Визави. В объятиях времени

Пролог

Полгода назад

Анна

Зачем я сюда пришла – ума не приложу. Я была здесь явно лишняя. Причём лишняя не для окружающих, а для самой себя. Меня раздражало всё: от мельчайших деталей украшений, развешанных по всему залу, до отвратительного платья невесты.

Все улыбались, были безмерно счастливы, в предвкушении предстоящей церемонии, а меня треморило – уж точно не от вселенской радости. По правде говоря, с самого начала ком стоял в горле, и я думала: «Сколько ещё так продержаться?»

Я пыталась не слушать всю речь, витая где-то в облаках, напевая песню в своей голове. Но самое душераздирающее я всё же услышала.

– Согласны ли вы, Кристина, взять в законные мужья Олега, любить и быть любимой, в добром здравии и болезни, в радости и печали, сквозь все невзгоды?

– Да!

– Согласны ли вы, Олег, любить, оберегать и хранить ваш семейный очаг, быть надёжной опорой, взять в законные жёны Кристину?

Мне показалось, что Олег не сразу ответил. А ещё он мимолётным взглядом прошёлся по залу, может быть, искал меня?

«Чушь, Аня. Перестань. Беги отсюда и не оглядывайся», – пронеслось в моей голове.

– Согласен.

– …Объявляю вас мужем и женой! В знак объединения прошу скрепить ваш союз поцелуем!

Меня оглушило собственным звоном в ушах, тошнило, очень сильно тошнило. Я встала со своего места и кинулась прочь отсюда. Эти люди… Они были повсюду. Пыталась обойти между рядами, цеплялась ногами за их колени. Я обернулась и сквозь туманный взор увидела поцелуй, теперь уже мужа и жены.

– Аккуратно, девушка! – ворчала женщина, о ногу которой я споткнулась и приземлилась на колени. – Какое неуважение к церемонии!

Я всё ещё какое-то мгновение сидела на коленях, опершись руками о пол. И непроизвольно заплакала от дикой душевной боли и обиды. Периферическим зрением увидела свою сестру, пробиравшуюся ко мне сквозь толпу.

Я незамедлительно поднялась и побежала в уборную, плотно закрыв дверь изнутри.

Присела на корточки, обхватив голову, я горько завыла. От безысходности, от немыслимой несправедливости…

– Ань, открой дверь! – Роза непрестанно стучала в дверь. – Слышишь меня? Выйди.

В ответ звучали лишь мои всхлипы. Веки успели налиться свинцом так, что я не могла полноценно открыть глаза. Дышать получалось прерывисто только ртом из-за заложенного носа. Влажные руки слегка подёргивались, как и на протяжении всей церемонии.

До чего же я довела себя…

– О чём ты только думала, когда приехала сюда, а?

Молчание. Короткую паузу скрасили только слёзы, бежавшие без перерыва дорожками по щекам.

– Зачем ты себя мучаешь, Аня?

– Я думала… думала, что справлюсь, – задрожал мой голос.

– Анька… – тихо и сочувственно произнесла моё имя.

– Я хотела увидеть его в последний раз и убедить себя, что это конец.

Я выпрямилась, насколько это было возможно, отворила дверь и позволила Розе обнять моё тряпичное тело. У меня даже не было сил обнять её в ответ.

– Сестрёнка, не говори так. У тебя ещё всё впереди. Вот увидишь!

– Что впереди, Роз? – безжизненно подняла глаза. – Любовь, боль и снова разочарование?

– Почему сразу боль и разочарование? Не настраивай себя так. Надо переключиться на позитивную ноту.

– На ноту, которой нет? – констатировала факт, вымученно приподнимая правый уголок рта.

– Ань, сейчас её, может быть, нет. Но она ведь будет.

– Уже не будет, Розка…

Глава 1

Почти 5 лет назад

Анна

Пока сестра вышла в уборную и не взяла меня с собой, я немного заскучала. Музыка грохотала, я выставила ноги в проём и покачивала ими в такт, представляя, как мои зайчики на колготках выплясывают вместе со мной.

Одной рукой я набила рот огромной вилкой салата и продолжала пританцовывать.

Мне было так жаль сестру. В последнее время она не могла совладать с эмоциями, а астма совсем её подкосила: приступы участились, и это очень беспокоило меня. Ох, этот Сашка – он не давал покоя моей сестрёнке. Но почему-то внутреннее предчувствие подсказывало, что они останутся вместе и подарят мне кучу племяшек.

– Добрый вечер, прекрасная мисс, – раздался мужской голос за спиной, отвлекая от размышлений. – У тебя чудесные колготки.

Я обернулась и увидела мужчину, который уже стоял передо мной и покорял меня ямочкой на левой щеке.

От неожиданности я чуть не подавилась. Что-то невнятно промычав, кусок салата досадно вывалился у меня изо рта.

– Капустка выпала, – зачем-то прокомментировала я этот нелепый момент и отложила кусок на край тарелки.

Мужчина широко улыбнулся, снова демонстрируя идеальную ямочку.

– Я присяду? – указал он на стул напротив.

Я чуть пожала плечами – не умела отказывать.

– А ты забавная.

– Не знаю, наверное. А вы… кто? – я смело спросила, нервно хихикнув.

– Друг Саши. Он сейчас с Розой. Я – Олег, – протянул он руку.

– А-а-а, теперь понятно, – заметно успокоившись, протянула я руку в ответ. – Аня.

Он взял её и, как мне показалось, задержал ненадолго в своей. Я почувствовала необъяснимое – будто тепло его ладони передалось моему телу.

– Кудрявая, – прокомментировал мой новый знакомый.

– Что?

– У тебя прелестные кудряшки, – пояснил он. – Будешь кудрявчиком.

– А-а, ты об этом… – непроизвольно потрогала я волосы. – Как тебе угодно. А как мне тебя называть?

– Как хочешь, – мило сказал он, подперев подбородок рукой и всматриваясь в моё лицо.

– Надо подумать, – повторила я позу и уставилась на него.

– Ну что, придумала?

– Надо рассмотреть твои особенности.

– Рассмотри, солнце. Что там видно?

– Первое, что я заметила, – ямочка на левой щеке. Она как будто смотрит на меня. Вот, даже сейчас!

– Ха-ха, – искренне рассмеялся он и потёр затылок. – И что с ней делать будем?

– Ямкой тебя не назовешь, – деловито выпалила я. – Как-то не звучит.

– Согласен.

– Может, подобрать синонимы? Например… – задумчиво сдула я завиток со лба. – Углубление?

– Очень смешно, – рассмеялся Олег. – Надеюсь, ты не говоришь этого всерьёз?

Я – сплошная несерьёзность…

– Звучит отстойно, – вынесла я вердикт, стараясь усмирить смех.

Впадинка, выемка, лунка… Какие там ещё слова? Мозг будто взрывался от того, как досконально я пыталась вспомнить школьную программу.

– Слушай! – воскликнула я и, не удержавшись, привстала со стула. Олег от неожиданности тоже поднялся.

– Забавная. Мягко сказано…

– Лунка. А в мужском роде – лунтик, – гордо произнесла я. – А? Как тебе?

– А ты чудная. Мне страшно оттого, что ты сейчас реально выглядишь серьёзной. Лунтик, – он удивлённо вскинул брови и уставился на меня странным взглядом. – Это тот фиолетовый чудик из мультфильма?

– Ну, у нас слово имеет другое значение. Ты – другой лунтик.

– Я так понимаю, у меня нет выбора?

Я отрицательно качнула головой.

– Ладно. Пусть будет по-твоему. Придётся смириться, – проговорил он, и на его губах заиграла покорная улыбка.

Прекрасно. Интересно, с чем он собирался смиряться: с прозвищем или всё-таки с моим характером?

– А вот и наши голубки идут, – первым заметил Олег.

Я не сразу поняла, о чём речь, но по выражению лица Розы стало ясно: ничего хорошего. Роза была как серая тучка, а рядом – сияющий Александр, явно довольный беседой.

– Аня? Кто это? – недовольно спросила моя сестра, косясь на нового знакомого.

– Это Олег, мой друг, – облегчил задачу Александр.

Мне было трудно сейчас объяснить за минуту, как я впустила постороннего мужчину за наш стол.

– О, Роза, а мы уже с Аней познакомились. У тебя прикольная сестра! – в очередной раз сделал комплимент Олег и подмигнул мне.

Я засияла – обожала внимание и просто не умела без него жить. Сегодня вообще был праздник: столько приятных слов в мой адрес. Правда, я не умела достойно отвечать. Порой мне казалось, что я веду себя глупо и местами неуместно, но как это контролировать и изменить – я не знала.

Александр с Олегом всё-таки заняли места за нашим столиком – я была не против. По намёкам и натянутому лицу Розы было видно: кто-то после возвращения домой получит втык.

Александр настойчиво за ней ухаживал, и сестре это не нравилось, но сегодняшняя встреча в клубе произошла случайно.

Что это, если не судьба?

Вечер прошёл неплохо – даже хорошо. Конечно, из-за недопониманий между Розой и Сашей немного витало напряжение, но вскоре оно практически рассеялось. Мы говорили о работе, моей учёбе на юрфаке, о жизни, много смеялись и много ели. Я любила вкусно поесть: если блюдо аппетитное, я могу съесть тонну и не поправиться – за это девчонкам было завидно.

Весь вечер Олег обращал на меня внимание. Наши взгляды всё время пересекались. Он мне очень понравился, ещё и оказался в моём типаже: высокий голубоглазый шатен с выразительными чертами лица и прекрасной улыбкой – а эта умопомрачительная ямочка… я прямо влюбилась в неё.

Сегодня, пусть и под градусом, мне показалось, что этот человек не зря запал мне в душу – будто сама судьба повлияла на это. Ведь мысли человека «подшофе» редко бывают пустыми.

Под конец вечера я была слегка пьяна, или не слегка… Но явно выпила больше, чем следовало.

Я попыталась встать, чтобы сходить в дамскую комнату, но ноги меня совсем не слушались. Олег заметил это и предложил проводить. Разумеется, я не возражала.

Роза хотела воспрепятствовать, но Саша убедил её, что всё под контролем. У таких горячих парней разве отсутствует контроль?

– Кудрявчик, как же так? Да ты конкретно в зюзю. Когда успела? – с ноткой беспокойства спросил Олег.

Олег шёл рядом, одной рукой держал за талию, другой – за предплечье.

Ой, что же творилось со мной в тот момент… Я очень чувствительна к прикосновениям, и мне было так приятно, что сердце ликовало от невероятного восторга. А ощущать на себе именно руки Олега – в разы приятнее. Бабочки в животе сталкивались лбами.

– Ты ведь и подливал. Так что это твоя вина! – спокойно перекинула я одеяло, пытаясь сохранить самообладание.

А как оно там получилось – это уже не важно.

– А вы что, дорогая моя, не умеете говорить «стоп»?

– Если честно, не умею, – мой язык бессовестно заплетался.

– Ладно, может, мы как-нибудь разберёмся с этим…

Он что, пообещал мне отрезвляющий изолятор? Или курс «как выпить бутылку и не опьянеть»?

– Лунтик, ну что значит «может быть»? Мне нужны гарантии! – выпалила я.

В этот момент я оступилась, и мой рыцарь крепко удержал меня в своих сильных руках, теперь прижав ещё плотнее.

– Придётся идти с тобой в женский туалет.

Вот так новости! Я, конечно, безмерно признательна, но не настолько низко пала.

– Ещё чего! Я сама справлюсь. Спа-си-и-бо, – демонстративно попыталась выполнить реверанс, что, разумеется, получилось коряво.

– Дурёха ты, мелкая, – вновь удержал меня он от падения.

– Какая же я мелкая! Мне, на минуточку, двадцать лет!

– А мне, на секундочку, тридцать четыре.

– Ты такой взро-о-ослый? – искренне удивилась я. Он совсем не выглядел на свой возраст. – Пьёшь какое-то зелье молодости?

– Несомненно. Каждое утро у меня начинается с чашечки зелья, – с улыбкой ответил он.

– Да ты шутник! – я оценила его юмор и искренне рассмеялась.

– От тебя недалеко ушёл, кудрявая.

Я залипла и, глядя в его глаза, провалилась куда-то глубоко, в океан приключений – на свою задницу. Мне пришлось поднять голову, он возвышался надо мной. А если бы ещё встать на цыпочки, чтобы поцеловать… О чём я только думала? Думала, вероятно, не я, а жидкость, комфортно устроившаяся во мне и победно торжествующая. В общем, опозорилась по полной программе.

Капелька разума пыталась достучаться, но смелость сегодняшнего дня уверенно её глушила.

Я, будто задушив двумя воображаемыми руками свой глупый мозг, всё-таки сморозила:

– Ты вообще настоящий?

– Из всех настоящих. Вот, – легко ответил он и положил мою руку себе на грудь в районе сердца, накрывая её своей ладонью. – Стучит?

– Стучит…

Непередаваемые ощущения. Что он со мной сделал? Как такое возможно? В голове – шквал вопросов без ответов. Как взять себя в руки? Как не сломаться?

– Я настоящий, Анька. Моё сердце сейчас стучит для тебя.

Шикарная, окрыляющая, словно мёд, фраза. Умел ведь красавчик льстить… А сейчас, в моём-то закружившемся состоянии, эти слова залетели далеко, глубоко и попали прямо в самое сердце. Пожалуй, они запомнятся мне на всю жизнь.

Глава 2

Настоящее время

Олег

Я проснулся от каждодневной, знакомой мелодии – звука будильника. По привычке отключил его и снова провалился в сон, лёжа на животе и засунув руки под подушку. На второй сигнал будильника я долго не мог среагировать, прокручивая в голове о том, что мог бы позволить себе опоздать на работу. Наверное, поэтому так расслабился. Но ненадолго. Какая-то мимолётная мысль сквозь сон пробилась, и я мгновенно распахнул глаза: сегодня же выходной, мы с сыном собрались на рыбалку.

По возможности мы проводили своё свободное время вместе. На рыбалку ходили нечасто: раз в месяц точно.

Я тихонько попытался встать, но матрас подо мной всё равно прогнулся, издавая скрипящий звук. Кристина пошевелилась. Я и жене забыл рассказать о встрече с сыном.

– Доброе утро, любимый, – прошептала она и лениво потянулась. – Ты чего так рано встал?

– Доброе. Я забыл тебе сказать, мы на рыбалку с Савкой.

Я уже хотел было поднять свою пятую точку с постели, но Крис дотронулась до моего запястья.

– Не задержишься? – тихо проворковала. – У меня овуляция сегодня, мы можем попробовать.

Через два месяца после свадьбы у жены случился выкидыш. Это стало для нас тяжёлым ударом. Когда мы вновь решились на ребёнка, то подошли к этому серьёзно: Кристина прошла обследования у многих врачей, сдала кучу анализов, даже меня волоком потащила в эти белые стены. Никаких патологий не выявили. Спустя некоторое время беременность наступила, но радость была недолгой – мы снова потеряли ребёнка. С тех пор наши попытки завершились.

– Не сейчас, ладно, малыш. Давай вечером.

По правде сказать, мне не хотелось снова пробовать, я всячески старался избегать этого, но Кристина не теряла надежды. Я боялся, что это снова может произойти. Крис очень тяжело пережила потери: она пролила тонну слёз, билась в истерике, пока я пытался сковать её тело. Честно, я переживал, что она что-то сделает с собой. Жена была в глубочайшем отчаянии, и я никак не мог повлиять на эту ситуацию. Поэтому да, мне было страшно.

– Я тебе больше не интересна… – не спросила, а утвердила, ещё больше натягивая на себя одеяло.

– Крис, ты чего, – я вернулся в постель, перебираясь коленями по одеялу и перекинул ногу через жену так, что её выпрямленные ноги оказались между моими. – Не придумывай, я просто опаздываю.

Я прогнулся и нежно прикоснулся к ней губами, а затем поцеловал в кончик носа.

– Ты поздно вернёшься сегодня?

– Я позвоню тебе, окей?

Кристина кивнула и отвернулась в сторону, глядя в окно. Расстроилась.

Я слез с кровати, намереваясь покинуть комнату, но укол совести заставил меня проговорить жене:

– Крис, мы попробуем, обещаю. У нас всё получится.

В ответ она подарила мне вынужденную улыбку. Я сделал вид, что поверил и поплёлся на кухню. Не было настроения ковыряться в своей голове, тем более в голове жены. Это всегда было чем-то чревато и заканчивалось не самым весёлым образом. Но я прекрасно знал, что нам не избежать этого.

Приняв утренний прохладный душ, я наконец пришёл в себя: сонливость и утренняя скованность испарились. Горячий кофе прибавил мне сил и энергии. Я хотел закурить, но досадно чертыхнулся, обнаружив, что моя пачка пуста. Хотя точно помнил, что там оставалась одна сигарета.

Я вернулся в нашу спальню. Жена мирно лежала на боку, не шелохнувшись. Она была повёрнута ко мне спиной, свернувшись калачиком под одеялом.

– Крис, ты спишь?

Молчала.

Я хотел уже уйти, но Кристина заговорила:

– Ты же знаешь, что нет.

Устало подперев дверной косяк своей пятой точкой, мой взгляд устремился куда-то в угол комнаты, где виднелись проблески восходящего солнца. Они переливались, играя в совместном танце. Небольшой ветер за окном управлял ветками деревьев, создавая соответствующую картинку в нашей комнате.

– Ты опять вчера курила? – на выдохе поинтересовался я совершенно умиротворённым голосом.

Жена промолчала, только её движение плечом выдало ответную реакцию.

– Ты думала, я не замечу? Мы же договаривались.

В последнее время у Крис была сплошная депрессия. Она регулярно ходила к психотерапевту, рисовала дома картины. Врач не советовал ей пока выходить на работу, чтобы окончательно не выгореть. Признаться, у меня было другое мнение на этот счёт. Мне казалось, что она бы, наоборот, отвлекалась и всецело погружалась в работу. На данный момент мы решили немного подождать и прислушаться к Елене Степановне. Отсюда и курение – это происходило регулярно. Кристина хотела и ребёнка, и своё состояние похерить тоже.

– Определись, чего ты хочешь,– я фыркнул, предоставляя право выбора, – тогда я не стану воспрепятствовать.

– Я знаю и прекрасно всё понимаю, – тяжело пробубнила жена. – Ты знаешь, чего я хочу. Просто мне бывает… очень тяжело.

– Понимаю, Крис. Надеюсь, ты осознанно сделала выбор, и больше я не замечу подобного.

На этой ноте я покинул нашу квартиру с полным грузом неоднозначных мыслей.

По пути к сыну я заскочил за сигаретами и блаженно выкурил сразу две. По времени уже опоздал, но сын написал смс, что поклёвки пока нет.

Примерно через полчаса я вышел из машины, поставил её на сигнализацию. Я полной грудью вдохнул свежий воздух, в лицо подул лёгкий ветер. И тишина. Вокруг царила завораживающая красота тихой природы. Яркое солнце уже заливало своим теплом всё вокруг, отчего я непроизвольно прикрыл глаза рукой. Впереди, через дорогу, мирно струилась река. А на берегу, спиной ко мне, сидел мой сын, терпеливо ожидая улова. Его силуэт сейчас был очерчен ярким солнечным светом. Красиво, чёрт возьми. В голове я мысленно запечатлел эту картину. Что может быть лучше утренней рыбалки?

Я подошёл к сыну и остановился за его спиной.

– Клюёт?

– Нет, – мирно ответил Сава, не повернув и головы. Моё внезапное появление его не удивило? – Я слышал, как ты подъехал, – ответил он на мой мысленный вопрос.

– Не поверишь, я сегодня чуть не забыл, что у нас рыбалка, – честно признался сыну, присаживаясь рядом на раскладной стул, и протянул руку для рукопожатия.

– Грех про такое забыть, – бросил на меня мимолётный взгляд и поприветствовал в ответ. – Но, признаться, я не удивлён.

– Да ладно тебе, всё равно ничего не пропустил ещё.

Само собой, поплавок именно в этот момент дрогнул и медленно пошёл под воду, удилище выгнулось, леска натянулась.

– Давай-давай, – внушающей силой мысли поддерживал сына. Авось поможет.

Катушка стала разматываться под напором тяжёлой рыбы. Руки Савелия заметно напряглись.

– Чтоб тебя, какая строптивая! – нервно чертыхнулся сын, ведя борьбу с невидимой для нас рыбой.

Несколько минут напряжённой работы, и вот она – щука в наших руках. Настоящая речная царица! Она извивалась своим телом, переливаясь на солнце тёмно-зелёной чешуёй.

– Молодец, сын. Замечательная работа, – я похлопал его по плечу.

После такого трофея Савелий заметно расслабился, привычная напряжённость испарилась, а глаза довольно засияли.

В кармане спортивок завибрировал телефон. Когда увидел, что звонит Майкл, я заметно напрягся, на мгновение зависнув над экраном.

– Кто там? Чего не отвечаешь? – спросил Сава.

– Майкл, чёрт бы его побрал.

Я глубоко и шумно набрал кислород в лёгкие, большой палец так и тянулся отклонить звонок.

– Ответь, – уверенно отрезал Савелий.

Я кивнул и приложил телефон к уху.

– Здравствуй, Олег. Занят чем?

– Да так, выходной.

– С сыном сейчас? – чувствовался допрос с пристрастием.

– Рыбачим.

– О, молодцы. Надеюсь, как-нибудь порыбачим всей семьёй.

Семьёй? Совсем с катушек слетел…

– Это намёк?

– Почему же, я прямо говорю. Думаю, пора устроить встречу, вы и так уже максимально оттянули этот момент.

– А куда нам торопиться?

Сын кивнул мне, давая понять, что дела в порядке, он был готов на всё.

А мне была крайне неприятна эта ситуация: связываться с нашими врагами, да ещё и сына впутывать в дерьмо.

– Мы уже достаточно ждали. Дарсия совершеннолетняя, Савелий – парень взрослый. Надеюсь, ты не забыл. Вы давали слово.

– Не забыл.

– Вот и славно. Предлагаю встретиться на следующей неделе, устроим помолвку.

– Помолвку? А не рано? Пусть для начала узнают друг друга.

Сава нахмурил брови, взглянув на меня исподлобья.

– Кончай, отец. Сделаем, что нужно, – заключительно вмешался сын.

– Познакомиться успеют, – промычал Майкл, дунув в динамик. – На связи.

Звонок был сброшен. Нас поставили перед фактом.

Неприятное ощущение подчинённости нахлынуло с головой. Это наш косяк, наша ошибка. И слово ведь давали… Полный провал.

– Всё в порядке, бать. Не напрягайся. Я обещал – значит, так тому и быть.

Глава 3

5 лет назад. Больница

Анна

За окном был совершенно другой мир. Раскинулся красивый парк, утопающий в зелени: дети резвились на площадке, по аллее ходили влюблённые пары, хозяева выгуливали своих питомцев. За парком возвышались многоэтажки, а между ними змеились дороги, по которым куда-то спешили машины. Этот мир казался таким далёким, но таким понятным, он был полон жизни и движения. Жизнью, которая продолжалась, несмотря ни на что. Именно это дарило мне надежду и веру в лучшее, а капли вдохновения прибавляли мне силы бороться с моей болезнью.

Вдоволь насмотревшись в окно, я осторожно и устало прильнула к подушке. После операции по удалению опухоли головного мозга прошло около десяти дней. На днях доктор обрадовал меня: опухоль оказалась доброкачественной. Но мне не стоило расслабляться, теперь моя жизнь не будет прежней. Я прекрасно понимала, что меня ждут бесконечные обследования, регулярные консультации, ежегодные инструментальные исследования. Я морально не готова к этому, но у меня не было выбора.

Голова бесконечно болела – это привычное для меня состояние даже на обезболивающих. Я ждала, когда она вовсе исчезнет, и тогда я смогу дышать полной грудью.

Открыв ящик прикроватной тумбочки, я вынула небольшое зеркальце. Я долго держала его в руках, решаясь взглянуть на себя.

Всё же посмотрев в него, меня сковал дикий ужас и страх, я мгновенно отодвинула зеркало в сторону. Влажная, непокорная капелька покатилась по моей щеке.

Почему всё настолько плохо?

Когда я уже смирилась с правдой, которую не могла изменить, то вновь посмотрела на себя в зеркале, теперь уже не убирая его в сторону.

Там отразилось незнакомое лицо. Или знакомое? Я пыталась найти себя прежнюю, всматриваясь в глаза, пропитанные пустотой и грустью. Болезненная бледность кожи подчёркивала тёмные круги под глазами. Губы были почти такого же белого цвета, как и кожа. Бинты на моей голове и исчезнувшие кудряшки придавали дополнительный «безупречный» вид новой меня.

Стук. Следом распахнулась дверь. Я только успела отвести руку с зеркальцем в сторону.

Олег. Ко мне пришёл Олег. Я не видела его уже больше двух, а может, и трёх недель. Высокий красавчик в официальном костюме с большим букетом голубых гортензий стоял передо мной.

Это точно ко мне, всё для меня?

– Привет, кудрявчик, – бальзамно прозвучал приятный голос.

– Привет. Не думала, что ты приедешь ко мне.

Олег положил на тумбочку букет и поставил на пол пакет. Я не сразу на него обратила внимание.

– Я не знал, что тебе можно кушать. Поэтому взял фрукты и конфеты.

– Спасибо большое, – попыталась сделать что-то вроде улыбки и отвела взгляд в сторону.

Олег взял стул у окна, подвинул его к моей кровати и присел на него.

– Как бы я не приехал к тебе, солнышко.

В ответ я пожала плечами.

– Ты замечательно выглядишь, – старался внушить мне неправду.

– Не надо. Не ври мне, пожалуйста, – мой голос дрогнул от резкого прилива теплоты и, в то же время, отрицания услышанного.

– Ну-ну, ты чего, – Олег поместил свою ладонь на мою руку, отчего в моей душе вспыхнул огонь. – Что там у тебя в руке?

Олег заметил моё зеркальце, которое я не успела спрятать.

– Посмотри на себя.

Он поднёс мою руку с зеркалом к лицу, придерживая за запястье.

– Что ты делаешь, Олег, я не хочу…

– Посмотри, пожалуйста.

Я взглянула в его небесного цвета глаза и послушно направила взгляд на зеркальце.

– Что ты видишь?

– Мумию, – я без раздумий выпалила.

– Глупенькая, – усмехнулся Олег, сверкнув своей белоснежной улыбкой. – Ты чудесная.

– Не делай так.

– Как так? – продолжал меня сводить с ума своей ухмылкой.

– Твоя ямочка на щеке, ты её демонстрируешь для меня, и я таю.

Олег ещё шире заулыбался, взял мои пальцы второй руки в свою широкую ладонь. Моя улыбка тут же погасла. Каждое его прикосновение, внимание ко мне, забота – глубоко цепляли, внутри ударяла невероятной силы волна жара.

– Узнаю прежнюю Аньку. Поверь мне, в зеркале ты тоже прежняя.

Я уставилась на него в недоумении. Здесь что, камеры стояли?

– Ань, ты очень красивая. Смотри, – он снова заставил меня посмотреть на себя в отражении. – В твоих глазах блеск, а сейчас у тебя появился едва заметный румянец, и на губах играет лёгкая улыбка.

Я рассмеялась, больше не сдерживая себя. И сейчас, действительно, искренне, с неподдельной и благодарной улыбкой, я всмотрелась в глубину взгляда Олега.

– Может, ты и не видишь того, что замечаю я. Но поверь мне, это больше, чем просто красиво, – он заставил мои щёки гореть ярким цветом ещё сильнее. – Пускай снаружи мы держим привычную для себя маску, но всегда нужно заглядывать внутрь – именно там, за маской, скрывается самое прекрасное.

– Ты красиво сказал, очень.

Я снова аккуратно опустила голову, и одновременно с этим моя рука с зеркалом опустилась. Олег больше не стал бороться.

– Я заберу его?

– Что заберёшь? – я не сразу поняла, что он имел в виду.

– Зеркало твоё заберу. Ты не готова пока принимать себя, хуже только делаешь.

– А, забирай… Дарю.

– Ань, давай возвращайся, где прежняя зажигалочка?!

Я прекрасно понимала, что ситуация временная. В дальнейшем я снова смогу с удовлетворением посмотреть на себя. Но сейчас мне не удавалось повлиять на своё настроение. Конечно, благодаря Олегу, глубоко внутри огонёк затеплился, даже почти поверила, что я очаровательная красотка. Но вдруг он так говорил лишь для того, чтобы просто утешить меня? Любого больного пытаются подбодрить. Теперь я реально себя чувствовала слабой и никчёмной. Терпеть не могла это чувство.

– Я здесь, перед тобой, – максимально искренне попыталась сказать. Заметив неверие в глазах Олега, я перевела тему: – Кстати, большое спасибо за цветы. Я обожаю гортензии.

Я попыталась до них дотянуться, но Олег прервал мои попытки и сам передал букет, чтобы я смогла прикоснуться к ним и насладиться красотой.

– Твои глаза цвета гортензий, – акцентировал на этом внимание.

– Да? Твои, кстати, тоже, – пользуясь моментом, не пропустила и его особенность. Такую же, как у меня.

– Кудрявая! – прыснув от смеха, Олег повёл руками в стороны. – Ты не позволяешь мне делать тебе комплименты.

Предостаточно уже, мне было слишком неловко, даже чересчур. Я часто смущение скрывала под обличием ребячества. Так мне становилось проще.

– Знаешь ли, их уже довольно много. Твоя теперь очередь краснеть.

– Да мы оба хороши. Ладно, – Олег, согласившись со мной, переключил разговор в иное русло: – Скажи мне, солнце, может, нужна помощь, сходить купить чего?

– Да Роза была недавно, всё есть, спасибо, – цветы продолжали греть мой живот, но я понимала, что здесь они не смогут остаться. – Единственное, нам надо куда-то гортензии поставить…

– Вот, а об этом я не подумал, сейчас организуем.

Он уже собрался выходить из палаты, но по пути вынул телефон, по-видимому, прочитать сообщение. Его выражение лица поменялось: губы сложились в тонкую недовольную полоску, а брови насупились. Он с сожалением посмотрел на меня.

– Анют, мне очень жаль, но мне нужно бежать. Работа.

– Конечно, иди. Спасибо большое, что заглянул ко мне.

Я мгновенно привстала, чтобы как следует попрощаться, но резкая боль в голове просочилась сквозь мощное обезболивающее. Я обессиленно вернулась в полугоризонтальное положение.

Олег успел слегка подтолкнуть меня за плечо обратно на подушку.

– Лежи и не вздумай резко подниматься, пока врач не даст добро, – он приблизился к лицу, оставив лёгкий и очень тёплый поцелуй на моей щеке. Мои обонятельные рецепторы заполнил фужерно-древесный аромат и что-то ещё морское, едва ощутимое и приятное. – Ладно?

Он медленно отпрянул от меня, отчего сразу стало одиноко и холодно, словно оторвали частичку души.

Перед уходом Олег в последний раз обернулся и не забыл за просьбу:

– За вазу я сейчас решу. Увидимся, солнце.

Через полчаса в палату вошла медсестра с вазой, наполненной водой.

Она увидела букет цветов и ахнула:

– Ма-амочки! С ума сойти! – она остановилась у двери. – Тот голубоглазый красавец – твой жених?

– Не-а. Друг.

Хотела сказать «да», но это было неправдой. Мы друзья. Пока – друзья.

– Такие роскошные цветы дарят только влюблённые, – лукаво произнесла женщина. Взяв букет из моих рук, она поместила его в вазу на прикроватную тумбочку. – Влюблённые друзья?

– Возможно, – согласилась я, невольно улыбнувшись. – Но за друга ручаться не могу.

– Любит-любит. Мы хотели сначала поставить их в банку, а твой друг, – она показала «кавычки» пальцами – настоял на вазе. Её у нас не было, так что он прислал курьера. Ещё сомневаешься в его любви?

Приятное тепло заполнило меня изнутри. Казалось бы, обычная ваза, курьер… Но нет: для меня это были поступки, пахнущие небезразличием.

Тем не менее я пожала плечами – не могла быть уверенной, не имела на это права.

– Ладно. Как ты себя чувствуешь? Терпимо?

– Терпимо, – тяжело выдохнула я. – Но чувствую, что боль усиливается.

– Могу раньше поставить укольчик, – медсестра перешла на шёпот. По листу назначения до следующей дозы обезбола оставалось ещё пару часов. – Если совсем не сможешь терпеть.

– Да, пожалуй, соглашусь. Уже нет сил.

– Хорошо. Сейчас вернусь, – ответила женщина и, перед выходом, напоследок обернулась: – А цветы… цени вашу дружбу. Не каждой дарят такой необъятный букет гортензий.

Я взглянула на эти цветы и вновь вспомнила глаза Олега такого же оттенка. Улыбнулась как дурочка. Почти счастливая.

Глава 4

Настоящее время

Олег

Припарковав свою ласточку и проверив карманы на наличие всех личных вещей, я вышел из машины и уже хотел идти, но вспомнил про подарки. Обогнув машину, открыл багажник и в охапку загрёб пакеты с коробками. Последняя упаковка с куклой не влезла – сейчас бы в самый раз иметь хотя бы три руки. Я освободил правую руку, поставил пакеты на землю, поднёс упаковку к груди и прижал её подбородком, максимально наклонив голову вперёд. Теперь снова взял пакеты и поплёлся к парадному входу.

Чёртовы ступеньки! Кто их только придумал?

Добравшись до двери, я уставился на звонок и досадно закатил глаза. Может, лбом попробовать?

Вновь выпустив пакеты из рук, я нажал на звонок. Из одного выкатились игрушки и шарики. Шарики… Зачем они нужны? Продавщица уверяла, что они жизненно необходимы. Окей – раз так, купил.

Я собрал пакеты и выскользнувшие игрушки, даже успел немного «повтыкать». Нет, на этот раз точно придётся лбом нажать.

И, о чудо, послышалось тихое шуршание, а затем приближающиеся шаги.

– Неужели. А вы меня ждали вообще? – недовольно проворчал я, вломившись в дом, и скинул всё добро на пол.

– Извини, у нас, как всегда, дурдом, еле оторвался от Тёмы. Здоров! – протараторил Саня, вытягивая мне руку.

Я мысленно усмехнулся. Если раньше Саша был жутким педантом, правильным и пунктуальным занудой, то сейчас я видел совершенно другую картину. На нём была свободная тёмная футболка, правый конец которой слегка растянут. На плече – засохшее пятно белесоватого цвета. Мой внутренний демон гоготал – а я ведь всегда говорил: «Не зарекайся!»

Волосы взлохмачены, лёгкая щетина переросла в густую небритость. Одним словом – батя!

–Ты когда в последний раз в барбершопе был? – спросил я, снова наклонившись за этими проклятыми пакетами. – Возьми пару штук. Они мне всю душу вынули.

– Не помню, надо бы сходить, – ответил Саня, загребая какую-то часть, коробку и направляясь вверх по лестнице. – Ты там чего, магазин весь скупил?

Открывшийся вид на носки друга – одного цвета, но разной длины – убил меня наповал.

– Сань, моргни мне три раза, если тебя держат в заложниках, – потеряв самообладание, я прыснул со смеху.

– Чё? – с явной озадаченностью он повернулся и окинул меня непонимающим взглядом.

– Ничё-ничё, идём.

Приближаясь ко второму этажу, к примыкающему небольшому коридору, я услышал одновременно смех и плачь, а вместе с ними – раздосадованный голос Розы. Напряжённая обстановка. Однако повезло же мне избежать отцовства – по крайней мере, пока.

Коридор, отделённый округлой деревянной аркой, соединялся с небольшим залом. А массивная люстра занимала почти треть комнаты. И к бабке ходить не надо: дело рук Сани.

Приблизившись, моё внимание переключилось на присутствующих. Дети сразу же затихли, заметив меня. Роза уже хотела расцеловать меня до беспамятства за эту короткую тишину, но её радость сменила смиренная гримаса – мол, всё равно ненадолго. Артём заметно расслабился, увидев папу, и потопал к нему. Ариша подбежала ко мне и крепко обвила мою шею маленькими, несильными, но настойчивыми ручками.

– Привет, булочка. Смотрите, что я привёз, – сказал я и поставил пакеты на пол в надежде, что дети разберутся сами, ибо совершенно не помнил, где что лежит. – Тём, топай сюда. Разбирайте.

Мелкий робко отстранился от Сани и медленно приблизился к подаркам. Я был нечастым гостем в семье Сазоновых. Но дети запомнили меня, особенно полюбился Арине, а Тёма пока держался на расстоянии вытянутой руки.

– Чем это так вкусно пахнет? – только сейчас дошёл до меня запах выпечки, и желудок протестующе заурчал. – Розка, ты ещё успела приготовить?

– Разумеется. Твоя любимая запеканка с мясом, как раз недавно только вынула, – хозяйка откинула кухонное полотенце в сторону и приблизилась ко мне, чмокнув в щёку. – Привет, дорогой. Где Кристина, почему не вместе?

Я присел на диван, по привычке закинув руки на его спинку, и уставился на еду. По центру стояла аппетитная, на весь дом пахнущая запеканка, рядом – овощной салат, нарезка и бутерброды с красной икрой.

Ей-богу, желудок сожрёт меня заживо.

– Извини… что успели. Ты как всегда – мастер внезапности, – заметила Роза.

Я сказал Сане, что заскочу в гости через пару часов, поставив их перед фактом. И они всё равно успели подсуетиться.

– Принёс стаканы, – Саша поставил их на стол и открыл выпивку. Звук наливаемого виски пробудил предвкушение. Рот набился слюной, ожидая заполучить желаемое. – Роз, присядь. Дети на виду, пока заняты подарками.

–Ты не ответил за Кристину, – деловито напомнила Роза и села, послушав мужа.

Погрузившись в мысли, я не обратил внимания на столь важный для Розы вопрос.

– Не стал её брать. Крис сейчас снова в непонятном состоянии. Да и я ненадолго.

Депрессивное состояние моей супруги – это полбеды. А вот что с ней будет, когда она увидит маленьких детей, ума не приложу. Кристина была словно крыло бабочки: дотронешься – и оно рассыплется, ты ничего не почувствуешь, а её заполнит жгучая боль.

Пока Саша наполнял свой стакан и почти приступил к моему, я досадно выставил руку, прикрывая доступ для янтарной жидкости. И мгновенно поймал на себе пристальный и недоумённый взгляд.

– Забыл. Я же за рулем…

– Не мог водителя прихватить?

Друг прискорбно выдохнул и плюхнулся на стул поодаль от нас с Розой.

– Переживу, – пытался убедить себя. Потом меня осенило, и я, чтобы не упустить мысль, произнёс вслух: – Майкл звонил.

Роза накладывала запеканку, её рука вздрогнула, и мне вовремя удалось подхватить блюдо в воздухе и поставить его на стол. Девушка уставилась на меня с неподдельной искренностью и сочувствием.

– Объявились, значит… – протянул друг, доставая пачку сигарет и вынув одну ртом.

Его супруга одним движением руки выдернула сигарету из его губ. Здесь были дети.

– Они требуют помолвки. Уже сейчас…

– Как?! – Роза воскликнула, хватаясь за грудь.

– Не нервничай, тебе нельзя, – Саша свёл брови и недовольно посмотрел на супругу.

– Не понял? – я заметил смущённый опущенный взгляд Розы и лёгкую ухмылку друга. – Вы что… того. Опять? – неуверенно спросил я.

– Проговорился, что уж, – закатила глаза девушка, смирившись с раскрытой тайной. – Уже почти три месяца.

– Ничего себе, ребята. Да вы отменный ксерокс! Поздравляю!

Я по-дружески похлопал Саню по плечу и приобнял мать-героиню.

Мы обсуждали, как можно было избежать этой встречи с американцами, но к путёвому решению не пришли. Я согласился с Сашей: если Савелий сказал «так тому и быть», значит, он не изменит своего решения. Как отец я не мог принять ситуацию, но понимал, что должен смириться – иного выхода мы пока не нашли.

Когда я уже собирался прощаться, в моей голове всплыл образ Ани, той славной девчушки с кудрявыми волосами и светящимися глазами.

– Роз, как Аня? Давно о ней не слышал, – осторожно спросил я. Но то, как это прозвучало, уже не имело значения.

В последний раз я видел её на своей свадьбе полгода назад – она улизнула прямо во время церемонии.

« – Согласны ли вы, Олег, любить, оберегать и хранить ваш семейный очаг, быть надёжной опорой, взять в законные жёны Кристину?

Сердце пропустило удар. Почему я думал об Ане? Я пробежал взглядом по залу в надежде увидеть её. Сегодня она была здесь – я видел. Но теперь не мог найти её и сказать самые важные слова. Просто. Чтобы она знала.

Кристина ожидала моё «согласен». Аню я так и не увидел.

– Согласен, – хрипло ответил я.

– Объявляю вас мужем и женой! В знак объединения прошу скрепить ваш союз поцелуем!

Я коснулся тёплых губ Кристины, теперь уже жены. Внутри горела необъяснимая боль – вина, незакрытый гештальт. Мои губы двигались автоматически, потому что так было нужно.

Я старался прогнать лишние мысли.

Мы не имели права всё испортить.

После поцелуя я заметил, как за углом исчезли вьющиеся волосы. Я знал – это она.

Когда появилась возможность вырваться, что на церемонии случается редко, я направился в ту сторону, где видел Аню. Искал её повсюду, но не нашёл.

В толпе я наткнулся на рассерженное лицо Розы: она смотрела на меня исподлобья. Я мог бы подойти и спросить, но посчитал это неуместным.

Всё сложилось так, как должно было.»

С тех пор я не видел и не слышал о ней. Я пытался звонить, но телефон был вне зоны доступа.

– Аня уехала. С подругой, – не сразу и неуверенно ответила Роза, с толикой печали в голосе и глазах.

– Уверена?

– Да. Мы созванивались.

На этот раз её ответ прозвучал убедительнее. Но почему-то меня насторожило поведение Розы. Я постарался не придавать этому значения.

Да и, в конце концов, мы друг другу – никто. Аня не захотела поддерживать отношения. Я пытался, но был послан: прекрасно понимал её чувства, и разделял их.

Во что бы то ни стало, мне было важно знать, как она.

Глава 5

Прошлое время. Спустя полгода после операции

Анна

Мелкие, чуть острые камешки хрустели и слегка перекатывались под моими босоножками, пока я неспешно шла по просёлочной дороге. Один умудрился нырнуть под носок и неприятно кольнул где-то в области пятки. Я потрусила ногой, и он выпал. Солнце заливало всё светом и безумно припекало. В мыслях я поблагодарила себя, что не забыла надеть солнцезащитные очки, сейчас бы бесконечно морщилась, приобретая проблемные складки на лице.

Дышалось легко. Чистейший воздух, пахнущий травами, свежей землёй и едва уловимым ароматом липы очень пьянил. Чувствовалось какое-то умиротворение.

По обе стороны дороги тянулись заборы, в основном старенькие, местами покосившиеся. Новые деревянные заборы тоже были, а за ними виднелись ухоженные огороды. В конце улицы я видела огромное поле, за ним – лес. Где-то вдалеке мычала корова, кудахтали куры, а в небе наматывали круги стрижи.

Я вдохнула ещё раз, глубже, закрыв глаза, чтобы всё запомнить. Здесь я чувствовала себя живой и свободной. Счастливой. Мне не хотелось, чтобы это заканчивалось.

Очнувшись из сказки, где всё было слишком сладко, что не скажешь о реальном мире, я и забыла, куда держала путь. В самом центре деревни была уютная кофейня, где собирались практически все местные. Там мы запланировали встречу с моей подругой Викой. В деревню мы приехали вместе к её бабуле отдохнуть и насладиться.

Подруга ушла ещё утром, чтобы провести время с бойфрендом, с которым они успели познакомиться пару дней назад. А мы договорились встретиться в кофейне на закате. Я надеялась, что Вика не забыла обо мне.

Подойдя к заведению, запах свежезаваренных зёрен и выпечки мгновенно ударил мне в нос. Здание было небольшим, деревянным, на окошке стояло множество красивых цветов в горшках. Над входом висела вывеска с изображением чашки кофе и с банальным названием «Кофейня».

Когда я вошла внутрь, казалось, все глаза были устремлены только на меня. И я – центр Вселенной для них. Ещё бы, чужачка… Даже гул, который я успела услышать, в один миг прекратился.

Я окинула всех взглядом, но подругу не увидела. Вот, чёрт.

Лучше бы прогулялась ещё по посёлку.

За деревянным прилавком стояла милая бариста и, на удивление, рядом никого не было. Я поспешила занять место.

– Добрый вечер, милая. Что желаешь? – добродушная девушка наклонилась ко мне и широко улыбнулась.

– Я подругу жду, даже и не знаю.

– У меня отменный латте с лёгкой пенкой. Сделать?

– Хорошо, с удовольствием попробую.

Сложно было отказаться, когда этот аромат благоухал. Уж очень хотелось попробовать, да ещё и с пенкой.

Пока бариста работала над моим заказом, мне удалось рассмотреть зал. Таких явных взглядов в мою сторону уже не было, но я всё равно периодически замечала.

На полках передо мной стояли банки с разными сортами чая, кофе и даже варенья. Между ними были сувениры, видно, ручной работы. На светлых стенах висели фотографии, запечатлевшие жизнь деревни и её жителей. Столики были расположены на комфортном расстоянии друг от друга, обставлены мягкими стульями и диванами. В конце зала я заметила небольшую сцену, скорее всего для живой музыки. Сейчас никто не выступал.

– Латте готов. Пробуй, дорогая.

Девушка поставила большой стакан с напитком и внимательно наблюдала за мной. Я сделала глоток обжигающего латте и ощутила прилив энергии.

– Понравился?

– Очень вкусный и такой сладкий!

– Ещё бы. У меня здесь самые вкусные напитки, сделанные с любовью, – бариста закатила свои рукава выше прежнего и повернулась ко мне спиной. – А это за счёт заведения.

Она протянула блюдце с крупной румяной булочкой, щедро посыпанной корицей.

– Что вы, я всё оплачу. Спасибо.

– Я всегда угощаю тех, кто мне приглянулся. Ты мне понравилась.

– Ой, вы меня смущаете. Мне приятно, спасибо, – слегка растерявшись, ответила на неожиданный комплимент и отпила ещё один глоток.

– Надолго к нам?

Девушка прислонилась ближе и подпёрла руками голову, проявляя любопытство.

– На недельку, может, две… как пойдёт. Мы к бабуле подруги приехали. Реабилитироваться, – последнее выплюнула, не обдумав.

– Правильно. У нас здесь как раз самое подходящее место. Отдыхай, красавица.

Прошло около получаса, а Вики до сих пор не было. Спасибо баристе, которая не давала мне скучать, поддерживая разговор на всякие темы.

– О-о-о, в нашу сторону идёт король деревни. Удачи, – усмехнулась девушка и продолжила протирать стаканы.

– В каком смысле? – я успела только спросить, но ответа не последовало.

– Привет, красавица. Долго же ты скучаешь тут одна.

Рядом присел молодой парень и нагловато натянул улыбку. Он был блондином, волосы слегка удлинённые с ниспадающей чёлкой. Парень даже успел пару раз дёрнуть головой в сторону, смахивая лишние волосы набок.

– Не скучаю. Подругу жду.

– Как зовут? Тебя и подругу.

– А зачем это? – удивлённо спросила я.

– Я всех здесь знаю. Возможно, даже знаю, где тусит твоя подружка.

Бариста посмотрела на меня и незаметно кивнула, мол: «да, он всё здесь знает, король же».

– Я Аня. Подругу зовут Вика. Мы приехали несколько дней назад, – зачем-то я раскрыла все карты.

Шум возле сцены заставил меня обернуться в ту сторону. Пришли музыканты со своими инструментами и готовились к выступлению.

– Да, знаю вас. Она сейчас с моим кентом Кириллом шатается, – самодовольно озвучил свою информацию.

– Для меня это не новость.

– Чего нелюбезная такая? Я с тобой разговаривать пытаюсь.

– Извини, настроения нет.

– Лады, будет настроение, приходи. Я вон там отсиживаюсь, – по направлению его руки я автоматически посмотрела на его столик, где сидела кучка местных парней.

Они стали демонстративно махать руками и звать к себе. Меня аж передёрнуло.

Король отошёл к своим ребятам, но они поглядывали на меня ещё пятнадцать минут моего здесь времяпровождения.

Я уже хотела уйти, не дождавшись подругу, как за спиной резко отворилась дверь.

Холодок по спине, а потом что-то горячее растеклось у меня внутри, странное и одновременно приятное чувство. На что я так отреагировала?

Повернула голову, ожидая увидеть Вику, я заметила Олега, что стоял на проходе и сканировал меня взглядом. Я чуть не упала со стула… Как? Что он здесь делал? Тысячи вопросов закружились в голове.

– Привет, кудрявчик, – он соблазнительно подмигнул мне, присев за соседний стул.

– Ты как здесь оказался?! – я выпучила свои и без того большие глаза, всё ещё пребывая в шоке.

Пару дней назад Олег списывался со мной, мы периодически общались. И он узнал, что мы уехали в деревню с подругой. Но я не говорила, куда именно. Может быть, Роза рассказала.

– Какая разница? Я же уже здесь, – Олег потянулся к моему стакану с остатком на дне и выпил. – Солнце, организуй что-то подобное, только без сахара. А то этот чересчур сладкий.

Солнце?

Меня окатило волной обиды, будто мне влепили звонкую отрезвляющую пощёчину. Почему так было больно? Мы ведь не пара…

– Конечно, красавчик, – прозвучал слащавый голос баристы. – Приготовлю самый вкусный кофе.

Она стрельнула на него флиртующими глазами, и он подмигнул ей в ответ. Что за…

– Ты зачем приехал? – я глухо и отрешённо решила поинтересоваться, абсолютно позабыв о доброте душевной.

– Узнать как ты. Повидаться.

– Узнать мог по телефону. Не стоило приезжать.

– Я тебе помешал? – Олег уставился на меня, приподнимая одну бровь.

– Нет, но мне не нужны такие жертвы.

– Какие жертвы? Пару часов езды?

Я промолчала, устремив взгляд на яркую банку с чаем. Одни несостыковки…

– Ань, – он заставил посмотреть на него, складывая мои руки в свои тёплые ладони. Приблизился ко мне ближе и произнёс тише, чтобы слышно было только мне: – Я волнуюсь. Решил убедиться, что ты в порядке. Поэтому приехал. Ты же мне как сестрёнка.

Я сглотнула, но заставила себя по-сестрински улыбнуться.

Как пожелал: будет ему сестра.

– Спасибо, Олег. Приятно слышать, – продолжала мило улыбаться. – Можешь езжать обратно, я здесь не одна.

– Ничего, Вику я помню, поладим.

– Не сомневаюсь, – безусловно, поладит. Как и со всеми девушками планеты. – У меня здесь молодой человек, и он меня ждёт.

Я успела поймать непонимающий взгляд Олега и… разочарование?

Подойдя к королю сегодняшнего бала, всегдашнему бонду деревни, я заставила его встать на свои две и прильнула своими губами к его. Свист с улюлюканьем заполнили кофейню. В ушах громко зазвенело, в глазах потемнело, а душа покинула тело. Это был самый отвратительный и болезненный поцелуй в моей жизни.

Когда я оторвалась от губ малознакомого парня, чтобы посмотреть на реакцию Олега, его уже не было…

Не было там, где стоял. И в ту же секунду за спиной меня обдало контрастной волной: я почувствовала поток ледяной энергии, а следом – горячей. Медленно повернув голову, словно она стала невыносимо тяжелой, я увидела возвышающуюся скалу с каменным лицом, ничего не выражающим, но внушающим страх. Оно было пустым, как белая страница, которую я не смогла прочесть.

Олег схватил меня под руку цепко, но совсем не больно, и уволок к выходу. При этом не забыл мило улыбнуться и обратиться к… я даже не узнала имя сегодняшнего короля:

– Губу закати, паренёк. Дама обозналась.

Ответа не было, в глазах присутствующих читались только замешательство с большим количеством вопросов, ответы на которые они, конечно же, и не узнают. А это было большой бедой для деревни.

Выйдя во двор, Олег притулил меня к стене и схватил за запястье, тихо, но с нажимом прошипел:

– Ты что творишь, мелкая?!

– Что ты себе позволяешь?! – буркнула в ответ, совершенно растерянная от такого напора. – Пусти! – моя попытка выбраться оказалась безуспешной.

Олег максимально сощурил глаза и уставился на меня в упор. А лицо приблизил настолько, что я смогла рассмотреть все его родинки на щеке, лбу, возле носа и щетину, которая успела вырасти после недавнего бритья.

–Ты думаешь, я тупой и слепой? – он спросил чуть громче. – Ты едва ли его знаешь.

– Не правда. Знаю.

– Да ну? И как его зовут?

– Я.. э-э, – замешкалась, чем явно сдала себя. – Какая разница?

– Вот тебе и «э-э». К чему этот спектакль? – Олег не на шутку завёлся, а я и представления не имела, как завершить разговор.

– Да отпусти ты меня. Больно!

Он даже не заметил, как сдавил моё предплечье из-за своего гнева. Его хватка ослабла, и он убрал руку.

– Извини, – прозвучало с сожалением. Но затем снова вспыхнул огонь: – О чём ты только думала? Ты хоть понимаешь, чем это могло закончиться? Глупая маленькая девчонка, – нервно сплюнул и принялся расхаживать туда-сюда, щёлкая зажигалкой у сигареты.

– Хватит меня оскорблять.

Я обогнула его и пошла прочь. Раздирающая обида с необъяснимой тошнотой стала подкатывать к горлу так, что было тяжело дышать.

– Куда?! Куда ты пошла? – крикнул мне вслед.

Быстрым шагом я надеялась скрыться где-нибудь, но мужская рука поймала мои плечи и развернула к себе.

– Да что с тобой? Я не понимаю. Ты ведёшь себя, словно маленький ребёнок.

– Я иду искать подругу, она давно должна была быть здесь.

– Отлично. Заодно скажем, что ты едешь домой.

– Что?! Мне не послышалось?

Я вытаращила свои глаза, до конца не поверив во всю бредовость ситуации. Почему всё так происходило? Олег считал меня своей сестрой, только поэтому такая забота? Да и можно ли это так назвать?

– Не послышалось. Сколько ты ещё здесь найдёшь приключений на свою задницу? Ты отдыхать приехала или ерундой заниматься?

– Хватит! – я громко перебила его браваду нравоучений и протестующе выставила перед собой пятерню. – Ты мне не отец и не муж! Или брат, как обозначил сегодня. Поэтому, будь добр, возвращайся и оставь меня в покое.

– Ты действительно этого хочешь?

Олег повис надо мной, наклонив голову вниз из-за своего высокого роста.

– Да. Хочу.

– Глупая.

И с этими словами он развернулся и ушёл, оставив после себя осадок одиночества с привкусом горечи.

В этот же момент, как по расписанию, подоспела подруга со своим парнем. Сколько же они пропустили… Но слухи быстро дойдут, в этом сомнений точно не было.

По дороге к речке, о которой только и была речь, Вика извинялась и обещала показать мне чудесное место. Из-за которого я провела больше получаса с баристой, а потом – с Олегом.

Вика с Кириллом много говорили, а мои мысли, прихватив ещё и сердце, уехали с Олегом.

Глава 6

Настоящее время

Олег

Напряжённый день – самый, чёрт бы его побрал, нежеланный. День помолвки моего сына с незнакомкой. Всё, что мы о ней знали, – это её имя – Дарсия – и то, что она племянница нашего заклятого американского врага. Несколько лет назад мы дали обещание, что Савелий женится на ней в обмен на его свободу и перемирие с американцами.

Я узнал о существовании сына всего пять лет назад. Сейчас ему двадцать два. В молодости я особо не держался ни за кого – женщин было много. Когда выяснилось, что ребёнок остался у дамы, с которой я переспал всего один раз и которую едва помнил, да ещё и которая вела непристойный образ жизни, я забрал сына. Если бы я узнал о нём раньше…

Из‑за той не лучшей жизни Савелию тогда пришлось работать на американцев. Мы узнали об этом чудом – Савелий в жизни бы не признался. Земля, конечно, круглая: мы с Майклом соперничали ещё до встречи с сыном, делили территории. На тот момент нам пришлось объявить им войну, но этого не произошло. И теперь приходится расплачиваться.

И вот он – момент наивысшего напряжения, прямо здесь и сейчас.

Меня, как всегда, удивлял абсолютно невозмутимый Савелий: на его лице не видно ни капли сомнения, а ореховые глаза уверенно смотрят прямо, как будто в будущее. Всегда поражался загадочности своего сына.

– Переживаешь? – спросил я, желая подтвердить свои догадки.

– Нет, зачем? Это обычная помолвка.

Разумеется. Обычная помолвка, затем – обычная свадьба, простая семья, дети. Всё просто – запросто.

– Удивляюсь тебе, сын.

– Почему? – Савка удивился моим словам не меньше.

Он действительно не понимал моего замешательства: по его мнению, ничего эдакого не происходит. А у меня напротив, это никак не укладывалось в голове.

Я уже думал закрыть тему, но сын смотрел на меня вопросительным взглядом и явно ждал ответа…

– Я, когда с Крис встречался, и то переживал. О свадьбе вообще молчу. А эту девчонку мы даже в глаза не видели.

Савелий уже не смотрел на меня: он задумчиво шёл прямо, к назначенному месту на территории американцев. Но даже в этом состоянии я не смог прочесть, что творится внутри у моего сына. Он как закрытая книга.

Тогда я добавил:

– Просто странно это.

– Ничего странного, бать. Для меня это ничего не значащее заключение договора, не более.

Хорошо, если так и будет.

– Я бы…

– Что ты бы? – он выжидающе глянул на меня. Я не продолжил мысль. – То-то же.

– Может, она нормальная и красивая девчонка.

– Мне всё равно, какая она.

– Смотри ещё – влюбишься, – пошутил я.

– Никогда, – ровно ответил сын с каким-то даже нервным оттенком в голосе.

– Никогда не говори «никогда».

– Не в моём случае.

Саня должен был подъехать чуть позже, как закончит дела в офисе. Потом ещё нужно было заехать в ресторан и отдать документы администратору. Перед выездом сюда я всё-таки накатал ему смс, что мы с Савелием справимся без него, а он пусть решает наши бумажные дела. На этом и сошлись.

Мы прибыли по адресу, расположенному загородом. Машину оставили недалеко от дома, ибо здесь действует правило для чужаков: оставшееся расстояние нужно «топать ножками». Приблизившись, мы, конечно, удивились, и это – мягко сказано. Перед нами раскинулась не что иное, как резиденция. Нехило.

Не успели оповестить о своём прибытии, как массивные кованые ворота с витиеватыми узорами тут же отворились. Один из охранников сопроводил нас к «дорогому» Майклу.

По пути я обратил внимание на виллу, которая имела несколько крыльев, окружающих центральный внутренний двор, куда мы и держали путь. Неоклассический стиль, безусловно, не мог не восторгать. Фасад из светлого мрамора и гранита идеально сочетался с панорамными окнами.

Двор меня тоже впечатлил. Изумрудная, идеально подстриженная лужайка, простиралась по всей территории, словно бархатный ковёр. По её периметру возвышались стройные ряды кипарисов, а чуть левее, среди ухоженных клумб с яркими розами и лавандой, журчал фонтан в виде исторического существа. Среди такой красоты я не сразу заметил нашего друга, который вальяжно восседал на плетёном кресле с мягкими подушками под раскидистым дубом.

Он был абсолютно спокоен, даже почти равнодушен. В нём чувствовалась безусловная уверенность. Но это пока. Ещё бы: Майкл был на своей территории. Рядом, на низком столике из тёмного дерева, дымилась чашка эспрессо, и лежал какой-то журнал.

– Приветствую вас в своём доме, друзья. Присаживайтесь, – он жестом велел нам сесть на такие же плетёные кресла напротив.

Мы, по обыкновению, пожали друг другу руки и выполнили просьбу Майкла.

– Не обижайтесь, что пришлось немного пройтись до моего дома. Это в целях безопасности. Вот станем родственниками, тогда это правило вас не коснётся! – радостно поставил нас в известность, оценивая нашу реакцию.

Что тут скажешь – наши безрадостные лица не изменились. Так себе новость. До потолка прыгать вовсе не охота.

– Кстати о родственниках, – заговорил Сава, ещё раз на всякий случай осмотрев территорию. – Где же моя будущая жена?

Майкл нервно шевельнулся, убрав ногу, которая до этого была запрокинута на другую, и отпил несколько глотков кофе. Его глаза забегали.

– Забыл предложить вам кофе, – несмело заговорил он нам зубы, делая мгновенный звонок по сотовому: – Дорогая, принеси гостям кофе. Или чего покрепче? – последняя фраза чуть тише была адресована нам.

– Мы пас. За рулём.

Он понимающе кивнул, и его взгляд метнулся в сторону дома, чему последовали и мы.

Молодая девушка лет тридцати, в длинном чёрном платье и тёмных лодочках, маленькими быстрыми шажочками направлялась в нашу сторону, держа в руках поднос с чашками. Словно ждала приказ непосредственно за дверью. Когда девушка подошла ближе и поставила поднос на стол, она даже не удостоила нас взглядом, устремив его куда-то вниз. Я несомненно почувствовал от неё страх и некую покорность. Её уставший вид, мешки под глазами, а также желтеющий синяк на шее не остались незамеченными мной.

– Можешь поздороваться, Камилла. Наши будущие родственники.

Только после приказа девушка робко сказала: «Здравствуйте» и вынужденно улыбнулась.

– Принеси нам документы, дорогая.

– Конечно, – Камилла откланялась и поспешила обратно в дом.

Что-то здесь было нечисто. Девушка явно боялась его. Я перевёл взгляд на хозяина. Увидев, что я смотрю на него, он быстро отвёл глаза. Я задумчиво склонил голову набок. Мда, дела…

– Я повторюсь, – продолжил сын. – Где Дарсия?

– А-ах, Дарсия… – включил дурачка Майкл. – Так она уехала, дурында, в другой город. Запамятовала. Учёба, занятия. Совсем бедная измоталась.

– Она живёт здесь, с тобой? – спросил я.

– Да. Мы её семья. Родители не пойми где.

Моё сердце по-отечески заныло за незнакомую девчонку. Она живёт здесь с этим быдлом, у которого жена явно ходит по струночке и подвергается насилию. В безопасности ли девочка? В голове промелькнула мысль, что, может, и хорошо, если она попадёт под наше крыло. Кто знает, что бывает к лучшему, а что – нет.

– В таком случае помолвка переносится? – холодно спросил Савелий.

Майкл удивлённо вскинул брови и небрежно махнул рукой.

– Ни в коем случае. Подпишем договор без неё, – хитро улыбнулся хозяин, но заметно напрягся.

Тем временем Камилла принесла документы и, прежде чем уйти, бегло посмотрела на меня. Посмотрела не просто, а с каким-то предупреждением, что ли… Что за херня?

– Я не буду подписывать документ в одностороннем порядке.

– Это плохая идея, – подтвердил я.

– Савелий, ты же меня знаешь! Я всё подготовил. Дарсия свою подпись уже поставила, – он протянул лист бумаги сыну, тыча по ней жирным пальцем. – Вот она.

Мы переглянулись. Я бы не стал подписывать, не увидев девушку. Но решение было за Савелием.

– Хорошо. Я подпишу.

Майкл без промедления протянул договор и в томительном ожидании прожигал сына взглядом, пока тот внимательно изучал текст. Я пытался прочесть его эмоции. На меня он даже не посмотрел.

– Замечательно! – довольно хлопнул в ладоши будущий родственничек. Он облегчённо выдохнул. – По такому случаю бы по бокальчику. Жаль, что вы не можете.

– Да, нам уже пора, раз дело сделано.

Хозяин дома потрудился проводить нас до громоздких ворот.

Пользуясь случаем, пока Сава шёл впереди, Майкл слегка коснулся моего плеча и вполголоса сказал:

– Сейчас на рынке наркоторговли всё круто поменялось. Решайся, пока есть возможность.

Ты смотри, какой хитросделанный: всё и сразу подавай ему.

– Нет, мы с этим не связываемся, – уверенно отчеканил я.

Для нас с Сашей эта тема была крайне неприятна, особенно для него. Будучи подростком, он потерял свою сестру, которая жестоко погибла от передозировки наркотиками. Мой друг по сей день винит себя, что не смог вмешаться и спасти её. С чем-чем, а с этим дело не имеем. И я в этом всецело поддерживаю друга.

– Просто подумай. Я не тороплю с ответом.

– Хорошо, я подумаю, – слукавил я, чтоб тот отвязался.

– Александру об этом необязательно знать, – добавил Майкл, на что я презрительно сощурил глаза. – Мы знаем, как он болезненно реагирует. Лишь поэтому, – поспешно закончил он для своего же блага.

Выходя из двора, мне захотелось в последний раз окинуть дом взглядом. Я обернулся и скользнул по окнам. На втором этаже я заметил силуэт, похожий на женский: кто-то мгновенно спрятался за гардиной. И это была не Камилла.

Майкл проследил за моим взглядом, замешкался, топчась на месте, и нервно заговорил:

– Что ж, благодарю, что приехали. До встречи.

Сын вышел первым. Я наклонился к американцу и пригрозил:

– Если ты что-то скрываешь…

– Что ты! – воскликнул он, разводя руками. – Я кристально честен.

Ну-ну. Это мы ещё проверим.

Прежде чем уйти, я в последний раз задержал на нём пристальный и предупреждающий взгляд, но он сделал вид, что не заметил.

Через пять минут мы с сыном уже сидели в машине и переваривали произошедшее.

– Кажется, я кого-то видел в окне, – сказал я Саве.

– И что?

– Девушку. Не Камиллу.

– Мало ли кто это был. Дом огромный.

– Угу… Загадочно всё, не находишь? – спросил я, выруливая в сторону трассы.

Сын невозмутимо смотрел перед собой. Не повернувшись ко мне, спокойно ответил:

– Да, определённо. Разберёмся.

Глава 7

3 года назад

Анна

Завтра собеседование в юридической фирме – на должность помощника юриста. Меня слегка лихорадило от волнения. Работа в колл-центре уже позади: зарабатывать нужно, да и опыта не помешает. Остался последний год учебы, а потом – полноценная работа. Объявление в интернете подходило идеально: студентам, без опыта. Вот только мне нечего было надеть. Поэтому, несмотря на дождь, я побежала в торговый центр.

Перейдя дорогу по пешеходному переходу, я едва успела сделать шаг, как меня окатили грязью из лужи. Он ведь даже и не заметил. Кретин! Сзади, от поясницы до пят, красовались мокрые серые пятна.

– Смотри, куда прёшь! – я громко возмутилась на уезжающий автомобиль с места преступления. – Вот чёрт, а… – выругалась вслух.

Хорошо, хоть не на собеседование направлялась.

Через пять минут, уже в торговом центре, меня грубо толкнул плечом какой-то мужчина и на морозе поплёлся дальше.

Они что сегодня сговорились все что ли?

Изначально я хотела купить скромное платье, но с моими вкусами это оказалось нереально. Жаль, Розы рядом не было, она бы меня приземлила. Поэтому я выбрала серый брючный костюм – ничего лишнего и практично. Хотя я любила яркие цвета и блеск, но сейчас не время для самовыражения.

Пройдя через рамку металлодетектора, она запищала. Все – покупатели, продавцы – уставились на меня как на преступницу. Под этими взглядами я действительно так себя и почувствовала. Охранник отвёл меня в сторону и провёл досмотр. Это было… ужасно, что-то из разряда: «Дорогой дневник, мне не подобрать слов, чтобы описать боль и унижение, которое я испытал…»

Я выбежала из магазина уже оправданная. Обернулась, показала язык бывшему «недругу» – металлодетектор уже не пищал – и тут же врезалась в человека. Он шёл мимо, а я, как «счастливчик» сегодняшнего дня, чуть не сбила его с ног. Подняв свой взгляд на пострадавшего, я увидела… Олега.

Божечки, сколько времени прошло с нашей последней встречи в деревне? Олег исчез так внезапно. Я ждала его, но он не вернулся. А теперь он стоял передо мной, такой же обаятельный, в безупречном костюме, и улыбался как сумасшедший.

У меня не то что сердце кульбит совершило, а внутренние органы переместились, поменявшись местами.

– Какая встреча! Кудрявчик… – сказал он, идя ко мне навстречу и раскинув руки. Я ответила робко, в отличие от его напористости, хотя внутри всё горело.

– Привет, – тихо ответила, пытаясь отстраниться. Олег всё ещё обнимал. – Не ожидала тебя здесь увидеть.

– Ой, какая же ты прекрасная… – он взял меня за предплечья и окинул изучающим взглядом. – Как и всегда.

– Спасибо. Ты тоже ничего.

Олег рассмеялся, касаясь меня незаметными нитями глубоко под ложечкой.

Я пыталась забыть, выбросить из головы даже маленькую, почти незаметную мысль, приглушить её чем-нибудь. Но это было очень сложно, почти невозможно. Последний год, не общаясь с Олегом, мне было легче. Но сейчас… словно кто-то перевернул вверх дном банку с холодцом. Я любила его, так сильно, что чувствовала себя этой бессильной, дрожащей массой. Как бы ни старалась отрицать.

– Ты куда-то спешишь?

– Я… костюм покупала, – немного запинаясь, показала пакет.

– Отлично. Пойдём, поболтаем.

Мы спустились в кафе на первом этаже. Олег, как всегда, был галантен: помог снять пальто, отодвинул стул. Даже мой серый костюм его заинтересовал.

– Это не твой стиль. Почему серый?

– На собеседование в ярком не пойдёшь, хотя очень хотелось бы.

Официантка с роскошными волосами и смазливым личиком принесла наш заказ. Я ожидала, что Олег будет пялиться на неё, но он смотрел только на меня.

– Устраиваешься на работу?

– Ага, вроде нашла что-то подходящее: помощник юриста.

Я принялась за огромный круассан. Дома я бы съела его без церемоний, а здесь резала ножом и вилкой, ещё и под пристальным, задумчивым взглядом Олега.

– Приходи ко мне, – сказал он через три минуты.

– В смысле? – я замерла с полным ртом, наверняка покраснев.

– На работу. Будешь помощником юриста, тебя всему обучат.

– Я не…

Он меня опередил:

– Не спеши, подумай. Вот визитка, – Олег протянул бумажку с номером и адресом бильярдной. – Надумаешь – звони или приходи. Я всё устрою.

– Спасибо. Я подумаю.

– Отлично, – он взглянул на мою правую руку, на безымянный палец с кольцом. – У тебя кто-то появился?

Я опешила от такого прямого, осуждающего вопроса. Для меня традиции были важны, но носить на безымянном пальце не обручальное кольцо, а просто украшение – было нормальным. Какого-то лешего мне взбрендило в голову сказать неправду.

– Да, – тихо сказала, колдуя над десертом.

– Давно?

– Ну… так. Относительно.

У меня был парень. Точнее сказать, пыталась отвлечься. Думала, получится, но только зря потратила время – своё и Гриши. Мы встречались всего месяц. Олегу я зачем-то сказала иначе…

– Понятно, – заметно помрачнел мой собеседник и добавил: – Значит, кольцо – всё серьёзно? – его слова прозвучали как упрёк. Я промолчала, понимая, что дальше лучше не врать. – Счастья вам, – выдавил он.

Олег попытался улыбнуться, но получилось неестественно.

Почему он так реагировал? Ему же должно быть всё равно…

– В любом случае, работа есть работа. Всегда жду тебя, кудрявчик.

После часа разговоров о его работе, моей учёбе, общих друзей – Розе и Саше, и многом другом, мы разошлись.

Весь вечер я прокручивала в голове свой поступок, какая муха меня укусила? Тогда я поняла, что всё непременно исправлю. Завтра же, вместо собеседования, решила поехать к Олегу на работу.

Я проснулась в прекрасном настроении. Неужели всё наладится: получу хорошую работу и, возможно, долгожданного любимого мужчину. Не могло же мне это просто показаться. Вчерашний взгляд, его разочарование, когда узнал, что я не одинока: так реагируют только неравнодушные люди. По крайней мере, мне бы очень хотелось в это верить…

Серый «костюм мышки» я убрала в сторону. Сегодня надела самый яркий наряд в моём гардеробе, я ведь к Олегу собиралась. А ему нравился мой стиль. Ослепительно жёлтое платье с белыми рюшками в сочетании с изумрудной шляпкой заставил подпрыгнуть меня от восторга. Чувствовала себя свободной и такой счастливой… Делала, что хочу, и это меня окрыляло.

В бильярдной я на мгновение застыла, всё ещё не веря своему счастью. Оглядела заполненный людьми зал, я попыталась отыскать главного. Насколько помнила, здесь администратор – Инесса. Никого похожего я не обнаружила, поэтому направилась к её кабинету. Хотела сделать Олегу сюрприз.

Я оказалась у нужной двери, что была чуть приоткрыта, не защёлкнута до конца. Уже собрала кулак, чтобы постучать, но рука зависла в воздухе. Из щели донёсся томный всхлип, потом тяжёлое, сбивчивое дыхание и скрип, вероятно, стола – звук, от которого у меня похолодело в груди.

Мне стало дико неловко. Точнее – страшно неловко, как будто я случайно оказалась свидетелем чьей-то безудержной страсти, чего-то запретного.

Я собралась уйти, сделала шаг назад – и услышала голос. Голос Олега:

– Не сдерживайся, Ин…

По коже прошла горячая волна, тут же сменившаяся ледяным ознобом. Я прижала руку ко рту, чтобы не закричать, чтобы сдержать то, что вот-вот вырывалось наружу. Под эти болезненные для меня звуки за дверью я пыталась переместить своё полубессознательное тело прочь отсюда. Ноги подкосились, перед глазами всё плыло. По стене, как в тумане, я кое-как доползла до выхода.

Кто-то схватил меня за плечо, кто-то пытался помочь, но я ничего не слышала и не видела – был только один порыв: бежать. Мне нужно было лишь одно: исчезнуть как можно быстрее.

***

Олег

В последнее время я загнал себя в цейтнот, жил лишь одной работой, работой и работой. Хотелось перемен, но времени не было.

Часто думал об Ане, о маленькой девочке, которую хочется обнять и укрыть от всего мира. В последний раз, в деревне, она показала мне зубки и попросила оставить её в покое. Я дал ей время. Думал, она немного успокоится, займётся учёбой, а я, в свою очередь, закончу рабочие моменты, и вернусь к этой мелкой.

Сегодня кудрявчик вообще не покидала мою голову.

Моё удивление было огромным, когда мы столкнулись в торговом центре. От радости я, как дурачок, улыбался во весь рот.

Но счастье было недолгим. Выяснилось, что Аня за это время нашла себе бойфренда, и она носила кольцо на безымянном пальце. Выглядела такой счастливой… Эта новость ударила меня, как обухом по голове. Лучше бы сразу топором, чтобы не думалось.

После нашей короткой встречи я вернулся домой, в коем-то веке забил на всю работу, и, заглушая ненужные мысли, заливал в себя алкоголь, очень много алкоголя. Так было гораздо лучше.

Утром я чувствовал себя опустошённым. Спиртное в каждом капилляре немного помогало мне справиться со вчерашним разочарованием. Ближе к обеду позвонила Инесса. Я не хотел отвечать, как и на все звонки ранее. Но что-то меня заставило, тогда я приложил смартфон к уху. Она невнятно что-то кричала в трубку и просила приехать.

Разумеется, я поехал. Вызвал такси и, еле держась на ногах, доковылял к ней в кабинет.

Инесса выглядела несчастной и разбитой, тушь размазалась по всему лицу. Она забралась на диван в маленький беззащитный комок и горько всхлипнула.

– Он мне изменил. Мой муж. Я всё узнала…

Я присел на пол рядом с ней.

– Ты уверена?

– Абсолютно. Он предал меня, наших детей. Предал всех нас, – она снова болезненно взвизгнула, и слёзы полились ручьём. – А я верила.

Я, с трудом поднявшись на ноги и помогая ей встать, крепко обнял её. Рыдания потихоньку стихли.

– У тебя тоже что-то случилось? – прошептала на ухо, нехотя отстраняясь.

– Заметно? – вымученно усмехнулся я, слегка пошатываясь. Инесса придержала меня за руку.

– Да, ты очень пьян, – жалобно пробормотала она и снова раскрыла руки для объятий: – Иди сюда.

Мы безмолвно стояли, утешали друг друга, у каждого была своя проблема, своя боль. Я почувствовал настойчивые движения её рук по своей спине, шее, плечам, а затем она немного отстранилась, чтобы поцеловать меня. Я ответил. Инесса привлекала меня как женщина – не буду лукавить. Мой разум был где-то далеко.

– Не пожалеешь? – прервавшись на секунду, уточнил главный момент.

– Сейчас нет. А что будет потом – подумаю об этом позже.

Мы слились в жарком, жадном поцелуе. Затем я отстранился от Инессы и наклонил её над столом. Бесцеремонно задрав юбку и срывая трусы, без прелюдий, я вошёл до упора.

– Не сдерживайся, Ин…

Инесса застонала, неестественно и как-то не возбуждающе. Я двигался активно, сильнее прижимая её к столу, не заботясь о том, что, возможно, она натрёт себе бёдра.

Я действовал на автомате, практически не получая удовольствия от происходящего. На меня это было совсем не похоже. В какой-то момент я даже хотел остановиться, не получив желаемой разрядки. Но нет, не сегодня.

Продолжил бешено вколачиваться и, чуть подняв корпус девушки, я сжал руками её грудь. Настоящий пик удовольствия испытал только тогда, когда в воображении на месте Инессы появилась Аня.

Глава 8

Настоящее время

Олег

Суббота. Неделя прошла терпимо, поэтому я закончил все запланированные рабочие дела ещё вчера. Несмотря на выходной день, я не остался дома рядом с женой, а покинул нашу квартиру. Покурив у подъезда, обдумывал планы на день. Я решил навестить Ангелину. Давненько у неё не был.

Я подъехал к большому, мрачноватому зданию с решётками на окнах. И впервые за долгое время меня посетило чувство жалости ко всем этим людям, что здесь находятся. Психиатрическая больница.

Сначала я зашёл к лечащему врачу. Как обычно, прозвучали те же фразы: состояние стабильное, изменений нет, принимает препараты строго по назначению. Свидание с пациентом согласовали. Ещё бы.

Идя к палате Ангелины, где она проводит всё своё время, я прошёл мимо общего зала для душевнобольных. Женщина лет пятидесяти сидела на полу у батареи и раскачивалась из стороны в сторону, что-то бормоча себе под нос. Мужчина в углу на диване громко читал стихи Пушкина. Второй сидел рядом и неестественно смеялся, хлопая в ладоши. Девушка лет тридцати пяти сидела за столом и молча смотрела в одну точку. Она казалась более адекватной, чем остальные. Или нет? Вдруг резко посмотрела на меня, задрожала и убежала с криком. Мне стало не по себе.

Навстречу выбежала женщина средних лет с двумя боковыми хвостиками, перегородив дорогу:

– Смотри, братик, что я нарисовала! Нравится? – незнакомка протянула лист с изображением радуги и каких-то питомцев. Рассматривать не стал, оно мне даром не нужно.

– Ты ошиблась.

Я попытался обойти её, но она цепко схватила меня за руку и прошипела:

– Я всё маме расскажу! Она накажет тебя ремнём и оставит без ужина!

Матерь Божья. Лучше согласиться.

– У тебя очень красивый рисунок, сестра. Мне пора.

Она засияла от восторга, подпрыгнула и побежала вокруг зала, размахивая рисунком:

– Ура! Брату понравилось. Ему понравилось, слышите?!

Больше ни на секунду не задерживаясь в этом ужасе, я вошёл в нужную палату. Неудивительно, что Ангелина не выходит ко всем. Я бы тоже предпочёл тихо сходить с ума в четырёх стенах.

– Здравствуй. До тебя пока дойдёшь, по пути и рассудок потеряешь.

Ангелина сидела на кровати с идеально прямой спиной: руки сложены на коленях, ноги прижаты вместе. На ней была длинная белая рубашка. Русые волосы средней длины были откинуты назад и идеально расчёсаны. Интересно: сама ли она это сделала, или ей помогли?

– Как дела? – спросил я, глядя на её отрешённое лицо, не выражающее никаких эмоций. – Вопрос странный, знаю.

Она продолжала смотреть в одну точку. Если бы лежала, я бы подумал, что она мертва.

– Извини, что давно не был. Работа, сама понимаешь…

В последний раз я приходил где-то пару месяцев назад.

– Как у меня дела? – я решил, что она интересуется. – Да никак. Жена требует, чтобы мы снова попробовали зачать ребёнка. А я не могу, понимаешь?

Ангелина – наш враг, она удерживала дочь Розы и Саши, чтобы воспользоваться моментом и убить нас. Меня и Саню. Отомстить. За то, что несколько лет назад мы убили её жениха. Заслуженно. Но это долгая история. Нам пришлось поместить Ангелину сюда, для её же блага. Сначала у неё было несколько попыток суицида. А потом я стал к ней приходить, разговаривать, и тогда эти попытки прекратились. Мне казалось, что она ждёт меня каждый раз с нетерпением.

Зачем я ей всё это рассказывал? Представления не имел. Она молчала, не осуждала. Я даже не был уверен, понимает ли она. Поэтому я так легко изливал душу.

– Почему не могу? А вдруг снова всё повторится. Крис этого не переживёт.

Я отвернулся от окна, куда всё это время смотрел, и взглянул на свою «собеседницу». Мне показалось, что у неё слегка поднялась бровь.

– Думаешь, попробовать? Ладно, я подумаю.

Мы «поговорили» ещё какое-то время и договорились о том, что мне пора исправлять ситуацию.

Прямиком из больницы я поехал домой, где меня, без сомнения, ждала жена.

Когда я узнал, что у Аньки кто-то появился, я познакомился с Кристиной. Встреча получилась забавной: у меня было паршивое настроение, я мчался по рабочим делам и вписался в девушку с кофе в руках – разумеется, всё пролилось на неё. Она спешила за поставкой новых тканей, а потом – на показ. Кристина была дизайнером одежды. Пришлось выручать: переодеть её и отвезти – и всё это в кратчайшие сроки. Так мы понравились друг другу, начали встречаться. А затем поженились.

В квартире царила оглушительная тишина. По мере приближения к залу послышались короткие шуршащие звуки. Я знал это звучание. Рисовала.

Я подошёл к ней сзади, осторожно коснулся плеч и посмотрел на картину. На ней изображалась счастливая семья – мы с Крис и наш будущий ребёнок, идущие за руки по зелёному полю навстречу яркому солнцу. Сердце болезненно сжалось.

Я коротко поцеловал жену в макушку, всё ещё любуясь жизнерадостной картиной.

– Очень красиво получилось. Умница.

– Тебе правда нравится? – она обернулась, глаза полны слёз.

– Правда.

Я поправил выбившуюся прядь её огненных волос и нежно коснулся мягких губ. После длительного поцелуя вожделение захлестнуло нас. Я развязал узелок рубашки, что был завязан спереди под грудью Крис. И мне открылся доступ к красивой пышной груди, к которой я прильнул с невероятным желанием и наслаждением. Мы сбросили одежду, отдавшись друг другу прямо здесь, на полу у мольберта, в вихре страсти, среди красок, забыв обо всём на свете…

В разгар удовольствия мы задели мольберт, и картина Кристины рухнула ей на спину, измазав её краской.

– Испортили? – досадно отозвался я.

– Смазалась в некоторых местах, – ответила жена, внимательно рассматривая картину в руках. – Ничего, исправлю.

– Не расстраивайся. Уверен, у тебя получится ещё лучше.

– Конечно. Пойду смою краску с себя.

Пока жена принимала душ, я сделал нам небольшой перекус для восполнения энергии.

– Ты сегодня какой-то другой, – заметила Кристина, откусывая бутерброд с добротно набитой красной икрой.

– Ты тоже. И аппетит, смотрю, отменный.

Она и сама не заметила, с каким удовольствием уплетала еду. Даже замерла, удивляясь своему аппетиту.

– Всё благодаря тебе, мой муж.

Чтобы закрепить хорошее настроение, мне пришла на ум классная идея:

– Поедем в театр?

– Ты шутишь? – опешила жена и даже вскочила. – Сегодня?!

– Почему бы и нет. Тебе же это нравится.

Кристина обожала посещать театры, филармонии, выставки и всё, что связано с искусством.

Она с радостным вскриком бросилась мне на шею:

– Какой ты у меня внимательный!

– Хочу, чтобы ты расслабилась не только телом, – сказал я, обнимая её за талию и наблюдая за сияющим взглядом.

– Но и душой?

– Именно.

Во время всего представления я как будто летал, а Кристина была полностью погружена в действие и даже пыталась разговаривать со мной. Я лишь поддакивал, делая вид, что понимаю.

Вечером, после антракта, мой телефон разрывался от звонков. После очередной вибрации я всё же достал телефон, убавил яркость экрана и прочитал сообщение от Сани:

«Перезвони. Это срочно».

– Что-то случилось? – обеспокоенно спросила Крис, заметив мою суету.

– Нужно сделать звонок.

Она с грустью в глазах кивнула, будто бы догадывалась, чем может обернуться этот звонок.

Не успел я выйти, как позвонила Роза.

– Олег, извини, что беспокою, – голос девушки был сдавленным. – Аня пропала…

Я тяжело прикрыл веки, чувствуя нарастающее беспокойство.

– Давно?

– Мы в последнее время редко общались. Она уехала в деревню. Это я виновата. Её там, как оказалось, и не было… – на той стороне послышался судорожный всхлип, а затем плач.

– Роза. Давно?

– Примерно восемь дней…

– Я её найду.

Вернувшись в зал, я тихонько наклонился к Кристине:

– Заяц, мне надо уехать. По работе.

Она ничего не ответила, но в глазах я снова увидел тоску и боль. Недолго я смог её порадовать.

– Прости.

– Всё нормально. Тебя сегодня не ждать?

Я отрицательно покачал головой, досадно поджав губы.

– И завтра?

– Я не знаю, Крис.

– Береги себя, – прошептала она, отводя взгляд.

– Ты тоже. Займись картиной. И представление досмотри.

– Конечно. Со мной всё будет хорошо. Ты же вернёшься? – она никак не могла успокоиться.

– Что за вопросы? Не драматизируй. Смотри, – он указал на сцену. – Я поехал.

Я не мог ответить на вопросы, на которые сам не знал ответов: вернусь ли я? Где Аня? Как её найти? С чего начать? Со всего и сразу.

Сев за руль, я с визгом тронулся с места.

Глава 9

2 года назад

Анна

Университет позади. Я получила долгожданный диплом юриста и уже несколько месяцев работала в прекрасной юридической компании «ЮридГарант». Свободное время было: не покорение ночных клубов, но выходные у меня по расписанию. Сегодня, например, решили развеяться с друзьями. В арендованный загородный домик приехали Роза, Вика с Кириллом, Лерка и Дёня. С Денисом и Викой я дружила с детства, с Лерой познакомились благодаря сестре, а Кирилл – тот самый из деревни, парень Вики.

– Ань, работа работой, – Вика достала тарелки из ящика и начала их пересчитывать. – Но пора бы уже кого-то впустить в своё сердце! – договорила и снова принялась за пересчёт.

В моём сердце был человек, только он не принадлежал мне…

– Некогда, Викуль. Ну их, – безнадёжно махнула рукой.

– Так, – деловито замерла подруга. – Я в облаках витаю. Сколько нас всего?

– Две лишние, – ответила я, пересчитав тарелки взглядом.

– Видимо, не лишние, раз достала, – Вика почесала указательным пальцем подбородок и задумчиво посмотрела вверх. – Так вот, на сердечные дела время не должно, а обязано найтись!

Вовремя подошла сестра. Она юркнула на кухню, села за маленький столик и, откинувшись на стуле, спросила:

– О чём речь?

– Сестру твою уму-разуму учу! Любви ей желаю…

– Я тоже очень этого хочу для неё, – Роза запнулась и обвела нас с подругой взглядом. – Но, по-моему, всему своё время. Сейчас главное – здоровье.

– Здоровье – всегда главное. Но и жениха не выбирают по расписанию, – всё никак не унималась Вика.

– Девочки, вообще-то, я ещё здесь, – нарочито помахала рукой. – Нет жениха – и точка.

– А тот, в кого ты была влюблена, Олег, кажется? – от слов подруги сердце забилось быстрее.

Если бы только была… Любила его до сих пор, но об этом знала только я. После того случая в «Бильярдной» Олег пытался неоднократно связаться со мной. Я распрощалась с ним, соврала, что скоро выхожу замуж. Жалела ли я? Нет, несмотря на боль. Любвеобильные мужчины не меняются. Я не пережила бы ещё одно предательство…

Роза заметно напряглась, услышав его имя, и сочувственно посмотрела на меня.

– А что Олег. У него кто-то есть, он счастлив, – сообщила новость, стараясь казаться равнодушной.

– Ты знаешь?! – с толикой беспокойства спросила Роза. Я кивнула. – Я не хотела рассказывать… чтобы не ранить тебя.