Про Капитолину и не только…
Стёпкины рассказы
Ода коммуналке
Кто-то спросит – почему коммуналка?
Неужели кого-то еще устраивает коммунальный быт?
У всех разумных и практичных уже по нескольку квартир!
Уж какая-никакая, одна-то отдельная – точно есть!
Не говоря уже о за́мках, собственных домах и сарайчиках для лопат на шести сотках!
Кто-то скажет: надо забыть про коммунальное жилье, как о страшном сне!
Как забыть? Коммуналка – вечна! Как Цой forever!
Коммуналка – спасение для одиноких людей. Спасение от нехороших мыслей, которые приходят в одиночестве и ждут, как дикие звери, когда человек ослабнет и его можно будет растерзать.
Коммуналка – главная локация!
(Про локации любил говорить один модный писатель, ныне экспа́т. На его первых книгах я училась, как надо писать, а на последних – как не надо).
Слово красивое – мне оно тоже нравится!
Локация – это не только место. Это чувство места. Чувство дома. Чувство семьи.
А разве семья – не коммуналка?
Наша коммуналка – это наша семья!
Вот и писательница Капитолина Кузьминишна вернулась назад в коммунальную комнату из своей шикарной квартиры в стиле хай-тек с виниловыми обоями в мелкий цветочек. Захватила с собой только столик со стулом, импортную кофеварку и пустую клетку. На наш вопросительный взгляд на нее, коротко сказала: «Он улетел…» Ожидаемого продолжения фразы не было, из чего мы поняли, что здесь кроется что-то серьезное, не до конца осмысленное ей самой. И вопрос никем не был озвучен.
Кто-то фыркнет: в коммуналках живут люмпены!
Мои соседи – не люмпены! Может быть, они даже маргиналы! Но я люблю их, и себя от них не отделяю! Они – это я! Как Флобер сказал когда-то про Эмму.
Кто не знает, кто такие маргиналы, в энциклопедии написано, что маргинал – это человек, находящийся на границе различных социальных групп, систем, культур и испытывающий влияние их противоречащих друг другу норм, ценностей…
А мы где? Мне иногда кажется, что мы не на границе, а за границей сразу с двух сторон!
У нас – не коммуналка, а – маргиналка! Так сказал мой бывший муж. Мы не обижаемся. Так сказать мог только человек из наших, из маргиналов!
Меня зовут Степанида. Стёпа. Стёпка. Иногда я чувствую себя Стасей. Как моя бывшая свекровь Евдокия чувствовала себя Долли, а сын ее, мой злоязыкий бывший муж, ласково называл бабкой Дусей, зная, что ей это не нравится.
Вот и я – Стася. Всё тот же муж после нашего развода написал мне сонет.
