Феля – внук Хранительницы

Глава 1. Флик

– Феля, ты уже написал на листочке желание?

– Нет.

– Скоро Новый Год. Давай не будем нарушать традицию.

– Всё равно не сбудется. Дед, если тебе так хочется, то пиши сам.

Архип Ильич воспитывал внука один. Два месяца назад дедушка научился готовить супы, играть в «Уно», разобрался в режимах стиральной машинки, если вкратце, взял в свои руки всё, что когда-то делала бабушка. Несмотря на то, что он очень ответственно подошёл к роли единственного родителя, в Фелиных глазах больше не было тех зажигательных огоньков.

Помешивая какао, старик думал только о том, что и в этот новый год его десятилетний внук Фельмор останется без исполненного желания. Ведь снова загадает что-то абстрактное и, к сожалению, невозможное. Три года назад написал на листочке: «Мир во всём мире». Через год после этого на ёлке дед нашёл бумажечку с надписью: «Здоровья бабушке и дедушке». В прошлом году написал: «Хочу, чтобы мама и папа были живы». Хоть бы он в этот раз написал простое мальчишеское желание. Например: «Новый компьютер» или «Путёвка в палаточный лагерь».

– Фель, на выпей какао, а то вон как холодно стало.

На дворе, и, правда, разразился нешуточный морозец. Вьюга билась в окна так, словно пыталась выбить стёкла из стареньких домов забытого села. Иногда порывы ветра как будто намеренно пугали Фелю резкими ударами в оконное стекло – мальчик вздрагивал, смотрел в окно и видел там насмехающуюся над ним зиму.

Взяв у деда Архипа горячий стакан с какао, он и не думал пить горячий напиток.

– Феля, пей, – настойчиво попросил дед.

– Не, я только руки погрею… спасибо.

– Пей! Если бы бабушка была сейчас с нами, то…

– Она с нами! – перебил его мальчик и тут же опустил виновато глаза. – Прости, дед, я имел в виду… она с нами же, просто без сознания, зачем так говоришь, будто… ладно. Проехали. Спасибо за какао, я… я, наверное, пойду в свою комнату.

Феля быстро встал, схватил кружку и ушёл, не посмотрев на деда.

– Даже не заметил, что я ёлку нарядил, пока он математику свою решал, – подумал дед Архип. Когда надежды почти не осталось в сердце любимого внука, то единственное, что остаётся для его дедушки – попросить новогоднего чуда. Он посмотрел на игрушечную фею, которую повесил на самую верхушку ели вместо традиционной звезды. Любимое ёлочное украшение бабушки. Архип Ильич достал заготовленный им для Фели листочек, взял ручку и написал: «Пусть моя дорогая проснётся и простит меня за всё, что я натворил». Затем, немного подумав, добавил: «…и у Фели будет счастливое детство». Он свернул клочок бумаги в трубочку и просунул сквозь иголки рядом с феей.

– Такой я старый уже, а верю в новогоднее чудо. Стою с надеждой в глазах перед ёлкой, как ребёнок, а самому уж седьмой десяток пошёл. Ну, пора, надо на боковую. С этими словами дед смёл со стола крошки после чаепития и удалился в свою спальню.

Мальчик уселся за письменный стол. Его огненно-рыжие кудряшки больше не переливались на свету. Они спрятаны под зелёной шапкой, которую едва успела довязать для него бабушка перед тем, как сильно заболела.

– Хм… А ведь дедуся прав, бабушка бы злилась, узнав, что я отказываюсь от горячего какао в такую леденящую погоду. Феля сделал глоток, и не успел он поставить стакан на стол, как услышал стук в окно.

– Тук! Тук!

– Кто-то стучит в окно, хотя у нас дверь есть, – промелькнуло у него в голове, но стук продолжился. Подумав, что дед спит и не слышит, недовольный мальчишка подошёл к окну. Мороз исписал окна вьющимися узорами так, что совсем было не разобрать, кто стоит у окна.

Феля подошёл ближе, повернул ручку горизонтально, и на сантиметр приоткрыл окошко.

– Кто? – возмущённо спросил он в щёлочку.

– Где кто? Я? – ответили ему за окном.

– Да! Кто ты? В смысле, кто там?

– Это дом Олеаны Флагманн? Мне нужен её внук Филлипон. Это ты, мальчик?

– Нет! Точнее говоря, да, но нет! – испугался Феля и резко закрыл окно.

– Хм… – задумался он, – Олеана Флагманн – моя бабушка, но я не Филлипон. – Хотя, что же я так. Как невоспитанно и грубо с моей стороны вот так закрыть окно перед человеком, притом, что я почти уверен – этот странный голос пришёл именно ко мне. Но у бабушки нет родственников, и из друзей одна баба Тая, соседка по огороду. Никто не мог прийти сюда к ней, и уж тем более, ко мне, её внуку. К тому же уже два месяца бабушка лежит в постели, подключённая к аппарату искусственного дыхания.

– Тук! Тук!

– О! Опять стучат. Ладно, посмотрю, кто там, а то деда проснётся, а он так устаёт.

– Во-первых, да, я внук своей бабушки Олеаны, но я не Филлипон, а Фельмор! Во-вторых, отойдите на три шага назад, пожалуйста, – вежливо попросил мальчик. Окно приоткрылось, и зелёная шапка высунулась на улицу.

– Ну и где вы? – мальчик открыл окно пошире, но никого не увидел. И как он не прищуривался, не оглядывался перед собой, он видел только снег, да открытую настежь калитку во дворе.

– А я уже прошёл! – послышался громкий голос сзади.

Феля обернулся и увидел странное существо, похожее на волшебного зверька из любимой бабушкиной сказки.

– А ты кто? Ой, извините, я так никогда не разговариваю с незнакомцами, но вы кажетесь очень знакомым мне, либо я сплю. Либо… я запутался.

– Нет, дорогой Филлипон!

– Я Фельмор!

– Хорошо. Нет, дорогой Фельмор! Ты не спишь. Но ты и, правда, запутался! Сейчас я тебя распутывать буду! И обращайся ко мне на «ты», пожалуйста.

Милый зверёк имел манеру говорить, пританцовывая, как заводной Дед Мороз из магазина игрушек. Фиолетовая шерсть напоминала искусственный мех на воротниках, а зелёные глаза имели продолговатый кошачий зрачок.

– Я один из темпиков, продолжал он, – помощников Хранительницы Времени, а зовут меня Флик. Твоя бабушка, Великая Олеана, скорее бы она пришла в себя, рассказывала тебе о нас в своих волшебных и наипрекраснейших сказках. Ну, Феля, вспоминай!

Рыжеволосый мальчишка от неожиданного рассказа снял любимую шапку и не мог поверить тому, что перед ним тот самый помощник Хранительницы Времени из бабушкиной сказки. Он тогда ещё ей возразил, что это не темпик по описанию, а какой-то Лунтик или Стич. Весь вечер они с бабушкой смеялись, когда Феля включил воображение и нарисовал темпика так, как он представлял.

– Ну а что… похож, – подумал он и вежливо показал на стульчик, приглашая присесть. – Темпик Флик, недавно я читал в научном журнале о воображаемых друзьях. Там утверждалось, что воображаемый друг появляется у детей в двух случаях: отсутствие друзей и травма потери близкого человека. Мне подходит и то и то, поэтому ты здесь. Ты – плод моего воображения. А, может быть, я просто сплю. Если утром тебя не окажется рядом, то значит, моя тоска по бабушке уже оживляет её сказки в моём подсознании.

Мальчик ходил по комнате в поисках пижамы. Фиолетовый зверёк осматривал его с подозрением и был немного разочарован, ведь он представлял мальчика уверенным и общительным.

– Это так непривычно всё, и требует размышления. Мне ещё в школу завтра. Хорошо, что я уроки сделал. Хотя я не допил какао – дед расстроится, – мальчик размышлял вслух, разбирая кровать и готовясь ко сну.

– Так, я к тебе за помощью пришёл, Филлипон, внук Великой Олеанны! Ты что, уже лёг спать? – отчаянно спросило фиолетовое создание, глядя на засыпающего мальчика, – тогда я можно останусь? Мне идти некуда, я проделал долгий путь и…

–Да можно, – ответил внук Олеаны, улыбаясь, – только зови Фелей меня, хотя какая разница, если я сплю…

Глава 2. Фая Альбертовна

Тёплое одеяло, как обычно, валялось на полу. Мягкие игрушки, которые обнимает Феля, когда не может уснуть, разбросаны по комнате. За окном также бушует метель и, пробираясь сквозь щели в старой оконной раме, спешит заморозить мальчишку. Не нащупав голыми ногами одеяло, Фельке пришлось проснуться.

– Опять одеяло на полу! Ну как так получается всё время? Ну, хоть шапка на месте. Феля потрогал голову, чтобы убедиться в этом. Он уже два месяца старался её не снимать без необходимости в виде принятия ванны, и перестал ощущать тепло от мягкой шерстяной пряжи. Фельмор неохотно собрал игрушки с пола, поднял пуховое одеяло с цветными ромбиками и аккуратно застелил кровать. Вдруг внимание зацепил фиолетовый ромб.

– Ах! Флик! Где он? – оглянулся по сторонам Фелька. – Нет его! Ха-ха, ну у меня и сны, – усмехнулся Фельмор, но на всякий случай заглянул под кровать и осмотрелся по сторонам, – а даже немного жаль, ведь фиолетовый пушистик был родом из бабушкиной сказки, и с ним можно было бы поговорить о ней с надеждой на её выздоровление. Дед говорит о ней в прошедшем времени и не разрешает вспоминать её чудесные сказки, называя их «нелепыми выдумками для маленьких глупышей». Ничего он не понимает.

Тем временем его «ничего не понимающий» дед Архип уже приготовил ему на завтрак – оладушки с бабушкиным джемом из смородины и мяты. Феля шаркал тапками по скрипучим деревянным полам, приближаясь к столу. Сливочный аромат заставил его двигаться быстрее.

Архип Ильич стоял у окна спиной к мальчику. В руках у него явно что-то было и, обойдя дедушку с одной стороны, внук заметил интересного серого зверька на руках у деда в оконном отражении.

–Дед, доброе. Я пришёл.

Дед Архип медленно развернулся к внуку. Феле показалось, что в его взгляде что-то изменилось. На руках он держал серенького кота с фиолетовой полосочкой на конце хвостика.

– Встал, наконец, соня. Скажу неприятную новость для тебя. Ты проспал школу, товарищ.

–Как?! – глаза Фели стали ярче и шире в два раза. Он был очень примерным учеником и часто приходил в школу, когда класс ещё был закрыт. Проспать уроки для отличника было таким же преступлением, как исправить тройку на пятёрку в дневнике.

– Успокойся, всё хорошо, я уладил это одним звонком. Ты сегодня не пойдёшь в школу. И посмотри только на этого пушистого прохвоста! Пытался зайти в бабушкину комнату. Наверное, забрёл к нам в поисках еды. Хотя он мне кое-кого напоминает…

– Не понимаю. Я не иду в школу?!

– Ты всю ночь кашлял и бормотал какую-то несусветицу. Во сне доказывал кому-то, что тебя зовут Фельмор, а не Филлипон, – пояснил дед, поглаживая котика от ушек и до самого кончика хвоста, останавливая взгляд на фиолетовой полосочке, – давай ешь завтрак, выпей таблетки и снова ложись в постель. Бабушка твоя заболела, не хватало, чтобы и ты захворал. Эх… оставила меня моя дорогая…

– Она не оставила! Она скоро проснётся! Дедуль… – мальчик перевёл дух и продолжил спокойным голосом, – я хорошо себя чувствую, и....

– Возражения не принимаются!

Доедая второй оладушек, Феля обратил внимание на нового питомца их семьи.

–А ведь котяра породистый, – пробежало в голове.

Длинная серая шерсть при определённом освещении имела пурпурный оттенок. Мальчик предположил, что котику хочется сбежать из рук деда, но он боится повести себя неосторожно. Видимо, не хочет поцарапать старика. Умненький и красивенький – жаль, что потерялся.

Похолодевший голос деда Архипа вернул его к завтраку.

– Поел? Лекарства выпей, Фель.

Это его «Фель» звучало как-то по-другому сегодня. В голосе не чувствовалась та забота, которая когда-то втройне увеличилась после бабушкиной болезни. Мальчик насторожился. Он никогда не видел деда в образе строгого родителя. Раньше это был добрый старичок в заштопанных подштанниках, клетчатой рубашке и шерстяной жилетке, которую давно пора бы распустить на пряжу и, чтобы связать половик на кухню. Сейчас перед внуком стоит статный пожилой мужчина в брюках и свитере, принявший амплуа надзирателя, на руках которого лежал разозлившийся кот. Хоть морда пушистика и выражала равнодушие, кот точно был зол, судя по хвосту, бьющемуся из стороны в сторону.

– Пей лекарства! Куда смотришь? – разозлился вдруг уже малознакомый для Фели человек.

– Дедуль, я просто заметил, как ты сегодня стильно оделся, ты куда-то собираешься?

Феля мог спокойной выпить даже самые горькие таблетки, если он правда чувствовал себя нехорошо, но сейчас у мальчика нет никакого желания травиться белыми пилюлями при замечательном самочувствии, и он тянул время, чтобы решить: подчиниться или обхитрить.

– Мой юный друг, я попозже тебе расскажу, куда я пойду, что я буду делать, хотя тебе и вовсе взрослые дела знать необязательно. Но давай, мой любопытный внучок, все вопросы после того, как ты примешь лекарства, ведь ты явно не хочешь лежать в больнице, если потом станет хуже.

Феля решил, что деду, правда, лучше знать, кашлял он во сне или нет. Подвинув поближе заготовленный заранее дедом стаканчик с водой, он взял таблетки и поднёс ко рту.

Вдруг дед как заорёт: «А-а-а-а! Прокля́тый! Укусил, поганец!»

Феля дёрнулся от испуга, и таблетки укатились куда-то под стол. Дед стоял посреди кухни, заворачивая рукав, где кровоточил укус вдруг резко озлобившегося кота, а сам пушистый давно спрыгнул с рук и удалился после инцидента.

– Дедуль, давай я принесу перекись и бинт, – Фелька поспешно встал из-за стола.

– Не надо, уматывай отсюда уже в свою комнату. Таблетки выпил?

–Да, – впервые соврал послушный внук и побежал в комнату, дабы не вызвать очередной приступ гнева в свой адрес.

Закрыв дверь, Феля медленно сел на кровать, обдумывая произошедшее. Он был необычным мальчишкой. Был бы на его месте обыкновенный десятилетний мальчишка, то тут же обиделся бы или даже заплакал, но Феля имел такую взрослую привычку – всё тщательно обдумывать, анализировать поступки людей, выбирать подходящую эмоцию, а иногда и слова подбирал такие, что одноклассники за спиной называли его «заучкой».

– Почему дед изменился? Что повлияло так на него сегодня? Я же не виноват в том, что кот оказался диким....

– Кто дикий? Я, что ли?! – показал свою мордашку из-за шторы виновник утреннего переполоха.

– Я это что?! Вслух сказал?! Стоп! Ты со мной говоришь? Я опять сплю, видимо. Вчера странный монстрик из сказки явился, сегодня ты…

–Ой, я забыл вернуться в прежний облик, дружище, прости, – милый котяра стал размахивать своим хвостом, и фиолетовая полоска становилась всё шире и шире, окрашивая всю серую шерсть кота в фиолетовый, при этом делая её шелковистей и длиннее. Лапки укоротились, ушки приобрели закруглённую форму и перед Фельмором снова стоял вчерашний чудик из сказки.

– Не могу поверить… это ты! Флик! – радостно завизжал мальчик, – часть меня так надеялась, что ты существуешь! Ты умеешь менять облик? Прикольная способность!

– Филлипон, да это прикольно и весело, а ещё это обязательно должны уметь все темпики!

– Я Фель…

– Вот смотри! – темпик стал делать странные движения хвостом и хаотично двигать короткими лапками. Глаза, носик, ушки – всё стало сливаться воедино и опускаться на пол.

– Ха-ха-ха, – залился смехом Феля, – теперь ты фиолетовая лужа! Это так забавно, Флик!

– Это особенности моей работы у… ой!

Вдруг заскрипела дверь в комнату.

– С кем ты тут хихикаешь? – заглянул в комнату дед, уже готовившийся уйти по своим «взрослым делам». Он посмотрел под кровать, отодвинул шторы и кинул на внука подозрительный взгляд, – ладно, видимо, так лекарство на тебя действует, я ушёл, ложись спать, Феля. Дед закрыл дверь, никого не обнаружив и не дождавшись ответа мальчика.

Феля сидел и намеренно быстро моргал, чтобы спугнуть миллион мыслей из головы, ведь сейчас они мешали ему думать. Среди множества предположений одни вопросы и ни одной догадки. – Здесь нет никакого логического объяснения. Если только Флик умеет превращаться именно в бешеного кота, а не в обычного здорового, – мальчик ухмыльнулся от юморной мысли и заулыбался. Его глаза искали фиолетового чудика.

– Флик, ну ты где? Выходи уже, он ушёл.

– Посмотри сюда, – послышался голос из ящика стола, – я в жидкой форме перетёк в ящик, но здесь слишком тесно, чтобы я снова обратился в темпика. Будь душкой, Филиппон, вылей меня на пол.

– Ещё раз назовёшь меня Филлипоном, перелью в бутылку и закрою крышкой! Понял? Я Фельмор! Можешь называть просто Феля.

– Феля, Феля, всё запомнил!– жалобно промолвил темпик.

Мальчик выдвинул ящик стола и посмотрел на направляющие, чтобы аккуратно вынуть его.

– Феля, всё достаточно и так, место есть, отойди подальше.

Вдруг прямо на поверхности фиолетовой воды стала расти шерсть, и через пару секунд в ящике уже сидел привычный пушистик из сказки.

– Хотел я заглянуть к Великой Олеане, но Ильич вышел из её комнаты и захлопнул перед моим носом дверь – я кое-как успел обратиться в кота, – начал объяснять Флик, – но убежать не успел. Схватил меня. Дед твой никогда мне не нравился, знаешь… ну не буду разглагольствовать об этом, позволь, перейду к делу.

Темпик залез на стол и, перешагивая тетради и учебники, словно профессиональный ведущий взял в качестве микрофона карандаш и начал свой рассказ.

– Да помогут мне остатки жемчужного камня. Я пока сюда летел, речь продумал свою от первого слова до интонации, а как пришло время выступать, то всё забыл. Чистый лист в голове. Волнуюсь. Так… сейчас. В нашем мире есть скрытое от человеческого глаза место, где живут волшебные существа, помогающие людям справиться с трудностями.

И место это называется Ар…

– Аркандория! – закричал Феля.

– Верно, Филлипон! Откуда знаешь?

– Я Фельмор, Флик! Ну, запомни уже! Откуда знаю, спрашиваешь? Бабушка рассказывала про этот волшебный мир. Там фей, эльфов и единорогов назначают людскими помощниками и отправляют к нам.

– Они не только помощники, но и в некоторых случаях спасатели. Подают людям знаки, помогая тем самым найти верное решение, тайно пишут послания, проникают в мысли и подсказывают, что делать дальше. А вы, люди, думаете, что это интуиция. Да они даже притворяются психологами, принимая человеческий облик! Аркандорцы передвигаются по всему миру. Но официально работают в Небоскрёбе. Что ты знаешь о нём?

– Про Небоскрёб я ничего не знаю.

– Странно, что тебе Великая Олеана не рассказала о главном источнике магии в Аркандории.

– Но это же всё сказки. У бабушки книжка есть. Там красивые картинки.

– Мальчик! Я похож на животное из вашего мира?

– Ну, если только, твоя мама кошка, а папа… бегемот? Ха-ха…

– Это несмешно! Я правду говорю! Сказки твоей бабушки реальны!

– Хорошо, хорошо. Ты упоминал Небоскрёб. А что там?

– Волшебные существа отслеживают нуждающихся в Небоскрёбе Времени. А ещё там работаем мы, темпики. Мы выставляем нужную страну, дату, советуемся в выборе вида помощи, можем даже послать на задание другого волшебного зверя, если он подойдёт больше в ситуации, но решение за Хранительницей Времени. А её нет. Понимаешь? Всё встало. Только с помощью дара Хранителя жемчужный камень излучает магию, и запускаются шестерёнки в волшебных часах. Сейчас многие волшебные существа гуляют по миру в тех обликах, которые они приняли, чтобы помочь своему человеку. К сожалению, они не могут вернуться домой, в свой мир. Феи, эльфы, тролли, темпики, которые остались в Аркандории, начали терять сознание.

– А я-то тут при чём? Нет, ты не подумай, что мне всё равно. Мне жаль, что это произошло с твоим миром, но я обыкновенный мальчик и ничем не могу помочь.

– Как это обыкновенный?! Только ты и можешь помочь! Поэтому тебе надо срочно отправиться в Небоскрёб, ведь только у тебя получится запустить механизм и вернуть всех домой. Великая Олеана всегда говорила нам, что если с ней что-то случится, то мы должны найти тебя! Раскрыть тебе правду о нас! Она была уверена, что ты обязательно поверишь и отправишься в Аркандорию на помощь.

– Погоди… погоди. Где ваш Хранитель? Причём тут моя бабушка? И вообще! Я в четвёртом классе, уважаемый Флик. Как несовершеннолетний ребёнок просто уйдёт? Я отчитываюсь перед дедом, и разве я оставлю школу, дом, бабушку…

– Феля! Дедушку можно и оставить ради спасения волшебства, причём он заставлял тебя принять какие-то таблетки. Он мастер обманывать доверчивых…

– Флик, мой дед не такой… наверное… я уверен, что правда кашлял ночью.

– Дорогой Феля, я оставлю след от моей лапки, он поможет тебе найти нас. А сейчас я должен тебя оставить. У меня есть ещё одно дело в этом мире.

С этими словами фиолетовый комок исчез, оставив мальчишку в полном недоумении. Феля подошёл к отпечатку лапы на полу.

– Такой маленький след. Что там можно разглядеть? – Феля взял лупу и стал рассматривать оставленную подсказку. – Подождите-ка! Эти узоры на лапе знакомые… они же точь-в-точь как на бабушкином платье! А что написано? Названия улиц? Мальчишка заулыбался, разглядев знакомые места на отпечатке лапки.

– Ой, а вот и Небоскрёб! Такое название длинное… Небоскрёб Времени и Пространства. Хранительница Времени: Олеана Флагманн… Чего?! Это же моя бабуля!

Феля обронил лупу и медленно сел на пол. Ему хотелось всё записать и обдумать, но он понимал, что нет времени, и если, его бабушка, оказывается, такая важная фигура в этом волшебном мире, значит, её нынешнее состояние напрямую зависит от случившегося в Небоскрёбе. Он встал с пола и достал самый большой свой рюкзак.

– Флик ушёл. Эх, он даже не узнал, что я согласен помочь…

Глава 3. Книга-сказочница

Феля остановил себя на мысли, что он согласился помочь миру, о котором знает совсем немного. Он никогда не был таким спонтанным и не поддавался эмоциям, а как только тема коснулась бабушки, и вот он уже не занудный отличник-интроверт, а ищущий приключений десятилетка, да ещё и какой альтруист! Такие изменения в себе точно были по нраву мальчику, хоть на прошлой неделе он отказался участвовать в выездном мероприятии класса, ведь большинство ребят захотели поехать на скалодром.

Школа находилась в центре города. Феля и ещё трое ребят каждое утро встречались на остановке и болтали обо всём, ожидая автобус в город. К сожалению, соседские ребята оказались в другом классе, а в своём Феля не нашёл единомышленников, несмотря на то, что в классе не было хулиганов и задир, но медлительность и стремление быть лучшим во всём отталкивали сверстников.

– Жаль, у меня нет друга-художника, – подумал он, – он бы помог мне перерисовать карту на бумагу. Флик оставил мне отпечаток своей лапы, но все эти узоры переплетаются так, что кажется это какой-то лабиринт. Только на определённом расстоянии можно разглядеть знакомые улицы и дома моего села… Ох, Флик! Ну не мог ты оставить свой след на бумаге, в тетрадке по математике, да хоть в дневнике… ну почему прямо на паркете, – мальчик отчаянно посмотрел на подарок темпика и принялся срисовывать лапку в альбом для рисования.

Вдруг он услышал, как хлопнули ворота на улице.

– Пусть это будет ветер, пожалуйста, сейчас совсем некогда объяснять деду, что это такое на полу и кто наша бабушка для волшебных существ…

– Феля, солнышко, открывай, это Фая Альбертовна. В школе сказали, ты болеешь. Я принесла тебе твоё любимой имбирное печенье с корицей!

– Только не это! Надоедливая Фая Альбертовна! Школьного психолога мне не хватало ещё сейчас дома. Ну как же вы не вовремя. Надо срочно что-то придумать, чтобы она ушла. Нет. Надо сделать так, чтобы забрать печенье и чтобы она ушла, – подумал мальчик, встал с пола, плотно закрыл дверь в комнату и побежал спроваживать незваного гостя.

– Здравствуйте, Фая Альбертовна, спасибо за заботу, у меня всё хорошо, – Феля потянулся к любимой коробке с наивкуснейшим печеньем, но не успел его взять, как наглая женщина открыла дверь пошире, и без приглашения сделала шаг вперёд.

– Солнышко, дедушки ещё нет дома? – спросила она, снимая сапоги.

– Нет, но…

– Отлично, мне нужно тебе кое-что рассказать, учитывая сегодняшнюю встречу с ним в книжном магазине. Пожалуйста, присядь на диван и послушай меня внимательно. Я увидела знакомую серо-фиолетовую шерсть на рукаве твоего деда и поняла, что к тебе уже приходил кто-то из темпиков.

Глаза Фели стали шире. Он посмотрел на Фаю Альбертовну и только открыл рот, чтобы поинтересоваться, откуда ей это известно, она продолжила…

– Итак, откуда я знаю? Я не хочу тебя пугать, солнышко, но я одна из подчинённых Великой Олеаны, твоей бабушки. Когда-то я тоже была темпиком, не такой обожаемой, как моя сестра Флия или тупица Флик, конечно, но я усердно трудилась в Небоскрёбе. Целыми днями я отправляла фей, домовых, единорогов и фениксов в разные уголки планеты, а по выходным подрабатывала в отделе Наблюдения. Я искала по нашим камерам людей, чья тревожность выходит за грани нормы, людей, склонных к полному отчаянию, ты же уже взрослый, ты понимаешь, что я имею в виду?

– Ну, конечно… Но я не могу понять, что…

– Хорошо, солнышко, слушай дальше. И вот однажды, мне настолько надоел этот день сурка, и я так позавидовала волшебным существам, ведь в душе я всегда хотела спасать людей, а не просто следить за часами, выставлять время, дату, сверять часовые пояса и приносить Хранительнице травяной чай.

– Да, бабушка любит травяной чай. И что дальше? Она разрешила вам сменить работу?

– За пачку твоего любимого печенья я подговорила одного прожорливого феникса не выйти на работу. Перед самой отправкой он якобы заболел, а я предложила свою помощь. Бабушка твоя долго сомневалась, но предупредила, что я должна справиться любой ценой, и напомнила про правила и штрафы из нашей книги кодекса. В итоге я не справилась. Точнее, я сделала не то, что должна была.

– Вы не смогли спасти человека?

– Спасти-то спасла, но не так, как надо было. История грустная. У женщины заболел её грудной ребёнок. Маленькая девочка теряла силы каждый день, и ей суждено было переродиться, а я должна была придать сил матери пережить трагедию. Врачи в очередной раз развели руками и дали направление в другую больницу. Дома тем же вечером девочка, к сожалению, умерла. Мать стала кидать все предметы, что попадались под руку. Я решила показаться и отвлечь её появлением фиолетового существа, но она даже не заметила меня. Вдруг она резко выбежала на балкон и …Ой прости, я увлеклась рассказом… В итоге я не придумала ничего более разумного на тот момент, как вселиться в тело её маленькой дочери.