Гарнир из дерзости
Глава 1: Особые условия.
Кабинет Ричарда «Рика» О’Коннелла был его крепостью, его штабом и, если быть до конца честным, его персональным складом хаоса. Воздух пах кофе, старой бумагой и чем-то неуловимо похожим на свободу. За окном неоновая вывеска кафе «Бесконечность» снова барахлила – первые три буквы погасли, насмешливо оставляя гореть лишь слово «конечность». Рик, бывший капитан армии, а ныне вальяжный управляющий этого заведения, усмехнулся. Конечность. В этом было больше правды, чем во всей вселенной.
Он развалился в кресле, закинув ноги в армейских ботинках на заваленный бумагами стол, и с ироничной улыбкой перебирал отчеты о происшествиях за месяц. Это было его любимое чтиво. Вот жалоба на то, что бариста Дженни слишком громко поет песни Тейлор Свифт, сбивая посетителей с мыслей о тленности бытия. А вот благодарность от группы студентов за то, что повар Майк виртуозно изобразил на их пицце портрет Николаса Кейджа с помощью пепперони. И, конечно, жемчужина коллекции – счет за разбитое окно, к которому прилагалась записка: «Белка была настроена враждебно. Мы защищались как могли». Рик хмыкнул. Да, его «конечность» была местом силы.
Дверь распахнулась без стука, и в кабинет, словно порыв свежего арктического ветра, вошла женщина, способная остановить движение на Таймс-сквер одним лишь поворотом головы.
Саския «Сэсси» Сваллоу. Она была живым воплощением власти и соблазна. Ее платиново-белые волосы были уложены в строгую, но стильную прическу, открывая высокий лоб. Ярко-синие, почти сапфировые глаза смотрели с веселым, хищным прищуром. На ней был идеально скроенный темно-синий деловой костюм: приталенный пиджак, подчеркивающий тонкую талию, и короткая юбка, открывающая вид на бесконечно длинные ноги в тонких чулках. Белоснежная рубашка была расстегнута на одну лишнюю пуговицу, а вместо строгого аксессуара на шее красовался ярко-красный галстук с узором из маленьких черных сердечек, который она небрежно поправляла пальцами с идеальным красным маникюром. Она оперлась бедром о дверной косяк, и в ее позе читалась уверенность хищника, зашедшего на свою территорию.
– О’Коннелл, – ее голос был низким, с бархатными нотками, – надеюсь, ты не слишком занят подсчетом выручки с продажи беличьих шкурок?
– Сэсси, – Рик лениво убрал ноги со стола. – Какими судьбами? Конгломерат Авиан решил инвестировать в наш бизнес по отлову грызунов? Обещаю, это золотая жила.
Саския усмехнулась и, проигнорировав единственный свободный стул, заваленный журналами, подошла прямо к его столу, положив на него изящные руки.
– У меня предложение, от которого не отказываются. Нет, не то, о чем ты подумал, солдат. Пока не то.
Она выдержала паузу, наслаждаясь его вниманием.
– Конгломерат устраивает большой банкет. Очень большой. Для всего совета директоров, ключевых партнеров и пары сенаторов. И мы хотим, чтобы кейтеринг обеспечило твое кафе.
Рик откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди. Его расслабленный вид сменился недоумением.
– Вы? Конгломерат с капитализацией как у небольшой страны? И мы? Место, где главным развлечением считается спор, какой сорт сиропа лучше подходит к образу грустного енота на латте-арте? Почему мы, Сэсси? У вас же есть подрядчики с мишленовскими звездами и официантами, которые говорят на четырех языках.
– Потому что они скучные, Рик, – прагматично отрезала она. – Все эти ваши подрядчики – стерильные, бездушные машины по подаче фуа-гра. Мой босс хочет «аутентичности». Он хочет чего-то настоящего, с душой. А у твоей «конечности», как бы иронично это ни звучало, души хоть отбавляй. К тому же, я поручилась за тебя.
Рик потер подбородок. Поручилась. Это было интересно.
– Ладно. Допустим. У меня есть несколько вопросов.
– Валяй, капитан, – Саския чуть наклонилась вперед, и Рик поймал тонкий аромат дорогих духов.
– Где этот ваш парад тщеславия будет проходить?
– Загородная резиденция мистера Авиана в Хэмптонсе. Роскошный особняк с видом на океан.
– Когда?
– Через две недели. Пятница, вечер.
– Сколько голодных ртов?
– Около ста пятидесяти человек.
– Что они жрут, эти ваши небожители? Кроме черной икры и слез простых работяг.
– Они ценят простую, но изысканную кухню. Качественное мясо, свежие морепродукты, оригинальные закуски. Никакой молекулярной чепухи. Им нужна еда, которую можно понять и съесть.
– Есть особые заскоки? Аллергики, веганы, солнцееды?
– Полный список диетических ограничений я тебе пришлю. Он длинный. Готовься к безглютеновым страданиям и веганским капризам.
– И последнее: кто главный босс? Кого нужно ублажить так, чтобы он расплакался от счастья и простил мне все грехи?
– Сам мистер Авиан. Дэмиен Авиан. Старик очень ценит детали. Если ему понравится, считай, дело в шляпе.
Рик кивнул, обдумывая информацию. Все это звучало как логистический кошмар.
– Хорошо. И что «Бесконечность»… то есть, «конечность»… получит за этот подвиг Геракла?
Саския назвала сумму. Сумму с таким количеством нулей, что Рик мысленно смог бы не только починить вывеску, но и купить новую, из чистого золота, да еще и нанять человека, который бы отгонял от нее тех самых белок.
– Щедрое предложение, – протянул он. – Но… Меня терзают смутные сомнения… Мои ребята, Сэсси… они привыкли обслуживать людей, которые радуются бесплатному кексу в день рождения. Они не работали с сенаторами и миллиардерами. Я не уверен, что смогу их понять. Этот ваш высший свет… он говорит на другом языке.
Саския обошла стол и встала позади Рика. Она наклонилась, ее губы оказались прямо у его уха, и прошептала так, что у него по спине пробежали мурашки.
– Рик. Если ты и твои ребята справитесь. Если Дэмиен Авиан будет доволен… я покажу тебе такой «высший свет», что тебе не понадобится никакой переводчик.
Тишина в кабинете стала плотной и звенящей. Рик медленно повернул голову, их взгляды встретились. В ее сапфировых глазах плясали озорные и абсолютно недвусмысленные огоньки. Для него все мгновенно встало на свои места. Вся сложная иерархия богачей, их причуды и капризы свелись к одной простой, понятной и чертовски привлекательной цели.
Он широко улыбнулся, и в его глазах появился азартный блеск.
– Скинь адрес, Сэсси. Я их уже понял!
Саския выпрямилась, победоносно улыбаясь.
– Адрес будет у тебя через пять минут. И, Рик… постарайся, чтобы твой подвиг действительно был достоин награды.
– О, он будет легендарным, – заверил Рик, уже прикидывая в уме, как превратить портрет Николаса Кейджа из пепперони в кулинарный шедевр, достойный богов и сенаторов.
Глава 2: Операция «Накормить небожителей»
Вечер опустился на город, и кафе «конечность» готовилось отойти ко сну. Последние три буквы на вывеске мигнули и погасли, оставив над входом лишь это философское и немного печальное слово. Внутри пахло остывшим кофе, жареным беконом и легким безумием, которое всегда оставалось в воздухе после закрытия.
Рик собрал свой личный состав посреди зала, у сдвинутых столов. Его команда была похожа на группу персонажей, сбежавших из разных, не слишком успешных ситкомов.
Майк, шеф-повар. Худой, жилистый мужик лет сорока с выцветшей татуировкой анархии на предплечье и взглядом человека, который видел, как в его фритюрницу роняли айфон. Он стоял, скрестив руки на груди, и жевал зубочистку с видом философа-стоика.
Дженни, бариста. Воплощение позитива, одетая в футболку с котиками в космосе. Ее светлые волосы были собраны в два небрежных пучка, а в глазах плескался энтузиазм, способный запитать небольшой город.
Лео, посудомойщик и мастер на все руки. Студент-физик, который воспринимал мир через призму формул и вероятностей. Он нервно протирал очки краем своей идеально чистой футболки.
И Глория, официантка. Женщина бальзаковского возраста, которая работала здесь еще до того,ка к Рик пошел в армию. Она видела все, слышала все и оценивала любую ситуацию по одному критерию: стоит ли это ее уставших ног.
– Сбор по тревоге, бойцы! – Рик оперся о стол, сохраняя свою фирменную вальяжность, но в его глазах горел незнакомый огонек. – Есть предложение, от которого у вас сведет скулы. От восторга или от ужаса – пока не решил.
– Если это снова предложение от того мужика устроить в кафе чемпионат по армрестлингу на хомячках, я пас, – пробурчал Майк. – У меня до сих пор шерсть в вентиляции.
– О боже, а вдруг нам предложат сняться в рекламе? – взвизгнула Дженни. – Я всегда знала, что мой латте-арт с грустным енотом – это шедевр!
– Вероятность коммерческого успеха, основанного на изображении депрессивного млекопитающего на молочной пене, стремится к нулю, – тихо заметил Лео.
– К делу, Ричард, – прервала всех Глория. – Мои ноги гудят похоронный марш.
– Ладно, слушайте, – Рик посерьезнел. – Помните Конгломерат Авиан? Та большая стеклянная башня в центре, откуда, по слухам, управляют погодой и курсом доллара?
Все кивнули.
– Их представительница, очень… убедительная дама, предложила нам обслужить их банкет. Высший состав, партнеры, сенаторы. Сто пятьдесят рыл. В Хэмптонсе.
Наступила тишина. Было слышно, как гудит холодильник и как у Лео от ужаса заскрипели линзы очков.
– Ты шутишь, – первым нарушил молчание Майк. – Скажи, что это шутка. Сенаторы? Они едят еду? Я думал, они питаются лоббистскими взносами и разочарованием избирателей. Моя кухня видела многое, но она не готова к такому уровню лицемерия.
– Ого! Настоящие богачи! – глаза Дженни стали размером с блюдца. – А они привередливые? А автографы можно будет брать? А вдруг там будет кто-то из каста «Наследников»? Я умру!
– Сто пятьдесят человек… – прошептал Лео, доставая из кармана блокнот и карандаш. – Это, как минимум, четыреста пятьдесят столовых приборов, если считать три смены блюд. И шестьсот бокалов. Наша посудомоечная машина рассчитана на 80 циклов в день при пиковой нагрузке. Нам понадобится дополнительный фильтр для воды и, возможно, психотерапевт для меня.
– Сколько платят? – Глория смотрела на Рика немигающим взглядом.
Рик назвал сумму. Майк перестал жевать зубочистку. Дженни перестала дышать. Лео перестал считать. Глория медленно кивнула.
– Мои ноги внезапно почувствовали себя лучше, – произнесла она.
В этот момент у Рика в кармане завибрировал телефон. Он достал его, пробежал глазами по сообщению от Сэсси, и его лицо вытянулось. Улыбка сползла, сменившись выражением человека, который только что понял, что его «конечность» находится на краю бездны.
– Есть… небольшое уточнение, – сказал он медленно, поднимая на них глаза.
Все замерли.
– Банкет… будет идти четыре дня.
Если бы в этот момент в кафе упала иголка, ее вопль ужаса показался бы оглушительным.
– ЧЕТЫРЕ?! – взревел Майк, швыряя зубочистку на пол. – Четыре дня кормить этих… этих небожителей?! Да я за четыре дня с ума сойду! Они же наверняка попросят карпаччо из слез единорога и паштет из амбиций молодых специалистов! Все! Я ухожу разводить улиток на Аляску! Там спокойнее!
– Четыре дня! – захлопала в ладоши Дженни. – Это же почти как музыкальный фестиваль! Нам нужны будут браслетики? И глиттер! Нужно много глиттера! Мы можем сделать тематические коктейли! «Сенаторский пунш»! «Слезы акционера»!
– Четыре дня… – Лео побледнел и начал лихорадочно строчить в блокноте. – 450 приборов умножить на, скажем, два приема пищи в день, умножить на четыре дня… это 3600 единиц грязной посуды! Не считая завтраков! Это… это термодинамический коллапс! Энтропия поглотит нас!
– Перестаньте кудахтать, – Глория сверкнула глазами. – Рик. За четыре дня они должны заплатить как за четыре кафе. Я правильно понимаю?
– Ты понимаешь даже лучше, чем я, Глория, – подтвердил Рик, и в его голосе снова заиграла сталь. Он выпрямился, сбрасывая вальяжность, как старый плащ. Перед ними снова стоял капитан О'Коннелл.
– Слушать сюда, отряд самоубийц! – рявкнул он так, что Дженни подпрыгнула. – Да, это будет ад. Да, нам придется улыбаться людям, чьи часы стоят дороже этого кафе. Да, Лео, твоя посудомойка познает дзен или взорвется. Но! Они думают, что мы просто забегаловка с отвалившимися буквами. Они ждут скучных официантов и безвкусную еду. А мы им что покажем? Мы им покажем спецназ кулинарного фронта! Майк, ты заставишь их рыдать над своим стейком! Дженни, ты очаруешь их своим позитивом так, что они забудут про свои оффшоры! Лео, ты рассчитаешь идеальную траекторию для каждой вилки! Глория, ты будешь командовать парадом с таким достоинством, что сама королева Англии попросит у тебя пару уроков! Мы ворвемся в их стерильный мир и покажем им, что такое настоящая, дерзкая, немного сумасшедшая «конечность»! И за это нам заплатят столько, что мы сможем купить себе по маленькому острову!
Он обвел их горящим взглядом. Майк перестал хмуриться. Лео оторвался от блокнота. В глазах Глории мелькнул азарт. А Дженни уже была готова идти в бой.
Рик вскочил на стул, приняв командирскую позу.
– Вы готовы, дети?!
Четыре голоса, полные отчаянной решимости, грянули в унисон:
– ДА, КАПИТАН!
Рик приложил руку к уху.
– Я НЕ СЛЫШУ!
– ТАК ТОЧНО, КАПИТАН! – заорали они так, что с полки упал пакет с кофейными зернами.
Операция «Накормить небожителей» началась.
Глава 3: Вид на миллион… и еще кое-что.
Следующие две недели превратили кафе «конечность» в нечто среднее между учебным лагерем спецназа и съемочной площадкой кулинарного шоу, которое вот-вот закроют из-за нервного срыва ведущего. Хаос приобрел структуру, а паника превратилась в топливо.
Саския Сваллоу стала их феей-крестной в деловом костюме. Она появлялась внезапно, словно джинн из бутылки дорогого парфюма, принося с собой то списки аллергий, похожие на медицинскую энциклопедию («У сенатора МакГрегора аллергия на кинзу, демократов и плохой Wi-Fi»), то образцы вин, которые стоили больше, чем вся кухонная утварь Майка.
Майк, скрежеща зубами, изучал рецепты блюд, названия которых он не мог произнести без сарказма. Он вел войну с фуа-гра, называя его «паштетом из гусиной депрессии», и смотрел на трюфельное масло так, словно оно лично оскорбило его мать. Саския, попробовав его экспериментальное ризотто с шафраном, лишь молча подняла бровь и сказала: «Неплохо для человека, который считает вершиной кулинарии бургер с двойным сыром». Майк воспринял это как высшую похвалу.
Дженни превратилась в термоядерный синтез паники и энтузиазма. Она просмотрела сотни часов видео по этикету, пытаясь научиться наливать вино, не проливая его на воображаемого миллиардера. После того как она попыталась сделать огненный коктейль и чуть не спалила штору, Саския тактично предложила сосредоточиться на безалкогольных вариантах.
Лео создал многостраничную диаграмму Ганта, расписав передвижения каждого сотрудника с точностью до секунды. Он рассчитал оптимальный угол наклона подноса для минимизации риска падения канапе и замучил Саскию вопросами о прочности фарфора. Она терпеливо отвечала, восхищаясь его дотошностью и одновременно опасаясь за его рассудок.
Глория была скалой. Она гоняла всех, заставляя ходить с книгами на голове, и отрабатывала с ними фразы вроде: «Разумеется, сэр» и «Чем еще могу быть полезна?», произносимые с таким ледяным достоинством, что любой каприз гостя казался мелким и неуместным.
Наконец, день X-1 настал. Старый, но надежный фургон Рика, набитый доверху кастрюлями, продуктами, нервами и лучшими нарядами персонала, пыхтя, въехал в Хэмптонс. Контраст между их видавшим виды транспортом и роскошными, безупречными улицами был вопиющим.
Особняк Авиана оказался не просто домом. Это был дворец из стекла и белого камня, раскинувшийся на берегу океана, словно заснувшее мифическое существо. Газон был подстрижен с математической точностью, а воздух пах солью, розами и большими деньгами.
Когда они, оглушенные и немного напуганные, выгрузились из фургона, на ступенях парадной лестницы их уже ждала Саския. На ней было элегантное летнее платье цвета слоновой кости, и на фоне этого великолепия она выглядела абсолютно органично, словно была частью архитектурного замысла.
– Добро пожаловать в логово зверя, команда «конечности», – с улыбкой сказала она.
– Ого, – выдохнула Дженни, глядя на фонтан в виде трех дельфинов. – Кажется, я умерла и попала в рай для богатых.
– Вероятность существования загробной жизни, дифференцированной по уровню дохода, не подтверждена эмпирически, но визуально… я склонен согласиться, – пробормотал Лео, поправляя очки.
Майк лишь хмыкнул, но в его глазах читался профессиональный интерес к огромной летней кухне с мангалом размером с его старый автомобиль. Глория молча оценивала расстояние от кухни до террасы, где должен был проходить банкет.
– Располагайтесь, – скомандовала Саския. – Ваши комнаты в гостевом крыле. Кухня в вашем полном распоряжении. Я проведу для капитана краткий экскурс.
Она повела Рика через огромный холл с мраморным полом и потолком высотой в два этажа. Они вышли на широкую террасу, с которой открывался захватывающий дух вид на бескрайний Атлантический океан, сливающийся с небом на горизонте. Солнце клонилось к закату, окрашивая все в золотые и розовые тона.
Они постояли молча с минуту. Саския оперлась о перила и посмотрела на Рика с хитрой, понимающей улыбкой.
– Теперь я понимаю, почему вы согласились, капитан, – сказала она мягко.
Рик, который в этот момент думал совсем не о пейзаже, а о ее словах, сказанных две недели назад в его кабинете, слегка напрягся.
– Это не то, о чем вы подумали, – быстро ответил он, стараясь, чтобы это не прозвучало слишком защищающимся.
Саския рассмеялась тихим, бархатным смехом.
– Ну вообще-то, я имела в виду вид с этого роскошного особняка, – она обвела рукой панораму. – Океан, закат, возможность прикоснуться к миру больших денег… А вы о чем?
Рик почувствовал, как у него слегка загорелись уши. Она поймала его на крючок и теперь с удовольствием наблюдала за его реакцией. Он откашлялся и тоже посмотрел на океан, делая вид, что был полностью поглощен пейзажем.
– Да так… О логистике. Расстояние до кухни, все такое.
– Конечно, капитан, – в ее голосе танцевали чертики. – Только о логистике.
Глава 4: Золотое оружие массового поражения.
Начало первого дня банкета было похоже на запуск космического шаттла, собранного в гараже из подручных материалов. Напряжение было почти осязаемым. Саския предоставила им форму: идеально отглаженные черные брюки, белоснежные рубашки и строгие жилеты.
– Я в этом похож на пингвина-неудачника, который идет на свое первое собеседование, – проворчал Майк, пытаясь расправить плечи в узкой рубашке.
– Ой, да ладно, Майк! Мы выглядим как в кино! – Дженни с восторгом крутилась перед зеркалом, поправляя маленький черный галстук-бабочку. – Очень по-шпионски!
– Эргономика данного костюма снижает подвижность плечевого сустава на 17%, что может негативно сказаться на скорости подачи напитков, – заметил Лео, скрупулезно осматривая свой рукав.
– Меньше говори, больше работай, – отрезала Глория, чей жилет сидел на ней с достоинством генеральского мундира.
Рик собрал их в импровизированном штабе – одной из гостевых комнат.
– Итак, диспозиция. Майк, ты – бог и царь кухни. Твоя задача – творить магию и не выходить оттуда с ножом, если кто-то попросит кетчуп к твоему ризотто.
Майк кивнул с мрачной решимостью.
– Дженни, ты – наше лицо, улыбка и посол доброй воли. Ты за барной стойкой. Твоя миссия – поить их, очаровывать и смеяться их несмешным шуткам. Если кто-то начнет грузить – включай режим «я просто милая девочка и ничего не понимаю».
Дженни вскинула кулак. – Есть, кэп!
– Глория, ты – мой фельдмаршал в зале. Ты знаешь всё и видишь всех. Контролируешь официантов, которых нам прислали в помощь, следишь за столами, решаешь проблемы на месте. Ты – тень, которая несет порядок.
Глория сдержанно кивнула.
– Лео. Сегодня у нас «Вечер в казино». Мне нужен крупье за столом для блэкджека. Человек, который знает числа, вероятности и сохраняет каменное лицо. Никто не сделает это лучше тебя. Твоя задача – развлекать, но не давать им выиграть слишком много.
Глаза Лео за очками блеснули. – Вероятность обыграть казино в долгосрочной перспективе ничтожна. Я обеспечу статистическое преимущество заведения.
– Вот это настрой! – одобрил Рик. – Я буду в свободном плавании. Координировать, тушить пожары, отвлекать на себя самых неприятных гостей. Все по местам!
Команда разошлась, оставив Рика одного посреди комнаты. Он глубоко вдохнул, пытаясь унять собственное волнение, и повернулся. И замер.
Из коридора к нему шла Саския Сваллоу, и это было похоже на явление чуда. На ней было платье из мерцающей золотой ткани, которая облегала ее фигуру, словно расплавленный металл. Оно держалось на тонких лямках, открывая изящные плечи и руки, украшенные тонкими золотыми браслетами. Платиновые волосы были собраны в элегантную высокую прическу, открывая шею, на которой покоилось ожерелье с крупными рубинами. Ярко-красные губы изогнулись в знакомой, чуть насмешливой улыбке, а сапфировые глаза смотрели прямо на него. Но что приковывало взгляд Рика и заставляло его забыть, как дышать, – это глубокое, головокружительное декольте. V-образный вырез платья был смелым, почти дерзким, и рубиновое ожерелье лишь подчеркивало то, от чего было невозможно отвести взгляд.
Она остановилась в паре шагов от него, с удовольствием наблюдая за его реакцией.
– Не теряйте челюсть, мой капитан. Она вам сегодня еще понадобится.
Рик сглотнул, заставив себя оторвать взгляд от ее декольте и посмотреть ей в глаза.
– Сложно не терять, – ответил он с кривой усмешкой, – когда вы используете тактическое оружие массового поражения.
Ее смех был похож на тихий звон колокольчиков.
– Все средства хороши, чтобы мотивировать командира перед решающим боем. Как настрой у солдат?
– Боевой дух на высоте, генералиссимус. Немного трясутся поджилки, но в целом готовы к штурму, – доложил Рик, возвращая себе привычную вальяжность. – Ваш главный босс, мистер Авиан, уже здесь? Нужно знать, как выглядит главная цель.
– О, Дэмиена вы не пропустите, – Саския чуть наклонила голову, и ее рубиновая сережка качнулась. – Он похож на доброго дедушку, который может одним звонком обрушить фондовый рынок небольшой страны. Он любит наблюдать. Будет ходить, улыбаться, пробовать всего понемногу и молчать. Самые опасные – те, кто молчат.
– Принято. Избегать молчаливых дедушек, – кивнул Рик. – А вы? Какая ваша роль в этом спектакле? Кроме как отвлекать командира противника своим стратегическим превосходством.
Она сделала шаг ближе, и Рик уловил тонкий аромат ее духов – что-то цветочное и пряное.
– Моя роль – следить, чтобы мой капитан и его команда одержали победу. Я буду вашим ангелом-хранителем. Или дьяволом-искусителем, – она подмигнула. – Зависит от обстоятельств.
Она протянула руку и поправила ему галстук-бабочку, который он и не заметил, что сбился. Ее пальцы на мгновение коснулись его шеи, и по коже Рика пробежала волна мурашек.
– Покажите им, из чего сделана «конечность», – прошептала она, глядя на него снизу вверх. – И ее капитан.
С этими словами она развернулась и, качнув бедрами, направилась в сторону главного зала, оставляя за собой золотистый шлейф и совершенно сбитого с толку Рика.
«Так, О'Коннелл, – мысленно приказал он себе. – Соберись. Сначала банкет. А с оружием массового поражения разберемся после капитуляции противника».
Глава 5: Штабный игры.
Банкет начался, и особняк Авиана наполнился гулом голосов, звоном бокалов и шелестом дорогих тканей. Команда «конечности» была в своей стихии – стихии управляемого хаоса. Рик, как настоящий командир, перемещался по полю боя, координируя свои разрозненные, но преданные силы.
Первый пожар вспыхнул у бара. Пожилой сенатор с лицом, похожим на печеное яблоко, надменно обратился к Дженни:
– Девушка, сделайте мне что-нибудь по-настоящему крепкое. Чтобы с одного глотка сбивало с ног.
Дженни, чей жизненный опыт подсказывал, что «крепкое» – это эспрессо тройной закладки, с энтузиазмом закивала. Через минуту она с гордостью поставила перед сенатором высокий бокал, в котором плескалась адская смесь из водки, текилы, абсента и капельки кофейного ликера «для цвета».
– Вот, сэр! Коктейль «Нокаут от Дженни»! Гарантирую, после него вы забудете свое имя!
Сенатор посмотрел на мутную жидкость, затем на сияющее лицо Дженни, и его лицо приобрело цвет перезрелого баклажана. Рик материализовался рядом в ту же секунду.
– Сенатор! Какая честь! – он с широкой улыбкой взял бокал. – Дженни, ты перепутала. Это же фирменный коктейль «Непоколебимый Мандат»! Его пьют только самые стойкие и уважаемые деятели. Название символизирует силу убеждений, которая сбивает с ног оппонентов! – он повернулся к сенатору. – За вашу несгибаемую волю, сэр!
Сенатор моргнул, его гнев сменился замешательством, а затем – гордостью. Он взял бокал, с опаской отхлебнул и, закашлявшись, с трудом произнес:
– Да… Крепко. Как мои принципы.
Рик подмигнул Дженни, которая смотрела на него с обожанием, и двинулся дальше.
Следующий очаг напряженности возник у стола для блэкджека. Лео, с бесстрастностью робота-убийцы, раздавал карты. Напротив него сидел лоснящийся банкир, который проигрывал уже пятую партию подряд.
– Это невозможно! – взвизгнул банкир, бросая карты на стол. – Вы мухлюете! У меня должна была быть хорошая карта! Я это чувствую!
Лео поправил очки.
– Сэр, ваши «чувства» не являются валидной переменной в теории вероятностей. При текущем количестве карт в шузе вероятность прихода вам десятки составляла приблизительно 15,38%. Что является статистически незначительным показателем. Вам следовало остановиться.
– Да как ты смеешь меня учить?! Я управляю миллиардами! – зашипел банкир.
Рик плавно опустил руку на плечо разъяренного гостя.
– Прошу прощения, сэр. Лео – гений. Его мозг – это калькулятор. Он не хотел вас обидеть, он просто восхищается безжалостной красотой математики. Он считает ее единственной честной вещью в этом мире, в отличие от фондовых рынков, верно? – Рик иронично улыбнулся. – Позвольте в качестве извинения от казино и мироздания преподнести вам наши фирменные тарталетки с копченым лососем. Они статистически восхитительны.
Банкир, сбитый с толку этой логикой, пробормотал «ладно» и позволил увести себя к фуршетному столу.
Когда Рик убедился, что все фронты стабилизированы, он почувствовал на себе чей-то взгляд. К нему неторопливо приближался высокий мужчина лет сорока в идеально сшитом костюме, который стоил, вероятно, как весь фургон Рика. У него были умные, насмешливые глаза и циничная ухмылка, которая, казалось, никогда не сходила с его лица. В руке он держал бокал шампанского.
– Мистер О'Коннелл, я полагаю? Джулиан Нэш.
– Можно просто Рик, – легко ответил тот. – А вы, я полагаю, не из тех, кого можно называть просто Джулианом.
Нэш усмехнулся.
– Проницательно. Я наслышан о вас. Капитан Ричард О'Коннелл. Командир роты «Чарли», 1-й батальон, 75-й полк рейнджеров. Несколько командировок, пара блестящих операций. Серебряная звезда за храбрость, если не ошибаюсь. Впечатляющий послужной список для владельца придорожной закусочной.
Рик оперся о колонну, изображая скуку.
– То есть вы пересказываете мне мою биографию так, будто я ее не знаю? А что дальше? Расскажете мне мое будущее?
– Возможно, – глаза Нэша блеснули. – Например, я могу предсказать, что вам не стоит водиться с Саскией Сваллоу. Она любит играть с солдатиками, а когда наиграется – выбрасывает.
– Мне уже внесли такой задаток, что я могу открыть не просто закусочную, а целую сеть «конечностей». Так что пока игра меня более чем устраивает.
Нэш иронично хмыкнул.
– Деньги – это скучно, Рик. Это просто инструмент. А может быть, Саския предложила вам в конце пути расплатиться натурой? Это очень на нее похоже.
Рик перестал улыбаться. Он посмотрел на Нэша прямо, и в его расслабленном взгляде на секунду промелькнула армейская сталь.
– Знаете, Джулиан, я всегда считал, что судить о женщине по тому, как она одевается или флиртует, – это удел людей с очень скудным воображением и, вероятно, такой же личной жизнью.
Нэш не обиделся. Наоборот, он выглядел довольным.
– Острый язычок. Мне нравится. Поэтому я предложу вам кое-что получше. Уезжайте. Прямо сейчас. Соберите своих клоунов и просто исчезните. Я заплачу вам вдвое больше, чем Саския. Наличными. Сегодня.
Рик расхохотался. Негромко, но от души.
– Джулиан, вы не поняли. Задаток был отличный, спору нет. Но мне пообещали такой… скажем так, нематериальный бонус за успешное выполнение миссии, что ваши деньги на его фоне выглядят как чаевые. К тому же, кидать такую красотку, как мисс Сваллоу, – это просто дурной тон. Я же рейнджер, а не вы. У меня есть кодекс чести.
Ухмылка Нэша стала ледяной. Он понял намек.
– Что ж. Жаль. Мне казалось, вы умнее.
Он допил свое шампанское, поставил пустой бокал на поднос проходящего официанта и посмотрел Рику в глаза.
– Тогда будьте готовы к непредвиденным последствиям, мистер О’Коннелл.
С этими словами он развернулся и растворился в толпе.
Рик проводил его взглядом. «Какого черта я в это ввязался?» – пронеслось у него в голове. Он вспомнил простреленную вывеску, вечные проблемы с поставщиками, белок-террористок… А теперь к этому списку добавился еще и хитрый корпоративный змей, который обещает «непредвиденные последствия».
А затем он вспомнил Саскию в ее золотом платье. Вспомнил ее шепот в своем кабинете. Вспомнил обещание в ее сапфировых глазах.
«А, ну да, – подумал Рик, и на его губах снова заиграла вальяжная улыбка. – Вот, какого черта».
За это стоило побороться.
Глава 6: Правила притяжения и боя.
Банкет гудел, как разворошенный улей миллиардеров. Рик лавировал между гостями, мысленно присваивая им кодовые имена: «Ходячий Кошелек», «Надутый Индюк», «Блондинка-Хищница». Он был в своей стихии, управляя маленькой армией и предотвращая катастрофы локального масштаба.
Из толпы выплыла Саския, ее золотое платье ловило свет и притягивало взгляды, как гравитационная аномалия. Она подошла к нему с бокалом шампанского в руке.
– Как наши дела, капитан? Докладывайте обстановку.
– Все под контролем, мэм, – с серьезным видом отрапортовал Рик. – Противник накормлен, напоен и временно дезориентирован количеством бесплатных углеводов. Потерь среди личного состава нет, если не считать чувства собственного достоинства Майка, когда его попросили добавить в устрицы майонез. Моральный дух высокий.
Саския тихо рассмеялась.
– Отлично. Но почему тогда командир выглядит так, будто ему только что сообщили, что его переводят служить в Антарктиду пингвинам лекции о тактике читать? Ты напряжен.
Рик вздохнул, его вальяжность на секунду испарилась.
– У меня тут состоялся неприятный разговор. С твоим коллегой, Джулианом Нэшем.
Он вкратце, ничего не утаивая, пересказал ей их диалог, включая предложение о двойной оплате и недвусмысленный намек на то, чем Саския могла бы расплатиться.
– Ах, Джулиан, – протянула она, и в ее голосе не было ни удивления, ни злости, лишь легкая усталая ирония. – Стабилен в своей подлости, как швейцарские часы. Рассказать тебе об оплате «натурой» – это так в его стиле. Дешево и предсказуемо.
– Я подумал, что если бы он предложил мне расплатиться его натурой, я бы, пожалуй, согласился доплатить, лишь бы этого не видеть, – пробормотал Рик.
– А что насчет моей? – она сделала микроскопический шаг ближе, ее сапфировые глаза смотрели прямо в его. – Мое предложение тебя тоже не заинтересовало?
Рик почувствовал, как кровь прилила к ушам. Он ожидал чего угодно – гнева, инструкций, плана мести, – но не этого прямого флирта. Он откашлялся, пытаясь обрести равновесие.
– Я… эм… предпочел бы сперва дождаться окончания миссии. И официального отчета об успехе. Так сказать, соблюсти протокол.
Ее губы изогнулись в довольной улыбке. Она победила в этой маленькой словесной дуэли.
– Разумно, капитан.
– Но все же, за что он так на тебя взъелся? Я думал, вы в одной лодке. Нелогично ее раскачивать.
– О, это логично, Рик. Предельно логично, – она отпила шампанского. – Представь себе корпоративный Олимп. На вершине сидит Зевс – наш босс Дэмиен Авиан. А под ним есть два вакантных места для… скажем так, главных божеств. Я – вице-президент по развитию и операционной деятельности. Я строю, запускаю, заставляю все работать. Этот банкет – мой проект от А до Я. Джулиан – вице-президент по стратегическому слиянию и поглощению. Он покупает, ломает, перестраивает. Мы – как созидание и разрушение, лед и пламя. Дэмиен скоро отойдет от дел, и один из нас займет его место. Если мой проект провалится с треском на глазах у всего совета директоров… – она многозначительно повела бровью, – то его шансы резко возрастут. Ему плевать на репутацию одного банкета, если это потопит мою.
– Значит, это просто крысиные бега, только с бюджетом небольшой африканской страны, – заключил Рик.
– Именно. Добро пожаловать в высшую лигу, капитан.
– И что ты планируешь делать с Нэшем? Запихнуть его в багажник и вывезти в пустыню Невады? У меня там, кстати, есть пара знакомых мест.
Саския рассмеялась.
– Не искушай меня, Рик. Нет. Я ничего не буду делать. Я просто сделаю свою работу идеально. И твоя команда мне в этом поможет. Лучшая месть для таких, как Джулиан, – это твой оглушительный успех. Он его просто сожжет изнутри.
Рик обвел взглядом зал, где важные мужчины и женщины в дорогих нарядах лениво переговаривались, поедая его закуски.
– Поразительно. Выглядит как съезд тайного общества рептилоидов. Все такие гладкие, одинаковые и, кажется, моргают не сверху вниз, а сбоку.
Саския прыснула в бокал.
– Боже, Рик. Честно говоря, не думала я, что ирландцы такие шутники. Ты ведь ирландец? Фамилия О’Коннелл как бы намекает…
– Лишь наполовину, – ответил он. – Мать из Дублина. Отец – суровый парень из Невады, который думал, что лучшая приправа к стейку – это другой стейк. Так что я родился в США. В детстве от матери мне доставалось по полной программе. Она была женщиной, которая могла одним взглядом заставить тебя признаться в преступлениях, которые ты еще даже не совершил. Но я вспоминаю ее с теплотой. Сильная была женщина.
Глаза Саскии хитро блеснули.
– А… так вот откуда у тебя тяга к сильным женщинам, Рик. Я тебя раскусила.
Рик нахмурился, не сразу поняв подвох.
– Сэсси, это не имеет отношения к делу… так стоп, о какой тяге речь?
– О той самой, которая заставляет бывшего капитана спецназа краснеть, когда ему делают комплименты, – она с явным удовольствием наблюдала за его замешательством. – Не переживай, я никому не расскажу твой маленький секрет.
В этот момент Рик заметил, как у стола для блэкджека какой-то гость слишком активно машет руками перед лицом Лео.
– Прошу прощения, служба зовет, – с облегчением сказал он. – Кажется, у одного из ваших рептилоидов сбой в программе.
Когда он уже собрался уходить, Саския тихо сказала ему вслед:
– Не переживай, мой капитан. Я тебя и твоих беспредельщиков в обиду не дам. Я большая собственница.
Рик обернулся через плечо с кривой усмешкой.
– Рад слышать. А то я уже начал думать, что ты просто взяла нас в аренду с правом последующего выкупа.
– С правом эксклюзивного и бессрочного владения, О'Коннелл, – подмигнула она. – Иди, работай.
Рик пошел в сторону Лео, качая головой. Он чувствовал себя сапером, который шел обезвреживать мину, но по пути случайно наступил на другую, гораздо более интересную и непредсказуемую. И почему-то эта мысль его совсем не пугала.
Глава 7: Тактический вальс.
Рик подошел к столу для блэкджека, где Лео с лицом судьи, выносящего приговор, только что обыграл очередного самодовольного гостя. Гость, технологический магнат с прической, бросающей вызов гравитации, побагровел.
– Это статистически невозможно! – прошипел он. – У вас в рукаве магнит? Или вы как-то считаете карты? Это запрещено!
Рик положил руку на плечо Лео, который уже открыл рот, чтобы прочитать лекцию по комбинаторике.
– Прошу прощения, сэр, – с самой обезоруживающей улыбкой сказал Рик. – Вы абсолютно правы. Он считает.
Гость победно выпрямился.
– Ага! Я знал!
– Мы просто не афишировали это, – продолжил Рик, понизив голос до заговорщицкого шепота. – Это эксклюзивная услуга для нашего банкета. «Сразись с человеческим суперкомпьютером». Мы думали, что только человек вашего интеллектуального калибра оценит вызов. Большинство просто проигрывает и плачет. А вы… вы почти его раскусили! Это впечатляет.
Техномагнат моргнул. Его гнев сменился на глубокомысленное выражение лица.
– Хм. Да. Я сразу почувствовал аномалию в вероятностном поле… Интересный подход.
Он с важным видом отошел, а Лео поправил очки.
– Ваша тактика разрешения конфликта через преувеличение и апелляцию к эго оппонента была эффективна на 92%. Оставшиеся 8% – это вероятность того, что он поймет, что его назвали идиотом, но в более вежливой форме.
– Это риск, на который я готов пойти, – кивнул Рик.
Лео посмотрел в ту сторону, где только что стояла Саския.
– Наблюдал вашу интеракцию с мисс Сваллоу. У вас повысилась частота сердечных сокращений до 95 ударов в минуту и наблюдалось изменение пигментации в районе ушных раковин. Физиологические маркеры указывают на стресс или… влечение.
– Лео, не все так однозначно.
– Статистически, в 87% случаев, когда мужчина говорит «не все так однозначно» в отношении женщины, это означает, что все более чем однозначно, но он еще не готов это признать, – бесстрастно констатировал Лео.
В этот момент музыка сменилась, и зал заполнили плавные, томные звуки медленного танца. Пары начали стекаться в центр зала. Взгляд Рика автоматически нашел Саскию. Она стояла у колонны, смеясь над шуткой какого-то седовласого джентльмена, и Рик понял, что у него есть примерно десять секунд, прежде чем ее пригласит вся мужская половина этого зала.
– Судя по вашей траектории взгляда и напряженной позе, – заметил Лео, – вы собираетесь совершить действие с низкой вероятностью успеха. Ваша координация в нестандартных условиях, таких как танцпол, вызывает у меня опасения.
– Лео, в армии нас учили импровизировать, – ответил Рик, расправляя плечи. – Если что, назову это новым тактическим маневром «Неуклюжий Медведь».
Он решительно двинулся через зал. Как он и предвидел, холеный мужчина в смокинге уже направлялся к Саскии. Рик ускорил шаг и, обогнав соперника, материализовался перед Саскией, перекрыв ему путь.
– Мисс Сваллоу, – произнес он с максимально возможной галантностью. – Не окажете ли вы честь простому солдату, который скорее разберет и соберет винтовку с завязанными глазами, чем сделает два одинаковых танцевальных па?
Саския окинула его насмешливым взглядом, а затем посмотрела через его плечо на разочарованного конкурента и улыбнулась.
– Только если вы обещаете не наступать мне на туфли. Они стоят дороже вашей закусочной.
– Постараюсь, – пообещал Рик.
Они пошли к танцполу.
– Если честно, – признался Рик почти шепотом, – я не умею танцевать. Совсем. Мои движения больше похожи на попытку отбиться от роя злых пчел.
Саския расхохоталась так искренне и заразительно, что несколько пар обернулись.
– Капитан, вы – неиссякаемый источник радости! Я думала, рейнджеры умеют все.
– Все, что включает в себя бег, стрельбу и маскировку, – смущенно пробормотал Рик. – Вальсирование в программу подготовки почему-то не входило.
Они вышли в центр зала.
– Не переживай, мой капитан, – ее глаза блеснули в полумраке. – Я не дам тебе опозориться. Считай, что я твой ведущий. Но ты будешь мне должен.
– Буду должен? После того, как ты спасешь мою репутацию на глазах у съезда рептилоидов? Справедливо, – ответил Рик, чувствуя себя подростком на первом школьном балу. – Только, пожалуйста, не проси меня петь.
Она положила одну руку ему на плечо, а второй взяла его ладонь. Рик неловко положил свою руку ей на талию, чувствуя под пальцами дорогую ткань платья и ее тепло. И они начали танцевать. Вернее, танцевала Саския. Она вела. Уверенно, плавно, заставляя его двигаться так, как нужно, с легкостью компенсируя его неуклюжесть. Он был напряжен, как струна, пытаясь не сбиться с ритма и, что более важно, не отдавить ей ногу.
– Расслабься, О'Коннелл, – прошептала она ему на ухо. – Ты ведешь себя так, будто мы разминируем поле, а не танцуем.
– Для меня это примерно одно и то же, – прохрипел он. – Только здесь мина – это мое чувство собственного достоинства.
Она тихо рассмеялась, ее смех вибрировал у него в груди. Она чуть теснее прижалась к нему, и он почувствовал тонкий аромат ее духов. Рик перестал думать о ногах и просто последовал за ней, позволив ей вести себя сквозь музыку. И, к своему удивлению, у него даже начало получаться.
Когда музыка закончилась, они еще секунду стояли близко друг к другу.
– Фух, – выдохнула Саския, отстраняясь, но не убирая руки с его плеча. – Спасать репутацию – утомительное занятие.
Она огляделась.
– Я устала. Хочу на балкон. Пойдем, капитан, полюбуемся океаном. Тебе полезно подышать свежим воздухом, а то ты все еще красный.
Не дожидаясь ответа, она взяла его за руку и с властной грацией повлекла за собой сквозь толпу. Рик, совершенно обезоруженный, мог только подчиниться. Он снова был полностью переигран, и ему это, черт возьми, нравилось.
Глава 8: Ночные исповеди и стратегические маневры.
Прохладный ночной воздух окутал их, как только они вышли на просторный каменный балкон. Ветер с океана был настойчивым, и Саския инстинктивно обняла себя за плечи. Рик, не говоря ни слова, снял свой пиджак и накинул ей на плечи. Пиджак был ему как раз, а на ней смотрелся как элегантное пальто.
– О, капитан, – протянула Саския, кутаясь в теплую ткань, пахнущую его одеколоном. – Вы ищете любой предлог, чтобы меня обнять? Даже если для этого приходится использовать свой пиджак.
– Это стандартная оперативная процедура, мэм, – невозмутимо ответил Рик, хотя уши снова предательски потеплели. – Защита ценного актива от неблагоприятных погодных условий.