Девять с половиной лет
Продолжение романа-сериала «Осторожно, кошка» о сердцах четырёх любящих и несчастных. Часть третья, полная неожиданных и сильных чувств. Данная книга является художественным произведением, содержит изобразительные выдуманные описания для создания детективного сюжета и психологического образа персонажей, но такие описания являются художественным творческим замыслом, не являются призывом к совершению любых запрещенных законом действий. Автор в произведении осуждает такие действия, употребление алкоголя и сигарет. Дорогие читатели, всегда помните, что употребление алкоголя и курение вредит вашему здоровью.
Глава 1.
Шелковые с золотистыми бликами волосы Лизы разметались по подушке, она что-то шептала, как молитву.
– Лиза, солнышко! Успокойся, не волнуйся, не смотри статьи в интернете! … Скажи, как я могу тебе помочь? Через пять часов вернусь, кошка, мы с тобой поцелуемся! Котенок мой, я тебя люблю. Просто доверяй мне, все будет хорошо! Я тебя люблю! Очень! Скоро приеду! Утром все будет хорошо!
– Хорошо, Матвей. Я тебя тоже люблю.
Лиза положила телефон на кровать рядом с собой, потом снова сжала в руке.
– Мамочка, пожалуйста, пожалуйста, только чтобы с тобой ничего не случилось, мама! – взмолилась она.
Лиза ждала звонка и умирала от волнения. Маму срочно увезли на операцию по спасению её жизни и жизни ребенка. У мамы началась отслойка плаценты раньше срока.
Лиза узнала об этом случайно. Она не смогла дозвониться до родителей и подумала, что надо позвонить в роддом, куда мама могла лечь на сохранение. Сестра должна была родиться только через полтора месяца. Она дозвонилась, назвала мамино имя, фамилию, отчество, паспортные данные. Сказала, что она – дочь. А потом написала папе, и ему пришлось всё рассказать.
Матвей давно уехал на работу, но звонил и пытался успокоить. Чувствовал, как он ей сейчас нужен.
И вот, в три часа ночи Лиза входила в элитный клуб с растерянной улыбкой.
Любимый был на своем рабочем месте – за барной стойкой. В белой рубашке, рукава закатаны до локтя, свежий и красивый. Напротив Матвея сидели три восхитительных девушки, ожидая свой заказ. Лиза видела, что муж им не улыбался, смотрел куда-то вниз.
Он поставил перед одной из девчонок разноцветный напиток и быстро глянул на часы.
– Могу я вас просить присоединиться к нам? – Сказал мужской приятный голос Лизе прямо на ухо. – Вижу, вам понравился наш бармен?
– Э-э… – начала Лиза.
Но мужчина внезапно крикнул:
– Матвей, твоя жена здесь!! Ах, какая милашка!
Матвей поднял голову и замер.
Чтобы он не подумал самое страшное, Лиза воскликнула:
– Девочка! Два сто семьдесят!!!
Голос у Лизы был такой восторженный, что лицо её мужа осветила улыбка. Когда она подошла и уселась на высокий стул, Матвей осторожно взял её руку и принялся нежно целовать.
– Я хотела тебя увидеть, Матвей! Ты сильно занят? – Лиза повернулась к девушкам, ожидающим у стойки бара своих заказов и улыбнулась. – Не отвлекайся, подожду, когда закончишь!
Матвей готовил коктейли и поглядывал на Лизу, смущенно улыбаясь, как мальчишка.
Отдал заказ, посмотрел на часы и снова взял ее за руку.
– Ночная гостья, что вам приготовить? Лиза, я рад, что ты приехала! Так приятно! Я же сказал, что все будет хорошо!
– Мама еще в реанимации, но она уже мне звонила. Знаешь, как назвали мою сестру?… Мария! В честь тебя, между прочим! Ты у моего отца до сих пор в телефоне Машей записан. «Подруга дочки Маша Москва».
– А, значит я «Маша Москва»? – Матвей рассмеялся. – Ну конечно. Помню, как ты шифровалась. Что хочешь, котенок? Как отпразднуем? Или рано? Давай я сам тебе самое-самое вкусное сделаю!
К нему снова подошли клиенты, Матвей извинился и принялся быстро смешивать коктейль, улыбаясь любимой жене.
Поставил перед Лизой её любимый напиток, а Лиза послала ему воздушный поцелуй. Она видела, сколько клиентов ждут заказов, и, чтобы не смущать мужа, показала, что пойдет в сторону танцпола за маленький свободный столик на двоих.
Лиза подумала, что ему осталось работать менее двух часов, и можно вместе поехать домой.
– Откуда здесь взялась такая кукла?
Молодая светловолосая девушка присела на диванчик рядом с Лизой, развалившись.
«Идеально ровные белоснежные зубы. Дорогие виниры. На шее модная цепь, ухоженные брови, волосы, дорогая одежда, цепкий взгляд, мстительная», – выхватывала Лиза детали, оглядев незнакомку.
– Я заняла ваш столик? – спросила она вежливо.
Девушка не ответила, и сама задала вопрос:
– Ты не местная? … Первый раз здесь вижу!
– Я не местная, жду своего мужа.
– Следишь? Или муж оставил тебя здесь одну?
– Он не оставил, – Лиза покачала головой – Он здесь работает.
– Вот ты какая? …Ты Матвея жена? Я почему-то так и подумала, – проговорила незнакомка слегка насмешливым голосом. – Я – Дженни. Матвея давно знаю. Это интересная история, хочешь – расскажу?
Лиза перевела взгляд с танцпола на девушку.
– Если хорошая история – расскажи, – спокойно сказала она.
– Сказочка на ночь! Мы с сестрой куражились. Она молодая, младше меня. Тоже маленькая ростом, как и ты. И решила она Матвея развести на свадьбу. Соврала ему, что отца позлить хочет и в гости привезла к нам. А на самом деле серьёзно на него запала и представила, как настоящего жениха. Простой бармен на принцессе мог жениться, как в сказке про Золушку. Только наоборот. Ему это предложение понравилось.
– На принцессе?
– Мы очень обеспечены. И отец добро дал.
– Я так понимаю, он не женился? – спросила Лиза.
После её слов девушка наклонилась к ней ближе, лицо ее исказила гримаса, и почти в упор та, что назвала себя «Дженни» прошипела:
– Вот ты какого здесь висишь?! Следишь за ним? Боишься, что муж станет бывшим?
«Не хотелось, чтобы эта девица дотронулась!»
По коже Лизы пробежал холодок. Она успела десять раз пожалеть, что приехала сообщить Матвею свою радость и обняться. Эмоции переполняли, ведь рождение сестренки было таким долгожданным и волнительным.
– Извини, приятного тебе вечера! – быстро ответила Лиза и хотела встать, но Дженни в ту же секунду схватила за руку.
– А ну стой! Давно мечтала с тобой познакомиться! Ждала момента! А тебя всё не было! Матвей – он для моей сестры, поняла?! Он ей подходит. Скоро моя младшая сестренка возвращается из Англии, и после вашего развода они женятся. Надеюсь, ты там не беременна? … Хотя нет, Матвей же плакался Сашеньке, что ты не готова. И это отлично, развод пройдет без проблем.
Лиза не собиралась в такой день портить себе настроение. Она не хотела продолжать разговор и провоцировать еще на какие-то признания. Легче всего было спросить у мужа, что там за история. Ему можно доверять. Но с её характером, Лиза не смогла молчать.
Внимательно посмотрела на девушку, разочарованно глубоко вздохнула, опустив ресницы, и снова подняла на нее невинный взгляд:
– Да мне Матвей не нужен был! – жалобно сказала она, – Я учиться приехала, а не замуж выходить. Но он преследовал меня с первого дня знакомства, как ненормальный псих. Привез к себе домой, держал, как пленницу. Никуда не выпускал. И папу моего убедил, что он должен на мне жениться.
– Должен?… Не нужен? Матвей? – недоверчиво сглотнула девушка.
– Да. Все вообще так быстро произошло. Я и пикнуть не успела, как стала женой! У нас через три дня уже свадьба была, представляешь. Пристал! Не знаю, что делать. Хоть вешайся. И ты думаешь, что я за ним слежу? Здесь? Это он за мной следит! Постоянно звонит и приезжает домой, срывается с работы. Сегодня требовал, чтобы я приехала. Не думаю, что если мы разведемся, он от меня отстанет. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я. – Лиза многозначительно моргнула ресницами и попросила, – Повеселитесь с моим мужем, если он вас с сестрой хочет. Пожалуйста. Сделайте для него хоть что-нибудь! А то я уже прячусь от него в кустах.
Лиза говорила очень серьёзно, без тени улыбки, честно глядя в глаза. Но на самом деле её всю трясло от смеха, потому что по лицу Дженни видела – девушка удивлена, ошарашена и не знает, что теперь на это отвечать.
«Матвей, конечно, возмутится. Спросит с меня. Что это за репутацию я ему создаю… Но, разве он не герой и не любовник? И не достаёт меня каждый день по пять раз? – подумала Лиза, и убедила себя: «Всё так и есть. По-моему, я сказала чистую правду этой девушке, чуть приукрасив про кусты».
Заметив, как начинает беситься Дженни, Лиза слегка отсела подальше. Девице явно тяжело было теперь удерживать маску хладнокровной богатой стервозной красавицы.
Резко откинув волосы назад, Дженни проговорила зло и с нажимом:
– Спрячься! Свали от нас! Поняла?! Такую, как ты – только в кустах. Я не верю, что он на тебе женился по своей воле. Он бы не повелся на такую мышь! И вообще, ты была несовершеннолетняя, а вы с твоим отцом хотели его посадить! Единственным выходом для Матвея было жениться, а потом развестись!
– К сожалению, во время нашего знакомства мне исполнилось восемнадцать. Я проклинаю тот день и ту первую ночь. А Матвей, случайно, не признался, когда у нас развод? А то я уже не могу! Правда, клянусь! Я уже не могу! …. Сколько еще ждать? Спасите меня!
Дженни резко вскочила и растворилась в толпе танцующих.
Лиза почувствовала руки мужа, он быстро подхватил ее, усадил к себе на колени и прижался.
– Лизка, наконец-то! Как хорошо, что ты приехала! Милая, милая, милая!… Кошка, как же я счастлив!
Он, наклонившись, прильнул к губам. Лиза ласково положила ему руку на тонкую рубашку, где сердце его стучало и ускоряло ритм.
– Тебя ждут! Толпа голодных девчонок умирающих от жажды! Иди, работай!
Матвей еще раз чмокнул и посмотрел в глаза. Лиза восторженно улыбалась, глядя на его лицо в неоновом свете.
– Мне нужно пять минут, Лиз. Я сейчас не могу работать. Мне нужно побыть с женой … пять минут. Как ты, милая? Кошка, не уезжай, ладно? Вместе поедем! Я тебе закажу сейчас.
– Нет, я сама, иди, Матвей, а то они меня растерзают.
– Пусть только посмеют. – Он нежно убрал волосы с шеи и коснулся ее губами. – Прелесть моя, как вкусно пахнешь.
Он поцеловал Лизу в нос и снова в губы, замычав от удовольствия.
– Не ешь меня, я тебе еще пригожусь! Я не всё рассказала… Матвей, можно я завтра не поеду?
– А как же я? – Растерялся он, – Завтра не поедешь?… Мы хотели отдохнуть. Не успею отменить, Лиз.
– Я только должна маму увидеть. И потом прилечу к тебе. Пожалуйста, не отменяй ничего. Иди, иди, я тебя буду ждать!
Лиза ощущала его дыхание, сильные руки, которые продолжали прижимать к накаченной груди. Она прикрыла глаза от удовольствия.
Дрогнули ресницы, быстро поцеловала мужа и резко встала с колен.
– Иди работать. Пожалуйста. Я только завтра не поеду, а потом прилечу на твой остров.
Матвей поднялся и пошел за стойку с расстроенным лицом.
Лиза тоже расстроилась немного. Она надеялась, что у них еще есть месяц до родов мамы, даже больше. Матвей собрал вещи, чтобы поехать с ней на все праздничные дни в совсем небольшой отпуск. Хотел вместе увидеть прекрасное побережье моря, за границей побывать.
Они дождались паспорт Лизы, все оформили. Для неё это была первая поездка, и она тоже очень ждала. Но мама третий день была в больнице, а сегодня утром Лиза узнала, что мамочке срочно сделали кесарево сечение. Малышка родилась намного раньше, недоношенной.
«Билеты сдать можно, а я просто приеду на три дня позже. Матвей будет отдохнувшим и встретит меня. В этом нет ничего такого. Мы часто ездили на море раньше папы, или вообще без него».
Лиза увидела, как прошла Дженни под руку с мужчиной. Девушка ему ласково пела на ухо, а мужчина в это время держал в руках телефон и пытался в него говорить.
«Значит, она не одинока. А сестра еще не приехала. До развода есть время, можно наслаждаться любовью» – улыбнулась про себя Лиза и уткнулась в свой мобильник.
Через несколько минут ей на столик поставила заказ официантка. Сказала: «Привет, Лиз!». Засмеялась и кивнула в сторону бара.
Лиза посмотрела на мужа, помахала ему. Матвей сам ей всё заказал, ждать не пришлось.
Она принялась за салат-коктейль с удовольствием, и постаралась не думать о многочисленных знакомых «фанатках» мужа, которые каждый вечер и ночь окружали его со всех сторон.
Красивый, очень красивый мужчина ее муж. Парень, который может так улыбнуться, что хочется видеть это всегда.
Лиза тоже изменилась с момента знакомства.
Сейчас она выглядела ухоженной. Аккуратные изогнутые брови, нежный макияж, дорого окрашенные, еще более длинные и красивые волосы. Волосы выпрямили и они оказались снова и чуть ниже талии. Концы ей сделали идеально ровные. Волосы Лизы были еще одним предметом гордости её мамы. Блестящие, как шелк, удивляли своим богатым объемом.
Голос стал глубже и мягче. Она пользовалась им с еще большим успехом.
Три раза в неделю Матвей и Лиза вместе ходили в фитнес-центр, где Матвей поддерживал идеальный внешний вид, а Лиза прыгала, танцевала, повторяла движения вместе с девушками из команды «нон-стоп». Хотя ей не очень это всё нравилось, глупые игры с телом приводили её в лучшую форму.
Не изменился вес, осталась тонкая талия, но в целом Лиза стала намного более гибкой и сильной. Выносливой. Приятно округлились выдающиеся части тела.
В бассейне и в зале девушка ловила на себе заинтересованные взгляды со всех сторон.
Её походка тоже изменилась. Лиза научилась чуть покачивать бедрами и приподнимать лицо вверх. Так ходят уверенные в себе девушки.
Матвей, всё чаще замечая в ее глазах азартные искры, ждал, что Лиза в своей манере восторженно воскликнет: «Как это прекрасно! Я хочу! Как это красиво! Посмотри, любименький!» Но Лиза только лишь чуть загадочно улыбалась и не беспокоила людей вокруг своими провинциальными восторгами.
Вместо этого она душила его за шею и шептала в ухо страстно, доводя до стыда: «О, Матвей! Я обожаю тебя! Спасибо, что мы здесь! Спасибо за подарок! Ты самый лучший!»
Все, что он ей делал, показывал, дарил… Девушка восторгалась именно им, как человеком. И это было чудо, как приятно. Её эмоции он впитывал в себя, стараясь оставаться сдержанным и не сжимать в объятиях слишком сильно.
Но последнее время, ночами, в дождь Лиза сидела на огромном балконе их новой квартиры, закрыв глаза. И если он заставал ее за этим «занятием» видел то, что не хотелось бы видеть никогда.
Тоску, обиду и слезы.
Лиза ему сразу улыбалась и признавалась, что просто любит запах после дождя. Но он знал, что его девочка так старается стать сильнее. Хочет пройти через свой страх и боль.
Весной все расцветало, а она прощалась со снегом и встречала дождь, растеряв свою радость.
Поэтому он взял отпуск.
Отдых и море, в то время, когда весна напоминает ей прошлую осень.
Лиза перестала общаться с подругами. Это случилось после дня рождения в начале марта. Матвей точно не понял, у кого из Лизкиных девчонок день рождения, но привез ее к общежитию и уехал на работу.
Он не заметил ничего странного. Жена выглядела довольной, спокойной, в руках держала подарок. Поцеловала его и сказала, что будет ждать до пяти утра, когда закрывается клуб он может приехать за ней. Если не получится в пять, она подождет до семи утра, ничего страшного.
Но уже в десять вечера он получил сообщение: «Матвей, не надо за мной приезжать, я уже дома, ложусь спать. Спокойной ночи, любимый».
Сразу, как смог, позвонил.
И она не ответила.
Сорвался с работы, ночью приехал. Увидел спящую фигурку с телефоном в руке. Наклонился ближе и долго рассматривал.
Губы были яркими, пухлыми. Лиза кусала их. Расстроилась.
Разговаривать на следующий день о том, что случилось, она не захотела, только прижалась к нему и долго тихо сидела на коленях, уложив голову на грудь.
Они жили в одной огромной квартире-комнате сейчас. Лиза так попросила.
Сказала, что лучше одна большая комната, чем две или три маленьких. Ей понравилась квартира-студия, где светлый пол, прекрасный высокий потолок с лепниной, модная кухня, совмещенная с комнатой. Вместо обеденного стола – длинный остров. Как у Матвея на работе и в прошлой квартире.
Они купили только роскошные люстры в стиле «Рококо» или «Барокко», Матвей точно не помнил. А еще пышные полупрозрачные легкие шторы, хрустальные кисти для них и пушистый плед.
Всё выбирала Лиза. И это получилось так красиво, что Матвей понял – жена смогла бы украсить любую квартиру, убрав из нее всю мебель и купив несколько важных деталей. Сделать так, что. мечтаешь вернуться домой.
Мебели на самом деле почти не было. На его удобной низкой кровати – белый шикарный плед с длинным пушистым ворсом. Для немногочисленных гостей – диван. Темно серый, бархатный.
На прикроватных столиках с двух сторон стояли свадебные фотографии, где запечатлелись их счастливые и растерянные лица. Над кроватью – фото их нежного поцелуя в зеркальной рамке.
Много места было в центре квартиры, где можно танцевать. И они танцевали.
Шикарный балкон, где можно спокойно даже спать летом.
Там находился сейчас маленький круглый столик. И они сидели за ним по ночам с чашками чая, бокалами вина. Молчали и целовались.
И сейчас заходили домой вместе, обнявшись перед разлукой.
Матвею не хотелось лететь одному за границу так сильно, что он готов был отказаться от возврата денег, перенести отпуск, поехать с ней в роддом Новосибирска. Но Лиза умоляла ее просто ждать на острове.
– Я должна увидеть их, Матвей. Мы обязательно встретимся через три дня, я буду с тобой счастливая и… В общем, счастливая! Всё, как ты мечтал!
– Я хотел с тобой уехать отдохнуть, когда ты еще даже не смотрела в мою сторону, Лиз.
– Я всегда смотрела в твою сторону. – Лиза улыбнулась и потянулась. – Ты устал, я тоже. И ты прекрасно выглядишь в этой рубашке. Тебе так идет. Любимый, ты самый любимый! Пожалуйста! Хочу увидеть малышку, но ее пока маме не отдают. Мы вернемся с отпуска, и вместе потом к ним поедем, подержим на ручках мою сестру. А сейчас я одна. Матвей, маме станет легче, когда я рядом.
– Детка, только ты не пугайся, ладно? Все женщины рожают. Не бойся, хорошо?
– Я просто хочу узнать, как это, потому, что в интернете просто… Это всё так… волнительно, трогательно и необыкновенно… и в тоже время страшно. Ты очень хочешь ребенка, Матвей?
– Не думай обо мне.
– Очень?
– Я очень хочу. Но для меня важно чтобы ты хотела от меня наших детей.
– Мне сегодня сказали, что ты плакался какой-то Сашеньке, что я не готова.
– Какому-то. Это парень, сын владельца. Ты с ним знакома, помнишь?
– Да. А почему ты плакался?
– Не знаю. – Матвей улыбнулся – Он спросил, почему тебя не видно. Подумал, что моя жена беременна. И я представил, как это было бы чудесно. Мы поговорили. Лиз, пойдем в душ и спать. Я люблю тебя кошка. Обожаю видеть, как ты ко мне подходишь. Так приятно. Пойдем под наш тропический ливень, я тебя буду ласкать так, что ты уснешь спокойной и счастливой. Солнышко, только три дня, хорошо?
– Через три дня я прилечу к тебе. Я обещаю!
Глава 2.
До аэропорта доехали очень быстро. Лиза немного растерялась утром, когда, увидела, как Матвей выкладывает её косметичку из уже собранных полностью вещей. Он предложил все остальные вещи взять самому, чтобы ей было легче.
Не обращая внимания на людей вокруг, он прижимал её крепче к себе и целовал, нежно заглядывая в глаза.
«Что я делаю?! У него такой вид, как будто я отказала ему во всём» – думала Лиза и старалась успокоить мужа.
– Время пролетит очень быстро, ты даже не заметишь, Матвей. – сказала она уверенно.
– Я не замечу? Лиз, скажи мне честно, ты совсем передумала лететь? Я просто тогда не поеду и всё, буду работать без выходных. Или давай сейчас вместе к твоим. Может, есть еще возможность купить…
– Я приеду, обещаю! Даю тебе слово! Только три дня. Ты же сам переоформил мне билеты только что. Встретишь меня на пляже отдохнувший, с прекрасным загаром! Отдохнешь от меня немножко, никто не будет тебя доставать!
– Ты меня не достаешь. Лиз я буду ждать. Если ты не прилетишь – плохо тебе будет.
– Я знаю. Мне уже плохо и жалко с тобой расставаться. Пока, любимый. Регистрация заканчивается, уже объявили.
–Целуй меня быстро. Сама. … Я жду.
– Матвеюшка, не тоскуй по мне. Слышишь? Три дня и мы увидимся.
«У меня есть самый любимый человек, и я ему не причиняю боль. – Утешала себя Лиза в самолёте, – Надеюсь, что с мамочкой все будет чудесно, а я не испугаюсь и захочу сама родить ребенка. Чтобы не обижать его. И ровно через год, мы с ним станем мамой и папой».
В прошлую поездку всего две недели назад, они с Матвеем оба прикоснулись к этому чуду. Мама была беременна. И если он всю ночь потом мечтал вслух, Лиза передумала рожать двойняшек и с трудом представляла, как она с животом садится в машину и ходит на лекции.
Живот, в котором двигалась сестренка, был огромный. Мама поправилась, но она так же шустро делала домашние дела, ухаживала за собой и всё время улыбалась.
В университете беременных Лиза не видела, или просто не замечала, потому, что срок у девушек был маленький. Она всё изучила, всё рассчитала. Чтобы не ходить с огромным животом, надо стать беременной в ноябре, и тогда на каникулах она родит ребенка и снова станет обычной Лизой. И постарается только на самое важное приезжать в институт. А Матвей обещал, что все заботы о малышке возьмет на себя.
«О, боже. Он обещал, что будет сам всё делать, но разве так бывает? А ночью работать? Нет, его хватит на месяц. Или меньше. Он совсем устанет с нами двумя. В одной комнате ему даже негде будет отдохнуть».
Вспомнились невольно слова Эльзы о том, как Матвей двоих детей будет «успокаивать», если Лизка еще и родит.
Девушка расстроено поглядывала в иллюминатор самолёта на взлётную полосу.
Пришло сообщение. «Люблю тебя, зайчик. Пожалуйста, не обижайся за мой вид. Я просто хочу с тобой».
«Матвей еще просит не обижаться, – расстроилась Лиза, – Он был печальным и когда квартиру выбирали, чтобы купить. Сделал, как я хочу. Купили студию. А он думал о детской комнате. Я его мысли читала прямо в глазах. И все равно сказала, что хочу одну комнату».
«Прилечу и позвоню тебе по видео», – написала Лиза в ответ, – «Волнуюсь за маму очень сильно. Если получится – увижу Машеньку, расскажу тебе всё-все! Целую нежно, как ты любишь».
«Я люблю, когда ты рядом. Как мне спать теперь без тебя?»
«Стоя».
«Тебе совсем, совсем не стыдно, кошка?»
«Я взлетаю, мы уже покатились по взлетной полосе. Хорошей дороги и тебе, Матвей! Люблю тебя, отключаюсь».
***
Спустя двенадцать часов Лиза оказалась дома и заперлась в своей детской комнате.
Стук в дверь раздался так неожиданно, что она подпрыгнула.
– Лизонька, как ты? Я приготовил, пойдем, поужинаем? – спрашивал отец, растерянно улыбнувшись.
Девушка всматривалась в его глаза и старалась понять, есть ли там страх за маму или уже нет. Ведь он тоже испугался.
Папа был рядом, все видел. Этот ужасный шов вдоль всего живота, желтый цвет йода, капельницы, трубки. Мама белая, как полотно, еле шевелит пересохшими губами. Мама была готова пойти на всё, ради ребенка, даже пожертвовать своей жизнью, лишь бы спасти малышку.
– Лиз! – Отец взял за плечи и крепко обнял. Не волнуйся, всё позади. Это да, было очень опасно, но мы успели. Я пришел вовремя домой. Внутреннее кровотечение бывает редко. Мама в это время спала. Так бывает. Очень редко, но бывает.
Лиза быстро задышала, чтобы не заплакать и кивнула.
– Да, пойдем, пап. Я уже в порядке. Всё и с малышкой в порядке будет, да? Она здоровая, просто очень маленькая?
– Сказали, что полностью здорова. Выпишут через пять-семь дней.
– А маму?
– И маму тоже.
Отец разложил еду и начал накладывать Лизе салат. Она не шевельнулась.
Налил чай, положил в него ложку протертых ягод.
Лиза сидела, как не у себя дома и чувствовала, что есть ей совсем не хочется.
Отец тоже не притрагивался, отложил вилку
– Пап, почему ей нельзя пить? Ведь она очень хочет пить.
– Так сказали. Молока будет слишком много, пить можно по чуть-чуть.
Лиза еле улыбнулась и покачала головой.
– Молоко. Видела, как у мамы изменилась грудь. Это для ребенка. Я читала.
– Ты умница. Но много не читай, а то Матвей Сергеич твой не дождется сына или дочь. Молодец, что маме так помогла и такие слова сказала, а сейчас поешь и отдохни. Завтра я на работу, а ты поедешь и посидишь с ней. Палата хорошая. Рядом медсестры, санитарки. Только не бойся… Я сразу после работы к вам.
– Мама сказала, что ей не больно поворачиваться, но я же вижу, как ей больно, и как она за малышку волнуется. Все равно врач сказала двигаться надо, через боль. Она как раненый солдат… Когда ей принесут Машеньку?
– Скоро принесут. Я уже подсмотрел, меня пустили сегодня, через стекло посмотреть. Ты была большая такая. Смешная. Совсем не плакала. А она маленькая, как твоя вот кукла, которая сидит на полочке. Ты чего так волнуешься? Откормим. Тебя же откормили.
На лице девушки появилась улыбка.
– Я знаю. Пап, Матвей хочет ребенка. На самом деле. Мне не говорит, а на работе плачется.
Отец удовлетворенно кивнул, взял вилку и начал с удовольствием есть.
– Я его понимаю. Тоже тебя очень хотел. Иногда женщины рожают, чтобы привязать к себе мужчину. А иногда мужчины хотят детей, чтобы их женщины находились дома и никуда не сбежали. На работу там, на гулянки. Но твой Матвей хочет, потому, что он смотрит на тебя и представляет с ребенком на руках. Он любит детей. Он ответственный парень. Не волнуйся, если вдруг что-то у вас не заладится, мы тебя всегда примем. Хоть с пятью детьми. К себе обратно заберем. Не волнуйся за это. Теперь ешь, пожалуйста. Выглядишь, как царевна Несмеяна. Лиз, ты у меня красавица, умница. Но без Матвея больше не приезжай. Когда ты с ним, я вижу дочь счастливой и не волнуюсь за тебя.
Лизе стало совсем не по себе.
– То есть, с пятью детьми вы меня заберете, и без Матвея не приезжать? Это как? Папа!
– Я решил тебе логику сломать. Хватит думать, ешь и спать. Чтобы выспалась, повеселела, и мать у нас повеселела.
Когда ужин подошел к концу, Лиза увидела, что отец снова в коридоре одевается.
– Я поехал, проведаю. С мамой посижу, подежурю. Может Машку разрешат опять глянуть через стекло. Спокойной ночи, родная. Не переживай, врачи там от бога.
Папа ушел, заспешил к маме и сестренке. Лизе от этого стало так грустно одной, что по щекам полились слезы.
В больнице она улыбалась, целовала маму. Но как же там всем тяжело. Как кричала неизвестная женщина, пока ее везли в родовую палату.
Лиза чувствовала себя запуганным ребенком, которому это все предстоит. Уже совсем скоро ей придется сказать мужу: «Я готова, любимый».
И больше не пить таблетки.
Лиза всегда ставила себе напоминание в телефон, чтобы случайно не пропустить прием таблеток и очень боялась беременности. Она помнила это чувство огромного страха и безумного облегчения прошлой осенью. А потом жуткого стыда перед Матвеем, который, волнуясь за нее больше, чем родной отец, сам догадался, что случилось в ту ночь. Насколько всё далеко зашло. Не было защиты от беременности, болезней, передающихся половым путём.
«Он заслуживает счастья, – грустно усмехнулась Лиза, – Я хотела быть для него собой. Честной, искренней, невинной, и чтобы у нас с Максом ничего не было. А получилось, что я совсем не невинная, лгунья. И так ужасно, что он всё понял, когда уже влюбился. Когда я влюбила его в себя. Лучше бы Матвей выбрал свадьбу с той богатой английской принцессой, сестрой Дженни. Уже стал бы отцом и не думал бы сейчас о Максе, который снова меня напугал!»
Лиза всё видела и понимала.
Матвей до сих пор не любил имя «Макс». Не выносил, когда она его произносила. И все время обращал внимание на все ее звонки и сообщения, которые писали однокурсники из универа.
Макс приезжал всего один раз, еще зимой, вечером. Но это было ужасно.
Любимый Матвей уехал в клуб на работу, Лиза вернулась из института, приняла душ и спокойно пила чай с успокаивающими травками, который им все время давала Ольга Ивановна. Она не знала, что машина Макса стоит под окнами их новой квартиры. Даже представить себе этого не могла. Просто сидела с влажными волосами, вся ароматная, румяная после горячего душа. И расслабленная от мятного чая, который Лиза не очень любила, но пила для того, чтобы быстрее заснуть, если Матвея нет дома.
Она увидела в дверях мужа, внезапно вернувшегося домой.
Удивилась и обрадовалась.
А он уставился, как на призрак. Лиза подошла ближе, посмотрела в глаза и спросила: «Что случилось? Почему ты вернулся? Забыл что-нибудь?» Но он её не слышал.
Лиза еще раз спросила: «Тебя отпустили с работы? Мы будем вместе сегодня спать?» И Матвей отвернулся от нее, посмотрел в сторону.
Тогда она не нашла ничего умнее, чем почти крикнуть испуганным голосом: «Кто-то умер, Матвей? Не молчи!»
Он тихо ответил «Нет». А потом обнял ее и стал просить, чтобы она сказала честно, был ли у нее в гостях Макс.
Лиза не поняла сначала, какой именно Макс. И удивилась несказанно. В итоге после её долгих поцелуев, Матвей признался, что заехал не потому, что отпустили, а потому, что у неё были гости. Увидел возле дома похожую машину, как у Макса. И вернулся.
Разобидевшись, что он мог такое подумать, Лиза надулась на него, даже заплакала. Они мирились целый час. И тогда Матвей показал ей сообщение: «У твоей жены гости». Ему написали с неизвестного номера.
Он уехал на работу, после того, как Лиза успокоилась и сладко спала.
При следующей встрече для разборок Макс признался. Ему передали сообщение, что Лиза его ждет, и прислали адрес. Но он не решился зайти в квартиру. Хотел, и не решился. Почувствовал, что никто его не ждал. А потом увидел машину Матвея и быстро незаметно ретировался за угол дома, бросив своё авто. Дождавшись, когда Матвей зашел в подъезд, он прыгнул в машину и сразу уехал. Кто его пригласил в сообщении, Максим точно не знал, а позвонить Лизе не мог, так как все незнакомые номера у нее был заглушены, а он вообще заблокирован.
Лиза задала ему прямой вопрос: «Почему же ты не позвонил Матвею, что я хочу с тобой встретиться? Или ты подлец?»
Он ответил: «Да, я подлец. Я хотел тебя увидеть».
С этого дня можно было попрощаться с дружбой навсегда. И Лиза это сделала. Сказала ему без сожаления.
Глава 3.
Время в Новосибирске летело быстро. Лиза прямо из роддома позвонила Матвею по видеосвязи. Матвей с самой милой улыбкой отвечал на все вопросы о том, как он долетел в Испанию и добрался на остров. Рассказал, что они будут жить в прекрасном бунгало на берегу. Спрашивал у мамы Лизы, как эта бедная Лизка одна сама туда к нему полетит.
Он был так весел и счастлив их видеть. Никто никогда и не подумал бы, что несколько часов, минут и секунд назад у него был долгий перелет, бессонная ночь и подавленное настроение.
Парень смотрел на свою жену мягко и ласково, чтобы она успокоилась. Пытался говорить специальными словами, которые всегда действуют положительно.
Казалось, Лиза не выдержит, расплачется и пожалуется, попросит «Обними меня, любименький».
***
Мама Лизы выглядела очень серьезно больной. Даже на маленьком экране. Лиза передала ей свой телефон для того, чтобы поздороваться с зятем и получить поздравления. И Матвей невольно охнул. Но он быстро собрался, лучезарно улыбнулся и заговорил, своим приятным голосом:
– Я вас что-то не узнал, Елена Александровна. О, простите, богатой будете! Поздравляю с дочкой, люблю вас очень! Вы чудесная мать, у вас теперь две замечательные девчонки! Лиза и Маша. …Везет же вам всем! Вы вместе, а я один!
Елена в ответ сказала, что не он один, почти мальчик у нее тоже есть – муж дочери с прекрасным именем Матвей. По ее бледным щекам пролились слезы.
Извинившись, Елена посмотрела на Матвея так, как будто он её лучше всех понимает.
Он вспомнил, что мальчика они потеряли в прошлом. Возможно, по той же причине, что и сейчас могли потерять девочку.
Быстро забилось сердце. Хотелось дать сил этой женщине. Она действительно любит детей, настоящая мать.
«Только бы с Лиской было все хорошо! Если она так держится, это не значит, что ей не страшно. Даже мне, взрослому мужику, хочется застонать от бессилия, потому, что такую женскую боль невозможно принять на себя».
Лиза снова взяла телефон в свои руки и посмотрела на мужа. Он продолжал светиться в улыбке.
– Я так рада за тебя, Матвей! Тебе нравится там? Красиво? – спрашивала девушка полушепотом, чтобы он не услышал, как дрожит ее голос.
– Нет, я с удовольствием ждал бы тебя возле роддома. О, Лиз, то есть, я хотел сказать, что полетел бы с тобой и … пока ты там с мамой, ждал бы тебя.
Она сразу попрощалась.
После этого разговора, парень сидел в бунгало мрачный и думал, что его Лизке сейчас не вид счастливый нужен на фоне океана, а он сам.
В её ярких, темных, даже синих глазах было такое смущение и непонятная вина, что сердце дрогнуло. А еще она просила не звонить пока, потому, что может спать или мама, или она сама. Просила отдыхать и ни о чем не думать, даже о ней.
«Зачем поехал? Почему не отменил всё к такой-то матери? Если она не сядет завтра в самолет, вернусь и обниму!»
На второй день разлуки Матвей сдержался, чтобы рвануть к любимой, потому, что сам только прилетел.
До встречи осталось совсем недолго. Но если вернуть всё назад, он плюнул бы, и остался.
Матвей прошелся по пляжу, вернулся в тихое место, где было две двуспальных кровати, лег на ближайшую, обнял подушку и весь день проспал до самого вечера.
Разбудил его звонок. Спросонья Матвей не понял, сколько времени, но сразу же застонал, увидев, что это не жена звонит.
Это был Артем, его смена в клубе.
– Матвеич, ты там как? Живой?
– Тём, я сам знаешь где.
– Напился как скотина?
– Нет, нормально все. А что такое? – Голос у Матвея был сонный и он понять не мог, какого дьявола его беспокоят. – Забыли про отпуск? Что вам надо?
– Ты держись, слышишь? Бабы они такие ничтожества… Отдохни, найди себе красоток. Люби их так, что всё забудешь. Хоть круглосуточно меняй. Одна устала – бери следующую, или сразу парочку. Возвращайся как всегда на высоте. Мы тебя ждем.
– Ты чё несешь, Тём? Я женат. Приеду и придушу тебя.
Возникла недолгая пауза, и снова вопрос:
– Ты там один или с женой?
– Один пока. Жду её.
– Там это… Слухи что ль последние знаешь? Наши все в курсе, в общем. То, что у вас там с женой всё плохо, и она хочет развестись.
– С этого момента поподробней. Кто с тобой так пошутил?
– Кто? … Все. Я вышел, а у нас почти собрание. Ты же только женился и, блин, Матвей, ты такой стал… В общем. Александр Иваныч приехал и сказал, чтобы я звонил, а потом он. Как бы ты не утопил себя в вине и сам не утопился. Даже не думай. Имей все что движется и приезжай, поднимем тебе тонус. Атмосферно отдохнем. Дефки наши тебя ждут.
– Что происходит, джентльмены? Кто, кого, куда и за что?
– Ты мне скажи – вы с женой разводитесь или нет? Элеонора уже празднует. Пригнала в клуб, ходит как черная кошка, глаза сверкают.
– Я тебя сейчас убью. Какой развод? Кто это всех развел? Эльза? И кто ей верит?
– Подожди, подожди, я сейчас до шефа дойду, не отключайся. У тебя там денег хватит или кинуть?
– Кинь, если не жалко. Узнаю, кто пошутил шутку – плохо вам будет.
Через несколько минут раздался мирный смеющийся голос сына хозяина клуба Александра:
– Матвей, тут над твоей персоной пошли слухи, что жена твоя просит её спасти. От тебя. И ждет, когда ты отпустишь ее, ждет развода. Ты что там с ней делаешь, а? Она у тебя в наложницах или в заложницах?
– Она у меня … любимая жена. Какого дьявола происходит, Саш?
– Ты у нее и спроси. Твоя Лиза нашей Женьке призналась, что замуж не хотела, вы ее заставили. Насильно насилуешь бедняжку, от тебя отмотаться не может. И ждет, пока ты … Эй, Матвей, ты в курсе, что твоя Лиза-подлиза уже не может…
– Какому Женьке? Когда? – перебил Матвей возмущенно.
–Нашей Женьке. Когда не знаю, но я узнал вчера за ужином.
– Что ты ее слушаешь! Все у нас классно, я люблю жену, она меня. Никто не разводится, только что с ней на связи был. Пусть не гонит. Все нормально, у нее сестра родилась, поэтому Лизка уехала… Вообще, что я оправдываюсь!
– Так. С тобой все ясно. А откуда Дженни это взяла? Так она познакомилась с твоей, пока ты там обслуживал. Слушай, а ты уверен?
– Уверен! Я в своей жене уверен!!
– Ты смотри. А то ювелирша могла твоей милашке наговорить лишнего. Кстати, француз её смеялся так, что я понял – он тебя всегда ненавидит, Матвей. Он в курсе ваших с Женькой отношений и твоих успехов на любовном фронте. Его твоя персона давно интересует. Как ты вернулся к нам, француз напряженный ходит.
– Если она мою Лиску тронула, я с ней сам решу. С Женькой связался-то один раз и то, сам знаешь почему. Как она меня достала со своей больной сестрой… В общем, ненормальная ситуация. А потом я французу ее мужу законному сдавал из рук в руки, каждый раз, когда искала приключений. Замуж выдали? Вот пусть и сидит замужем! Чего ей надо от меня еще! Я не уволюсь Сашка. Все же нормально было…. Деньги нужны, но если дальше так пойдет – придется. Жаль, но связываться не хочу, ради жены и ее спокойствия.
– Матвей, все равно, поговори со своей деточкой. То есть, с женой. Нормально, по душам. Она любит, или как? Когда бабы любят они беременеют быстро и с большим удовольствием.
– Не в этом дело, она еще девчонка совсем. Забудь о чем мы с тобой говорили, и хорош обсуждать.
– Как же без этого! – Матвей услышал смех – Мы скучающие небожители. Нам всё, что внизу происходит, знаешь, как интэрэсно? Драйва хочется. Как там погодка? Как море, градусов семнадцать?
– Двадцать, Сашка. Нормально все. Приедет, поговорю по душам.
– Ты про Эльзу, что знаешь? Её давно не было, а тут нарисовалась.
– Ничего не знаю. Дайте пять дней ничего не знать. Плюс перелет. Прикажи там всем не обсуждать мою личную жизнь, ты ж главный над младшим персоналом. Всё неправда.
Матвей покачал головой, встал, поискал сигареты. Вспомнил, что бросил и вышел пройтись.
Всё было чужое, незнакомое. Люди, места, дороги. Зашел в первый попавшийся бар, замер в нерешительности. Потом все-таки купил сигареты и уже на берегу затянулся.
Лег на песок, уставился в небо, принялся ждать рассвета.
***
Еще день и ночь и снова день….
– Лиза! – прошептал Матвей. – Кошка!!! Милая!!! Лизаа!!!
Девушка резко к нему повернулась.
Матвей был еще далеко. Он словно застыл, не собирался подходить ближе. Встречал жену с огромным букетом розово-фиолетовых цветов, рассматривал её, не сделал ни шагу навстречу.
У Лизы на плече висел серебристый рюкзачок, на стройных изящных ногах серебристые босоножки с тонкими ремешками. Девушка в небесно-голубом коротком платье с полностью открытыми плечами держала в руках знакомую курточку-ветровку.
Она виновато опустила глаза, потом снова подняла, улыбнулась и пошла навстречу.
Матвей всегда наслаждался видом. Любовался, как она идет к нему. Такая изящная, как будто нет никого рядом. Видел только ее одну. Фея вышла из леса и уже совсем близко.
– Матвей, ты хотя бы можешь улыбнуться? Мне кажется…
Он медленно нежно обнял ее. Поднял повыше и посмотрел в глаза. И сразу потянулся с поцелуем. Долгим, не предназначенным для многочисленных зрителей.
Лиза на несколько секунд забыла, что они не одни, но потом постаралась отстраниться.
Матвей не отпускал.
Невольные зрители закричали восторженно. Их уже начали фотографировать. Некоторые свидетели встречи влюбленных вставали на фоне целующихся Матвея и Лизы, со смехом показывали за спину.
Лиза увидела это и рассмеялась.
– Кажется, мы засветились! Муж, давай ты меня отпустишь?
– Какая же ты маленькая! – Шептал Матвей, не переставая нежно касаться губами – Ты что такая … худенькая у меня? Ты вырастешь, когда-нибудь?
– А что тебе не нравится? Я думала, ты меня и такую любишь!
– Это очень красиво. Это безумно красиво. Только, пожалуйста, скажи, ты там не ела совсем что ли? Лиз, ты стала легче, я чувствую!
– Легкая, как перышко. Я так рада тебя видеть! – Девушка засветилась, будто только сейчас рассмотрела, какой у нее муж.
Матвей всматривался в её глаза.
Внутри у Лизы будто тепло заполнило её всю, начиная от груди до кончиков пальцев.
– Что? Что так смотришь? Насмотреться не можешь? Или хочешь важное сказать?
– Лиска, я такой дурак. Я у тебя просто идиот. Мне надо было остаться с тобой!
– Матвей, нет. Не надо тебе со мной, у нас осталось всего пять дней отдыхать. А там такое… Такое… Я в шоке! В полном! Я буду рожать дома! Я рожу, как кошка, дома! Когда-нибудь!
– Со мной, да? – он растерянно улыбнулся. – Я буду тебе помогать, Лиз.
– Котят принимать? Нет, Матвей, только не с тобой! Ты вообще не должен это все видеть! Машка просто вот такой вот маленький котенок! Я даже представить не могла, какие маленькие бываю дети! – Лиза показала руками и опять его обняла. – Она меньше моей куклы. Папу там нарядили в одноразовую одежду, и он держал, а я только смотрела. Маме стало почти совсем лучше. Она уже вставала сама, я только чуть поддерживала. … А нам далеко? Поехали быстрей на море, я никогда на таком не была, хочу… Волны хочу! Жить хочу! Скорее Матвей, так мало осталось дней!
***
Летели на остров недолго. Но было уже темно, когда они бросили вещи. Лиза моментально переоделась в купальник и выбежала на воздух.
Матвей вышел следом, закрыл дверь, догнал маленькую фигурку в темноте.
Горели фонарики, гуляли парочки и компании. Все, как по команде уставились на девушку, провожая взглядом.
Изящная тонкая фигурка с длинными развевающимися на ветру волосами привлекла всё внимание.
А Лиза, никого не замечая, быстрым шагом шла к морю.
Она смотрела только вперед, она уже слышала шум прибоя, волны звали ее к себе, в родную стихию.
На ходу Лиза снимала платье и бросалась в воду.
– Кошка стой! Ты не одна! – Матвей ускорил шаг и побежал за ней. – Ты забыла про меня?
Лиза не повернулась, она была в тёмной воде. С удивлением и восторгом глубоко дышала.
Шум прибоя почти заглушал его слова, но девушка в ответ сказала:
– Я не забыла, что люблю тебя.
И неясно было, кого она любит. Мужа или море.
***
Она так и не остановилась.
Матвей в воде догнал, обнял со спины и прижал к себе.
– Какой ты горячий! – Закричала Лиза. – Ты, как огонь!!!
– Я всегда такой! С тобой! Ты не одна, детка!
– Здесь волшебно. – Лиза развернулась, и обняла, – Погрей меня, и я пойду плавать. Ты опять меня хочешь! Опять! Сколько тебе нужно?
***
Поборовшись с волнами и отдышавшись, они сидели на пляже.
Воздух был прохладный, но Лиза прижалась и моментально снова согрелась.
– Мне легче. Мне так легко только с тобой. Что это? Почему? Почему, когда ты смотришь, я ничего не боюсь?
– Я люблю тебя Лиз, и ты это чувствуешь…
– Это не только любовь, – она посмотрела на мужа настойчиво, – Скажи, что это за чувство? Я как будто себе не принадлежу. Я ничего не боюсь, потому что ты во мне, внутри меня. Сильный, бесстрашный и уверенный. Весь страх исчезает, Матвей. И мне всегда тепло, горячо от тебя.
– Ты сама обжигаешь меня своим телом. А не я тебя. Лиз, если ты далеко, я начинаю представлять нашу любовь. Иначе просто ломка. Аромат твоей кожи самый волшебный, хочется только им дышать. Я твои вещи прижимал к себе и вдыхал, как ненормальный. Ты представляешь? Вдыхал и чувствовал что-то невероятное. А когда ты прикасаешься губами, всё, мне конец.
– Это вообще как-нибудь лечится, Матвей? Само пройдет? Я хочу, чтобы немножко прошло. Невозможно так жить. Надо быть спокойней. Надо учиться быть нормальными. Давай попробуем не целоваться.
Матвей нервно усмехнулся.
Лиза с его глаз перевела взгляд на губы.
– Не целуй меня, терпи.
Внутри у него все горело, но он терпел, он пыталась думать и включить разум.
Не выдержал. Быстро коснулся губами, закрыл глаза и провалился куда-то в бессознательное состояние.
Его привела в чувство только боль, когда жена нежно и одновременно мучительно прикусила нижнюю губу.
– Остановись, любименький! Ну что такое… Я же попросила. Я так не играю. Матвей…
Лиза встала и начала отряхиваться.
Через несколько секунд он сдавленным голосом произнес:
– Кажется, умная Лиза проводит эксперимент. Да, Лиз?
– Да. А что, нельзя? На меня этот пляж, и море, и океан так действуют, что я с ума схожу. Я становлюсь такой же дико влюбленной, как и ты. Даже сильнее.
– А ты не хочешь?
– Я не знаю. Мне страшно. … Да нет, я знаю, знаю. Ты мой муж. Но это же … Это может быть не навсегда. Куда ты меня несешь?
– Домой, то есть… Я больше не могу. Нам надо… поговорить! Я не знаю что с тобой, почему ты хочешь быть равнодушной ко мне.
– Я не хочу быть равнодушной. Я просто не хочу так сильно скучать по тебе, Матвей. Я без тебя не смогу, если влюблюсь очень сильно. И тебе тоже будет плохо и больно, если у нас это не навсегда. Ну должен же быть инстинкт самосохранения, разве нет?
– Хорошо. Я понял. Ты решила выбрать более спокойного парня, да? Поэтому так сказала, что хочешь развода? … Ты же это сказала, Лиза?
Лиза ничего не ответила.
Матвей молча нес ее при свете фонарей всю обратную дорогу. Он открыл дверь, зашел в дом, где они поселились, и бережно положил на кровать. Начал расстегивать босоножки.
– Я не это имела в виду.
– А что? Что ты имела в виду? Хотела разбить мне сердце и отказаться, потому, что я слишком сильно тебя люблю?
– Ты что, с ней виделся? – Лиза осторожно отвела его руки, села и положила прохладную ладонь ему на лоб. – Успокойся, Матвей.
– Скажи с кем, и я скажу «нет».
Он снова притянул за талию ближе к себе. Снова губами касался шеи. Коснулся языком, провел вниз до груди.
Лиза прикрыла глаза, отвернулась.
– Дженни и ее сестра… Принцесса. Такая же маленькая, как я. Девушка, как ты любишь. Она сказала, что ты на мне женился и скоро разведешься. И я пошутила с ней, что мечтаю об этом, жду, когда наконец-то ты отстанешь. Мне было смешно. А потом, я подумала, что это, как знак для нас. Может это шанс спастись от зависимости. Рядом с тобой девушки, которым ты очень нужен. И они не сидят на твоей шее. Не боятся рожать для тебя детей. Твоя жизнь с ними станет легкой, как перышко… Матвей, у нас огромные долги. А ты, чтобы меня привлечь, покупаешь ужасно дорогие бриллиантовые серьги, квартиру, какую я захотела, без детской комнаты, и этот отдых… Ты всё теряешь, милый. Я же не хочу, чтобы с тобой совсем плохое случилось.
– Со мной сейчас именно это случится, если ты не остановишься.
– Матвей, скажи, ты веришь мне? Ты мне доверяешь?
– Да.
– Тогда почему ты поверил, что у меня в гостях Макс? Ты приехал… Я никогда не забуду с каким лицом ты приехал. … Почему я так пошутила?… Просто пошутила с незнакомой странной блондинкой в клубе. И ты сразу сказал, что я хочу найти себе более спокойного. Я никого не нашла. И не буду искать для себя. А вот ты мог бы жениться на маленькой принцессочке, и у тебя уже были бы дети с ней.
Комната была почти полностью поглощена темнотой, только слабый свет ночной красной лампы освещал всё вокруг теплым огнем.
Муж ничего не ответил, продолжал целовать и ласкать все сильнее и уже ничего не мог остановить. Он стал шептать. Просить прощения.
Лиза откинула его на спину, посмотрела в глаза и сказала холодным чужим голосом:
– Тебе будет больно. Каждый раз тебе будет больно. Я знаю, что такое ревность. Матвей. Остановись. Всегда мне доверяй. Всегда. Не надо меня покупать. Я тебе и так принадлежу полностью. Я не предам. …. Или буду искать для тебя другую жену, с которой тебе будет очень хорошо.
Он несколько секунд молчал, часто дышал и, наконец, она услышала то, что хотела.
– Я доверяю тебе, детка. Всё. Я больше никогда не позволю себе сомневаться… Не буду думать о том, что ты уйдешь… Господи, как ты прекрасна.
Обещай мне доверие, – прошептала ему в губы Лиза.
Она приподнялась и открыла окно. Легкий ветер охладил её прекрасное тело. Под шум волн она коснулась рукой его плеча и провела по горячей груди нежными кончиками пальцев.
– Матвей. Если это навсегда, я буду счастлива. Не хотела причинять тебе боль. Своими шутками, желаниями, и тем, что я не хочу помнить.
Он с мольбой в голосе прошептал:
– Прошу, Лиз… Я не могу больше… Не кусай меня … Не останавливай. Я хочу тебя. Ты со мной, я безумно люблю… Мне с тобой невыносимо, но это сладкая боль…
– А мне с тобой никогда не больно. Хочу, чтобы и у тебя так было. Матвей, ты сможешь любить так, как я?
То, что Лиза чувствовала и хотела объяснить любимому человеку, невозможно было передать словами. Но она в нем была уверена больше, чем в себе самой.
– Я без тебя не могу жить.
«А я без тебя тоже не могу жить?… Кажется, могу. … Я не знаю», – подумала Лиза засыпая, и впервые за эти три дня не чувствовала себя одинокой, испуганной и несчастной, лишенной самого важного.
Глава 4.
Солнце уже почти зашло, а жена все спала и не могла проснуться.
Матвей расслабленно сидел возле нее в кресле, пил из бокала самый дорогой испанский напиток, который на свет переливался, а во вкус он уже влюбился.
Он вообще во всё влюбился.
«Спящее сокровище может хоть весь отпуск так отдыхать. Вид восхитительный. Не хочет ребенка – не надо, рано еще. Она – моя любимая. Слишком молодая. Дочь и жена, жена и дочь…. Пусть так. Не буду ее больше трогать своими желаниями. Надо, чтобы она не только поспала, но и поела. Совсем легкая, как пёрышко».
Матвей дважды сходил на пляж, покраснел от солнца, несмотря на легкий загар в солярии, и решил, что майские лучи его жене будут полезней на закате.
Лиза, наконец, не просто перевернулась, а позвала его и села на кровати.
– Я очень близко, чувствуешь моё дыхание?! – Он сразу обнял.
– Эй, а сейчас утро, Матвей? Почему так темно?
– Вечер, зайка. Сейчас бегом умываться и сразу ужинать. Я очень хочу есть. … Что тебе снилось? Что-то хорошее? … Может быть я?
– Матвеюшка, я не поняла… Ты что, позволил мне проспать целый день? … Да как ты мог! Я не знаю, что сейчас с тобой сделаю! Осталось отдыхать так мало! – Лиза быстро вскочила, закрылась одеялом и жалобно взвыла. – Это что? Что это за подарок?
– Я купил тебе красивое платье. Мы сегодня потанцуем с тобой, кошка. Ты классная без него, но танцевать лучше в одежде.
– Матвей, я не умею танцевать! Ты что? Свадебное платье купил? – Лиза его перебила и с удивлением смотрела на мужа. – Еще раз жениться собрался?
– Танцевать ты прекрасно умеешь. Не прячь свою грацию, я видел, как ты танцуешь. – Он тихо засмеялся. – Ты что, думаешь, ни разу не приезжал в твою студию??
– Ах ты! Еще и подсматриваешь за мной! Но платье… Ладно!
Лиза с улыбкой закрылась в огромной ванной комнате.
Она так прекрасно выспалась, как никогда за последние несколько месяцев. Никаких сновидений, просто чистый детский сон.
На самом деле платье не было свадебным. Оно было довольно коротким белым, с лифом затянутым на тесьму и с кружавчиками. Любимыми ее кружавчиками. Светло русые волосы она украсила белым живым цветком.
Матвей, подняв жену на руки, предложил пять медовых дней вместо месяца, которого не было.
На ужин он надел белоснежную рубашку, закатав по локоть рукава, и черные джинсы, тоже подвернув их до середины икры.
Смотрелось классно, Лиза оценила:
– Матвей ты атлетически сложен. У тебя такая идеальная фигура, что можно статуи из тебя делать. Ты меня полностью удовлетворил!
Он захохотал:
– То есть тебе понравилось, что я тебя не будил и сидел рядом, не дыша, да?
– Не знаю, что ты там делал, дышал, или стонал, или вздыхал. Я была в другом измерении! – смеялась Лиза в ответ. – Отключилась, когда ты предложил попробовать королевский напиток и сказал: «Я сейчас всё принесу».
– Мне кажется, ты там не ела и не спала. Ну как так можно, Лиз!
– Ты бы видел, то, что я! Меня, как от Макса в больнице мутило, и запахи в роддоме ужасные. Хлорка, антисептик, еда из столовой, туалеты… В общем, нехорошо было. Я есть не могла. Папа вечером заставлял один раз. Когда надо было ехать к тебе, купила себе холодную куриную лапу в кафе аэропорта. Чуть-чуть погрызла.
– Я тебя сейчас буду из ложечки кормить, поняла? Из соски!
– Нет, сейчас я сама. Когда тебя вижу, сразу есть хочу, как будто ты не только красивый, но и вкусный! – Лиза опять засмеялась, весело тряхнула волосами и начала надевать босоножки.
Поужинав, они присоединились к толпе танцующих под громкую музыку под открытым небом на берегу моря. Все их принимали за молодоженов, а Лиза и Матвей принимали поздравления. Обнимались и целовались под крики толпы отдыхающих.
Матвей общался на английском быстро и свободно, а Лиза немного стеснялась. Она хорошо знала язык и всё понимала, да и петь у нее легко получалось, но отвечать на вопросы было очень сложно. У Матвея же по требованию к работе всегда был свободный разговорный английский. Поэтому он не испытывал никаких проблем, чтобы посмеяться, пошутить или рассказать историю иностранцам.
Лиза всё чаще слышала восклицание, что самые красивые девушки из России, пила легкие испанские напитки с газировкой, язык у нее уже слегка заплетался. Она всё больше смеялась и все сильнее обнимала мужа, чувствуя, что он уже готов утащить ее домой.
Фотографии посылали по очереди родителям, а в полночь гуляли на почти безлюдном пляже вдоль берега.
Матвей нес в руке свои кеды и Лизкины босоножки, а она шла, держа его за руку как ребенок, с цветком в растрепанных волосах.
У девушки светилось лицо от счастья. Гладкая, ровная еще фарфоровая кожа, не тронутая загаром, в лунном свете была великолепна. Матвей с удивлением смотрел и не верил своим глазам – Лиза просто живая кукла, настоящая, как будто создана для того, чтобы ей любоваться и не трогать.
Уставшие, захмелевшие сели за столик перед своим бунгало. Матвей сходил за бокалами, принес клубнику и экзотические желтые фрукты, которые были похожи на яблоко, на сливу и на абрикос, как сказала Лиза, попробовав.
– Тебе не кажется странным, что здесь почти нет ничего знакомого? Цветы, растения, скалы… даже море, океан. И люди все чужие. Всё видишь, пробуешь первый раз. Я даже представить себе не могла, что здесь так необычно. А ты был еще где-нибудь? – спросила его задумчивая Лиза.
Матвей усмехнулся и кивнул.
– Да, я был. Это шестой город в моей жизни, который я видел.
Лиза задумалась, посчитала:
– Мой, твой, там, где я училась, Москва… Здесь, где мы сейчас… А какой еще?
– Мать переехала, и я один раз к ней приезжал, – задумчиво ответил Матвей, – В Екатеринбург. Первая моя ночь на вокзале, и вторая тоже. С этого начался мой собственный жизненный путь. – Парень тихо засмеялся.
– А почему один раз? Матвей, расскажи мне, пожалуйста. Я хочу узнать тебя. Как жена. Потому, что люблю.
– Хотел, чтобы она вернулась. И девчонок, сестёр обратно мне вернула.
– А сколько тебе было?
– Ну, где-то тринадцать с половиной лет мне было.
– И она не вернулась?
– Нет, не вернулась, кошка. Она уже там полюбила, наверное, их отца. Сестры мои от него были.
Лиза поставила бокал, взяла клубнику и села к нему на колени, привычно устроившись. Матвей поцеловал ее.
– Тебе до сих пор обидно? – спросила она.
– Я до сих пор ненавидел ее. А сейчас мне не обидно. Сейчас легко. Полюбила своего мужчину, осталась с ним и его детьми. Не смогла разорваться на две части. Если это так, за что её ненавидеть? Она сделала свой выбор. А всё ты, кошка. Я стал добрым и сентиментальным. На работе сказали, что сияю неземной благопристойностью и летаю в облаках, – Матвей рассмеялся – Хочешь еще что-то спросить? Спрашивай, мне уже так хорошо, что я даже могу рассказать тебе о том, как меня в армии Аксиньей звали. Я злился, но ничего не сделаешь. Дали позывной из-за длинных ресниц. У нас там майор был злой, как черт, и всем клички придумывал. Я все время, Лиз, понять не мог, зачем жениться, если можно так… Деньгами за любовь заплатить или просто… Все же соглашались, все сами лезли. И замужние и… девушки… женщины… Сами предлагали всё. Но я никогда ни одного мужа не подставил. Если узнавал, что замужем – всё, табу. Вспоминал своего отца, как ему было тяжело, когда мать… Это не только ревность, Лиз. Это потеря всего, земли под ногами, ты умираешь от чувства, что тебя так…
Он замолчал.
– Матвей, ты пьяный сейчас, да?
– Немного. … Тебе стыдно за меня? Слишком откровенный?
– Нет. Ты слишком красивый, поэтому все соглашались. Даже те, кто замужем. Ты слишком привлекательный человек.
– Лиз. Ты тоже… можешь любого… Любого парня только позвать, посмотреть и всё. Но не сделаешь, да? Я ревную и поэтому… все время думаю, а что если…
– А я решила, что не хочу чувствовать ревность все время. У тебя такая работа, столько красивых девушек хотят быть с тобой. Ты видишь в их глазах желание, страсть, похоть, любовь. Они влюбляются в тебя. Я это знаю. И ты это знаешь. Матвей, если захочешь изменить – сделаешь. И никто не остановит. Нет смысла думать об изменах все время и ревновать. Я тебе доверяю. Если так получится, что ты захочешь быть с другой и согласишься на предложение, значит, больше не любишь меня. И я так же. Двоих любить невозможно. Изменять и любить тоже.
– А ты больше не ревнуешь?
– Я видела тебя с Элей. Видела, как вы близко, очень близко смотрели друг на друга. Даже целовались. И поняла, что если бы ты хотел быть с ней, я все равно никак не смогла бы это остановить. … Ты не хочешь. Поэтому я не ревную.
– А я не видел вас с Максом, как вы смотрите друг на друга близко. Но если бы ты хотела …. Чёрт, даже не могу произнести это! Не хочу видеть вас близко, это мой страшный сон. Детка поцелуй меня. Я тебе доверяю, прости.
Он закрыл глаза, глубоко вздохнул, почувствовал прикосновение ее губ к своему виску, и она прошептала ему в ухо:
– Пойдем?
Когда он снова посмотрел на нее, девушка кивнула в сторону входа в бунгало.
Матвей, молча, подхватил ей на руки.
– Помоги мне развязать, пожалуйста! – Лиза показала на затянутые ленты платья со спины.
Он убрал волосы, нежно провел по шее и прошептал.
– Что же ты со мной делаешь, Лиза.
– Я даю тебе то, что тебя успокоит, любимый.
Матвей коснулся губами ее руки, обручального кольца, обнимал за талию, наклонившись, целовал и осторожно снимал платье. Лиза почувствовала, как дрожат его руки.
– Матвей, я буду только с тобой. Я никогда не любила, никого не любила. И я хотела, чтобы с тобой был первый раз в моей жизни. И ребенка от тебя очень хочу. Очень. Хочешь, я скажу, что готова?… Только можно не сегодня?
– Можно, тебе всё можно. Ложись, я сам. Хочу, чтобы ты закричала от моих ласк прежде, чем в глазах потемнеет.
***
Лиза не хотела спать, но мечтала встать пораньше и побежать на пляж, пока там еще никого нет. Матвей улыбнулся, чувствуя, что Лиза вертится, пытается поудобней устроиться, и погладил её мягкие волосы.
– Замучил я тебя, да? Спасите меня?… Моя маленькая жена устала и хочет сбежать от родного мужа?
– От тебя сбежать? Ты сам-то �