Исламская история крестовых походов. Религиозные войны в восприятии средневековых мусульман
Paul M. Cobb
THE RACE FOR PARADISE AN ISLAMIC HISTORY OF THE CRUSADES
© Перевод, ООО «Гермес Букс», 2026
© Художественное оформление, ООО «Гермес Букс», 2026
Замечание об исламских именах
Несмотря на желание читателей узнать больше об исламской истории, средневековые исламские имена могут запутать даже самых любопытных и настойчивых. Средневековые мусульмане, особенно имеющие благородную родословную, могут называться любым количеством имен и титулов или их комбинаций. Вот пример совершенно обычного средневекового мусульманского имени: Маджд ад-Дин Мухаммед ибн Халид ибн ‘Абд Аллах аль-Тамими.
Все это можно разбить на части следующим образом: Маджд ад-Дин – пример причудливого официального титула, обычно даваемого государственными властями. Такие титулы, как правило, являются конструкциями, содержащими «ад-Дин» (религия, то есть ислам), «ад-Даула» или «аль-Мульк» (государство, царство). В данном случае Маджд ад-Дин означает «Слава Религии», но, поскольку подобные титулы в основном пустые, это не обязательно означает, что носитель имени является особенно славным или религиозным. Мухаммед – имя этого человека для близкого окружения. «Ибн» – означает «сын…» («бинт» в женских именах означает «дочь…»). Таким образом, его отца звали Халид, а деда – Абд Аллах. Имя деда – одно из широко распространенных арабских имен, означающих, что носитель имени является слугой (абд) Бога (Аллах). Часто «Аллах» заменяется одним из прилагательных – так, Абд ар-Рахман – «Слуга Милосердного». Генеалогия была очень важна для средневековых арабов (как и для людей других национальностей), что отражается в их именах, которые могут затрагивать много поколений предков при посредстве ряда «ибнов» и «бинтов».
Наконец, аль-Тамими – это то, что называется нисба – прилагательное, которое может описывать несколько отличительных признаков, таких как место рождения индивида, профессия, секта, племя (в данном случае это слово указывает на происхождение индивида из племени Тамим). Современные авторы нередко отбрасывают «аль-» от нисбы, и в текстах можно встретить как «аль-Тамими», так и «Тамими». Также людям давали целый ряд прозвищ. Мужчин нередко называли по имени старшего ребенка мужского пола, скажем «Отец Юсуфа» – Абу Юсуф («абу» – отец, в женских именах «умм» – мать).
Большинство мусульман в этой книге носят арабские или турецкие имена разной степени сложности. Поскольку книга предназначена для читателей, не сведущих в арабской и исламский истории, я старался по возможности упростить и упорядочить имена. Хотя читатель может убедиться, что при наличии некоторого терпения из имени можно извлечь много ценной информации о его носителе.
По тем же причинам я не использовал пугающие точки, тире и другие значки, употребляемые для передачи нелатинских алфавитов – например, арабского – в латинском алфавите. Исключения – символы ‘ и ’, которые выражают две арабские буквы (‘ ayn и bamza) соответственно, у которых нет близких эквивалентов в английском языке. И наконец, если существует твердо установившаяся версия имени или термина, я ее использовал. Так, я везде использовал название Мекка, а не высоконаучное Макка, и Саладин, а не Салах ад-Дин.
Главные исторические фигуры и династии
Аббасиды – суннитская династия багдадских халифов в 750—1258 гг. В период, рассматриваемый в этой книге, власть этих халифов была по большей части символической.
Абд аль-Мумин – первый халиф империи Альмохадов в Аль-Андалусе и Магрибе, 1147–1163 гг.
Айюбиды – династия, основанная Саладином. Айюбиды размещались в Египте, но правили большей частью Ближнего Востока, включая Сирию, Северную Месопотамию, Западную Аравию и Йемен, в разные моменты между основанием династии в 1171 г. и ее гибелью в 1250 г. от рук мамлюков.
Алексей Комнин – византийский император, правивший в 1081–1118 гг. Его обращение к Западу с просьбой о военной помощи против турок на восточной границе внесло вклад в подготовку Первого крестового похода.
Алп-Арслан – султан великих сельджуков, правивший в 1063–1072 гг. Первый турецкий султан, вторгшийся в Сирию, которую потребовал для сельджуков до того, как двинулся на север и нанес поражение византийцам при Манцикерте в 1071 г.
Аль-Адиль – также Сафадин и т. д. Султан Айюбидов (1200–1218). Умер во время кампании против франкского вторжения в Дамьетту.
Аль-Афдаль – титул, носимый несколькими индивидами в этой книге, в первую очередь визирем из Фатимидов (1094–1121), который возглавил египетскую кампанию против франков во время и после Первого крестового похода, и сыном Саладина, который служил отцу в качестве полководца и правил как эмир Айюбидов в Дамаске в 1193–1196 гг.
Аль-Ашраф Халил – мамлюкский султан, правивший в 1290–1293 гг. Он стал преемником своего отца – султана Калауна, и был свидетелем завоевания франкской Акры и изгнания последних франков с Ближнего Востока.
Аль-Бакри – географ из Аль-Андалуса (1014–1094), известный своим описанием Рима и сохранением намного более раннего описания путешествия Ибрагима ибн Якуба.
Аль-Идриси – магрибский географ и ученый, 1099–1161 гг. Служил при дворе норманнского короля Сицилии Роджера II, составил для него подробный географический трактат, известный как «Книга Роджера».
Аль-Камиль – султан из Айюбидов, 1218–1238 гг. Стал султаном, когда франки оккупировали Дамьетту, и впоследствии заключил договор с Фридрихом II, уступив ему контроль над Иерусалимом.
Альморавиды – первая из двух великих берберских династий Магриба и Аль-Андалуса, предшествовавшая Альмохадам, которые их вытеснили. Они правили из своей столицы в Марракеше с 1040 до 1147 г.
Альмохады – вторая из двух великих берберских династий Магриба и Аль-Андалуса после Альморавидов, с которыми они сражались и победили. Их резиденция по большей части находилась в Марракеше (с 1130 по 1269 г.).
Аль-Муаззам – правитель Дамаска из Айюбидов, 1218–1227 гг.
Аль-Муктадир – правитель тайфы Сарагоса в Аль-Андалусе, 1049–1082 гг.
Ас-Салих Айюб – известен также как Наджм ад-Дин. Султан из Айюбидов, 1240–1249 гг. В борьбе с его родственником ас-Салихом Исмаилом его поддерживали союзники из хорезмийских наемников.
Ас-Салих Исмаил – правитель Дамаска из Айюбидов в 1237–1245 гг.
Ас-Сулами – сирийский правовед и филолог. Первый мусульманин, проповедовавший против вторжений франков, рассказ которого сохранился. Умер около 1106 г.
Аль-Туртуши, он же Тартуши, – андалусский правовед и политический философ, живший и работавший в Египте Фатимидов, 1059–1127 гг.
Альфонсо I Арагонский – король Арагона и Наварры, правивший в 1104–1134 гг. Получил прозвище El Batallador – Воитель – из-за многочисленных военных кампаний против мусульман Аль-Андалуса, в числе который было завоевание Сарагосы в 1118 г.
Альфонсо VI – король Леона и Кастилии, правивший в 1077–1109 гг. Получил прозвище El Bravo – Храбрый. Среди его многочисленных побед завоевание мусульманского города Толедо в 1085 г.
Амальрих I, также известен как Амори – король Иерусалима, правивший в 1163–1174 гг. Он правил франкским королевством Иерусалима, когда оно было в зените своего могущества.
Артукиды, также известны как Ортокиды – династия эмиров, правившая во многих местах Северной Месопотамии, Северной Сирии и Восточной Анатолии в XI и XII вв.
Афонсо Хенрикс – португальский король Афонсо I, правивший в 1139–1185 гг., активный враг мусульман запада Аль-Андалуса.
Ациз (Ацих ибн Увак) – хорезмийский наемник на службе сельджуков и Фатимидов. Сражаясь за цели Фатимидов в Палестине, он в 1170-х гг. подчинил большую часть Центральной и Южной Сирии, после чего его сверг и убил сельджукский военачальник Тутуш.
Балдуин, также известен как Бодуэн, – распространенное имя франкских правителей на Ближнем Востоке. Балдуин Булонский основал франкское государство Эдесса, а позднее стал первым королем Иерусалима (правил в 1100–1118 гг.), став преемником своего брата Готфрида (Годфруа), отказавшегося принять титул короля. Балдуин II Иерусалимский, его преемник, также известный как Балдуин ле Бурк, сменил Балдуина I на посту графа Эдессы (1100–1118), а потом и короля Иерусалима (1118–1131). Балдуин IV, также известный как Балдуин Прокаженный (правил в 1174–1185 гг.), – ранний франкский враг Саладина.
Баркиярук – султан Великой сельджукской империи с 1094 по 1105 г. Он пришел к власти после ожесточенной борьбы, последовавшей после смерти его отца Маликшаха.
Баязид, также известный как Баязид I Молниеносный, – султан Османской империи в ее ранние годы – 1389–1402.
Баязид был постоянно занят расширением османского контроля на Балканы и в Восточную Европу.
Бейбарс, также известный как аль-Малик аз-Захир, – завоеватель, мамлюкский султан, начавший карьеру на службе у Айюбидов – у султана ас-Салиха Айюба. Во время своего правления Бейбарс завоевал почти все, что осталось от франкской территории на Ближнем Востоке после «реконкисты» Саладина.
Боабдиль – также известный как Мухаммед XII Гранадский. Последний правитель мусульманской Гранады (1487–1492 гг.), резиденции династии Насридов.
Боэмунд – распространенное имя среди франкских правителей Ближнего Востока. Боэмунд I Антиохийский, также известный как Боэмунд Тарентский. Сын норманнского военачальника Роберта Гвискара стал правителем Антиохии (1098–1111 гг.), захват которой обеспечил, и был выдающимся лидером первого франкского вторжения на Ближний Восток. Боэмунд IV, князь Антиохии, граф Триполи. Эти франкские государства перешли под его власть в 1252–1268 гг. Он открыто стал на сторону монголов во время конфронтации с мамлюками в 1260 г. и был правителем Антиохии, когда она пала перед мамлюками в 1268 г. Правителем Триполи он оставался до своей смерти в 1275 г.
Византийцы – христианское грекоговорящее население продолжения Римской империи, иногда называемого Восточной Римской империей. Столица – Константинополь, основанный Константином Великим в 330 г. В 1453 г. столица была захвачена османами.
Вильгельм II – норманнский король Сицилии в 1169–1189 гг.
Владислав, Владислав III Польский (Уласло) – правил Венгрией в 1440–1444 гг. Убит османами в битве при Варне.
Гарун ибн Яхья – араб, возможно, христианин, пленник византийцев, захваченный в IX в. Он оставил рассказ свидетеля-очевидца о Константинополе и Риме – среди других мест христианского мира.
Ги де Лузиньян – король Иерусалима в 1186–1192 гг. через супругу Сибиллу Иерусалимскую. Правящий король Иерусалима во время великих завоеваний Саладина на Ближнем Востоке. Попал в плен в битве при Хаттине, позднее был выкуплен. В 1192–1194 гг. – король Кипра, основатель династии Лузиньянов.
Данишмендиды – туркменская династия, правившая на севере центральной части и на востоке Анатолии в XI и XII вв. Они были соперниками и периодическими союзниками сельджуков Рума.
Дукак (Токак), также известный как Шамс аль-Мулюк, – сельджукский правитель Дамаска в 1095–1104 гг. Сын могущественного сельджукского военачальника Тутуша.
Жослен (Иосцелин) – распространенное имя франкских правителей на Ближнем Востоке. Жослен I Эдесский, также известный как Жослен де Куртене, граф Эдесский в период ее расцвета – 1119–1131 гг.; Жослен II, граф Эдессы в 1131–1159 гг., правитель франкского государства, когда его захватили Зангиды; умер в тюрьме в 1159 г.
Занги, также известный как Имад ад-Дин, – Юркский военачальник на службе у сельджуков. Атабек Мосула и Алеппо (1127–1146), отец Нур ад-Дина. Отвоевал у франков Эдессу.
Зириды – берберская династия, правившая в Тунисе с 973 по 1148 г., временами участвовавшая в делах на Сицилии.
Ибн Аббад – лидер мусульманского восстания против норманнского правления на Сицилии в первых десятилетиях XIII в. Провозглашен эмиром Сицилии. Возможно, последний мусульманский лидер, имевший власть на острове.
Ибн аль-Асир – арабский хронист с севера Месопотамии (1160–1232). Его труд «Полный свод всеобщей истории» считается одной из стандартных хроник исламской истории.
Ибн аль-Тумна – независимый арабский военачальник на Сицилии. Для получения помощи в войне против своих противников на острове он заключил союз с норманнскими наемниками под командованием Роберта Гвискара, которые постепенно завоевали всю Сицилию для себя.
Ибн Асакир – сирийский теолог, юрист, историк (1105–1175). Ему покровительствовал Нур ад-Дин, эмир Дамаска. Самый известный из его трудов – «История Дамаска».
Ибн Джубайр – андалусский паломник, пересекший Сицилию и Сирию, в том числе франкские земли, в 1183–1185 гг.
Ибрагим ибн Якуб – андалусский путешественник X в. еврейского происхождения. Отрывки его описаний Западной и Центральной Европы были сохранены географом аль-Бакри спустя много лет.
Иль-Гази, также известный как Наджм ад-Дин Иль-Гази, – тюркский правитель из Артукидов, участвовал в ранних мусульманских кампаниях против франков, привел свои войска к зрелищной победе в сражении на Кровавом поле в 1119 г.
Ильханат – части Ближнего Востока под властью монголов (1256–1335), где правили ильханы, лояльные великим ханам Китая.
Калаун, также известен как Калавун, – мамлюкский султан, 1279–1290 гг.
Килидж-Арслан, также Кылыдж-Арслан, Кылыч-Арслан и т. д., – имя ряда султанов сельджуков Рума: Килидж-Арслан I (1092–1107), принявший на себя удар первого франкского вторжения в Анатолию, Килидж-Арслан II (1156–1192), не сумевший остановить франкское вторжение под предводительством германского императора Фридриха Барбароссы.
Конрад III Германский – король Германии в 1138–1152 гг., первый из династии Гогенштауфенов, получивший этот титул. Вместе с Людовиком VII Французским он был лидером Второго крестового похода.
Константин XI – последний византийский император. Он взошел на трон как представитель династии Палеологов в 1449 г. и правил из Константинополя, когда его захватили османские турки в 1453 г. Умер во время последней осады города.
Короли Тайфы – термин применяется к разным правителям, появившимся как независимые суверены маленьких королевств раздробленного Аль-Андалуса после краха централизованной власти Омейядов в 1031 г.
Курбука – также Кербога и т. д., – сельджукский атабек Мосула, посланный для освобождения Антиохии, которую осадили франки во время их первого вторжения на Ближний Восток. Вызвал недовольство Яги Сияна Антиохийского.
Людовик IX, также Людовик Святой, – король Франции, 1226–1270 гг. Возглавил вторжение в Египет Айюбидов в 1249 г. и в Тунис в 1267 г., где заболел и умер.
Мамлюки – военное сословие рабов, правившее Сирией и Египтом с 1250 по 1517 г. Их самые активные султаны, в первую очередь Бейбарс, были ответственны за впечатляющие победы против монголов и франков. Они возглавили кампании, изгнавшие последних из них с Ближнего Востока.
Маудуд – сельджукский атабек Мосула, 1109–1113 гг. Возглавил много (в конечном счете безуспешных) кампаний против франков на Ближнем Востоке, некоторые из них – вместе со своим коллегой из Дамаска Тухтакином.
Мелик-шах – султан великих сельджуков в 1072–1092 гг. При нем имело место окончательное подчинение сельджуками Сирии. Он назначил туба правителем своего брата Тутуша.
Мехмед II, также известный как Мехмет эль-Фатих, Мех-мет Завоеватель и т. д., – османский султан, 1451–1481 гг. Начало его правления было прервано возвращением на трон его отца, Мурада II. Завоеватель Константинополя в 1453 г.
Мурад – под этим именем известны два османских султана: Мурад I (1362–1389) распространил османский контроль с Балкан и погиб в бою при Косово; Мурад II правил дважды: в 1421–1444 гг. и в 1446–1451 гг. Участвовал в продолжительном османском завоевании Балкан и Восточной Европы, в том числе в битве при Варне.
Мухйи ад-Дин, также известный как Ибн аз-Заки, – выдающийся проповедник и религиозный деятель, которого Саладин выбрал для первой пятничной проповеди в Иерусалиме после того, как в городе было установлено мусульманское правление.
Насир и-Хусров, также известен как Насири Хосров и т. д., – персидский поэт, философ, путешественник, 1004–1088 гг. Дал описание мусульманских земель, какими их видел во время своих путешествий в 1046–1052 гг.
Насриды – последняя мусульманская династия Аль-Андалуса, правившая из Гранады (1232–1492 гг.).
Низам аль-Мульк – всемогущий визирь первых великих сельджукских султанов, 1063–1092 гг.
Низар – принц из Фатимидов и имам секты «Низари исмаили», 1045–1097 гг.
Нур ад-Дин – сын и преемник атабека Занги на Ближнем Востоке, 1146–1174 гг. Объединил Алеппо и Дамаск, уничтожил халифат Фатимидов.
Омейяды – династия халифов, правивших в Сирии в ранние исламские времена – 661–750 гг. Ветвь династии впоследствии правила в Аль-Андалусе из Кордовы, 929—1031 гг.
Орхан – сын Османа Гази и османский султан, 1326–1362 гг.
Осман Гази – основатель Османской империи, 1299–1326 гг.
Осман – династия, основанная Османом Гази, со временем сделавшая своей столицей Константинополь (Стамбул). Правила одной из крупнейших в истории мусульманских империй, просуществовавшей с 1299 по 1922 г.
Раймонд (Раймунд) – имя ряда франкских правителей на Ближнем Востоке. Самый известный – Раймунд де Сен-Жиль, также Раймунд IV Тулузский, 1042–1095 гг., прованский лидер во время первых франкских вторжений на Ближний Восток. Умер во время осады города Триполи, который был добавлен к владениям его семьи. Его потомок, Раймунд III, граф Триполи в 1152–1187 гг., регент Балдуина IV Иерусалимского.
Рамиро I Арагонский – первый король Арагона в Испании, 1035–1063 гг.
Рейнальд де Шатильон – также известен как Рено де Шатильон, и т. д. Князь Антиохии, 1153–1160 гг., правитель Трансиордании, 1177–1187 гг. Неумолимый враг Саладина.
Ричард Львиное Сердце – король Англии в 1189–1199 гг. Вместе с Филиппом Августом возглавил поход на Ближний Восток после захвата Саладином Константинополя.
Роберт Гвискар – норманнский герцог Апулии и Калабрии в 1057–1085 гг.
Рожер Салернский – регент Антиохии, 1112–1119 гг. Потерпел поражение и был убит на Кровавом поле.
Руссель де Бейль, также известен как Урселиус, – норманнский наемник и авантюрист, который то служил византийцам, то воевал против них со своих баз в Анатолии. Умер в 1077 г.
Рыдван – сын сельджукского военачальника Тутуша, сельджукский правитель Алеппо в 1095–1113 гг.
Саид Аль-Андалуси – юрист, историк, ученый, 1029–1070 гг. Среди его работ «Книга категорий наций».
Саладин, известен также как Салах ад-Дин, – основатель династии Айюбидов, султан в 1174–1193 гг. Известный мусульманский лидер и воин против франков, у которых отвоевал Иерусалим.
Сельджуки – тюркские султаны, правившие на большей части Ближнего Востока двумя ветвями: великие сельджуки, в основном правившие из Ирана, в 1016–1157 гг.; сельджуки Рума, правившие Анатолией из своей столицы в Конье в 1060–1307 гг.
Сибт ибн аль-Джаузи – исламский богослов, правовед, историк. Умер в Дамаске в 1256 г.
Тимур, он же Тамерлан, – тюркско-монгольский военачальник, 1370–1405 гг. С 1399 до 1402 г. он участвовал в кампаниях против мусульманских правителей на Ближнем Востоке.
Тутуш, также известен как Тадж ад-Даула, – могущественный сельджукский военачальник и правитель Сирии в 1079–1095 гг.
Тухтакин, также известен как Тугтегин, – могущественный атабек Дамаска в 1104–1128 гг. Основатель династии Буридов.
Усама ибн Мункыз – мусульманский воин, писатель и дипломат из Шейзара, Сирия, 1095–1188 гг. Он служил многим мусульманским правителям Ближнего Востока и написал собрание автобиографических раздумий под названием «Книга назидания».
Фатимиды – исмаилитская шиитская династия. Первоначально базировалась в Магрибе – в городе Махдия, потом перенесли центр халифата в Каир, который основали сразу после завоевания Египта (969—1171 гг.). Они быстро распространились в Южную Сирию, Палестину и Йемен – и были номинальными властителями Иерусалима, когда франки в 1099 г. подошли к стенам города.
Фахр аль-Мульк – судья (кади) и независимый правитель Триполи до его захвата франками в 1109 г. Во время осады города он перебрался сначала в соседний город Джабала, затем в Дамаск и, наконец, в Багдад, где просил о помощи халифа Аббасидов в изгнании франков.
Филипп Август – также известен как Филипп II, король Франции в 1180–1223 гг. Вместе с Ричардом Львиное Сердце возглавил поход на Ближний Восток после захвата Саладином Иерусалима.
Фридрих II – император Священной Римской империи из династии Гогенштауфенов, 1220–1250 гг. В 1198–1250 гг. Фридрих также был королем Сицилии и жестоко подавил мусульманское восстание там, хотя изображал себя исламофилом и вынужденным крестоносцем.
Хулагу – монгольский правитель и военачальник, участник великих монгольских завоеваний Ирана, Ирака, Анатолии и частей Сирии в 1256–1265 гг. Он заложил фундамент монгольского ильханата на Ближнем Востоке.
Эль Сид, Родриго Диас де Бивар – кастильский аристократ и наемник, сделавший состояние, сражаясь за христианских и мусульманских правителей на Иберийском полуострове. Правил в Валенсии с 1094 г. до своей смерти в 1099 г.
Юсуф I, также известный как Абу Якуб, – халиф из Альмохадов в Магрибе и Аль-Андалусе, 1163–1184 гг.
Яги-Сиян – сельджукский правитель Антиохии в 1090–1098 гг. Любимец Тутуша. Он правил в Антиохии, когда она пала перед франками во время их первого вторжения на Ближний Восток.
Янош Хуньяди – ведущий венгерский воевода и крестоносец, один из лидеров крестового похода на Варну 1444 г., результатом которого стала османская победа. Умер в 1456 г.
Пролог
Перекрестки Дамаска
Его внезапное появление застает посетителей Дамаска врасплох. Гигантская современная бронзовая статуя вырисовывается сразу за стенами старого города, под грозными башнями крепости, где жили его потомки. Это статуя Саладина, или Салах ад-Дина, – самого известного мусульманского правителя, прославившегося во время крестовых походов.
Его история представляется удивительной. Это повесть о стремительном взлете от простого незнатного происхождения к вершинам власти. Хотя он впоследствии стал султаном династии Айюбидов в Египте и Сирии, начинал Саладин как простой курдский солдат в армии местного властителя. Он быстро стал самым могущественным военным лидером своего времени, прославившимся победой при Хаттине в 1187 г., позволившей ему захватить Иерусалим и большую часть Палестины после вековой оккупации этих мест крестоносцами. Им восхищаются и на Среднем Востоке, и на Западе, считая его символом государственного деятеля и рыцаря.
Его бронзовая статуя в Дамаске доказывает, что Саладин может олицетворять собой и многое другое. Она была возведена в 1992 г. к 800-летию со дня его смерти и представляет собой фигуру Саладина верхом на коне, в развевающемся на ветру плаще, в сопровождении трех вооруженных спутников. Позади него преклонили колени два пленных крестоносца, на их лицах смирение и покорность. Одна рука Саладина держит поводья несущейся галопом лошади, другая сжимает ятаган. Сам он внимательно смотрит на запад[1].
Это статуя лидера, имеющего мирские и духовные дела, победоносного монарха, который также был благочестивым мусульманином-суннитом. Среди его спутников – мусульманский мистик, он же суфий, олицетворяющий исламские успехи Саладина. И все же статуя установлена в столице Сирии, светского арабского государства, вдохновленного западными моделями и ныне ввергнутого в пучину гражданской войны, еще более ожесточенной из-за противостояния между суннитами и шиитами. Героическая поза Саладина, вызывающая в памяти викторианские гравюры, не имеет корней в исламском искусстве. Да и сама статуя, скорее всего, была бы объявлена идолом тем самым человеком, которого она изображает. Хотя нам едва ли следует удивляться парадоксам. В конце концов, статуя стоит на холме недалеко от современного сирийского националистического мемориала на площади Мучеников и за углом средневековых ворот старого Дамаска. Это Sharia al-Thawra – Революционный бульвар сирийской столицы, что-то вроде «ничейной земли» исторической памяти.
Для тех, кто интересовался арабскими взглядами на крестовые походы, Саладин долгое время был основополагающей фигурой, причем отнюдь не только в регионе, где происходили эти события. Не одна Сирия предъявляла на него права. Улицы, названные в его честь, встречаются во многих государствах Среднего Востока, в том числе в Иерусалиме и бывшем бастионе крестоносцев – Акре. Его именем называют школы. В Ираке есть целая провинция, носящая имя Салах ад-Дина. В провинциальном иорданском городе Керак, где замки датируются периодом крестовых походов, есть еще одна статуя Саладина, меньших размеров, чем в Дамаске. Здесь он изображен одиноким всадником – его конь поднялся на дыбы, а ятаган рассекает воздух. В Каире, который также был столицей династии Айюбидов, великолепная крепость, украшенная османскими минаретами XIX в., как правило, называется «крепость Саладина».
Многие считают Саладина объединителем и освободителем – средневосточным Симоном Боливаром или Джорджем Вашингтоном. На Востоке сегодня нередко можно услышать жалобу на то, что лидер той или иной страны совсем не такой, как Саладин. Политики Среднего Востока пользуются любой возможностью, чтобы приписать себе частичку обаяния Саладина. Саддам Хуссейн никогда не упускал шанс напомнить людям, что родился в том же городе, что Саладин, – Тикрите. Он даже скорректировал на два года дату своего рождения, чтобы она совпала с 800-й годовщиной со дня рождения Саладина. Государственная пропаганда часто называла его новым Саладином, а в одной иракской детской книжке он именовался «Саладин II Саддам Хуссейн»[2].
Почитание Саладина на Среднем Востоке сложилось давно. Оно совпало с подъемом «политического ислама» и развитием антизападных настроений, сопровождавших «войну с террором». Мусульманские авторы начиная с XIII в. чтили память о Саладине и его деяниях, особенно в оригинальных трудах, посвященных истории религиозных достопримечательностей Иерусалима и Святой земли, не говоря уже о том, что они постоянно копировали и использовали более ранние труды о нем[3].
Тем не менее его имя сделал общеупотребительным современный национализм[4]. Первая биография Саладина после окончания эпохи Средневековья была опубликована в османской Турции в 1872 г. выдающимся турецким националистом и интеллектуалом Намиком Кемалем. Позже она была отредактирована и опубликована вместе с биографиями двух османских султанов, которых Кемаль тоже считал героями-воинами, сражавшимися с врагами империи. Вскоре последовали другие работы, посвященные Саладину, причем многие из них были подвержены иностранному влиянию сэра Вальтера Скотта, чей популярный роман «Талисман» (1825), действие которого происходит во время крестовых походов, изображает Саладина благородным рыцарем. Этот вариант султана получил дальнейшее развитие во время арабского литературного возрождения XIX в., известного как Nahba (пробуждение), тем самым подлив интеллектуального масла в огонь зарождающегося арабского национализма.
Создание разными интеллектуальными субкультурами из Саладина в Средние века бренда имело место и на Западе, где его знали, как «сарацина», в котором было больше рыцарских качеств, чем в христианских рыцарях. Показательный пример – фильм Ридли Скотта 2005 г. «Царство небесное» (Kingdom of Heaven), получивший исключительно благоприятные отзывы арабской прессы. В фильме Скотта терпимого Саладина сыграл сирийский актер Хассан Массуд, придавший султану спокойствие и невозмутимость.
В результате Саладин сегодня – фигура многогранная, которую разные люди считают очень разной. Саладин XXI в., естественно, имеет страничку в Фейсбуке и почти девяносто пять тысяч «друзей», что намного больше двадцати тысяч его первых последователей, которые привели его к великой победе при Хаттине. Саладин стал глобальной фигурой. Миллионы, по крайней мере, слышали о нем, хотя лишь немногие, даже на Среднем Востоке, знают, скажем, о султанах Нур ад-Дине или Бейбарсе, за плечами которых тоже много военных и дипломатических успехов в борьбе против крестоносцев.
Мировая известность Саладина совпала с растущим интересом к крестовым походам, которым сейчас уделяет внимание все большее число экспертов. В их работах, как правило, нет небрежностей и подробностей, очевидных в средневековых источниках, и они в основном излагаются как рассказы о героях, сражающихся с разбойниками. Причем понятие, кто является героем, а кто – разбойником, меняется в зависимости от моды. К примеру, в XX в. крестовые походы считались на Западе триумфальной историей, эпическим моментом в неотвратимом подъеме Запада, который принес вечные ценности – благородство, веру, храбрость и мастерство невежественному, коррумпированному и варварскому Востоку. Следы этого подхода заметны до сих пор, особенно когда тема крестовых походов затрагивается при обсуждении внешней политики. Сейчас преобладает другое изложение темы крестовых походов. В этом печальном для нас варианте, уходящем корнями в Просвещение, крестовые походы изображаются не благородным приключением европейцев, а дикой атакой фанатичных нетерпимых и лицемерных христиан Запада на несчастный исламский Восток, благородный и пассивный в своей высочайшей терпимости и мудрости, застигнутый врасплох тем, что один историк назвал «последним вторжением варваров»[5]. Это был предвестник европейского колониализма. У большинства людей на Востоке и на Западе сегодня именно такое отношение к крестовым походам. В качестве экстремистского подхода можно привести мнение Усамы бен Ладена, который считал мир, в котором он живет, разделенным между мусульманами и глобальным крестоносным движением, направленным против них. Несмотря на некоторую топорность, этот взгляд имеет много общего с триумфальной историей Запада.
Настоящая книга избегает как одного, так и другого подхода. История, которую она рассказывает, основывается почти исключительно на оригинальных исламских источниках и имеет целью показать, как эти события воспринимались средневековыми мусульманами. Материалов много, но они никогда не использовались последовательно, как основа для собственной истории, частично потому, что ученые просто не могли эти материалы прочитать.
Значение арабских источников для изучения истории крестовых походов признавалось еще со времен Просвещения, и лишь очень немногие труды, посвященные этой теме, обходят их полностью, по крайней мере в переводе. Как правило, западные историки крестовых походов не знают арабского языка и поэтому с трудом ориентируются в довольно-таки замысловатых историографических традициях средневекового мусульманского мира. А историков, работающих на Среднем Востоке, которые, естественно, используют (и публикуют) арабские источники, немного, и их, как правило, редко читают на Западе. Египтянин Саид Абд аль-Фаттах Ашур (Саид Ашур), признанный знаток истории крестовых походов в арабском мире, к примеру, написал более двадцати книг (до своей смерти в 2009 г.), но ни одна из них так и не была переведена. Практически то же самое можно сказать о его сирийском коллеге Сухайле Заккаре (который сам получил образование на Западе)[6].
Проблема заключается в подходе. Большинство историй крестовых походов, триумфальных или печальных, написано с использованием «традиционного подхода». Хотя этот подход сам по себе включает много разных аспектов, он считает крестовые походы частью средневековой или европейской истории и, что неудивительно, основывается на средневековых европейских источниках. К ним могут добавить разве что несколько пикантных анекдотов из немногих переведенных исламских или восточнохристианских источников[7].
В соответствии с традиционным подходом крестоносное движение зародилось в 1095 г. во Франции – в Клермоне, где папа Урбан II начал проповедовать крестовый поход. Тогда он потребовал, чтобы слушатели отправились в вооруженное паломничество, имеющее целью помощь христианам на Востоке и освобождение Святого города Иерусалима от мусульманской оккупации. Участники Первого крестового похода двигались нестабильно, то совершая рывок, то останавливаясь, но в итоге на Среднем Востоке было создано четыре крестоносных государства – на земле, которую они отвоевали у мусульман. Это графство Эдесса (в 1097 г.), княжество Антиохия (в 1098 г.), Иерусалимское королевство (в 1099 г.) и графство Триполи (в 1109 г.). В традиционном подходе присутствует хронологическое изложение истории каждого из этих государств – после побед Саладина начался их быстрый упадок – и крестоносное движение завершается захватом мамлюками Акры и изгнанием последних крестоносцев со Среднего Востока.
Не так давно историки признали существование феномена крестоносного движения и на других театрах военных действий – Альбигойский крестовый поход в Южной Франции (1208–1229) и Балтийские (северные) крестовые походы, начавшиеся в XIII в. Также внимание было направлено на «поздние крестовые походы», которые могли быть направлены против мусульман или нет. Но и в этих трудах традиционный подход оказывает влияние на их исследование крестоносного движения в другое время и в другой обстановке. Эти походы рассматриваются как некие придатки, а вовсе не неотъемлемые части традиционного повествования «Клермон-Акра». Короче говоря, традиционная история крестовых походов была уточнением и совершенствованием повествования, основанного почти исключительно на информации из европейских источников.
Даже во многих современных и более изощренных трудах по исламской истории, включающих крестовые походы, мы видим влияние традиционного подхода. В результате возникла ситуация, в которой крестовые походы представляются неким перерывом, приостановкой в большом повествовании, начинающемся с подъема ислама в VII в. В этом повествовании в конце XI в. европейцы неожиданно набрасываются, словно грубые невоспитанные гости, на ничего не подозревающий Левант, а в конце XIII в. исчезают, не оставив и следа.
Крестовые походы, однако, должны – и могут – восприниматься в контексте исламского мира, как активная часть динамичных отношений между средневековыми исламскими государствами и обществами от Испании до Ирана. Их следует понимать не как экзотический эпизод домоседливой средневековой истории, а как составную часть истории исламской цивилизации. Это предполагает необходимость в географических и хронологических пределах, отличных от тех, что обычно присутствуют в традиционном подходе. Приведем один очевидный пример: средневековые исламские источники (как и многие христианские источники, если на то пошло) никогда не называют рассматриваемые события «крестовыми походами». Такого слова нет в классическом арабском языке. Арабский термин, обозначающий крестовые походы, который используется сегодня, – lburub al salibiyya (крестовые войны), является современным неологизмом. Также арабские источники не считают, что эти события начались с клермонской речи папы Урбана II в 1095 г. и завершились изгнанием крестоносцев из Акры в 1291 г. Для них вторжение в Левант, ассоциирующееся с Первым крестовым походом, было выплеском европейской агрессии, начавшейся десятилетиями раньше, в XI в., в Испании и Сицилии. Эта волна позже дошла до Турции, Ирака, Сирии – Палестины, Египта, Средиземноморских островов и даже Аравии, а затем повернула к Средиземноморью и Восточной Европе. Точка была поставлена только османскими завоеваниями на Балканах в конце Средневековья и, возможно, даже позже. В общем, предмет этой книги – пути и способы противодействия мусульман новой форме агрессии.
Следует отметить, что эта книга не претендует на всестороннее и всеобъемлющее исследование крестовых походов. Для этого потребовалась бы обширная команда ученых[8]. Это всего лишь попытка изложить историю крестовых походов, как ее понимали средневековые мусульмане[9]. Это вовсе не мусульманская история крестовых походов, и уже тем более не история крестовых походов мусульманина. Я не мусульманин, и было бы самонадеянно позволить себе рассуждать о том, как мусульмане сегодня оценивают свою историю. Я говорю об «Исламской истории», иными словами, изучаю прошлое людей, живших в исламском мире – в районах, где правящая элита и (обычно) большинство населения были мусульманами.
Начинать историю крестовых походов до того, как они появились и в местах, далеких от Клермона или Иерусалима, – значит почти наверняка сбить читателя с толку. Но именно первичная дезориентация может иногда привести к новым горизонтам. Как статуя Саладина в Дамаске, она застает нас врасплох и подталкивает к необходимости узнать что-то новое о нашем прошлом.
Глава 1
Обитель ислама
Возможно, Гарун ибн Яхья заблудился или оказался не в то время не в том месте, но он никогда бы не оставил следа в исторических документах, если бы не попал в плен к грекам у побережья Палестины, и было это приблизительно в конце IX в. Возможно, Гарун был мусульманином, хотя некоторые ученые считают его восточным христианином. Его увлеченность цифрами предполагает коммерческий склад ума. Он мог быть ученым, шпионом или чиновником. Нам точно известно лишь одно: после того как его захватили в плен византийские греки, он жил ради того, чтобы рассказывать. Ему принадлежит первое описание Европы на арабском языке, полученное из первых рук[10].
В отличие от большинства пленных, после освобождения Гарун не поспешил вернуться домой, в место, которое мусульмане называли Обитель ислама – dar al-islam. Вместо этого он предпочел (или, не исключено, был вынужден) проводить время среди неверных, в Обители войны – dar al-barb. Византийцы, захватившие Гаруна, привезли его вместе с другими пленными в Константинополь (современный Стамбул), столицу Византийской империи, греческого христианского соседа и извечного врага dar al-islam. После освобождения Гарун сделал несколько осторожных, хотя и весьма романтичных наблюдений о вражеском городе, его размерах, богатстве, чудесных памятниках, великолепии императорского дворца и пышности придворных церемоний, а также о некоторых религиозных обычаях. Затем он отправился в большое путешествие – из Константинополя на запад через Балканы в Салоники, мимо «деревни, называемой Венеция» в Рим, который он описал, смешивая реальные факты и легенды, в точности так же, как Константинополь.
К примеру, он упоминает огромный собор Святого Павла, в котором находятся гробницы апостолов Петра и Павла. Далее Гарун сообщает, что в церкви есть высокая башня, увенчанная куполом, на котором сидит бронзовая птица. Когда созревают оливки, ветер дует через эту птицу, издавая громкий звук, заставляющий всех птиц в округе слетаться в город, причем каждая несет оливку, обеспечивая церковь оливковым маслом до следующего года. Представляется, что Гарун не ездил дальше Рима, хотя он повествует, что за Римом – к западу от Альп – расположена земля христианского народа, известного как франки, а за франками лежит земля Британия, которую он называет (не зная о достижениях ирландцев) «самыми дальними римскими территориями, дальше которых нет цивилизации».
Данное Гаруном описание диковин двух столиц христианского мира – Константинополя и Рима – привлекло внимание последующих поколений арабских географов. Труд Гаруна утрачен. Мы знаем о нем только благодаря цитатам более поздних географов. Со временем мусульмане лучше узнали Византию как противника и соседа. Но Рим и другие земли Запада оставались для них окутанными покровом тайны. Около 1070 г., только за поколение до начала Первого крестового похода, описание Гаруна пространно цитировалось географом из региона, охватывающего современную Испанию и Португалию. Мусульмане называли его Аль-Андалус – такое название он носит и в этой книге. Тот факт, что андалусский географ аль-Бакри использовал старый рассказ Гаруна как источник информации о Риме и его окрестностях спустя два века после его написания, предполагает, что его сведения о стране и людях, откуда началось крестоносное движение, были, мягко говоря, устаревшими. Знания мусульман о Европе и ее населении, как, впрочем, и о других частях света, были причудливой смесью фактов и вымысла. И только к концу XI в. они стали более точными[11].
К этому времени аль-Бакри смог дополнить древнее повествование Гаруна более современной и надежной информацией, хотя мы не знаем, откуда он ее получил. «Город Рим, утверждает Бакри после большого отрывка из Гаруна (возможно, в порядке уточнения), расположен на равнине, окруженной на некотором расстоянии горами. <…> Он имеет 40 миль в окружности и 12 миль в диаметре. Через него протекает река Тибер [Tibrus]». После топографических деталей автор переходит к описанию города и его достопримечательностей:
«Делами в Риме заправляет папа [al-baba]. Каждый христианский государь, когда встречается с папой, должен пасть ниц перед ним. Он целует ноги папы и не поднимает головы, пока папа не приказывает ему подняться.
Древний Рим назывался Рома Веккья (Roma Vecchia) [Рума Бакия (Ruma Bakiya)], что означает „старый“. Город окаймляла река, и епископ Иоганн построил другой город на противоположной стороне речной долины, и так получилось, что река оказалась в городе. …В городе Риме есть церковь Святого Петра [kanisat Shanta Patar], где есть изображение Карла Великого [Qurulah] с золотом на бороде и на всех его облачениях, стоящего среди толпы с суровыми лицами, поднятого над землей на деревянном брусе, как распятии. <…> Стены церкви из желтой римской меди, а колонны и столбы из Иерусалима. Она очень изящная и красивая. Внутри церкви есть придел, построенный в честь апостолов Петра и Павла».
Несмотря на путаницу в некоторых деталях, мы видим довольно точное и узнаваемое описание Рима и собора Святого Петра, которое аль-Бакри, вероятно, получил от очевидцев – монахов или паломников, посетивших родную для аль-Бакри Испанию. Искажено, но тем не менее узнаваемо описание некоторых обрядов латинского христианства, практикуемых в Риме. Учитывая, что для сравнения аль-Бакри служил ислам, его религиозные законы и ритуалы, вряд ли можно было ожидать от автора безусловной объективности. Далее он пишет:
«Христиане начали считать воскресенье особым днем, утверждая, что мессия воскрес в ночь на воскресенье и вознесся на небеса после встречи с апостолами. Они не соблюдают практику обмывания усопших или проведения омовений перед молитвой. <…> Они не принимают Евхаристию до того, как скажут: „Это твоя (имеется в виду мессии) плоть и кровь, а не вино и хлеб“. Никто из них не берет в жены больше одной женщины и не берет наложниц. Если она совершает прелюбодеяние, он может расстаться с ней, а если он совершает прелюбодеяние, она может расстаться с ним – у них нет надлежащего развода. Женщины наследуют две доли, а мужчины – одну…
У них посту не придается большого значения: нет необходимости соблюдать его строго. По их понятиям, его истоки уходят к посту, который соблюдал мессия, как они утверждают, желая защитить себя от сатаны. Но его пост длился сорок полных дней, включая ночи, по крайней мере, так они говорят, но они никогда не постятся хотя бы один полный день или ночь. <…> Даже если кто-то избегает молитв и поклонения всю свою жизнь, никто не говорит о нем плохо и не считает его виновным.
Книга христиан – та, что содержит полный свод их законов… не содержит больше 557 пунктов. Среди них, несмотря на их малое количество, есть выдуманные, которые не имеют смысла и являются совершенно необъяснимыми и никогда не происходили в прошлом или настоящем. Их правила идеального поведения берутся не из откровений или других высказываний пророка, а исходят от государей».
В этом повествовании есть два особенно важных момента. Первый заключается в том, что, несмотря на ошибки, осознание аль-Бакри латинского христианства, его ритуалов и законов, является удивительно детальным. Конечно, этого можно было ожидать от мусульманина, прожившего всю жизнь в Испании, где много христиан жило под мусульманским правлением. Да и до границ латинского христианского мира было близко. Другой момент – его понимание отношений между христианством и исламом. Для него христианство во всех отношениях проигрывает. Если для мусульман особый день – пятница, у христиан это – воскресенье. Если мусульмане чрезвычайно требовательны к ритуальной чистоте, христиане – нет. Для мусульман брак и развод – простые открытые договорные акты, в которых доминируют мужчины, у христиан это моногамные эмоциональные общедоступные отношения. В исламском законе женщина может унаследовать половину того, что наследует мужчина, а у христиан (согласно аль-Бакри) наоборот. Христианский пост – шутка в сравнении со строгостями мусульманского рамадана или периодических постов, которые соблюдают мусульмане. А христианский «закон» не является, как в исламе, всеобъемлющим наставлением, определяющим все аспекты жизни, согласно воле Всевышнего, а представляет собой всего лишь собрание королевских указов. В рассказе чувствуется, как сожалеет об этом аль-Бакри.
Наблюдения Гаруна и аль-Бакри о Риме и латинском христианстве – хорошее начало для исламской истории крестовых походов, поскольку они содержат смесь точной информации, ошибок и неточностей и откровенных фантазий, что было типичным явлением для средневековых (не только мусульманских) трудов о других культурах. Сверх того, эта смесь содержит довольно много исходных материалов, которые были развиты более поздними поколениями мусульман, которые старались понять мотивы и характер латинских христиан, вторгшихся в исламский мир и там обосновавшихся. Образованные средневековые мусульмане на самом деле были достаточно хорошо знакомы с Европой и ее народами. И если мусульманские авторы не всегда были точны, сообщая информацию о Европе, латинские христиане, по крайней мере, не испугали их, словно лупоглазые троглодиты – как сказано в некоторых повествованиях о крестовых походах. В целом народы Европы действительно занимали особое и не вполне явное место в мусульманском понимании мира. Но чтобы понять это, следует рассмотреть карты.
Мир вверх тормашками
Насколько нам известно, аль-Бакри не включил карты мира в свой географический труд (хотя он составил интересную схему Иерусалима). Но многие его коллеги-географы составляли карты, которые выглядели примерно одинаково, поскольку их представление о мире было взято из древней эллинистической картографии, в первую очередь из трудов жителя Александрии Птолемея. Возможно, самая известная средневековая исламская карта мира появилась в манускриптах трактата марокканского географа XII в. аль-Идриси, и потому она обычно приписывается ему[12]. Идриси написал свой труд уже после начала крестовых походов. (На самом деле труд был выполнен в 1154 г. для Рожера II, христианского короля Сицилии.) Несмотря на дату и удивительно подробное описание Западной Европы, Англии и даже Ирландии, представление автора о мире было в высшей степени условным. Для удобства мы предположим, что таким было типичное представление мусульман о мире вообще и местонахождении их соседей в частности до начала крестовых походов.
Современные читатели при первом взгляде на карту Идриси оказываются дезориентированными. Вроде бы вполне очевидно, что светлые участки – это земля, темные – вода, волнистые линии с ответвлениями – реки. Значит, маленькие светлые пятнышки – разные острова. Темные неровные шарики – должно быть, горы, а длинные, похожие на сороконожек цепи из таких шариков – горные цепи (что же еще?). Это нормальный и доступный способ изображения мира. Но какого мира? Для современного взгляда карта Идриси представляется неземной.
Пока не перевернешь ее вверх тормашками.
И теперь она приобретает смысл. Конечно, направление стрелок компаса – условность. Нет никаких причин – научных или каких-либо еще, чтобы север находился вверху карты. У большинства мусульманских картографов север традиционно располагался в нижней части карты. На наш современный взгляд, их мир был в самом буквальном смысле слова перевернут. Идриси сказал бы то же самое о нашем мире. Карта 1 – это карта Идриси с современными названиями, но ориентированная согласно древней исламской моде. В центре карты мира Идриси, в которой юг сверху, располагается не Иерусалим, как на многих средневековых христианских картах, а Аравийский полуостров и священный для мусульман город Мекка, занимающий центральную часть центрального клайма (одной из широтных зон земли, ограниченной параллельными линиями на карте). Это доказательство совершенства созданной Богом колыбели ислама. В этом мире доминируют не Средиземноморье и Европа, а Индийский океан и Африка, которая вырисовывается на юге на большей части верхней половины карты. Африканский рог простирается далеко к восточному (слева) горизонту, остальная часть континента показана без границ и занимает всю южную часть – однообразная пустота terra incognita. Из всего этого континента узнаваемо только средиземноморское побережье Северной Африки, от Египта на востоке до Марокко на западном краю мира. Река Нил течет с юга на север, вдоль нее – два горных хребта. Любопытно изображение истока Нила – он стекает многочисленными ручьями с мифических Лунных гор в три больших круглых озера.
