Материк. Туманы и тени

Дорога петляла среди низких холмов, утопая в зелени весенней травы. Вечернее солнце бросало последние лучи, окрашивая горизонт в оранжево-красные тона. По дороге неслась резвой рысью кобыла, распугивая птиц. В королевстве Сарита́ния лошади славились скоростью и выносливостью, поэтому она двигалась быстро, несмотря на двух седоков. Молодая рыжеволосая девушка и её спутник — похожий на дикаря воин — сидели верхом. Их лица были полны тревоги, тени преследования витали за спиной. Дикарь определенно не был человеком и жителем королевства: его отличали от людей необычные кошачьи голубые глаза с вертикальными зрачками. Таких, как он, ва́лдрингов, практически никогда не встречали за пределами леса.

— Ты уверена? — голос воина прозвучал резко и напряжённо, выдавая беспокойство. — Назад дороги уже не будет. Ты станешь изгоем в Саритании, связавшись со мной.

— Я решила всё ещё тогда, когда впервые увидела тебя и впустила в свой дом, — тихо ответила она, её глаза блестели, отражая освещённую солнцем зелень.

— Ты знала, кто я… и всё равно осталась, — он обнял её крепче, его голос стал мягче, почти нежным.

— Я видела не когти и не зверя, не демонического оборотня. Я видела человека, который спас мальчишку в деревне от бандитов, рискуя собой. Тогда я всё поняла.

Воин усмехнулся:

— Этот мальчишка тогда ещё плюнул в мою сторону и убежал. Я думал, ты тоже сбежишь.

— Я осталась. И остаюсь сейчас. Пусть весь мир отвернется от нас, но я буду с тобой.

— Я не ожидал, что в мире людей кто-то может отнестись ко мне так, — сказал воин. — Тем более — полюбить.

Девушка улыбнулась, чуть замедлив лошадь.

— Я оставила всё позади, — произнесла она. — Я не буду жить среди тех, кто истребляет таких как ты, словно чудовищ. Я устала слушать ложь и хочу увидеть твой дом, какой он на самом деле.

Вдалеке позади послышался топот копыт. Воин с его звериным чутким слухом распознал его и понимал: солдаты королевства Саритания преследовали беглецов. Он уже уловил звон доспехов и яростные крики. Вооруженные всадники показались на далёком холме, поднимая пыльное облако. Девушка прижалась к сидевшему позади спутнику, её сердце билось учащённо. Липкое чувство опасности снова проникло в грудь.

— Они догоняют нас, — произнёс воин, коснувшись рукояти меча. — Нам нужно как можно быстрее добраться до Тёмного Леса. Мы уже совсем близко.

Девушка взмахнула поводьями, и кобыла рванула вперёд, преодолевая пространство, словно тень, скользящая по земле. Воин крепче ухватился за спутницу, чтобы не слететь вниз. Вдали виднелись мрачные силуэты деревьев, стоявших как стражи на границе неизвестного. Лес был их единственным шансом на спасение. Таких, как этот дикарь со звериными глазами, в королевстве убивали, не раздумывая. Скоро первые ветви с листвой заслонили горизонт.

Тёмный Лес. Место, о котором рассказывали страшные истории.

Говорили, что в нем до сих пор обитают монстры Эпохи Ужаса, что с ними живут оборотни, пожирающие людей, а также скрываются головорезы-великаны, которые устраивают кровавые набеги на прибрежные деревни Саритании. Эти истории девушка впитала с детства, и лишь сейчас она оказалась здесь.

Лошадь не снижала темп, хотя уже начала покрываться пеной. Доносящиеся сзади крики чуть поутихли, но не давали замедлиться. Всадница смотрела по сторонам.

Лес вокруг был древним, и его густая листва скрывала от взгляда небеса. Внутри него было почти темно, хотя за его пределами ещё царил дневной свет. Огромные стволы деревьев с ярко-зелёной корой возвышались, как колонны какого-то забытого храма. Это были легендарные изумрудные деревья Тёмного Леса, известные своей способностью жить тысячелетиями. Их древесина привлекала состоятельных покупателей на рынках королевства, но лесные племена не позволяли её добывать. Её возлюбленный воин был из тех, кто отгонял лесорубов прочь.

Загадочные шорохи наполняли воздух. Тени мелькали в зарослях.

— Этот лес живой, — громко произнесла девушка, её голос дрожал. — Он смотрит на нас…

— Лес знает… кто мы, — послышались слова воина. — Местные духи не тронут нас.

Беглецы ещё не успели забраться глубоко в чащу, когда дорога преодолела очередной овраг, и их взору открылось огромное поваленное дерево, перекрывшее путь вперёд. В обход преграды шла свежая протоптанная тропа между густыми зарослями кустарника. Это всё выглядело довольно подозрительно, но шум погони позади не оставлял выбора. Девушка направила лошадь по тропе.

Опасения были не напрасны: еще одна группа солдат Саритании поджидала их, укрывшись в буйной растительности. Установленная поперёк тропы преграда из бревна на опорах заставила девушку остановить кобылу. Лучники окружили их с решимостью в глазах, луки были подняты, стрелы — направлены на беглецов. Сердце девушки сжалось, лицо побледнело: они угодили прямо в ловушку.

— Волей короля Илаи́ма, стоять и не двигаться! — раздался грубый голос десятника. Он шагнул вперёд, и его лицо исказилось в злорадной гримасе, когда он разглядел кошачьи глаза воина.

— Ага! Оборотень! Вот ты и попался!

— Второй за сегодня! — радостно отозвался другой солдат. — Честно признаться, у меня мурашки от этого места, но ещё немного — и награда за этих тварей заставит меня забыть об этом.

Десятник перевёл взгляд на девушку.

— А ты как оказалась в компании этого отродья? Не волнуйся, мы отправим тебя домой.

Солдат поднял руку, подав знак своим не спускать стрелы. Медленно обходя лошадь со стороны, он вновь обратился к валдрингу:

— Бросай меч, живо!

Воин крепче сжал рукоять меча, его звериные глаза сузились. Мужчина понимал, что сражаться бесполезно, и он лишь подвергнет спутницу опасности. Он бросил короткий взгляд на неё. Решение было принято. Хотя бы перед смертью — он должен был попробовать, не смотря на табу во всех племенах леса.

Коснувшись плеча подруги, воин впервые воспользовался даром, чтобы окунуться в её мысли. Он знал — это было опасно для его рассудка, ведь она не валдринг, не такая, как он. Он знал, что от этого сходят с ума и умирают, но к чему эти древние запреты, если жить осталось считанные минуты.

— Ну что застыл, чудовище? — послышался нетерпеливый голос десятника, но валдринг почти его не слышал.

Внутри разума возлюбленной, среди отчаяния и тревоги, он увидел обрывки воспоминаний, как она впервые коснулась его плеча у очага. Как смеялась, когда он неуклюже пытался танцевать. Как прикрыла его, когда солдаты впервые появились у деревни. Эти воспоминания были для неё очень дороги. Как и для него.

— Ты оглох? — заорал десятник. — Брось оружие, и смерть будет быстрой.

Воин хотел ответить, но в этот момент в мыслях подруги, среди парализующего её ужаса, мелькнуло иное, неожиданное видение: образ их будущего ребёнка, прекрасной и сильной дочери. Она была уже взрослой девушкой в окружении валдрингов, и каким-то образом чувствовалось, что она особенная, будто этот мир уже давно ждал её появления. Картинка была настолько чёткой, что не было никаких сомнений: такой станет их дочь спустя пару десятков лет. Увидеть её сквозь пелену времени было настоящим чудом. И этого было достаточно, чтобы пожертвовать собой ради них.

Валдринг кивнул и сбросил оружие на землю.

— Я похитил её! — громко заявил он и поднял руки в надежде, что так подруге удастся избежать наказания. — Я заставил её отвезти меня к лесу.

Девушка изумлённо взглянула на него.

— Они же убьют тебя… — прошептала она, но её слова утонули в насмешках солдат.

— Медленно слезай, без глупостей, — настойчиво прорычал десятник.

В следующий миг произошло что-то странное.

Услышав шелест листьев наверху, воин поднял голову. Ветви деревьев раскачивались от внезапного порыва ветра, как будто начиналась сильная гроза. Заметили это и солдаты, начав оглядываться по сторонам.

Ветер с каждым мгновением становился сильнее, кроны деревьев ходили волнами. Лес оглушительно зашумел, посыпались небольшие ветки, сорванные стихией. Сильный треск заставил всех обернуться. Сверху летела отломанная часть ствола изумрудного дерева, сбивая на своём пути поросль и побеги. Двое солдат с воплями попытались отскочить, когда их накрыло листвой. Одна из ветвей упавшего ствола сбила с опор бревно, преграждавшее путь.

Девушка, не раздумывая, ударила пятками по бокам кобылы.

— Никогда! — крикнула она.

Лошадь с ржанием прыгнула через препятствие, сбив копытами кусок коры. Солдаты не ожидали ни внезапного урагана, ни побега, но быстро опомнились, и стрелы полетели вслед. Прежде, чем беглецы укрылись за зарослями, одна из них попала в цель.

Воин стиснул зубы, почувствовав пронзающую боль в спине, но не подал виду. Рубаха постепенно становилась мокрой от крови, валдринг понимал, что долго он не протянет. Нужно было двигаться вперёд, столько, сколько получится, подальше от солдат. Чтобы она была в безопасности…

Крики лучников затихли позади. Беглецы прорвались в глубину леса, куда даже самые смелые солдаты королевства никогда не осмеливались заходить. Тёмный Лес стал убежищем влюбленных, но силы воина угасали.

Вскоре он не удержался и упал с лошади, его дыхание стало прерывистым. Девушка, ахнув, спрыгнула на землю и бросилась к нему, её сердце билось как никогда сильно. Увидев стрелу, торчащую из спины, она попыталась вытащить её, но валдринг её остановил. В его взгляде девушка увидела обречённость, но разум отказывался верить, что это конец. Мужчина покачал головой.

— Анри́н… — прошептал он, сжимая дрожащую руку возлюбленной. — Я побывал в твоих мыслях. И я видел то же, что и ты… нашу дочь… Она будет прекрасна. Позаботься о ней.

— Не говори так! Ты будешь с нами! — в отчаянии она прижала его руку к своему животу. — Чувствуешь? Она уже здесь… под моим сердцем. Не знаю как, но я видела её… какой она станет.

Воин слабо улыбнулся, сжимая её пальцы.

— Она похожа на тебя, — с трудом выговорил он, его дыхание становилось слабее. Кровь стекала из уголка рта и капала на грудь.

Она кивнула, слёзы текли по её лицу.

— Я люблю тебя, — прошептал он.

Его последние слова исчезли вместе с дыханием, и лес погрузился в молчание. Она отказывалась в это верить. Ком в груди перекрыл ей воздух. Как… Они были совсем близко к тому, чтобы их мечта сбылась. Ей хотелось, чтобы с неба спустился дракон и сжёг всех этих глупых солдат, и короля в придачу. Но это уже ничего не изменит. Его не вернуть.

Покров листвы изумрудных деревьев, под которыми они остановились, почти не пропускали свет. Ветер утих. Даже лес, казалось, скорбел вместе с ней.

Девушка, склонившись над телом любимого, почувствовала, как мир вокруг неё меркнет. Но даже среди этой тьмы была одна светлая точка — новая жизнь, которую она носила. Их дочь. Теперь это было всё, что имело значение в этом жестоком мире.

Она действительно видела её в своих мыслях как наяву, уже взрослой, будто заглянула через пелену времени далеко вперёд. Как и почему это произошло? Ей это было совершенно безразлично сейчас, когда рушились её мечты и скорбь наполняла сердце.

— Спасибо, То́ральв, — сказал мужчина с волчьими глазами, на его лице появилась улыбка. — Что бы мы без тебя делали?

Он нежно обнял спутницу, девушку с копной густых рыжих волос. Она была одета в простую, но удобную одежду из кожи и шкур, которая не скрывала её природную грацию. Её желто-зелёные глаза блестели в полумраке комнаты. Как и у Волка, они выдавали в ней жительницу Темного Леса. Таких хищных зрачков не бывает у обычных людей Материка.

— Мы очень благодарны, друг, — сказала она, её голос был мягким.

Торальв кивнул. Ему действительно нравилось находиться с этой неразлучной парой, и дружба с ними имела большое значение для него. В королевстве Саритания ходили дурные слухи о расе валдрингов, там на них была объявлена настоящая охота. Но Торальв знал их лично. Он знал, что они не монстры-оборотни, не чудовища. Год назад они спасли ему жизнь в Утерянных землях, когда на экспедицию напала группа оживлённых. Валдринги были охотниками на бродячих мертвецов, и именно благодаря Радужному Волку и Огненно-Рыжей Лисе алхимик выжил в той жуткой переделке.

А ещё валдринги создали для него посох из священного Изумрудного дерева, добавив к нему лезвие, и получилось древковое оружие наподобие вульжа или глефы. Теперь же у Торальва появился шанс отплатить друзьям за спасение и этот невероятный дар, создав редкое зелье, в поисках ингредиентов для которого пришлось изрядно попотеть. Зачем валдринги отправились за этим зельем на другой конец Материка — он по-прежнему не знал, но надеялся, что они откроют ему тайну.

— Какие у вас планы? — спросил Торальв, убирая в сумку ещё одну склянку.

— Как только получим зелье, мы вернёмся в Тёмный Лес, — ответила Лиса, её голос стал серьёзным. — Путь далёкий и непростой. Саританские солдаты слишком часто преследовали нас по пути сюда, да и в Пеллга́те было много проблем со стражей, несмотря на твоё письменное приглашение. Этот проклятый король Саритании, да поглотит его…

— Лиса, не надо, — перебил её Волк, его голос был спокойным, но в нём чувствовалась скрытая сила. — Проклятья не исправят то, что сделано королями.

Торальв понимал, что для Огненно-Рыжей Лисы эта тема была болезненной. Её отец, валдринг, ещё до её рождения был убит солдатами короля Саритании. Мать, которая была обычным человеком из королевства, умерла спустя пару лет от болезни в Тёмном Лесу. Полукровка Лиса осталась сиротой и выросла среди валдрингов. Радужный Волк, потерявший родителей в той же войне, не жаждал мести, но Лиса не могла этого забыть.

Тихий стук в дверь прервал размышления алхимика. В комнату заглянул светловолосый эльф, остановившийся в соседнем номере. На его синем плаще были вышиты золотые символы Объединённой Церкви: крест в круге с двумя торчащими концами полумесяца, напоминающими рога быка.

— Ты меня здорово выручил, Торальв! — улыбнулся гость. — Твоё зелье спасло мой живот от мучений. В ту забегаловку на окраине я больше ни ногой.

Пройдя в середину комнаты, он выложил на стол тёплый узелок, наполнивший пространство запахом выпечки.

— Я был на рынке и прихватил вам пирожков, ешьте пока горячие.

— Может, задержишься у нас, Ва́лес? — предложила Лиса. — Мы заварим травяной напиток.

Эльф покачал головой.

— Время для вечерней молитвы, да и устал я. Приберегите свои удивительные рассказы про Тёмный Лес на утро.

Когда дверь за гостем закрылась, постояльцы набросились на пирожки.

— В отличие от большинства, этот священник не видит в нас опасных чужаков, — проговорил Волк.

— Есть те, у кого что-то новое, необычное вызывает не страх, а интерес, — заметил Торальв, доставая из жаровни с углями котелок с закипевшей водой.

Алхимик наполнил кипятком кувшин, стоящий на столе. Густой пар поднимался, заполняя комнату уютом и ароматом трав.

Ночь окончательно поглотила Гарнак. Город, живущий яркой жизнью днём, словно вымер, погружённый в темноту. Лишь несколько огней едва мерцали в окнах, но и они не могли разогнать густую мглу, нависшую над улицами. Казалось, что сам воздух пропитан тайной, а тени сгущаются всё больше, скрывая каждый уголок.

Перед постоялым двором "Дом Повстанца" лишь слабый шорох нарушил ночное безмолвие. Три тёмные фигуры, как призраки, бесшумно пересекли площадь и приблизились ко входу. Дверь поскрипывала от старости, и ночные гости осторожно ступили внутрь, их присутствие тут же ощутил хозяин заведения. Он, как будто почувствовав неладное, вышел им навстречу, буквально преградив дорогу.

— Чем могу помочь столь поздним гостям? — голос его был спокоен, но за ним скрывалась напряжённость.

Первый вошедший, в длинном плаще и капюшоне, так и не снял покрывало с головы.

— Найдётся ли для нас комната? Желательно на верхних этажах, — голос пришельца был низким и холодным.

Хозяин приподнял бровь, слегка удивлённый таким специфическим запросом.

— На верхних? — переспросил он, насторожившись. — Есть место на четвёртом этаже, если вас это устроит. Но на втором есть более просторный номер.

Гость в плаще на мгновение замялся, потоптавшись на месте, словно это решение было для него важным.

— На первых этажах слишком шумно. Мы лучше возьмём комнату на четвёртом, — наконец ответил он.

— Два серебряника, — деловито проговорил хозяин, не спуская глаз с загадочных посетителей. Он принял пеллгатские монеты, а затем протянул им ключи.

Постояльцы не мешкая направились вверх по скрипучей лестнице, их тени растягивались по стенам, словно сами стены пытались предупредить об опасности. Хозяин бросил ещё один подозрительный взгляд им вслед, но не посмел их остановить.

В это время на третьем этаже в комнате по соседству с алхимиком Торальвом и его спутниками тихо звучала мелодичная молитва. Эльф-священник, облачённый в синий плащ, стоял перед столом с закрытыми глазами. В его руках лежал небольшой короб, на котором был изображён символ Объединённой Церкви — тот же, что и на плаще.

— Алиэна́ль, создатель Кругов и посеявший великое Семя… Пусть длится твоё правление в корнях и ветвях Древа Мира… — шёпотом молился он эльфийскому верховному богу, каждая фраза отдавалась в тишине, словно придавая комнате магическую ауру.

Когда молитва была окончена, эльф бережно положил короб на стол, но едва он сделал это, как из коридора послышались глухие шаги. Он не придал этому значения, пока с треском не вылетела дверь. Эльф развернулся, и его лицо исказилось от ужаса. В дверях стояла фигура в чёрном плаще, держащая в руке клинок. Лезвие мгновенно устремилось вперёд, и прежде, чем священник успел хоть что-то предпринять, клинок нашёл своё место в его животе. Короткий вскрик — и он, спотыкаясь, рухнул на стол, уронив со звоном посуду, прежде чем окончательно обессилеть на полу.

Из соседней комнаты доносилась возня. Убийца, осмотревшись, жестом дал своим спутникам команду выйти в коридор. Они молча вынули мечи, готовясь к битве. Сам убийца откинул капюшон, открыв лицо с белеющим косым шрамом через лоб и эльфийскими ушами. Взгляд его холодных серых глаз рыскал по комнате в поисках и, наконец, остановился на маленьком коробе на столе. Эльф схватил находку и заглянул под крышку. Его губы искривились в жестокой улыбке.

В этот момент из соседней комнаты на шум выскочил Торальв, его зелёный посох-глефа блеснул лезвием в свете тусклой лампы. За ним появились Лиса и Волк — готовые к сражению, с решимостью в глазах, как у тех, кто не впервые сталкивается со смертельной опасностью.

— Уходите обратно в номер, — зашипела одна из фигур в чёрном, перегораживая проход. — Здесь не на что смотреть.

— И всё же, — не унимался Торальв, осторожно обходя незнакомца, — позвольте убедиться, что наш сосед в порядке.

— Сейчас ты убедишься, что влез не в своё дело! — с этими словами бандит бросился на алхимика.

Он активно атаковал, оттесняя Торальва назад по коридору, пока его напарник занялся валдрингами. Разодрав оружием зелёный рукав алхимику, он сделал ещё один замах, целясь мечом в голову. Торальв, защищаясь, поймал его клинок лезвием глефы. Собрав все силы и оттолкнув меч в сторону, он резко ударил остриём по ноге противника, заставив того упасть на пол.

Второй бандит несколько раз попытался нанести удар Волку, но тот, словно предугадывая его действия, уворачивался в сторону, а Лиса, подловив момент, выскочила вперёд и нанесла врагу смертельный удар мечом. Тело упало на пол с глухим грохотом.

— Торальв, присмотри за раненым! — крикнул Волк, устремившись к двери соседа.

Однако, прежде чем Торальв успел приблизиться, раненый бандит развернул клинок и вонзил себе в живот. Испустив последний выдох, он распластался на полу. Валдринг удивлённо переглянулся с Лисой и алхимиком, после чего ворвался в комнату эльфа.

Убийца уже исчез. На полу в луже крови лежал мёртвый священник, а окно было распахнуто. Волк бросился к окну и увидел, как верёвка, по которой убийца спустился вниз, уже догорала, объятая пламенем и густым чёрным дымом.

— Он ушёл, — тихо произнёс Волк, оглядываясь. — Это были его сообщники, а сам он ловко сбежал. Он готовился к этому заранее.

Лиса, уже осматривавшая пол, тихо произнесла:

— Он спешил, его следы в крови. Его наверняка можно выследить.

— Но почему его слуга убил себя? — с недоумением спросил Торальв. — Я видел в их глазах что-то, будто они заранее были обречены.

— Хотелось бы узнать, — тихо ответила Лиса, её глаза сузились от напряжения. — Бедный священник…

Все трое замерли на мгновение, стоя над телом убитого. Совсем недавно они мило беседовали с ним у себя в комнате, а теперь его нет, лишь тело лежит в крови среди осколков и щепок. Тишину через какое-то время нарушил гул шагов — стража Гарнака уже была близко, её топот раздавался на первом этаже, стремительно приближаясь к комнате.

Разбирательства со стражниками были долгими и выматывающими. Капитан распорядился немедленно отвести валдрингов в темницу, и лишь заверения Торальва заставили его передумать. Работая в Доме магов могущественного королевства Пеллгат, алхимик обладал некоторым статусом, так что начальник стражи решил не рисковать. Да и слова хозяина постоялого двора говорили в пользу того, что соседи священника не убивали его. Наконец, несколько монет сделали своё дело, и капитан уступил.

— Вам придётся остаться в своём номере на время поиска улик как минимум до завтра, — подытожил стражник. — Убийство священника Объединённой Церкви — это слишком громкое преступление, и мы не можем вот так просто вас отпустить. Вы будете под присмотром стражи.

Наутро к едва пробудившимся постояльцам уже пожаловали новые гости, которых учтиво пропустили дежурившие в коридоре стражники. В сопровождении белокурой молодой эльфийки в комнату вошёл высокий человек с прямыми чертами лица и короткой стрижкой, одетый в серую рясу с теми же символами, как у убитого священника. Его кожа была более смуглой, чем у Торальва, что вместе с тёмным цветом волос выделяло его как представителя южного народа харвов. Люди этого народа некогда обитали в землях, на которых теперь раскинулось королевство Харфара́д. Увидев необычный облик и глаза валдрингов, посетитель приподнял брови, но быстро взял себя в руки.

— Меня зовут Крид, — представился незнакомец, — я священник храма Объединённой Церкви в Гарнаке. Я должен был встретить здесь Валеса Светлоголового, да обретёт он благосклонность Тариуса на небесах.

Священник указал рукой на эльфийку, стоявшую рядом.

— Это Айри́ль, мой друг и ученик. Она практикует магию и помогает мне в делах Церкви.

— Торальв, алхимик Данна́кского Дома магов. Это Радужный Волк и Огненно-Рыжая Лиса из Тёмного Леса, — представил всех алхимик.

Услышав необычные имена, эльфийка едва не рассмеялась, но с трудом подавила улыбку. Крид же оставался серьёзен.

— Перейду сразу к делу, — священник внимательно оглядывал постояльцев. — Мне стало известно, что вы стали свидетелями убийства, произошедшего накануне.

Торальв и валдринги кивнули. Крид извлёк из сумки пачку документов с печатями Церкви, но, заметив отсутствие интереса со стороны собеседников, быстро убрал их обратно.

— Убийца похитил нечто очень важное, — продолжил священник. — Эта реликвия имеет большое значение для Объединённой Церкви. Епископ в Гарнаке поручил мне разыскать убийцу и вернуть украденное. Мне нужна любая информация, которая поможет в поисках.

— Убийца сбежал через окно, прежде чем мы бы смогли его остановить, — повторил Торальв историю, которую уже рассказывал вчера страже. — Он определённо хорошо подготовился и знал, где находится жертва. С ним были двое помощников, которые помогли ему сбежать. Один из них убил себя, чтобы не попасть в плен.

— Выследить медведя сложнее, чем этого вора, — не удержалась Лиса от комментария. — Он вляпался в кровь, и это позволит различить запах его следов ещё какое-то время.

Священник Крид удивлённо поднял брови и переглянулся с Айриль. Эльфийка кивнула головой, и они вдвоём вышли в коридор мимо стражников и скрылись из виду.

Было похоже, что они вышли обсудить что-то без свидетелей. Торальв озабоченно посмотрел на Радужного Волка. Когда священники Объединённой Церкви что-то от тебя скрывают, это не к добру. Алхимик знал, что у валдрингов чувства были более чуткие, чем у обычных людей. Лиса безупречно распознавала запахи не хуже охотничьих собак, а у Волка был острый слух. Однако валдринг, прислушиваясь к звукам в коридоре, покачал головой, прошептав:

— Не могу разобрать, как будто что-то глушит их разговор. Как через подушку.

Прошло несколько минут, прежде чем священник с эльфийкой вернулись. Крид подошёл к Лисе и пристально посмотрел в её глаза.

— Ты можешь его выследить? — служитель Церкви подался вперёд. — В смысле, сама?

Девушка растерянно собиралась с мыслями. Возможно, стоило меньше демонстрировать свои навыки перед священником и стражей.

— Лиса — профессиональная охотница, — подтвердил Волк, понимая, что уже нет смысла этого скрывать.

— Объединённая Церковь служит богам на территории почти всего Материка, — Крид начал со всем известных фактов. — Во многих королевствах стоят наши храмы, которые исповедуют веру разных рас и народов. Наша организация едина и не ограничена рубежами королевств. Вы ведь лесные люди из Тёмного Леса. Наша епархия из Саритании была бы рада заполучить вас.

Волк почувствовал холод в сердце и то же самое ощутил в эмоциях Огненно-Рыжей Лисы. Их обоих накрыл ужас от мысли про плен в темницах Саритании и неминуемую казнь. Для валдрингов почувствовать мысли и ощущения друг друга было так же естественно, как прислушаться к словам или приглядеться. Но к представителям других рас это не относилось. Даже если бы не было жесткого табу на чтение мыслей иноземцев — вряд ли это бы сработало.

— К счастью, не все епархии разделяют убеждения властей Саритании касательно вашего народа, — священник понизил голос, будто собирался вступить в сговор с собеседниками. — Мы закроем глаза на ваше происхождение, если только вы поможете нам выследить убийцу. Более того, Объединённая Церковь щедро вознаградит вас, если вы поймаете его.

Он сделал паузу, внимательно изучая реакцию собравшихся.

— Что касается меня, я не против задержаться в окрестностях Гарнака, — алхимик понимал, что его друзья могут попасть в беду в случае отказа. — Здесь растут редкие травы.

На какое-то время в комнате воцарилась тишина.

Волк мысленно поделился с подругой своим согласием. Попасть в плен властям Саритании означало гибель. Да и награда была бы очень кстати, деньги пригодятся для путешествия домой, путь предстоял не близкий. Был ещё один довод: просьба старейшины племени в Тёмном Лесу наладить связи во внешнем мире. Пока что они в этом не преуспели, но, может, сделка с Объединённой Церковью поможет привлечь внимание священников к действиям властей Саритании? Надо лишь выследить, куда отправился бандит…

Все взгляды обратились к охотнице. Лиса закрыла глаза. Предсмертный крик убитого эльфа всё ещё звучал у неё в памяти. Священник был добрым и отзывчивым, он был из тех, кто относился к валдрингам, как к равным, а не опасной или мерзкой диковинке. В глубине души она хотела отомстить за него, даже если бы сегодняшние гости не шантажировали их.

— Этот убийца не должен уйти, — мрачно произнесла Лиса. — Он будет наказан.

Солнце поднялось уже высоко, когда отряд вышел из дверей постоялого двора во главе со следопыткой Лисой. Компания была весьма разнообразна: алхимик Торальв, священник Крид, эльфийка-маг Айриль и двое валдрингов. Прохожие удивлённо таращились на них, перешёптываясь. В Гарнаке валдрингов не видели уже десятки лет, и лишь немногие знали об их существовании. Хоть этот город издавна славился пестротой своего населения и был плавильным котлом многих культур и рас, горожане, завидев звериные глаза и варварские одежды Волка и Лисы, не могли сдержать любопытства.

Столица была уже давно поглощена дневной суетой. Шумные повозки катились по улицам, жители Гарнака спешили по своим делам, а воздух наполнился криками торговцев и попрошаек. Люди лавировали между повозками, при этом умудряясь не попасть под выливаемые из окон помои. Жизнь в столице шла своим чередом — привычный хаос большого города. Но были и более тихие места.

Процессия искателей двигалась по узким, безлюдным переулкам, по тем самым, где вчера скрывался убийца. Это помогало не потерять следы. Лиса, ведомая своим острым, нечеловеческим чутьём, вела их по следу, периодически припадая к брусчатке. Её рыжие волосы развевались на ветру, а жёлто-зелёные глаза внимательно всматривались в мостовую. Она старалась не потерять запах крови убитого священника и мягкой кожи башмаков вора среди городского смрада, наполненного вонью помоев и нечистот. Жизнь в городах был для охотницы настоящим испытанием, и она с тоской вспоминала свежий воздух Тёмного Леса.

Следы вели их к южной городской стене. Эти места помнили времена войны Пятерых Магов, когда Гарнак был ключевым бастионом. Стены города тогда были разрушены, но после Эпохи Ужаса их частично восстановили, хотя в памяти жителей они оставались символом прежних бедствий.

В этом месте стена была невысокой. Волк, подойдя к Лисе, помог ей взобраться на каменную кладку. Она ловко вскарабкалась на старые камни, оглядываясь вокруг. Запах крови Валеса уже почти выветрился, но на земле за стеной виднелись отчётливые отпечатки лошадиных копыт на мягкой земле. Следы уходили на юг.

— Он ускакал на лошади! — крикнула Лиса, глядя вниз на своих спутников.

— Надеюсь, он не успел уйти далеко, — пробормотал Крид. — Нам придётся вернуться за снаряжением и продолжить преследование. Церковь предоставит нам лошадей.

Охотница посмотрела в степную даль. Досада и нетерпение смешались внутри. Преследование убийцы угрожало затянуться, уводя валдрингов всё дальше от дома, а присутствие священника и эльфийки не давало спокойно пройти первое обращение без лишних свидетелей. Лиса почувствовала возлюбленного в своих мыслях: он мягко внушал ей утешение и веру в то, что Небесное Око следит за их судьбой.

«Если не можешь изменить — доверься», — мысленно проговорила она и стала спускаться по камням обратно.

Айриль поднесла руки ко рту и громко крикнула имя алхимика. Её голос разнёсся по степи, нарушив зловещую тишину ночи.

Ответа не последовало, слышались лишь шорохи и редкий писк ночных существ. Священник и эльфийка спустились на землю, чтобы размять ноги.

— Как далеко уехал этот вор? Как вообще вышло, что он стащил артефакт у нас из-под носа? — проворчал в темноту Крид. — Не думал я, что это дело так затянется, мы уже полтора дня за ним следуем.

— Мы должны следовать за ним, чего бы это нам ни стоило, — твердо проговорила Айриль. — Мы не можем всё бросить на пол пути. Поверь, оно того стоит. Ты ведь не испугался?

Священник взмахнул рукой, желая опровергнуть эти слова.

— Я…

Внезапно из темноты раздались шаги — это был Торальв. Он вёл за собой двух лошадей и выглядел очень взволнованно. Крид и Айриль вопросительно посмотрели на него.

— Лиса… Она… Когда она в очередной раз спустилась разглядеть следы, она… вдруг превратилась в настоящую лисицу! — выпалил алхимик, едва переводя дыхание.

— Что? — переспросила Айриль, будто не расслышала слов. — Как это, в смысле — в зверя?

— Да! — алхимик размахивал руками. — А Волк погнался за ней… Я не верю своим глазам! Ведь они не… это же не может быть правдой!

Крид, нахмурив брови, задумчиво посмотрел на алхимика.

— Ты уверен в том, что видел? — спросил он.

— Шерсть… лапы… всё это произошло слишком быстро, но в то же время плавно. Как будто это естественно для неё… — пробормотал Торальв, явно потрясённый увиденным. — Я всегда думал, что это выдумки…

— Занятно, — тихо сказал Крид. — Неужели правы паладины Саритании? Они и правда монстры-оборотни и опасны для нас? Вдобавок, тролли могут проснуться в любую минуту. Нам нужно найти укрытие. Айриль, освети нам путь с помощью магии.

Эльфийка уже начала колдовать, создавая маленький огонёк, чтобы осветить путь. Но её руки дрожали: в воздухе было что-то зловещее, и каждая тень казалась живой. Потоки энергии почти не слушались её, медленно формируя сгусток пламени.

— Нет, они точно не монстры! — твердо отрезал алхимик. — Во что бы она ни превратилась, то, что говорят в Саритании — ложь. Быть может, это была иллюзия?

— Маги Агно́ра умеют что-то подобное, — заметила Айриль.

— Ты сможешь найти их? — спросил Крид у Торальва.

— Думаю, да, — ответил алхимик, стараясь вернуть себе самообладание. Яркий огонёк Айриль осветил несколько десятков шагов впереди, и трое путников двинулись в путь.

Неизвестность пугала, Торальв сжал посох крепче, а Крид поднял свой амулет — символ верховного бога Тариуса, который слабо светился красноватым. Дыхание священника участилось.

— Амулет предсказывает опасность… — пробормотал он.

— Он никогда не ошибается? — спросила эльфийка, глядя на свечение камня.

— Волю Тариуса сложно предопределить, — ответил священник. — Его предупреждения — это признак его благосклонности. Он может не предупредить, а порой и опасности проходят незаметно. Но это не ошибка.

Путники долгое время двигались по пожухлой траве, пока из темноты вдруг не появились валдринги. Волк придерживал поводья лошади, Лиса шла рядом в человеческом обличии. Всем своим видом они показывали, будто ничего странного не произошло, разве что охотница как-то мечтательно улыбалась.

— Мы нашли укрытие, — сказал Волк, кивая в сторону. — Заброшенная нора степных волков. Там безопасно, но нужно торопиться. Тролли скоро выйдут на охоту.

— А что случилось с Лисой? — спросил Торальв на ходу.

— Не беспокойся об этом, — коротко ответил Волк, сопровождаемый настороженным взглядом священника. — Сейчас нам нужно скорее попасть в укрытие.

Когда остальные двинулись вперёд, Крид тихо шепнул Айриль:

— Мне не нравится эта ситуация. Они что-то скрывают. Надо быть начеку.

Айриль кивнула, погасив магический огонёк, чтобы он не привлекал внимания. Затем она окружила их со священником незримым куполом энергии с примесью магии земли. Воздух вокруг них стал плотным, тягучим, и звуки уже почти не проходили через этот магический барьер.

— Я знаю про этот народ из Тёмного Леса не больше твоего, — тихо заговорила эльфийка, убедившись, что колдовство готово, — но без этой следопытки нам не найти вора. У солдат есть собаки-ищейки, но нам нельзя подключать к поискам силы королевства… Не забивай голову, она отлично справляется. Мы обязаны выполнить приказ Короля Теней. Артефакт должен быть найден, и мы разбогатеем…

Айриль на мгновение замолчала и добавила ласковым голосом:

— К тому же, я буду тебе сильно благодарна за завершение дела. Ты не пожалеешь…

Крид едва заметно улыбнулся, и в окружившей их тьме не было видно, как он немного покраснел.

Вскоре Радужный Волк вывел путников к заброшенному логову. Тучи немного разошлись, и бледный свет луны позволял лучше различать окружение. Между двумя огромными валунами зияла тёмная щель. Когда-то здесь обитали степные волки, но теперь нора была пуста, как будто жила лишь воспоминаниями о своих прежних хозяевах. Засуха лишила здешние земли жизни, и волки, вероятно, ушли в поисках добычи ближе к эльфийским лесам.

— Мы на месте, — объявил Волк. — Завалим вход камнями, и будем в относительной безопасности, хотя лошадей придётся оставить снаружи. Но если кому-то нужно отойти, делайте это сейчас, — добавил он с усмешкой. — Ночью я не собираюсь отодвигать валуны.

Торальв и Крид принялись крепить к камням верёвку, привязывая лошадей около логова. Волк бросил взгляд на Лису.

— Далеко ли ушёл вор?

Лиса посмотрела на него. Её глаза сверкнули зеленоватым огоньком.

— Дорога поначалу была сильно изъезжена, — ответила она. — Пока мы постоянно останавливались, чтобы не сбиться, убийца уже довольно далеко оторвался. Но эти места уже малолюдные, и мы сможем ускориться. Скорее всего, он направляется к Туманной империи. Но чтобы вор шёл в сторону орков? Это странно.

Волк слушал её голос, но в мыслях охотницы он читал совсем другое: радость, восторг, впечатления… Картинки бега по ночной степи в теле лисицы заполоняли голову. Наконец-то это произошло. Зелье алхимика сработало. У неё впервые получилось стать зверем.

Они достигли того, ради чего отправились из леса в этот долгий путь. Теперь они могли возвратиться домой, осталось лишь разделаться с этим заданием от священника…

Характерное сопение, раздавшееся со степи, прервало его размышления. Волк вгляделся в темноту. Почти десяток громадных силуэтов показался вдалеке.

— Тролли! — закричал валдринг, хватая мечи, оставленные у входа в логово. — Они уже здесь!

Серые чудовища, словно ожившие каменные глыбы, приближались, покрывая расстояние огромными шагами. Рядом появился Крид, сжимая в руке свой священный знак. Торальв уже держал наготове свой посох.

— Отступать некуда, — проговорил валдринг. — Мы должны обороняться здесь.

— Прикройте глаза! — раздался голос Айриль, когда первый тролль уже был в дюжине шагов от логова. Невидимые потоки энергии пришли в движение. Яркая вспышка сорвалась с её ладони, ослепив чудовищ. Тролли остановились, ошарашенные, водя лапами перед собой.

Один из них, мотавший головой, будто пытаясь сбросить оцепенение и вернуть зрение, замер на мгновение и рухнул с простреленным черепом: стрела Лисы нашла свою цель. Крид быстро читал молитву, сжимая амулет Тариуса. Казалось, невидимая волна божественной силы накрыла защитников, придавая уверенности. Тролли же, напротив, замерли в нерешительности.

Этого оказалось достаточно. Айриль сжала кулак, сосредотачивая энергию на поверхности земли, и сухая трава под ногами чудовищ вспыхнула огнём. Тролли побежали в разные стороны, двое из них принялись кататься по земле, пытаясь погасить успевшие загореться шкуры. Но один, самый большой и могучий, вооруженный двуручным мечом, прыгнул вперёд, замахнувшись на Торальва.

Прежде чем он смог опустить меч, стрела со свистом вонзилась ему в живот. Рана не была смертельной, но тролль замер. Его лапа бессильно упала, а глаза расширились от боли.

Мимо него пробежал сородич, державший в лапах бревно, и бросился на Волка, но попался на неожиданно выставленный меч. Его туша рухнула на землю, едва не накрыв маленького противника.

Лидер троллей со стрелой в животе застыл на месте, глядя на сражение. Стрелы пролетали мимо него, степь то и дело освещали вспышки магии, проливалась кровь. Неожиданно для всех он уронил меч и, не разбирая дороги, с ревом бросился прочь.

Однако другие чудовища, несмотря на это, продолжали наступать. Айриль вытянула руку, и возникший из магии огненный хлыст обвил одного из них, оставив глубокий ожог на его груди. Прежде, чем эльфийка смогла сделать ещё удар, тролль метнул дубинку. Удар пришёлся ей в плечо, отбросив её на землю, и Айриль потеряла контроль над волшебством.

Айриль кивнула. Она понимала: ни одной детали в миссиях Короля Теней не было без скрытого смысла.

— Значит, пока просто следим за ним, не теряем из виду, — задумчиво ответила она. — Хотя эта следопытка вон как воодушевилась погоней… Но как эти ящеры из Сиенстока́да вообще узнали, где забрать артефакт?

Фринн усмехнулся:

— Непонятно. Ты же знаешь, каждая ячейка у нас довольно обособленно действует, а сверху приходит минимум деталей.

Эльфийка покачала головой, не скрывая раздражения.

— Получается, нас отправили за реликвией, и при этом позволили вору стащить её у нас из-под носа…

Фринн лишь развёл руками и попробовал сменить тему.

— Интересно, а что с новичком-священником? Он, похоже, всё ещё при деле?

В ответ Айриль слегка улыбнулась.

— Он уже перешёл черту и теперь стал одним из нас. Награда не оставляет его равнодушным, да и ко мне привязался, думаю, с ним у нас проблем не будет. Главное, чтобы наши старания были вознаграждены, иначе это станет разочарованием для него.

— Понятно. А тебе-то он как? — ехидно спросил Фринн, не сводя оценивающего взгляда с её лица.

Айриль уклонилась от ответа, холодно посмотрев в сторону двери трактира. Фринн понял намёк, но продолжал насмешливо улыбаться. Помедлив, он протянул свёрнутый пергамент.

— Важно. Возьми это на случай, если придётся направиться в Туманную империю. Пропуск. И не спрашивай, откуда он.

Она осторожно взяла свёрток, убирая его в складки накидки.

— Ясно. Как будет что-то новое, сообщим с пограничного поста, — ответила Айриль. — Остальное как всегда?

— Как обычно, — подтвердил связной. — Надень кольцо или передай его священнику. Солдат, который его узнает, передаст нужные указания. Если увидишь на письме печать — дай ему пять серебряных монет. Если маршрут поменяется — сама знаешь, как действовать и связаться с нашими в городах Гарнака. Думаю, на следующем контакте уже будет ясно, отдаём ли мы Глаз.

Айриль кивнула и, коротко посмотрев на него, спешно двинулась к двери постоялого двора, чтобы не вызвать подозрений у своих спутников.