Тизахур
Пролог
Никогда не верьте, что Мир появился давно.
Что некие силы неизвестной нам природы затратили миллиарды лет, чтобы кропотливо сконструировать то, что мы видим перед собой. Гигантские звёзды и бездны пространства вокруг, равно как и незримые колебания микроскопических частиц, в мельтешении своём создающие ткань реальности, – трудно поверить, что такое можно создать, не затратив океан времени. Тем не менее…
Мир появился вдруг!
Когда покрытые пылью старцы вещали мне, юному мальчишке, пришедшему в Храм постигать запутанные истины Пути, что Мир возник как колебание воли Создателя, я не сомневался в этом. Потому что за сомнения, как правило, наказывали сурово, и отцы-настоятели зорко следили, чтобы истины, слетевшие с их усохших губ, были усвоены молодой сменой.
Но тем не менее где-то в глубине моего юного сердца я понимал: Мир появился ВДРУГ!
Отцы никогда не отвечали на мои вопросы, а самый мучивший меня вопрос я никогда не задавал. Они подробно рассказывали, как бесчисленные изменения форм материи привели к тому, что мы сидим сейчас на полу учебного класса. И всё это было и поистине удивительно, и правдоподобно.
Но главный вопрос, который меня мучил, – как появилось Время?
Я долго не мог уснуть ночами, вглядываясь в тёмное небо, пытаясь нащупать ответ, пока не пришёл к той самой фразе, которая стала ответом: Мир появился вдруг.
Не только пространство, которое сложно вообразить, но и безбрежный океан времени вдруг возник по воле Создателя. И в то время как одни волны этого океана понеслись вперёд, создавая Будущее, другие, противоположные, понеслись назад, создавая Прошлое.
Сразу стало понятно, что вопросы, которыми задавались люди на протяжении бесчисленных веков, имеют довольно мало смысла.
«Сколько лет прошло от момента Сотворения мира?»
Иногда мне казалось, что если бы великий Создатель услышал подобный вопрос, Он бы просто добродушно улыбнулся и пошёл бы дальше заниматься своими делами, не желая тратить время на объяснения столь очевидных вещей. Он создал и Время, и Пространство сразу, и Мир стал величественно разворачиваться в них, как газ, заполняя всё доступное место. Стало существовать наше прошлое, равно как и будущее; и хотя с нашей точки зрения нам ещё предстояло его прожить, приятно было осознавать, что оно уже есть. Будущее, равно как и прошлое.
…
– Ну что ж, ученик Ян, может, ты вернёшься из своих сновидений и расскажешь, какие четыре истины Пути должны быть у нас в сердце? – услышал я скрипучий голос отца Анхеля у самого уха, а последовавшая затрещина окончательно вернула меня на землю.
– Да, отец! – воскликнул я, вскочив и осенив себя символом веры. Отец Анхель был самым добрым, но при этом самым строгим наставником в Храме Пути. Каждый из учеников класса не единожды ощущал на себе крепость его веры, получая посохом по голове за невыученный урок. Вопрос был лёгким, и я был уверен в себе, но злить отца излишней медлительностью не стоило, поэтому я затараторил:
– Истина первая: Верь в Создателя!
– Истина вторая: Верь в Его верных ангелов!
– Истина третья: Верь в Его Послания!
– …
– Ладно, всё, садись, Ян, – старик, опираясь на посох, двинулся к доске, явно довольный моим рвением.
Я молниеносно сел на своё место. Отец Анхель развернулся, прокашлялся и, открыв большой толстый фолиант, проскрипел:
– Приготовьте тетради, ученики. Тема сегодняшнего урока – Третья Война Владетелей!
За окном качнулась ветка, с которой вспорхнула птица, испуганная грозными нотками в его голосе, но я поторопился сосредоточить внимание на рассказе:
– Итак, как вы все, должно быть, знаете, Третья Война Владетелей началась в три тысячи сто сорок первом году и стала крупнейшей катастрофой Третьей эпохи, унеся миллионы жизней всех трёх рас, живущих на планете…
Глава 1. Отец Анхель.
Сегодня выдался тяжёлый день – отец Анхель поручил съездить в город за продуктами. Тяжёлый день в череде таких же тяжёлых дней, наполненных трудом во имя Создателя.
Отец Анхель любил повторять: «Люби Создателя, и Он полюбит тебя».
Ян любил Создателя настолько, насколько мог судить в своём юном возрасте. По воле Создателя, не иначе, он оказался в храме Пути, который дал ему еду, постель и смысл жизни, – смысл, который втолковывали мудрые, но строгие отцы.
Родителей Ян не знал. Отец Анхель рассказывал, что лично спас его в одном из рейдов, когда ещё был способен держать в руках меч и выносить долгие походы. Ян не обманывался насчёт нетвёрдой походки старика, который даже в солнечный день кутался в балахон и любил скрипучим голосом повторять прописные истины.
Отец Анхель был великим воином ещё десять лет назад. Как и другие братья, он прошёл обязательное обучение владению мечом, кулаком и разумом.
Ян прекрасно помнил, как всего два года назад отец Анхель на городском празднике по просьбе губернатора выступил в поединке против главного полицмейстера.
Казалось, сухонькому старику нечего противопоставить здоровому и вооружённому до зубов опытному вояке. Но всё вышло иначе.
Ян внимательно следил, как отец Анхель начал медленно сближаться с противником, который даже не подозревал угрозы. Поступь старика становилась всё твёрже и вдруг обрела лёгкую пружинистость, присущую хищным гаарам, которых Ян иногда видел в клетках на ярмарке.
Отец Анхель стал сближаться явно быстрее, и противник запоздало начал принимать защитную стойку. Но это ему уже не помогло.
Воздух вокруг старика ощутимо завибрировал, его силуэт смазался, и невидимым для глаза движением он оказался позади полицмейстера. Тот резко обернулся, пытаясь достать старика локтем, но воздух снова задрожал, и отец Анхель вновь исчез, чтобы появиться уже перед противником. Странным коротким движением старик коснулся его шеи и низким гудящим голосом отдал приказ на неизвестном языке.
Все звуки пропали, и в тишине амфитеатра было слышно, как грозный полицмейстер с глухим стуком опустился на одно колено перед стариком. Прошло несколько долгих секунд, прежде чем до толпы дошло, что бой окончен, – и тогда она взорвалась диким ревом, благодаря отца Анхеля за демонстрацию искусства.
Это было настоящее чудо. Отец Анхель не стал унижать полицмейстера, помог ему встать и миролюбиво обнялся с этим честным человеком, который, кажется, до сих пор не осознал случившегося. А потом отец направился к краю амфитеатра, с каждым шагом превращаясь обратно в немощного старика, теряя хищность в движениях и замедляясь.
Ян видел это и понимал, что такое неповторимо. Отец Анхель был искусным воином и вновь продемонстрировал доблесть храма Пути и веру в Создателя.
Когда, возвращаясь из города в храм, Ян спросил отца, что нужно, чтобы научиться так драться, старик только усмехнулся и повторил, что нужно любить Создателя. И Ян любил. У него не было причин не верить словам мудрого воина.
Монахи Пути славились своим воинским искусством далеко за пределами империи Ханаан. Ян читал в книгах по истории, что изначально последователи учения о Создателе были мирными проповедниками. Но прошло много сотен лет, и нынешний глава церкви, светлейший Леопольд, всячески поощрял и развивал военное искусство, справедливо полагая, что с помощью клинка и доброго слова можно добиться куда большего, чем с помощью одного лишь доброго слова. Воины храма часто помогали империи в выполнении опасных миссий, если это не противоречило Пути Создателя. И император Ханаана благоволил этой дружбе, сложившейся за десятилетия. Даже в храме Пути, где жил Ян, старшие братья нередко помогали городской страже в поимке особо опасных преступников. И хотя платы за это никогда не требовали, настоятель никогда не отказывался от щедрых пожертвований от города, укрепляя таким образом взаимовыгодный союз.
Глава 2. Сны.
Страшнее всего были сны. Тягучие, страшные сны, приходившие раз в месяц. Каждый раз они начинались по-разному, но конец всегда был один. Странный, чёрный, изломанный силуэт, пылающий, как пламя, на фоне горящего неба, склонялся над ним. Худой и неказистый, словно подросток, он что-то говорил на непонятном языке и тянул к груди Яна чёрную, неестественно длинную руку. В этот момент Ян чувствовал, как в груди разгорается огонь, а в сердце будто входит тупая игла; он заходился криком от нечеловеческой боли. От собственного крика просыпался, и остатки сна приносили образ улыбки, зловеще видневшейся на чёрном лице. Он долго приходил в себя, потом засыпал и спал без сил до утра, сном без сновидений.
Отец Анхель каждый раз вкрадчиво расспрашивал Яна о чёрной фигуре, задумчиво жевал губами, но ничего не говорил.
Ничто из того, что Ян видел, слышал или читал, не соответствовало облику монстра из сна, и это его озадачивало. Отцы-настоятели учили, что сон – игра ума, побочный продукт естественных процессов, комбинация увиденного и услышанного. Но никогда и нигде Ян не видел подобных существ.
Слава Создателю, ужас и боль были мимолётны. Солнечный свет вкупе с щебетанием птиц быстро стирал следы ночных кошмаров, и жизнь возвращалась в привычное русло. До следующего раза.
Но в этот раз всё изменилось. Сон начался как обычно: Ян с друзьями веселился на берегу реки, стоял тёплый солнечный день. Место было хорошо знакомо. Его окликнула подруга Петра. Ян обернулся и, посмотрев на её счастливую улыбку, удивился тому, как лицо Петры вдруг исказилось по неведомой причине. Он опустил глаза и увидел зияющую дыру в её груди. Ужас сковал его, и вдруг вспышкой промелькнула мысль: «Это сон!»
Прямо к нему приближался тот самый чёрный вытянутый силуэт. Он шёл неестественно быстро, почти не двигая ногами. Монстр отодвинул тело Петры и снова потянулся к груди Яна той же неестественно длинной рукой. Ян сжался в ужасе, ожидая боли, но на этот раз монстр был не так уверен, как обычно. В его движениях чувствовалась скованность. Будто что-то поняв, он медленно несколько раз показал Яну на его собственную грудь. Ян в замешательстве посмотрел вниз и с ужасом увидел, что в его груди зияет такая же дыра. Молниеносно он понял: это конец. Ноги внезапно ослабели, тело грузно поползло вниз, как мешок. В последний момент монстр схватил Яна за шею, притянул к себе, и в голове тихо зазвучал потусторонний голос:
– Тизахур!
Мир накрылся тёмной пеленой, и Ян проснулся.
Глава 3. Незримые.
Их было девять.
Девять братьев и сестер.
Девять врагов. Девять людей.
Давным-давно они забыли лица друг друга. Но лица нужны лишь слепцам, не знающим истину. Лица можно менять как перчатки – даже легче.
Нельзя лишь сменить себя.
И они узнавали друг друга в молнии на небе. В выкрике в толпе. В случайном прикосновении.
Когда-то их звали именами, данными матерями.
Но они давно называли себя так, как им нравилось.
Девять просто людей, призванных уберечь человечество от себя самого. Девять незримых.
– Ты же понимаешь, что это было неизбежно? Старик смертен и стар, и замена была неминуема, – Ира лениво поигрывала локоном чёрных волос, искоса поглядывая на брата.
Строго говоря, стоявший у окна не был ей ни братом, ни вообще родственником. Но для уз, их связывающих, не было другого слова.
– Все смертны. И мы тоже, – хмуро ответил Алекс, не отрывая глаз от города в пыли.
– Все люди смертны, – промурлыкала Ира, – и за каждым придёт Смерть, – процитировала она слова Книги Жизни.
– Мы должны были забрать ключ, – упрямо повторил Алекс. – Другого удобного случая не будет! Если мы не заберём его, то его заберёт… ОН! – последнее слово Алекс произнёс так, что в комнате потемнело.
– ОН силён, но не всемогущ. Он даже не знает о существовании ключа. Старик хранил его всю жизнь, может, его преемник окажется столь же достойным?
– Мы не можем на это надеяться! А если он окажется отморозком, ввергнувшим мир в хаос? Ты видела, на что способен носитель ключа! Мы должны ликвидировать пацана! И забрать ключ! – в голосе Алекса начали проскальзывать истерические нотки.
– Алекс, Алекс, тише… Это просто мальчишка. А ОН – такой же, как мы. Не надо никого ликвидировать. Я всё сделаю.
– Ты сделаешь? Может, подключим Джона? – при звуке этого имени вдали гулко послышались раскаты приближающейся грозы.
– Нам не нужен Джон, чтобы справиться с каким-то мальчишкой. Нам никто не нужен, родной. Иди ко мне, мой герой!
И Ира, словно пантера, потянулась к высокому мужчине и нежно прикоснулась к его губам, утягивая вглубь комнаты.
За окном, в лучах закатного солнца, плавился древний город Ашраим.
Глава 4. Слышащий.
Шум предков особенно тревожил Юсуфа, сына Ахмада, в этот цикл долгого слушания. Предки предупреждали о чём-то, требовали, но смысл их слов не мог пробиться сквозь завесу реальности. Юсуф терпеливо ждал. Ущелье молчало и, как обычно, отливало жёлтым на палящем солнце. Как опытный слышащий, он знал, что в слушании нет места напряжению. Нужно раствориться в ткани реальности, чтобы голоса предков набатом зазвучали в голове. Этому он учил остальных. Этому следовал сам.
Но понимание ускользало. Юсуф тяжело вздохнул, опустив взгляд на свои руки. Несколько раз сжал ладони в кулак, не понимая, что делает не так. Он заметил жука-носорога, ползущего по земле. Лапки жука проваливались в песок, но тот упорно продолжал свой путь. Наконец жук добрался до сапога Юсуфа и медленно начал взбираться вверх. Юсуф внимательно следил за усилиями маленького упрямца, поэтому не заметил, как кто-то подошёл к нему, положил руку на плечо и, обжигая дыханием, прошептал в самое ухо:
– Развлекаешься?
Вздрогнув от неожиданности, Юсуф вперил взгляд вперёд, в серую мглу. Ущелье исчезло. Спина его выпрямилась от напряжения – он понял, переход произошёл.
– Приветствую тебя, предок! Слышащий готов служить тебе! – голос Юсуфа не принадлежал ему, губы механически произнесли древнюю формулу.
– Ну-ну, мой дорогой! – голос предка изменился, стал похож на голос матери – каким он помнил его из детства. – Откуда столько пафоса? Может, обернёшься и поприветствуешь меня?
Юсуф молчал. По правилам оборачиваться было нельзя. Он видел, что бывает с теми, кто нарушает запрет, и не желал себе такой судьбы. Он знал: рано или поздно древний дух найдёт отмычку в его душе и искусит его. Но не сейчас.
Повисло молчание. Голос сзади снова изменился:
– Я призвал тебя, Юсуф, сын Ахмада, чтобы ты исполнил то, что нужно предкам! – голос стал жёстким и звучал в голове громом. Юсуф знал: сейчас пришедший идёт по закоулкам его разума, как по коридорам, выискивая слабости и бреши. Он знал, что каждая его мысль читается пришельцем как на плакате. Поэтому усилием воли он обуздал страх и ответил, как полагается:
– Моя жизнь в руках предков, и я отдам её, чтобы послужить им!
– Так и ессссть! – голос в голове стал похож на змеиное шипение. – Итак, Юсуф! Ты должен найти ребёнка. Мальчика. Ты должен найти и убить его! Без жалости, без промедления! Этот мальчик – исчадие зла на Земле. Если он перешагнёт своё двадцатилетие, тебе конец. Миру, каким мы его знали, – конец. Всему конец…
Голос стал отдаляться. Юсуф не двигался, запоминая каждое слово. Серая пелена вокруг стала отступать, уступая место залитому солнцем ущелью. Где-то на краю восприятия шелестел голос, всё более походивший на змеиное шипение:
– Убей мальчика, иссссполни сссвой долг!
Голос стих, и ударом молота в голову Юсуфа ворвалась дикая боль, которая надолго лишила его сознания. Без сил он повалился на бок, бледный и худой, оставшись одиноко лежать на земле в Ущелье Смерти под палящим солнцем Ханаана.
Глава 5. Россия.
Человек открыл глаза. Голова гудела. Перед ним стояла молодая девушка, одетая в белые одежды.
«Ангелы? Я умер?» – мысли проносились одна за другой. Мужчина попробовал вспомнить, как он здесь оказался, но в памяти зияла пугающая пустота.
Последнее, что он помнил, – странное тёмное пятно на руке. Пятно приковывало взгляд, а потом вдруг начало быстро расползаться по всему телу, и темнота накрыла его. Дальше – пустота.
Девушка сказала что-то на странном языке, будто в обратной перемотке, и протянула сосуд с водой.
Человек тупо уставился на воду, потом посмотрел в глаза девушке. Может быть, там яд? «Хотя зачем ангелам убивать меня второй раз?» – подумал он.
Лицо девушки выражало искреннее участие.
– Как тебя зовут? – спросил он у девушки.
Она что-то ответила, указала на сосуд и улыбнулась. Улыбка показалась очаровательной, а сама девушка очень милой. Она не была похожа на убийцу.
«Рискну!» – подумал он, взял сосуд и большими глотками начал осушать его содержимое. На третьем глотке он понял, что это – не вода. Рука задрожала от неожиданной слабости, мужчину затошнило, он повалился в странного вида ванную, в которой сидел. Девушка в белом поддержала его, забрала сосуд и, повернувшись в сторону светящейся разными огоньками и символами доски, будто позвала кого-то:
– Тизахур!
После этого тьма захлестнула его, и глаза закрылись.
Андрей Сергеевич Муравьёв, директор лаборатории исследований мозга № 34, глава проекта «Тизахур», пришёл в себя в 13:45 3 марта 2087 года в палате реанимации.
Как всегда, рядом дежурила его лаборантка Мила. Открыв глаза, Андрей увидел белый потолок, почувствовал знакомый запах медикаментов, услышал звук кардиографа и сжал зубы от накатившего отчаяния.
«Опять провал… Проклятье», – подумал Андрей.
Он закрыл глаза, не имея ни сил, ни желания подниматься с кровати.
Прошла минута, и раздался мелодичный голос Милы:
– Андрей Сергеевич…
Он ответил мрачным молчанием. Прошла ещё минута. Голос раздался снова:
– Андрей Сергеевич…
– Что тебе, Мила?
– Андрей Сергеевич, совет ждёт отчёта… – в конце фразы голос скатился до шёпота.
Андрей открыл глаза:
– Сейчас?!
– Да, Андрей Сергеевич. В полном составе, все разместились в зале номер два. Ждут вас…
Это было плохо. Очень плохо.
Андрей встал, привёл себя в порядок и вышел из палаты. Зал номер два располагался в соседнем крыле, и идти нужно было минут пять. Проходя по стеклянному переходу над залом вычислений, Андрей остановился и задумался. Симуляция разрушилась. Потрачены двадцать миллионов рублей, умерло три подопытных. Что пошло не так? Андрей был уверен, что подопытных нужно больше. Грубые расчёты показывали, что нужно хотя бы ещё два человека, подключённых к кластеру, – тогда вероятность успеха возрастёт. Будет преодолён барьер, и вычислительной мощности кластера хватит, чтобы стабилизировать симуляцию. Нужно только время и новые подопытные… Но совет требовал результатов прямо сейчас. Противостояние с AUKUS набирало обороты, и совет хотел определённости, иначе угрожал свернуть финансирование и закрыть проект.
«Мой проект! – в ярости подумал Андрей. – Надо идти…»
Медленно оторвав взгляд от пола, он двинулся дальше по коридору. Через пару минут он остановился перед дверью зала номер два. Улыбчивая секретарша генерала Маслоу открыла ему дверь и жестом пригласила войти. Андрей вошёл, обвёл взглядом хмурые лица присутствующих – Минобороны, ФСБ, Росгвардия… Собрались все.
«Хреново…» – подумал Андрей, улыбнулся сидящим и сказал:
– Извините за опоздание, только что закончилась симуляция…
– Неудачно закончилась, насколько мы знаем? – голос генерала Маслоу звучал натянуто и сухо. – Я прав?
– Я бы не сказал, что неудачно, – голос Андрея прозвучал неестественно громко.
– А как бы вы сказали, Андрей Сергеевич? – генерал Маслоу подался вперёд, сжав руки в кулаки. – Симуляция нестабильна, результатов нет! Вы нам обещали стабилизировать кластер за два года! Где результаты? Потрачено десять миллиардов бюджетных денег впустую! Что мы имеем? Кучу подключённых полуживых бродяг на аппаратах?!
– Виктор Алексеевич… – раздался голос полковника ФСБ. – Предлагаю дать слово уважаемому директору лаборатории.
Повисла тяжёлая тишина. Андрей сделал глубокий вдох и, сдерживая дрожь в голосе, произнёс:
– Коллеги, я полностью осознаю текущее состояние проекта. Но мы уже идентифицировали причину нестабильности симуляции…
– И какова же она? – снова раздался голос полковника ФСБ.
– Причина… – Андрей понимал, что шёл ва-банк, но вдруг охваченный лихорадкой мозг осенила идея, которая быстро сменилась абсолютной уверенностью в своей правоте. Его голос изменил тональность, и Андрей продолжил: – Причина в том, что в кластере не хватает доминанты!
Сидящие за столом переглянулись. Но Андрей уже ничего не видел. Его охватила дрожь исследователя, наконец-то нащупавшего верный путь.
– Сейчас-сейчас, коллеги, позвольте… – бормотал себе под нос директор лаборатории, выуживая со стола презентацию и тыкая пальцем в какие-то одному ему понятные графики. – Итак, как вы все знаете, проект «Тизахур» направлен на моделирование будущего путём комплексного проигрывания событий, используя биоорганическую нейросеть. Для проведения такого рода расчётов мы используем клетки головного мозга восьмидесяти человек, объединённых в так называемый кластер. Для того чтобы симуляция стартовала, необходимо задать вектор развития, так сказать, описать исходную ситуацию максимально полно. Обычно этим занимаюсь я, вызубривая экономические, политические, географические и прочие параметры симуляции, подключаясь к кластеру и определённым образом моделируя мир изнутри. Далее кластер подхватывает описанный мир и начинает достраивать недостающие детали до полной картины. На первых порах я могу вмешаться в процесс, но в целом он развивается лавинообразно. Мы работаем над более точным способом задания исходных параметров модели, но на текущий момент рабочий способ такой. Текущая симуляция описывает вымышленную империю Ханаан, существующую в мире фэнтезийного типа. Все детали разработаны нашими аналитиками, и ими же описано дальнейшее политическое и экономическое развитие империи, её конфликты с соседями и так далее.
– Избавьте нас от маркетинга и ближе к делу! – голос генерала Маслоу звучал угрожающе, но Андрей этого уже не слышал.
– Так вот, двенадцать симуляций империи закончились неудачей, как вы знаете. А конкретно – мы наблюдаем нарушения описанных законов реальности, причинности и тому подобного. После чего лавинообразно кластер теряет связность, и симуляция завершается. Наши расчёты показывают, что подключённые к кластеру подопытные не полностью теряют субъектность в симуляции. Конечно, они не осознают, кто они и где находятся, но тем не менее даже эта минимальная субъектность порождает нарушение синхронизации.
– А нельзя ли подавить эту субъектность? – подал голос представитель Росгвардии. Генерал Маслоу внимательно следил за диалогом.
– Именно! – воскликнул Андрей. – Для управления синхронизацией нам нужен ещё один подопытный, который будет частично угнетать процессы в кластере, не допуская нарушений синхронизации. Давайте назовём этого человека координатором процесса. В качестве координатора нужен человек особых волевых качеств, кто-то, кто привык принимать решения сам и управлять другими. Такой человек легко подавит субъектность остальных подключённых к кластеру и не даст симуляции развалиться.
– Все ваши подопытные – это осуждённые на смерть заключённые, до которых никому нет дела. Вы понимаете, что просите нас подключить к кластеру условного вора в законе или главу ОПГ? А что, если он сможет взять под контроль остальных и вывести их из симуляции? Это потенциальный риск! – полковник ФСБ смотрел на Андрея в упор через стол.
– Он совершенно не будет осознавать, кто он и где находится, – спокойным голосом уверил Андрей. – Мы введём его в искусственную кому ещё в месте содержания, транспортируем в лабораторию и подключим к кластеру. Мне нужно только ваше согласие и список личных дел потенциальных кандидатов для отбора, из которых я постараюсь выбрать оптимального для успеха нашего дела!
Фонтан славословия наконец иссяк, и Андрей уселся на своё место, не зная, что ещё сказать.
Через пятнадцать минут дверь зала номер два открылась, и оттуда вышли участники встречи. Андрей выходил последним, окрылённый перспективами. Перед тем как уйти, генерал Маслоу обернулся к нему, подозвал пальцем улыбчивую секретаршу и произнёс:
– Список личных дел вам пришлёт Ольга, – секретарша послушно кивнула, не переставая улыбаться. – Организацию транспортировки и прочее сопровождение – тоже через неё.
– Спасибо большое, Виктор Алексеевич! – Андрей искренне благодарил пожилого генерала. – Всё будет сделано!
– Поторопитесь, Андрей Сергеевич. Времени у вас – до апреля. Иначе… – генерал не стал продолжать, развернулся и тяжёлой походкой удалился.
Андрей же был на сто процентов уверен в успехе и думал лишь одно: «Победа!»
Глава 6. Дорога в Элию.
«Никогда не спеши», – повторял себе Юсуф, собираясь в дорогу.
Воля предка была абсолютно понятна и не допускала иных толкований, при том что задача поставлена максимально расплывчато: необходимо в кратчайшие сроки найти и устранить некоего мальчика. Как обычно, предок не дал никаких примет этого мальчика, но Юсуфа это не удивляло. Юсуф полагал, что предок воспринимал мир совершенно не так, как люди, поэтому такие вещи, как рост, цвет кожи и волос, для него были пустым звуком. Единственное, что Юсуф точно знал, – мальчик находился на южной границе Ханаана. И Юсуф точно узнает его, когда увидит.
Оставив распоряжения слугам и ученикам, Юсуф собрался в дорогу. Для начала он зашёл в таверну, заказал еды, разложил карту и внимательно стал её разглядывать. На юге Ханаана было несколько городов. Юсуф был уверен, что мальчик, столь необычный, что привлёк внимание предков, должен был чем-то отличаться от сверстников. Юсуф решил начать поиски с больших городов, справедливо считая их сетями для людей. Вся серая масса сидит в пригородах, ведя ничем не примечательную жизнь. А большие центры торговли, знаний, науки и религии должны были привлечь внимание столь нестандартного парня, как тот, кого искал Юсуф.
На юге Ханаана было два больших города – древний Ашраим, процветающий под сенью храма Пути, и крупный торговый центр Элия.
Юсуф задумался в нерешительности. Он бывал в Элии много раз, и сеть шпионов-слушающих была там развита довольно неплохо, что могло упростить задачу. С другой стороны, Ашраим – центр веры в Создателя, а задания предков так или иначе касались метафизического плана реальности. Но в Ашраиме ему не на кого было опереться. Своих людей у него там почти не было. Монахи Пути хоть и терпимо относились к другим точкам зрения, но спорить с людьми, которые могли легко отсечь голову и остаться безнаказанными благодаря покровительству властей, не хотелось. Поэтому число слушающих в Ашраиме было крайне невелико и постепенно уменьшалось.
Отхлебнув терпкого эля, Юсуф решил начать с Элии. Возможно, там он сможет собрать сведения и об Ашраиме, и сделает это быстрее с помощью местных слушающих.
Приняв решение, Юсуф допил эль и с облегчением откинулся на стуле. Завтра же он отправлялся в дорогу. Путь до Элии займёт около трёх дней с караваном, а пока…
Юсуф подозвал жестом молоденькую официантку, заказал ещё эля и, отметив её игривый взгляд, улыбнулся.
Глава 7. Доминант.
Андрей сидел за компьютером и устало тёр глаза. Ольга прислала одиннадцать личных дел преступников всех мастей. После долгих часов чтения, анализа и обсуждений с психологами осталось три кандидата, чьи файлы были сейчас открыты на рабочем столе. Нужно было принять решение и завтра же запустить трансфер подопытного в лабораторию. Андрей надел очки и снова вчитался в файлы:
ДОСЬЕ № Т-34/ПК-7
ФИО: Воронов, Алексей Игнатьевич (прозвище «Лекс»)
Дата рождения: 15.08.2049
Статус: Осуждён по ст. 105 УК РФ (убийство), ст. 209 (бандитизм). Содержится в колонии особого режима «Полярная Сова». Приговор приведён в исполнение 12.02.2087 (смертельная инъекция, тело заморожено в рамках Программы 12-Б).
Краткая характеристика: Бывший командир роты спецназа ГРУ «Вымпел». Уволен за превышение полномочий и применение несоразмерной силы во время операции в зоне «Тихоокеанского кризиса» (2078–2080 гг.). В гражданской жизни создал ОПГ «Щит», специализировавшуюся на силовом рейдерстве и заказных ликвидациях под видом несчастных случаев. Известен железной волей, хладнокровием и стратегическим мышлением. Обладает харизмой лидера, удерживал под контролем разноплановую и жестокую группировку. В ходе задержания оказал вооружённое сопротивление, ликвидировал трёх сотрудников спецназа Росгвардии. Психологический портрет указывает на нарциссическое расстройство и ярко выраженную потребность в контроле над окружающими.
ДОСЬЕ № Т-34/ПК-12
ФИО: Белова, Элина Рудольфовна (известна как «Судья»)
Дата рождения: Не установлена (около 2055 г.)
Статус: Задержана в 2085 году. Обвиняется в серии заказных убийств высокопоставленных чиновников и бизнесменов (11 эпизодов). Признана невменяемой. Проходит принудительное «лечение» в Институте им. Сербского. Доступна для изъятия.
Краткая характеристика: Предположительно, бывший сотрудник психологической службы одного из силовых ведомств. Обладает феноменальными способностями к манипуляции, гипнозу и глубинному анализу личности. Её жертвы добровольно подписывали контракты на самоубийство или совершали роковые ошибки. Мотивы неизвестны, действовала вне какой-либо видимой группы. На допросах молчит, сохраняет ледяное спокойствие и снисходительную улыбку. ЭЭГ показывает аномальную активность в лобных долях. Психиатры предполагают высокофункциональную форму антисоциального расстройства с элементами синестезии (утверждает, что «видит волю людей как цветные нити»).