариковски.

– Слушай, маг. Мне плевать, что там в горах и кому что нужно. У меня город, люди, налоги, бандиты в лесу, неурожай. Мне проблем от столицы не надо. Если узнают, что у меня во дворе погиб столичный маг – меня сожрут с потрохами. Отчётность, комиссии, расследования… Я этого не вывезу.

– Понимаю.

– Поэтому слушай сюда, – граф подался вперёд. – Уходи. Сегодня же. Забери своих магов – и проваливай. Чем дальше, тем лучше. Чтобы к утру вас в городе не было.

– Хорошо, – кивнул Лейн.

– И ещё, – граф понизил голос. – В горах, говорят, люди пропадают. Не мои, охотники из дальних деревень. И свет этот… белый. Если это как-то связано с твоим монстром… сам разбирайся. Но не здесь. Уходи.

Лейн посмотрел на него долгим взглядом.

– Спасибо, – сказал он просто.

– Иди уже, – махнул рукой граф. – И вино не допивай – кислятина.

Лейн усмехнулся и вышел.

-–

Часть 7. Возвращение и сон

Когда Лейн вернулся в дом Тима, солнце уже клонилось к закату. Матушка сидела на кровати, опираясь на подушки, и пила отвар из глиняной кружки. Лицо её порозовело, глаза стали осмысленными, а на губах блуждала слабая улыбка.

– Встала! – закричал Тим, увидев Лейна. – Сама встала! Господин травник, вы чудотворец!

– Они чудотворцы, – Лейн кивнул на магов.

Келлен стоял у окна с таким гордым видом, будто лично победил дракона. Правда, мантия его была перепачкана травяными настоями, на щеке красовалось пятно сажи, а волосы торчали в разные стороны. Но вид был именно что гордый.

Лиана сидела на табурете, жевала краюху хлеба и довольно щурилась.

– Келлен только два раза чуть не спалил компресс, – доложила она. – Я успела отобрать. А в остальном – молодец. Почти как настоящий лекарь.

– Я ничего не спалил! – возмутился Келлен. – Тряпка просто задымилась, это другое!

– Ага. И твои руки дымились за компанию.

– Это были магические искры!

– Конечно-конечно.

Лейн вздохнул, но в глазах его мелькнуло тепло.

– Идём в таверну, – сказал он. – Завтра рано вставать. Нам в горы.

В таверне Лейн рухнул на кровать, даже не раздеваясь. Пять тысяч лет, а от одного дня с этими детьми устаёшь сильнее, чем от битвы с демонами. Он провалился в сон мгновенно.

И почти сразу почувствовал знакомое присутствие.

Радужный луг, цветные сполохи в небе, трава, шелестящая без ветра. Риан стоял посреди всего этого великолепия и переминался с ноги на ногу, как провинившийся школьник.

– Привет, – сказал он виновато. – Я быстро. Только новости.

– Давай, – разрешил Лейн, усаживаясь прямо в траву. – Устал я что-то.

– Вижу, – Риан присел рядом. – Дети замучили?

– Двое, – кивнул Лейн. – Один пытается быть серьёзным, но у него лицо слишком выразительное – все мысли на нём написаны. Вторая шутит про смерть. Кажется, они меня лечат не хуже, чем я больных.

Риан рассмеялся:

– Ты мне нравишься, Лейн. Ты странный. Для того, кто старше богов.

– А ты для бога, который ничего не умеет, слишком любопытный, – парировал Лейн. – Что там на небесах?

– В горах что-то происходит, – посерьёзнел Риан. – Старшие заметили. Серафина говорит, там вскрывают древние руины. Очень старые. Ещё до богов.

Лейн насторожился. До богов – значит, те времена, которые он помнил. Те времена, когда