Варяг Союза Фронтеры
Глава 1
Космический корабль «Ифсанэ», стремительный силуэт, грациозные линии и голубоватое свечение навигационных огней которого недвусмысленно намекали на скорость, на деле оказался обычным гражданским тихоходом. Даже при полной тяге обоих маршевых двигателей транспорт тащился медленно, будто старый разряженный электромобиль на крутом подъеме. Истребителям сопровождения то и дело приходилось сбрасывать скорость и ломать строй, чтобы не уйти далеко вперед. Каждые десять-пятнадцать минут грозные «Рапторы», словно сторожевые псы, замирали в пространстве, дожидаясь, пока «очень важная персона» соизволит догнать конвой.
Граница Конфедерации Объединенных Наций осталась далеко за кормой. Впереди простиралась Фронтера – безжизненная, безмолвная пустыня на стыке нескольких независимых систем. Когда-то хозяйка десятка планет и сотни лун оранжевая звезда-гигант Ханум была слишком гостеприимной, притягивая к себе бесчисленное количество космических странников. Случайно залетевшие кометы и астероиды навсегда становились пленниками массивной звезды. Сталкиваясь друг с другом и с планетами, они, как буйные гости, все больше и больше засоряли систему, нарушая покой хозяйки и выверенное миллиардами лет космическое равновесие. В один прекрасный момент уставшая Ханум захотела побыть в одиночестве. Своими гравитационными объятиями она разрушила свои же собственные планеты, превратив солнечную систему в безжизненный мир кружащихся в вечном танце камней. Теперь здесь затухают даже радиоволны, теряясь среди богатых ресурсами глухих астероидных полей.
Отгородившись непреодолимой естественной стеной, интровертка Ханум оставила вокруг себя огромную сферу личного пространства, не подпуская слишком близко непрошеных гостей. Но построенная недалеко от звезды станция зарядки не подчинялась установленным хозяйкой правилам. Она подчинялась законам физики. Как и притаившаяся чуть поодаль орбитальная крепость «Злата Обала», созданная для защиты стоящих на зарядке кораблей от сарацинов и лихих людей. В те времена никто и предположить не мог, что отношения между Акрамом и Златибором достигнут точки кипения, что космос станет полем брани, а старая крепость, превратившись в нейтральную торговую станцию – последним оплотом хрупкого мира в зоне междоусобного конфликта.
Теперь каждый караван бывшей республики Акрам, идущий к станции зарядки, требует боевого охранения. Ведущего конвой капитан-лейтенанта Керима Челика это ничуть не беспокоило. Он знал – пилоты Союза Фронтеры не трогают пассажирские суда. В очередной раз погасив скорость, Керим на мгновение позволил себе отвлечься. Он откинулся в кресле, на секунду прикрыл глаза – и снова открыл их, стараясь запечатлеть в памяти картину. Богатая россыпь холодных звезд, как бриллианты на бархате. Яркие сочные туманности – красные, синие, фиолетовые – размазанные кистью невидимого художника по черному холсту. Знакомые брутальные силуэты «Рапторов», застывших в ожидании в почти идеальном строю. Его звено. Его крыло. Его жизнь.
Все это скоро станет воспоминанием. Потому что пора. Потому что возраст. Потому что выслуга. Возможно, он даже будет скучать… Но позже. А сейчас капитан-лейтенант Челик ведет свой последний конвой. «Нет-нет, крайний. Последний же только путь»!
– Селям, Керим-паша! – раздался в канале дальней корабельной связи молодой дерзкий голос. Это Батур, ведущий второго звена, ученик Керима. От скуки он выписывал в пространстве на своем истребителе гигантские восьмерки. – Руку даю, ты сейчас глазеешь на звезды и размазываешь по лицу сопли умиления! Уже придумал, чем займешься на пенсии?
– Не фамильярничай, второй лейтенант Батур. – Спокойно, с нотками металла в голосе ответил Челик. – Если хочешь официоза, обращайся, как велит устав – капитан-лейтенант Керим-бей. И встань в строй, покажи правильный пример своим подопечным!
– Да ладно тебе, не бубни, уважаемый! – Батур рассмеялся. – Я же в шутку. Серьезно, что будешь делать в отставке?
Керим задумался. Взгляд скользнул по консолям управления, по потертой рукоятке штурвала, по едва заметной трещине на мультимониторе навигационного компьютера.
– Дом себе куплю. Где-нибудь на берегу моря. Не знаю где, не решил еще. Там, где тихо. Где пахнет солью и водорослями. А может, наоборот, открою отель. Для таких, как ты – молодых, шумных, с деньгами и без мозгов.
– Будешь облизывать туристов, и жить на бакшиш? – в голосе Батура засквозил неприкрытый сарказм. – А я, наконец, займу твое место и буду служить флоту Великого Султана. Чувствуешь разницу, Керим-паша?
Керим вздохнул. Понятно, куда клонит юнец. Новая идеология, новый флаг, новый устав. Акрам больше не республика – Великий Тюркский Султанат. Для таких, как Батур – это следующий шаг эволюции. Для Керима – предательство.
– Для меня Акрам был и останется парламентской республикой. – Тихо, но твердо сказал он. – Я не разделяю идеи Гюрхана. Великого Султана. Очень многие не разделяют.
Он отыскал глазами «Раптор» ученика – тот, наконец, перестал виражить и занял место в строю. Но не согласно ордеру, а вплотную к истребителю Керима, будто пытаясь заглянуть к нему в кабину. «Юнец слишком многое себе позволяет. Надо бы приструнить. А будет он слушать старика, который уже почти в отставке?»
– Второй лейтенант Батур! – Строго гаркнул Керим в микрофон. – Опасный пилотаж! Встать в строй!
– Ну вот, опять бубнишь… – насмешливо проворчал Батур. – Эту калошу еще пару минут ждать, успею. Эй, «Ифсанэ», подкинь дровишек, сколько можно! Не думал остаться на службе, Керим-паша?
– Я уже слишком стар.
– Синтекс творит чудеса! Он повышает выносливость к перегрузкам и ускоряет реакцию! Посмотри, в какой форме наш Великий Султан, а ведь он гораздо старше тебя!
– Угу… И глаза зеленые, как у кошки. – Угрюмо буркнул Челик.
– Не кошки, а тигра! Цвет глаз – это просто побочка…
– Синтекс делает вас наркоманами, Батур! И твой Султан – наркоман!
– Не обижайся, Керим-паша, но ты просто глупый старик.
– Много лет назад я сел в кабину пилотом флота Акрама. Тогда мы не принимали синтетическую дрянь перед вылетом, вместе с сербами патрулировали Фронтеру, защищали рудокопов и мирные караваны от лихих людей. Теперь все изменилось. Адмирал стал султаном, пилоты – наркоманами, друзья – врагами.
– Златибор первый начал войну! – Заносчиво крикнул Батур.
– Мы забрали у Златибора Фронтеру, ее астероиды! Для них это единственный источник дохода. Все можно было уладить дипломатическим путем. Твой обдолбанный Великий Султан решил… – Керим вдруг замолк. Он уже много раз слышал про бостанджи.
– Вай, Керим-паша! – Расхохотался Батур. – А ты, оказывается, неблагонадежный старик! Ха-ха! Может, донести на тебя, а?
– Донесешь, когда вернемся в Акрам. А сейчас встать в строй! – Неожиданно для себя грозно рявкнул Челик. Постоянные насмешки дерзкого мальчишки-лейтенанта начинали раздражать.
– Успокойся, капитан-лейтенант Керим-бей. Я шучу. – Батур, наконец, занял свое место в строю. – Говорят, высший ученый совет почти закончил исследование «Сумрачного Халифа». Говорят, у нас будет много новых технологий…
– Говорят… – Керим хотел закончить фразу любимой поговоркой своего старого наставника про Москву и кур, но передумал, вспомнив шутку Батура про донос. – Говорят, «Сумрачный Халиф» это профанация, чтобы дать людям надежду. Не все верят в его происхождение.
– И зря. Благодаря «Сумрачному Халифу» у нас есть синтекс и «Черный охотник».
– Нет никакого «Черного охотника», Батур! На «Приштине» произошел технический сбой!
– Глупый старик! Акрам на грани технологического прорыва. Скоро у нас будет технология входа в подпространство без использования кристалла Белова. Представь, нам сейчас не нужно было бы тащить на станцию зарядки этот… сундук. Раз – и мы уже в Акраме!
– Угу. – Сухо отозвался Челик. – Допустим, это «Ифсанэ» в Акраме. Наши «Рапторы» прыгать не умеют. Истребители охранения ты на веревочке потащишь?
– Да не нужно будет никакое охранение, старый осел! – Негромко хихикнул Батур.
– Тогда что будет делать ведущий группы истребителей прикрытия второй лейтенант Батур? – Керим удовлетворенно хмыкнул в усы. Ловко подловил.
– Я стану пилотом «Черного охотника»! – Нисколько не смутившись, парировал юнец. – Буду охотиться на корабли в подпространстве!
– Опять за свое… Это сказки Шахерезады! – Фыркнул Челик. – Невозможно перехватить корабль в подпространстве!
– Расскажи это сербам! Еще говорят, у нас будет технология нанитов – они будут чинить системы корабля прямо в бою, используя свое тело, как запчасти! Какой там Златибор, даже Конфедерация не догонит нас в таком технологическом отрыве! Никто не посмеет встать на пути Великого Султаната!
Керим закрыл глаза. Все же пословица «говорят, в Москве кур доят!» была бы сейчас очень к месту…
– Батур! – прервал он мечтания юнца. – Транспорт на подходе. Подравняй свое крыло – растянулись слишком…
– Так точно, Керим-паша.
Слегка пропустив вперед «Ифсанэ», истребители охранения дали ход. Едва заметная перегрузка мягко толкнула Керима спинкой кресла, нежно уложила голову на ложемент подголовника – знакомое, почти родное ощущение. Старый пилот невольно заулыбался, смешанные чувства накрыли волной. Радость – от того, что он снова в космосе, в кабине любимого «Раптора», с легкой вибрацией от двигателей и звездами за бронестеклом. Грусть – от того, что это, возможно, в последний раз… «Нет-нет, крайний! Последним бывает только путь»!
– Это «Рейнджер»! – Раздался тревожный голос в канале дальней корабельной связи. – Наблюдаю шесть отметок, идут параллельным курсом! Идентифицировать не могу, на «свой-чужой» не отвечают!
Керим бросил взгляд на монитор сканера – пусто. Естественно. «Рейнджер» – корабль радиоэлектронной разведки и борьбы, его сенсоры видят в десятки раз дальше стандартного навкома.
– Это кап-лей Челик! Разведка, дай свет!
На экране послушно засветилась тактическая карта сектора. Зеленые точки – конвой, серые – неопознанные. Гости шли слева по курсу на пределе радиуса обнаружения.
– Серые. Без транспондеров. Может быть, это патруль? – Сказал Челик тихо. Скорее, для себя. – Они же не нападают на пассажирские корабли?
Шесть отметок ожидаемо окрасились в красный – «Рейнджер» классифицировал цели. Легкие «Кроны», рабочие лошадки Фронтеры. Без сомнения – идут борт в борт. На консоли тревожно замигала иконка дальней корабельной связи. Несколько раз глубоко вдохнув, чтобы унять волнение, Керим принял вызов:
– Ведущий группы боевого охранения капитан-лейтенант Челик на связи. Это пассажирский конвой, парни. Насколько я помню…
– Добар дан! Это ведущий эскадры Союза Фронтеры! – Раздался в канале хрипловатый голос с сильным славянским акцентом. – Давай сразу начистоту – никакой не пассажирский. Нам известно, что вы сопровождаете спецборт с очень важной персоной. Пусть этот дорогой красивый корабль застопорит ход и пустит на борт мою абордажную команду. Нас интересует только эта девочка. Обещаю, она не пострадает. Повторяю, мы не пираты! Мы – солдаты! Все останутся невредимыми, даю слово офицера!
– Если ты солдат, то знаешь, что такое устав. И должен понимать, что я не приму твое предложение. – Челик постарался, чтоб его голос звучал ровно. – Давай начистоту. Шестерка «Крон» никак не выстоит против двух четверок «Рапторов». Как бы ни были хороши пилоты Фронтеры – без шансов, простое техническое превосходство. Давайте мы просто пойдем своим курсом, а вы – своим!
– Капитан-лейтенант Челик! Я такой же кадровый офицер, как и ты. При всем уважении к уставу… ни нам, ни вам не нужны смерти. Еще раз повторяю – никто не пострадает. Мы даже транспорт не заберем. Нас интересует одна единственная персона на борту.
– Тогда как кадровый офицер кадровому офицеру… уходите с миром!
– Парни, Златибор и Акрам раньше были добрыми соседями. Давайте не будем кормить духов этой войны, вся Фронтера усыпана ее трофеями. Предлагаю в последний раз – отдайте нам…
Не дослушав, Керим переключил канал:
– Первое звено, занять левый пеленг по ходу конвоя! Огонь не открывать, пушки корабельной обороны на максимальную мощность! Приготовиться к отражению ракетной атаки! Это «Кроны» – нашей броне они вреда не нанесут. Второе звено – занять верхний эшелон! Батур, транспорт на тебе!
– Так точно, Керим-паша! – Батур наскоро выстроил своих подопечных на упреждение абордажа. – «Ифсанэ», опять отстаешь! Полный газ! Шевелитесь уже, недоумки!
Эскадра Союза Фронтеры сменила курс и стремительно пошла наперехват, быстро сокращая дистанцию. Томительно потянулись секунды ожидания. Вдруг первые три «Кроны» дали ракетный залп и выстроились в боевой порядок. Через пару секунд вторая тройка повторила их маневр, заняв пеленг на пределе дистанции поражения. Серые отстрелялись наспех и неприцельно. Краем глаза Керим отметил, как турели его звена без труда уничтожают немногочисленные ракеты, они вспыхивали одна за одной, как фейерверки на фоне черного бархата. «И это все? Бой окончен? А гонору-то было…» – задиристо полыхнуло в голове старого пилота.
Некоторое время две боевые группы следовали параллельными курсами. Периодически серые меняли построение, всем своим видом показывая, что готовы к перехвату, но при этом оставаясь на безопасном расстоянии. Судовой хронометр неумолимо отсчитывал минуты, а пилоты Союза Фронтеры все никак не решались перейти к активным действиям. Самое интересное – время в данной ситуации играло не на их стороне. С каждой секундой, с каждой минутой конвой все ближе и ближе к нейтральной территории – границе сектора безопасности станции зарядки.
– Смотри, Керим-паша! У нас, похоже, серый эскорт! – Засмеялся в наушниках Батур. – Трусливые ослы!
– Не расслабляйся, два-лей! Они что-то выжидают! Или кого-то. – Керим окинул взглядом окружающее пространство, отметив безупречный строй ярких точек своего конвоя. – Или неопытные совсем попались…
– Меньше, чем через час мы покинем пояс астероидов и выйдем в открытое пространство. Там у них вообще шансов не останется! – Продолжал бахвалиться юнец. – Если, конечно, «Ифсанэ» снова не потеряет хода! Зачем вообще Фронтере сдалась эта девчонка?
Словно прочитав его мысли, эскадра серых вдруг прекратила преследование. Перестроившись в походный ордер, красные отметки стремительно поползли к краю экрана.
– Ну, вот и все. Благоразумие победило! – Облегченно выдохнул капитан-лейтенант. – Первое и второе звено, занять походный строй! «Ифсанэ», самый полный вперед! Скорость не снижать, курс прежний! Приказываю срочно покинуть район перехвата!
– Керим-паша! – Возмутился Батур. – Куда мы так спешим? Это же «Кроны»! Позволь второму звену тоже пострелять! Дай добро догнать шакалов?
– Отставить, встать в строй! Пилоты Союза вышли из боя! Фронтера их вольница, да и нам это ни к чему!
– Вай, капитан Челик-бей! – Не унимался Батур. – Ты проявляешь милосердие к врагу! Ты позволяешь ему усомниться в могуществе нашего флота! Они напали на пассажирский конвой и должны быть наказаны! Прошу добро на преследование и свободную охоту, или я подам рапорт о твоей неблагонадежности!
Керим поморщился и бросил беглый взгляд на монитор сканера – красные точки стремительно жались к краю. Завтра он, Керим Челик, уйдет в отставку. Батур станет ведущим группы охранения и будет сам принимать решения. Этот вылет останется в прошлом, как и сотни других. Пес с ним, с Батуром, пусть нарисует пару крестиков на борту. «Ифсанэ» все равно еле ползет…
– Достал ты меня, выскочка. Даю добро. Зону видимости «Рейнджера» не покидать! Догнал – пострелял – сразу назад! Как принял?
– Принял, Керим-паша! – Не дожидаясь окончания фразы, истребители второго звена синхронно сделали левый разворот «вдруг» и на форсаже легли на курс преследования. – Спасибо тебе, уважаемый!
Красные отметки на сканере снова стали серыми – вышли из радиуса классификации. Неожиданно Керима накрыло неприятное предчувствие. Не нужно было отпускать. За своих он не переживал – четыре тяжелых «Раптора» под руководством ученика легко подавят шесть легких «Крон» с разряженными ракетными установками. А вот напрасная смерть шестерых неопытных пилотов Союза Фронтеры навсегда останется на его совести. С таким грузом не так-то легко уйти в отставку. Отдать приказ вернуться? Батур не послушает, он жаждет схватки. Еще и рапорт подаст. А что может Керим Челик?
…Керим Челик пошел на флот, чтобы защищать. Чтобы спасать, а не убивать зеленых мальчишек за чужие амбиции:
– Второй лейтенант Батур! Я не наблюдаю отметок, ты слишком далеко! Приказываю вернуться в строй! Как принял?
Тишина…
– Лейтенант Батур! Не смей игнорировать приказ ведущего! Приказываю вернуть звено в строй! Как принял?
Тишина…
– Батур, чтоб тебя волки съели, я вижу тебя в сети! Вернуть звено в строй, живо!
– …пилотов… подбит! …вторяю… – Голос Батура прервался, затерявшись в шуме помех.
– Это «Рейнджер»! – Вклинился голос пилота корабля поддержки. – Фиксирую сигнатуру постановки помех! Повторяю – фиксирую признаки радиоэлектронной борьбы!
Сердце Керима екнуло и нервно забилось. «Это ловушка! Молодой Батур на нее купился, как последний салага! Нет… Это я, старый осел Керим Челик, как салага»!
– Батур! Ответь ведущему!
Тишина. Только шум помех. Керим физически почувствовал, как на него устремились взгляды остальных пилотов в ожидании приказа.
– Первое звено, слушать мой приказ! Боевой разворот на… – Он осекся, вспомнив про свою первоочередную задачу. – Отставить! Левый пеленг по ходу конвоя! Прикрываем транспорт. «Рейнджер»! Лечь на курс ожидания, сканировать пространство непрерывно, транслировать всем кораблям!
– Это капитан «Ифсанэ»! – вмешался голос с транспорта. – Капитан-лейтенант Керим-бей, нельзя оставлять конвой без «Рейнджера»! Мы ослепнем!
– Специально для капитана спецборта! – Челик усилием воли придал голосу спокойствие. – До станции зарядки у Ханум чуть менее четырех часов хода, если поторопимся. Там я готов выслушать все ваши возражения. А сейчас я ведущий конвоя, извольте выполнять мои указания!
– Это «Рейнджер»! – Голос пилота слегка изменился. – Наблюдаю четыре отметки. «Кроны», идут курсом преследования. Быстро догоняют. Прошу добро вернуться в строй!
– Как?! – Керим в сердцах ударил ладонью по экрану навкома, чуть увеличив злополучную трещину. – Почему снова «Кроны»? Где мое второе звено? Разведка, я не вижу зеленых отметок!
– Это «Рейнджер»! – В голосе пилота корабля поддержки проявились нотки паники. – Наблюдаю еще три отметки… Не идентифицированы. Разрешите вернуться в строй? Разрешите прекратить активное сканирование, я свечусь, как рождественская елка…
– «Рейнджер», это ведущий! Эти три отметки… Это ведь Батур?
– Отрицательно, капитан-лейтенант! Это Су-100! Задери меня шакал, это тройка русских «Беркутов»! Разрешите завершить сканирование и срочно вернуться в строй?
В этот момент Керим все понял… Понял, что потерял второе звено. Понял, что сейчас потеряет «Рейнджера». Понял, что провалил охрану своего последнего конвоя.
– …Это «Рейнджер»! Я атакован! Повторяю, я атако… – Красные отметки на экране исчезли, их некому стало подсвечивать.
Против старой «Кроны» тяжелый «Раптор» – серьезный противник. Против маневренного «Беркута» – неповоротливая мишень. Керим глубоко вздохнул. Преодолел дрожь в груди. Ударил ладонью по кнопке «SOS».
– Спецборт «Ифсанэ»! Тебе необходимо уйти с текущего курса! Найти безопасное место и лечь в дрейф в режиме глухой радиомаскировки! Я бы укрылся в поясе астероидов неподалеку! Повторяю – смени курс, по нему тебя легко найдут! Не нужно идти на станцию зарядки! Смени курс! Как принял?
– Это «Ифсанэ», принимаю ясно и четко. Капитан, у меня вопрос. Разве вы не сможете обеспечить нашу безопасность?
– Сделаем все, что в наших силах. – Сквозь зубы процедил Керим. Вчетвером против семи.
– Еще вопрос. Когда нас найдут? Вы же в курсе, кто у нас на борту?
– Я только что отправил пакетом судовой журнал вместе с сигналом «SOS». Уверен, флот Акрама прибудет в кратчайшие сроки. Хватит вопросов. Радиомаскировка!
Челик несколько раз глубоко вдохнул, впитывая запах кондиционированного, слегка пахнущего пластиком воздуха. Последний раз. Последний бой. Захлопнул забрало шлема.
– Первое звено! Построение в карусель! Огонь по готовности! На вираж не выходить, в маневренный бой не вступать, держать плотность огня! Прикрывайте друг друга! – Он сделал паузу. Посмотрел на монитор сканера. На четыре зеленые точки в центре. На красные, что неумолимо приближаются, охватывая добычу, словно стая волков. – Для меня было честью служить с вами, друзья…
Глава 2
Едва «Спартанец» вынырнул из подпространства в зоне выхода, его сразу перехватило патрульное звено тюркских «Аспидов»:
– Мерхаба, варяги! Это военный патруль флота Великого Султана, капитан-лейтенант Шахин-бей! Быстро назовите себя, маршрут и цель вашего прибытия!
– Это «Спартанец», контракт шесть-восемь-четыре-раз, в трюме груз для торговой станции «Злата Обала». – Не меняя позы, будничным голосом отрапортовала Наполи. – Идем курсом на Ханум, нужно подзарядиться.
– Все верно, «Спартанец». Курс не менять, сканирую трюм!
Консоль навкома на мгновение озарил красный сполох. Затем еще и еще один. «Ну, уж слишком тщательно… Снизу еще загляни…» – лениво подумал Максим, перебирая кончиками пальцев по рукояти управления. Впереди предстоял многочасовой перегон через неспокойную Фронтеру с разряженным кристаллом Белова, лишние минуты задержки пилота совсем не радовали.
– Не вижу ничего запрещенного. – Видимо, сканирование не удовлетворило любопытство ведущего патруля. – Вы входите в карантинную зону, мадам! У нас тут, знаете ли, война! Застопорите ход и запустите на борт моих людей для досмотра!
Кира удивленно подняла глаза, встретилась с таким же удивленным взглядом Климова и пожала плечами. Требование запустить на борт тюркский осназ – это что-то новое.
– Отрицательно, капитан-лейтенант Шахин-бей. У независимых систем нет права на досмотр кораблей с транспондером Конфедерации Объединенных Наций. Сканирования трюма более чем достаточно. – Вальяжно устроившись поудобней в капитанском кресле посередине рубки, она снова принялась изучать свои холеные ногти.
– «Спартанец», вы входите в опасную зону! Для прохождения Фронтеры гражданским судам необходимо боевое охранение! Требую встать на рейд в зону ожидания…
– Спасибо, Шахин-бей, мы как-нибудь сами. – Потеряв терпение, Кира хлопком выключила ДКС, беззвучно, одними губами проворковала по слогам «ОТ-ВА-ЛИ», и широко улыбнулась своей лучезарной улыбкой сидящим вполоборота к ней Максиму и Алексею. – А чего ждем, мальчики? Полный ход!
– Погоняемся! – Леха придвинул консоль и в предвкушении потер ладони. – Давай, Максыч!
– Ты уверена? Преследовать будут… – Неуверенно уточнил Климов, искоса взглянув на девушку.
– Не будут. У них поблизости крейсер на рейде, они из-под главного калибра носа не высунут. Парни, у нас контракт на доставку! Успеем до сегодня – с меня пиво!
– Ну, тогда погнали… – Бабич занес руку над консолью управления и вопросительно посмотрел на Максима. – Давай, Максыч, жми уже! Ты же у нас первый пилот!
– Погнали. – Климов дал полный ход и чуть притопил кнопку форсажа. Пульсирующий гул четырех маршевых двигателей усилился, перейдя в более высокую тональность. Анжела негромко ойкнула, когда спинки кресел дружески хлопнули людей по спине, будто намекая «откинься назад, смотри, тут удобно». Макс с удовлетворением отметил, как бодро растут циферки скорости, и как стремительно отдаляются отметки все еще идущего прежним ходом тюркского патрульного звена.
Спустя некоторое время перегрузка спала – «Спартанец» набрал крейсерскую скорость. Торопливый рокот пульсаров успокоился, отдышался, как после разминки, и превратился в монотонный размеренный гул. Сквозь приглушенный свет пилотской кабины Максим задумчиво рассматривал на обзорных перископах незнакомое звездное небо. Оно было другим. Звезды были другими. Нет, не так – опытный пилот всегда отыщет на черном фоне знакомую россыпь созвездий почти из любой точки исследованного космоса. Здесь звезды на небе были другими – целых четыре пояса астероидов местной хозяйки Ханум, постоянно находясь в хаотично-закономерном движении по своим орбитам, ежечасно видоизменяли общую звездную картинку. Миллиарды маленьких, больших, гигантских астероидов и даже планетоидов то зажигались, то гасли, уходя в тень своих соседей, то переливались разными цветами, отдавая глазу отраженный свет центрального светила. Лететь на колоссальной скорости через такие естественные преграды даже для небольшого корабля – задача экстраординарная. Только благодаря навигационному компьютеру «Спартанец» уверенно уворачивался от то и дело атакующих его борта космических странников.
– Ску-у-учно. Слышь, Кирка… А может, отпуск? – Подавив зевок, лениво проронил Бабич. Он полулежал в пилотском кресле с откинутыми консолями управления в ожидании своей очереди нести вахту.
– Леха, мы же договорились, берем отпуск после каждого пятого контракта. – Восседающая на капитанском кресле в центре рубки Наполи даже позы не сменила. – Сейчас у нас только четвертый.
– Да? А я че-то уже устал…
– Лешка, мы последний месяц только на доставках работаем. Ты когда последний раз «ратник» надевал, осназ? Где ты устал-то?
– Я тебя умоляю, дружка! На доставках? – Леха даже приподнялся на локте, чтоб заглянуть в лицо девушке. – Мы по таким секторам мотаемся, куда ни одна служба доставки не летает. Варяги – и то не все ходят. Вот сейчас – Фронтера. Скажи, что мы везем на «Злата Обала»?
– Все как обычно, алкоголь и медикаменты. – Кира с грацией большой кошки потянулась в удобном кресле и слегка зевнула, прикрыв лицо ладошкой. – Мы всегда возим в приграничье бухло и медикаменты. Все согласно ордеру.
– Серьезно? Бухло? И медикаменты? А заказчик кто? Кирка, чтобы возить провизию на край света, генштаб флота не нанимает варягов!
– Ну, знаешь… Есть такие места в космосе, куда и варяги не всякие дойдут. Ты же сам только что сказал.
– Амигос, вы мне одно скажите – на этой «Злата Обала» хоть магазины-то приличные есть? – Сонно протянула Кортес из своего закутка между пилотскими креслами. У нее теперь была самая что ни на есть настоящая штурманская кабина – просторная, в самом защищенном месте корабля, в углублении третьего шпангоута. Настолько удобная, что девушка проводила в компании навкома «Андромеды» почти все свободное время, иногда выбираясь только в кубрик на покушать и в каюту на подремать. – Я хоть не задаром нас через эти каменные дебри тащу?
– Анжелка, мы же договорились, новый сарафан только после каждого пятого контракта! – Бабич почти точно воспроизвел недавний тон Киры. – У нас только четвертый, мне твоя подруга сказала.
– Санта Мария! Побре Анжелика! – Полыхнула Лика испанским темпераментом. – Бедная Анжелика! Ну почему она влюбилась в этого мужлана Леху?! Ну почему не в Пабло?! Ну, или хотя бы в Максима?!
– Эй, Макса не тронь! – Смехом вставила Кира. – Кудри выдеру!
– Почему ты, ми амадо? Можешь мне сказать? – Пропустив замечание мимо ушей, продолжала Кортес. – Это тебе только на пляже валяться и пиво пить! А я испанка! Мне нужны наряды! Мне нужно общение! Мне нужно… Ты вообще обещал меня в Мадрид свозить, на Землю! Свозил? Ползи сюда и быстро целуй свою терпеливую жену!
– Да люблю я тебя, ангелито моя! – Рассмеялся Леха. – Я сейчас Максыча меняю. Потом прям до смерти зацелую, обещаю! Аморе хаста ла муэртэ!
– Аморе хаста ла муэртэ! – Успокоилась испанка так же мгновенно, как и завелась. – Так, амигос. Про магазины мне ответит кто-нибудь?
– Лика, «Злата Обала» – бывшая орбитальная крепость. Причем довольно старая, двухпалубная. Все, что там есть – это несколько гостевых кают и бар со столовкой-рестораном. Это не считая служебных помещений. И причальных терминалов. Прости, если расстроила, подруга. – Наполи артистично кокетливо наморщила носик. – Максим. Ты сменился уже? Не хочешь меня до смерти расцеловать? Мне так одиноко в этом огромном кресле…
– Плохое место… – Задумчиво, невпопад бросил Климов, передав управление Алексею и отодвинув от себя консоли. – Много пилотов погибло…
– В моем кресле? Или ты про что? – Изменившись в лице, недоуменно спросила Кира.
– По маршруту в навкоме пробежался. Вот эти скопления обломков, желтые треугольники, это…
– Подбитые корабли? – Это снова как всегда нетерпеливая Кортес. – Си, я тоже посмотрела. Пять кораблей почти рядом с маршрутом.
– Это не корабли. Это эскадры. Это обломки на сотни километров. Там много кораблей. Много пилотов… И это не пираты с контрабандистами. Зачем здесь война? За ресурсы? Да тут их вон сколько, на миллионы лет хватило бы…
– Не все так просто, амиго. Златибор и Акрам были соседями. Златибор – старатели и судостроители, Акрам – продовольствие и легкая промышленность. Сводные флоты патрулировали сектор. Идеальное соседство. «Сумрачный Халиф» стал переломным моментом… Слышал про него?
– Ага, было что-то. Якобы неопознанный объект, якобы внеземного происхождения, якобы потерпел крушение и был подобран патрулем флота Акрама. «Сумрачный Халиф», вся желтая пресса с ума сходила. Не верю.
– О-о! А когда я сказала, что не верю в колыбель человечества, вы меня на смех подняли?
– Анжелка, люди уже столько лет в космосе, и до сих пор кроме этих странных сарацинов никого там не встретили! Если бы где-нибудь кто-нибудь нашел след внеземной цивилизации, научный флот Конфедерации давно бы…
– Если бы независимая система Акрам захотела поделиться! Но она не захотела! Тюрки объявили Фронтеру карантинной зоной, закрыли сектор и направили сотни рейдовых групп в поисках других артефактов. Златибор это не устроило, для него богатые астероидные пояса – единственный источник дохода. Благодаря практически неограниченным ресурсам и толковым навигаторам – бывшим старателям, хорошо знакомым с непростой лоцией сектора, сербы достаточно быстро вытеснили флот тюрков из Фронтеры. На фоне неудачной военной кампании в Акраме вспыхнул военный переворот. Верховный Адмирал Гюрхан Оздемир захватил власть, распустил парламент и объявил себя Великим Султаном. Внешняя политика бывшей республики резко изменилась, и вот тут уже началась настоящая война!
– Так Златибор же победил? – Неуверенно переспросил Макс.
– В первой кампании – да. – Увлеченно продолжила Анжелика. – Случился инцидент, который сразу поменял расклад сил. Пропал без вести первый борт сербов «Приштина», а вместе с ним председатель Верховной Влады Лука Новаш. Корабль ушел в подпространство и обратно не вышел. В связи с гибелью Новаша система перешла под управление Народной Скупщины.
– Ага, тоже читал. Гибель «Приштины» – технический сбой. Сверхдальний прыжок, навком глюканул. – Негромко отозвался Алексей из кресла второго пилота.
– Это не ты читал, это я тебе говорила! Вечно не слушаешь, ми амадо! Так вот, к несчастью для сербов, в подпространстве аналогичным образом начали пропадать их корабли снабжения флота.
– Вот так сразу? Износ оборудования? Диверсия? – Климов всем телом подался вперед, увлеченно слушая всезнающую Кортес.
– Трудно сказать, амиго, корабли-то исчезли. Но факт остается фактом – логистика была разрушена, флот разбит, и сербам пришлось оставить Фронтеру. Однако безоговорочная победа Султаната не принесла желаемого результата – разрозненные силы Златибора и других независимых систем объединились в Союз Фронтеры и выступили против Султаната. Началась настоящая партизанская война. Из-за постоянных налетов тюрки не могут организовать ни поиск артефактов, ни нормальную добычу ресурсов, ни снабжение колоний. Даже вынуждены были частично снять блокаду с системы Златибор. Ен отрас палабрас… Иными словами, Фронтера принадлежит Султанату, патрулируется Султанатом, но кораблей сербов в системе на порядок больше.
– А Конфедерация Объединенных Наций? – Опустошенно выдавил Макс. – Почему Конфедерация не вмешалась? Пара-тройка крейсеров ВКФ во Фронтере решили бы проблему на раз-два!
– Потому что ни Великий Султан Акрама, ни Народная Скупщина Златибора не запросили помощи официально. – Вставила ставшая вдруг серьезной Наполи. – Ты забываешь, у нас нет права насильно вмешиваться в дела независимых систем, тем более использовать военно-космический флот.
– Но здесь другое дело! Это же война!
– А я все думаю, когда в нем военлет заговорит. Подскажи, сколько у нас крейсеров болтается по приграничным секторам? Решили они проблему пиратства? Или наркоторговли? Или контрабанды?
– А как же всевидящее око военной разведки? – С ехидцей парировал Максим.
– Макс, милый, поверь, ГРОЗА работает и там, и там. И плотно работает. И вообще… – Кира укоризненно посмотрела куда-то в сторону штурманской кабины. – Я даже не знаю, за что тебя заругать, подруга. За то, что выдаешь слухи вместо фактов или за разглашение секретной информации? Чего примолкла? То рот не закрывается, то вдруг молчание ягнят…
– Кира, ну так ведь все свои же… – Робко откликнулась Кортес. – Все, что я рассказала, есть в общедоступных источниках.
– Знаю я твои общедоступные… Да ладно, шучу я! – Добродушно выпалила Наполи и откинулась на спинку кресла. – Максим, ты целовать меня собираешься? А то на Лику заругаюсь!
– Прости, Кир. Настроение что-то не то. – Неуверенно откликнулся Климов, выкарабкавшись из кресла. Скользом чмокнул подругу в щеку. – Я в кают-компанию, чайку попью. Пойдешь со мной?
– Пойдем. Не целуешь – хоть чаем напоишь.
– Не пойдет! – Неожиданно серьезно отрезала испанка из своего закутка. – Кира, посмотри в консоли. Только что в сети по каналам варягов прошло.
Слезшая было с капитанского кресла Наполи послушно плюхнулась назад, виновато подмигнув Максу. Тот, замерев на секунду, тоже вернулся на свое место. Бабич непонимающе повертел головой, по очереди взглянув на друзей, и вернулся к управлению.
Несколько минут Кира внимательно изучала экран консоли. Первым не выдержал Максим:
– Кир, что там?
– Анжелка, ну в самом деле! Че там? – В унисон откликнулся Алексей, не отрываясь от штурвала. – Вы че за интригу устроили?
– Давно? – Проигнорировав обе реплики, поинтересовалась Наполи.
– Меньше часа. – Коротко, по-военному отчеканила испанка. – Там корпуса не остыли еще.
– Далеко?
– Прямо по курсу. Минут сорок, час до точки перехвата!
– Кто-то еще?
– Нет. Есть два варяга. Один далеко, в Акраме. Другой здесь, уже в зоне выхода, готовится к прыжку. Оба в отказ.
– Ну что, экипаж. Нужно посоветоваться. – Кира обвела взглядом пилотскую кабину. Макс заметил в глазах девушки знакомый озорной огонек. – Максим, Леха?
– Внимательно. – Буркнул Алексей. Климов махнул рукой «продолжай».
– Только что, меньше часа назад, пилоты Союза Фронтеры напали на конвой Султаната. Боевое охранение уничтожено. Транспорт с очень важной персоной на борту серые, похоже, упустили. Уходя от преследования, спецборт нырнул в ближайшее поле астероидов и ушел в глухую радиомаскировку. Никакие средства обнаружения в поиске не помогут. Корабль гражданский, построен на верфях Акрама… так что на радиобуй тоже не рассчитываем. Судя по тишине в сети, ни тюрки, ни Фронтера спецборт найти не могут. Теперь загадка – а мы сможем его найти? – Наполи в упор посмотрела в глаза Макса, этот вопрос в первую очередь предназначался ему.
– Какие зацепки? – Не отводя взгляда, спросил тот.
– Мы знаем точное место и время перехвата. Мы знаем борт – тюркский «Ифсанэ», дорогая прогулочная яхта. Мы также знаем особо важную персону на борту. Это, внимание, Айлин Гюнес, племянница Великого Султана!
– Да ладно! – Почти одновременно выдохнули Алексей и Максим.
– Шоколадно. Она учится где-то в Евросоюзе, дядя Гюрхан на родину вызвал. – Кира не сводила взгляд с Климова. – Максим, мы сможем найти «Ифсанэ»?
– Даже не знаю… А что, большая премия?
Девушка ничего не ответила. Быстро обменявшись взглядами с испанкой, обеими руками показала девять пальцев:
– Ребята, там число девятизначное! А теперь, Максим, пожалуйста! Мы? Сможем? Найти? Корабль?
– Максыч, не томи! – В своей манере ворвался в разговор Бабич. – Мы уже который месяц доставками занимаемся, а тут настоящая работа! Давай, друг, скажи, что мы сможем!
– Ну, в общем-то, есть один способ. – Задумчиво протянул Макс, не опуская взгляда. Вся остальная команда облегченно выдохнула. – Способ не очень, сразу говорю. Но поисково-спасательная служба его иногда использует. Называется пэ-пэ-эн – «полетай, подумай, найди».
– Впервые слышу. – Недоверчиво бросила Наполи.
– А, точно! Я где-то в сети читала! – Снова перебила всех темпераментная Кортес. – Это когда один опытный пилот ставит себя на место другого пилота, пытаясь предугадать его действия. Короче, гадание на кофейной гуще. Люди все разные, думают по-разному…
– …но летать и принимать решения учатся примерно одинаково! По-крайней мере, военлеты. – В свою очередь перебил испанку Макс. – Дай мне вводные на консоль, я хоть попробую. Но вообще, ты права – кофейная гуща надежнее.
Быстро пробежав глазами вводные данные, Климов полистал карту сектора с нанесенными на нее отметками, на несколько секунд задумался. Кира все время, не отрываясь, смотрела на него со странным выражением лица – вопросительно-выжидательно-решительным. Анжела тоже уселась вполоборота, в ожидании занеся обе руки над консолью «Андромеды». Даже Алексей как-то напрягся в кресле второго пилота, будто приготовился по короткой команде выполнить сложный и опасный маневр. Наконец, Макс смахнул с экрана схему патрулей и маршрутов Фронтеры и откинулся на спинку кресла:
– Ну что я скажу… Решений тут не много. Борт однозначно во втором поясе астероидов. Дальше… Крупная летабла глубоко в камни не полезет, это рискованно, да и посудина там, как я понял, невоенная. Что бы сделал я? Вариант раз – найти достаточно крупный астероид и встать в его тени, снизив до минимума возможность визуального обнаружения. Задача, так скажу, нетривиальная. Это второй пояс, скорость вращения по орбите относительно высокая. На рейд не встать – чтобы оставаться в тени, нужно все время двигаться, выхлопы маневровых двигателей демаскируют опять же… Маловероятная версия. Вариант два – найти достаточно крупный астероид…
– Повторяешься? – Настоящим капитанским тоном поинтересовалась Наполи.
– …крупный астероид или планетоид, пристыковаться-заземлиться, в идеале в тени кратера или горного хребта… – Нисколько не смутившись, продолжил Максим. – Лечь на броню, как на флоте говорят. Потребуется виртуозное мастерство пилотирования, особенно с учетом хрупкой гражданской скорлупки. Слишком опасно, поэтому тоже маловероятная версия. Вариант три – дать самый полный вперед и пойти… в обратном направлении вдоль самой границы пояса. Маневрировать, так сказать, на поверхности, в надежде проскочить мимо связанных боем противников. Нужны стальные яйца пилота плюс отсутствие у Союза Фронтеры кораблей радиоэлектронной разведки. Если сенсоры потеряли объект, найти даже очень большой корабль даже в одном кубическом парсеке космоса… Считаю эту версию самой надежной. Я бы так поступил. Но шансы у нас, конечно…
– Ну и как нам его найти? – После короткой паузы слегка разочарованно спросила Лика.
– А никак. Я же сказал про кубический парсек. В конечном итоге «Ифсанэ» все равно пойдет к станции зарядки, иначе ему в Акрам о-очень долго ползти придется.
– Анжелка, скорми «Андромеде» схему и данные навкома по поясу астероидов, пусть поищет что-нибудь достаточно крупное. – Вернувшись в привычную позу капитанши, скомандовала Кира. – Раз шансы невелики, нечего и время терять. Берем в разработку первую и вторую версию, это хотя бы по пути. Пройдем точку последнего известного местоположения спецборта, чуток нырнем в астероиды…
– Нырнем? – Широко улыбнулся Климов, почти рассмеялся. Леха понимающе посмотрел на первого пилота: бывший пилот тягача точно знал, что такое пояс астероидов. – На «Спартанце» нырнем? Насколько «чуток»? Кир, ты хоть понимаешь, что такое на ручке сквозь поток? Да там даже на минимальной скорости…
– Ну, вы же, мальчики, справитесь? – Не терпящим возражений голосом не спросила, а отрезала девушка. – Вы же у меня асы! Лика, поможешь ребятам?
– Не вопрос, подруга. – На удивление спокойно откликнулась штурманша-испанка. – Кялмате, амигос, сквозь игольное ушко проведу!
– Максыч… – не отвлекаясь от консоли управления, негромко позвал Бабич. – А мы это… Реально справимся?
– Прорвемся, Леха. Мы в академии на «сухарях» сквозь кольца Сатурна прыгали. – Так же негромко откликнулся ставший серьезным Макс. Вид плотного потока беспорядочно кувыркающихся камней на перископе по правому борту вызывал нервный трепет. – Эскадра с боевого не уходит…
Глава 3
Навигационный компьютер раздраженно выбросил предупреждение, когда на сканере вспыхнула пятерка идущих встречным курсом нераспознанных целей.
– Наблюдаю пять отметок… – Торопливо начала было доклад Кортес.
– Вижу. Серые, без транспондеров. Классификация? – Наскоро оборвал Макс.
– Без транспондеров… Четыре «Кроны» и одно крупное судно. Транспорт.
– Идут наперехват?
– Нет, сменили курс, обходят. Выслали нам пакет. Кира, принять?
– Принимай, что уж там. – Лениво откликнулась Наполи, чуть приподнявшись в кресле.
– Дословно: «Варяги! Присоединяйтесь к флоту Союза Фронтеры! Космос должен быть свободным! Ливе, Фронтера!»
– И все?
– Да. Короткий пакет очень…
– И ушли?
– Уходят.
– Ну и пусть уходят. – Кира удовлетворенно откинулась назад.
– «Крона» хорошая машина. – Задумчиво высказался Леха. – У нас в рудниковой компании вся безопасность на «Кронах» летала.
– «Крона» дерьмовая машина. – Со знанием дела отрезал Климов. – В броне только капсула жизни, остальной корпус фольга, оружие плазма, кинетики нет, на подвесе одна ракета. Истребитель дешевый и в обслуживании очень простой, потому и используется, в основном, в коммерческих конторах. Для экономии бюджета. «Кроны» даже лиходеи не любят…
Уже почти час «Спартанец» на крейсерской скорости шел возле самой кромки пояса астероидов, изредка уклоняясь от летящих поодаль камней. Нужно было наверстать время, прошедшее с момента перехвата до момента, когда «Ифсанэ» был официально потерян. За это время пояс вместе с возможным местоположением спецборта ощутимо пробежался по своей орбите вокруг Ханум.
Наконец Анжела скомандовала «Вамос!». Несмотря на возражения Наполи, пилотам пришлось сильно снизить скорость, выровнять ее со скоростью потока, когда громоздкий кораблик аккуратно погрузился в несущийся с космической скоростью камнепад. Теперь на обзорных перископах справа и слева от борта на расстоянии «рукой подать» беспорядочно кувыркались огромные, иногда размером с самого «Спартанца», серые глыбы. Поначалу Максима это соседство сильно нервировало – одно дело идти в тесном строю космических истребителей, и совсем другое – посреди огромных, непредсказуемых каменных валунов. Однако уже через десяток минут обоих пилотов охватил азарт. Нарастив скорость и обгоняя один астероид за другим, жмурясь от неприятного шелеста космической пыли по навесному бронированию, они сопровождали маневры короткими комментариями типа «О, большой был!», «Красиво обошли!» или «Не-не, туда не полезем». Обычно разговорчивая Кортес совсем замолчала – слившись в одно целое со своей «Андромедой», она филигранно просчитывала траекторию и подсвечивала пилотам безопасные коридоры. Кира в своем капитанском ложе, казалось, даже не замечает болтанки. Она напряженно вглядывалась в проносящиеся по экранам перископов базальтовые глыбы, пыталась раньше сканеров разглядеть потерянный борт.
Примерно через час адская гонка наскучила экипажу. Максим уже чувствовал нешуточную усталость – ломило спину, от напряжения ныли запястья. Не отвлекаясь от управления, он снизил скорость, приблизительно сравнявшись со скоростью потока. Краем глаза заметил, как взмокший Леха наспех показал ему большой палец – второй пилот тоже порядком устал. Пропустив несколько некрупных ударов, «Спартанец» лишился пары тонн навесной брони, камне-пылевая эрозия до металла ободрала краску по носу и бортам корабля, но в целом старый каботажник на все сто оправдывал свою родословную космического старателя.
В пилотской кабине уже царила атмосфера отчаяния, хотя никто и не подавал вида. Напротив, иногда Климов бросал что-нибудь ободряющее, вроде «во-он за тем булыжником сейчас найдем, сто пудов», а Алексей в свою очередь вторил «не, не за этим, вот за тем будет». В целом варяги уже смирились с мыслью, что племянницу султана им не найти. Словно прочитав невеселые мысли остального экипажа, Наполи устало откинулась на спинку кресла и уверенно скомандовала:
– Так, мальчики. С нас довольно. Выныриваем, пока безопасно. Вон там просвет есть, я без навкома вижу. Зря только время потеряли… Макс, сбрасывай скорость, выходи из потока.
– Подожди, дульсе. – Неожиданно возразила Кортес из своей кабинки. – Это не просвет, это… Тень? Это полынья! Это большая… Нет, огромная полынья! Секунду, гравиметры ложатся…
– Что там, Анжелка?
Максим уже без подсказки разглядел на экране перископа тонкий, светящийся в черной пустоте серп полумесяца.
– Диос мио! Это планетоид! Настоящая маленькая планета! На карте его нет! Амигос, мы отрыли новую планету!
– Ага, вижу. – Кире почти удалось изобразить равнодушие. – А что за желтоватый ореол вокруг? Атмосфера?
– Атмосфера, Кира! Это настоящий планетоид с атмосферой! Макс, Леха, вы че молчите? – Не унималась Анжелка. – Давайте ему название дадим! Спартан? Нет, Спарта?
– Да как хочешь его обзови, ты же первооткрыватель. – Устало откликнулся Климов. – Капитанша, нам-то с Лехой что делать?
– Да, Кир, командуй! А то мы с Максом уже того! Выдохлись маленько! Как на байке по оврагу… – Поддержал друга Алексей.
– Подождите парни, не торопитесь. Анжела, дай мальчикам безопасный коридор в полынью!
– Как назло, ничего в голову не приходит! Кира, ну подкинь хоть пару вариантов! Как бы ты назвала? – Испанка так вошла в роль первооткрывателя, что не услышала подругу.
– Лика, дай безопасный коридор пилотам! – Чуть повысила голос Наполи. Она уже не скрывала возбуждения.
– Да-да, сейчас. Только планету в каталог сектора добавлю…
– Отставить! – Неожиданно приказным тоном скомандовала Кира. И уже спокойно добавила. – Если бы нужно было, сербские навигаторы уже добавили бы. В секторе идет война, не забыла?
– А мы, значит, на стороне Златибора? – Негромко уточнил Макс.
– А мы сейчас ни на чьей стороне, милый. Мы варяги. – Коротко огрызнулась девушка. – Лика, дай уже коридор в полынью! Нужно выйти на орбиту планетоида.
– Кира, я бы не стал. Тебе только кажется, что пространство там свободно. На орбите, скорее всего, куча осколков – это же полынья в поясе астероидов. Мы с Лехой можем и не вывезти…
– Даю коридор. Нет там ничего, орбита чиста. – Немного обиженно отрапортовала Кортес. – Слишком мала гравитация, примерно одна десятая. Планетоид не может долго удерживать плотную атмосферу. В перигелии Ханум разогревает поверхность, превращая дневную сторону в один сплошной гейзер – атмосфера насыщается газом и расширяется, притянутые гравитационным полем мелкие частицы тормозятся и оседают на поверхности планетоида. Затем атмосфера остывает и ее плотность уменьшается. Так и образовалась полынья. И да, сейчас мы в только что пересекли афелий, в тени чертовски холодно.
– Молодец, Лика. Парни, выходите на орбиту. – Наполи нервно поерзала в кресле, затем спросила как будто в пустоту. – Как думаешь, есть у нас шансы найти там «Ифсанэ»?
– Возможно. По времени бьет, других планетоидов мы не заметили… – Сдержанно ответил Климов, когда «Спартанец», наконец, вынырнул из гущи камней в просторную полынью.
– Вряд ли. – Уверенно отрезал Бабич. – Слишком просто. Пролетали мимо, случайно наткнулись на полынью, случайно открыли планету, случайно нашли корабль. Так не бывает, слишком много «случайно».
– А вот ответ Максима мне больше понравился… – Так же в никуда выронила Кира. – На дневной или на ночной стороне искать?
– Конечно, на темной. На дневной сейчас, наверное, пекло. Надо сначала на орбиту выйти – может, они в тени, в точке Лагранжа висят…
– Диос мио, но ло вас а креер! – Неожиданно громко воскликнула Кортес. – Вы не поверите, я его нашла!
– Как? – Почти одновременно выдохнули Кира, Максим и Леха.
– По тепловому излучению! На темной стороне холодно. Яркое пятно – очень теплый объект!
– Да мало ли что это! Перевалочная база рудокопов, например! – Снова устало отрезал Бабич.
– Я его только что лидаром светанула, он мне таким чистеньким титанитом ответил… Это корабль, ми амадо! Это гражданский борт без антилидарного покрытия!
– Попробуй связаться…
– Пробовала, не отвечают. В режиме радиомаскировки только пилоты могут вызов принять. Если только…
– Если только что? – Настороженно уточнила Кира.
– Если только пилоты там все еще живые. – Закончил мысль супруги Алексей.
– Так, Леха, завязываем! Лика, давай ребятам траекторию на орбиту!
– Даю коридор выхода на орбиту, подвешу нас прямо над этой точкой. Предупреждаю, орбита низкая, точка либрации еще ниже.
Густо пробасив маневровыми, «Спартанец» начал торможение. Темный диск планетоида с тонким просветом ярко освещенной кромки уже заслонил в перископах почти все небо, и теперь напоминал огромную вогнутую тарелку с едва заметным желтоватым ореолом вокруг. Максиму уже казалось, что сквозь тонкую атмосферу он может разглядеть отдельные горные хребты на поверхности, а навком все неумолимо рисовал траекторию сближения – орбита действительно была очень низкой. Наконец, компьютер отдал команду отключить маршевые двигатели. «Спартанец» еще немного погудел маневровыми и замер в точке либрации – месте, где центробежная сила уравновешивает слабую гравитацию планетоида, позволяя кораблю неподвижно висеть на орбите. Кортес вывела на центральный перископ увеличенное изображение с поверхности, но кроме темных остроконечных теней на черном фоне разглядеть что-то было категорически невозможно.
– Анжелка, дай описание поверхности. – Наполи всем телом подалась вперед в своей излюбленной выжидающей позе.
– Каменистая пустошь, как ни странно. – С легким сарказмом ответила Лика. – Если я не ошибаюсь… а я редко ошибаюсь, наш потеряшка лежит посреди этого каменного плато рядом с очень высокой горной грядой. Карту высот составить пока не могу, атмосфера мешает лидару.
– Подожди-подожди! – Устало отозвался Максим. – Ну, мы нашли корабль. На связь они не выходят. На вызов не отвечают. И что дальше? Вы же не собираетесь…
– Максим. – Кира успокаивающе вытянула левую руку ладонью вперед. – Мы нашли корабль. Но на борту не знают, кто их нашел, молчат, соблюдают маскировку. Поэтому…
– Нет-нет, мы не будем садиться!
– Мы – не будем. Ты высадишь нас с Лехой на поверхность, мы эвакуируем экипаж и пассажиров. Затем подберешь обратно. Проще простого.
– Зачем «нас»? – Вклинился в разговор Алексей. – Давай я один! Эвакуация – это работа осназа. Ты-то мне там зачем?
– Затем, что ты тюркского не знаешь! А с твоим белорусским прононсом ты их вообще до смерти напугаешь. Еще за серба примут и стрелять начнут. – Коротко обрезала Наполи. – Лика, сколько человек в экипаже «Ифсанэ»?
– Два пилота, капитан, две стюардессы, восемь пассажиров.
– Тринадцать…
– Да подождите вы! – Взорвался Климов. – Вы соображаете, о чем говорите? Вы предлагаете посадить огромный крупнотоннажный космический корабль на планету чуть больше астероида? На каменные гряды? На зыбкую поверхность? Случись что, мы здесь навсегда останемся! Вместе с «Ифсанэ»!
– Не шуми, Максыч. У нас «Птаха» есть. Ваш с Киркой любимый десантный штурмовик. На нем нас высадишь, повисишь чутка, затем подберешь. Кира дело говорит.
– И ты туда же, Леха? А на борту кто останется? Анжелка? Друзья, это же космос! Анжела, ты корабль пилотировать умеешь? В случае чего, сможешь за помощью слетать?
– Я – нет. Я ее попрошу, она слетает. – Спокойно парировала испанка и махнула рукой в сторону консоли «Андромеды». – Думаю, мы с ней справимся.
– Знаете, вашу мать… Я думал, моя женщина сумасшедшая. А нет, вы тут все ненормальные! И я вместе с вами! – Устало выдохнул Макс, выкарабкавшись из пилотского кресла. – Пойду-ка я отсюда. «Птаху» подготовлю…
– Лика, состав атмосферы?
– В основном азот, метан, углеводород и водяной пар. Плотность определить не получается. Так скажем, не вакуум, но ветра не будет.
– Так «ратник» или «кречет»?
– И то, и другое можно. Лучше «кречет», это скафандр. Вы же стрелять не собираетесь?
– Лучше «ратник». Вдруг они меня за серба примут. – Логично рассудил Бабич и тоже выбрался из кресла. – Пойду снарягу готовить. Анжелка, «Спартанец» на тебе.
– Принято, сержант! – Игриво ответила испанка. Хотела взять под козырек, но вспомнила, что без фуражки.
– Ах да, Кира, а когда ты успела тюркский выучить? – Спросила она, когда они с Наполи остались вдвоем в пилотской кабине.
– Да не знаю я тюркского. Так, несколько общих фраз – «мерхаба», «гюле-гюле», «тешекюр эдерим», «бакшиш давай»…
– Эстас лока? А как ты при Лехе будешь с этими общаться?
– Думаешь, остался хоть один человек в космосе, который не знает русского или английского? Ладно, подруга, тоже пойду снарягу собирать.
Глава 4
Путь с низкой орбиты до поверхности занял чуть менее десяти минут. Вывалившись из носового трюма «Спартанца», крошечный десантно-транспортный кораблик пару раз пыхнул дюзами и просто упал вниз, время от времени притормаживая маневровыми. У самой поверхности Максим выровнял «Птаху» относительно горизонта, снизился до пяти метров, затем предельно осторожно коснулся посадочными опорами грунта.
Откинув аппарель, Кира вслед за Алексеем неспеша спустилась на черную, состоящую из каменного крошева, осыпающуюся поверхность планетоида. Их окружила кромешная тьма, рассеянный атмосферой тусклый свет многочисленных звезд почти не освещал территорию небольшого горного плато. Зато висящий высоко над головой пояс астероидов, перечеркнув небосвод яркой светящейся полосой, заставлял высокие пики вершин отбрасывать длинные причудливые тени. Девушка включила внешний микрофон – в уши ворвался тонкий, протяжный, будто далекий отзвук металлического удара, звон. Она даже не сразу поняла, что слушает дыхание жиденькой атмосферы планетоида. Каждый звук, каждый хруст камней под рубчатой подошвой ботинка звучал очень отдаленно и сильно запаздывал. Кира никак не могла отделаться от ранее незнакомого приятного чувства. Она ощущала себя одновременно Юрием Гагариным, открывшим людям дорогу в космос, и Нилом Армстронгом, впервые ступившим на поверхность другой планеты. Девушке захотелось поделиться этим ощущением с Максимом, но в этот момент корабль закрыл аппарель, включил фары, ненадолго вспоров ярким лучом почти кромешную темноту, и торопливо взмыл на безопасную высоту барража.
– Что с тобой? – Удивленно прозвучал в наушниках голос Бабича. – О чем задумалась?
– Чертовски классное ощущение. – Пошевелившись, Наполи инстинктивно попыталась поймать равновесие – слишком низкая сила тяжести. – Мы с тобой первые люди на этой планете. Хотела с Максом поделиться…
– Ну ты даешь, майор! – Алексей недвусмысленно постучал пальцем по шлему, затем махнул рукой куда-то вдаль. – Вообще-то мы тут не совсем первые.
В сотне метров от них, сильно завалившись на правый борт, нелепо переливалась голубыми навигационными огнями роскошная космическая яхта. Не считая подломившихся правых опор и одного оторванного маршевого двигателя, корпус корабля выглядел неповрежденным. Все иллюминаторы левого борта светились, как прожектора, озаряя лучами звездное небо.
– Так себе посадочка. – Угрюмо оценил Леха. – Максыч, ты был прав. Тут не так просто заземлиться. Эта посудина уже точно никуда не полетит.
– Все так плохо? – Прошипел помехами голос Климова в наушниках.
– Правые опоры сломал при посадке, почти на борту лежит. Один маршевый оторвал, но я его не вижу. Скорее всего раньше, когда в полынью шел. Короче, все плохо.
– Не так плохо. – Отогнав от себя романтический настрой, включилась в работу Кира. – Свет есть – значит, реактор работает. Следов пара вроде нет, иллюминаторы не запотели – значит корпус герметичен. Давай двигаться потихоньку. Не спеши, гравитация одна десятая «же». Не шагай, отталкивайся одними ступнями, прыжками, вот так. Смотри, куда приземляешься, а то ноги переломаешь. «Ратник» в адаптивный камуфляж, следи за темнотой, экипаж мог дозор выставить.
– Ага. Смотри под ноги, следи за небом. Привет, осназ, я соскучился! – Съязвил Алексей, осторожно передвигаясь невысокими прыжками по неровной осыпающейся поверхности. Обманчиво казавшееся в темноте равниной плато оказалось изрезано глубокими оврагами и расщелинами. – Кир, а как заходить будем?
– Постучимся и зайдем. – Лаконично рассудила девушка.
– Ты же понимаешь, что нам в забрало картечь с вольфрамом полетит?
– Это если без стука. А если вежливо, аккуратно… – После очередного прыжка она остановилась в нескольких шагах от торчащего наискось трапа, стараясь не попасть в яркую полосу света из открытого проема. – Странно, шлюз открыт, вахтенного нет…
– Ну и куда стучать будем? – Бабич наскоро молодецким галопом обследовал местность вокруг. – Ни часовых, ни охране�