Копье ангела
Глава 1
Трехэтажное краснокирпичное здание Лондонского университетского колледжа доминировало среди невысоких каменных домиков со скошенными на одну сторону крышами. Десяток печных труб Колледжа исправно дымил, из-за чего само строение чем-то неуловимо напоминало большой паровоз. Наконец-то Лондон получил университет нового типа. Нет, это не был средневековый монастырь, закрытый от дольнего мира, где знания получали вместе с благодатью и где между студентами и послушниками не было особой разницы. Также он не был и светлым, украшенным колоннами и полуобнаженными статуями храмом науки, в котором студенты вызывали друг друга на дебаты и поклонялись новому богу – ratio1. Колледж был создан не для того, чтобы производить впечатление. Его задачей было готовить выпускников эффективных, находчивых, деловых, как раз таких, которые требовались стремительно развивающейся Империи. И это, на первый взгляд, скромное краснокирпичное здание как нельзя лучше иллюстрировало данную идею.
Здание Колледжа было отделено от улицы кованой оградой с воротами и двумя калитками по бокам. За ней располагался небольшой, уютный кампус. Извилистые гравиевые дорожки вели в библиотеку, в спортивный зал и в общежития – два общежития для молодых людей располагались слева параллельно друг другу, а одно, для девушек, стояло отдельно справа. Колледж стал первым университетом, в котором появились курсы для женщин.
Поначалу многие преподаватели, даже самые передовые, считали, что это провальная идея, что студенты перестанут учиться и все свои мысли направят на хорошеньких студенток. Они предсказывали, что в Колледже скандал будет следовать за скандалом, а некоторые заходили так далеко, что язвительно предлагали сразу открыть ясли для студенческих детей. Однако мрачные прогнозы не оправдались. Девушки примерно посещали курсы, а свободное время по большей части проводили в библиотеке, выполняя домашние задания, или в общежитии, куда вход любому представителю сильного пола был запрещен и где они находились под неусыпным надзором смотрительницы миссис Андервуд, женщины строгой и достаточно внушительной, чтобы без посторонней помощи пресекать любые греховные поползновения. Постепенно и среди профессоров появились мисс Уильямс, преподавательница пения, мисс Томсон, преподавательница английской литературы, и миссис Грант, преподавательница французского.
Несмотря на установившийся мир внутри Колледжа, ханжи снаружи не переставали злословить, а богобоязненные матери за квартал обходили это злачное место, когда гуляли с молоденькими дочерями. Колледж, тем не менее, быстро развивался, привлекал лучших преподавателей, и вскоре его начали ставить в один ряд с такими корифеями лондонской высшей школы, как Оксфорд и Кембридж. В качестве большого преимущества, Колледж был абсолютно свободен от их богословского наследия. Здесь mens2 и ratio занимали равное положение, так что атеисты и спиритуалисты, агностики и натуралисты3 могли сосуществовать относительно спокойно.
Профессора и исследователи, работавшие в Колледже, ставили во главу угла не Бога, не теоретическую науку, а суровую, не терпящую ошибок и беспощадную практику. Научная мысль, лишенная тенет религии и поклонения перед мыслителями древности, неслась вперед, раздвигая пределы привычного и изученного, так же как локомотивы мчались по железным дорогам, исполосовавшим не только тело Империи, но и проникнувшим в самые ее недра.
Локомотив… Профессору Кинкейду очень нравилось сравнивать Лондонский университетский колледж с локомотивом, спешащим привезти прогресс в самые отдаленные уголки Британии и далеко за ее пределы. Он чувствовал себя одним из маленьких, но важных винтиков большого и мощного механизма.