Хакеры. Полный Root
Часть 1 – ИСХОДНИКИ
Любое сходство героев романа с реальными людьми и виртуальными персонажами считать писательским вымыслом и читательским домыслом.
1
Тёлка была что надо. Высокая, с роскошными черными волосами и не менее роскошной фигурой. Лет тридцать – как говорит Тяпа, самый сочный возраст. И в глазах ничем не прикрытое желание.
Ринат взял ее за руку и притянул к себе. Имени её он не знал, но особых переживаний по этому поводу не испытывал. Рука легла ей на спину и стала медленно опускаться вниз.
Какая нежная кожа. И вся аж дрожит от каждого прикосновения. Она хочет его.
Это будет супер!
– Ринат… – прошептала она, касаясь губами его шеи.
«Откуда, интересно, она знает, как меня зовут», – мелькнула мысль. Мелькнула – и погасла.
– Ринат… – повторила она чуть громче.
Рука уже почти дошла до того места, где меняются ощущения, когда девушка неожиданно закричала ему прямо в ухо:
– Ринат! Вставай!
Закричала – и растаяла в воздухе, вышвырнув Рината из сна на скомканную постель в неубранной комнате.
С трудом открыв глаза, Ринат, к своему неудовольствию, обнаружил, что, во-первых, это был всего лишь сон, а во-вторых, что во сне он гладил собственную ляжку.
Стоило ему повернуть голову, как динамик рявкнул снова:
– Ринат! Вставай!
Ринат выругался и стал шарить по постели в поисках пульта с регулятором громкости. Одновременно его еще не до конца проснувшийся мозг пытался отыскать в недрах сознания причину, по которой сегодня надо было вставать в такую рань. Можно, конечно, сделать проще – посмотреть на монитор и прочитать – но для этого надо встать, а вставать Ринату категорически не хотелось.
Пульт упорно не находился, и после очередного крика из динамиков Ринат резким движением сбросил ноги на пол и уселся на кровати. Помотал головой, прогоняя остатки сна, а затем подошел к монитору и толкнул мышку, сбрасывая скринсэйвер.
«10.30, м. Чист. Пр. „Ста. Комп.“ собес. паспорт, диплом, одежда».
Около минуты Ринат рассматривал горящий алым цветом лист ежедневника и пытался, как говорит Ворм, «отдуплиться». Cегодня где-то возле метро «Чистые Пруды» его ждут к половине одиннадцатого на собеседование. Но что за фирма, с кем он договаривался и, главное, зачем – вспомнить не мог.
Запись была сделана почти две недели назад. Довольно большой срок для памяти такого разгильдяя, как Ринат, чтобы вспомнить, с чего бы он решил занести этот бред в ежедневник. Причем, скорее всего, занёс после очередной клановой сходки, – следовательно, вспомнить вообще не было никакой возможности.
Из ступора вывел еще один истошный вопль компьютера. Отключив ежедневник, Ринат подгрузил чат-менеджер, поморщился от кучи высыпавшихся сообщений и, оставив их непрочитанными, направился в ванную.
Пролежав в теплой воде с полчаса и придя в себя, наконец, уселся за компьютер.
«Привет, как дела?»
«Прива, тут?»
«Хай, есть несколько минут?»
Одно за другим Ринат открывал и закрывал ненужные ему сообщения, которые наскидывали за ночь сетевые знакомые. Общаться ни с кем не хотелось, помогать кому-то в чем-то – тоже: достала уже эта тупая возня с просьбами «написать несложный скрипт», «потестить одну простую программку», «взглянуть на одну интересную программку» и тому подобное. Из-за этих сетевых знакомых и приходилось постоянно находился в инвизибле.
Очередное сообщение, уже без всяких приветствий. Четыре ссылки, отправитель – 2FED. Никаких пояснений. Мол, посмотри, сделай выводы, а потом выскажись.
ТуФед если и выходил первым на связь, то только по делу – ссылок на хохмы и интеллектуальное порно не скидывал. Не его стиль – если это можно было назвать стилем. В любом случае, ссылки, которые он скидывает, смотреть надо всегда.
Ринат открыл все четыре.
Первые две оказались статьями из российских новостных лент. В одной говорилось об облаве на группу хакеров и аресте нескольких членов известной международной группировки White Wolfs, причем во время инцидента один из хакеров оказал сопротивление и был убит. В другой – о перестрелке в московском клубе «Сталкер», в результате которой погибли несколько постоянных посетителей клуба.
Третья ссылка тоже вела на новостную ленту – но уже украинскую. Этой ночью возле поселка Стрижавка под Винницей, были задержаны несколько российских и украинских граждан при попытке проникнуть в здание какой-то клиники. При задержании они оказали вооруженное сопротивление, один из нападавших был тяжело ранен и скончался по дороге в больницу. Остальные сейчас находились в следственном изоляторе Винницы.
Четвертая ссылка вела на закрытую страничку одного из левых сайтов ТуФеда, где красовался скриншот переговоров Волков и Сталкеров. Совершенно не удивившись тому, что ТуФед добрался до приватки двух влиятельных хакерских кланов, Ринат с интересом начал читать скриншот. Из коротких переговоров явствовало, что оба клана взяли на себя заказ по выполнению так называемого «открытого контракта» с какой-то уж очень большой суммой оплаты. Видимо, вознаграждение было действительно солидным, потому что сразу после арестов и убийств оба клана получили по очень крупной сумме «за старания и в надежде на то, что трудности их не остановят». Не было ясно, отступят ли оба клана или повторят попытку, но Ринату показалось, что они не горят желанием продолжить выполнение контракта.
Ринат дочитал тексты, почесал затылок и открыл окно связи с ТуФедом.
«Тут?»
Ответ был быстрым и кратким.
«Скай».
Ринат обреченно вздохнул и стал загружать Скай – приватный канал связи, который недавно ввел в употребление ТуФед, мотивируя это соблюдением секретности. Скай мессенджер внешне мало чем отличался от аськи – лично Ринат видел отличие только в жутких лагах, тормознутости и нескольких новых фичах, которые сам считал довольно неудобными. Впрочем, с ТуФедом спорить было бесполезно – в их команде рулил он, и, надо было признать, небезосновательно.
«Я прочитал» – отбил Ринат ТуФеду.
ТуФед ничего не ответил, и через несколько минут Ринат отправил новое послание.
«Что за контракт, от кого?»
«Хз» – сразу же признался ТуФед в отсутствии информации.
«Спроси у Волков или у Сталкеров» – посоветовал или попросил Ринат.
«Спрашивал. Молчат» – отозвался ТуФед.
Ринат усмехнулся.
«Есть еще какая-нибудь инфа?»
Несколько минут ТуФед молчал, потом все-таки ответил:
«Сумма контракта – пять кк в битбаксах.».
На этот раз замолчал Ринат. Пристально смотрел на две строчки в окошке Ская и глубоко затягивался сигаретой.
Пять миллионов. Ни одному хакеру, ни одному клану не платили такие деньги по открытому контракту. Сумма в этой ситуации настолько нереальная, что кажется розыгрышем. Или подставой.
Руки потянулись к клавиатуре.
«Джет?»
«Нет» – коротко ответил ТуФед.
«Чуйка, что он».
«Нет» – повторил ТуФед.
Ринат чертыхнулся. Спрашивать у него, откуда такая уверенность, бесполезно. Если бы хотел – ответил бы. Задавать вопрос, на который заведомо не получишь ответа, не было никакого желания.
«Ты сам что думаешь?»– спросил Ринат.
На этот раз пауза была довольно долгой.
«Думаю» – наконец ответил ТуФед.
– Угу… думаю… – пробормотал Ринат, поднялся с места и направился на кухню. – Ну думай, думай.
Едва открыл холодильник, как, привлеченный звуком открываемой двери, в кухню влетел Ромеро.
Влетел – и, проскользнув между ногами хозяина, сразу же полез изучать содержимое нижних полок холодильника.
– А ну брысь! – прикрикнул на кота Ринат, но, видимо, недостаточно строго, потому что нахальный кот на это совершенно никак не прореагировал и даже умудрился подцепить лапой кулек с куском сыра.
Ринат нагнулся было, чтобы схватить кота за шкирку, но его отвлек противный пиликающий сигнал из динамика, обозначавший, что пришло новое сообщение по cкаю. Ромеро, воспользовавшись секундной задержкой, вцепился в кулек зубами и шмыгнул вон из кухни, едва не опрокинув миску с лежащим в ней со вчерашнего дня «Китикетом». Уже привыкший к выходкам питомца Ринат лишь чертыхнулся ему вслед, взял банку колы и пошел обратно к монитору.
«Через два часа все онлайн. Без исключений»
Сообщение пришло через общую рассылку всему клану. Значит, все-таки ТуФед заинтересовался открытым контрактом и хочет с ним завязаться. Либо убедиться, что делать этого не стоит.
10
Вместе они работали уже около двух лет. Кто-то пришел раньше, кто-то позже… на самом деле среди них уже давно не было деления на новичков и старую гвардию. Два года – вполне достаточный срок для того, чтобы стерлись различия в полтора-два месяца. Особенно в Сети.
Ринат был последним, кого приняли Тёмные Души. Когда-то его звали и в другие кланы, но в то время Ринат был уверен, что сможет работать один, независимо, рассчитывая только на самого себя. Прекрасное было желание, однако в последние годы реализовывать его стало все труднее и труднее – заказчики хотели, чтобы на них работали лучшие из лучших, а в одиночку трудно противостоять целому клану. Именно противостоять: нередки были ситуации, когда Ринат, принимая заказ на взлом, узнавал, что защитой сервера занимаются Сталкеры, безбашенные отморозки, которые вполне могли вычислить хакера-одиночку, а потом, в зависимости от настроения, либо напихать в комп Рината каких-нибудь модных вирусов, либо всадить пулю в голову прямо в подъезде.
Приходилось лавировать, юлить перед заказчиком и перед Сталкерами, делиться с Волками, тянуть время… все это сказывалось на репутации. И от Сталкеров, и от Волков поступали приглашения занять достойное место в их рядах, однако Ринат знал, чем придется платить за вхождение в такой клан, и вежливо отнекивался, мотивируя отказы тем, что собирается завязать. Он и вправду подумывал о том, чтобы завязать, пока не столкнулся с ТуФедом, а если быть точнее, сначала с Вормом.
WWWorm, Ворм, «червяк клана», двадцатилетний недоучившийся студент и фанат всего, что связано с мотоциклами, в один прекрасный день обнаружил, что его червь, запущенный на российский сервер «Сузуки», перестал отсылать ему внутреннюю информацию о предстоящих акциях и ивентах. Информацию не столь секретную, чтобы сожалеть, но дающую Ворму возможность «пылить» перед своими дружками-байкерами, рассказывая о том, что должно было появиться в свободном доступе как минимум через месяц.
Ворм влез на сервер, порылся в нем и понял, что виной всему не тупые программисты компании, а некий сторонний хакер, нанятый для разового тестирования защитных программ. Ворм повозился денек – и вычислил умельца, после чего представился и сообщил, что ловить здесь нечего и его, Ворма, червь будет работать, как и раньше, если хакер не хочет неприятностей.
Хакер, видимо, хотел неприятностей, потому что в ответ просто послал Ворма на три буквы, после чего попытался атаковать его компьютер.
Ворм тогда не знал, что атакует его пьяный вдупель Ринат, которому осточертело ложиться под каждый клан, в очередной раз терять и клиента, и заработок, и репутацию.
Ринат, в свою очередь, не знал, что с кланом Dark Souls связано много историй и слухов, что с ТуФедом, главой клана, считаются и Волки, и Сталкеры. В меру своих интересов, конечно, – но ведь считаются.
А еще Ринат не знал о том, что защиту на компе Ворма писал ТуФед, поэтому он и представить не мог изумление Ворма, увидевшего, как скрипт Рината уничтожил защитные программы его компьютера, отдав привилегии админа более удачливому пользователю.
Через несколько минут на помощь Ворму в сетевой бой влезла Лилу, а еще через полчаса – сам ТуФед.
К этому времени Ринат уже достаточно протрезвел, чтобы понять, что ему противостоит не какой-то одиночка. И когда ТуФед неожиданно предложил ему закончить поединок и обсудить все в реальности за кружкой пива, он сначала не поверил своим глазам.
Ринат согласился. Так он познакомился с дерзкой и вспыльчивой Лилу, флегматичным байкером Вормом, вечно что-то рассказывающим Илюхой, самоуверенным ловеласом со странным ником Тфяпгд, которого все звали просто Тяпой. А позже, через недельку, знакомство с кланом завершилось знакомством с молчаливой и грустной Кедой, жившей в Белоруссии, и которую Ринат почему-то всегда побаивался.
В списке его оффлайновых знакомств не оказалось лишь ТуФеда. Главу клана никто не видел в реале, и главное не это – а то, что случай с Ринатом был необычный. Обычно после подобных стычек клан крепко наказывал наглеца, а в этот раз ТуФед неожиданно пригласил недавнего противника в свои ряды.
Уже много позже Ринат вспомнил, как он получил заказ на «Сузуки», потом – свои прежние ощущения, когда ему казалось, что за ним кто-то постоянно следит, но следит мастерски, не оставляя следов в логах… вспомнил, скомпоновал все свои догадки и наблюдения, после чего отослал это ТуФеду. В ответ он получил знаменитое туфедовское «Эээ…», которое можно было понимать как угодно, – если эта фраза прозвучала, значит, больше информации по вопросу от ТуФеда не будет.
Клан DarkSouls, или Тёмные души, занимался тем же самым, что и Волки, Сталкеры и еще огромное множество кланов, обществ, ассоциаций и прочих объединений сетевого народа. Получали деньги за написание защитных систем, потом получали деньги за взлом этих же или сходных защитных систем, потом платили деньги за то, чтобы не получить срок, взятки, адвокаты, снова что-то писали и продавали…
В последнее время денег едва хватало, чтобы прокормить себя, одеться да обуться, поэтому члены клана вели и другой образ жизни – законопослушный, позволяющий заработать еще что-то.
За два года всякое случалось. Были крупные куши, позволявшие устраивать вечеринки в элитных клубах. Такие заказы прилетали в основном от корпораций, направленные против их коллег-конкурентов. Были проблемы, когда приходилось влезать в долги, чтобы откупиться от оперов Сетевой полиции.
Один раз денег не хватило. Точнее, деньги были, только информация о взломе почтового сервера попала почему-то сразу на стол Джета, начальника сетевиков, который люто ненавидел хакеров и не дал спустить дело на тормозах. Торик, один из членов Dark Souls, получил пятнадцать за сетевое первой степени. Его отправили в Райсу – и вытащить его из тюрьмы досрочно уже не представлялось никакой возможности.
Всяко бывало. И открытые контракты – не такое уж и редкое явление. Условия подобного договора просты – кто первый выполнит работу, тот и получит указанную сумму, уже переведённую на счёт гаранта. Своеобразный аукцион, где платят, тратя свое время и способности, все – а получает один.
Но открытый контракт на пять миллионов. И уже куча трупов и арестов.
Впрочем, трупы и аресты Рината не смущали. В конце концов все они уже несколько лет занимаются тем, что идут по узенькой тропинке, с одной стороны которой смерть, с другой – неволя. Надо только не оступиться.
Ринат был уверен, что долго размышлять над тем, браться клану за открытый контракт или нет, не придется. Мнение будет единогласным.
11
Спортивный костюм, кроссовки – одевшись, Ринат подошел к двери.
– Ромеро! – крикнул он. – Ромеро, гулять пойдешь?
На слово «гулять» кот реагировал так же, как и на открывающуюся дверь холодильника. Уже через секунду стоял возле хозяина – пару раз потерся спиной о ноги, а потом нетерпеливо мяукнул.
– Что, пришла весна? – пробурчал Ринат, открывая дверь. – Смотри, гад, кастрирую!
Последнюю фразу он бросил коту уже вдогонку, и Ромеро не обратил на нее никакого внимания. То ли он не знал, что такое кастрация, то ли знал, но понимал, что все эти угрозы не более чем пустой звук – только хвост мелькнул внизу лестничного пролета.
Захлопнув дверь, Ринат стал спускаться по лестнице вслед за котом. В отличие от питомца Ринат преследовал более обыденные цели – зайти в соседний магазин и купить чего-нибудь поесть, себе и наглому рыжему коту, который терпеть не мог кошачью еду и жрал только то, что употребляет его хозяин.
Солнце ослепило. Ринат прикрыл глаза, пожалев, что не взял темные очки. Когда он в последний раз видел дневной свет? Давно. Последнее время все его передвижения происходили вечером или скорее даже ночью.
Магазин в нескольких минутах ходьбы от дома. Купил минералки, сока, каких-то мясных консервов и колбасы, прихватил упаковку пива и побрел обратно домой.
Желание подышать свежим воздухом возникло уже перед самым подъездом. Ринат уселся на скамейку под раскидистым тополем, открыл бутылку пива, сделал несколько глотков.
Легкий прохладный ветерок обдувал лицо. Солнце еще не успело прогреть землю, и не было пока той ненавистной Ринату жары. Свежий воздух, бутылка холодного пива – как мало надо для того, чтобы почувствовать себя счастливым.
– Хорошая погодка, не правда ли?
В голосе звучал легкий, едва заметный прибалтийский акцент.
Ринат повернулся. Рядом с ним на лавочке сидел невесть откуда взявшийся щуплый старичок в старомодном костюме и мягкой фетровой шляпе.
Старичок вежливо приподнял шляпу и насмешливо произнес:
– Простите за беспокойство. Вероятно, я помешал вам размышлять о чем-то важном… но я хотел задать вам пару вопросов.
На сумасшедшего он никак не тянул – в глазах его светились веселые искорки и похож он был скорее на юмориста из телешоу, от которого в любой момент можно ожидать какой-нибудь хохмы.
– О чем? – довольно невежливо спросил Ринат. Старичок вроде бы смутился.
– Видите ли… я в некотором роде исследователь. Занимаюсь изучением Сети, ее влиянием на молодежь… ведь уже не секрет, что для большинства современной молодежи Сеть стала домом, работой, местом отдыха… можно сказать, даже семьей. Ты же хакер, верно?
Все слова, которые сказал старичок, произнесены были одним и тем же тоном – дружелюбным, вежливым… Даже переход на «ты» получился незаметным.
Только вот последний вопрос не в кассу.
Ринат, который как раз в этот момент делал глоток, чуть не поперхнулся. Глаза сразу же обежали весь безлюдный двор и только потом с подозрением уставились на старичка, который продолжал сидеть и смущенно улыбаться.
Назвать человека хакером – это не оскорбление. Это обвинение. Это хуже, чем обвинить в государственной измене. Много хуже. Потому что от измены отмазаться можно – достаточно лишь хорошего адвоката и берущего прокурора. Сетевое преступление – куда более серьезный проступок. У него нет срока давности, за каждым процессом хакеров наблюдает куча различных комитетов…
А еще есть Джет.
– С чего вы взяли, что я хакер? Вы ошибаетесь. – Ринат даже попробовал улыбнуться, но улыбка вышла какая-то задавленная.
– Не ошибаюсь, – старичок игриво и непринужденно отмахнулся. – Торик не стал бы работать с ламером, да и троянцев он писать толком не умеет. А ты умеешь.
– Какой Торик? – Ринат облизал губы, а пальцы автоматически перехватили поудобнее пивную бутылку.
«Он знает… про Торика… про взлом государственного сервера… А там если копнуть дальше…
Первая степень в группе. От пятнадцати до бесконечности. Без амнистии, без права переписки.
Валить. Валить отсюда. Даже домой не заходить. Все бросить и уходить. Такси. На вокзал. И на юг. Документы, блин! Хрен с ними, с документами. Или заскочить домой, документы, деньги, через крышу.
Кто этот старик, откуда он взялся? И чего он хочет? Как от него избавиться?»
Паника. Отчаянная паника, нарастающая с каждой секундой.
– Ты и у ТуФеда на хорошем счету, да? На прошлой неделе хорошо сработали, практически никаких следов… – Старичок подмигнул, и в это мгновение перед мысленным взором Рината промелькнули все его самые страшные кошмары.
Камера с сырыми бетонными стенами, улыбающееся лицо Джета, самолично колющему подозреваемому психотропы, Райса – безумная тюрьма, где сидят вперемешку психопаты, убийцы, насильники и хакеры…
А в следующее мгновение Ринат, размахнувшись, со всей силы ударил старика донышком бутылки. В голову, вырубить, и бежать.
Казалось, что ударил.
Бутылка замерла в нескольких сантиметрах от виска. Рука не двигалась – просто потому, что не могла двигаться, словно зажатая в тиски.
А старичок, не меняя позы и не делая ни единого движения, продолжал смотреть на Рината и мило улыбаться.
Остатки пива вытекли из горлышка и залили руку Рината. Он чувствовал липкую влагу, он чувствовал, как руку обдувает ветер, – но пошевелить рукой не мог.
– Молодец, резкий, – похвалил его старичок.
Его тон подействовал на Рината успокаивающе.
– Что вам нужно? – спросил он, пытаясь спасти руку из невидимого захвата. Он даже пальцы не мог разжать, чтобы выпустить бутылку.
– Поговорить. Можно на ты. Ты готов?
Вариантов особо не было. Ринат кивнул головой.
Старичок напрягся, стал смотреть на руку с бутылкой. Пару секунд ничего не происходило. Тогда старичок произнёс:
– Тень! Отпусти,
Невидимая сила, державшая руку, исчезла.
– Убери стекло, – посоветовал старичок. – И сиди смирно. Я еще пока плохо научился управлять этой штукой. А твой труп мне не нужен.
Ринат бросил бутылку в кусты. Осторожно спросил:
– Ты не сетевик? Не на Джета работаешь?
– Нет, – старик презрительно цыкнул языком. – К этому мудаку я не имею никакого отношения.
Последняя фраза слегка повеселила Рината. В той мере, в какой хорошее выражение может порадовать человека, попавшего в капкан.
– Ладно. О чём будем говорить?
– Сегодня утром ТуФед рассказал тебе про контракт на пять миллионов бит-долларов. Вы пока не знаете, о каком деле идет речь, и кто разместил заказ. Но вы знаете, что случилось с теми, кто попытался его выполнить. И у вас будет клановый сходняк, или совет, примерно через час. К этому времени ТуФед выяснит, что есть несколько гарантов оплаты, и что вам надо взломать клинику для душевнобольных, которая на самом деле является секретной лабораторией. И вы будете решать, браться вам за этот контракт, или ну его в бан.
Старичок замолчал, прикрыл глаза и глубоко вдохнул воздух, блаженно щурясь.
Он казался таким беспомощным…
И он знал, о чем они беседовали с ТуФедом сегодня утром. Он знал внутриклановый слэнг. Он вообще очень много знал.
– И что, нам стоит браться? – спросил Ринат. – Или ну в бан?
– Я дам тебе нужную информацию, – сказал старичок, не открывая глаз. – Очень нужную… Я даже дам тебе нечто более ценное. Я дам тебе несколько советов. Взамен я хочу получить немного.
– Долю от пяти миллионов? – предположил Ринат.
– Деньги мне не нужны. Всё, что получите от заказчика – ваше сполна.
– А кто заказчик? – спросил Ринат.
– Это тебе через… – старик посмотрел на часы, – …через час расскажет ТуФед, после чего ты поделишься со своими друзьями той информацией, которую дам тебе я. И убедишь их принять участие. Только не рассказывай им обо мне, придумай что-нибудь про собственные связи. Про обман я узнаю, а ссориться с тобой мне бы не хотелось.
– Что тебе нужно?
– То же, чего хочет ваш заказчик.
– И чего он хочет?
– Узнаешь, когда придёт время. – Старичок поморщился. – Ты нетерпелив. Необычная характеристика для хакера, как мне кажется. Ну да не важно.
Старик полез во внутренний карман пиджака и вытащил оттуда небольшой ди-диск.
– Здесь данные по серверу, которые тебе не сможет дать заказчик. Это поможет сэкономить время, что в нашем случае немаловажно. А теперь запомни – во-первых, сразу можешь оставить затею, которая позавчера взбрела в голову Энчу, – не стоит пытаться проникнуть на объект физически. Поверь, это невозможно и бесполезно. Даже для меня. Во-вторых, работать придется командой, но чем меньше человек, тем лучше. Не привлекайте людей со стороны, только свои и проверенные. И в-третьих: забудь о рациональности того, что происходит вокруг тебя. Верь тому, что ты видишь, а не тому, что ты знаешь. Понял?
Ринат протянул руку, взял диск, секунду смотрел на него, потом крутанул между пальцами – и диск куда-то исчез.
– Молодец, ловкий, – похвалил его старик. – Я найду тебя через пару дней, продолжим разговор. Тень, скрой.
На этот раз Ринату показалось, будто он что-то увидел. Словно некий прозрачный силуэт отделился от старика, раскинул широкие объятия и обхватил его. В следующее мгновение место рядом с Ринатом было пусто.
За спиной послышался шорох, парень развернулся – никого и ничего.
– Вы здесь? Эй!
Тишина была ему ответом.
Несколько минут он молча сидел на скамейке, затем поднял ладонь и пошевелил пальцами. В руке снова появился тот диск, что дал ему странный старик. Диск тоже был необычным – со всех сторон одинаково матовая поверхность, казалось, не отражала, а поглощала солнечные лучи. Повертев его в руке, парень спрятал в карман. После этого поднялся, взял пакет с продуктами и спокойно пошел к своему подъезду.
Но спокойствие было только внешним.
100
Он чем-то напоминал менеджера верхнего звена: крепкий, уверенный в себе мужчина лет тридцати пяти, в сшитом на заказ дорогом костюме, в очках с обычными стеклами и золотой оправой свободно сидел в удобном кожаном кресле, закинув ногу на ногу, и постукивал по столу стилусом от планшета. На лице его играла легкая улыбка, да и само лицо источало флюиды добра и приязни – а поэтому казалось совершенно непонятным, с чего бы это стоящий перед мужчиной человек в форме подполковника Сетевой полиции нервно сплетал из пальцев какие-то безумные узоры и беспрестанно облизывал пересохшие губы.
«Менеджера» в очках звали Джет – он уже несколько лет возглавлял Центральное отделение Сетевой полиции. И нервозность, одолевшая его подчиненного, хоть и не вязалась с добродушным выражением лица Джета, но была вполне оправданна.
– Ты хорошо поработал, Борис. Очень хорошо. – Джет улыбнулся, и подполковник несмело улыбнулся в ответ. – Даже слишком.
Хозяин кабинета крутнулся на кресле и встал с места, направляясь к окну. Борис переступил с ноги на ногу и продолжал настороженно следить за своим шефом.
– Давно мы не щучили этих ублюдков, да?
– Да, – попытался сказать Борис, но из его рта вырвался лишь какой-то хриплый клекот.
Джет остановился возле окна и посмотрел вниз с пятидесятиметровой высоты, постукивая стилусом о подоконник.
Крупные точки – машины. Точки чуть поменьше – люди. Все куда-то спешили, сновали, суетились.
Город жил своей жизнью, и ему по большому счету было наплевать на то, что происходило здесь, на восемнадцатом этаже Управления сетевой безопасности, в кабинете начальника Центрального отделения.
– Я изучил твоё личное дело. Мне нравится твой подход, – произнес Джет, глядя вниз. – Вчерашний случай тому лучшее подтверждение. Я хотел бы, чтобы ты перешел в центральный офис. И возглавил управление международного кибертерроризма. Что скажешь?
Казалось, Борис ожидал чего угодно, но только не этого. Он открыл рот, издал какой-то невнятный звук и оторопело замолчал.
– Что ты говоришь? – Джет даже не повернулся в его сторону.
– Я… это так неожиданно, командор Джет.
– Ты хочешь работать лично со мной?
– Да, конечно! – воскликнул Борис и тут же, словно одернув себя за несдержанность, спокойнее добавил: – Для меня это большая честь, командор Джет.
– Ну что ты… это для всех нас большая честь, Борис. Ты ведь один из лучших наших силовиков. Опыт работы оперативником. Опыт работы руководителем.
Некоторые точки двигались медленно, некоторые быстро, какие-то замедляли движение и останавливались, какие-то, наоборот, стояли-стояли – и вдруг приходили в движение… Все было таким мутным и нереальным, что хотелось подкрутить невидимое колесико и сфокусировать изображение.
Джет расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и вытащил небольшой пузырек, прикрепленный к тонкой золотой цепочке. Открутил крышку и насыпал на тыльную сторону руки небольшую горку белого порошка.
Мир приобрел совершенно другие краски. Казалось, теперь отсюда, с расстояния в пятьдесят метров, стали четче видны детали каждой точки, каждой фигурки, двигающейся внизу.
– Тебя не смущает? – поинтересовался Джет, подняв руку со следами порошка. И наблюдая за синей машиной, кажется, спортивной «хондой».
– Нет, командор. У каждого есть свои слабости, и у меня нет права судить вас.
– Да, ты верно заметил, – произнес Джет. – У каждого свои слабости… лишь бы они не мешали делу, так, Борис?
– Так точно, командор, – отчеканил Борис.
«Хонда» скрылась за поворотом, и теперь объектом наблюдения стал белый «ниссан» с небольшой вмятиной на боку, за рулем которого сидела молодая длинноногая блондинка.
– Скажи мне, Борис. Когда ты шёл сюда, ты же не знал, что я предложу тебе перевод. Что ты думал, для чего я вызвал тебя?
Борис смутился. Повисла пауза.
– Сказать по правде, командор, я думал, что получу выговор за то, что вовремя не сдал рапорт в аналитический отдел. Знаю, есть приказ для всех ведомств, сдавать рапорты сразу…
– Я издал этот приказ. – напомнил Джет. – Полгода назад.
– Виноват. Я задержался на час, потому что встретил одну знакомую, которую давно не видел. Поговорили, выпили кофе … Такого больше не повторится, командор.
– Да, да, конечно… я понимаю. – Джет проследил за «ниссаном» и перевел взгляд на мальчика с пуделем, стоящего на автобусной остановке. – Мой приказ считают формальностью, и пишут рапорты задним числом. Кому-то лень сразу составить рапорт. А кто-то забывает. Мало кто в отделах исполняет мой приказ. А он для того, чтобы выявить фальсификаторов. Тех, кому нужно время, чтобы состыковать детали. И потом составить безупречный, но лживый рапорт.
И пудель, и мальчик беспрестанно вертели головами, а пудель еще и вилял хвостом. На ошейнике пса была какая-то гравировка, но надо было очень внимательно присмотреться, чтобы прочесть ее.
Глюки вперемешку с фантазиями. И ведь он знал это. Знал, что не видит ни гравировки, ни пуделя, ни вмятины на «ниссане», да и «ниссан» ли это?
И все же так хотелось прочитать надпись на ошейнике.
– Твоя знакомая рассказала тебе о том, чем занимается она, ты рассказал ей, чем занимаешься ты… а потом твоя знакомая назвала тебе пин-код от анонимного счета, на который некий Энч перевел некую сумму. Интересно, за что? Неужели за то, что во время задержания был убит один из Волков? Именно тот, с которого можно было слить какую-нибудь информацию, а не те лохи, которых приняли в клан как шестерок и пушечное мясо. Нет, я так не думаю, Борис. Не будет же Энч платить за гибель своих людей? А ты что думаешь?
Борис бросился на Джета, видя лишь его спину и окно. Окно восемнадцатого этажа.
Борис только начал движение, а Джет уже шагнул в сторону, приседая на одну ногу и выбрасывая ему навстречу сжатый кулак со стилусом между пальцев. Удар в живот заставил Бориса согнуться, а Джет уже обхватил его ноги и резко выпрямился, толкая тело продажного полицейского в сторону окна.
Звон стекла – Борис успел схватиться руками за подоконник, но Джет уже перекинул его ноги и с силой швырнул его тело вперед.
Руки Бориса соскользнули, цепляясь за торчащие осколки разбитого стекла и оставляя на них кровавые следы. Несколько секунд был слышен его крик, потом глухой, еле различимый удар тела о мостовую – и тишина.
Джет перегнулся через подоконник и посмотрел вниз.
Центр города, очень людно – казалось даже странным, что Борис упал на землю, а не на кого-нибудь. Проходя мимо трупа, превратившегося просто в неподвижную точку, другие точки на короткое время замедляли шаг, но не останавливались, а продолжали идти дальше.
Возле здания РУСБ редко кто задерживался по своей воле. Даже если происходило нечто подобное.
Джет подошел к столу и надавил на кнопку интеркома.
– Мэйс!
– Да, командор, – раздался в динамике голос адъютанта.
– Вызови к обеду стекольщика в мой кабинет. Найди мне стилус для планшета. И срочно собери все материалы по перестрелкам в «Сталкере» и в Виннице. И всё, что есть на Волков и Сталкеров, тоже собери.
– Так точно, сделаю.
Джет отключил интерком и улыбнулся. Мягко и совсем не зло.
101
Клан без колебаний и единогласно решил принять условия открытого контракта. Были некоторые сомнения в платежеспособности заказчика. Однако ТуФед заявил, что оплата заказа уже на счетах гарантов, и они своё получат. Раз ТуФед сказал, значит, так и будет. Глава клана знал, как вести подобные расчеты, а в подробности никто не вдавался.
Ещё глава смог раздобыть информацию о заказчике. Некая компания «Лоу компьютерc», зарегистрированная аж в штате Алабама, готова была отвалить пять миллионов долларов тому, кто предоставит ей админский доступ к серверу психиатрической клиники. Компании не нужна была информация с сервера, не нужно было его уничтожение – только админский, или, как еще говорят, рутовый доступ.
ТуФед пробил информацию и по клинике – психиатрическая лечебница, в которую за последние несколько лет не поступало ни одного пациента. Клиника имела свой сайт, который примерно раз в месяц обновлялся, если это можно так назвать, – на нем выкладывались какие-то подборки статей из различных медицинских журналов, исторические справки и прочая совершенно бесполезная ерунда. Ничего особенного ТуФед не заметил – и об этом он сообщил своим соклановцам. Скорее всего, через сайт на сервер не зайти, надо искать другие пути, например попасть кому-то туда физически.
А потом Ринат выложил на приватку информацию с диска старика.
Оказалось, что сервер, на котором среди прочего находится и сайт клиники, пользуется услугами нескольких провайдеров – точнее, пяти. Странно, конечно, – зачем практически не работающему серверу нужно больше каналов связи, чем Центральному отделению РУСБ или Майкрософту. Словно хозяин сервера панически боится, что хоть на секунду его «сверхпопулярный» ресурс будет недоступен пользователям.
Еще одна странность: в списках всех без исключения провайдеров сервер клиники отсутствовал. Не был нигде зарегистрирован.
Следующим сюрпризом с диска были сведения о почтовом ящике, о котором на сайте не было никакого упоминания. Ящик находился на сервере и, судя по всему, использовался программно.
И самое главное – на диске была информация об операционной системе, установленной на сервере больницы. Довольно редкая операционка, созданная на основе BeOS. Взломать ее не так просто, как стандарт под линуксом, но ведь невозможного нет.
«Откуда это?»– отбил ТуФед.
Ринат усмехнулся – он уже знал, как ответит на этот вопрос.
«Ээээ…» – отстучал он в общий чат и, довольный, откинулся на спинку стула.
Своеобразный маленький триумф.
Несколько человек сразу отослали радостные эмодзи. Редко когда удается поддеть ТуФеда его же оружием.
Ринат только потянулся к клавиатуре, как ТуФед прислал новое сообщение.
«Ринат, на тебе ящик, делай т».
Ринат хмыкнул. У него была парочка вирусов-троянцев специально для почтовых ящиков, открывающихся программно. Он называл их проводниками: эти вирусы не заражали компьютер, а действовали лишь на защитные программы почтовых ящиков, меняя коды таким образом, чтобы резиденты, прикрепленные к письму, смогли без помех прописаться в памяти компьютера. Троянцы были эффективны и, что самое главное, нигде не использовались.
Ну, или почти нигде…
Вспомнив о Торике, Ринат помрачнел. Следы троянцев при том взломе, как он считал, были уничтожены. В принципе их практически и не применяли. Но старик, чертов старик с какой-то хренью, которую он называл Тенью, упомянул о троянцах в разговоре, дав понять, что он в курсе того, как на самом деле был осуществлен взлом.
«У меня же есть два» – простучал Ринат.
За неделю до того злополучного взлома с Ториком, Ринат давал потестить троянцев ТуФеду, и глава клана остался ими доволен.
Теперь…
«Юзаные не годятся. Нужен новый. С новым кодом».
Ринат пожал плечами. Нужен так нужен.
«Ворм, Лилу, Тяпа – червь. Исходники мне».
«Я не буду с Тяпой работать! – отозвалась Лилу и добавила: – Он опять будет приставать».
«А ты не поддавайся» – бросил на приватку Тяпа.
Любой серьезный разговор на приватке так или иначе сводился к флуду – пустой болтовне. Это был своеобразный рок клана. Неважно, решены основные вопросы или нет – в какой-то момент кто-нибудь из соклановцев отпускал шутку, на неё отвечали… и дальше флуд уже приобретал свойства снежного кома. Зачинщиком мог быть кто угодно – кроме ТуФеда. Ринат даже поинтересовался как-то у Ворма, почему глава так себя ведет. Ворм пожал плечами, ответил что-то про большой объем работы.
Сейчас они тоже флудили, развивая шутки, пока не выдохнутся. А Ринат, глядя на переписку, представлял старика, который, скорее всего, взломал скай, и тоже читает весь этот спам.
Ему очень хотелось рассказать кому-нибудь из соклановцев об увиденном сегодня старике с Тенью. Только вот как?
110
Большое двухэтажное здание в центре города с горделивой надписью над входом не было тем самым знаменитым клубом «Сталкер». Вернее, было, но лишь частично. Настоящий клуб находился в пристройке сразу за двухэтажным сооружением, попасть в него можно было, только пройдя через оба этажа. Зайти внутрь мог только тот, кто принадлежал к клану и носил на запястье или предплечье татуировку с изображением зеленоглазого лица – герб Сталкеров.
Гербы были у каждого уважающего себя клана. Вензельные буквы, чьи-то лица, древние символы – их наносили татуировками на кожу, распыляли краской из баллончиков на стенах, оставляли небольшими аватарами на взломанных сайтах… Эта традиция уходила корнями куда-то в конец XX века, когда целью взлома было не обогащение, а обычное хулиганство, когда правительства многих стран сквозь пальцы смотрели на выкрутасы программистов-неформалов, а Сетевой полиции не было и в помине.
Сталкеры считались одним из самых сильных кланов не только в России. Не знающий границ хакерский мир признавал это имя чуть ли не в любой точке земного шара, и иногда для того, чтобы «разрулить» какой-либо конфликт, вполне хватало информации о том, что за одной из конфликтующих сторон стоит Алекс Спан или его подельники.
Ходили слухи, что Сталкеры работают с несколькими мафиозными группировками, что у них большие связи в Сетевой полиции, что у них есть свой боевой отдел, занимающийся исключительно физическим устранением соперников. Даже в самом клане не все знали, есть ли у этих слухов основания или нет. Во всяком случае, в России, да и в ближнем зарубежье мало кто рисковал становиться у Сталкеров на пути.
Разве что Волки, про которых ходили точно такие же слухи.
Трения и тёрки между двумя кланами длились уже давно – борьба за лидерство на виртуальном рынке сделала их врагами, и поэтому, несмотря на внешнюю сдержанность, представители обеих группировок при каждом удобном случае ставили друг другу палки в колеса. Выражалось это не только в подставах полицейским, подбрасывании вирусов или перебивании заказов – бывали случаи, когда стычки заканчивались перестрелками.
И все же, несмотря на взаимную неприязнь, оба клана умели находить общий язык, когда наступали общие трудности. В свое время они объединяли свои силы для того, чтобы противостоять Вентру – влиятельной ассоциации хакеров из Северо-Западной Европы, решившей установить в Сети свои правила. Позже Волкам и Сталкерам снова пришлось забыть свои распри, когда в 2018 году Джет устроил знаменитую Чистку, в результате которой произошли массовые аресты сетевых преступников по всему миру. Именно в этом году Сетевая полиция, находившаяся под юрисдикцией Интерпола, стала самостоятельной международной организацией, именно в тот год Джету удалось убедить весь мир в том, что ответственность за сетевые преступления должна быть максимально строгой, именно тогда в Сети впервые заговорили о новом клане, который возглавлял невидимый ТуФед.
Сейчас Сталкеры и Волки снова пытались объединиться. Причиной тому был открытый контракт на пять миллионов долларов. По всему миру прокатилась волна странных смертей и арестов тех, кто связался с контрактом. Оба клана тоже понесли небольшие потери, но куш в пять миллионов бит-долларов, обеспеченных биткойном, не давал покоя как главам кланов, так и их ближайшим помощникам.
В своём клубе, в окружении близких, Алекс Спан размышлял над последним разговором с Энчем, который предложил «объединиться и выпотрошить этот сервак хотя бы для того, чтобы повысить авторитет».
На словах все звучало красиво: Энч справедливо предлагал поделить деньги пополам, клялся, что лично будет участвовать в деле и привлечет своих лучших программеров – в общем, все должно было пройти нормально. Но Спан понимал: свяжись с Энчем – и придется в любой момент ждать удара в спину. Друзей нет, есть только временные партнеры, которых при любом удобном случае надо жрать, чтобы самому не подохнуть с голоду.
Больше всего смущало Спана то, что эта проклятая клиника находилась под боком у Энча. А так как это дело с самого начала нервировало Спана, значит, не исключено, что все это очередная хитрость Волков, решивших таким образом ликвидировать хотя бы часть своих конкурентов.
Опять же, напели недавно, что у Энча был разговор с Джетом – о чем, правда, неизвестно, потому как защита у сетевиков хорошая, но ведь не рассказал Энч про это своему «партнеру» Спану, умолчал.
Обо всем этом размышлял глава Сталкеров, когда в зал влетел один из охранников клуба и торопливо подбежал к его столу.
Спан поднял глаза:
– Что?
Охранник смущенно кашлянул, а потом нагнулся и прошептал что-то Спану на ухо.
Ни один мускул не дрогнул на лице главы – он лишь поставил на стол бокал с коктейлем и спросил:
– Он один?
– Поднялся один, но у клуба стоят две их тачки.
Спан покачал головой, несколько секунд о чем-то поразмышлял, потом произнес:
– Веди его.
Охранник торопливо удалился.
– Кто пришел? – спросил Спана один из сталкеров.
– Сейчас увидите – криво усмехнулся Спан.
Через несколько минут в VIP-секторе, а точнее, в зале настоящего клуба «Сталкер» появился человек в очках, одетый в потертые джинсы и темную водолазку. Он замер возле входа, осматривая зал, а затем уверенным шагом направился к столику, за которым сидели Спан и его друзья.
– Первый раз здесь? – слегка насмешливо поинтересовался Спан, когда человек приблизился и остановился возле столика.
– Всегда что-то приходится делать впервые. – произнес Джет.
– Пришёл кого-то задержать? Допросить?
Несколько человек, сидящих рядом с ним, при этих словах зашевелились, кто-то сунул руку за пазуху, кто-то просто откинул полу своей куртки, демонстрируя начальнику Сетевой полиции торчащее из-за пояса оружие.
– Пока просто поговорить, – мягко улыбнулся Джет. – Прогони своих шестерок, разговор с глазу на глаз.
– Псина, ты кого шестеркой назвал? – Один из Сталкеров поднялся с места и открыто положил руку на рукоятку пистолета.
Джет снова улыбнулся, но отвечать на вопрос не стал.
– Сядь, Транк, – буркнул Спан. – Не стоит убивать гостей в первые пять минут. Где твой этикет?
Транк с ненавистью посмотрел на полицейского и пробурчал:
– Пять минут я подожду.
– Спан, я пришел не словами пихаться друг в друга, – сказал Джет. – У нас состоится разговор?
– Джет, ты же понимаешь, что весь наш разговор я все равно передам своим друзьям? – Спан подмигнул Сталкерам, те заулыбались в ответ.
– Можешь считать это моим капризом, – произнес Джет. – Заметь, я пришел с миром, пришел один.
– Возле входа стоят две машины сетевиков, – зло бросил Транк. – Так что, мусор, не неси пургу о том, какой ты миролюбивый.
Джет снял очки, подышал на одно стекло, протер его и водрузил очки на место, после чего дружелюбно посмотрел на боевика.
– Транк, а ты не думал о том, что возле входа могло стоять двадцать машин? Не думал о том, что я мог бы за час разнести в щепки весь ваш гадюшник?
– Да ты… – Транк снова стал подниматься с места.
– Хватит! – оборвал его Спан. – Оставьте нас!
Спорить с главой никто не осмелился. Все молча поднялись с мест и удалились. Последним от стола уходил Транк – поравнявшись с Джетом, он намеренно зацепил полицейского плечом.
От Джета не укрылось то, как напрягся Спан, заметив этот толчок, однако сам сетевик ничего предпринимать не стал – только повернулся и произнес в спину Транка:
– Мы еще обязательно увидимся.
Когда все Сталкеры отошли на приличное расстояние, Спан жестом предложил Джету присесть.
– Транк не слишком жалует полицейских, – произнес глава Сталкеров. – Натерпелся от них в свое время.
– Интерпол подозревает его в совершении нескольких убийств, – кивнул головой Джет. – Думаю, небезосновательно, да?
Спан откинулся на мягкую спинку дивана, раскинув руки и развалившись. Ему нравилось чувствовать себя хозяином положения в компании с одним из злейших своих врагов, хотя, что скрывать, он чертовски сильно волновался.
– Ты смелый, Джет, – произнес Спан. – Рискнул прийти сюда вот так, один. Зачем?
– Два дня назад кто-то пострелял твоих людей, – сказал Джет. – Здесь, в твоем доме. Ты выяснил, кто?
Спан деланно зевнул.
– Лохи какие-то залетные. Мы сообщили о происшествии твоим коллегам. Ведется расследование, правда, нас в детали не посвящают.
– Да, да, конечно. – сетевик понимающе кивнул головой. – Жаль. Я думал узнать у тебя что-то новое, чего не знает полиция.
– Да ты что, Джет! – искренне возмутился Спан. – Мы же законопослушные граждане. Мы помогаем следствию как можем и предоставляем любую информацию, которой владеем.
Джет поднялся с места:
– Я так и думал. Что ж, счастливо оставаться.
Спан, казалось, растерялся. Он с удивлением посмотрел на Джета.
– Это все, о чем ты хотел поговорить?
– Да. – Джет кивнул головой. – Удачи тебе.
– Удачи и тебе, – озадаченно пробормотал Спан, глядя в спину Джета.
Когда сетевик удалился уже на несколько метров, Спан окликнул его:
– Эй, Джет!
Джет остановился, но поворачиваться не стал.
– О чем ты говорил с Энчем?
Теперь полицейский повернулся.
– Ты не поверишь, Спан. У нас была долгая беседа, в конце которой мы сошлись на одном.
– Да? – Спан поднялся и подошел к Джету. – И на чём же?
– Согласились, что хоть ты и лох, но у тебя еще есть шанс, – широко улыбаясь, произнес Джет.
Лицо Спана дернулось. Он криво улыбнулся, глядя на жизнерадостное лицо полицейского, хмыкнул.
– Есть шанс, да? – переспросил Спан.
– Есть. – Джет кивнул головой.
– Но я лох.
– Лох! – радостно подтвердил сетевик.
Спан облизал губы, а затем неожиданно засмеялся.
– Энч – хитрая скотина, – сказал он сквозь смех.
– Хитрая, – согласился Джет, тоже усмехнувшись. – Мы все в некотором роде хитрые.
– Кажется, наш разговор продолжится, а, Джет? – Спан посмотрел в сторону столика.
– Мне тоже так кажется, Спан, – произнес полицейский и первым шагнул обратно. – Нехорошо ведь, когда гибнут люди, а по Сети гуляют странные открытые контракты, верно?
– Нехорошо, – подтвердил Спан и поднял руку, подзывая официанта. – Эй! Принеси нам что-нибудь выпить!
111
– Я чего-то не пойму тебя, братан… – Бритоголовый здоровяк с наколкой на запястье, свидетельствующей о том, что ее обладатель провел некоторое время в Райсе, мрачно смотрел на свою полную в физическом смысле противоположность. – Слухи ходят, что ты с мусорами спутался, своих людей сдаешь, какие-то темы пытаешься провернуть втихаря… Ты в курсе, что у партнёров к тебе вопросы?
«Полная противоположность» – невысокий худой парень лет двадцати пяти с длинными волосами, – казалось, совершенно не слушал собеседника, поглощенный примитивной флэш-игрой на компьютере. Пальцы сноровисто бегали по клавиатуре, рука дергала мышку… С первого взгляда можно было подумать, что он вообще не замечает ничего вокруг.
Однако здоровяк знал, что это не так и парень прекрасно все слышит, а парень, в свою очередь, знал о том, что знал здоровяк. Это просто было нечто вроде игры.
Шарик упал на полочку, повинуясь команде геймера, сразу же покатился вправо и сбил кубик. В колонках компьютера заиграла торжественная музыка, сообщавшая о том, что игрок только что получил некоторое количество очков.
– Имеешь что-то сказать, Энч? – спросил здоровяк.
– Бред, – ответил Энч, не отрываясь от игры.
– Что бред?
– Все бред, – отрезал Энч. – Своих людей мусорам я не сдавал, эти идиоты сами спалились. Мой человек из полиции лишь постарался, чтобы Джет не узнал ничего лишнего. Семье погибшего выплачена компенсация, в дальнейшем они ни в чем не будут…
– Ты мне дуру не гони, Энч! – обозлился здоровяк. – Что за тема на пять лимонов хороших денег? Каким боком тут Джет замешан?
Энч оторвался от игры и повернулся к здоровяку. Посмотрел на него и медленно произнес:
– Я на общее уделяю регулярно. Мои темы – это мои темы. Мартын, я же не лезу в дела братвы. Какого вы свои носы ко мне суете? Что, войны хотите? По замесам соскучились? Давайте, только вывезете ли?
Угроза в его голосе звучала очень уверенно. Мартын на секунду смешался, и Энч, заметил его колебания.
– Вы на зонах рулите, поэтому ссориться никто с вами не хочет. Просто ведите себя на воле нормально.
– По понятиям… – начал Мартын.
– Ты меня понятиям не учи! – скривился Энч. – Ты эту залипуху будешь ауешным малолеткам втирать. У меня одно понятие – моя семья, мой клан, мои люди. Если ради них надо с мусорами договариваться – я буду договариваться, а если ради них надо будет Джету глотку перегрызть – я перегрызу. Я любому глотку перегрызу, кто на пути у моей семьи встанет, ясно? И не надо учить меня понятиям, я тоже могу вспомнить, кто и когда с кем работал!
Глаза Энча полыхнули яростным огнем.
Мартын примирительно поднял обе руки:
– Всё, братан, проехали. Просто неспокойно сейчас как-то… люди шепчут про какую-то тему в Сети, клиника ещё эта… я слышал, там четверых твоих людей положили?
– Что ты еще слышал? – поинтересовался Энч.
– Что клиника та на самом деле не психушка, а институт какой-то закрытый, – сказал Мартын. – Что рулят там комитетчики, что все, кто в эту тему влезть пытается, либо на принималово, либо на мочилово нарываются. А у кого из знакомых чекистов спрашиваю, все пальцами наверх тыкают и руками разводят. Так что за тема, Энч? Я же не просто так, мы помочь можем.
Энч подошел к Мартыну и дружески обнял его за плечи.
– Ты, дружище, езжай сейчас домой, выспись хорошенько, потом возьми девочку…
– Слышь, Энч… – начал Мартын.
– Только не лезь в мои дела. Я ценю желание братвы помочь Волкам, поэтому, как только понадобится ваша помощь, я обязательно обращусь к вам. Договорились?
Мартын высвободился из объятий, поднялся с места и, горой возвышаясь над Энчем, несколько секунд мрачно смотрел на него. Потом, ни слова не говоря, развернулся и вышел из комнаты.
Колыхнулась тяжелая портьера в углу, и из-за нее появилась обнаженная девушка, держащая в руке пистолет с глушителем.
– Убрать? – холодно спросила она.
– Не надо, – буркнул Энч. – Пригодится ещё.
– Как знаешь. – Девушка пожала плечами, прошла к компьютеру и уселась перед ним. Отложила пистолет в сторону и положила руки на клавиатуру.
Энч посмотрел ей в спину, на татуировку на левом плече. Голова белого волка, держащего в зубах кинжал.
Боевой отдел Волков. Инга была среди первых, кто вступил в этот отдел. Давно это было – лет шесть или семь назад. Волки тогда работали под крышей местных бандитов, полностью зависели от них, и Энч только-только начинал разрабатывать планы, с помощью которых его клан должен был занять подобающее место в реальности.
Сколько крови тогда пролилось… сначала одна группировка, потом другая, потом третья… Да, были времена, когда хакеров считали чем-то вроде обычного инструмента, который должен был работать на своего хозяина.
Энч был одним из первых, кто создал из кучки талантливых программистов целую организацию со своим боевым отделом, организацию, которую заметили и братва, и полиция. Из-за таких, как Энч, Спан, ТуФед, и появилась Международная сетевая полиция, чьей целью была исключительно борьба с сетевыми преступлениями. В итоге произошло разделение – братва рулила на зоне, хакеры рулили в Сети, а в обычной жизни они сохраняли нейтралитет, изредка перестреливаясь, изредка объединяясь. Все шло своим чередом, но сейчас…
Энч доверял своему чутью, оно ни разу еще не подводило его – а сейчас чувствовал, что происходит что-то не то. Не то, не так… и что злило больше всего – он никак не мог понять, что же происходит. Единственное, в чем Энч не сомневался, – что все его опасения каким-то образом связаны с этой проклятой клиникой и чертовым контрактом. Более того – был уверен, это дело коснется не только Волков и даже не только хакеров. Поэтому он почти не удивился, когда на него вышел Джет, предоставив для видеосвязи свой личный канал, и почти не колебался, когда Джет предложил ему «на время поработать вместе».
Энч даже не обиделся, когда с неизменной и раздражающе доброй улыбкой Джет сообщил, что Борис выпал из окна, раскаявшись в своем предательстве. Принял это как должное. Что ж, когда-то это должно было случиться. В конце концов Борис не первый и, слава богу, не последний купленный сетевик.
Джет поделился с Энчем своей версией происходящего. Точнее, даже не делился – просто изложил все факты, которые ему удалось собрать. Картина получалась нерадостная.
Некто разместил в Сети открытый контракт, положив настолько крупную сумму, что предложение сразу же привлекло внимание лучших хакеров мира. Великобритания, Китай, Франция, Россия, США… За несколько дней в сорока шести странах мира хакеры попытались выполнить этот контракт – в результате часть была арестована, часть убита и лишь некоторым счастливчикам удалось скрыться. Джет беседовал с одним из арестованных, и тот признался, что все их потуги оказались тщетными – взломать сервер злополучной клиники не представлялось возможным.
Как только какая-нибудь группа приступала к атаке сервера, информация о взломе поступала на пульт местного отделения Сетевой полиции. Если же у группы были какие-то сложности с конкурирующими группировками, то вместо Сетевой полиции информация о местонахождении группы отправлялась конкурентам, а иногда кто-то просто оплачивал заказное убийство тем из киллеров, кто оставляет свои координаты в Сети.
Создавалось впечатление, что тот, кто выложил открытый контракт, хочет извести хакеров, и поначалу Джет считал, что американская фирма «Лоу компьютерc», штаб-квартира которой находится в несуществующем английском городишке, и есть тот самый «кто-то».
Но зачем?
Изначально у Джета было несколько предположений. Первое он отмел с ходу – государство или государства не смогли бы организовать такую операцию без помощи Сетевой полиции, которая уже не один год занималась только сетевыми преступлениями и имела огромный опыт работы и внушительную базу данных по хакерам всего мира. Но сетевикам про этот контракт ничего не было известно. Второе предположение больше походило на правду – некая мощная группировка таким образом избавляется от конкурентов. Ее возможности, судя по всему, были грандиозными, раз за такой короткий срок было отслежено и уничтожено столько соперников. Но вот что непонятно – по идее, у этой группировки есть люди везде, причем программисты очень опытные и даже талантливые. Пять-десять хакеров не смогут провернуть такую операцию, а собрать человек пятьдесят талантов не так уж и легко, а тем паче – невозможно это сделать незаметно.
И еще Джет рассказал о том, как он попытался получить информацию о таинственной клинике. Получить, как он сказал, на очень высоком уровне. Он сумел выяснить, что это секретный объект, где проводятся закрытые исследования, отвечающие Женевской конвенции, и сетевикам здесь делать нечего.
И всё.
Когда Джет попытался объяснить чиновникам в правительстве, что происходит, его даже не стали слушать, сказав что-то вроде: «Это не в вашей компетенции». Объект курировала госбезопасность, однако про этот совместный проект не слышал ни один из знакомых комитетчиков Джета.
Попасть внутрь объекта реально было невозможно, внешней охране, состоящей из живых людей и жившей на территории «клиники», категорически запрещено было общаться с посторонними. Единственный шанс проникнуть в клинику – виртуальный доступ. Но… до сегодняшнего дня все попытки заканчивались для хакеров плачевно.
«Если вас кто-то уничтожает, то я хотя бы должен знать, кто и зачем это делает, – сказал Джет в приватной беседе. – Не скрою, мне нравится настоящее, но меня тревожит будущее, а я не хочу, чтобы меня что-то тревожило. Поэтому на то время, которое вам всем понадобится, я вас прикрою. Но запомни, Энч, это только на время, пока вы не докопаетесь до истины».
Энча и самого не радовала перспектива находиться под опекой сумасшедшего борцуна с хакерами. Но он понимал, что прикрытие Джета может очень помочь им.
Энч никому, даже себе, не признавался в одном чувстве, которое не покидало его с того момента, как Волки узнали об этом открытом контракте. Он боялся..
– Инга! – хриплым голосом позвал он девушку. Инга повернулась и посмотрела на него.
– Подойди сюда, – произнес Энч. – Сядь рядом.
Девушка подчинилась приказу: ничуть не смущаясь своей наготы, подошла к Энчу, остановилась перед ним, но садиться не стала.
Нервы, нервы… надо выпустить пар, отвлечься.
Резким рывком Энч сдернул майку, схватился за ремень… Чере�