Золото Бижены
Моей дочери Тамаре
в ознаменование ее сорокапятилетия, посвящается
– Дед, расскажи нам о золоте. Где искать, как добывать? Ты ведь лучший золотарь Казахстана и знаешь об этом лучше всех.
– Значит так, ребятки, во-первых: не золотарь, а золотишник – так называют тех, кто промышляет золотом, а золотарями называли ассенизаторов вывозящих в бочках на ломовых лошадях дерьмо из Москвы.
В вашем вопросе вижу нездоровый интерес к золоту, в духе «золотой лихорадки», который в моей практике к добру не приводил. И вот вам пример:
В начале 80Х, проводила наша экспедиция геохимическую съемку в высокогорье, там, где практически сочленяются хребты Заилийский и Кунгей Алатау, разделяемые бурной речкой Чон-Кемин. Условия, можете себе представить: высоты 3000-4000 метров, скалы, между ними ледники с вытекающими из под них ручьями, морены, осыпи, непролазные кустарники, переходящие в альпийские луга, засеянные эдельвейсами.
По результатам этих работ была выявлена контрастная аномалия полиметаллов.
На следующий год, делая ревизию этой аномалии, наш геолог Соколовский, некогда добывавший золото на Колыме, отобрал из эпицентра аномалии окисленный дезинтегрированный материал с мелкими обломками охристого кварца.
Долго ждать не стали, промыли эту пробу на старательском лотке в речке Казачка, на которую смотрели окна нашего офиса.
Промыли и ошалели – столько золота, со столь малой пробы, мы раньше не видели. Среди песчанистых золотинок встречались и мелкие самородки весом до 5 гр.
А вот снимок золота намытого Соколовским. Видно, что поверхность золотин подернута пленкой гидроокислов железа (образовавшихся в результате окисления сопровождающих золото сульфидов), что придает золоту буроватый оттенок. Такое частенько случается, особенно в зонах активного окисления.
