Путь. Иггдрасиль корни

Часть 1. Возвращение

Глава 1.1. «Журналистка»

Москва, 2073 год. Город изменился до неузнаваемости.

Небоскрёбы из стекла и металла уходили в облака, по улицам бесшумно скользили электромобили, в парках гуляли люди и ванахеймцы – вместе, запросто, как старые друзья. Всё дышало миром и покоем.

Анна Соколова, молодая журналистка, сидела в своём крошечном офисе и листала старые архивы. Ей поручили написать статью к юбилею – пятьдесят лет со дня Великого Примирения. Материалов было море, но её что-то не устраивало. Всё казалось слишком гладким, слишком правильным, слишком… отредактированным.

– Что ты ищешь, Аня? – спросил коллега, заглядывая в дверь.

– Не знаю. Что-то, что не вписывается в официальную версию.

– Думаешь, нам врут?

– Не врут. Просто… недоговаривают. Я чувствую.

Коллега пожал плечами и ушёл. Анна продолжила листать.

И вдруг наткнулась на странный документ. Старая, почти рассыпавшаяся распечатка, затерянная среди цифровых файлов. В ней были координаты. Волгодонск. Дом. И странная надпись внизу:

«Если ты это читаешь – ты готова. Иди по этому адресу. Там найдёшь ответы. И, может быть, себя».

Подписи не было. Только три цифры в конце: 890.

Анна замерла. Сердце забилось быстрее.

– Волгодонск, – прошептала она. – Что ты там прячешь?

––

Волгодонск, три дня спустя

Город встретил её тишиной и покоем. Маленькие домики, зелёные улицы, старушки на лавочках. Ничего необычного.

Анна шла по указанному адресу, сверяясь с навигатором. Наконец остановилась у старого, но ухоженного дома. Калитка была открыта. В саду кто-то возился с цветами.

– Здравствуйте, – позвала Анна.

Из-за кустов показалась пожилая женщина. Лет семидесяти, с добрыми глазами и седыми волосами, собранными в пучок.

– Здравствуй, милая. Ты к кому?

– Я ищу… не знаю. Может быть, ответы.

Женщина усмехнулась.

– Многие ищут. Но не все находят. Заходи, раз пришла.

Анна вошла в дом. Внутри было уютно, пахло пирогами и старой мебелью. На стенах висели фотографии – много, очень много. Люди, животные, какие-то странные существа.

– Садись, – женщина указала на стул. – Чай будешь?

– Буду.

Пока закипал чайник, Анна рассматривала фотографии. На одной из них – молодой мужчина в военной форме, с суровым, но добрым лицом. На другой – женщина-учёный, с глазами, полными огня. На третьей – огромный пёс и кошка, сидящие в обнимку.

– Кто это? – спросила Анна.

– Мои друзья. Моя семья. Моя жизнь.

– Вы были там? Во время Примирения?

– Была. И до, и после. Всё видела своими глазами.

– Расскажете?

Женщина посмотрела на неё долгим взглядом.

– Ты готова услышать правду?

– Да.

– Тогда слушай.

И она начала рассказывать. О Воронове, об Ирине, о Чжане, об Ашоке. О Миаре и Рексе. О Саше, мальчике, который смотрел на звёзды. О тенях, которые стали людьми. О предтечах, которые ушли, но не исчезли.

Анна слушала, затаив дыхание.

– А вы? Кто вы? – спросила она, когда рассказ закончился.

– Я та, кто помнит. Я та, кто хранит. Я – последняя из первого поколения. Все они ушли. Кто в небытие, кто к звёздам. А я осталась. Жду.

– Кого?

– Тебя. И таких, как ты. Тех, кто готов искать правду.

Женщина встала, подошла к старому сундуку, открыла его. Достала стопку бумаг, пожелтевших от времени.

– Здесь всё. Дневники, письма, записи. История нашего пути. Ты можешь взять их. Прочитать. Написать правду.

– Но почему я?

– Потому что ты пришла. Потому что ты ищешь. Потому что ты – та, кто продолжит.

Анна взяла бумаги. Руки дрожали.

– Спасибо, – прошептала она.

– Не за что. Теперь это твоя ноша. Неси с честью.

––

Москва, месяц спустя

Статья Анны вышла во всех ведущих изданиях мира. Она называлась просто: «Корни Иггдрасиля».

В ней была правда. Вся. Без прикрас, без купюр. О том, как начинался путь, о тех, кто шёл по нему, о цене, которую они заплатили.

Статья вызвала бурю. Одни требовали запретить её, другие – наградить автора, третьи – просто молчали, переваривая.