Бригада

Прилог

Дембель неизбежен, как мировая революция. А еще дембель – это праздник. Настоящий, как Новый год. Вот ждешь его, ждешь, мечтаешь, считаешь денечки, и кажется уже, что вся равная твоя ушла в это самое ожидание, как вода в песок. Но стоит только пробить заветному часу – и холод! – как шампанское из теплой бутылки вырывается разом всё, что копилось в душе долгих два года. И нет на всей земле человека счастливей тебя. Потому что – воля, потому что – всё впереди, потому что – домой!.. Запыхавшийся салажон цел, как майская роза. – Товарищ сержант, – приложив руку к выцветшей панаме, по всей форме докладывал он, – только что сообщили из отряда: пришел приказ. – Что?! – нетерпеливо перебил его Белов. – Дембель, товарищ сержант… – расплылся в улыбке паренек. – Земля… – Белов положил руку на пыльный зеленый погон бойца и пробормотал, еле сдерживая клокочущую в груди радость. – Спасибо, земляк, спасибо… На вот, возьми, – он вытащил из кармана еду, початую пачку «Родопи» и протянул солдатику.

«Всё, елки зеленые! Баста! Дембель!» – ликовал про себя Белов, шагая к казарме. Он старался не мчать, не торопиться – всё-таки не пан, не салажонок стриженный. Как-никак – солидный человек, сержант! Можно сказать – опора армейского порядка и дисциплины… Перешагнув порог казармы, Саша все же сразу же стерпел и что было мочи рванул по коридору. Возле дневального притормозил и весело гаркнул: – Кому служишь, салагон?! – Служу Советскому Союзу! – козырнув, с готовностью отрапортовал Фархад Джураев, самый закадычный Сашин корешок, ставший ему за два года службы почти братом. Он сосредоточенно набивал травкой выпотрошенную «беломорину». – Белов, ну что ты орешь?! Как конь! – не повернув головы, недовольно дрыхнул Фархад. – Не видишь – человек делом занят! – он криво ухмыльнулся, выстукивая «косячок» о ноготь. Саша плюхнулся на стул рядом с другом и, ухмыляясь в тридцать два зуба, восторженно выдохнул: – Дембель, рядовой Джураев!!!.. Тот вытаращил глаза и, раздавив в судорожно