Перо Золотой птицы
книга четвёрая литературного сериала "АГМИЛ. Тысяча и одна Тайна"
Глава первая
КОТ В САПОГАХ
1.
Утро выдалось пасмурным и ветреным. Белый кот капризничал. Сидел на подоконнике насупившись и не желал признаваться, что с ним такое.
– Ты чего такой хмурый? – поинтересовалась я.
– Мр-р-р. Нелегко быть котом.
– Почему? Объяснишь.
Не успел кот раскрыть рот, как в двери заглянула фея-крёстная, чтобы сообщить, что заседание сообщества сказочников перенесли.
– Что случилось? – заволновалась я.
– Иван Михайлович узнает и сообщит, – уклончиво произнесла Зинаида Павловна. – А кот чего нос повесил?
– Мяу! – перепугался кот. – Где?
Я прыснула:
– Это выражение такое.
– Вы тут настроение настраивайте, – взглянула на меня фея-крёстная. – Мне с Тамарой по хрустальному шару связаться надо. Что тётушке передать?
– Привет.
– И всё?
– Всё.
– Хорошо.
… Когда Зинаида Павловна ушла, я обернулась:
– Чем займёмся, Луни?
– Мяв! – просиял кот. – Расскажи о ваших приключениях с Драконом. О знакомстве с Макото?
– Зачем тебе?
– Мур-р-р, м-я-у. Интересно. В Литкафе столько говорят о походе за молодильным яблоком, погоне за Призрачным Замком, про сердечное озеро и живую воду. О том, как получили вы ключ, открывающий все двери.
– Ладно. Расскажу. Чай поставлю и начну.
– Я помогу.
Похоже, что лунный кот, как и мы, дня не мог провести без сказок.
Луни был очень дотошным. Ему всё надо было знать в подробностях. Но и слушатель он был, что надо!
История моя затянулась надолго, но в результате все были довольны.
– Когда мы получили ключ, – сказала я. – Дракон помчался выручать из Хрустальной Башни принцессу.
– М-м-м. А ты?
– Меня не пригласили, – потупилась я. – Представляешь, он и наши с подручными Нуширова в бой вступили. В «Королевской Резиденции».
– Представляю, – кивнул кот. – Ты, когда рассказываешь о мэре, глаза у тебя та-а-кие. Мяв-мяв!
– Какие? – спохватилась я.
– Как небо перед грозой. В них ярость и грусть. Что сделал тебе мэр?
Пришлось рассказывать об этом. Луни такой упрямый, когда дело касалось невероятных приключений и волшебства.
2.
Я поведала ему нашу семейную историю. Но посвящать во все тонкости не стала!
– Мр-р-р! – только смог вымолвить кот. – Я думал моя история заставляет о многом призадуматься, а тут…
Он осёкся. Затем признался:
– Наши истории так похожи. Теперь ты мне ещё дороже стала!
– Хитрец.
– А Конрада я не понимаю. Капризным принцессам помогать надо. С этим ничего не поделаешь. Но мог бы и весточку подать.
– Мог, – согласилась я.
– А как ты познакомилась с Макото?
– Так.
Пока я рассказывала, кот заворожённо отмалчивался, но стоило мне произнести:
– Мы познакомились детьми. Очень сдружились! Я часто приезжала тогда в Заповедный лес. Повидать дедушку с бабушкой, увидеть Макото. А затем… Так получилось, что встретились мы в городе сказок только теперь. Через столько лет.
– Это я понимаю, – признался кот. – Взрослые всё решили за вас.
– Но Конрад тоже не мог выбирать, – заступилась я.
– Он взрослый, самостоятельный, – упёрся кот. – И, вообще, мяу, Макото лучше!
– Он ведь наш друг, – улыбнулась я. – А с Конрадом я тебя познакомлю.
– Когда?
– Когда-нибудь.
– Вот именно! Мы с Макото сразу поладили…
– Это потому, что ты КОТ, а он МаКОТо, – пошутила я.
– Мяу! Не только.
– А ты так и не выяснил, откуда родом?
– С Луны! – важно заявил кот.
– Здорово! – порадовалась я за него. Мы рассмеялись.
Мне надо было убрать со стола и разобрать вещи. Кот принялся помогать. Заметив, что я вытащила из волшебной сумки целую кипу сказок, Луни просиял:
– Откуда?
Я пояснила, что приобрела в книжном магазине для всех подарки.
– А мне? – Луни умоляюще взгляну в мою сторону.
– Выбирай! – разрешила я.
Новый знакомый оказался ещё тем привередой. Ему хотелось всё и сразу.
Я доставала и доставала чудесные сказки, купленные в подарок родным и друзьям.
– Мя-я-я-у! – кот изумлённо следил за моими действиями. – Сколько туда всего умещается?
Он с любопытством заглянул в сумку.
Я вытащила сказку с названием «Кот в сапогах».
– Смотри, – обрадовалась я. – Подходящая книга!
– Читай, – голос кота звучал вежливо и заинтересовано.
Я уселась в кресло. Взяла книгу и начала читать. Кот примостился напротив и заворожённо слушал.
3.
И вот я произнесла:
– Жили они долго и счастливо…
Кот сидел, не шевелясь.
– Ты чего?
– Какая сказка чудесная, – нараспев ответил кот. – Мя-я-я-у.
– Только вот имени у кота не было.
– Зато были са-а-а-по-ги!
– Ты хочешь сапоги? – догадалась я.
– Хочу. Очень-очень.
– Ладно, – рассмеялась я. – Будут тебе сапоги.
Кот уставился на меня, округлив глаза.
Я порылась в сумке, нашла там «Фейеричный каталог» и произнесла:
– Пожалуйста, сапоги для кота.
Каталог раскрылся.
Луни с опаской взглянул на яркие глянцевые страницы:
– Выбирай!
– Какая красота, мр-мр-мр…
Страницы перелистывались одна за другой.
– Сапоги-и-и, – ахал кот. – Цвет, фасон, размер. Мяу!
Сапоги он выбрал сразу. Не медлил, не тянул.
– Эти. А что тут написано?
– Это фейеричная надпись. Сейчас прочту. Так. Сапоги-скороходы – модель единственная, экспериментальная.
– Скороходы?
– С виду и по назначению – удобные модные сапоги, – объяснила я. – Но стоит надеть и сказать: «Сапоги-скороходы!» – включается волшебная функция.
– На фейском сказать?
– Да хоть на кошачьем.
– Так они же меня унесут ого-го-го куда!
– Не захочешь скороходы, скажи «сапоги».
– И всё?
– Да. Тут ещё примечание – в них можно скорость передвижения регулировать, летать, по воде ходить, огня они не боятся и металлических повреждений.
– Мяу! Берём.
4.
Каталог закрылся. И через минуту подарочная коробка оказалась на столе. Луни не мог в себя прийти от восторга.
– Тебе, – протянула я коробку. – Меряй!
– Мне? – не поверил он. – Подарок!
Мы раскрыли коробку. Кот обул сапоги. Они ему невероятно шли!
Кот расхаживал в сапогах по номеру и бормотал:
– Теперь я кот в сапогах.
– Раз так. Держи сказку в подарок!
– Теперь непогода мне нипочём, – радовался кот в сапогах, сидя на подоконнике в обнимку с книгой. Затем хитро взгляну на меня и промурлыкал:
– М-мяу! Мне б ещё шляпу с перьями…
Луни ткнул на красочную иллюстрацию.
– Ловкач, – всплеснула я ладошками. – Ладно. Закажем тебе и шляпу.
Шляпу кот выбирал тщательно и долго. Выбрал с широкими полями и роскошными перьями.
– Мушкетёр! – похвалила я.
– Кто?
– После расскажу. А пока закажем в каталоге шляпу твоего размера.
Вскоре шляпная коробка прибыла. Кот примерил…
– Тебя и не узнать!
Он повертелся перед большим зеркалом и с довольным видом пообещал:
– Теперь я тебе жениха найду. Принца! И от всяких злодеев защищу.
– Принца не надо, – попросила я. – Да и с женихом торопиться не будем.
– Поглядим, – прищурился кот. – Есть у меня жених на примете.
– И кто же это? – с невинным видом поинтересовалась я.
– Макото, – произнёс кот в шляпе и сапогах. – А кто ж ещё!
5.
… Капли сверкали на оконном стекле словно драгоценные бриллианты!
Были они разные.
Появились недавно.
Путь к стеклу проделали большущий. Это по их меркам! Да и по нашим – немалый.
Я смотрела на них. Кот глядел то на меня, то на новые сапоги.
– Ты чего там высматриваешь? – не выдержал он.
– Новую сказку.
– Какую?
– О детях дождя.
– Мяу! Расскажешь?
– Слушай…
Дети дождя
Прозрачные, сверкающие дети дождя появились на окне с утра. Ведь на улице осень! Пасмурно, ветрено. Вот город и хандрит.
А тут ещё солнце не хочет греть и светить. Заявило во всеуслышание:
– За лето устало всех радовать и согревать. Поэтому беру отпуск! На осенне-зимний период.
– Кар! Как? – галдят вороны.
– Ага-га. Ага, – гогочут гуси.
– Чик-чирик, мы в домике! – предупреждают воробьи-хитрецы. И шмыг под крыши. – Там теплее. И не капает.
– Ну, вас! Мы на юг, – объявляют журавли. Выстроились клином – и в путь!
– Куда? Куда? – уточняют голуби. Любопытно им, где юг и как туда попасть побыстрее.
– Туда, туда, – передразнивает ветер. Он тоже не в настроении. Дерзит птицам. Дразнит город. Гоняет листья туда и сюда. Толкает тучи в спины.
Город ворчит и хмурится.
Жители прячутся по домам.
Глядели на это тучи, глядели и расплакались. И пролились на город прозрачными капельками-слезинками.
… Мчат капли из туч. Ловко пикируют на деревья, асфальт, машины, фонари, зонты. Так и оказались дети дождя на моём окне!
Как здорово скользят дети дождя вниз! К подоконнику. Словно ребятишки по ледяной дорожке.
Я спрашиваю:
– Вы откуда прибыли?
– Из тучки, – сообщают они.
– А тучи откуда?
– Тучи принёс ветер. Насобирал отовсюду и принёс.
– Зачем?
– А кто дождь просил?
– Я просила.
– Вот и допросилась! – смеются капли.
– Шутники!
6.
За время общения, я узнала много любопытного…
Оказывается, одна из капель родилась в озере. Капля очень этим гордилась. И считала себя чище и прозрачнее остальных.
– Всё верно! – утверждала капля. – Я самая-самая чистая, прозрачная, целебная.
– Ну, знаешь! – возмутилась соседка. – Я, вообще-то, раньше была росой и жила в цветке! Его аромат ещё хранится во мне.
– Я помню море, – мечтательно произнесла небольшая голубая капелька. – Там столько моих братьев и сестёр. Некоторые из них прилетели со мной. Ариадна, ты где?
– Здесь, – ответила одна из капелек. – Аврора тоже тут. И Себастьян с Кристианом.
– А, Мишель решила пролиться в лесу, – сообщил Себастьян. – Я видел, как ловко опустилась она на одну из хвоинок и помахала мне на прощанье.
– Сердобольная Марта пожертвовала собой, напоив птенца в гнезде, – вздохнул Кристиан. – Это было на той высокой скале. Над океаном.
… Пока капли разговаривали, я размышляла о том, какой трудный путь они проделали. Озеро. Луг. Море. Скалы. Океан. Лес. Наш город. Сколько всего повидали, сделали за это время. Разного – доброго, полезного и прекрасного! И как только я это поняла, осенняя хандра улетучилась. Зато родилась сказка о туче, ветре, дождевых каплях, городе, осени, птицах и обо мне.
– Здорово! – воскликнул кот, поправляя сапоги. – Запиши непременно.
– Блокнот сам записывает, – ответила я.
– Он волшебный, – обрадовался кот. – Как и мои сапоги?
– Да.
– Они много чего умеют!
– Много, – подтвердила я. Затем пояснила: – Волшебные сапоги-скороходы перенесут, куда пожелаешь. Даже в другие миры.
– Мяу! Теперь смогу в гости ходить. К вам в АГМИЛ. Сюда. В Литкафе. В гостиницу «Сказку» к Оле-Лукойе.
Глава вторая
БУКЕТ ОЩУЩЕНИЙ
1.
Когда мы вышли из лифта, то застали в холле Оле-Лукойе. Он поманил нас.
– День добрый!
– И мир прими, – ответила я.
– День добрый, – промурлыкал кот и уточнил: – А утро было не в настроении.
– Раз день добрый, – произнёс хозяин «Сказки». – То и вечер задастся.
– Хорошо бы, – просиял кот.
– Там Пантелей Семёнович чай готовит, – пригласил Оле-Лукойе. – Прошу в гости. Поведаете, что у вас не задалось с утра.
Он с интересом взглянул на кота в сапогах и шляпе с перьями. Луни заметил это и важно прошествовал пить чай с молоком.
… Домовой сразу обратил внимание на обновку:
– Ух, ты! Ах, ты! Что за чудеса! Кот в сапогах в гости пожаловал.
Луни был в восторге. Он прошёл по комнате туда, затем развернулся, покрутился на каблуках и с торжественным видом сообщил:
– Вот я каков!
Домовой закивал:
– Хорош!
… За чаепитием кот поведал о том, как заполучил сапоги. Пантелей Семёнович улыбнулся:
– Удалось, значит, настроить настроение.
– Удалось, – согласился кот.
– А сказку хотите? – предложил Домовой. – О том, от чего зависит хорошее настроение.
– Хотим! – дружно попросили мы. – Пожалуйста.
– Тогда устраивайтесь поудобнее…
2.
Как настроить настроение
Эта тропинка была словно серпантинка на новогодней ёлке. То спрячется, то выглянет из густой сочной травы:
– А вот и я!
– Вот и ты, – бормочет Муравейчик. – Хитрая тропинка!
Он спешит.
Интересно, куда?
Тропинка хоть и узенькая, но с характером. И муравей хоть и маленький, но упрямый. А трава вокруг высо-о-о-кая. Не трава – лес густой.
– Шу-шу-шу, – прошелестел рядом ветерок. – Тихо я в траве шуршу. Шо-шо-шо – на лугу жить хорошо. Ши-ши-ши, потанцуем, малыши?
– Не спеши, – отвечали ветру луговые жители.
Муравейчик замер, чтобы понаблюдать:
– Ветерку весело. Он играет с бабочками в прятки. Но от хитреца и невидимки разве скроешься? Доверчивые белянки-подружки. Это ведь ветер! Он везде и нигде. Его и увидеть-то сложно. Только по колыханию травинок – вейника, овсюга, канареечника, лисохвоста. Или когда дует в лицо. А как он выглядит? Интересно узнать.
… Муравейчика считали странным. Он хоть и трудяга, каких поискать, но очень уж любит обо всём размышлять. Тащит стебелёк в муравейник и шепчет:
– А если придумать такой механизм, чтобы травинка сама следом ползла?
В муравейнике над ним потешаются. Хоть план выполняет, но такой фантазёр! Не зря подружился на лугу с божьей коровкой, кузнечиком и улиткой. Все другие муравьи в делах и заботах. С утра до вечера. Им некогда мечтать. Тем более друзьями обзаводиться. А этот? И работать успевает, и «в облаках витать», и друзей находить!
Вот и сейчас одолело муравья любопытство. «У бабочек всегда прекрасное настроение, – подумал он. – У божьей коровки тоже. И кузнечик рад всем. Улитка порой грустит. Интересно моё настроение от чего зависит?»
Муравейчик усмехнулся и позвал:
– Эй, Ветер, ты где? Чего притих?
– Думаю, – вздохнул ветер.
– О чём? – поинтересовался муравьишка.
– Медленно в траве ползёт, – загадал ветер. – Домик на себе везёт. Кто там у калитки?
– Это же улитка! – обрадовался муравей. – Уля! Моя подружка.
– Ха-ха-ха, – прошелестел ветер. – Угадал.
– Знаю, – уточнил Муравейчик.
3.
– Теперь ты загадывай, – рассмеялся ветер.
– Давай, – согласился муравьишка. – Как бабочки защищаются от врагов?
– Легко, – обрадовался ветер. – Они быстро летают!
– А ещё? – спросил муравей.
– Они хорошо маскируются. Особенно гусеницы. От веточки или листика не отличишь. Ни ящерица не найдёт, ни паук, – сказал ветер.
– Ага, – согласился муравьишка.
– У некоторых бабочек на крыльях широко открытые глаза изображены, – продолжил ветер.
– Да? – удивился муравьишка.
– Сам видел, – прошептал ветер. – Ну и отпугивать бабочки и гусеницы умеют разных там птиц. Запахом, например. Или не вкусностью, ха-ха-ха. А ещё внешним видом. Знаешь, есть бабочки, похожие на мух.
Муравейчик вздохнул: всё ветер знает. Затем уточнил:
– Зато мы дружим с некоторыми из бабочек. Они такие красивые.
– Это голубянки, – догадался ветерок. – Их защищают муравьи?
– И дружим, и защищаем, – кивнул приятель.
Они ещё немного поговорили.
Затем ветер прошелестел:
– Завтра ещё поиграем. А сейчас мне пора.
И умчался…
Муравей улыбнулся и воскликнул:
– Теперь я знаю! Хорошее настроение зависит не только от меня, а от того, что происходит вокруг. Сегодня на лугу солнечно, красиво, друзья рядом. Я рад, потому что все вокруг счастливы!
Подумав так, муравей заторопился по делам. У них, в муравейнике, каждая минута на счету!
– Чудесная сказка, – согласилась я.
– Вроде про муравья, – пробормотал кот. – И вроде про меня. Как так?
– Со сказками всегда так, – ответил Оле-Лукойе.
– Волшебство, – протянул кот.
– Волшебство, – усмехнулся Домовой.
… Дверь отворилась. В комнату заглянул Макото.
– И мир прими, – произнёс он.
– И мир прими, – прозвучало в ответ.
4.
Гостя напоили чаем. Затем он предложил прогуляться после обеда в парке.
– Моросит, – начал кот, но вспомнил про сапоги и похвастал: – Но мне теперь любая непогода нипочём.
Макото с интересом взглянул в его сторону:
– Кот в сапогах? Вот здорово!
– Это я, – согласился Луни.
Оле-Лукойе поблагодарил:
– Спасибо за приглашение прогуляться, но у меня здесь дел полно.
– Вы гуляйте. А кот нам поможет, – многозначительно прибавил Домовой.
… Осеннее кружение в парке – восхитительно! Кружат листья. Осыпаются с лёгким шуршаньем в траву.
Несколько мгновений Ветер не даёт им упасть и вальсирует с ними.
– Раз-два-три! Раз.
Ах! Разлетелись в разные стороны мотыльки над клумбой. Лимонные, белоснежные, голубые. Лёгкие! Воздушные.
Да это же лепестки, на которых гадает кто-то невидимый:
– Любит, не любит, обнимет, поцелует, к сердцу прижмёт…
Мы с Макото переглядываемся. Нам хорошо вместе. В парке тихо. После небольшого дождика народ не спешит на прогулку. Ждут, пока станет суше.
Зато солнце старается во всю! А в небе кружат облака. Медленно. Величественно. Словно парусные корабли.
Машут крыльями журавли над городом. Шлют прощальный привет.
Кружит паутинка. Садится на лицо. Смахну! Пусть летит…
– Какой мелодичный этот осенний вальс, – шепчу я.
– Раз-два-три! Раз, – произносит Макото. – Покружим?
И мы кружим вместе с листьями, лепестками, ветром на усыпанной золотым ковром аллее.
Мне с Макото так же здорово, как с отцом. Мы понимаем друг друга. И поддерживаем во всём.
– Раз-два-три! Раз.
– Ах, этот вальс…
5.
Замечательная прогулка. Но мне чуточку грустно.
Макото всматривается и спрашивает:
– Ты что?
– Осень пахнет прощаньем, – говорю я.
– Непроглядным туманом, тёплым клетчатым пледом, вечером долгожданным, – подхватывает парень.
– Осень пахнет шарлоткой, – отвечаю ему. – Утром пахнет кофейным. Клёкотом журавлиным.
– Ливнем пахнет внезапным, – продолжает он. – И вареньем с малиной. Пахнет новым романсом, восхищённой улыбкой, пахнет страстным романом, пахнет соло на скрипке.
– Пахнет терпким каштаном, – игра мне нравится. В неё мы играли с отцом. А после я научила игре в слова-образы первого и настоящего друга Макото. Когда мы познакомились в Заповедном лесу.
– Пахнет жёлудем крепким. Грецким пахнет орехом. Ягодками на ветках. Птичьим пением звонким.
– Пахнет прозой, стихами. Пахнет веткой еловой и немножко грибами. Пахнет осень прощаньем с бабочками, жуками, – вздыхаю я.
– Пахнет осень уютом, дачей пахнет, дровами, песнями на гитаре, танцами листопада… – ободряет Макото. – Очень жду тебя, Осень!
– Очень я тебе рада! – улыбаюсь я.
… Я сегодня подняла настроение белому коту. Затем Домовой поднял настроение всем, рассказав историю про муравья. И вот уже Макото настроил настроение мне. Чем? Прекрасными воспоминаниями детства.
Как там сказал Муравейчик из сказки Домового:
– Я рад, потому что все вокруг счастливы!
6.
Солнце пригревает. Но ветер холодный. Навстречу бегут листья.
– Интересно, куда они бегут? – произнесла я.
– Может быть, возвращаются в ласковые объятия весны? – отвечает Макото. – Туда, где в самом её начале робко проклюнулись из почек нежные листочки.
– Почему проклюнулись? – заинтересовалась я.
– Потому что выглядят, как клювики птенцов, торчащие из гнезда, – пояснил он.
У Макото есть на всё ответы. Всегда. Как у отца. Интересно, как поживает Дух Синего леса?
– А, может быть, листья торопятся в лето? – предполагаю я. – Там хоть и было молодо-зелено, зато весело!
Мне сразу представилась удивительная картинка:
… Будто крылья бабочек трепещут на ветках изумрудные листья. Шепчут между собой. Играют с солнечными зайчиками. Покачиваются в такт песенке ветерка. Укрывают в тени от палящих лучей.
– И не успели оглянуться, как закружило листья в осеннем вальсе, – прозвучал ласковый голос.
– Макото! Мы же договаривались.
– Знаю. Не «считывать мысли». Но они у тебя такие красивые…
Идём по аллее. Спешат навстречу листья.
– А вдруг это письма? Осенние письма из весны в лето. Из лета в осень. Вдруг это письма-воспоминания.
– Листья-письма, – зачарованно повторил Макото.
– Наберу букет. Букет осенних листьев. Разноцветных! Кленовых, дубовых, рябиновых. И ягод прихвачу. Стану любоваться и вспоминать о лете, о весне. Много всего вспоминать, – говорю я. – Словно календарь разложу осенние листья. Красота!
Парень кивает. Помогает мне набрать букет. Букет ощущений!
… Вечером в гостинице кот попенял:
– Долго гуляли. Заждался. Вы там листья что ли собирали? Мяу! Чудаки.
– Это букет наблюдений, ощущений, фантазий, – похвасталась я. – Осенний букет! Сохраню его надолго. Он ведь не увянет, как осенние листья. И варенье из него не сваришь, как из ягодок рябины. Вот и хорошо! Вот и ладненько, что в нашем мире пища не только для желудка, но и для ума, сердца, Души!
Глава третья
СНОВИДЕНИЯ
1.
Чародей вернулся весь в делах и заботах. Мы ужинали внизу. В комнате хозяина «Сказки». За круглым столом собрались все – Оле-Лукойе, Домовой, фея-крёстная, Макото, Луни. Я взглянула на вошедшего:
– Что случилось, Иван Михайлович?
– А-а-а, – махнул тот рукой.
– Да говорите же! – заволновалась Зинаида Павловна.
– Похититель снов.
– Стал невидимым? – предположил Домовой. – Снова?
– Сбежал? – догадался Оле-Лукойе.
Суббота покачал головой.
– Новое злодейство замыслил, – отгадал Макото. – Какое?
– Золотую птицу заполучить или хотя бы её перо.
Сидевшие за столом охнули. Кот взглянул на меня, мол, о чём они. Я пожала плечами.
– При чём тут перо? – вырвалось у меня.
– И птица? – заинтересовался кот в сапогах и шляпе с перьями.
– При том, – нахмурился чародей.
… Выяснилось, что Похититель снов давно на службе у Тёмного Князя. Выполняет для того самые грязные поручения. Мало злодеям показалось завоевать разные миры. Они ещё в сны проникнуть захотели.
– Негодяй знал, что Великий Мастер Сказок ни за что не согласится ему помогать. Столько раз короли, вельможи, всякие состоятельные граждане упрашивали Оле-Лукойе прийти к ним, – произнёс чародей.
– Они глаз не могут сомкнуть, – поведал Оле-Лукойе. – Просят помочь.
– Почему не могут? – удивился кот, обожавший подремать в любое время суток.
– Столько нехорошего сделали они, – пояснил рассказчик. – Не только за день. За жизнь. А с наступлением ночи приходит к ним содеянное в самых неприятных картинах. Вертятся пройдохи на кроватях, словно их кипятком обдали. А кошмары не уходят.
– Они хотят, чтобы Оле-Лукойе прогнал их страхи, – буркнул Пантелей Семёнович.
– И они могли спокойно спать до утра, – сдвинула брови фея-крёстная.
– Даже деньги на окно кладут, – пожал плечами сказочник и волшебник. – Но я ни к кому не прихожу за плату.
– Вот и подослал Тёмный Князь сюда Похитителя снов, чтоб тот украл красочный зонтик Оле-Лукойе.
– Но мы ему помешали! – вскричала я. – Ведь так?
– И зонты теперь под надёжной защитой, – заверил Оле-Лукойе.
2.
… – А золотая птица настоящая? – Луни ждал ответа.
– Сказочная, – хмыкнул Домовой. – Её стихии огонь, свет, солнце. По преданиям питается Золотая птица молодильными яблоками. Пьёт живую воду.
– Ого! – вырвалось у меня.
– Что? – кот обернулся.
– Попробуй достань живую воду и яблоки молодильные!
– Так она же летает, – напомнил кот. – Ей проще.
– Проще, – согласилась я.
– Говорят, молнии в небе – это перья Золотой птицы, которые падают на землю, – прибавил чародей.
– А когда Золотая птица возвращается из путешествий домой, то поёт от радости. При этом из клюва роняет самоцветы на землю, – сообщила фея-крёстная.
– Счастливчики, кто их находит, – вздохнул кот.
– Вот бы увидеть перо Золотой птицы! – размечталась я.
– Так то молнии, – кот округлил глаза.
– Вдруг не молнии.
– И чтобы ты делала с пером Золотой птицы? – полюбопытствовал Домовой.
Я задумалась.
Все ждали ответа.
– Придумала бы что!
– Коту – сапоги. Тебе – перо Золотой птицы, – покачал головой чародей. – Ну и запросы у вас.
– А меня и самоцветы устроили бы, – Зинаида Павловна хитро прищурилась.
– И эта туда же! – всплеснул ладонями Домовой. – Может, и нам желания загадать?
– А когда делом заниматься? – насупился Иван Михайлович.
– Каким? – насторожились собравшиеся.
– Таким, – ответил чародей. – В Сновидения попасть. Там Золотую птицу найти. Предупредить об опасности.
– Птицу Золотую спасти? – встрепенулся кот. – Я готов!
– Вот и доброволец, – усмехнулся Домовой.
– Помочь кому-то хорошее дело, – поддержал Макото.
– Сначала узнать хотелось бы, – взглянула я на коллег-волшебников. – Подробности.
– Правильное решение, – кивнул Иван Михайлович. Он предпочитал во всём степенность и основательность. А после смелость и решимость.
3.
… Тем временем кот рад был похвалиться перед собравшимися новыми сапогами и шляпой с пышными перьями. Он вертелся на своём месте, затем вскакивал и с гордым видом принимался прохаживаться перед нами.
Мы с Пантелеем Семёновичем незаметно наблюдали за модником, пока остальные были заняты обсуждением важных и насущных дел.
– А ведь перья не только, чтобы шляпы украшать, – издалека начал Домовой.
– Для чего ж ещё? – промурлыкал кот. – Для птиц?
– Перья носили шаманы, жрецы, правители, рыцари на шлемах, дамы, – сурово перечислил чародей. – Разные правители.
– Зачем? – полюбопытствовал кот.
– Перья символизировали магическую связь с Высшими Силами, божественную власть и покровительство. Из перьев делали плащи, накидки, которые позволяли перемещаться с лёгкостью пера туда, куда пожелаешь. Корона из перьев являлась символом Солнца. Перьями украшали посохи. В ловцы снов тоже вплетают перья. Они способны удержать либо сохранить нечто.
– Я читала, что перьями украшали гербы, – прибавила я. – Также с помощью пера сочиняли и записывали важные тексты, послания, указы, письма.
– Перо для письма является символом мудрости, – согласился Домовой. – Творчество всегда шквал эмоций, отсюда особая магия!
– Из чего были перья, которыми писали сказки? – заинтересовался кот. Снял шляпу и стал внимательно рассматривать перья на ней.
– Перо представляет стихию воздуха, – поведала фея-крёстная.
Чародей ловко щёлкнул пальцами. На столе появились разные перья и чернильница.
– Сверху такое мягкое, пушистое, – я взяла одно из перьев. – Внизу, ух! Острое.
– Не зря о чём-то злободневном и значительном говорят: «На острие пера», – сказал Макото.
– На моей шляпе всё равно перья лучше, – проворчал кот.
… Мы принялись рассматривать перья на столе. Вертеть в руках. Иван Михайлович наблюдал за нами.
– Гусиное перо, – произнесла я. – А это павлинье.
– Воронье, – указал на перо Макото. – Лебединое.
– Ястреб, пеликан, тетерев, – перечислил Домовой, перебирая перья, лежавшие на столе.
– Но лучше всего для письма подходят гусиные перья, – сказала фея-крёстная.
4.
– А чернила? – кот пододвинул чернильницу. Открыл и заглянул в неё.
– Чернила делали из сажи, отвара кожуры зелёных каштанов, ягод черники, бузины, – сообщил чародей. – Чернила разного цвета имеют своё символическое значение. Ну-ка расскажи какое?
Он взглянул на меня.
– Красный цвет чернил – власть. Фиолетовый говорит о высоком статусе. Золотыми чернилами писали указы императоров и королей, – отчеканила я. – Синий сигнализирует о важности данной информации.
– Правильно.
– И всё же самые загадочные чернила у осьминога! – произнёс Оле-Лукойе.
– Мяу! Ими можно писать?
– Можно.
– А какое самое невероятное письменное перо? – уточнила я.
– Перо Золотой птицы, – заверил Пантелей Семёнович. – Тот, кто пишет им, передаёт мысли и чувства через перо. На бумаге рождаются миры. Вымышленные. Хоть и очень образные.
– Птица – символ свободы, – произнёс Макото. – А Золотая птица?
– Символ огня, тайны, изысканности, – ответил чародей. – Она прекрасна. Многие пытались заточить её в золотую клетку. Но всегда она вырывается из плена. Перья её горят ярко. Творческим личностям знакомо это чувство.
– Но самое интересное, что Золотая птица – символ возрождения, Вечности, – Зинаида Павловна произнесла это с гордостью.
– Хотите сказать, что написанное пером Золотой птицы превратит вымысел в реальность, – ахнула я. – Так это же решение!
– Какое? – кот уставился на меня.
– А ведь верно, – просиял Пантелей Семёнович. – Возможно, если мы найдём чем, куда и как написать…
– … поможем отцу, – с надеждой в голосе проговорила я и тут же вскричала. – Мне надо срочно достать перо Золотой птицы!
– Для этого птицу сначала найти, – напомнил Домовой.
– Найти и поймать, – кот в сапогах вскочил. – Только бы узнать: где?
– Поймать не надо, – пожурил указательным пальцем Оле-Лукойе. – Понравитесь ей, она, возможно, подарит перо. Живёт Золотая птица в Сновидении. Туда так просто не попасть.
– Но попробовать можно? – в один голос вскричали мы с Макото.
5.
Все с надеждой взглянули на хозяина гостиницы «Сказка». Оле-Лукойе добродушно усмехнулся.
– Он знает столько удивительных историй, – шепнула фея-крёстная.
– И великий мастер их рассказывать, – добавил Домовой.
– Оле-Лукойе поможет, – сообщил чародей. – Обязательно.
– Кто пойдёт? – поинтересовался Оле-Лукойе. – Решили?
Я, кот и Макото выпалили:
– Мы!
Чародей с Домовым и феей-крёстной переглянулись:
– Что ж, пускай идут.
… Ещё в первый раз мы обратили внимание на жилище хозяина гостиницы. Всегда чисто убрано, нарядно, необычайно красиво было в его комнате.
Много роскошных старинных вещей, картин, ковров. Фарфоровой посуды. Цветы… Скорее это были небольшие деревья с удивительными распустившимися бутонами – фиолетовыми, розовыми, персиковыми, голубыми, оранжевыми. Ветви деликатно устремлялись по стенам к потолку.
– Стоит Оле-Лукойе захотеть, – сообщил Пантелей Семёнович. – Обстановка комнаты заговорит.
– Мебель тоже? – обрадовался кот.
– Мебель, цветы, фарфоровая посуда, картины и то, что на них изображено.
– И ковры?
– И они.
– Вот здорово! – Луни даже подпрыгнул. – Надо будет как-нибудь зайти сюда пообщаться.
– Только с разрешения хозяина, – напомнил Домовой.
В этот раз хозяин комнаты указал нам на картину в золочёной раме. На ней был восхитительный пейзаж. Цветущий луг в ярких цветах и пышных высоких травах. Поодаль сверкала извилистая река, спешившая куда-то. Наверное, к синему безбрежному океану с мягким песком и серебристо-розоватыми перламутровыми ракушками. Вдоль дороги росли высокие деревья с пышными изумрудными кронами. В небе проплывали зефирные облака.
Оле-Лукойе встал и направился к картине. Мы глаз с него не сводили. Что будет? Интересно…
Волшебник коснулся картины спринцовкой. Всё на ней ожило.
Ветер заколыхал высокие травы на лугу.
Речка взволнованно зашептала. В ней отражались облака, плывущие – кто важно и величественно, кто весело, наперегонки.
На деревьях, росших вдоль дороги, защебетали птички.
Над яркими нарядными цветами закружили похожие на лепестки бабочки.
– Прошу, – Оле-Лукойе взглянул на нас.
– Как мы попадём туда… – кот не успел договорить.
Оле-Лукойе дунул, и наша троица оказалась на цветущем лугу. Мы разом обернулись. Комната за нами, словно во сне, неторопливо растворялась, пока не исчезла совсем.
Глава четвёртая
В КАРТИНЕ
1.
И хотя в нашем мире, в городе сказок, был поздний вечер, на картине ярко светило летнее солнце. Оно просвечивало сквозь густые кроны, оставляя на дороге овальные пятнышки. Ветер играл с мотыльками в догонялки. Усевшаяся на ветку птичка-невеличка сладко запела:
– Чив-лив, чиу-чив…
– Куда теперь? – задал вопрос кот в сапогах.
– Прямо, – я указала на дорогу, похожую на оливково-серую ленту.
– Идём, – согласился Макото.
– Или всё же поплывём, – Луни указал лапой в сторону реки. У самого берега покачивалась на воде небольшая лодочка.
– И как мы не заметили её на картине? – удивилась я.
– Вот-вот, – глубокомысленно изрёк кот. – А вдруг это подсказка?
Я взглянула на Макото. Тот внимательно изучал птичку-невеличку.
– Почему она не улетает. Вдруг птичка тоже подсказка?
– Спросим птичку, куда нам путь держать, – согласилась я. – Затем пойдём к лодке.
Макото ласково обратился к птичке-невеличке:
– И мир прими…
– И мир прими, – ответила та. – Чиу-пив.
– Подскажи нам, будь добра, как Золотую птицу найти.
– Чиу-лив, пиу-пив, – защебетала кроха. – Вслед за пёрышком пойдёте, то, что ищете найдёте.
И пустила по ветру одно из своих лёгких пёрышек. Оно закружилось плавно и направилось в сторону речки. Прямиком к лодочке.
Мы низко поклонились птичке-невеличке:
– Спасибо тебе, птичка, за добро, за ласку, за важную подсказку.
– Чив-чив, – ответила птичка.
– Всё, – пообещал кот. – Птиц я больше не ловлю. Я с ними теперь дружу. Очень уж они полезные.
2.
Возле лодочки пёрышко снова закружилось, завертелось и… вернулось к птичке.
– Выполнило свою задачу, – промолвил Макото. – Теперь лодка отвезёт нас туда, куда надо.
Мы влезли в лодку. И она понесла нас быстро по волнам. Кот всматривался в воду, ища юрких рыбок. Даже лапу занёс.
– Рыболов, – усмехнулась я.
– Ты голодный? – спросил кота Макото.
– Неа. Просто из интереса.
– Пожалей рыбок, – попросила я. – Вдруг их дома ждут?
– Дома – это где? – кот уставился на меня.
– В реке.
Пока мы плыли, мимо проносились поля, деревеньки, придорожная корчма.
Вскоре мы заметили на пыльной дороге, поодаль, движение. Мужики на возах неторопливо погоняли волов:
– Цоб-цабе!
В том же направлении шли разряжённые женщины и девицы. Вприпрыжку спешили ребятишки-шалунишки.
– Куда это все?
– Слышишь, гармонист наяривает плясовую. А там шум и гам. Скорее всего, ярмарка, – предположила я.
– Точно, – Макото указал рукой. – Вон расписную глиняную посуду на телеге везут. Там репу. На той телеге – бочки.
– Девчушка козу на верёвке тащат, – фыркнул кот. – Коза-дереза упирается, блеет: бе-е-е. А та хворостиной легонько. Не помогло! Не хочет коза-дереза на ярмарку. А вот на зелёный лужок – пожалуйста.
– А там целый воз корзин плетёных, – усмехнулась я. – Спешит народ – за покупками идёт.
– Или продавать тащит, – махнул кот лапой. – Те яблоки в корзине. Эти пироги. Ух, сметанки бы!
– То рыбки, то сметаны, – взглянула я на Луни. – У тебя аппетит разыгрался на свежем воздухе?
– Ага, – кот завозился и чуть не нырнул в речку, но опомнился и завопил: – Поглядите, там бабка. На дороге. Споткнулась. Корзину чуть не уронила.
– Дно вывалилось, – посочувствовал Макото. – Яйца попадали. Сколько разбилось.
– Ни одного целого, – уточнил кот. – Жалко бабку. Гляди, как огорчилась. Руками машет. Орёт в голос.
– Вези к берегу! – приказала я лодке.
– А как же птица золотая, – напомнил кот.
– Надо старушке помочь.
– Чем?
– Чем сможем, тем поможем. – поддержал меня Макото.
И мы пристали к берегу.
3.
Старушка сидела у дороги и плакала. Мимо катили возы с товаром, шли пешие, но никто не остановился, чтобы поинтересоваться, как она. Никто не утешил. Всё спешили мимо.
– Прохожие, – возмутился кот. – Проходят, будто их не касается.
– Словно до чужого несчастья им дела нет, – вздохнул Макото. А ведь с ними тоже такое могло произойти. Колесо у телеги отвалиться. Или гуси в разные стороны разбежаться.
Мы ускорили шаги. Подошли и спросили:
– Чем вам помочь.
Старушка вытерла глаза платком.
Макото помог незнакомке подняться. Отряхнул от сухой травы. Я подняла палку, валявшуюся рядом:
– Вот, держите. Обопритесь.
– Вы на ярмарку шли? – Макото взирал на бабулю сочувственно.
– На ярмарку, – согласилась та. – Яйца несла на продажу.
Я поглядела на развалившуюся корзину. На лужу из яиц.
– Омлет, – уточнил кот.
Старушка открыла рот. Уставилась на кота.
– Я говорящий, – успокоил тот. – А ещё в сапогах и шляпе с перьями.
– С перьями, – эхом отозвалась старушка. – Мы с моими курочками тоже разговариваем.
– Проводить вас на ярмарку? – поинтересовался Макото.
– Незачем, – сказала старушка. – Проводите меня лучше домой. А то меня ноги не держат.
– Проводим, – хором пообещали мы.
– Моя деревня тут, – махнула старушка рукой куда-то в сторону. – Недалеко. Изба на краю. Сюда…
Я и Луни двинулись за нею. Макото бережно поддерживал старушку за локоть.
… По дороге мы разговорились. Старушка жила с дедом.
– Работящий, – похвалила мужа бабка. – Но такой балагур! Сделал нашим курочкам такой курятник – любо-дорого поглядеть.
– Поглядим, – обрадовался кот.
Старуха обернулась.
– Он только поглядит, – успокоила я. – Луни очень любо… знательный кот.
4.
Изба старика со старухой стоял на краю деревни. Дед сидел на завалинке. Завидев старуху, он всплеснул руками:
– Быстро ты управилась.
– И-и-и, – махнула та рукой. – И не говори. Шла на ярмарку по дороге. Несла яйца на продажу. А дно упало…
– Одно упало, – потёр затылок старик. – Э-хе-хе.
– А дно упало, – сдвинула брови старуха.
– Да понял я, – дед пожал плечами. – Одно упало. Где остальные яйца? Продала? Так быстро?
Старуха начала закипать.
Мы еле сдерживали смех. Очень уж комично выглядела их перебранка.
– Тугодум ты эдакий, – бабка даже ногой топнула. – А дно упало. Прямо на дорогу. В пыль.
– И чего так расстраиваться из-за одного яйца, – проворчал старик.
– Ух, и покажу тебе одно! – бабка наступала, уперев руки в бока.
Ссора грозила перейти в потасовку. Дед вскочил с завалинки и бросился наутёк. Бабка поспешила следом.
Старик улепётывал в направлении курятника. Знал, хитрец, что старуха не станет скандалить при курочках.
– Проводили, – кот прищурился. – Мяу-мяу. Я их не понимяу.
– Старушке надо пар выпустить, – пояснила я. – Но помирить их надо.
– Помирить? – задумался Макото. – Хотя бы отвлечь.
– Сейчас я всё деду объясню, – кот помчался в направлении курятника.
– Ох, чувствую, объяснит, – я поторопилась за Луни. Макото – за мной.
Дед опрометью вбежал внутрь, захлопнул дверь и, похоже, навалился на неё с той стороны, чтобы не пустить бабку в курятник.
Куры кудахтали!
Старики переругивались.
Кот пытался их помирить:
– Недопонимание не повод для ссор, – с важным видом уговаривал он.
– Слыхала! – донёсся из-за двери голос деда.
– Пожил бы он с тобой, сколько я, – повысила голос бабка. – Да пуд соли съел…
5.
Мы подошли, но вмешиваться не стали. Почему? Потому, что орали все – бабка, дед, куры, кот.
– Концерт по заявкам, – шепнул Макото. – Ну, дают!
– Ага. Что с ними делать?
Старуха в очередной раз заколотила в дверь.
Куры всполошились и снова закудахтали.
– Совсем того… – вспылил старик.
– Чего того? – голос бабки звучал грозно.
– Того, – замялся дед. – Кур перепугала.
Бабка перестала колотить в дверь.
– Спокойствие, – попросил кот. – Вы не могли бы открыть нам дверь, любезный.
Дверь открылась. На пороге стоял дед и держал в руках яичко – не простое, а золотое!
– Вот, – торжественно заявил он. – Снесла!
– Кто? – кот любовался золотым яичком. Как и все остальные.
– Курочка-ряба, – умильно проговорила бабка. – Яичко снесла. Не простое, а золотое! Дай мне, дед. В избу отнесём.
– Сам отнесу, – дед отодвинул бабку плечом. – Посторонись!
– Но…
– Уронишь ещё! Как давеча утром. Когда на ярмарку шла, одно уронила, – с ехидцей напомнил старик.
– А-а-а, – старуха махнула рукой. – Неси.
Старик важно шагал к дому, держа в широких ладонях золотое яичко. Старуха семенила следом, приговаривая:
– Радость то какая!
Глава пятая
ЗОЛОТОЕ ЯИЧКО
1.
Так и вошли они в избу: дед, за ним – бабка, за нею – кот.
Мы топтались у порога. Нас ведь не пригласили.
– И вы заходите, гости дорогие! – обернулся кот.
– Приглашение получено, – шепнула я. – Войдём?
И мы вошли.
Старик положил золотое яичко на стол и отошёл в сторонку:
– Вот. Любуйтесь!
Все стояли. Любовались. Старик. Старуха. Кот. Я. Макото.
Яичко сверкало так ярко, что глаза слепило!
– Чудо! – тихо проговорила старуха.
– Диво! – радовался старик.
Нам было пора.
– Кажется, в доме мир и благодать, – обрадовалась я.
– Пора и честь знать, – Макото был со мною за одно.
И только кот не сдвинулся с места.
– Луни! – позвала я. – Идём.
И тут откуда ни возьмись выскочила мышка-норушка. Яйцо так сверкало, что видно было даже в норке. Вот мышка и выскочила. Да бегом к столу!
Прыг на лавку. С лавки на стол скакнула. И к золотому яичку.
Охнул дед.
Заверещала бабка:
– Ой, мышь!
А мышка всё ближе к золотому яйцу подбирается. Хвостиком как махнёт…
– Держи! – вопит старик, бросаясь к столу.
– Хватай, – упрашивает старуха. Сама же отступает подальше от мышки-норушки.
Кот в сапогах не растерялся. Прыг! Хвать золотое яичко. Усы топорщатся.
– Фр-р-р-р-р!
– Пи! – шарахнулась мышь от кота. Со стола на лавку. С лавки – на пол. Юркнула в норку. И была такова.
2.
А старик со старухой кота благодарят:
– Котик-котище, бравые усища, вот пособил!
– Спасибо, что удружил!
Кот кивает, а яйцо золотое из лап не выпускает. Вдруг яйцо тр-р-р-р-ресь! Скорлупа рассыпалась яркими огненными искрами.
– Что такое? – всполошилась бабка.
– Что случилось? – волнуется дед.
– П-п-птичка, – отвечает кот. – Маленькая. Золотая. Проклюнулась.
– Вылупилась, – поправила я машинально. – Цыплёнок из яйца.
– Не цыплёнок! – спорит кот.
– Как же! – не верит старуха. – У Пети-петушка Золотого гребешка и курочки-рябы мог только цыплёнок вылупиться.
– Что я цыплят не видел, – возмутился Луни. – Птичка это золотая. Смотрите, растёт!
Мы глянули, а в лапах у кота Золотая птичка сидит. Перья огнём горят. Клюв небольшой, но тоже золотой.
– Красивая! – восхитилась я.
Кот лапы разжал. Птичка взлетела. Покружила по избе. Ещё увеличилась в размере. И – в двери!
Все за нею.
Выбежали на улицу. А птица взмыла к синим небесам.
– Береги себя Золотая птица! – прокричала я. – Будь осторожна.
И тут опустилось сверху перо золотое. Прямо мне в руки. Я перо поймала. Стою. Смотрю на остальных.
Старуха кивнула:
– Бери.
– У нас в курятнике кур много, – поясняет старик. – Ещё яиц снесут.
Мы попрощались с ними. Старики уселись на завалинку. Обнялись. Из дверей курятника высыпали куры. Ходят в траве. Кудахчут. Радостно!
– Тишь да гладь, – промурлыкал кот. – Да благодать!
– Ещё б узнать, как в наш мир попасть, – произнёс Макото.
И только сказал это, как оказались мы в «Сказке», в комнате Оле-Лукойе.
3.
Там с нетерпением ждали нас друзья.
– Справились! – просиял Домовой. – Молодцы.
– Мы всё видели, – сообщила фея-крёстная. – Как старушке помогли.
– Деда с бабкой помирили, – кивнул чародей.
– Яичко от мышки защитили, – улыбнулся Оле-Лукойе.
– Хорошо, что Золотую птицу об опасности предупредили, – чародей был весьма нами доволен.
Я протянула ему перо.
– Отнесу в Хранилище, – пообещал он. – Пусть там будет, пока не понадобится.
– А как с Похитителем снов быть? – кот готов был к новым подвигам.
– Поймаем, – пообещал Иван Михайлович. – Всенепременно. Давайте-ка отдыхать! Полночь.
Мы пожелали друг другу доброй ночи. Макото в гостинице остался. Хозяин нашёл ему преотличный номер. Кот пошёл со мной. И только в комнате, когда свет погасили, увидели мы, что коту от Золотой птицы тоже подарок достался. Подушечки его передних лап светились в темноте, а когти не только золотом отливали, но и могли в острые кинжалы превращаться, стоило Луни пожелать.
– И шпаги тебе не надо, – ахнула я. – Настоящий кот в сапогах.
Луни расплылся в улыбке:
– Теперь я не просто лунный кот, а кот-защитник.
– Расскажем завтра нашим?
– Ладно.
– А теперь спать. Предостаточно сегодня с нас приключений.
Но уснуть сразу не удалось.
– Как иногда хочется Время повернуть вспять и неторопливо всё начать. Опять. Но по-другому, – пробормотала я, усаживаясь поудобнее.
– Это как? – встрепенулся кот.
– Исправить ошибки, прощенья попросить, у тех, кого обидел ненароком. Интуитивно за угол свернуть… и в путь, чтобы встретить кого-то родного, надёжного.
– Это ты о ком? – полюбопытствовал кот.
– Просто, – схитрила я.
– А-а-а-а.
4.
Кот надеялся на продолжение разговора. Я не заставила долго ждать:
– Тут действовать предстоит осторожно. Много в пути обмана, предательства, лжи – только держись!
– Осмотрись, – посоветовал Луни. – Мяу! Не спеши.
– Хорошо на вершину шагнуть, чтобы понять, что важно, а что неважно.
– Влезть на крышу тоже классно! – промурлыкал кот.
– А ещё мне нравится, что всё бывает однажды, – сообщила я. – Иногда так хочется перевернуть страницу, чтобы в будущем очутиться. Проверить: правильно ли поступаю, по той ли дороге шагаю.