Цвет крови

Глава 1

Николь Мария

Я не знаю, как переживу этот вечер – ведь мне нужно изображать любовь с Илаем Монтгомери, в то время, когда мне хочется больше никогда с ним не встречаться. Не уверена, что смогу простить его когда-нибудь. Мы не виделись с ним два дня, большую часть из которых я проплакала. Моя лучшая подруга – Лиза – внезапно оказалась на его стороне.

– Он поступил, как взрослый мужчина в этой ситуации, – мягко проговорила она, гладя меня по волосам. – Илай расстался с тобой, потому что не хочет быть причиной твоей смерти. Вамп и смертная такое себе сочетание. Ну, сколько бы ты протянула рядом с ним?

– Илай мог расстаться со мной, это его выбор. И дело не в этом! Я бы приняла его решение, если бы не было этой лжи. Он говорил о любви, когда знал, что бросит меня. Давал надежду на то, чего у него даже в мыслях не было! Он снова и снова предавал мое доверие, и вот это очень больно!

– Мне кажется, пройдет время, – проговорила Лиза. – И ты иначе посмотришь на эту ситуацию. Но все это, вне всяких сомнений, очень неприятно. Я сочувствую тебе.

Моя чудесная великодушная Лиза! Она сама недавно стала вдовой, узнав при этом, что ее покойный муж – убийца. И еще не знает, что до того, как сгореть в огне, Альберто погиб от моей руки. Просто почему-то следствие решило этот факт скрыть. Может быть, из-за давления сверху – мол, звезда шоу не должна быть убийцей. А может быть, у них были на то свои причины. Будет ли Лиза так же добра со мной, когда узнает правду? Однажды я должна буду рассказать ей об этом.

– Теперь я знаю, что такое разбитое сердце, – вздохнула я.

– Ты получила намного больше, чем потеряла, – обведя взглядом шикарную гостиную моего нового дома, сказала Лиза. – Ты расплатилась с долгами, у твоих племянников есть шанс на счастливое будущее. Стала звездой, от которой тысячи людей без ума.

– И теперь самое сложное – удержать это и развить во что-то конструктивное. Слава тускнеет очень быстро, а любовь переходит в разочарование; – сказала я, поднимаясь с дивана. – Я должна встать на ноги и укрепиться до того, как это произойдет.

– Ты уже придумала название для своего ателье?

– Пока нет. Люциан предложил снимать помещение под ателье в его Доме моды, но я боюсь, что так он будет контролировать меня, и влиять на то, что я хочу создать. И тогда это буду уже не я.

– Я вообще не понимаю, как ты будешь создавать одежду, учитывая, что никогда этим не занималась, – пожала плечами Лиза. – Страшно же.

– Научусь, – твердо ответила я. У меня золотой шанс, какие выпадают раз в жизни, и я никогда не прощу себе, если им не воспользуюсь.

***

После аварии меня пугала одна только мысль, снова оказаться за рулем. Даже дышать становилось трудно. Поэтому я попросила Марка посоветовать мне хорошего водителя, но тот вызвался отвезти меня сам. Когда я вышла из дома – в длинном пальто из кашемира и с лаковой сумочкой в руках, Марк стоял, привалившись спиной к машине и что-то писал в телефоне. На нем был костюм, как того требовал дресскод вечера, светлые волосы гладко зачесаны назад.

– Звездочка! – услышав стук моих каблуков, радостно поздоровался Марк. Скажи мне кто, полгода назад, что у меня в друзьях будут вампиры, я бы знатно посмеялась! – Выглядишь, как богиня!

– Спасибо, – поблагодарила я. Марк распахнул дверцу, и я забралась в салон. – Ты тоже приглашен на вечер?

– Да, но я забегу буквально на пару минут, – садясь за руль, ответил Марк. – Меня ждут другие важные дела.

– Судя по твоему голосу, не очень приятные, – заметила я.

– Возможно. Надеюсь, Илай не будет в бешенстве, что я привез его невесту, – проворчал Марк. – Он должен был сам это сделать.

– Ты мог просто посоветовать мне…

– И доверить Звездочку чужаку? Да ни за что! – с негодованием произнес Марк и улыбнулся. Я ответила ему улыбкой.

Мы выехали на шоссе, и он прибавил скорость. Глянув в боковое зеркало, я заметила, как следом за нами на небольшом расстоянии едет черная иномарка. Тонированные стекла и отсутствие номера не предвещало ничего хорошего. Или я накручиваю себя? Может, люди просто едут по своим делам? Или не люди, а существа, и им не нравится яркий свет, поэтому стекла и темные. Но как ни старалась я себя убедить в этом, в глубине души, я не сомневалась, что водителю этого авто интересна именно я.

***

Мы подъехали к элитному небоскребу. Самые дорогие офисы и банкетные залы были именно здесь. Хочешь показать, сколько ты стоишь – один лишь адрес помещения твоей конторы скажет все за тебя. Марк помог мне выбраться из машины. Я поправила пальто и обернулась. Черная машина остановилась на противоположенной стороне улицы.

– Пока мы ехали, тебе ничего не показалось странным? – спросила я Марка. Он бросил на меня хмурый взгляд, и я поняла, он видел тоже, что и я.

– Не хотел тебя пугать раньше времени, – сказал он. – Но тот, кто это делает, явно не боится быть обнаруженным.

– Может все-таки случайность, – с надеждой прошептала я.

– Проверим.

Марк кинул ключи парковщику и, взяв меня под локоть, повел к входу.

***

Войдя в зал для приемов, я огляделась. Большая часть гостей была мне незнакома. Это был мой первый выход в высший свет, и я очень волновалась. Нужно было держать лицо, вести себя соответствующе, и я чувствовала себя самозванкой. Я плохо знала этикет, и у меня не было божественной уверенности в себе. Все, чему я научилась, – импровизировать.

Присутствие Илая я ощутила до того, как увидела его. Мне вдруг стало волнительно, по коже пробежала волна дрожи и медленно обернувшись, я увидела его. Он стоял в компании двух мужчины и что-то им рассказывал. На нем был темно-зеленый костюм, волосы гладко зачесаны назад и мягко падают на плечи. У меня даже под ребрами заныло от его красоты, от желания подойти и прикоснуться к нему, оказаться в его объятиях. Я знала, что моя гордость не даст мне это сделать. Он лгун и предатель! Но наш контракт обязывал меня играть счастливую влюбленную, так что я могла себе это позволить. Хотя больше всего мне хотелось расцарапать ему лицо, моя обида требовала компенсации.

Заметив меня, Илай что-то сказал собеседникам и двинулся в мою сторону. Пока он шел ко мне, я стояла не в силах шевельнуться. Сжимала в руках сумочку, словно это было мое секретное оружие, и не сводила глаза с вампа.

– Ты слишком откровенно пытаешься убить меня взглядом, – наклонившись ко мне, шепнул Илай. Он слегка задел мою щеку своей, и жар тут же разлился по всему телу. – Здесь полно свидетелей.

– Казни бывают прилюдными, – парировала я. – Чтобы другим было неповадно творить глупости.

– Другие, глядя на нас, умирают от зависти, – беря меня под руку, довольно проговорил Илай. – Давай не будем облегчать им душевное состояние.

Я подавила смешок. Рядом с Илаем я снова чувствовала себя в безопасности, и никакие завистники были мне нестрашны. Мы подошли к его собеседникам. По их бледным лицам и напряженным сосудам в глазах, я догадалась, что передо мной вампы. Судя по тому, как они были одеты, и украшением на пальцах, они были не просто из высшего общества, они были элитой.

– Моя невеста – Николь Мария Роуз, – представил меня Илай.

– Арчибальд Краун, – чуть поклонившись, сказал мужчина с яркими голубыми глазами. Седина у него с легким налетом пепла, скорее всего, в молодости он был жгучим брюнетом. Он поднес мою руку к губам и поцеловал. Чуть пожал пальцы и тут же отпустил, внимательно разглядывая меня.

– Очень приятно, – сказала я, чувствуя странное волнение.

– И мне, – ответил Арчибальд и бросил взгляд на Илая. Лицо того оставалось бесстрастным.

– Джозеф Краун, – с некоторым нетерпением представился второй мужчина. На вид ему было чуть больше тридцати, светлые волосы идеально подстрижены и уложены, голубые глаза блеклые, словно припыленные. Его пальцы были унизаны кольцами. Он скользнул по мне равнодушным взглядом и ограничился холодным рукопожатием. Я не знала, кто эти вампы, и решила на всякий случай быть милой.

– Рада знакомству, – улыбнулась я, хотя мне было по себе. Джозеф кивнул и вернул себе скучающий вид.

– Мой старший сын, – пояснил Арчибальд. Я подумала, что они не слишком похожи как родственники.

– Вы работаете вместе с Илаем? – спросила я. Джозеф тихо прыснул, но тут же стал серьезным. Арчибальд улыбнулся. Похоже, я сморозила глупость. Мне стало невыносимо жарко.

–Нет, но это «нет», к сожалению, – сказал Краун-отец.

– Арчибальд – глава клана Строителей, – чуть наклонившись ко мне, сообщил Илай. – И в прошлом сенатор Гринсити.

– Вот как! – вырвалось у меня. Скорее всего, надо было сказать что-то другое, но метаться уже поздно.

– А Джозеф моя правая рука, – внес ясность Арчибальд.

– Теперь все понятно, – улыбнулась я, хотя откровенно лукавила. Я понятия не имела, о чем говорить с этими вампами. – Мне показалось, что я прервала ваш разговор…

– Мы обсуждали красивых женщин, – поставил меня в известность Джозеф. Похоже, я ему не нравлюсь. По крайней мере, его тон навел меня на эту мысль.

– Был рад встречи с вами, господа, – приобняв меня за талию, сказал Илай.

– Жду вас в скором времени у себя в гостях, – произнес Арчибальд и Илай кивнул. Они обменялись рукопожатиями, и мы отошли в сторону. От этого общения у меня осталось неприятное послевкусие.

– Приглашение Арчибальда – это тонкий ход, – сказал Илай. Мимо нас прошел официант с подносом с коктейлями и вамп, схватив один из них, протянул его мне. – И от того, согласимся мы его принять или нет, зависит расстановка сил в кланах.

– Почему? – Мне всегда трудно давалась политика и интриги в ней.

– Потому что главы кланов не могут договориться между собой. И каждый новый игрок – возможный член клана – создает угрозу потери влияния. Краун активно враждует с Томасом Греем, главой клана Санитаров. И то, примем мы приглашение Арчибальд или нет, покажет, на чьей мы стороне.

– Мы?

– Ты теперь со мной, а значит, зависишь от моего решения, и мой выбор становится и твоим тоже. Поэтому прошу, не делай у меня ничего за спиной. Так ты можешь только навредить, потому что не знаешь правил игры.

– Томас Грей забрал Рому! – тут же встрепенулась я.

– Я видел мальчика, с ним все в порядке, – сказал Илай.

– Что? – замерла я. – И ничего не сказал мне?

– Говорю сейчас. Он живет в доме у Томаса, с ним хорошо обращаются, – спокойно проговорил Илай, в то время как меня трясло от негодования.

– Ты мог позвонить и рассказать мне об этом сразу! – прошептала я. – Рома говорил что-нибудь обо мне или братьях?

– Нет, он все еще очень обижен. Но ему начинает нравиться его новая жизнь, – сказал и Илай и нахмурился. – И это не очень хорошо.

– Томас его принуждает? Делает с ним что-то плохое? – вцепившись в руку Илая, спросила я.

– Он позволяет ему быть жестоким, – помолчав, сказал Илай. – Для молодого вампа, еще только проживающего становление, это слом в психике, который позже будет сложно починить.

– Сволочь! – выдохнула я. Я не знала лично этого Томаса, но ненавидела его так сильно, как никого в жизни. – Я должна забрать у него Рому. Любой ценой.

– Оставь это мне.

– Между нами все кончено. И у тебя больше нет никого права, заботиться о моей семье, – сказала я, глядя Илаю в глаза. – Мы всего лишь играем в любовь.

– В таком случае делай это хорошо, – привлекая меня к себе, повелительно произнес Илай. Я не успела опомниться, как оказалась в его объятиях, а его губы оказались на моих. Поцелуй получился холодным – мне хотелось увернуться от него, но я не могла шевельнуться, позволяя вампу взять власть над собой. До слуха долетели щелчки камер, от фотовспышек перед глазами поплыли разноцветные разводы.

– Не переигрывай, – когда Илай прервал поцелуй, шепнула я. Он продолжил держать меня за талию. Репортеры снимали нас, а мы вели себя так, словно были случайно застуканы в момент нежности.

***

Гости продолжили прибывать. Илай не отпускал меня от себя ни на шаг. Мы вместе подходили здороваться с его знакомыми, большинство из которых смотрели шоу и уже знали, кто я. Нас поздравляли и желали счастья. Мало кто делал это искренне. Впрочем, меня это не волновало, ведь я знала, что наши отношения – сплошная фальшь. Как быстро публика распознает это?

В толпе мелькнула Клеона, и я рванула вперед, чтобы поздороваться с ней. Илай взял меня под локоть, не давая сделать и шагу.

– Клеона сама может подойти, – сказал Илай. – Не нужно метаться.

Я встала на цыпочки, высматривая подругу. На ней сегодня было бирюзовое платье из шелка, мягко струящееся по фигуре, белокурые волосы завиты в локоны. Она оживленно говорила с каким-то рыжим молодым человеком. Клеона сияла рядом с ним. То, как она смотрела на него, как вслушивалась в его ответы, все говорило, что девушка влюблена в него и готова в нем раствориться. Я вспомнила имя этого вампа – Вивиан Соул. Странно, мне казалось, что между ними все кончено.

Я достала из сумочки духи «Бессмертная любовь» и пару раз брызнула на себя. Делала это медленно, чтобы все успели заметить это действие и запомнить флакон. Кто-то из фотографов начал меня снимать.

– Дорогая моя! – подходя ко мне, радостно пропела Клеона. Мы с ней обнялись, и она поцеловала меня в щеку. – Чудесное платье! Привет, Илай!

– Габриэла тебя убьет! – сказала я, видя, как нам приближается Вивиан. Клеона беспечно рассмеялась, но в ее взгляде я заметила тоску.

– Для убийства уже поздно, – ответила она. Вивиан подошел к ней и сразу приобнял ее за талию. – Ви, это моя подруга – Николь Мария. Илая тебе представлять, полагаю, не надо.

– К сожалению, мы уже знакомы, – с улыбкой проговорил Вивиан и протянул Илаю руку.

– Пожалуй, – ответил Илая, пряча ладони в карманы пиджака. Видимо, эти двое очень интересно познакомились. Вивиана это ничуть не расстроило, продолжая улыбаться, он сделала шаг назад и снова переключился на Клеону.

– Пойдем? – наклонившись к ней, приглушенным голосом спросил Вивиан, и та кивнула.

– Завтра заеду к тебе! – бросила мне на прощание Клеона и скрылась за дверями.

Я вздохнула и прикрыла глаза. На меня навалилась усталость. Ноги от высоких каблуков гудели. Хотелось одного – лечь в постель. Часы показывали одиннадцать вечера, и нужно было продержаться до полуночи.

– Нам не обязательно быть здесь до конца, – донесся до меня голос Илая.

– Если бы мы были здесь по своей воле, то да, – ответила и поискала глазами, где можно присесть.

– Мы обозначили свое присутствие и провели здесь больше трех часов, – беря меня за плечи и направляя к выходу, проговорил Илай. Меня раздражало, что он снова все решил за меня, но я так устала, что сил спорить не оказалось. Мы вошли в лифт, и когда двери уже закрывались, я увидела в коридоре мужчину, очень похожего на Томаса Грея. Он в сопровождении двух мужчин, шел на вечер, с которого мы только что сбежали.

– Ты специально это сделал? – обернувшись с Илаю, строго спросила я. – Чтобы я не встретилась с Греем?

– Нет, с чего ты взяла? – ровным голосом ответил тот.

– Я только что видела его! Ты так боишься, что я заговорю с ним о Роме? Что разозлю его? – возбужденно проговорила я.

– Я и правда этого не хочу, – сказал Илай. Он стоял, прислонившись к стене лифта, и крутил на пальце ключи от машины. – Грей – непредсказуемый псих и может быть опасен для тебя.

– Но у него мой Рома! – мучительно простонала я, не понимая, как Илай может не взять в толк такой простой вещи.

– Доверься мне, – подойдя ближе, проговорил Илай. Он нависал надо мной, как скала. От знакомого терпкого запаха щекотало ноздри и хотелось раствориться в нем полностью. – Я ищу способ забрать Рому, но мне нужно время.

– Однажды я уже поверила тебе, – с горечью бросила я.

Лифт открылся, и мы вышли. Служащий принес нам верхнюю одежду, оставленную в гардеробе.

– Где твоя машина? – спросил Илай, когда мы оказались на улице. Было так тихо, что слышалось, как идет снег.

– Меня привез Марк, – сказала я, запоздало поняв, что даже не подумала, как буду добираться обратно. Придется вызвать такси. Илай удивленно посмотрел на меня. Наверное, надо было сказать ему, что я боюсь садиться за руль, и только одна мысль об этом, вызывает у меня неконтролируемый ужас и желание умереть. Но я все еще была обижена на него, и мне не хотелось откровенничать. – Но ему пришлось уехать по делам.

– С каких пор Марк стал твоим личным водителем? – ледяным тоном спросил Илай. Неужели ревнует?

– Это была единичная услуга.

– Что ж, это моя вина, – сказал Илай. Парковщик подогнал к выходу его машину, и мы спустились с крыльца. – Нужно было самому заехать за тобой. Сейчас поедем домой вместе.

Илай открыл дверцу машины, и я чуть помедлила, прежде чем сесть. Он не торопил. Снежинки падали на его черные волосы, делая его седым. Но даже с белыми волосами он все равно бы остался красивым, и у меня по-прежнему захватывало бы от него дух.

– Все это так неправильно, – сказала я.

Илай промолчал.

Я села в машину и достала телефон, проверить, нет ли сообщений от Лизы. Она ничего не писала. Илай тронулся с места и выехал на шоссе. Я посмотрела в зеркало бокового вида. Позади дорога была пустой. Но после первого же перекрестка черная машина снова появилась, чтобы проследовать за нами до самого дома.

***

Мы въехали во двор, и я выбралась из салона, едва машина остановилась – хотелось как можно скорее сбежать от Илая. Весь путь мы молчали. Он не сводил глаза с дороги, а я наблюдала за ним и думала, как общаться с ним дальше. Мне было до боли жаль, что в наших отношениях больше не было легкости и доверия, как на шоу, когда между нами летали искры и казалось, что мы созданы друг для друга.

Я уже поднималась на крыльцо, когда Илай оказался рядом. Остановившись, я вопросительно посмотрела на него.

– Сегодня я буду ночевать здесь, чтобы не вызывать лишних подозрений, – пояснил Илай. – Буду спать в правом крыле дома, там подготовлена комната для меня.

– Хорошо, – равнодушно ответила я.

После шоу это впервые, когда мы будем ночевать под одной крышей.

Илай открыл дверь и пропустил меня вперед. Мы вместе поднялись по лестнице и разошлись в разные стороны.

***

Заглянув в детскую и убедившись, что Ник и Вик крепко спят, я пошла к себе. Меня шатало от усталости. Сбросив обувь, я подошла к окну и выглянула на улицу. Черная машина стояла на противоположенной стороне от дома. От тревоги у меня скрутило живот. Кому нужно следить за мной? Во что я опять вляпалась, сама того не зная? Ответов не было, и это угнетало меня еще больше. Только один мужчина мог помочь мне прояснить ситуацию, и, несмотря на поздний час, я написала ему.

Глава 2

Николь Мария

Меня разбудило сообщение, пришедшее на телефон, потому что я забыла выключить звук. С трудом разлепив глаза, я потянулась к мобильному, лежащему на тумбочке.

«Заеду к тебе в девять», – гласило смс от Вианора. Видимо, моя просьба поговорить лично, он трактовал как приглашение в дом. Или ему так захотелось. Честно говоря, я бы предпочла поговорить с ним на нейтральной территории. Я уже собралась написать ему об этом, как прошел сигнал от ворот, что кто-то приехал. Еще раз взглянула на экран телефона и поняла, что уже девять! Вскочив, в панике натянула на себя спортивные штаны и свитшот, кое-как пригладила волосы и, на ходу надевая тапки, выскочила в коридор. Уже спускаясь по лестнице, вспомнила, что у меня есть слуги и они могут позаботиться о Вианоре, но было уже поздно.

Кто-то открыл ворота, и машина ищейки Фокса въехала во двор. Я стояла у окна и наблюдала, как он ввходит из салона и его светлые волосы треплет ветер. Сегодня он был одет в гражданскую одежду – линялые джинсы и серый лонгслив, поверх которого наброшена кожаная куртка. Я распахнула дверь, и меня обдало морозным воздухом.

– Доброе утро, Николь Мария, – поздоровался Вианор и прошел в гостиную, с любопытством оглядываясь по сторонам. – В хороший домик переехала, уютный очень.

– Спасибо. Хочешь кофе?

– Я бы и от завтрака не отказался, – признался Вианор. Ищейка обернулся, и я заметила, что он выглядит очень уставшим, под глазами залегли черные тени. – Ночь выдалась тяжелой.

– Будет тебе завтрак, – пообещала я. – Пойдем.

***

Мы пришли на кухню, и я с удивлением обнаружила там уже готовый завтрак. Пока я спала, этим занималась Лена, наша экономка. Никак не могу привыкнуть к своей богатой жизни. Я налила кофе и положила в тарелки горячий омлет с сочными помидорами, беконом и зеленью. Нарезала теплый хлеб и поставила все на стол.

– Запах божественный, – пробормотал Вианор, набрасываясь на еду.

– А что случилось ночью? – спросила я, садясь с чашкой кофе напротив.

– Межклановые разборки, – мрачно ответил ищейка. – Проводили зачистку территории, которую отняли у другого клана. Неприятное зрелище.

– Вампиры? – спросила я. Вианор кивнул. – Они же все равно не могут убить друг друга.

– Уже могут, – спокойно ответил Вианор, отламывая кусок хлеба. – И вчера это наглядно продемонстрировали. Было много вампов-малышей и это было, пожалуй, самое мерзкое.

– Дети? – меня затрясло так, что я не смогла удержать в руках чашку и опрокинула кофе на себя.

– Эй, эй, ты чего? – бросился ко мне Вианор. Обхватила плечи и посмотрел в глаза. – Тебе плохо?

– Среди них мог быть Рома, – пробормотала я.

– Среди мертвых его точно не было, – успокоил меня Вианор и протянул ворох салфеток.

– Я с ума схожу, не зная, что с ним, – призналась я. А еще меня мучило чувство вины перед Феликсом, что не смогла уберечь его сына.

– Ты о нем со мной хотела поговорить?

– Нет, не о нем, – сказала я и закусила губу. – Мне кажется, за мной следят. Вчера, когда мы ехали с Марком на прием, за нами следовала черная машина с тонированными стеклами без номеров. И на обратном пути я тоже видела ее. Потом она стояла под окнами.

– Интересно, – задумчиво протянул Вианор. – Предположения?

– Никаких.

– Илай знает?

– Нет. Я хотела сперва разобраться сама, – гордо вскинув подбородок, сказала я.

– Зря, – заключил Вианор. – Илай должен обо все узнавать первым.

– О чем я должен узнавать? – голос Илая прозвучал так резко, что я вздрогнула. Подняла глаза и посмотрела на вампа. На нем белая рубашка, верхние пуговицы небрежно расстегнуты. Черные брюки идеально выглажены. Темные влажные волосы небрежно падают на плечи. А взгляд такой…Что хочется провалиться сквозь землю. Еще никогда я не видела его таким суровым. – И что ты здесь делаешь, Фокс? Я тебя не звал.

– Это я его пригласила, – спокойно проговорила я. Илай бросил на меня вопросительный взгляд.

– Ей показалось, что за ней следят, – встрял Вианор.

– Правда? – не сводя с меня глаза, спросил Илай. Я кивнула. – Мне тоже так показалось.

– Поэтому ты остался? – тихо спросила я.

– Да. Но я уже подключил своих людей, чтобы выяснить это. Не хотел, чтобы ты нервничала раньше времени, поэтому ничего не сказал, – хмуро проговорил Илай. Я смотрела на него, такого холодного и надменного, такого же, как в нашу первую встречу, и мне так захотелось, чтобы он снова стал для меня самым близким, тем, к кому я могу прийти с любым вопросом, тем, с кем я чувствую себя настоящей и важной. Но этого больше не будет никогда.

– Мой вам совет – прекратите решать друг за друга, – вставая из-за стола, сказал Вианор. – Общайтесь.

– Но ты проверишь ведь, кто за этим может стоять? – встрепенулась я.

– Как только у меня появится время, – пообещал Вианор. – Пришлю к тебе сотрудника. Я сейчас по уши в вампирском дерьме. Илай, проводишь меня?

– Да, конечно, – сказал Илай, и они вдвоем направились к выходу. Я проводила мужчин взглядом. Меня задела это таинственность и нежелания Вианора говорить о вампирах при мне. Что там такого, чего я не должна знать?

На кухню вошла заспанная Лиза. В пижаме с зайчиками она выглядела милой и беззащитной.

– У тебя сегодня встреча с тренером, не опоздай, – напомнила она. Ей нравилось заботиться обо всех и вся, это всегда было ее фирменной чертой. Правда, порой это очень сильно угнетало.

– Ты сегодня работаешь? – спросила я.

– Да, а после нужно поехать на квартиру Альберто, разобраться с его вещами и документами, – ответила Лиза, и между нами повисло тягостное молчание. Подойдя к ней, я крепко обняла ее. Я бы многое отдала, чтобы ей никогда не было так больно, как сейчас. Лиза уткнулась мне в плечо лбом и тихо всхлипнула.

– Хочешь, я поеду с тобой? – предложила я и тут же подумала: а насколько это лицемерно с моей стороны?

– Нет, я буду чувствовать себя неловко, – шмыгнула носом Лиза. – Вдруг там найдутся вещи, связанные с тобой и тем, что он пытался устроить. Хотя полицейские уже там все обыскали…

– Твоей вины в этом нет.

– Мне очень стыдно и больно, что я так ошиблась в человеке.

– Он любил тебя.

– Любовь чудовища к кому-то показывает его уязвимость, но не делает благородней и лучше. Альберто – был чудовищем, – сказала Лиза и отстранилась. – И даже зная это, я очень скучаю по нему. Я любила его.

– Нужно время, чтобы смириться с этим, – погладив Лизу по плечам, сказала я.

– Время не сделает его лучше.

– Если тебе тяжело возвращаться домой, можешь жить у меня, – предложила я. – Будем болтать по ночам и смотреть слезливые драмы.

Лиза тихо усмехнулась и смахнула со щек набежавшие слезы.

– Спасибо, дорогая. Я подумаю.

На кухню вошел Илай, и мы замолчали. Он смерил меня суровым взглядом и подойдя к холодильнику, достал оттуда несколько бутылок с кровью.

– Вианор сообщил тебе плохие новости? – спросила я, скрестив на груди руки.

– Боюсь, что да, – ответил Илай и ушел, оставив меня додумывать, что могло произойти. Может быть, погиб кто-то из его друзей? Я хотела пойти за ним, чтобы поговорить, но выйдя в гостиную, увидела, что он, взяв пальто, направился к выходу. Я не стала его останавливать. Поговорим позже.

***

Поднявшись к себе, чтобы принять душ и собраться в спортзал, я включила телевизор. Как раз должны были быть первые дневные новости. Проверила почту – мне пришли вопросы для интервью, которое должно состояться завтра. Приглашение на ток-шоу «Вампромантика» было ожидаемым, Габриэла взяла с меня слово, что пойду туда обязательно.

– Еще никогда столкновение между двумя вампирскими кланами не было настолько кровавым, – голос репортера вывел меня из задумчивости. Я подняла голову и посмотрела на экран. Зрелище было ужасным – море крови, чьи-то конечности и мертвые вампы с застывшими гримасами ужаса. – Десятки вампиров были убиты. Конфликт произошел между кланом Кузнецов и Санитаров из-за прав на территории влияния. От глав кланов пока никаких заявлений не поступало. Следствие пытается разобраться, как в их руках оказалось средство, прерывающее жизнь вампов «Люциан», которое еще не до конца прошло ряд клинических испытаний и является бомбой замедленного действия.

– Снова эти Санитары! – пробормотала я, и перед глазами сразу всплыл Томас Грей. Не удивительно, что Илай так расстроился… Что сейчас происходило с Люцианом, мне было даже страшно подумать.

Я быстро привела себя в порядок и взяв сумку, выбежала из дома. На улице меня уже ждало такси – сесть за руль сама я снова не решилась.

***

Кто бы мог подумать, что поддерживать здоровье и красоту может быть так утомительно. Габриэла жестко следила за тем, чтобы я соблюдала все пункты в контракте. Каждый день ей отсылают отчет, о том, какие процедуры я прошла и счета за них. Но такая строгость удивила меня. Да, я тоже хочу хорошо выглядеть и быть здоровой, но этот фанатизм, с которым я должна заниматься, больше отпугивал, чем вдохновлял. Илай старательно избегал нашего общения, даже если оставался в нашем доме, уходил на свою половину и работал там, я его почти не видела. Романтика, что была в наших отношениях, пока мы были на шоу, испарилась. Так что моему здоровью ничего угрожало.

Сегодня я заставила себя сесть за руль, чтобы отвести детей в школу и сад. Благо, все это было в одном месте. Я успокаивала себя тем, что мне не надо мотаться по городу, дорога займет всего пятнадцать мину, но тело не желало слушать никаких убеждений. Пульс зашкаливал, руки стали влажными и, казалось, они не смогут удержать руль в случае чего.

«Я должна успокоиться, – напомнила я себя, стараясь сесть удобней. – Я сто раз водила машину, я знаю, как это делается. Я справлюсь».

Ник и Вик сначала шумно спорили на заднем сиденье, кого больше любит котенок, который за четыре месяца стал похож на двухлетнее котище, а потом сможет ли он вцепиться когтями в потолок, если его подбросить.

– Только без экспериментов! – строго сказала я пристегиваясь.

– Но так мы ничего не узнаем! А вдруг Капитан может ходить по потолку? – возмутился Вик.

– По стенам точно может лазить! – подал голос Ник. – Значит, и потолок не исключение!

– Это плохая идея, – с трудом сглатывая, сказала я. Открыла пультом ворота и выехала на дорогу. Меня трясло, перед глазами кружили пятна.

Я набрала в легкие воздуха и медленно выдохнула. Паника отступать не собиралась, напротив, разлилась болью по грудной клетке, сковывая меня своим панцирем. Я то и дело ждала, когда какая-то из машин поблизости врежется в меня. В ушах звенел визг тормозов и звон бьющегося стекла. Неужели это на всю жизнь? Неужели я больше никогда не смогу водить без страха?

– Ты никогда не поддерживаешь мои идеи! – захныкал Вик.

– Никма, ты злая! – в сердцах бросил Ник.

– Это вы еще злых не видели, – откликнулась я. Мне нужно было смотреть на дорогу, но это вызывало такой страх, что я не могла поднять глаз. Кто-то сигналил мне, я проигнорировала это. Пот тонкими струйками катился по моим вискам. Дыхание сбилось, и мне казалось, что я сейчас задохнусь. Впереди мост. Будет очень эпично, если я слечу с моста. Вода сейчас ледяная, мы просто умрем от холода. Эта мысль добавила еще больше паники в мое и так воспаленное сознание. В глазах потемнело. Я вцепилась руками в руль, и в ту же секунду раздался грохот и от удара меня отбросило назад. Перед глазами вспыхнул яркий свет, и боль тут же вернула меня в реальность.

– Никма! Никма! – тормошил меня Вик. – Ты жива?

Я попыталась понять, что нужно ответить, но слова разбежались. Рядом со мной оказался Ник и стал гладить по волосам.

– У нее глаза открыты, значит, не умерла, – деловито сказал он.

– А почему мертвые глаза закрывают?

– Наверное, чтобы не видеть, что они больше не живые, – ответил Ник.

Дети были в порядке. Это было самое главное, и от облегчения у меня закружилась голова.

Я тихо простонала и, отстегнув ремень безопасности, выбралась из салона. Бампер новой машины искорежен, фара разбита. Илай будет в ярости, когда узнает. Машина стоит бешеных денег, а я…Угробила ее за пять минут! Меня шатало, и какая-то женщина подхватила меня под локоть, чтобы я не упала. Послышался звук сирен – к нам спешили полиция и скорая помощь. Отлично, просто чудесно! А я всего лишь хотела отвести детей на учебу!

Я достала телефон, борясь с желанием позвонить Илаю. Пробежала глазами по контактам и найдя нужный, нажала. Два гудка – и щелчок, за которым прозвучал знакомый голос:

– Слушаю, тебя, Николь Мария.

– Габриэль, мне нужна твоя помощь, – прохрипела я. – И желательно, прямо сейчас.

***

Генри Винтер приехал через двадцать минут. Загорелый, словно только что из отпуска, с гладко зачесанными темными волосами и в идеальном костюме, он смахтвал на звезду кино прошлого десятилетия. Окинув меня оценивающим взглядом, он изогнул губы в ухмылке, но тут же, словно вспомнив что-то, включил дружелюбную улыбку.

– Теперь все дела ты будешь вести со мной, – подойдя, сказал Генри. – Не стоит лишний раз волновать Габриэлу.

– Звучит так, будто она не в порядке и не стоит ее лишний раз волновать, – сказала я, кутаясь в пальто. Я не смогла ждать приезда Генри в машине. Мне было трудно даже сидеть в салоне, казалось, любая проезжающая мимо машина легко врежется в мою, и я не знала, что с этим делать.

– В какой-то мере, – нахмурившись, ответил Генри. – У нее сейчас много работы. Только не говори, что я тебе не нравлюсь и ты хочешь кого-то другого.

Генри не вызывал у меня симпатии, но и против него я ничего не имела. Я покачала головой, и он, приняв это за одобрение, приступил к работе. Договорился с полицейскими, которые прибыли наконец на место аварии, подошел к двум журналистам, глазеющим на меня, и доверительно побеседовал с неизвестно откуда взявшимися моими фанатами. Я порадовалась, что Лиза успела приехать первой и забрать детей.

– Ты должна пройти медосмотр, – сказал Генри, когда все формальности были закончены.

– Я в порядке, – поспешила его заверить я.

– Садись в машину, я отвезу тебя в клинику, – тоном, не терпящим возражений, сказал Генри. Я вздохнула, понимая, что мне придется подчиниться.

***

Сдав пять пробирок крови и подремав в капсуле для полного обследования, я вернулась домой. Сегодня я должна была присутствовать на шоу «Вампромантика». Вообще-то, мы должны там быть вместе с Илаем, но я упорно игнорировала слово «мы» и имя вампира тоже. Я хотела выжечь его из своего сердца, но каждый раз, когда видела даже случайно, забывала, как дышать, и ловила мгновения его мнимой близости.

Я открыла шкаф и взглядом перебрала вещи, висящие на плечиках. У меня не было настроения наряжаться, но я знала, что должна выглядеть сногсшибательно. От этого зависел успех моего ателье, ведь отныне моя одежда – визитная карточка моего бизнеса. Я сейчас работала над базовой коллекцией для женщин, и мой мозг кипел от идей. Большая часть, правда, отправлялась в мусорку – Люциан критиковал очень жестко и бескомпромиссно. Он продолжал учить меня, присылал книги и журналы. Пару раз мы вместе выбрались с ним на закрытые показы, и он познакомил меня с другими модельерами. Я купила несколько курсов, но пока так и не посмотрела.

Достав брючный костюм светло-лимонного цвета и малиновую блузку, я начала одеваться. Золотистые туфли на шпильке дополнили образ. Закрутив волосы, я наедала большие, как блюдца, серьги и придирчиво взглянув на свое отражение, вздохнула. Мне хотелось, чтобы Илай заметил все это. Я понимала, что это глупо, оно того не стоит, но ничего не могла с собой поделать. Мне хотелось, чтобы он видел меня.

В дверь раздался короткий стук, и я вздрогнула.

– Ты готова? – спросил Илай, заглядывая в комнату.

– Почти, – холодно ответила я, потянувшись к духам. Меня уже тошнило от «Бессмертной любви», хотя прежде их аромат мне нравился. Но то, что я должна ими обливаться по расписанию, угнетало. Положив флакон в клатч, я поднялась. Илай скользнул по мне взглядом и тут же отвернулся. Он стоял, сунув руки в карманы дорогих брюк, и казался самой далекой звездой в галактике.

– Ты видел сценарий шоу? – спросила я. Мне было тягостно наше молчание.

– Нет, мне его так и не прислали, – сказал Илай, откидывая назад отросшие волосы.

– И мне.

– Хотят больше горячих сцен, – усмехнулся Илай. – Наверняка будут провокационные вопросы, которые хотят приберечь для более яркой реакции. Теона коварна, она любит доводить своих гостей.

– Мне после Леона уже никто не страшен, – сказала я, доставая кашемировое пальто. Илай улыбнулся, наблюдая, как я одеваюсь.

– Леон был душкой, – делая шаг назад, проговорил Илай. – Буду ждать тебя внизу.

Я кивнула. Еще раз бросила на себя взгляд в зеркало. Оттуда на меня посмотрела серьезная молодая женщина с красной помадой на губах. Я тряхнула волосами и поспешила следом за Илаем.

***

Илай стоял возле машины и что-то смотрел в телефоне. Хмурился, будто новости были не очень. Я не знала, что творится в его жизни – мы почти не разговаривали. Неспешно спустившись по ступенькам крыльца – было очень скользко – я остановилась напротив вампа. Он сразу убрал телефон в карман и посмотрел мне в лицо.

– Где твоя машина? – спросил он. – Я не увидел ее в гараже.

– В ней что-то шумело, и я попросила Марка отогнать ее в мастерскую, – с легкостью соврала я. Мне было все равно, что будет, если Илай поймает меня на лжи.

– Мне не нравится, что ты с ним так часто общаешься, – открывая передо мной дверь, сухо произнес Илай.

– Твоя ревность неуместна, – холодно проговорила я.

– Нет никакой ревности, – голос Илая прозвучал очень спокойно. – Только здравый смысл. Тебе опасно так много общаться с вампами, это может нанести тебе вред. Марк не обычный парень, с которым ты можешь флиртовать. Он вампир. И твоя кровь с ним не особо сочетается.

– Не стоит волноваться за меня, – садясь на заднее сиденье, ответила я. –Я сама решу, что для меня опасно, а что нет.

– Николь Мария…

– Илай, – твердо проговорила я, глядя на Илая. – Я не хочу с тобой ссориться. Но в тот момент, когда ты поставил точку в наших отношениях, ты лишился всяких прав мне что-то советовать. Теперь я сама по себе. И я прошу тебя не вмешиваться.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга и молчали. Потом Илай осторожно закрыл дверцу машины и сев за руль, повернул ключ в зажигании.

***

Я сидела в гримерке и мелкими глотками пила обогащенную увлажнителями воду. Голубоватый наполнитель напоминал пенопласт, с той разницей, что в этих мелких шариках были полезные вещества. А, может, и нет, и дело было просто в маркетинге. На входе в студию мне пришлось изображать счастливую возлюбленную Илая, радостно улыбаться, и это утомило меня так сильно, как пять часов в спортзале. Ведь я больше никогда не буду такой рядом с ним. Я допила воду и выбросила бутылку в мусор. Поправила макияж и волосы. До начала шоу осталось десять минут.

В дверь раздался короткий стук, и я разрешила войти. У меня, как у знаменитости, была личная гримерка, где мне никто не мог помешать.

– Курьер принес эти цветы для вас, – внося огромную корзину цветов, проговорил молодой парень. – Просил передать как можно скорее.

– Для меня? – нахмурилась я. В душе шевельнулось недоброе предчувствие.

– Ну вы же Николь Мария Роуз? – с некоторым недоумением проговорил парень. Я кивнула. – Ну вот, значит, цветы вам.

Поставив корзину на стол и не дожидаясь моего ответа, он ушел. Я уставилась на цветы. Темные бархатные лепестки с багровыми краями выглядело потрясающе и в то же время зловеще. Они казались обагренными кровью. В глубине я заметила белый уголок и, потянув за него, вытащила конверт, на которым печатными буквами было написано мое имя. Меня замутило, пальцы задрожали. Я медленно втянула воздух и тихо выдохнула, чтобы унять сердцебиение. Осторожно вскрыла конверт, и к ногам упала карточка.

Подцепив ее ногтем, я подняла ее с пола и пробежала по написанному глазами. Это были такие же печатные буквы, как и на конверте.

«Ты умрешь, если не выполнишь то, что я скажу. Тик-так, тик-так…»

Под фразой, напугавшей меня до дрожи, детской рукой были нарисованы круглые часы с отвалившейся стрелкой.

Глава 3

Я несколько секунд смотрела на записку, стараясь осмыслить прочитанное. Потом перевела взгляд на цветы, может подсказка в них? Цвет тьмы, цвет крови – намек на вопросы жизни и смерти? Вампиры? Я терялась в догадках. Что могут хотеть от меня вампиры?

В дверь постучали и едва подавила крик. Торопливо спрятала записку в карман пиджака. Едва я это сделала, как в гримерку заглянул Илай.

– Ты готова? – окинув меня взглядом, спросил он.

– Да, да, вполне, – отрывисто бросила я.

– Откуда цветы? – спросил Илай и нахмурился. – Кто разрешил тебе их сюда притащить?

– Похоже, местные мальчики просто не в курсе того, что мне запрещено приносить букеты, – вздохнув, сказала я. Такой запрет был сделан после нескольких покушений на меня во время шоу «Невеста для вампира» и остался даже после того, как преступник погиб. Мне нельзя принимать цветы и подарки от поклонников, все они должны оставаться у моего агента.

Илай внимательно осмотрел корзину, вывалил цветы на пол, и темные лепестки разлетелись по кафелю.

– Записки не было? – спросил он.

– Я не заметила, – обхватив себя руками, соврала я. – Если была, то, наверное, выпала. Что тебя так встревожило?

– Знаешь, что символизируют этот букет? – отряхивая руки, задал вопрос Илай. Я покачала головой. – Траурная символика, в древние времена ими украшали склепы. Это символ падения вампиров.

Я вздрогнула от его слов. Илай шагнул ко мне и под подошвами его ботинок послышался хруст стеблей.

– Они ядовиты? – стараясь справиться с волнением, спросила я.

– Нет, могут вызвать небольшое недомогание, но не смертельное, – успокоил меня Илай. – Пожалуй, надо усилить твою охрану.

– Я же не вампир, мне нечего бояться, – заставила себя улыбнуться я.

– Правда? – темные глаза Илая скользнули по моему лицу. – Ты теперь часть нашего мира, Николь Мария. Через тебя угрожать могут мне.

– Что-то случилось? – насторожилась я.

– Возможно. Пока рано об этом говорить, – проведя руками по моим плечам, уклонился от прямого ответа Илай.

– Пора! – забегая в гримерку, сказала молодая девушка в очках – помощница ведущей. – Вас уже заждались!

Они задержали взгляд на растоптанных цветах, но от вопросов воздержалась.

***

Держась за руки, мы с Илаем вошли в студию. От света софитов у меня заболели глаза. Я включила самую очаровательную улыбку, на которую только была способна. Для всех я счастливая влюбленная и должна выглядеть именно такой. То, что у меня в душе дыра размером с космос – неважно. Моя миссия – развлекать людей, давать им шанс прожить другую жизнь, где они счастливы. Пусть даже только мысленно. Иначе зачем все это?

– А вот и гости сегодняшней «Вампромантики»! – торжественно проговорила Теона. Ведущая была по-южному смуглой, в блестящем платье, подчеркивающем ее красивые бедра и высокую грудь. Темные локоны с малиновым отливом падали на обнаженные плечи. Она буквально притягивала к себе взгляд, вынуждала смотреть на себя, но Илай лишь из вежливости взглянул на нее и переключился на меня. – Илай Монтгомери и Николь Мария Роуз!

Мы сели в кресла с высокими спинками. От них пахло средством для чистки мебельных тканей. Ассистентка ведущей принесла нам с Илаем микрофоны.

– Добрый вечер! – поздоровалась я.

Зал взорвался аплодисментами. У меня по коже побежали мурашки. Слава все еще пугала меня.

– Итак, прошел месяц после того, как закончилось шоу «Невеста для вампира» и теперь вы живете вместе, – заговорила Теона.

– И мы на нем выжили! – смеясь, сказала я.

– Многие зрители желают знать – есть ли жизнь после шоу? – спросила Теона.

– Не только жизнь, но еще и личное пространство, – снова сказала я, поняв, что Илай не торопится с ответом. – Режим романтики немного сбился.

– Тебя это напрягает? – тут же вцепилась в мой ответ Теона.

– Нет, это часть обычной жизни, но всегда хочется лучшего, – улыбнулась я и посмотрела на Илая. Тот улыбнулся мне в ответ и взял за руку. Мы сплели пальцы, и я ощутила его тепло. Стало так хорошо, что я расстроилась, ведь это будет не дольше мгновения.

– Как изменились ваши отношения? – наблюдая за нами, спросила Теона. На большом экране появились несколько наших с Иламе фото, когда мы по отдельности выходим из дома, вот я завтракаю в одиночестве – камера сняла это через стекло нашего дома, и вот Илай один садится в машину. – Ваши поклонники считают, что у вас проблемы.

– У нас нет проблем, – резко произнес Илай, и его взгляд стал колючим.

– У нас стало меньше времени на общение, – сказала я, чтобы сгладить этот выпад. Мне было тошно оттого, что моя жизнь снова на виду, но такова цена славы, нужно смириться.

– Николь Мария много работает, – подал голос Илай. – Готовит к запуску коллекцию платьев. Я видел несколько эскизов, это очень красиво. Но творческий процесс требует много сил и концентрации, у меня не хватает духа отрывать ее от этого.

– Спасибо, – кокетливо улыбнулась я, хотя знала, что это ложь. Илай не знал, что я делаю. Мы даже об этом не разговаривали. – В отличие от тебя, у меня нет вечности, поэтому надо спешить сделать все, что хочется.

– Человек и вампир – что самое сложное в совместной жизни? – продолжила допытываться Теона. Кажется, я скоро возненавижу ее.

– Явно не предпочтения в еде, – пошутила я. Илай же остался серьезным.

– Страх навредить, – наконец сказал он.

– Но ты ведь контролируешь свое питание? – спросила Теона, и я заметила, как она напряглась. Говорить о токсичности вампиров для людей было не принято. Не сказать, чтобы из этого делали тайну, но по умолчанию эти темы не поднимались, а если и возникали, то их старались обыграть. Так и не поняла, чья для такой секретности была инициатива – людей или вампиров.

– Да, конечно, – ответил Илай. Он хотел сказать что-то еще, но передумал.

– Наука не стоит на месте, – повернувшись, сказала Теона, и одна из камер наехала на нее, беря крупным планом. – Новые исследования показали, что человек и вампир могут безопасно вести совместное существование! Препарат Бридаум для вампов снижает жажду, а препарат для людей Бридаум Нео очищает кровь и укрепляет организм! Купи себе и своему клыкастому другу!

Меня передернуло от этой рекламы, но мысленно я порадовалась тому, что возможно, в скором времени, ученые найдут возможность справиться с вампирской токсичностью. Главное, суметь дожить до этого момента.

– Наши зрительницы интересуются, как часто Илай делает тебе подарки? – с предвкушением произнесла Теона, взглянув на свой планшет.

– Он уже сделал мне самый важный! – улыбнулась я, с нежностью глядя на Илая. Скорей бы уже этот вечер закончился!

– Бессмертную любовь? – произнес тот. По договору мы должны упоминать это название везде, при каждом выходе в эфир или на встречи. Даже без определенного назначения.

– Именно ее! – стараясь сиять от счастья, сказала я.

– Этого всегда недостаточно, – прокомментировала Теона. – Как насчет цветов и драгоценностей?

– У нас дома всегда много цветов, – невпопад ответил Илай.

– И хороший садовник, – добавила я.

– Сейчас зима, – растерялась Теона.

– Оранжерея – прекрасное решение в любое время года, – сказал Илай.

– Какой совет вы бы дали нашим зрительницам, чтобы они могли построить такие сильные и яркие отношения, как в вашей паре? – подаваясь вперед, спросила Теона.

– Мы в отношениях всего четыре месяца… – усмехнулся Илай.

– Это очень мало, чтобы давать советы, – заключила я. – К тому же в каждой паре свои правила и желания, и они должны учитываться.

– Но все же, – не отставала Теона.

– Быть честным с собой, – помолчав, проговорила я. – Понимать, что ты готов дать другому, и что готов принять, не нарушая свои границы. Чтобы любовь потом не превращалась в терпение, а оставалась принятием того, другого, с кем ты решил идти по жизни.

– Илай?

– Любовь – самое эгоистическое чувство, – сказал Илай, и я удивленно уставилась на него. – Наполненное желаниями обладать и присваивать, так что я бы посоветовал уменьшить эгоизм и включить великодушие.

«Неужели это он про нас?» – пронеслось в голове у меня.

– Это сложно, – заметила Теона. – Наше эфирное время подходит к концу, чтобы вы пожелали нашим зрителям?

– Быть лучше себя вчерашнего, – сказала я.

– Жить, – просто ответил Илай.

***

Я подписала несколько десятков открыток для поклонников, оставлявших для нас свои вопросы. Илай все это время говорил с кем-то по телефону. Я не была в курсе его дел, но по его лицу видела, что происходит что-то нехорошее. Наконец, он присоединился ко мне, сев за журнальный столик и неловко вытянув в сторону длинные ноги.

– Что случилось? – спросила я.

Илай помолчал, просматривая стопку одинаковых открыток.

– Молодняк Томаса снова совершил нападение, – сказал он, когда я уже начала ерзать на стуле от нетерпения. – Мне кажется, он готовит их к чему-то.

– Рома был среди них? – затаив дыхание, прошептала я.

– Не знаю. Пока нет никаких точных данных. Двое погибших и все.

– Только бы это был не Рома! – горячо произнесла я и прижала ледяные пальцы к пылающим щекам.

– Что-то здесь не так, – задумчиво проговорил Илай, проведя рукой по подбородку. – Но я не могу понять, что именно.

– Мы должны забрать его у этого проклятого Томаса! – решительно произнесла я. – Нет смысла больше ждать, ведь лучше не станет!

– Обещай, что не будешь делать глупости! – сурово потребовал Илай. – Я делаю все, что могу. Не торопи меня.

– Ты не говорил…

– Если я не говорю, это не значит, что я ничего не делаю.

– Только об этом никто не знает, кроме тебя, – я невольно повысила голос и тут же пожалела об этом, заметив, что за нами наблюдают сотрудники канала. Кто-то даже снимал на телефон. Подавив желание закатить глаза, я поправила стопку открыток и поднялась на ноги. Илай поднялся следом и, приобняв меня за талию, повел к выходу.

***

Всю ночь я не могла заснуть, думая о Роме. Воображение рисовало мне страшные картины, как он становится одержимым кровью и его убивают. Теперь, когда средство для уничтожения вампиров было создано, новости об их гибели сообщались достаточно часто. Я не знала, что делал Илай, чтобы вытащить Рому, и это заставляло меня тревожиться еще сильней.

После того как мы вернулись со съемок, Илай пошел к себе, даже не пожелав мне спокойной ночи. Мы снова стали чужими. Я стояла посреди гостиной и смотрела, как он поднимается на второй этаж, и чувствовала себя невероятно одинокой.

Утром я не смогла совладать со своим страхом сесть за руль и попросила Лизу отвезти детей на учебу и в сад, отчего почувствовал себя еще хуже. Лиза ведь не нанималась заниматься моими делами! Нужно было как можно скорее решить эту проблему, и я написала Марку. Человек, участвующий в гонках и занимающийся этим бизнесом много лет, должен знать, как с этим справиться.

«Приезжай завтра вечером ко мне, – написал он, – часов в двенадцать будет самое то. Сможешь?»

«Конечно! Спасибо, друг!»

«Не за что, Звездочка».

***

Достав из кармана записку, присланную с букетом, я принялась ее внимательно изучать. Снова перебирала в памяти тех, кто хотел бы отомстить мне или воспользоваться, но ни одна из версий не получалась логичной. Мне было страшно, я не хотела, чтобы история с кем-то вроде Альберто повторилась. Ведь сейчас я опять была под прицелом невидимого врага, который хотел от меня чего-то, что явно не соглашусь ему дать добровольно. Написала Вианору с просьбой о встрече, но он мне не ответил. Наверное, считает, что я должна решать свои дела с Илаем. Я до боли закусила губу и тут же спохватилась, что не с моим окружением так делать.

– Ты что, забыла, про нашу поездку на фабрику тканей? – влетая в гостиную, звонко проговорила Клеона. На ней было белое шерстяное платье, на плечи наброшена легкое пальто.

– Нет, с чего ты взяла? – растерялась я.

– А с того, что я час тебя ждала в ателье, а ты так и не появилась, – плюхаясь на диван, проворчала Клеона. От нее пахло сладкими духами, но сквозь этот аромат пробивалась легкая горечь, похожая на лекарство.

– Прости, я думала, что это будет завтра!

– Что с тобой происходит?

– Замоталась со всеми этими эфирами и встречами, – вздохнула я. Даже подруге я не могла рассказать о том, что происходит.

– У тебя все хорошо? – Клеона поймала мою руку и вынудила меня сесть с ней рядом. Я лишь пожала плечами. Врать не хотелось. – Ты не выглядишь счастливой.

– Это все напряженный график эфиров и встреч. А ты как?

– Я снова встречаюсь с Вивианом, – отвернувшись от меня, сказала Клеона. – Мы все прояснили и поняли, что хотим быть вместе. Теперь уже не таясь.

– Габриэла, наверное, в бешенстве, – задумчиво проговорила я. Мне было жаль и ее и Клеону.

– Это уже не имеет значения.

– Тогда почему, ты такая грустная? – мягко взяв подругу за подбородок и посмотрев ей в глаза, спросила я. Она слабо улыбнулась.

– Просто хотелось, чтобы все было по-другому, – ответила Клеона.

– Ты чего-то недоговариваешь, – разволновалась я.

– Тебе не о чем переживать, правда, – поспешно заверила меня Клеона. Я хотела возразить, но у меня зазвонил телефон и на экране высветилось имя Люциана. Я мгновенно представила себе в каком он бешенстве из-за моей забывчивости и протянула мобильный Клеоне. Та скорчила гримасу и поднесла его к уху.

– Где вас носит?! – вместе приветствия рявкнул Люциан.

–Мы будем через полчаса, – спокойно проговорила Клеона. – Небольшие недоразумения, ничего страшного.

– Вы заставляете меня ждать! Тратите мое время! Безответственные негодяйки! – продолжил бушевать Люциан. Клеона положила мобильный на край дивана, чтобы не оглохнуть, а я побежала одеваться. Гнев Люциана был поистине страшным. От него можно было потерять слух.

***

На фабрике мы проторчали до вечера. Сотни образцов с разными тканями, фактурой и рисунками полностью захватили мое внимание. Я просматривала каталоги, прикладывала их к эскизам или закидывала кусок ткани на себя, как шарф. Мне нравился запах краски и материи, с примесью железа и машинного масла. Клеона моей увлеченности не разделяла. Быстро устав, заняла позицию на диване с чашкой крепкого кофе. Люциан нас не простил и продолжал бурчать по поводу опоздания до самого вечера, но мы его уже не слушали.

Когда я уже собиралась ехать домой, пришло сообщение от Вианора.

«Я освободился, можем встретиться через час у моего дома».

Я не знала, где он живет, но ответила, что буду. Ищейка тут же прислал адрес.

– Можешь подбросить меня до Зимнего парка? – спросила я Клеону. Та вопросительно посмотрела на меня.

– Я могу, – вызвался Люциан, – мне по пути.

– Спасибо, – пряча телефон в сумку, поблагодарила я, надеясь, что вамп не будет задавать мне лишних вопросов.

***

Мне не хотелось говорить Люциану, что я встречаюсь с Вианором, поэтому я попросила его оставить машину возле входа в парк. От него до дома ищейки было всего ничего. Меня расстраивало, что я создаю вокруг себя столько секретов. Обычно подобные вещи ничем хорошим не заканчиваются, но сейчас мне казалось, что правильно именно так.

Люциан всю дорогу был молчалив и не задавал никаких вопросов. Я попыталась разговорить его, но все мои попытки были проигнорированы молчанием. Он внимательно смотрел на дорогу и делал вид, что меня в его машине не существует. Когда мы подъехали, остановился, подождал, пока я выйду и, прибавив скорости, тут же умчался. Я предположила, что он был голоден и просто боялся меня съесть, тем и успокоилась.

На улице было темно, время близилось к полуночи. Слабо светили фонари, отражаясь в весенних лужах. Звон от моих каблуков эхом летел по пустынной улице. Мне было немного не по себе идти одно в столь поздний час, и я прибавила шагу.

Вианор ждал меня на улице. Он стоял, привалившись спиной к столбу, и что-то просматривал в телефоне. Услышав мои шаги, сунул мобильный в карман и двинулся мне на встречу.

– Ты что, пешком? – хмуро спросил Вианор.

– Люц подвез меня, – поправляя ремешок от сумки на плече, сказала я.

– Сейчас вдвойне небезопасно разгуливать ночью по улицам, – проворчал ищейка. – Излишки смелости приводят к глупостям, часто трагичным для жизни.

– Я все это прекрасно понимаю, – мягко произнесла я, не испытывая ни малейшего желания быть отчитанной.

– Похоже, все очень плохо, – заключил Вианор и жестом пригласил меня в дом. Мы поднялись на крыльцо и вошли внутрь. Ищейка жил на втором этаже. Здесь пахло мясом и собачьей шерстью. И так же, как в кабинете Ви всюду были цветы. На подоконниках, стенах, даже на потолке.

Вианор жил в небольшой, по холостяцки обставленной, квартире. Никаких милых безделушек, все только самое необходимое. Ну кроме цветов.

– Ты голодная? – спросил Вианор.

– Да, немного, – снимая пальто, задумчиво проговорила я. Мне было немного неловко находиться здесь. Одно дело если бы мы встретились у него на работе, и совсем другое – находиться на его личной территории.

– Сейчас разогрею, – уходя на кухню, сказал Вианор. И я услышала, как он гремит сковородками.

– Совсем не обязательно, я могу просто ограничиться кофе, – поспешно проговорила я.

– А я – нет, – ответил Вианор. – Днем даже поесть было некогда.

Я помогла ему накрыть на стол, и мы сели ужинать. Вианор разлил по бокалам вино, и я сделал несколько глотков.

– Илай знает, где ты? – неожиданно спросил он.

– Нет, – покачала головой я.

– Плохо. У вас проблемы?

– Я бы так не сказала. Просто… – я запнулась, не в силах придумать, как назвать наше нынешнее положение. – Мы очень заняты своими делами.

– И одно из этих дел привело тебя ко мне, – заключил Вианор, вытерев губы салфеткой. Я кивнула. Достала из сумочки записку, пришедшую вместе с букетом, и протянула его ищейке. Тот внимательно осмотрел ее и прочитал написанное вслух. Хоть я и знала, что там написано, по спине пробежал холодок.

– Я думаю, что слежка и эта записка связаны, – сказала я.

– Возможно, – задумчиво откликнулся Вианор. Он понюхал бумагу и тут же поморщился. – Подстраховались, гады.

– Что, если это кто-то из друзей Альберто? – взволнованно проговорила я и заерзала на стуле. – Узнал, что это я виновата в его смерти, а теперь мстит мне.

– Может быть, и такой вариант, хотя он очень сомнителен, Альберто всегда был больше одиночка, чем тот, у кого много душевных связей с другими.

– Я уже не знаю, что думать, – обхватив голову руками, призналась я. – И мне страшно.

– Где тот букет, что тебе прислали?

– Илай растоптал их, – угрюмо сказала я. – Сказал, в них траурная символика падения вампиров, и та раньше украшали склепы.

– Понятно, – Вианор помрачнел.

– Ты что-то понял?

– Надеюсь. То есть Илай в курсе этого? – Вианор помахал в воздухе запиской. Я покачала головой, и он выругался. – Это может касаться его, ты понимаешь это? Гораздо проще запугать молодую девчонку, чем матерого вампира.

– Я думаю, будет еще одна записка.

– Будет. И, возможно, в ней, они поставят тебя в такие условия, в которых ты уже не сможешь отказать им в их требованиях! – раздраженно проговорил Вианор. Поднялся на ноги и нервно прошелся по кухне. Я почувствовала себя виноватой, а еще – эгоистичной дурой, думающей только о себе.

– Поэтому я пришла к тебе, чтобы остановить это. Ведь у тебя больше возможностей, чем у Илая, – попыталась оправдаться я. – Ты работаешь в полиции.

– Мне нужно официальное заявление, – оборачиваясь, сказал Вианор. – Тогда я смогу действовать быстрее.

– Завтра же оно будет у тебя на столе, – пообещала я.

– Хорошо. Приезжай в десять.

– Есть еще одна просьба… – начала я и осеклась. Вианор выжидающе посмотрел на меня. – Это касается Ромы.

– Я отслеживаю это, не волнуйся. Если с ним что-то произойдет, Илай узнает первым.

– Я должна быть первой, Рома – моя семья.

– Больше нет, Николь Мария. И тебе придется с этим смириться. Рома больше не человек и как бы ты не хотела, он никогда не сможет вернуться к тебе, – жестко проговорил Вианор.

– Мы все еще семья!

– Нет, смирись. Так будет лучше, – категорично проговорил Вианор.

– Думаю, �