38 дней спустя, Москва
ЛОР/ИСТОРИЯ: ПЕРСОНАЖЕЙ КНИГИ
Кто такой Руслан? Это персонаж книги, которому 17 лет. Он не был особенно умён, но обладал хитростью. Возможно, он взял пример с радикального Артемия, который мучил испытуемых. Руслан стремился стать лидером и воплотить в жизнь свои желания. В его глазах Руслан – это не просто антагонист, а олицетворение зла
Его друзья считают Руслана героем, но это не так. Его навыки: он мастерски лжёт и отлично владеет оружием
– — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – —
Никита – это персонаж, который является одним из действующих лиц в книге. Ему семнадцать лет, и он ведёт активную жизнь, совмещая учёбу и работу. В какой-то момент его друзья, с которыми он был в хороших отношениях, неожиданно для него ссорятся
В это же время начинается апокалипсис, и Никита оказывается в ситуации, когда ему приходится искать способы выживания. Он испытывает неприязнь к героям, но понимает, что ему необходимо объединиться с ними, чтобы выжить.
В итоге Никита приходит к решению сотрудничать с военными, надеясь, что это поможет ему справиться с трудностями и преодолеть все препятствия на своём пути.
– — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – —
Соня – героиня книги, восемнадцатилетняя девица, наделённая острым умом и выдающимися способностями в области медицины и вышивания. Она глубоко привязана к Руслану, несмотря на то, что их отношения часто омрачаются ссорами и мыслями о том, чтобы уйти к другому. В момент апокалипсиса она остаётся с Русланом, продолжая испытывать чувства к другому человеку. Навыки: Медик, выживший
– — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – —
Коннор: кто он такой? Это персонаж из книги, 19-летний студент-химик. Он придерживался правых взглядов и был вдохновлён кровожадными людьми, такими как Руслан. Его целью было стать воплощением Иерархии. Однако во время апокалипсиса ему пришлось снова объединиться с друзьями. Его навыки включают в себя алхимию и способность отлично лгать.
– — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – —
Игорь – персонаж из книги, ему 18 лет. Он много ел из-за длительной депрессии, которая вынуждала его заедать проблемы. В результате он набрал вес до 120 кг. Однако ему пришлось собраться с силами и пережить трудные времена вместе с Коннором, когда они бежали. Навыки Игоря включают в себя способности повара и джаггернаута.
Глава 1: Закат
История до эпидемии
Автор благодарит вас за поддержку!
Наступил рассвет, и Руслан, сидя на уроке, устремил свой взгляд в окно. Его глаза скользили по ветвям деревьев, а в ушах раздавалось пение птиц. Дети в классе внимательно слушали учителя, но Руслан не мог сосредоточиться. Он начал раскачиваться на скрипучем стуле, погружаясь в свои мысли.
Учительница, заметив это, сделала строгий взгляд, но Руслан не обратил на нее внимания. Она подошла к нему и произнесла:
– Руслан! Руслан! – повторила она тихим, но строгим голосом, пристально глядя на него.
Он сразу перестал качаться и, опомнившись, посмотрел на нее.
– А? – удивленно ахнул он.
– А, я тут! – повторил он, снова ахая.
Учительница, вздохнув и не мигая, произнесла ледяным голосом:
– Руслан, записывай, что на доске.
Он взял ручку, положил локоть на край тетрадки и начал записывать. В классе находилось 15 детей, среди которых были его друзья – Никита, Игорь и Артём.
Они были неразлучны с пятого класса, когда вместе поступили в школу. Руслан рос в обычной семье.
Урок проходил по расписанию, и Руслан старался сосредоточиться на материале, но его мысли постоянно возвращались к событиям, которые произошли накануне.
Вчера вечером он получил странное сообщение от мамы, и, взяв телефон, начал читать:
«Привет, беги со школы, в Москве ужас творится!»
Руслан испуганно посмотрел на экран и начал вставать.
В этот момент дверь класса открылась, и в комнату вошел директор школы в сопровождении нескольких охранников.
Директор выглядел обеспокоенным и серьезным. Он подошел к учительскому столу и объявил:
– Внимание, дети! Сегодня утром произошло нечто необычное. В городе объявлен карантин, и все школы закрыты. Мы будем оставаться здесь до дальнейших указаний. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие и следуйте инструкциям.
Руслан и его друзья переглянулись, не понимая, что происходит. Учительница, заметив их беспокойство, попыталась успокоить:
– Не волнуйтесь, дети. Мы здесь, чтобы защитить вас. Просто следуйте правилам и слушайте нас.
Директор продолжил:
– Завтра утром мы организуем эвакуацию в безопасное место. Пока что оставайтесь здесь и не выходите из класса.
С этими словами директор и охранники покинули класс, оставив детей в недоумении и тревоге. Руслан посмотрел на своих друзей и заметил, что они тоже встревожены.
Никита, сидящий рядом с ним, прошептал:
– Что происходит, Руслан? Почему карантин?
– — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – —
В ходе исследований в ледяных просторах Сибири был обнаружен древний вирус, который привлёк внимание учёных своим необычным геномом. Они предположили, что модификация этого вируса может привести к созданию лекарства от многих болезней, включая ВИЧ и рак.
Однако в процессе экспериментов учёные создали нечто, что оказалось неожиданным и даже пугающим. Они решили проверить это на человеке, заразив вирусом человека с четвёртой стадией рака в надежде на выздоровление. Но вместо выздоровления человек сошёл с ума, его поведение было настолько агрессивным, что даже самые агрессивные психи не вели себя так.
Существо металось по комнате, ломая мебель и царапая стены в попытках выбраться. Учёные решили не убивать его, а оставить для дальнейших исследований. Вирус они продолжили модифицировать.
Правительство заинтересовалось этой возможностью и решило создать биологическое оружие на основе этого вируса. Однако в итоге они получили нечто, что разрушило весь мир.
Два учёных, охваченные отчаянием, решили положить конец страданиям, уничтожив вирус раз и навсегда. Военные попытались их остановить, но было уже слишком поздно: учёные завладели пробирками с вирусом и угрожали разбить их. Один из неопытных военных, охваченный волнением, случайно нажал на курок, и учёный, вздрогнув, выронил пробирки.
Из-за невероятно быстрого распространения вируса все оказались заражены. Карантин не был объявлен вовремя, и вирус начал своё победное шествие. Инкубационный период длился две недели, и за это время многие люди успели стать жертвами вируса.
По прошествии двух недель все начали превращаться в чудовищ. Начался карантин, паника, толпы людей в магазинах. Но самое страшное – это чудовища, которые начали пожирать своих близких. Правительство не могло остановить кровопролитие и решило бежать как можно дальше. Так Россия осталась одна.
В городах воцарились анархия, паника и насилие. Все убивали друг друга, грабили, насиловали. Вирус распространился по Европе, и там его также не удалось остановить. Только правительство эвакуировалось в Осло – столицу Норвегии, пытаясь спасти всё, что осталось.
В мире воцарился хаос. Внезапно вспыхнувший вирус превратил людей в зомби, уничтожив границы и разрушив государства. Европа превратилась в укреплённый бастион, а за его пределами царил кошмар.
НАТО, осознавая, что долго оставаться в изоляции нельзя, решила начать операцию по освобождению восточных территорий. Первой целью стала Украина.
Операция «Феникс» началась на рассвете. Десантные корабли подошли к побережью Одессы, высаживая первые группы спецназа. Солдаты в усиленных бронекостюмах, с автоматами, оснащёнными патронами с напалмом, осторожно продвигались по заброшенным улицам. Город, некогда шумный и оживлённый, теперь был пуст. Лишь редкие силуэты зомби, шатаясь, двигались в поисках добычи.
Командир группы, капитан Джеймс Харрис, передал сигнал на центральный штаб: «Начинаем зачистку. Препятствий нет, но тишина пугает». Он знал: чем спокойнее выглядит место, тем выше вероятность засады.
Вскоре бойцы достигли центральной площади, где обнаружили полуразрушенный лагерь выживших. Грязные, измождённые люди смотрели на прибывших с недоверием и страхом. «Вы нас заберёте?» – осмелился спросить один из них. «Мы здесь, чтобы вернуть вашу страну к жизни», – ответил Харрис.
Но стоило бойцам осмотреться, как тишину разорвал жуткий вой. Из подземных коммуникаций начали выползать заражённые – их было сотни. Чудовищно быстрые, они бросились на солдат. Раздались автоматные очереди, загорелись огнемёты. Каждый выстрел разносил гниющие тела на части, но поток зомби не прекращался.
«Запрашиваю авиаудар!» – прокричал Харрис в рацию, но помехи мешали передаче. Связь глушило что-то… или кто-то. В этот момент раздался взрыв – один из броневиков НАТО был подбит ракетой.
«Это не зомби…» – пробормотал лейтенант Родригес, указывая на дальний край улицы. Там, среди руин, двигались вооружённые люди. Они были не похожи на солдат Альянса. «Они защищают этот ад?» – удивился кто-то из бойцов.
Стало ясно: помимо орд мертвецов, НАТО придётся столкнуться с теми, кто не желал видеть чужаков на своей земле. Операция «Феникс» только начиналась, но уже была на грани провала.
Несмотря на ожесточённое сопротивление, НАТО удалось прорваться дальше вглубь Украины. Киев пал после нескольких недель сражений. Оставшиеся в городе жители были либо эвакуированы, либо присоединились к военным формированиям. Зомби были вытеснены на окраины, а оставшиеся боевые группы сопротивления рассеялись.
Однако силы НАТО недолго праздновали победу – поток мертвецов с востока не прекращался, а отряды неизвестных бойцов наносили точечные удары по ключевым объектам снабжения.
Не имея возможности закрепиться, командование приняло решение продолжать марш на север. Вскоре подразделения вошли в Минск. Город встретил их глухим молчанием и дымящимися руинами. Опорные пункты были быстро установлены, но вскоре начались атаки – зомби шли лавиной, а за ними действовали хорошо подготовленные бойцы в маскировке. НАТО сражались за каждый квартал, но боезапас и ресурсы таяли с угрожающей скоростью.
Через месяц командование приняло роковое решение – отход. НАТО пришлось оставить Киев и Минск. Последние бронеколонны уходили под прикрытием артиллерии, оставляя за собой выжженные руины. Те, кто не успел эвакуироваться, были вынуждены сражаться в одиночку.
Теперь заражённые территории снова были брошены на произвол судьбы, а судьба Европы висела на волоске. Был ли шанс вернуться? Или эта война уже проиграна.
– — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – —
Тем временем в классе все обсуждали происходящее, не зная, что делать. Они были подавлены и растеряны, и это было понятно. Руслан пожал плечами, не зная ответа. В этот момент раздался звонок, и учитель объявил, что урок окончен.
Дети начали собираться, обсуждая между собой происходящее. Руслан и его друзья решили держаться вместе и выяснить, что происходит, как только у них появится возможность.
Покидая учебное заведение, они обратили внимание на то, что улицы были пусты, а многие здания оказались закрытыми. Город казался непривычно тихим и безлюдным.
Руслан почувствовал, как нарастает тревога, но он знал, что вместе с друзьями они смогут преодолеть любые трудности.
Соня выглядела отстранённой и задумчивой, и Руслан подумал, что она потеряла что-то важное.
Карантин резко начался, изменив жизнь всех, но особенно сильно он повлиял на Соню.
Она жила в достатке, у неё было две сестры и два брата, и она всегда смотрела на окружающих свысока. Но теперь она казалась потерянной и одинокой.
Военные пытались подавить сопротивление, но безуспешно. Они задерживали и обыскивали каждого, не позволяя никому уехать.
Чтобы решить проблему с продовольствием, они разрешили въезд фур с грузами, чтобы не умереть с голоду. Военных нужно было снабжать, а в Москве уже начали грабить магазины и склады.
Когда ребята уходили, уже объявили карантин в школах. Значит, они успели вовремя.
Ребята шли мрачные и подавленные. Они потеряли настроение и были в шоке от происходящего. Когда они проходили мимо школы, то увидели, что военные вошли в школу.
Люди кричали, просили и умоляли, но военные избивали всех, кто пытался им помешать. Руслан бежал к ним, но его пытались вытащить друзья. Он сопротивлялся, не понимая, что происходит.
Военные выносят заражённую нашу Одноклассницу, и так же других.
Вдруг в толпе раздался громкий и гневный голос. Это был отец той одноклассницы. Он кричал: «Суки! Суки! Отдайте мою дочь!»
Военные открыли огонь, начав убивать людей. Кровь летела во все стороны. Мама одноклассницы попала под огонь и погибла.
Эта трагедия навсегда изменила жизнь Руслана и его одноклассников. Они потеряли близких людей и друзей, а также веру в человечество. Карантин стал для них не только испытанием, но и настоящим кошмаром, который навсегда останется в их памяти.
Руслан понимая что его тоже убьют, ведь он дезертир, сбежал! с карантина, и друзья так же понимали, они остолбенели, они решили убегать.
Они бегут сломя голову, всех толкая, слёзы текут ручьями.
Военные стреляли, избивали, они увидели беглецов, командир крикнул громко и чётко:
– Заражённые, с карантина! Убить! – указал командир на убегающих ребят.
Ребята бегут, военные за ними, кто-то стреляет, кто-то бежит.
Руслан и Соня свернули в угол, Игорь – в левую сторону, Никита с Артёмом – прямо.
Они отстали.
Соня и Руслан убежали, они уже были в Минском шоссе.
Соня в плачущем и чётком кричит:
– Что?! Нам делать? Нас… убьют? – расспросила с криком Руслана.
Руслан чётко и пугливо ответил ей, смотря ей в глаза:
– Не думаю, что они нас запомнят, убьют точно. Нам нужно любой ценой сбежать. Не знаю как, но мы придумаем… – чётко ответил Руслан.
В те смутные времена, когда мир вокруг стал мрачным и жестоким, каждый был сам за себя. Все были готовы перегрызть друг другу глотки, чтобы выжить.
Магазины были разграблены, люди брали всё, что могли унести: еду, консервы, всё, что попадалось под руку. Полиция не могла остановить этот хаос.
Военные продолжали свои атаки, забирая всех без разбора и отправляя в лагерь, который гражданские называли концлагерем. Там с людьми обращались ужасно, и это были ещё цветочки. Могли и убить.
Всё было мрачно: небо тусклое, сыро и холодно. Все были измотаны, уставшие, на последнем издыхании. Никто не знал, кто будет следующим. Они верили в чудо. Именно чудо. Все стали молиться, но бесполезно. Люди заражались, умирали или гнили. Деньги теперь ничего не решали.
Тем временем Руслан и Соня мрачно шли по улицам. Их шаги были лёгкими и осторожными.
Они проходили мимо Минской улицы. Увидев станцию «Филевский парк», они заметили, что она горит. Поезда сошли с рельсов, стены были прострелены, люди убегали, шли серии перестрелок. Кто и откуда стрелял – было непонятно. «Филевский парк» был заблокирован, он стал непригоден.
Они шли, глядя по сторонам. В это время в Москве объявили тревогу. Тревогу. Объявили, что МКАД закрывается, и никто не может ни уехать, ни въехать.
Люди выходили на протесты, устраивали засады, грабили. Теперь и военные были плохими, и люди – непонятно, кто плохой, ведь все хотели выжить.
Тем временем Руслан и Соня пришли домой. Они стояли у порога квартиры. Руслан открыл дверь и осторожно вошёл, оглядываясь по сторонам. Он был испуган. В квартире было мрачно, никого не было. Он прошёл внутрь и не обнаружил никого. Он начал тревожно искать животных. Кот громко мяукал, прося еды. Собака была мертва – она уже была старой. Руслан смотрел на неё и на кота сквозь слёзы.
Хорошо, что корма было достаточно для кота. Он насыпал и накормил его. Теперь нужно было решать, как им выжить. Еды было не так много, хотя была заморозка, но её не хватило бы на два месяца.
Руслан молча смотрел на холодильник, обдумывая всё. Он закрыл глаза.
Он с трудом произнёс, глядя Соне в глаза:
– Мы не продержимся. Нам нужно уходить. Вопрос – куда? Я знаю, но нам нужен транспорт, и где его достать? Еда и оружие.
Руслан, высказав всё, заговорил с Соней сквозь слёзы:
– Попробуем найти ребят. Возьмём кота и корм, а также все консервы, которые у нас есть. Оружие найдём. Сейчас главное – как выбраться. МКАД же заблокирован! – сказала Соня, глядя на Руслана и ожидая его ответа.
Руслан ответил ей чётко, облокотившись на стол:
– Знаю как. Либо контрабандой, либо самостоятельно, через метро, через станцию «Физтех», либо же прорывом в МКАД. Выбор невелик. Если через «Физтех», то нам нужно прорваться через центр, это долгий путь.
Глава 2: Московская анархия
«Закат, мы потеряли, то что имели, бог покинул нас, каждый сам за себя. Это природа, щас это и не третья мировая, а больше конец заката» Глава 2
На улицах пусто… Туман, серые облака, мрачно.
Все дома сидели, сказали не выходить на улицу, по кварталам проезжала военная техника, солдаты шли за техникой в ряд.
7 дней спустя.
Москва стала разделён на северо-запад, то есть это коммуна, там устроили коммунистическую революцию, взяв независимость и став конфедерации. Западный сектор разделился ещё на части, Филёвский сектор, то есть Филёвский рейх, а другая часть – Фили-Давыдковская Федерация, ещё сектор – это Кунцевская братство, и опять разделён, Молодёжная-Крылатская Объединение сектора.
Дальше идёт Юго-Западный сектор, и опять разделён на части.
Очаково-Матвеевское конфедерация.
Дальше идёт Солнцевская Анархия, Юго-Западный район, восстания обошлось этого района, и она принадлежит военному округу.
Можайская-объединение, в него входили 6 состав, Немчиново, Марфино, Сколково, Новоивановская, Заречье, Немчиновка.
Ситуация хуже обстоит с центром, граница ТТК считается военным округом, хотя есть некоторые некрасивые границы, Хамовники, Университет, Гагаринский, Раменки, Донской, Тверская, Якиманка, Южно-Портовый, Таганский район, Арбат был раздёлен на 2 части, Дорогомилово, Порт Филёвского парка, Пресненский.
Руслан принял решение, исполненное решимости и мужества. Он подозвал к себе Соню, которая была в слезах, и начал объяснять свой план.
– Вот наш план, – сказал он. – Мы берём все припасы, которые у нас есть, и всё холодное оружие, которое сможем найти. Идём тихо, потому что если нас увидят военные – убьют, повстанцы – изнасилуют и убьют, а обезумевшие гражданские – сожрут живьём.
Соня ахнула от страха, но Руслан успокоил её, сказав, что их не увидят, они будут незаметны, как трава, тише мышей, меньше пыли. Они собрали всё необходимое в две сумки и отправились в путь.
Идя по улице и озираясь по сторонам, они ожидали всего, чего угодно. Вдруг из-за угла послышались громкие звуки шагов и музыки. Руслан, взяв Соню под мышку, упал на землю в углубление, закрыв рот своей спутнице. Они ждали повстанцев, но никого не было. Руслан решил пойти и проверить.
Собравшись с духом, он пошёл медленным шагом, опасаясь и чувствуя страх в глубине души. Время, казалось, замедлилось, сердце забилось быстрее, кровь быстро текла по жилам, насыщая организм кислородом быстрее обычного.
Настал момент истины – он быстро заглянул за угол и воскликнул:
– Это рация! Хотя стоп, это рация?
Улыбка появилась на его лице, и он, подбежав, схватил рацию и начал настраивать волну, чтобы связаться с ребятами. Он кричал в рацию, и вдруг услышал:
– Приём, это Никита, как слышно? Есть живые?
Никита также отчаянно пытался связаться хоть с кем-то.
– Приём, это Руслан, Никита, где вы все? Нам необходимо собраться вместе ради нашего выживания! – воскликнул Руслан в рацию, надеясь, что все ещё живы.
– Я здесь с Артёмом, мы убежали, когда началась стрельба в школе, и потеряли вас с Соней и Игоря. Мы нашли рацию у мёртвого военного и забрали у него пистолет с патронами, но поняли, что стрелять бессмысленно. Эти заражённые твари, хоть и умирают от выстрела в голову, но звук привлекает ещё больше пожирателей плоти. – Никита говорил так, словно уже многие годы живёт в подобных условиях, его голос был спокоен, хотя можно было уловить нотки радости.
– Примем к сведению, у нас есть еда и вода, этого хватит для всех на неделю. Предлагаю встретиться у хаба «Веерный», который находится в Матвеевском. Кстати, а где Игорь?
– Связи с Игорем нет, мы думаем, что он уже мёртв, – печально сказал Никита, и позади послышался всхлип Артёма.
– Не верю, я уверен, что он жив, и мы найдём его.
Руслана не покидала надежда, что Игорь жив. Они были лучшими друзьями с детства, Игорь всегда поддерживал Руслана, и тот платил ему тем же. Их компания друзей всегда была вместе, ничто не могло их рассорить. Они всегда находили выход из любой ситуации, и этот раз не был исключением.
– Мы выдвигаемся, конец связи, – сказал Никита.
Руслан и Соня тоже двинулись к хабу. Они находились всего в десяти-пятнадцати минутах от Матвеевского, у Славянского бульвара. На улицах было тихо и спокойно, как в каком-то городе-призраке. Ни одной живой души, ни животного, ни заражённых. Руслан выглядел плохо, его тревожила мысль об Игоре.
– Игорю нравится такая тишина и спокойствие… Он мечтал о таком, – Руслан говорил это с дрожащим голосом, на грани слёз. Соня, заметив это, быстро обняла Руслана, сказав слова, которые его успокоили.
– Руслан, он жив, он крепкий орешек, и ты это знаешь лучше, чем кто-либо, уж поверь, – Соня, обнимая Руслана, сказала эти слова нежным голосом. Руслан успокоился. Несмотря на его грозный вид, девочка, которая была меньше его в два раза, заставила его чувствовать себя в безопасности, как дома.
Спустя двенадцать минут они пришли. Руслан и Соня, подходя к хабу, увидели своих друзей. Они уже ждали их с огромной и пустой сумкой. Они заметили их и начали показывать жестом «Тссс». В хабе уже не было живых людей, были лишь трупы и заражённые. Артём стоял с ножом, а Никита с пистолетом. Руслан подошёл к ним и заговорил шёпотом:
– Мы думали, тут нам помогут, но слишком поздно. Дайте нам с Соней оружие для самообороны.
– Вот, держи, только максимально тихо, – Артём протянул Руслану огромный мачете, а Соне свой пистолет. Сам же он взял охотничий нож.
Ребятам предстояло перебить всех безумных, чтобы забрать припасы. Они встали рядом друг к другу и тихо зашли в хаб. Их ждало ужасное зрелище – убивать себе подобных людей.
Опасность! Ребята стояли в коридоре, ожидая чего-то. Они знали, что за припасами и продовольствием пришла война.
Соня крепко держала Руслана за плечи, а он стоял позади Никиты. В этот момент они решили действовать. Никита дал знак идти тихо. Артём, Никита, Руслан, Соня пошли строем, тихо. Вокруг были заражённые. Они ели кишки заражённых, трупы. Воняло. Кровь была разлита.
Никита подобрался к припасам. Осторожно взяв их, он начал класть в рюкзак. Руслан пошёл к вооружённым припасам. Он осторожно взял пистолет и патроны. Артём взял сухой паёк.
Артём резко задел кость трупа. Заражённые, услышав это, начали бросаться на него. Руслан побежал к восточному выходу из ХАБА. Никита бежал со всех сил, держа рюкзак. Артём споткнулся, и его схватили. Руслан достал пистолет Макарова, дёрнул затвор и выстрелил. Это привлекло внимание заражённых.
Артёма не спасти. Он держал на себе орду, крича и плача. Он кричал нам: «Уходите!» – с болью и слезами. Ребята видели, как его рвали на куски, пожирая его органы.
Ребята бежали со всех сил. Руслан взмахнул ногой и ударил по двери. Заражённые бежали за ними. К этому времени безбашенные были рядом с хабом. Половина заражённых побежала к гражданским.
Ребята продолжали убегать, слыша позади крики о помощи. Твари не щадили никого.
Они добежали до Веерной и остановились, чтобы отдышаться. Небо было мрачным, туманным и сырым. Люди были готовы перерезать глотки ради абстрактных идей, ради выживания и припасов. Теперь им нужно было бежать дальше.
Тем временем военные вошли в Конфедерацию Очакова-Матвеевское, и в Веерной уже шли бои.
Снова и снова люди сгрызают друг другу глотки, как будто кровавый пир. В это время Руслан, Никита и Соня обсуждали план действий.
Руслан решительно заявил: «Мы обязаны прорваться к Платформе Матвеевское любой ценой! Это наш единственный шанс. Сейчас поезд загружает гражданских, мы можем пробраться».
Артём погиб, моральный дух упал, но нужно выжить любой ценой. Им было не до разборок, кто виноват. Главная задача – сбежать отсюда к станции «Арбатская».
Сейчас военные убивают мирных, не дают никому пройти. Все убивают друг друга, твари пожирают и заражают. Военные тоже убивают. Задача – пройти незаметно.
Дальше к станции «Очаково» шли бои. Мирные сопротивлялись военным, давали отпор, какой могли.
Ребята решили двигаться дальше. Они шли друг за другом, осторожно оглядываясь по сторонам.
Улицы были пусты, заполнены трупами, заброшенными домами и машинами. Дальше были баррикады, которые тоже были сломаны.
Руслан, Никита и Соня шли осторожно, шагая по мокрому снегу.
Они добрались до главного светофора, но там было пусто – только заброшенные военные БТР.
Их бросили и убежали.
Ребята осторожно перешли дорогу и пошли к платформе.
Раздался громкий выстрел, жители закричали.
За шумом прибежали твари.
Теперь толпа тварей бежала к платформе.
Руслан схватил Соню за руку и побежал. Адреналин зашкаливал, кровь бурлила, мозг отключился.
Цель – добежать.
Никита бежал изо всех сил. Твари гнались за Русланом, Никитой и Соней. Мирные падали, кричали. Военные организовали линию обороны и стреляли по тварям и мирным. На крышах домов были снайперы.
Ребята бежали. Руслан взмахнул ногой и выбил стекло. Он упал, но быстро поднялся, помогая себе руками. Он схватил Соню и побежал, отталкивая всех.
Они бежали к последнему поезду.
Твари набрасывались на каждого.
Они бежали поперёк платформы к поезду. Дверь открылась, и там стоял проводник.
Они бежали ещё быстрее.
Адреналин зашкаливал, ведь они могли умереть.
Руслан толкнул Соню к двери. Её схватили. Никита и Руслан запрыгнули в поезд. Твари не успели добежать, они падали на рельсы.
Поезд отъезжал, и было видно, как Платформа взорвалась, предотвратив поток.
Поезд ехал. Они начали отдыхать.
Очаково-Матвеевское стал анархией. Его закрыли, сделав стену и поставив кордон.
Поезд ехал, он проезжал Минскую.
Руслан сказал, тяжело дыша: «Теперь закрываем лица, готовимся нелегально пробираться в ТТК. Помните, мы контрабанда».
Никита ответил так же тяжело дыша: «Блять! Русик! Ты чуть не погубил нас, зачем ты стрелял? Из-за тебя он погиб!»
Соня ответила Никите: «Как понять? Руслан пытался отбиться. Артём бы и так умер.
Давай потом обсудим? У нас важная задача – найти Игоря».
Тем временем они посмотрели в окно двери. Они уже проехали Минскую, они уже рядом с ТТК.
Прибыв в парк Победы, наши герои столкнулись с суровой реальностью: каждый двор, улица и дом превратились в поле боя. Гражданские пытались сопротивляться, но их было слишком мало. В одном из микрорайонов начала распространяться инфекция, пришедшая с Минской.
Продвигаясь через подступы к парку Победы, Руслан, Соня и Никита ощущали нарастающее напряжение.
Тишина, обычно весёлая и бодрящая, теперь обволакивала их, заставляя сердце биться чаще.
Окружённые тёмными силуэтами, они медленно приближались к запертой зоне, где всё ещё ощущалось дыхание войны.
Парк был закрыт, и невидимые границы карантина внушали страх.
На горизонте возникли фигуры в камуфляже – колонна военных, напряжённых и насторожённых, наблюдала за всем, что происходило вокруг.
Каждый звук, каждое движение могло привлечь их внимание.
Ребята двигались осторожно, Руслан и Никита держали пистолет, остальные использовали подручные средства.
Тишина, слышны крики и выстрелы. Они проходили Кутузовский проспект, который был заполнен гражданскими, пытающимися уехать, и броневиками дезинфекторов. Все молчали, времени на споры не было. Руслан заметил полевой лагерь карантина.
Никита спросил: «Вы уверены, что мы не в инфекционном районе?» Руслан промолчал.
Вдруг они услышали военных, которые кричали:
«Они! Они! За ними!» Ребята дали по газам и бежали изо всех сил через район карантина. Кровь пульсировала, пульс был на пределе. Военные открыли огонь.
Руслан схватил её за руку и побежал со всех ног.
Никита бежал за ними. Они смогли оторваться от военных, сделав несколько кругов. Они двигались к Киевскому, где стоял блокпост.
Пятиэтажки были заброшены или заблокированы, магазины, как ни странно, ещё функционировали. Они дошли до блокпоста, где их ждали военные. Руслан ударил командира и забрал автомат.
Он открыл огонь, быстро прицелившись, убил троих постовых.
Соня и Никита перепрыгнули через баррикаду. Ребята бежали изо всех сил, держа автомат.
Руслан бежал быстро, понимая, что его могут убить. Военные объявили тревогу. Инфекция уже добралась до Дорогомилова, где ребята смогли добраться до Киевской.
Ребята добрались до станции Киевской. Они искали человека по позывному Барон.
Руслан быстро спросил: «Отвезите нас до Александровского сада, я заплачу».
Барон ответил: «Хм, десять зелёных, и по рукам». Ребята достали купюру и дали Барону. Они договорились за плату.
Они вышли со станции с Бароном.
– Залезайте в грузовик, – сказал он, указывая на машину на заднем дворе.
Прикрывшись коробками с мясом, они пересекали границу, готовясь к самым нечеловеческим условиям. Внутри грузовика было темно и душно, но это был их единственный шанс выжить. Грузовик тронулся, а вокруг летели снежные хлопья, застывая на холодных бочках.
Их везли по Кутузовскому проспекту к Арбатской. Все половина домов были превращены в ХАБы или в оборону. Гражданских мало было, все только уезжали как могли.
Барон отвёз их до Арбатской коммуны. Арбатская коммуна, так она называлась, потому что там много коммунистов делали подпольную торговлю и вербовали людей.
Грузовик подъехал, ребята вышли из коробки. Никита подошёл к водителю и попросил подождать. Они ушли к базару. Медленно шагая, они осматривали его.
Они дошли до перехода базара, встретив Коннора и Игоря. Оба они сказали: «Вы живы». Коннор и Игорь обняли ребят. Руслан сказал: «Потом поговорим, сейчас валим отсюда! Пока нас не убили». Ребята быстро пошли к выходу.
Тем временем бандиты-мародёры подошли к водителю. Водитель вышел, бандиты ударили ножом. Нож проник в горло, порвав сонную артерию. Второй бандит нанёс удар битой по голове. Барон мгновенно умер, не крикнув.
Ребята подошли к бандитам. Из ребят крик прозвучал: «Валите отсюда».
Главарь спросил: «А то что? А?»
Руслан ответил: «А то я тебе бошку снесу этим пистолетом, тебе ясно?»
Главарь сказал громко с угрозой: «Отдайте нам эту сучку в косичках, покупаю эту сучку в рабство, взамен на этот грузовик, а если нет, мы её сами изнасилуем, а тебя сдадим воякам, ты меня понял?»
Руслан ответил ему: «Мамки своей так скажешь, ты меня понял?»
После оскорбления Руслан достал пистолет и направил его на главаря. Главарь крикнул: «Убить!» Началась драка. Никита нанёс удар в шейный позвонок бандиту, тот упал. Другой бандит напал со спины.
Бандиты крикнули: «БРАТВА, СЮДА!»
Руслан, сообразив, что они приведут всех своих, побежал к грузовику. Остальные ребята сели в грузовик и в груз. Руслан, дав тапку, уехал. Бандиты не успели догнать. Руслан выжимал газ на максимальный.
Дальше стоял КПП к Тверской.
Глава 3: Рейнджеры
Ночь опустилась на город, словно густой дым после взрыва. По пустынной дороге ехал грузовик, мотор которого издавал глухой шум. В кабине находились трое: Руслан был за рулём, а Никита и Соня сидели сзади. Между ними царило молчание, которое было тяжелее любых слов.
Вдруг впереди показался блокпост. Колонны военных стояли, словно каменные стражи. Свет фар отразился от металлического шлагбаума, который преграждал путь. Руслан резко снизил скорость и достал удостоверение водителя барона. Он прикрыл фотографию большим пальцем и медленно протянул документ военному.
Военный склонился к окну, внимательно рассматривая водителя. Но что-то в глубине машины привлекло его внимание.
– Эй! – крикнул он и достал автомат. – Там кто?
Раздались выстрелы, которые прозвучали так неожиданно, что ночная тишина разлетелась на куски. Руслан нажал на газ, и шлагбаум отлетел в сторону. Машина вильнула по дороге, уклоняясь от пуль. Никита, высунувшись из окна, схватил автомат, который он нашёл утром на заднем сиденье. Он дал короткую очередь, подбив один из преследующих автомобилей.
Зазвучали сирены и свет фар. За грузовиком погнался спецназ округа. Они преследовали его по Кутузовскому проспекту, не давая передышки. Вой сирен и выстрелы автоматов вплетались в какофонию городского ужаса.
Грузовик петлял по району, но машины противника не отставали. Никита выстрелом сбил одного из преследователей. Раздался глухой удар – произошла авария. На мгновение всё стихло. Руслан свернул в переулок. До Тверской оставалось семь минут.
Они добрались до жилого комплекса. Около тверской, Район был пуст. Густые тени гаражей скрывали грузовик от посторонних глаз. Руслан припарковал машину, прикрыв её тентом и мусором.
– Все целы? – спросил он, держа пистолет в дрожащей руке.
– Пока да, – ответила Соня, переглянувшись с Никитой.
Но их спокойствие было нарушено приближением тяжёлых шагов. Группа военных двигалась по району. Внезапно раздалась автоматная очередь. Солдаты открыли огонь по гражданским. Кого-то били прикладами, кого-то уводили. Звуки боли и ужаса заполнили воздух.
– Мы не можем просто смотреть, – тихо сказал Руслан.
И они начали действовать. Подкравшись к колонне сзади, они нейтрализовали охрану. Переодевшись в военную форму, они смешались с врагами. Руслан открыл огонь. Вспышки из дула, крики и рёв автоматов слились в бой.
Подъезд стал ареной кровавой схватки. Граната, брошенная Русланом, оглушила солдат. Гражданские в панике бегали по квартирам. Герои штурмовали позиции врага.
На улицу прибыло подкрепление. Вражеские войска заняли периметр. Гражданские, переодетые и вооружённые, начали окружать солдат. Силы были равны.
Руслан не стал ждать. Он бросился к передовым позициям, выдернул чеку из гранаты и бросил её. Взрыв. Тела разлетелись в разные стороны. Пыль, дым и крики смешались в хаос.
Вражеский бронетранспортёр остался. Но и он не устоял. Никита подбил его гранатой, брошенной из укрытия.
Они сели в оставшийся транспорт и направились к Тверской. Оставалось три минуты. На пути были баррикады и укреплённый блокпост. Руслан не останавливался. Он снёс преграды и вырвался вперёд. Позади были гражданские в броневике.
На блокпосте поднялась тревога. Никита был готов к бою, когда из-за угла появился ещё один отряд противника. Он открыл огонь. Гражданские выбежали из машин и тоже начали стрелять. Погоня возобновилась.
Руслан маневрировал как мог. Один из вражеских автомобилей взорвался. БМП врага пыталась обойти их, но Руслан дрифтом перекрыл путь. Колонна перевернулась.
Тверская осталась позади. Они пересекли границу кольцевой дороги и направились в заброшенный микрорайон. Там они укрылись и разбили лагерь.
Вопрос повис в воздухе, как чёрное облако: что дальше?
Заброшенный микрорайон встретил их тишиной и пустотой. Здания были голыми бетонными коробками с разбитыми окнами. Всё было пропитано забвением. В этом мёртвом месте каждый звук казался громче выстрела.
Руслан установил временную рацию, но связь не работала. Соня занималась лечением раненых, а Никита стоял на страже периметра. В подвале они обнаружили старые лекарства и консервы. Кто-то когда-то пытался выжить в этом месте.
«Здесь слишком пусто, – заметил Никита, – словно все знали, что это место не для жизни».
Ночью у костра они впервые за долгое время заговорили о прошлом, о доме и о тех, кого потеряли.
Утро принесло осознание того, что оставаться здесь нельзя. Руслан собрал всех.
«Мы идём дальше, прорвёмся. Если останемся, нас найдут», – сказал он.
Он раздал оружие и объяснил план. Часть гражданских останется, а остальные пойдут с ним до следующего безопасного района, где, возможно, есть сопротивление.
Соня подошла к нему позже, когда все разошлись.
«Ты уверен? Мы едва выжили в прошлый раз», – спросила она.
«Я не могу просто ждать, пока они придут. Я должен что-то делать», – ответил Руслан.
Никита молча кивнул, он уже всё понял.
«Тогда мы с тобой до конца», – сказал он.
Гражданские шли в колонне молча, с рюкзаками за плечами и оружием в руках. Это была не армия, но дух у них был боевой. У каждого за плечами была потеря, боль, но и надежда. Они шли не просто за Русланом, они шли к свободе.
Соня держалась в центре колонны, поддерживая детей. Никита прикрывал тыл. Он не раз оглядывался, не потому что боялся, а потому что знал: сзади всегда приходит беда.
Через час пути они вышли к разрушенному мосту. Река внизу была тёмной и мутной. Слева – горящие руины, справа – бывшая станция очистки, занятая противником.
Руслан быстро принял решение: переход по остаткам моста ночью, а днём – укрытие в здании старой школы. В эфире не было сигналов, стояла подозрительная тишина.
В школе было пусто, сухие доски скрипели под ногами. На стенах остались детские рисунки, где солнце ещё светит, а люди улыбаются.
Они разместились в классе. Соня организовала медпункт, Никита установил растяжки у входа. Руслан проверил крышу и остался там до вечера, наблюдая за горизонтом.
«Думаешь, получится?» – спросила Соня, поднявшись к нему.
«Мы должны хотя бы попытаться. Если не мы, то кто?» – ответил Руслан.
Ночью они двинулись к мосту. Всё шло по плану, пока не раздался первый выстрел снайпера.
Гражданские бросились в укрытие. Никита открыл ответный огонь, Руслан повёл вперёд группу прикрытия. Завязался бой, короткий и ожесточённый. Несколько тел остались на дороге, среди них – мальчик лет пятнадцати, который нёс воду.
Соня плакала. Руслан стоял молча, у него в груди что-то ломалось.
«Мы не можем останавливаться, – сказал он, – его смерть не должна быть напрасной».
Школа, в которой они укрылись, на первый взгляд казалась надёжной. Каменные стены, закрытые окна, подвалы.
Они оборудовали укрытия, нашли тайник с оружием и боеприпасами – похоже, кто-то из старого сопротивления оставил их «на чёрный день».
Но долго прятаться не получилось. С утра начали рваться снаряды. Военные штурмовали здание.
Сначала – газ, химия. Потом – патроны, автоматные очереди.
Руслан, Никита и Коннор надели противогазы. Гражданские – кто смог.
Они держали оборону из классов и коридоров. Вся школа превратилась в линию фронта.
Пыль, крики, визг металла и запах гари.
Никита, измотанный, предложил рискованный манёвр – ударить с тыла.
Руслан не поддержал.
Никита не стал слушать.Завязался спор. Слова были тяжёлыми: – Ты его тогда бросил, – крикнул Никита. – Артём умер из-за тебя! – Это не так. Мы все рисковали! – А Соня? Ты хоть понимаешь, через что она прошла? А ты опять – герой!
Он ушёл. Позже обнаружили – он забрал с собой флешку с видеозаписями. Эксперименты, скрытая правда, компромат. Руслан помчался за ним. Поднялся на крышу. Там, под дождём, среди молний и рёва грозы, завязалась финальная битва.
Молнии рассекали небо. Дождь бил в лицо, заливал глаза. Никита стоял у края крыши.
– Отдай флешку – сказал Руслан.
– Это всё ложь. Ты защищаешь систему, а я – правду. Они ставили эксперименты на людях! На нас! – кричал Руслан
Очередь пуль. Укрытие. Выстрел. Ответ. Потом – ближний бой. Руки, удары, грязь под ногтями.
Руслан не хотел убивать друга. Но Никита… Он был сломан, поглощён гневом. Он сбросил Руслана, но тот зацепился. В последний момент его схватил Коннор, подоспевший в последний момент. Никита не выдержал – сорвался сам. Его тело исчезло в темноте.
Снизу всё ещё шёл бой. Военные группами шли на штурм. Руслан спустился, встал плечом к плечу с гражданскими. Защитники школы выстояли.
Когда танки врага выкатились на асфальт – они были готовы. Несколько броневиков подбили, остальные – захватили.
Соня села за руль одной из машин. Руслан, с флешкой в руках, рядом. Коннор прикрывал отступление. Остальные – кто остался жив – заняли машины. Они уехали в сторону Марьиной Рощи.
На привале, в подвале старого кинотеатра, они включили запись. Там были кадры – заражённые. Люди, которых использовали в экспериментах. Их превращали. – Это только начало, – тихо сказал Руслан. – Нам нужен план. Это война.
Они вышли из кинотеатра, сели по БМП и начали уезжать к Трубной.
За ними погнались военные.
Продолжалось ожесточённое сражение, герои пытались маневрировать, совершая виражи, военные не отставали, продолжая вести огонь из автоматов, бросая гранаты и снаряды.
Посреди дороги появился танк, полностью оснащённый, его башня повернулась в сторону колонны героев. Прозвучал первый выстрел.
Снаряд пролетел мимо, Руслан совершал агрессивные манёвры, чтобы избежать взрыва, военные заняли позицию вдоль линии фронта перед Москвой-рекой, где были установлены пулемёты, а позади солдат находилась техника и артиллерия.
Ребята начали движение в другую сторону, в Трубную, которая была охвачена анархией. Танк продолжал движение, Руслан покинул БМП и бросился к танку, намереваясь совершить акт самопожертвования. Он запрыгнул на башню танка, откуда вылез военный, и завязался ближний бой.
Военный ударил Руслана в печень, но тот в ответ схватил его за шею и начал душить. Он сбросил военного с башни танка.
Затем Руслан взял гранату, выдернул чеку и бросил её в башню. Он мгновенно спрыгнул с башни и побежал к БМП.
Танк взорвался, охваченный пламенем, раздались крики военных. Руслан запрыгнул в БМП, и они начали движение, направляясь по Самотечной улице, рядом с Олимпийским шоссе. На дороге было пусто, дальше, по-видимому, военные не продвигались, что было вполне логично, поскольку дальше на севере ситуация была ещё хуже, там были коммунисты, фашисты и заражённые.
Колонна остановилась рядом с университетом на перевале, их целью теперь был Д6.
Глава 4: Красная Армия
Спойлеры: автор осуждает напоминания нацизма/фашизма. так же автор осуждает Насилие
12 дней спустя
Они идут по улицам Москвы, рядом с Олимпийским шоссе, пересекают Рождественскую улицу, Трубная недалеко. Солнце садится, туман, сирены, вой, стрельба – всё это охватывает Москву.
Сталкеры бродят по городу, сталкеры – термин, который теперь известен в Москве. Сталкеры посещают запретные зоны, ищут провиант, боеприпасы, еду – всё, что хорошо лежит. В основном они бродят дальше от центра, а самые рискованные – в центре.
Руслан идёт, держа автомат, на нём противогаз, бронежилет блестит на солнце, он закрывает луч солнца рукой. Игорь, держа автомат, топчет своими берцами по тротуару, остальные сзади идут строем. Рядом с Трубной началась перестрелка, Руслан оглянулся и сказал громко, обращаясь к своим товарищам: «Снова коммунисты», – попытался он пошутить. Игорь ему ответил, держа автомат наготове: «Там и сталкеры, видимо, дерутся за кусок хлеба». Они быстро прошли мимо, приближаясь к Трубной. Трубная – это станция обитания Анархии, половина – коммунисты, а Цветной бульвар – анархисты.
Ночь, холод, мрак, слышны вопли. Они зашли в Трубную, спустились к эскалаторам.
*Платформа станции Трубная, 12-й день пути.
Цель: перейти к Цветному бульвару, потом Алексеевская. Кто жив: Руслан, Соня, Коннор, Игорь. Мертвы: Артём и Паша.
Тишина. Даже эхо шагов давно исчезло в этой части мёртвой Москвы. Стены покрыты плесенью, неоновые огни моргают, словно сопротивляясь забвению.
Игорь шёл первым, его винтовка крепко лежала в руках, пальцы то и дело проверяли затвор. За ним, шаг в шаг, Коннор, высокий и молчаливый, чуть дальше – Руслан с Соней. Их осталось четверо. Ещё двое – Паша и Артём – погибли в стычке с заражёнными у станции Чеховская.
Москва стала чужой. Здесь больше не было власти, порядка, даже времени. Город, как организм, умирал медленно, но этот умер за считанные недели. Жизнь покинула улицы, остались только призраки и смерть. Метро – последний приют, последняя артерия, где ещё теплилась надежда. Люди – они и люди некто не хочет жить по одним правилам, все разделились на Государство или Общины. Метро – это Москва – 2.
– Слышу шум, – шепнул Коннор, остановившись у разбитой двери на переход к Цветному бульвару.
Соня приложила палец к губам, прислушалась. Звук – металлический скрежет, будто кто-то или что-то волочит по бетону тяжёлый предмет. Руслан поднёс к глазам самодельный бинокль, выглянув из-за угла.
– Там заражённый. Один. Ползёт, как будто ноги нет.
– Не шумим, обойдём, – коротко сказал Игорь.
Они медленно двинулись вперёд, стараясь не издавать ни звука. Пол вокруг был залит кровью и машинным маслом, словно в этом месте прошёл бой. У одного из поворотов они наткнулись на труп – в форменной куртке, на рукаве – знак военных. Но вместо помощи на теле остались только ожоги от кислотной крови заражённого.
– Значит, и военные уже здесь не ходят, – пробормотал Коннор.
– Да и хуй с ними! – сказал Игорь.
На станции Трубная ещё оставались следы жизни – разорванные палатки, мусор, брошенные костры. Здесь кто-то выживал, но ушёл недавно. Под платформой герои нашли скрытый вход в технический тоннель. Он вёл в обход основного пути и позволил избежать нескольких гнёзд заражённых.
– Мы теряем время, но живы, – напомнил Игорь, когда Руслан предложил вернуться к основному тоннелю.*
Цветной бульвар – заброшенное святилище.
Цветной бульвар встретил их странной атмосферой: жуткое спокойствие, как в музее, где экспонаты – человеческие страдания. Повсюду надписи, выцарапанные ножами, символы – звёзды, глаза, спирали. Казалось, что кто-то пытался предупредить или рассказать свою историю.
Один из коридоров был завален обломками. На стене рядом надпись: «Мы знали, но было поздно». Руслан, задумчиво осматривая её, произнёс:
– Думаешь, они про Д6?
– Или про то, что творится наверху, – ответила Соня.
В технической комнате нашли труп мужчины – рядом дневник. Из записей следовало, что он был техником, следившим за электросетью метро. Последняя запись:
«Слышал голоса. Не людей. Что-то зовёт из-под земли. Ухожу».
(Дневник №2 «Во Славу!)
Меня зовут Василий, я техник, не знаю, что меня тут держит… Я слышу плачи по трубам, я только что убежал, заражённые отовсюду лезут, единственный выход убежать к коммунистам, но мне плохо, мне кажется, что позади кто-то стоит, у меня паранойя?
(Остальной кусок оторван)
[Достоевская – оплот коммунистов]
Ребята шли по тоннелю, из Цветного бульвара они по техническому тоннелю перешли снова к 10 ветке и шли по прямому к Достоевскому, конец центра, район целой Анархии, что они слышали по тоннелю, это – плач у труб, есть миф, что в трубах иной мир погибших. Руслан не стал это проверять, он только отмахнулся. Ребята дальше шли по тоннелю, они видели плакаты коммунистов и разрушенные баррикады. Они дошли до границы, начало Достоевской.
Станция была обнесена баррикадами и колючей проволокой. Повсюду были лозунги, люди в красных повязках, вооружённые отряды. Порядок, но жестокий. Всех проходящих допрашивали, подозрительных – расстреливали.
Герои решили не идти напролом. Сначала через вентиляцию: они пошли в техническую комнату, где обслуживалась станция, Руслан открыл вентиляционный люк. Проник Коннор, позже они последовали за ним.
Их обнаружили – завязалась перестрелка. Использовали дымовые шашки, шумовые ловушки. Соня прикрыла Руслана, когда тот споткнулся. Коннор обезвредил одного из командиров. Коммунисты забили тревогу на станции, слышны крики – Враги! Тревога
Ребята делали отход
Уходили по аварийному выходу. В затылок дышал огонь, слышались приказы, бег. За ними послали погоню, но она отстала на станции Менделеевская.
[Путь к Марьиной Роще – железный лабиринт]
Сквозь разрушенные коридоры и боковые тоннели, герои шли к Марьиной Роще. Они прошли складские помещения, мёртвые ветки, наполненные крысами и зловонием. В одном месте нашли старую дизельную электростанцию – с ржавыми генераторами и поломанной техникой.
– Сюда бы руки техника, и мы бы освещали путь, – мечтательно сказал Руслан.
– Лучше бы пиво и рыбку, и я был бы подводной лодкой у Москвы – реки. – счастливо сказал Игорь
У станции Марьина Роща их ждали укрепления. Громкоговоритель вещал лозунги: «Слава народу! Смерть врагам!»
– Нужно обходить, – сказал Игорь. – Нас не примут.
И вот тут появился он – Валера. В грязной форме машиниста, с лицом, испачканным в мазуте.
Валера, он был машинистом электропоезда Московского метро. Его насильно схватили и заставили работать, он бежал с Охотного ряда, когда была буча среди заражённых. Валере предупредили, что идут ребята
– Видел вас, – сказал он. – Идёте к ВДНХ? Я помогу. Есть путь. Старый путь. Через депо.
Они пошли по старому пути.
Депо мрак и страх, кровь и резня.
Страх, страх? Людей стало окружать страх в Московском метро, самое страшное, что мог представить человек, это когда у тебя паранойя, каждый сталкер совершал суицид в тоннелях метро,
В Московском метрополитене воцарилась атмосфера страха, и это было самое страшное, что можно было себе представить. Валера был готов к этому, и их путь должен был привести их к Фонвизинской и Останкино. Это был самый опасный путь к Д6, но выбора не было – на поверхности их ждала смерть.
Марьяна Роща была окружена коммунистами, и их государство шло вплоть до Окружной. Коммунисты часто воевали с анархистами, но самой большой угрозой в Московском метрополитене были фашисты и монархисты.
Фашисты проходили от Новослободской до Петровско-Разумовской Серой линии. Во время волны эпидемии общины не вели бои, были лишь стычки. Но все хотели получить власть, и битва была неизбежна. Вопрос был только во времени.
Тем временем в Марьяной роще собралось командование по гражданской коалиции КПСС. Премьер-министр по московскому метро Зябликова обратился к Москвину.
– Москвин, может быть, ты? Ты его лучше знаешь, – сказал премьер-министр.
– Кто бы сомневался, – ответил Москвин.
Москвина соединили с генералом Рейн-рей Коалиции Петровско-Разумовской Чёрной линии.
– Приветствую, генерал Рейн-рей, – сказал Москвин.
– Погоди, – сказал Рейн-рей. – Москвин? Никогда не подумал бы, что ты заберёшься на такую должность. Поздравляю с повышением! – сказал Рейн-рей Москвину.
– Я хотел бы обойтись без любезностей, Рейн-рей. Нам нужно, чтобы вы поняли, что ваш шантаж ни к чему не приведёт. Через два часа прибудут коммунистические силы нашей линии и элитные оперативные группы, – грозно сказал Москвин.
Рейн-рей ответил с удивлением:
– Два часа? Довольно много. В прошлый раз штурм получения соседней станции Петровско-Разумовская длился порядка часа, и нам почти удалось совершить задуманное. Как думаете, Москвин, сможете ли вы нам помешать, когда до прибытия два часа, когда у нас втрое больше времени?
– Даже не сомневайся в этом, – ответил Москвин.
Рейн-рей предложил Москвину:
– Предлагаю вам последний шанс, либо вы капитулируете на наши условия, либо вся ваша линия будет заполнена нашими великими солдатами рейха! И уничтожим мы вас к чёртовой матери. А Петровско-Разумовскую мы заберём в любом случае.
Москвин ответил с насмешкой:
– Ха-ха! НЕ ПРЫГАЙ ВЫШЕ ГОЛОВЫ! Ты был и есть жадный диктатор.
Рейн-рей спросил:
– Что ты сказал? Война.
Началась осада, войска рейха начали атаковать границы станции, Марьяна Роща объявила о обороне.
Война, именно в те времена, когда люди голодны и безвыходны, они готовы вцепиться, война между красными и черными было эхо чего-то.
Также дальше Петровско-Разумовской был союзник черных, Оренштанд-Лэс. Они мучали людей, и даже черные так не издевались, как они, они создали газовые камеры и ядовитые пытки, Оренштанд было марионеточным союзным государством Рейха, у власти был бывший председатель рейха, его оттуда выгнали из-за попытки переворота рейха, председатель Райнхард был влиятельным человеком, и попытка его убить могло обернуть в хаос, тогда лично Рейн-Рей, генерал рейха, создал отдельную зону-государство, где будет находиться председатель и его солдаты, Райнхард был против, но ему некуда было деваться. Как тогда у красных не было союзников, в отличие от рейха, но они были втрое сильнее.
Москвин приказал развернуть на поле боя 35 дивизию красной армии, так и поступили, с двух станций шла беспрерывная атака.
В тем временем Руслан с Соней, Игорем, Коннором обсуждали план с Валерой, была проблема в том, что они не могут по-другому пройти, только по красной линии, а там шла война, и как быть? спросил себя Валера, Игорь придумал план, он сказал всем, и все на него посмотрели, он четко указывал пальцами на карту метро – А в чем проблема просто прям через линию фронта перескочить и там до депо? Там от депо рукой падать. Сказал Игорь,
Валера ему ответил грубым тоном
– Рукой? Рукой падать до твоего пустого мозга! Как мы сможем проехать на поезде, когда они на танках едут.
Ответил Валера, Руслан, перебив их спор, сказал
– А хули проблема-то, можем взять и просто на танке поехать! А там и до ДЕПО. Все посмотрели на него как на глупого, но Валера увидел в этом гениальную идею, он поддержал Руслана и сказал – Он прав, больше никак, и нас так не заметят, есть, конечно, один танк списанный, но восстановить можно, но нужен механик, а его мы сможем найти только на базаре.
Базар, базар называли так крупные станции, как Киевская, Савеловская, улица 1909 года. Либо же внутренние базары мелкие на своих станциях.
На Марьиной роще они разошлись по делам, Игорь должен был отыскать механика, Руслан – боеприпасы и медикаменты, Соня – исследовать путь обхода, а Коннор с Валерой должны были ждать их у перехода.
Тем временем Руслан блуждал по базару, в базаре были еда и своя свиноферма, оружие. Руслан наблюдал за всем, оглядываясь, он оглянулся наверх и увидел надпись наверху станции (бордель «Марьянка»). Руслан, ухмыляясь, сказал про себя
– Почему бы и нет?
Сказав, он пошел по лестнице, там он увидел проституток, в метро их не называли и в принципе никак, к нему подошла девушка обнаженная, приближаясь, она прижалась и сказала нежным голосом
– Сладкий, 5 патронов и V.I.P танец.
Она повела его, Руслан, подумав, решил согласиться, но когда проходили военные Красной армии, Руслан резко сам затащил ее в комнату, чтобы не попадаться на глазах, тогда Красная армия была осведомлена о них и нелегальном прибытии, Руслан присел на кресло и снял ремень и чутка опустив штаны, обнаженная девушка начала эротический танец и, прижимаясь к нему, она делала нежные и четкие движение своих изгибов, и даже целовав его в эротических зонах.
Тем временем Игорь, проходя по станции, ища техника, не заметил Руслана, как же пропал? Они же по факту недалеко были, мог Игорь и дальше думать, пока он не увидел бордель, он начал подниматься вверх, одновременно смеясь, он присел в общий зал танцев и смотрел на танец обнаженной девушки, рядом также сидели жители/гости станции Марьиной роще.
Тем временем Соня шла по станции, также ища карты обхода, и она также заметила, что никого нету, где же они? Могла так думать, но она решила пропустить мимо ушей и дальше идти, тем временем Руслан уже развлекался и тратил патроны как ветер, и обнаженная девушка предложила интимный характер взамен на 40 патронов, Руслан отказался, танец закончился, Руслан ушел, заплатив ей 5 патронов. Он пошел через другой выход к базару.
Руслан тогда шёл, задумываясь, а правильно ли он сделал? Изменил же, но поздно, Руслан как мог быстрым темпом уходил, тогда у выхода базара 2 выхода стояли коммунисты, они тщательно проверяли всех сограждан метрополитена, Руслан развернулся, ополченец перешагнул перила и подошёл к Руслану, тот сказал громко и чётко, целясь автоматом АК-47А:
«Документы! Кто таков? Почему на тебе нету ленты коммунистической?»
К ополченцу подошёл комбат роты охраны, тот крикнул:
«Что за дела? Почему в гражданских целишься?»
Ополченец крикнул:
«Никак нет, комбат! Он лазутчик! Пытался удрать».
Руслан, понимая, что его убьют прям сейчас, он достал Макаров с заднего кармана и открыл огонь по комбату и ополченцу, они упали оба, другой ополченец объявил тревогу, Руслан рванул к выходу со всех ног, он бежал по станции как угорелый, солдаты открывали огонь по нему, Руслан забежал за угол, за углом было общежитие работников военного комплекса в тех. помещении за станцией, Механик, распахнув дверь, взял за шкирку Руслана и спрятал у себя, Механик дал знак ему заткнуться, в коридоре бежал отряд красных.
«Затихло?» – сказал механик, он открыл рот Руслану, механик, перебив Руслана, который не успел даже рот открыть:
«Я знаю о вас, ты чокнутый псих! Убить комбата! Сейчас такой кипиш будет, чёрт ты, а не Руслан, тьфу! Сейчас быстро переодеваешься».
Руслан, не успев сказать, кивнул, пошёл одеваться. Тем временем Игорь ушёл с базара, он шёл по центральному залу станции, станция была оборудована от «Тифани», для метро-государств это невозможно было, они были дорогими и их негде не достать, коммунисты этим и прославились чистотой, в отличие от Рейха, там хуже были станции, или же от Конфедерации «Бабушкинская».
У центрального зала стояли арки, блестели! В конце зала выступал Москвин, а в начале зала, где уже туннель, выступал агитационная пропаганда, Москвин чётко кричал, поднимая левую руку, над Москвиной весили флаг метро-государство Советский союз, Москвин кричал речь народа:
«Послушайте меня! Враги наступают в наше сердце станции, мы обязаны дать отпор, Священная Война!
Друзья, братья и сестры!
Настал час, когда тишина разорвана громом правды, когда каждый из нас должен сделать выбор – не между миром и войной, но между рабством и свободой, между позором и честью!
Сегодня начинается Священная Война – не ради крови и разрушения, но ради справедливости, ради будущего, которое у нас пытались украсть. Это битва не только мечей и щитов, но духа и воли!
Наш враг силён, но наша правда – сильнее. Они имеют доспехи и стяги, но у нас есть вера, которая сокрушает горы. Они имеют страх и ненависть, но