Люблю. Целую. Босс

Глава 1

Вита

– Что тут у нас…

Всматриваюсь в монитор ноутбука, проверяя, сколько работодателей просмотрело моё резюме. Два. Но обратной связи не последовало, а значит, анкета их не заинтересовала. Да и вообще, в наше время проще простого найти секретаршу. И пусть сейчас принято говорить «помощник руководителя», сути это не меняет.

Грамотно составленное резюме в десяток фирм, и пока ни одна не откликнулась. Почти месяц прошёл с момента моего увольнения, и запас, который должен был держать меня на плаву пару месяцев, очевидно, тает. Я исключила траты на развлечения и новую одежду до момента, пока не устроюсь на работу, но продукты, связь и содержание жилья никто не отменял. Как назло, в момент напряжённой финансовой ситуации всё резко закончилось: любимая тушь, духи, шампунь и даже моющее средство для посуды. И с последним проще всего в плане экономии, а в остальном придётся отдать значительную сумму…

Снова изучаю список вакансий, убедившись, что новых не появилось, а часть уже имеющихся я отсортировала в силу непривлекательных условий. Но если до конца месяца никто не откликнется, придётся снизить планку своих требований и соглашаться на меньшее, но стабильное.

Где-то слышится жужжание телефона. Не реагирую, сосредоточенная на поиске, но через несколько минут звонок домофона заставляет обратить на себя внимание. Снимаю трубку, не ожидая настолько поздних гостей, но интуитивно предполагаю, кто может меня домогаться в десять вечера.

– Слушаю.

– Витка, открывай, – доносится требовательный голос подруги. – Я замёрзла.

– Март на дворе.

– Снег на дворе. Ты на улице сегодня была?

Не была, потому как на работу мне не нужно, а посещать магазин стараюсь два раза в неделю, чтобы не купить то, что сейчас мне не по карману.

– Заходи.

В последнее время Лена меня напрягает. И не потому, что у меня нет работы, а у неё есть, а по причине непрерывных рассказов о своём мужчине, которого она называет коротко «он». Я не знаю имени, фамилии, где живёт, чем занимается и сколько ему лет. Знаю лишь одно – он женат.

И вот уже год подруга находится в мучительном ожидании его развода. Почему год? Потому что столько же она не знала, что он несвободен. Удивительным образом мужчине удавалось создавать видимость холостяка, готового к новым отношениям и браку. Узнала Лена об этом случайно: жена её благоверного пришла в стоматологическую клинику, где подруга трудится администратором. Не знаю, как быстро сложилось два и два, но каким-то образом выяснилось, что «он» женат именно на этой женщине. Тот самый «он» отрицать не стал, признавшись, что его браку уже десять лет. Лена вспыхнула, послала его к чёрту, но спустя пару недель вновь оказалась в его объятиях и постели. С тех пор я периодически слышу, что «развод уже дело решёное».

– Как холодно. – Ленка, появившаяся на пороге в тонком пальто и туфлях, не подходящих обстановке на улице, раздевается и спешит на кухню, чтобы приложить ладони к только что вскипевшему чайнику. – Ты что, действительно не выходила сегодня из квартиры?

– Я последние три дня не выходила.

– Да, ты же не работаешь…

– Ну спасибо, что напомнила.

– Не обижайся. – Виноватый вид Лены не позволяет на неё дуться. – Как с поиском работы?

– Так же глухо, как у твоего благоверного с разводом.

И я не боюсь тыкать палочкой в больное место, потому что рассказы о каком-то мужчине, которому развестись мешают обстоятельства, погода и сама Вселенная, порядком надоели. Плюс я понятия не имею, как выглядит человек, который в рассказах подруги то «зайка», то «козлина», что значительно притупляет мой интерес.

– Кстати, о благоверном… – Лена достаёт кружку, наливает чай и по-хозяйски осматривает скромное содержимое моего холодильника. – Сегодня он меня в ресторан пригласил.

И только в этот момент детально осматриваю подругу, на которой вечернее платье. Яркий макияж и украшения из разряда «это я ношу только по особым случаям» дополняют картинку.

– И почему ты сейчас не с ним?

– Поссорились. – Садится напротив, заталкивая в себя эклер, который я планировала съесть утром. – Вечер начинался хорошо, а потом мы вернулись к вопросу о разводе.

– И?

– У его жены проблемы…

– Интересно, какие? Неизлечимая болезнь? – прыскаю, ожидая версию, которую выдал мужчина.

– Откуда ты знаешь? – Подруга смотрит ошарашенно, застыв с открытым ртом и эклером, который почти донесла до этого самого рта.

– Лена, ну сколько можно? – Отчего-то злюсь на неё, но больше на себя, потому что снова собираюсь объяснять очевидное. – Это же классика в готовом списке причин: неизлечимая болезнь, маленькие дети, ипотека, пожилые родственники, требующие ухода, или же смерть кого-то из этих родственников и необходимое время, чтобы пережить это страшное горе. Одно сменяется другим, и так до бесконечности, пока не иссякнет терпение и на всё это не клюнет другая, которая проведёт два года в ожидании освобождения мужчины.

– Год.

– Ну да, и год до этого, когда не потрудился тебя оповестить, что женат. – Демонстративно хлопаю в ладоши. – Ещё подождём? Сколько? Год, два, пять? Или пока его дети не сделают его дедом?

– Он не настолько старый. Ему тридцать семь.

– О, значит, у тебя вагон времени.

– Для чего?

– Для того, чтобы состариться в ожидании его развода. Но поверь, он не разведётся, – тычу в неё пальцем и вновь завожусь.

Мысленно останавливаю себя, напоминая, что мужчина и проблемы не мои. Да, Лена мне подруга, но со своей личной жизнью пусть разбирается самостоятельно.

– Он сказал, что подал заявление на развод.

– И ты его видела?

– Кого?

– Лен, заявление. Видела?

– Но он же сказал… – непонимающе хлопает длинными ресницами.

– Представляешь, я работу нашла. Зарплата – миллион.

– Правда? Поздравляю.

– Нет, конечно. Это просто слова. Но ты поверила.

– Ты же моя подруга. Я тебе верю.

– А проверять тебя не учили?

– Он сказал, что заявление подано, но вопрос в разделе имущества. У них общее дело, точнее, у жены часть в этом деле. Сейчас он решает вопрос, чтобы выкупить эту часть. Она отказывается. Плюс у неё проблемы со здоровьем и что-то с родителями…

– А ещё с кошечкой, собачкой, хомяком и попугайчиком, – закатываю глаза, не в силах промолчать. – Ты действительно не понимаешь, что он тебя кормит обещаниями?

– Зачем?

– Чтобы, оставаясь женатым человеком, проводить время с красивой, стройной, длинноногой блондинкой, – указываю на подругу.

И красотой она действительно не обделена, привлекая заинтересованные взгляды мужчин. Умение флиртовать и завораживающе хлопать ресницами оплатили не один наш счёт в кафе. Каким-то образом Лена умеет сподвигнуть мужчин на добровольное расставание с деньгами в пользу других. И ведь сколько было интересных, состоятельных, свободных, но нет – нам приглянулся «он».

– Мне двадцать семь. Я замуж хочу, – всхлипывает, опустив голову.

– В таком случае найди свободного мужчину.

– Я его люблю… – По щеке скатывается крупная капля, свидетельствующая о том, что Лена ставит на первое место чувства. – Он идеально мне подходит. Во всём. Дело ведь не в сексе, а в том, что мне с ним интересно. Не важно, чем мы занимаемся: едим, гуляем, смотрим телевизор или говорим ни о чём. Просто мы встретились не вовремя.

– Сколько он женат?

– Десять лет.

– Если бы вы встретились десять лет назад, он бы за тебя статью получил. И тогда ты ждала бы не развода, а его. Из тюрьмы.

Ленка всхлипывает и доедает мой эклер. Обожаю их, но стараюсь себя ограничивать по причине огромного количества калорий, а сейчас и по причине сдержанности в тратах.

– Но я задумалась над твоими словами.

– Да неужели? – С губ срывается язвительный комментарий, потому что вряд ли она сделала верные выводы, перевернув в пользу своего мужчины.

– Как проверить, что он говорит правду? О разводе, болезни жены и остальных моментах.

– Спроси.

– Я спросила. Сегодня. Итог: я сижу у тебя на кухне и ем эклер. – Разводит руками, показывая, что напирать нельзя, иначе дело закончится ссорой.

Телефон подруги издаёт однообразные звуки, а после она бросает взгляд на экран и улыбается.

– Извиняется за испорченный вечер.

– Тебя проводить? – Для меня это сигнал, что Ленка тут же помчится принимать извинения.

– Нет. Он уже дома. То есть пишет из машины, прежде чем зайти в дом.

– И?

– Он приезжает и посвящает время семье. Пока он не выехал из дома, не пишет и не звонит. И я, соответственно, тоже. Правила.

– А какие ещё правила?

– Ночует он всегда дома. Значимые праздники он проводит только с семьёй, но обязательно компенсирует мне подарками. Дорогими подарками. Не появляться вместе в крупных торговых центрах и парках, где можно встретить знакомых его семьи. Кафе и рестораны подальше от центра, и в машине я всегда на заднем сиденье.

– Это тоже, чтобы знакомые не увидели? – Подруга кивает. – И тебя всё это устраивает?

– Я надеюсь, что мы всё-таки будем вместе.

– Лен, можно я тебе задам вопрос? Ты только не обижайся, но мне действительно интересно.

– Спрашивай, – откладывает в сторону кусочек эклера и сосредотачивается на мне.

– Он женат, но изменяет жене с тобой, так? – Подтверждает. – А где гарантия, что, уйдя от жены и женившись на тебе, через год, два, пять он не поступит так же по отношению к тебе?

Ленка зависает. Мне кажется, она мысленно проговаривает каждое слово и подыскивает ответ. Но я давно её знаю, и выражение лица просто кричит, что любой из вариантов окажется проигрышным.

– Просто он её не любит. – По мнению подруги, это аргумент, который должен меня удовлетворить. – Да, он несвободен, но встретил меня и поддался настоящим чувствам. В его жизни есть обязательства и проблемы, но всё разрешится.

Мысленно сдаюсь. Аут. Невозможно переубедить того, кто всё осознаёт, но созданная иллюзия не позволяет мыслить рационально. Потому что в случае принятия всех доводов придуманная мечта схлопнется, принеся боль.

Пауза затягивается, но мой ноутбук, издающий короткий звук, переключает на себя внимание.

– Ого, – бегаю глазами по строчкам, не веря, что мне ответили. – Меня на собеседование пригласили. Завтра в десять.

– Это же хорошо?

– Да, но… – смотрю на часы. – В одиннадцать вечера?

– Может, у них выставлен автоматический ответ всем интересующимся. Раз в сутки или в трое. Время не имеет значения. А что за фирма?

– Компания «Марал Групп». Занимается монтажом внутренних инженерных систем на объектах жилого и промышленного строительства. Даже аэропорты обслуживают, – прокручиваю страницу, просматривая информацию. Резюме я отправила, но после сороковой вакансии перестала вчитываться в подробности деятельности компании.

– А фамилия директора?

– Марков А.А. Подробных данных нет.

– Ты должна туда устроиться! – Лена вскрикивает, хватая меня за руку, чем пугает. – Вита, ты обязательно должна там работать!

Смотрю на подругу, которая тяжело дышит, а расширенные зрачки подтверждают возбуждённое состояние.

– Почему?

– Это его компания, – шепчет, озираясь по сторонам, словно нас могут услышать.

– Кого?

– Моего мужчины.

– Серьёзно?

– Да. Я знаю только название. Особо не вслушивалась, чем они там занимаются: много слов, значение которых мне не хотелось выяснять. Марков А. А. – это он.

– А он что, ищет секретаря?

– Да. Я сейчас вспомнила, он говорил, что место вакантно почти месяц и ему сложно решать все организационные вопросы самому. Вита, ты обязательно должна у него работать.

– А почему обязательно?

– Ну как же, ты будешь его секретарём. – Вскакивает, прохаживаясь передо мной и активно жестикулируя. – Ты будешь посвящена в нюансы его жизни: куда, зачем, с кем и насколько. Сможешь узнать, действительно ли он находится в процессе развода или же это очередная ложь, чтобы какое-то время я не давила на него.

– Леночка, – хватаю её за руку, усаживая на место, – секретарь не равно лучший друг, которому босс всё выкладывает. Он может ограничить круг вопросов, которые я буду курировать. Например, организация деловых встреч и рабочий распорядок, и сюда не входят жёны, любовницы и удовлетворение их запросов.

– Согласна, но есть же коллектив, – играет бровями, намекая, что в любом офисе есть человек, который знает всё обо всех, а в особенности о боссе.

– А с коллективом нужно сойтись, чтобы с тобой хоть чем-то делились. Доверие – основа всего.

– Вита, ты же коммуникабельная и способная обаять кого угодно. Мне нужна эта информация, понимаешь? Очень-очень нужна. Хочешь, я перед тобой на колени встану?

В подтверждение своих слов Ленка тут же плюхается на колени, складывает ладошки в умоляющем жесте и пускает напускную слезу, которая, по её мнению, должна вызвать жалость.

Удивительно, но как только подруга обрисовала ситуацию, вакансия стала непривлекательной. Меньше всего я хочу шпионить за чужим мужчиной, копаясь в личной жизни и ворохе его женщин. Моя задача найти работу. Желательно постоянную и хорошо оплачиваемую, в противном случае через месяц я буду стоять на коленях перед Леной, выпрашивая деньги на еду.

Отвожу взгляд, вновь рассматривая карточку организации, и обращаю внимание на то, что должно стать моим спасением.

– Облом, Лен. У них стоит уточнение, что соискатель должен состоять в браке.

– Серьёзно?

– Смотри.

Чтобы не быть голословной, выделяю две строки, которые уничтожают мою и особенно Ленкину надежду на трудоустройство.

– А в чём проблема? Купи обручалку, и вопрос решён.

– При официальном трудоустройстве, ты, дорогая моя, – щёлкаю её по носу, – предоставляешь паспорт, в котором на четырнадцатой странице должен стоять штамп, являющийся подтверждением брака.

– Скажи, что поменяла паспорт.

– В двадцать семь лет?

– Ну, скажи… – Кажется, сейчас изо рта подруги вылетит гениальнейшее решение. – Что потеряла, только восстановила и ещё не поставила штамп о браке.

– Ты серьёзно?

– Так бывает. Люди часто теряют документы. Я два раза права теряла, – разводит руками.

– Во второй раз я бы тебе их не дала. Пока не научишься серьёзней относиться к важным вещам. – Закатываю глаза, вызвав ответный смешок. – Допустим, я озвучу твою версию, но денег на кольцо у меня нет. То есть деньги есть, но поход в ювелирный не входил в мои планы. Если меня не возьмут, я потрачу деньги зря.

– Ой, сейчас, – несётся в прихожую и возвращается с сумочкой, чтобы тут же выложить передо мной несколько купюр. – На кольцо. Можешь не возвращать. Считай, это мой вклад в общее дело.

Смотрю на подругу, а затем на деньги, и понимаю, что попала. Сумма небольшая, но, приняв её, я автоматически взвалю на себя обязательства. В этот момент приходит ещё одно оповещение, и я готова скакать от счастья, потому как ещё собеседование назначено тоже на завтра, но тремя часами позже. Оплата меньше, но там нет кавалера подруги, что автоматически делает вакансию более привлекательной.

– Меня пригласили ещё на одно.

– Вита, – опускает крышку ноутбука, – сначала в «Марал Групп», а после другие. Мы договорились.

– Мы лишь обсудили, но согласия я не давала. И вообще, меня могут не взять, и тогда это, – указываю на деньги, – станет бесполезной тратой.

– И пусть. Но ты хотя бы попробуешь. Попробуешь же?

А затем этот испытывающий меня на прочность взгляд, от которого хочется провалиться сквозь землю и оказаться в другой стране. Какого чёрта этот Марков устроил ссору и свалил домой, а подруга оказалась в моей квартире? Я уже заранее отрицательно настроена к данному персонажу и вряд ли смогу скрыть раздражение. Но, возможно, это к лучшему. С первых минут общение не заладится, и я спокойно поеду в другое место, чтобы заполучить работу.

– Хорошо, – нехотя соглашаюсь. – Но на многое не надейся.

– Спасибо, спасибо, спасибо, – пищит и чмокает меня в нос. – Я поехала домой, а ты готовься к собеседованию. Кстати, не мешало бы привести волосы в порядок.

– Да знаю я, – отмахнувшись от Лены, признаю тот факт, что на салон денег нет.

И, как только подруга покидает мою квартиру, иду к зеркалу, чтобы признать: покраска необходима. Нет, не так – критически необходима. Русые корни отросли, превратив мой пепельный блонд в нечто странное. Чувствую себя растерянной, но уже спустя десять минут еду в лифте, чтобы отправиться в круглосуточный супермаркет, купить краску и самостоятельно превратить себя в шатенку.

Спустя тридцать минут смываю краску, а после сушки прихожу к выводу, что получилось совсем неплохо. Есть, конечно, более светлые пряди, но всё это можно исправить посещением салона с первой зарплаты. И почему когда-то я решила, что цвет не мой? Хорошо оттеняет кожу и делает акцент на больших серо-зелёных глазах.

Итак, завтра у меня два собеседования и один шанс устроиться на работу. А может, и ни одного. В любом случае я сделаю всё, чтобы не получить должность в «Марал Групп», и приложу максимум усилий, чтобы задержаться во второй компании.

Глава 2

Выхожу из дома пораньше, чтобы заскочить в ювелирный. Останавливаюсь на бюджетном варианте, а на вопрос девушки-консультанта, почему кольцо приобретается без пары, уверенно отвечаю, что потеряла своё и не хочу, чтобы муж узнал. И когда первая задача выполнена, перехожу к следующей, а точнее, спускаюсь в метро и еду в «Марал Групп». Отмечаю, что всего пять остановок на метро – максимально удобный вариант для меня. Но тут же возвращаюсь мыслями к Лене и вновь склоняюсь ко второй из предложенных вакансий.

Несколько минут стою перед стеклянным небоскрёбом, прикидывая, сколько компаний разместилось в этом гиганте. На входе предъявляю охраннику приглашение на собеседование и поднимаюсь на двадцать первый этаж, а когда выхожу из лифта, теряюсь. Коридор заполнен исключительно лицами женского пола: кто-то сидит на мягком диване, кто-то занял место у окна, а кто-то у стены.

– Вы на собеседование? – Ко мне подходит женщина лет пятидесяти.

– Да.

– Ваш номер тридцать три. – Что-то помечает на листке планшетника и пристраивается за мной, видимо, ожидая следующих соискателей.

Пройти дальше нет возможности, поэтому пристраиваюсь у стены, получая возможность осмотреться. Складывается впечатление, что присутствующие пришли на модельный кастинг, потому что все как одна девушки являются блондинками с длинными ногами и аппетитными формами. Ухоженные, потрясающе одетые соискатели похожи друг на друга: выделяющиеся скулы, наращённые ресницы и неестественно пухлые губы. Они ходят к одному косметологу?

Я же с собранными в хвост волосами и брючном костюме на их фоне выгляжу скромно. Нет, костюм приличный и стоит немалых денег, но значительно проигрывает брендовым вещам. Интересно, и зачем им работа, если они могут позволить себе дорогую одежду и узнаваемые ювелирные украшения?

Улыбаюсь сама себе, но, поймав вопросительный взгляд одной из блондинок, достаю телефон, чтобы сосредоточить внимание на чём-то другом.

Ленчик: Ты уже на месте? Кольцо купила?

Я: Купила. На месте. Но здесь очередь, поэтому к нему попаду нескоро.

Ленчик: Позвони, как всё решится.

Решится ли – вот в чём вопрос. Я намерена «потерять» эту вакансию. Хотя… Повторно окидываю взглядом очередь из девушек – мне и так ничего не светит. В противоположном конце коридора замечаю брюнетку, прямо смотрящую на меня, и понимаю, что мы похожи. Словно нашли друг друга в толпе яркости и дорогих вещей. В отличие от меня, на ней юбка, но на безымянном пальце нет кольца. Не увидела, как я изначально, или пришла, потому что нуждается в работе?

Удивительно, но очередь двигается очень быстро, хотя сначала я боялась не успеть по второму адресу. Пять-десять минут девушки проводят в кабинете, выходя с одинаковым комментарием «обещали связаться». На языке работодателя это означает «мы никогда вам не позвоним».

Что не устраивает Маркова А.А. в каждой из этих красивых женщин? Или он ищет что-то определённое? Брюнетка проходит в первой двадцатке, проведя в кабинете десять минут, а, проходя мимо меня, подмигивает, тем самым желая удачи. Мне кажется, никому из нас она сегодня не улыбнётся.

Тридцать второй номер спешит к двери, и я замечаю, что девушка странно двигается. Не сразу понимаю: юбка-карандаш настолько узкая, что блондинка с трудом передвигает ноги. Кажется, сделай она шаг поразмашистее, и ткань лопнет на её пятой точке.

Понимаю, что следующая я, но волнения не испытываю, потому что не заинтересована в данной вакансии. Не хочу подчиняться Ленке и вынюхивать информацию о боссе, чтобы успокоить и внести гармонию в её отношения. Да, оплата здесь очень привлекательная, но я соглашусь на меньшую, главное, в другом месте.

Едва не отскакиваю, потому как дверь резко отворяется, а оттуда вылетает блондинка, прикрывающая руками что-то сзади. И лишь потом понимаю – юбка всё же лопнула. И смешно, и жалко ту, что старалась произвести впечатление, но просчиталась.

Спокойно подхожу к двери и, опустив ручку, попадаю в приёмную. Видимо, здесь и находится рабочее место той, что получит должность. Просторная, светлая, с дорогим рабочим офисным креслом коричневого цвета. Даже не опускаясь в него, могу представить, какое оно удобное. Одёргиваю себя и спешу к следующей двери с табличкой «Генеральный директор Марков Александр Алексеевич». Значит, вот как расшифровывается А. А. Парадоксально, но я даже не спросила подругу, как зовут её мужчину, заранее не принимая всерьёз собеседование.

Осторожно стучу, а после открываю дверь, чтобы попасть в огромный кабинет. Витражные окна, тёмная мебель, выдержанная в едином стиле, и приятный мужской аромат, окутывающий рабочее пространство.

– Добрый день, Александр Алексеевич. Можно? – Взмах рукой, приглашающий войти.

Мужчина сидит за столом, склонив голову и подперев лоб ладонью. Я могу разглядеть лишь тёмную макушку с мазками седины. Лена сказала, что ему тридцать семь, и седина вызывает вопрос.

– Осипова Виталина Сергеевна. Вчера мне пришло приглашение на собеседование на должность помощника руководителя в вашей компании.

– Садитесь.

Уверенно подхожу, опустившись на единственный выставленный стул, на котором сегодня уже побывало тридцать два человека.

– Где раньше работали?

– В резюме всё написано.

– Я хочу услышать ответ от вас. – В его голосе проскакивают нотки раздражения, кричащие, что стоит подчиниться.

– Фирма «ПринтВайс». Предоставление услуг типографии физическим лицам и компаниям.

На несколько секунд ручка зависает в воздухе, а затем он продолжает делать пометки.

– Почему уволились? – По-прежнему не поднимает головы, делая пометки на листах.

– Фирма была небольшой, но босс и коллектив отличные. Не выдержала конкуренции в условиях быстроразвивающихся аналогичных компаний. Заказов становилось всё меньше, и в какой-то момент мы стали работать себе в убыток. Два месяца назад нам объявили о закрытии.

– Фамилия директора?

Не знаю, с какой целью ему эта информация, но мне скрывать нечего.

– Окунев Владимир Олегович.

В этот момент Марков наконец-то дарит мне своё внимание, положив ручку на стол и откинувшись на спинку кресла. Однозначно, красивый мужчина. Сейчас я понимаю подругу, желающую окольцевать его. Ему около сорока, а седина, видимо, проявление наследственности. Тёмные волосы с боковым пробором аккуратно уложены, а рукава стальной рубашки закатаны до локтя, придавая ему домашний вид. На запястье механические часы, что странно, потому как сейчас всё чаще можно увидеть смарт.

Квадратное лицо с высокими скулами: кустистые брови, тёмные карие глаза, прямой нос и тонкие губы. И последнее смотрится гармонично и даже притягательно. И образ дополняет явная усталость, выражающаяся в тёмных кругах под глазами и бледности кожи. Так выглядит человек, который плохо спит или же вымотан морально. А возможно, и то и другое. На миг в памяти всплывает знакомый образ, дающий понять, что я видела его раньше, но мысль исчезает, возвращая в кабинет человека, который в данный момент осматривает возможного сотрудника.

Минута, чтобы оценить его, а он, в свою очередь, оценил меня. Результат оценки неясен, потому как на его лице не отражается ни единой эмоции. Молчу, ожидая дополнительных вопросов и приготовившись отвечать. Но в этот момент Марков чуть подаётся в сторону и, наклонившись, выглядывает из-за стола, сканируя меня снизу доверху. Интересно, но уточнять причину я не собираюсь.

– Сколько вы замужем?

За кем? Хочется задать встречный вопрос, но после вспоминаю об условиях вакансии.

– Два года.

– Дети есть?

– Нет.

– Значит, скоро в декрет? – Вполне ожидаемый, на мой взгляд, вопрос, но я планирую ответить честно.

– Следующую пару лет не планировала.

– Где работает муж?

– Автомобильная мастерская, – выпалила первую пришедшую в голову вариацию, надеясь, что он поверит.

– Зарабатывает, наверное, немного?

– Средне.

– Спасибо, Виталина Сергеевна. С вами свяжутся.

Поднимаюсь, мысленно ликуя. Все соискатели до меня получали такой же ответ, значит, Маркову я не подошла. Ленка зря потратилась на колечко. Почти дохожу до двери, но желаю поинтересоваться маленьким, но странным условием выставленной вакансии.

– Александр Алексеевич, можно уточнить, почему только соискатели, состоящие в браке?

– Потому что последний секретарь вышла замуж.

– И как это связано?

– И та, что была до неё, тоже. И ещё одна, которая была до них. И три до этих всех. И мужья по странному стечению обстоятельств требовали, чтобы они оставили работу. Место в моей приёмной, – указывает на дверь, перед которой я стою, – в компании называют волшебным. Хотите выйти замуж через три месяца? Устройтесь ко мне на работу.

Лёгкая улыбка трогает мои губы, но Маркову, видимо, не до смеха. И если прикинуть, что каждая работала два-три месяца, а после увольнялась, я бы на его месте тоже злилась.

– Спасибо за подробный ответ. Всего доброго.

Покидаю здание с чувством выполненного долга. Обещание, данное Лене, я выполнила. А вот теперь устремляюсь по второму адресу, чтобы получить должность и не отказывать себе в эклерах.

Второе место не менее представительное в плане расположения и масштабов здания. Прохожу пост охраны по той же схеме и поднимаюсь на пятнадцатый этаж, предвкушая длинную очередь из девушек модельных внешности, желающих попасть в помощники к Зыкову В. Г. А когда выхожу из лифта на нужном этаже, попадаю в…

Абсолютно пустой коридор, где пространство заполняют лишь цветы с ярко-зелёными овальными листьями в больших кадках и пустующая стойка администратора. Осмотревшись, прикидываю, у кого спросить о собеседовании, и вижу, что навстречу идёт женщина лет шестидесяти в очках. Она настолько сосредоточена на бумагах, которые рассматривает на ходу, что я становлюсь для неё видимой лишь в тот момент, когда она натыкается на меня.

– Здравствуйте. Я по поводу вакансии. Не подскажете, где проходит собеседование?

– Там, – указывает пальцем за спину и, обойдя меня, спешит дальше.

А «там» – это где? И уже собираюсь бросить ей вдогонку вопрос, но она скрывается за одной из дверей, и я вновь остаюсь в одиночестве. Иду, куда указано, читая таблички на дверях, пока не останавливаюсь около нужной. «Генеральный директор Зыков Владимир Григорьевич».

За дверью тишина, поэтому осторожно вхожу, попадая во вполне светлое и уютное помещение. Да, меньше, чем в «Марал Групп», но такое место работы меня тоже устроит. В нос бьёт неприятный запах. Похоже на мужские духи, только очень дешёвые и давно изменившие аромат по причине истекшего срока годности. Ладно, это можно исправить хорошим освежителем воздуха.

Негромкий стук и слышимое «войдите». И сейчас я испытываю волнение, потому что планирую здесь задержаться. Поправляю одежду и ощупываю волосы и, убедившись, что всё в порядке, вхожу. В нос бьёт тот же отвратительный запах, но уже в более насыщенной форме. И видимо, его источник находится в кабинете. Кстати, довольно приличном, я бы даже сказала, помпезном: мебель из тёмного дерева со вставками позолоты, внушительный угловой диван и стена, завешенная коллекционными экземплярами оружия. Впечатление, что это не кабинет, а личная гостиная директора.

– Добрый день. Меня зовут…

– Здравствуйте. – Мужчина подскакивает, чтобы оказаться передо мной, и, потянув мою руку, прикоснуться губами к тыльной стороне.

Невысокий, ниже меня на полголовы, пухлый мужчина за пятьдесят похож на колобка. Только с ножками и пальцами-сардельками, которыми он лапает мои руки.

– Я на собеседование.

– Конечно-конечно, – приглашает сесть. – Давайте знакомиться. Владимир Григорьевич, – протягивает ладонь, и я её пожимаю, а после борюсь с желанием вытащить влажные салфетки и вытереть свою. А заодно и всю руку. А лучше принять душ. – Вы мне подходите.

– Так сразу?..

– А чего тянуть? Вы же пришли, потому что вам нужна работа? – Несмело киваю. – А мне нужен секретарь. Очень нужен, – прикладывает к груди пухлую ладошку. – Вы молодая, уверен, понимающая и способная к обучению, а я тот, кто остался без помощницы. Кстати, и без жены, – подмигивает, намекая на… что?

– Я замужем, – демонстративно поднимаю правую руку, радуясь, что не сняла кольцо-обманку.

– Значит, будут проблемы. У вас.

– Почему?

– У меня насыщенный график поездок, в которых меня сопровождает помощник. А если этим помощником станете вы, придётся фактически жить на чемоданах. Сегодня мы в Краснодаре, завтра в Тюмени, послезавтра во Владивостоке. Да, у нас обширная география деятельности. Конечно же, все неудобства компенсируются, – вновь прикладывает ладонь к груди, жестом уверяя меня в исполнении обещанного. – Но какие неудобства, если рядом с вами я! – Вскакивает, крутится на одном месте, показывая, какое счастье мне достанется, прими я его условия.

А счастье так себе… К тому же у этого счастья такой аромат, что у меня вот-вот начнут слезиться глаза от едкости его парфюма. Хотя вряд ли эту вонь можно назвать столь высокопарным словом.

– Вряд ли я смогу так часто оставлять мужа в одиночестве.

В этот момент понимаю, что начинаю сдавать назад, не видя себя в роли помощника Зыкова.

– Не переживайте вы так, – обходит меня, встав за спиной и положив руки на мои плечи, – уверен, всегда найдётся более выгодный вариант. Возможно, – наклоняется к моему уху, – совсем рядом.

На мой взгляд, мужик предлагает мне должность в комплекте со своим пухлым тельцем и невыносимой вонью. Я лучше буду сидеть на воде и хлебе, чем приму предложение данного экземпляра.

– Владимир Григорьевич, я ваше предложение услышала, – через силу протягиваю ему ладонь, которую он хватает, словно утопающему предлагают спасательный круг. – У меня на сегодня назначены ещё два собеседования.

– Но…

– Я понимаю, что вакансия в вашей компании очень привлекательная, – перебиваю его, желая попрощаться как можно быстрее, – но я обещала быть. Я человек слова, поэтому простите, но спешу.

Вырвав руку из плена сарделек, тороплюсь к двери. Зыков что-то кричит вдогонку, но я не слушаю, мечтая об одном – свежем воздухе.

Оказавшись на улице, делаю несколько глубоких вдохов. Не помогает. Кажется, вонь проникла в лёгкие и останется там на год. Нюхаю свои ладони и, скривившись, принимаюсь их оттирать влажными салфетками. Чёрт, да я рядом с ним и дня не выдержу, не говоря уже о длительной работе.

Плетусь к метро и уже через сорок минут выхожу на своей станции. Тащусь домой, но, как всегда, останавливаюсь у кондитерской, в витрине которой выставлены мои любимые эклеры. Даже через стекло чувствую их аромат: манящий, аппетитный, не позволяющий отказать себе в удовольствии.

Сегодня у меня был непростой день. За двадцать минут в компании Зыкова я вообще заслужила как минимум похвальную грамоту. Уже через минуту покупаю эклер и мчу домой, чтобы, устроившись на кухне, поглотить любимый десерт. Но прежде снимаю костюм и складываю в пакет, плотно завязав его. Деликатной ткани требуется химчистка, которую пока я позволить себе не могу. Но могу отнести «ароматные» вещи на балкон и ждать подходящего момента.

Итак, что мы имеем? Две вакансии – два отказа. Во втором случае отказ был моим, но согласие смерти подобно, хотя вот тебе работа и бонусом начальник. И если в первом я нуждаюсь, то во втором точно нет. Особенно в таком. Да и вообще я против служебных романов, особенно формата босс и секретарша. Тут больше минусов, чем плюсов. Первая же ссора внесёт напряжённость во взаимодействие, и, в конце концов, личное перекроет деловое.

Возможно, Марков прав, выставив условие. Смотрю на обручальное кольцо, которое привлекательно смотрится на пальчике, и думаю о том, что в свои двадцать семь не имею даже парня. Отношения с Вадимом закончились четыре месяца назад. А после пара свиданий без продолжения и штиль на личном фронте. Но сейчас меня больше заботит работа и возможность обеспечивать себя.

Открываю ноутбук, с досадой отметив, что новых предложений не поступало. Но напротив вакансии в «Марал Групп» стоит пометка «закрыта». Что ж, значит, одной из длинноногих красавиц дали положительный ответ, и уже завтра уютная приёмная наполнится нежным цветочным ароматом, радуя мужчину Ленки.

Что удивительно, Марков оставил приятное впечатление: собранный, серьёзный, деловой. Значительно уставший, что заметно невооружённым глазом, но, возможно, для этого имеются причины. Хотя, когда живёшь двойной жизнью и вынужден постоянно лгать, возникает некоторое напряжение. По-моему, на руке не было обручального кольца. Или было, но я не обратила внимания, потому что была занята лишь тем, чтобы не получить работу.

Странно, но я не вижу подругу рядом с ним. Нет, я никак не преуменьшаю достоинства Лены, но они будто из разных песочниц. Или для ничего не значащего романа подойдёт любая? И почему я вообще об этом думаю?

Снимаю кольцо и, открыв дверцу, бросаю в мусорное ведро. Туда ему и дорога. И как только совершаю этот жест, звонок домофона привлекает моё внимание.

– Вита, открывай.

– Лена? – Смотрю на время, понимая, что смена подруги ещё не закончилась. – Ты как здесь?

Впускаю её, удивившись внезапному визиту, а когда отворяю дверь, сразу понимаю причину спешки.

– Ну? Как всё прошло? – Запыхавшаяся и раскрасневшаяся, скидывает пальто, ботинки и спешит на кухню, где мой эклер остался без присмотра. – Рассказывай.

Тянет руку к оставшемуся кусочку моего десерта, но я успеваю шлёпнуть по пальцам.

– Ты работаешь?

– Да.

– Зарплату получаешь?

– Ну да, – Ленка удивлённо хлопает ресницами.

– Вот иди и купи себе эклер. А этот, возможно, последний в моей жизни. У меня средств в обрез.

– Ладно. Я поняла, – поднимает руки, показывая, что не имеет притязаний на мою еду. – Как всё прошло?

– Никак, – пожимаю плечами, демонстративно наслаждаясь эклером. – Километровая очередь на собеседование, десять минут на каждого и стандартный ответ «с вами свяжутся».

– И когда свяжутся?

– Лен, никогда. Это дежурная фраза: и не обидели, и дали понять, что ты не подходишь. Но все всё понимают.

– Но ты хотя бы старалась?

– В смысле «старалась»? Зашла в кабинет, ответила на его вопросы, ушла. Что мне нужно было сделать? Устроить соревнование, кто лучше кофе приготовит?

– Ты сказала «километровая очередь». Много было желающих?

– Я была тридцать третьей, но после меня ещё были соискатели.

– Обалдеть. А какие? – Смотрю непонимающе. – Соискатели красивые?

Прикидываю, стоит ли говорить подруге, что собеседование больше походило на кастинг в модельное агентство. Но не скажу я, скажет её мужчина. В таком случае, зачем скрывать?

– Красивые, длинноногие стройные блондинки. Почти все, не считая меня и ещё одной претендентки.

– Я даже не удивлена. – Вздёрнув подбородок, Ленка закидывает ногу на ногу. – Мой Капибарчик такой.

– Кто? – Застываю с открытым ртом, не успев прожевать кусок эклера.

– Капибарчик. Я его так называю.

– А ты в курсе, что капибара похожа на огромную морскую свинку?

– Да. Но согласись, они такие милые. – Подруга мечтательно улыбается, а пытаюсь представить Маркова в образе капибары.

– Ну да, – отпиваю чай, решив не спорить с Леной.

Пусть она своего мужчину хоть «свинёнком» называет, меня это не касается. Но Капибарчик… Это однозначно перебор.

– Ладно, поехала.

– Ты приехала только затем, чтобы узнать, как всё прошло? Могла просто позвонить.

– Не могла. Хотела знать подробности.

– Дверь за собой закрой.

Не двигаюсь с места, а через пару минут, когда Лена уходит, вновь остаюсь в одиночестве. Доедаю эклер, который уже не кажется таким вкусным, и обдумываю, что делать дальше.

На собеседования меня не приглашают. Идти самой по адресам? Долго смотрю в одну точку, прикидывая, на сколько хватит запаса средств, пока не слышу звонок телефона. Номер незнакомый, но я почему-то сразу беру трубку.

– Виталина Сергеевна? – Приятный женский голос обращается ко мне по имени, сразу располагая.

– Да.

– Вас беспокоят из «Марал Групп». Ваша кандидатура на должность помощника Александра Алексеевича одобрена. Испытательный срок – месяц. Далее по приказу вашего непосредственного руководителя вы войдёте в основной штат сотрудников. Подскажите, вы сможете приступить к своим обязанностям завтра?

А я зависаю, с трудом осмысливая сказанное. Меня взяли? Вакансию сняли, потому что Марков выбрал меня? Невозможно…

– Вы меня слышите?

– А?.. Да, конечно, я могу.

– Отлично. Ваш рабочий день начинается с девяти, но желательно приходить на двадцать минут раньше. Охрана выдаст вам пропуск, они предупреждены. Всего доброго.

– Всего…

Не успеваю закончить, потому что звонок завершается, а я так и сижу с телефоном, гипнотизируя взглядом стену. Какого чёрта я не сказала «нет»? Как только Лена узнает, что меня взяли, выкатит кучу требований, что я должна узнать о её мужчине. Не хочу шпионить за боссом, но патовая ситуация с финансами не позволяет отказаться. Не согласиться – значит уступить место кому-то другому, а я такой роскоши сейчас себе позволить не могу.

– Чёрт… – обхватив голову руками, бросаю недовольство в пустоту.

Но ответ дан, а значит, завтра я стану сотрудником «Марал Групп». Решено: поработаю месяц, пока не найду что-то другое, а после уйду, сославшись, например, на требование мужа. Будет в списке Маркова ещё один секретарь, который покинул это место, но не по причине замужества, а потому что супруг против.

– Супруг! – выкрикнув, с ужасом бросаюсь к мусорному ведру, чтобы найти вещь, которая с завтрашнего дня станет моей неотъемлемой частью.

Глава 3

День не задался с того самого момента, как я открыла глаза. Смяла подушку, устроившись щекой на твёрдом шве, который детально отпечатался на коже и даже после утренних процедур не пожелал исчезать. Далее была светло-розовая рубашка, на которой я нашла пятно. Она однозначно была чистой, и откуда оно там появилось, остаётся загадкой. Пришлось сменить костюм, а заодно и аксессуары. Последним не злоупотребляю, но скромные серьги, дополняющие образ, и смарт-часы всегда надеваю. А теперь бонусом идёт обручальное кольцо. Не забыла взять сменные туфли, но не подумала об обеде.

Просмотрев карту улицы, увидела, что напротив имеются кофейня и кафе-столовая, в которой, предполагаю, питаются сотрудники близлежащих офисов. Кажется, на первом этаже офисного здания тоже что-то было… Так торопилась на собеседование, а затем на следующее, что толком не осмотрелась. Да и не было в планах работать на Маркова.

Лене об одобрении моей кандидатуры не сказала. Пока. Первые дни самые сложные в плане адаптации, изучения правил и привычек босса. Напряжение гарантировано, а подруга, пытающая меня посредством телефона, станет отягчающим обстоятельством. Сегодня среда, поэтому приглашу её в пятницу или субботу и поделюсь информацией. Если она будет.

Пока не поняла, что должна узнать. Находится ли Марков в процессе развода? Есть только два варианта: да или нет. Ещё есть вариант «на пути к разводу», но этот путь может быть долгим и занять годы. Супруги могут примириться, или появиться иные причины, которые заставят их оставаться вместе. Кстати, Лена так и не сказала, есть ли у него дети. Если есть, ситуация осложняется…

Еду в метро, прикидывая, что окажусь в офисе даже раньше оговорённого времени. Будет время осмотреться и подготовиться к приходу босса. На входе получаю пропуск и ключ, поднимаюсь на нужный этаж и уверенно иду в приёмную.

Да, впечатления меня не обманули: уютно, светло, приятно. В первую очередь – запах. Вспомнив Зыкова и тошнотворное амбре, вздрагиваю, хваля себя за своевременный отказ. Я бы и часа не выдержала рядом с ним, не говоря уже о длительном соседстве. И как подчинённые с ним работают?

Проваливаюсь в большое кожаное офисное кресло, пару минут даю себе освоиться и осознать, что теперь это моё рабочее место. Рассматриваю множество стикеров, приклеенных на монитор, отмечая, что все они написаны разным почерком. Кто-то заменял секретаря Маркова? На некоторых указаны даты, которые уже прошли, несколько на числа этой недели, один вообще непонятный, словно кто-то писал быстро и не заботился, сможет ли разобраться после.

В ящиках планер, канцелярские принадлежности, бумага. Но меня больше интересуют папки, выставленные на полках офисного шкафа вразнобой. Что ж, начнём с порядка здесь. Достаю все, открываю, просматриваю, подписываю, если надписи на корешке не имеется, и выставляю в алфавитном порядке. В одной нахожу перечень отделов и список сотрудников, бегло знакомясь с составом компании. А это именно компания, имеющая филиалы в крупных городах нашей страны.

Ещё вчера просмотрела информацию об объектах, которые обслуживала «Марал Групп», убедившись в масштабности. Компания существует двадцать два года, но Александр Алексеевич руководит ею восемь, сменив на этом посту отца. По какой причине Марков-старший передал сыну руководство, находясь во вполне энергичном возрасте, не уточняется. Но факт остаётся фактом: мой босс вложился за эти годы в дело семьи и значительно его расширил. Нашла я информацию и о его жене. Да, она есть, и о разводе данных нет. Значит, всё же соврал Ленке?

Смотрю на время, понимая, что почти десять, а босса нет. Возможно, у него встреча, да и вообще, начальство не опаздывает, а задерживается по очень важным причинам, которые сотрудникам знать не обязательно. Всё время, которое нахожусь в приёмной, слышу, как в кабинете босса разрывается телефон, но мой молчит.

После просмотра папок приступаю к изучению данных в компьютере: захламлённый рабочий стол меня раздражает. Открываю один файл, второй, третий, роюсь в папках и пытаюсь структурировать этот бардак, когда слышу голос из кабинета Маркова. Даже перестаю дышать, решив, что мне послышалось, но затем сам босс появляется в приёмной, и не из той двери, из которой ожидалось его появление.

– Доброе утро, Александр Алексеевич, – встаю, приветствуя его.

Он кажется ещё более уставшим, чем вчера: помятый вид, покрасневшие глаза и взъерошенные волосы.

– Доброе, Виталина…

– Сергеевна.

– Можно я буду называть вас Виталина? Без отчества?

– Да.

– А лучше Вита. Да, так лучше, – соглашается сам с собой. – Вы устроились?

– Да. Пока разбираюсь с небольшим беспорядком в файлах. Хочу понимать, что и где находится. А ещё хотела бы уточнить, что входит в мои обязанности.

– Например?

– Я секретарь в офисе или же выездной помощник руководителя? Какие вопросы курирую: рабочие или же ещё и личные? У меня чёткий график или плавающий? Например, можете ли вы мне позвонить в одиннадцать вечера с важным вопросом или же, покидая здание, я могу быть уверена, что в этот день меня больше не побеспокоят?

Мне кажется, Марков завис. На предыдущем месте работы я курировала несколько направлений. Сотрудников было немного, и каждый тянул на себе не только основные обязанности, но и дополнительные. Мне не привыкать, но я хочу знать, насколько глубоко буду вовлечена в дела Маркова.

– По порядку, – наконец, отвечает. – Первое, но может быть и второе. Первое. Первое. Второе. Надеюсь, понятно?

– Да. Вам сделать кофе? – Интересуюсь, потому как уже увидела чайник, кофемашину, набор кружек, несколько видов кофе и чая.

– Здесь я работаю, а не пью кофе. Обедаю на выезде или заказываю еду в кабинет. Для вас доступна кухня, расположенная этажом ниже.

В этот момент раздаётся звонок телефона на моём столе, что становится неожиданностью.

– Я перевёл звонки на вас, – поясняет, и я мгновенно принимаю вызов.

– Приёмная Александра Алексеевича Маркова, – отвечаю сдержанно и чётко. А далее девушка уточняет, состоится ли встреча и просит уточнить место. – ЖК «Морской», – прикрываю трубку ладонью, – просят уточнить насчёт встречи.

Паника в глазах Маркова даёт понимание, что он либо не в курсе, либо элементарно забыл. Поэтому переспрашиваю, когда планировалась встреча, и переношу на завтра, пометив в планере.

– Завтра час дня. Сегодня что-то запланировано? – Пробежав глазами по стикерам, вижу, что кто-то должен появиться через десять минут. – Если верить этому, – показываю листок, – у вас будет посетитель через… уже восемь минут.

– Да, так и есть. – Уверена, он не вспомнил, если бы я не озвучила эту информацию. – Не поможете? – Кивком указывает в кабинет.

Обнаруживаю, что небольшой диван разложен, а на нём расстелено постельное бельё. Он спал здесь? Не задаваясь лишними вопросами, собираю импровизированное спальное место и устраиваю всё в шкаф. Замечаю, что Марков исчезает за боковой неприметной дверью, и, чуть отступив, успеваю рассмотреть скромный санузел. Появляется через минуту посвежевший и пытается завязать галстук, нервничая и дёргая его. Подхожу, молча убираю его руки и быстро делаю аккуратный узел.

– Почему галстук носят мужчины, а умеют завязывать его только женщины? – Странный вопрос, но, кажется, что сейчас он волнует Маркова больше, чем ожидаемый посетитель.

– Чтобы заботиться о мужчинах, – отвечаю первое, что приходит в голову. – Кто обычно вам завязывает галстук?

– Домработница. – Смотрю вопросительно, потому как ожидала иного ответа. – Она приходит раз в неделю: убрать квартиру, а заодно завязывает галстуки, чтобы я мог взять любой и просто затянуть. Вчера я забылся и распустил его.

– А жена? Не умеет? – Мне кажется, вопрос приходится в тему и не вызовет подозрений, а я смогу предоставить подруге хоть какую-то информацию об изменениях в личной жизни Маркова. Если, конечно, изменения имеются.

– Не умеет, – коротко и интонационно жёстко.

Табу. Данная тема не подлежит обсуждению. Обращаю внимание, что обручального кольца на его пальце нет. Но мужчины часто не носят украшение по разным причинам. Возможно, причина есть и у Маркова.

– И часто вы ночуете здесь? – Обращаю на себя его внимание, но спешу дополнить вопрос, чтобы не выглядеть слишком заинтересованной: – На случай вашего неожиданного появления из этой двери, – указываю на ту, из которой он как раз и появился сегодня. – Или же неожиданного появления кого-то из посетителей. Я должна понимать, что отвечать.

– Я вас предупрежу, если останусь на ночь в кабинете. – Берёт телефон, совершает несколько движений, и в моём кармане раздаётся жужжание. – Запишите мой номер. И пригласите в кабинет посетителя, как только он появится.

Покидаю кабинет, закрываю дверь и останавливаюсь посреди приёмной в раздумьях. Мне показалось, что вчера Марков не проявил к моей персоне особого интереса, но вечером мне позвонили и сообщили об одобрении моей кандидатуры, а сегодня он набрал мой номер за пару секунд. Записал заранее? Что ж, предусмотрительный.

Добавляю новый контакт, именуя его «Марков А.А.». Официально и сдержанно на тот случай, если босс окажется рядом. Посетитель появляется в указанное время, и я провожаю его в кабинет. А дальше поток желающих попасть к боссу возрастает по восходящей.

Каждый представляется, я же стараюсь запомнить начальников отделов, их заместителей и тех, кто пришёл к Маркову по записи. Правда, с этой самой записью значительные проблемы, потому что стикеры заканчиваются ещё до обеда, а после приходится уточнять у каждого данные и планировать следующую встречу с учётом уже имеющихся.

Я лишь жму кнопку селектора и оповещаю босса об очередном ожидающем в приёмной. За несколько часов на небольшом диванчике сменяется множество лиц, которые я с трудом запоминаю. Но главное, что у Маркова три основных зама, отвечающих за разные вопросы и имеющих в его глазах значительное уважение.

К двум часам мой организм уже вовсю сигнализирует о желании подкрепиться, но я игнорирую позывы. Да, офисная кухня есть, но я еду не взяла, а значит, первый рабочий день придётся провести на кофе, запас которого, кстати, довольно существенный. Босс лишь один раз попросил принести чай, и напиток предназначался для представителя фирмы «Инвест Арт». Представительный мужчина был настолько обходителен и одновременно серьёзен, что я даже пожалела о своём «замужестве».

А что, никто не запрещает мне вступить в отношения с человеком не из компании. Я не нахожусь в активном поиске спутника жизни, но после Вадима в личной жизни затишье, а мне хочется иногда проводить вечера не в одиночестве. Марков привлекателен. Я бы сказала, фантастически привлекателен, но он мужчина моей подруги, а значит, под запретом.

Несколько раз рука тянется к телефону, чтобы оповестить подругу, что я всё же работаю с её мужчиной бок о бок. Анализируя всё, чтобы было рассказано Леной о Маркове, прихожу к выводу, что представляла его себе иначе. Информация о нём и реальный объект, который в данный момент находится за стенкой, разительно отличаются.

Подруга утверждала, что её Капибарчик лёгкий, позитивный, разговорчивый, щедрый на комплименты и красивые слова, но вчера и сегодня я видела перед собой немногословного и сосредоточенного человека, который вряд ли способен улыбаться. Он не грубил и не повышал голос, но всё его существо просто кричало, что он устал. Нет, не так – задолбался настолько, что не хочет открывать рот. В чём причина его усталости? Работа или личные моменты, а может, и то и другое?

Не так просто жить на два фронта, уделяя время любовнице и одновременно играя роль примерного семьянина. И если общий образ Маркова положительный, то момент с изменой значительно приземляет его в моих глазах. Напоминаю себе, что я наконец-то нашла работу с достойной оплатой и отличными условиями, а сопутствующие сложности меня не касаются, как и личная жизнь босса. Я вообще могла прийти сюда по приглашению без напутственных комментариев Лены и не сразу узнала бы, что босс и подруга связаны личными отношениями.

Именно так. Киваю сама себе, соглашаясь с выводами и решая, что легко могут отстраниться от мыслей о Ленке и сосредоточиться на работе. Да, она не отстанет с расспросами, но кто сказал, что я вообще что-то узнаю?

– Всё в порядке?

Поднимаю голову, увидев, что надо мной стоит Марков, разглядывая таблицу в планшете.

– Составляю ваше расписание. В нём удобнее и можно взять с собой при необходимости. И отредактировать, если нужно.

– Вы так эмоционально проявляли себя, – обводит пальцем в воздухе моё лицо.

– Мысленная беседа с собой. – Понимаю, что не стоит углубляться в размышления на рабочем месте, потому как это будет замечено начальством.

– И чем закончилась беседа?

На миг теряюсь, удивлена, что ему интересно, о чём думает его секретарь.

– Верными выводами и согласием, что на работе нужно думать только о работе.

– В таком случае, Вита, – интонационно выделяет моё имя, – подумайте о боссе. – Сосредоточенно смотрю на Маркова в попытке понять, что имеется в виду. – А именно, закажите мне обед.

– Что предпочитаете? То есть какую кухню? На мой выбор или что-то конкретное?

Выкладывает передо мной буклет ресторана. Ручкой обведены несколько позиций, а судя по потрёпанности бумаги, выбор Маркова неизменен уже давно.

– Это. В мой кабинет. Скажите название компании, они знают.

Исчезает за дверью, а я набираю номер и как только начинаю диктовать, на том конце заканчивают список за меня и называют адрес. Предполагаю, что босс – их постоянный клиент. Что удивительно, клиент с одним и тем же составом заказа. Ну хоть в этом он постоянен, проскакивает мысль. Чего не скажешь о личных предпочтениях.

Через тридцать минут поступает звонок с поста охраны, а ещё через пять курьер выставляет контейнеры, из которых по приёмной растекается аппетитный аромат. Я даже не подумала заказать что-то для себя. С другой стороны, бюджет ограничен, а цены в заведении значительные.

– Пожалуйста, – заношу и выставляю еду перед боссом. – Приятного аппетита.

Оставляю его наедине с пищей, а сама наливаю очередную кружку кофе и прикидываю, что работать мне ещё четыре часа. Завтра обязательно позабочусь об обеде и загляну на офисную кухню. Не знаю, насколько разговорчивыми являются сотрудники, но вдруг после бесед с ними Марков станет для меня более понятен.

Глава 4

– Доброе утро, – приветствую босса, появившегося в приёмной не из кабинета.

– Доброе. – Буркнув приветствие, проносится мимо меня, но задерживается. – Сегодня у меня встреча в городе…

– Да, в три часа, – листнув вкладку планшета, открываю расписание Маркова.

– Вы едете со мной.

– Конечно, Александр Алексеевич.

Босс покидает приёмную, а я понимаю, что иногда всё же придётся его сопровождать на встречах. Окунев часто брал меня с собой и в какой-то момент стал просто говорить «моя Вита всё запишет», «позвоните Вите, она в курсе», «этот вопрос к Вите». По-моему, он даже моей фамилии не знал, обращаясь исключительно «моя Вита». Нет, никаких намёков со стороны Владимира Олеговича никогда не было, это, скорее, походило на отеческое снисхождение, а иногда наставления человека значительно старше по возрасту. Его жена была частым гостем в нашем офисе: мы знали её, а она всех нас. Может, кто-то и думал о неделовых контактах между нами, но мне было всё равно.

Я встречалась с Вадимом, который, кстати, Окуневу не нравился ни как работник, ни как мой мужчина. Почему, я не знаю до сих пор. Расстались мы по обоюдному согласию, точнее, Вадим честно признался, что встретил другую и намерен построить с ней совместную жизнь. Да, было немного обидно, что два года отношений закончились скупым «прости, но я влюбился в другую женщину», но никто не обещал мне любовь до гроба.

Иногда я мониторю страницу бывшего ради интереса, чтобы увидеть ту, что завладела его сердцем, но на фото он всегда один. В какой-то момент я пришла к выводу, что никакой другой женщины не было, а он просто меня бросил, потому что я ему надоела. Пусть так. В некоторой степени меня это задевает, но не настолько, чтобы впасть в депрессию и приписать себе пару комплексов.

До обеда кабинет босса превращается в проходной двор, и когда к нему приходит один из заместителей, который вчера провёл у Маркова полтора часа, решаю спуститься на этаж ниже и осмотреться.

В лифте меня сторонятся, показательно отходя в сторону, а когда появляюсь на кухне, присутствующие замолкают. А их, присутствующих, около пятнадцати. Просторное, светлое помещение свободно вмещает два десятка сотрудников. Здесь имеются круглые столики, большой холодильник, микроволновка, кофемашина и даже аппарат с шоколадными батончиками и орешками. А судя по количеству подписанных кружек, кухня пользуется популярностью.

– Всем здравствуйте. Меня зовут Виталина, и со вчерашнего дня я секретарь Александра Алексеевича.

Скупые кивки как подтверждение, что меня услышали. На лицах проскальзывают странные эмоции: смесь презрения, зависти и страха. В принципе, реакция понятна, при условии, что я контактирую с их боссом на протяжении рабочего дня и услышанное в этой комнате могу передать ему не задумываясь.

Разогреваю обед и занимаю свободный столик у окна. Поглощаю рис с овощами, рассматриваю крыши автомобилей внизу и мечтаю о выходных. Рада, что вышла на работу среди недели, и у меня будет время выдохнуть и собраться с мыслями, а также позвонить Ленке и посвятить время рассказам о работе с её мужчиной.

– Наталья Павловна. – Вздрагиваю, а повернув голову, вижу перед собой улыбающуюся женщину лет шестидесяти, протягивающую мне руку. – Отдел маркетинга, бренд-менеджер.

– Виталина, – скрепляю знакомство рукопожатием.

Внимательно осматриваю её, отмечая очень короткую стрижку-ёжик и ярко-розовый цвет волос. Необычно, но ей удивительно идёт.

– А правда, что вы замужем?

– Да, – показываю правую руку, позволяя ей увидеть кольцо. – Что-то не так?

– Мы думали, Кисленко пошутила, когда озвучила особое условие для соискателей. – Смотрю на женщину, пытаясь вспомнить фамилию, которую уже слышала, но не помню, какую именно должность занимает сотрудник. – Кисленко – начальник отдела кадров. – Короткий кивок, подтверждающий принятие информации. А заодно и напоминание, что в названный отдел нужно зайти, чтобы предоставить документы для оформления меня как сотрудника компании. – Но Александру Алексеевичу не везёт с секретарями.

– Да, я слышала про волшебное место.

– Волшебное не то слово. – Наталья Павловна мило улыбается, не обращая внимания на сотрудников, которые косятся в нашу сторону и прислушиваются к разговору. – В прошлом году сменилось семеро, – растопыривает пальцы перед моим лицом, – а в этом уже двое. И последняя вышла замуж за двоюродного брата босса. Он даже кресло менял дважды – не помогло, представляете? Какая-то аура там особенная, – проговаривает с придыханием, – романтичная.

– Можете считать, что романтика закончилась. На мне, – цокаю и продолжаю поглощать обед.

– Хотя зря он, – хмыкает, отпивая чай. – Ему сейчас свободная девушка на месте помощницы не помешала бы.

– Это почему?

– Он же разводится, – переходит на шёпот. – Но там какие-то проблемы с разделом имущества.

Что ж, мысленно приношу извинения Лене, а заодно и Маркову. Не солгал, когда сказал подруге о непростом разводе. И пусть то, о чём судачат сотрудники, можно разделить на два, факт запуска бракоразводного процесса имеется.

– Я об этом ничего не слышала. И жену не видела.

– Ещё увидишь. Мало приятного.

– С ней что-то не так?

Женщина молча достаёт телефон, возится несколько минут и поворачивает ко мне экран.

– Новогодний корпоратив в прошлом году. Блондинка рядом с ним.

Рядом с Марковым красивая женщина. Тонкие черты лица, мраморная кожа, точёная фигура – идеальная. И несомненно, они прекрасно смотрятся вместе.

– Очень красивая, – не могу не принять данный факт, говоря об этом собеседнице. – Они отлично смотрятся вместе. – Но в моменте вспоминаю, что кроме развода Лена упомянула какую-то болезнь. – Она здорова?

– Ну если хамство можно считать болезнью, то со здоровьем имеются проблемы.

– Даже так?

– Да. – Наталья Павловна поджимает губы, отвернувшись к окну.

– А дети у них есть?

– Нет. Почему не знаю. Может, он не хотел, может, она.

– А может, просто не получилось. Иногда у пар существуют проблемы, о которых никто не желает распространяться.

– Если честно, я плохо представляю её матерью.

– Почему?

– Она вся такая возвышенная, несравненная, неземная, что вряд ли опустится до уровня орущего маленького человека. Она привыкла к дорогой жизни, где она сама на первом месте.

– Нельзя обвинять человека в том, что он желает только лучшего. Думаю, если бы у вас были деньги, много денег, вы вряд ли проводили бы по десять часов в офисе.

Мне, конечно, интересны детали личной жизни босса для предстоящего доклада подруге, но опускаться до обсасывания подробностей не хочу. Да и в глазах сотрудников хочется сохранить лицо и показать, что сама я приносить новости не собираюсь.

– Несомненно, но наличие средств не предполагает автоматическое унижение тех, у кого их нет. Прошлогодний корпоратив впервые проходил для всех сотрудников в сумме. Мероприятие оказалось великолепным, вот только босс, притащивший на него жену, совершил ошибку. Она демонстративно игнорировала присутствующих и сидела за отдельным столом, всем видом показывая, что мы ей не ровня.

– Ну по факту так и есть, – высказываю, видимо, непопулярное мнение, и женщина закатывает глаза.

– А как проходили корпоративы на вашей прошлой работе?

– Уютно. Коллектив был небольшим, но очень дружным. – На минуту позволяю себе окунуться в ностальгию, вспомнив о людях, с которыми было комфортно.

– А почему уволились? – И теперь от Маркова она перешла к уточнению данных обо мне.

– Фирма закрылась. Конкуренты задавили, если кратко.

– Что ж, приятно было познакомиться. – Поднимается, оглядываясь на двух женщин, показывающих, что пора идти. – Мы Александра Алексеевича очень любим. Он замечательный руководитель. – А вот и момент, который должен перекрыть обсуждение личной жизни Маркова и не очень приятные высказывания в адрес его супруги. – Надеюсь, вы у нас задержитесь.

– И я надеюсь, Наталья Павловна.

Сухой кивок на прощание, и за столом я остаюсь в одиночестве. Итак, Марков действительно разводится, но имеются проблемы. Детей у него нет, а значит, всё проще, чем я предполагала. В некоторой степени Лену можно поздравить, совсем скоро она получит мужчину своей мечты, если он, конечно, не свалится замертво. А может, я зря нагнетаю, и уставший вид – это его перманентное состояние?

Возвращаюсь в приёмную, подтверждая, что босс до сих пор общается с замом. Отшиваю нескольких посетителей, поясняя, что Марков пока занят. Я всё ещё напряжена и продолжаю сортировать файлы на рабочем компьютере, открывая и изучая каждый. Мне необходимо знать, что и где находится, чтобы в случае необходимости быстро найти.

Спустя полчаса зам покидает кабинет босса, мило улыбнувшись на прощание, а сам руководитель через пятнадцать минут напоминает, что я еду с ним. Минута требуется, чтобы сменить обувь, схватить пальто и отправиться следом.

Семеню за мужчиной, осматривая его со спины. Тёмно-серое кашемировое пальто сидит на нём идеально, подчёркивая широкие плечи. И если не считать отпечатка усталости на лице Александра, я бы сказала, образ идеален. В лифте становится неловко. Мы стоим плечом к плечу, и я лишь теперь я улавливаю нотки его парфюма: сандал, древесный компонент, мята и свежесть цитрусовых. Терпкий, но очень приятный и ненавязчивый. Сразу вспоминаю своего «возможного» босса и вонь, которой, кажется, пропиталось всё здание. Слава богу, Марков знает меру в использовании парфюма.

Оказываемся на подземной парковке, о существовании которой я не знала. Оно и понятно, у меня нет машины, а все сотрудники, имеющие транспорт, вероятно, оставляют его здесь. Чёрный мерседес ожидает нас, и босс услужливо открывает для меня заднюю дверь, позволяя оказаться в салоне. Сказать, что машина шикарная, – не сказать ничего, потому что я в таких никогда не сидела. Водитель приветствует меня едва заметным кивком и, как только Марков занимает место рядом со мной, давит на газ.

– Игорь, это Виталина, – произносит босс, сосредоточившись в телефоне. – Маршруты по последующим поездкам будет отправлять она.

Так, у меня появилась ещё одна строка в обязанностях – связь с водителем. Интересно, он один или существуют сменщики? Сталкиваюсь взглядами с Игорем в зеркале заднего вида и отмечаю едва дёрнувшийся уголок губ. Лёгкая усмешка предназначается мне? По какой причине?

На протяжении пути стараюсь не смотреть на Маркова, который уткнулся в телефон, быстро порхая пальцами по экрану. До меня доносится лишь звуки короткой вибрации, будто ему приходят сообщения. Может, он прямо сейчас переписывается с Ленкой? Мужчины, как правило, более приветствуют звонки, когда можно спросить и получить ответ, не ожидая сообщения от собеседника, но мой босс в их число, вероятно, не входит.

Осознаю, что мне неуютно наедине с ним. Нет, это не то чувство, когда нахождение рядом невыносимо и в срочном порядке хочется покинуть пространство, но напряжение имеется. Может, дальше станет проще? Когда мы притрёмся друг к другу и выстроим отношения босс-подчинённая.

Пока я не поняла, какой он человек и на что способен, когда зол. О радости не говорю, потому как улыбки на его лице пока не заметила. Или он не улыбается?

– Ожидай.

Короткий приказ водителю, остановившемуся около дорогого ресторана в центре. Я в таких местах не бывала. Нет, деньги на такое заведение у меня имелись, только я смотрелась бы здесь неуместно. Иду за Марковым, а когда оказываемся внутри, я позволяю себе осмотреться, а босс уверенно направляется к столу с мягкими кремовыми диванчиками. На них устроились двое мужчин, однозначно ожидающих нас.

– День добрый, Юрий Витальевич, – Марков пожимает одному из них руку, усаживаясь напротив и указывая мне на место рядом с собой. – И тебе, Антон.

Коренастый мужчина за шестьдесят неспешно поедает отбивную, запивая напитком зелёного цвета. Устроившийся рядом молодой, чуть за тридцать мужчина с голубыми глазами и модельной стрижкой держит планшет. Вероятно, он является помощником и находится здесь по тем же причинам, что и я.

Через несколько минут к нам подходит официант, и босс называет две позиции из меню, а после поворачивается ко мне:

– Вы что-то будете?

Прикидываю, что это «что-то» будет отминусовано от моей зарплаты. Вряд ли Марков планировал кормить секретаршу из своего кармана.

– Нет, я обедала в офисе.

– Может, десерт?

А я уже обратила внимания на эклеры. И один стоит, как шесть в кондитерской около моего дома. Соблазн велик, но я всё-таки спешу отказаться, напоминая себе, что средств впритык, а зарплату я ещё не наработала.

– Нет, спасибо.

– Я внесу в свой счёт, если вы переживаете за это.

У меня на лице написано, что я нуждаюсь? Или Марков хочет проявить себя в моих глазах как джентльмен?

– Эклер. И чай. Чёрный.

Официант, ожидающий у стола, делает отметку и исчезает. И пока не принесли заказ, мы с Антоном вслушиваемся в беседу боссов, помечая важные моменты. Я не понимаю и половины, постоянно отвлекаясь на специфические термины. На выходных нужно посвятить время детальному изучению деятельности компании, а также прояснить многие моменты, иначе в таких ситуациях буду выглядеть глупо. Да, секретарь в офисе не обязан разбираться в инженерном оснащении объектов, но мне, видимо, придётся.

И пока я с наслаждением поглощаю эклер, отвлекаясь на пометки в планшете, отмечаю, что Марков говорит медленно, даже протяжно, словно каждое слово выталкивает из себя с усилием, потому как обстоятельства обязывают. Собеседник, Юрий Витальевич, наоборот, тараторит, проглатывая окончания, словно спешит поделиться с боссом. В его речи проскакивают интересные словечки, которые я помечаю себе, чтобы потом посмотреть их значение. Но Маркова они, кажется, не напрягают. Он с интересом слушает и размеренно жуёт стейк, иногда посматривая на меня.

Заслушавшись, пропускаю момент, когда крем спешит выбраться из эклера и падает мне на юбку. Быстро собираю его салфеткой, но остаётся пятно прямо посредине. Ругаю себя и, извинившись, мчу в уборную.

– Чёрт… – ругаю себя, пытаясь затереть пятно.

На светло-сером костюме испачканное место темнеет, а когда интенсивно его тру, разрастается, превращаясь в очень большое. Жалею, что не надела чёрный костюм и прикидываю, что после встречи мы вернёмся в офис, а там ещё как минимум час мне придётся щеголять перед боссом в грязной юбке.

Возвращаюсь в зал ресторана, отмечая, что Марков за столом один, а когда опускаюсь на стул, он придирчиво осматривает мои попытки очистить юбку.

– Простите, случайно получилось, – извиняюсь за свою неосторожность.

– Со всеми бывает, – тяжело вздыхает. – Занесите в мой график встречу с Гуевым. – Указывает на место, где ещё десять минут назад сидел собеседник.

– Когда и во сколько? – Удачно кладу планшет на колени, закрывая пятно.

– Через неделю. Утром. – Создаю заметку, когда он добавляет: – В Томске. Вы летите со мной.

Открываю рот и сразу закрываю. Ничего не имею против сопровождения на встречах в пределах города, но поездки в другой город… А где у нас находится Томск? Это же где-то в Сибири?

– Есть проблемы? Муж будет против?

– Муж?

Точно, я же замужем. Нужно где-то пометить этот момент, который никак не приживается во мне.

– Кстати, как его зовут?

– Вадим, – произношу имя бывшего, потому как придумать другое нет времени, да и будет довольно странно, если я задумаюсь над ответом на такой простой вопрос.

– Напомните, сколько вы женаты?

– Два года, – отвечаю машинально и лишь спустя секунды вспоминаю, что он уже задавал этот вопрос на собеседовании. Решил проверить?

– А я десять лет. – Тяжело вздыхает, проведя ладонью по волосам и слегка взъерошив их.

– Оловянная свадьба, – изрекаю и удивляюсь, что вообще владею подобными знаниями. – Планируете торжество по этому случаю? – зачем-то спрашиваю, хотя уже знаю, что Марков в процессе развода.

– Уже нет.

Встречаемся взглядами, и к усталости в его глазах цвета расплавленного шоколада читается сожаление. Не знаю, в чём причина разрыва, но Маркова это трогает. Наверное, и меня бы тронул тот факт, что спустя десять лет, всё закончилось. По чьей вине? Задаюсь мысленным вопросом и сразу же отвечаю: вина на боссе. Может, супруга узнала о Лене?

– Не хотите отмечать? – спрашиваю и кляну сама себя за то, что не могу вовремя закрыть рот. Но я ведь, по мнению босса, не в курсе изменений в его личной жизни.

– Можно и так сказать. – Кривая ухмылка трогает его губы. – Жена не хочет, – отворачивается, осматривая людей за соседними столами, и добавляет: – А вот, некстати, и она…

Глава 5

Следую за взглядом босса и вижу ту, что имела счастье рассматривать на фото двумя часами ранее. Действительно, очень красивая женщина. Белое пальто, отороченное тёмным мехом, смотрится на ней потрясающе. Сдержанный макияж, салонная укладка и украшения дополняют образ, заставляя всех, мимо кого она проходит, оборачиваться. Хотела бы я вызывать такую же реакцию, но, увы, в моём случае лишь стандартная внешность, скромный костюм и окрашенные самостоятельно волосы.

– Ты так и не ответил, когда следующая встреча, – плюхается напротив, закинув ногу на ногу и буравя Маркова острым взглядом.

– И тебе здравствуй, Юля.

– Юлианна, – поправляет, постукивая острым коготком по столу. – Времени даром не терял? – переключает внимание на меня, въедливо осматривая.

– Виталина. Мой секретарь.

– И только? – Её бровь взлетает вверх. Интересно, она действительно думает, что Марков увлечётся такой, как я?

– И только. К тому же она замужем.

– О, решил разорвать порочный круг замужеств? – Звонко смеётся, наполняя пространство искусственным смехом. – Зря, Марков, мог бы получить двойную выгоду.

– Давай оставим взаимные претензии для встречи в компании адвокатов. Кстати, когда?

– Хоть сегодня, если ты готов принять мои условия.

– Повторяю: акции на сторону не уйдут.

– Я имею право продать их кому угодно, – шипит, перегнувшись через стол.

– Но акционеры имеют преимущественное право покупки. По закону ты должна оповестить нас о продаже, а у нас есть время принять твоё предложение. И только после отказа всех держателей акций пакет может уйти третьему лицу. Но всё это тебе уже разъяснял юрист.

– Я не хочу продавать их ни тебе, ни твоей сестре, ни твоему папочке.

– Есть закон…

– Плевать мне на закон, понял?

– Я предложил тебе хорошую сумму. Она в силе.

– А я предложила тебе развод.

– Мы оформим его, как только придём к соглашению по акциям.

– Меня не устраивают твои условия.

Демонстративно вскидывает подбородок, всем видом показывая, что намерена продавить мужа. Я же молчу и пытаюсь слиться с пространством, потому что в данный момент являюсь свидетелем выяснения отношений уже почти бывших супругов.

– Тебя не устраивают двести восемьдесят миллионов за акции и пятьдесят отступных? – Юлианна молчит, не удостаивая взглядом Маркова. – Вита, вы бы согласились на такую сумму при условии, что за вами остаются ещё дом, три машины и коллекция украшений?

– А?.. – Поднимаю глаза на босса и сглатываю, потому что его жена буравит меня яростным взглядом. Надеется на женскую солидарность? Вот только работать мне с Марковым, а не с ней. – Скорее всего… – отвечаю несмело.

– Господи, да эта… – водит ладонью вверх вниз, прикидывая, как меня назвать. – Безликость будет счастлива и сотой части.

Уже открываю рот, чтобы осадить жену Маркова, но он меня опережает.

– Ты переходишь границы. – В голосе босса слышатся звенящие нотки, предупреждающие жену, что его терпение имеет пределы.

– Всё-таки спишь с ней? Как и с остальными?

– Я тебе не изменял.

Изречение Маркова хочется оспорить, потому что я-то знаю точно, что уже два года его связывают отношения с моей подругой.

– Я знаю, что изменял.

– Есть доказательства?

– Нет. К сожалению. Иначе ты не был бы в выигрышном положении.

– У нас нет брачного договора, так что факт измены твоей или моей роли не играет.

– Моей? – взвизгивает женщина, привлекая внимание гостей за соседними столиками. – Марков, я была хорошей женой. Великолепной, если хочешь. И ты не имеешь права даже предполагать, что я способна на измену. По сравнению с тобой я святая.

– Как тебе будет угодно. – Босс поднимается, и мне приходится последовать его примеру, явив пятно на юбке, которое не остаётся без внимания Юлианны. – Напиши, когда будешь готова обсудить соглашение. Всего доброго.

Почти бегу за Марковым, который хватает пальто на выходе и спешит вырваться из помещения, которое, как мне кажется, стало тесным с появлением его жены. Одеваюсь на ходу, перекидывая сумку на другую руку и радуясь, что могу прикрыть испачканную юбку верхней одеждой. Босс обходит машину, предлагая мне устроиться самой, и, оказавшись на заднем сиденье, прикрывает глаза ладонью.

– Игорь, через четыре квартала будет химчистка. Остановись.

Пропускаю распоряжение, решив, что ко мне оно не относится, и кручу в руках телефон, борясь с желанием написать Лене. Да, жена имеется, но и сложные отношения тоже. Настолько, что между супругами чувствуется тотальное напряжение. Вряд ли они живут под одной крышей, но в таком случае возникает вопрос, почему подруга ещё не заняла место Юлианны. Или Марков ждёт окончания бракоразводного процесса, чтобы супруга не бросалась в него обвинениями?

– Пойдёмте, – покидает машину, я тороплюсь следом, а когда оказываемся внутри, босс командует: – Снимайте юбку.

– Зачем? – оторопело смотрю на него.

– Чтобы избавиться от пятна. Снимайте.

– А как я… – осматриваю себя. – Не буду же я голой. Наполовину.

– У вас пальто по колено. Достаточно, чтобы прикрыть критические зоны.

Ухмыляюсь странному словосочетанию. Мог бы сказать «голую задницу». Не голую, конечно, потому как на мне есть трусы, и всё же. Расстёгиваю юбку, а затем стягиваю по ногам, стараясь аккуратно обойти обувь и одновременно поправить пальто. Передаю Маркову, который отдаёт вещь сотруднице с дополнением «нам очень срочно».

Не знаю, сколько предстоит провести в ожидании, но босс отходит к окну и застывает, всматриваясь в поток машин и пробегающих людей. Уверена, он размышляет о встрече в ресторане. Подхожу, остановившись рядом, но соблюдая дистанцию.

– Прошу прощения за сцену в ресторане. Юля бывает несдержанной. Особенно со мной.

– Будем считать, что я не слышала вашего разговора.

– Зато слышали все посетители ресторана. – Короткий смешок, показывающий, что он и сам всё понимает.

– Не можете договориться?

Марков словно не слышит моего вопроса, не сводя взгляда с людей, стоящих на пешеходном переходе. Я не ждала ответа, лишь попыталась поддержать беседу, которую он сам начал.

– Форма организации моей компании – закрытое акционерное общество. Акции распределены между мной, сестрой, отцом и Юлианной. В случае желания продажи пакета акционер обязан уведомить остальных и уже после их отказа предлагать кому-то на стороне. Но она хочет обойти этот пункт и продать их третьему лицу.

– Почему?

– Вы и ответьте мне – почему? – Переводит на меня взгляд, а я теряюсь, словно должна быть в курсе планов жены Маркова. – С женской точки зрения. Доставить мне как можно больше проблем?

– Возможно. Если она обижена. Я же не в курсе причины вашего развода.

– А нет причины. – Босс меня удивляет. – Восемь месяцев назад Юлианна объявила мне, что подала на развод. Да, проблемы в отношениях у нас были по разным причинам, но разводиться я не планировал.

– Спросить не пробовали?

– Пробовал, – пожимает плечами. – Только ответа не получил.

– Вы ей не изменяли? – спрашиваю осторожно, зная ответ на этот вопрос, но решаю проверить, готов ли босс к откровенности.

– Нет. Что бы она там себе ни придумала, за десять лет подобного себе не позволял.

И теперь моя очередь усмехнуться. Откровенная ложь. А как же Лена и ласковое «капибарчик», которым она именует возлюбленного? Он, конечно же, не может знать, что женщина, в постели которой он проводит время, приходится мне подругой.

– А она?

– Надеюсь, что нет.

– Знаете, Александр Алексеевич, чтобы женщина подала на развод без объяснения причин, как вы выразились, причины всё же быть должны. Может, что-то другое? Унижали, били или пили?

– Нет. По всем трём пунктам.

– Финансовые трудности? – Вопрос глупый, учитывая, на каком автомобиле мы приехали, но вдруг Марков просто жмот.

– В средствах не ограничивал.

– Может… – формулирую вопрос, чтобы не показаться бестактной. – Проблемы в интимном плане?

Он резко переводит взгляд на меня, откровенно удивляясь и заставляя чувствовать себя некомфортно, а после тяжело вздыхает.

– Нареканий с её стороны никогда не было.

– Возможно, проблемы в отношениях с вашими родственниками? Или с её родными.

– У неё только мать, которая давно живёт за границей. И неплохо живёт, если честно. С моей… Как у всех. Даже если отцу и матери она не нравилась, никогда не говорили. Моя жизнь, моя жена, моя семья – мне принимать решения. Несколько раз спрашивали о внуках, но палку не перегибали.

– Простите за вопрос, но, может, дело в детях?

– С самого начала мы решили, что торопиться не станем, но и в случае беременности будем рады. Всё случится само, когда нужно. Но так и не случилось.

– А вы хотели детей?

– Наверное. – Взгляд Маркова всё ещё устремлён в окно. – Да и пора уже.

– Может, дело в этом? Вы особого рвения не проявляли, а она не осмелилась сказать.

– Не осмелилась? – Сдавленный смех мужчины вводит в ступор. – Вита, если бы вы чуть лучше знали мою жену, никогда не произнесли бы подобную глупость. Иногда её смелость откровенно переходит в беспардонность. Но меня это устраивало. А потом…

– Ваш заказ готов.

Нас отвлекает работник химчистки, у которого в руках моя юбка. Чистая и готовая оказаться на мне. Беседа прерывается, и, оказавшись в машине, не решаюсь её продолжить.

Да и зачем? Вообще, неясно, по какой причине Марков решил поделиться с чужим человеком своими переживаниями. Или это компенсация за оскорбление Юлианны? Всё сложно, напряжённо, поэтому она не стеснялась в выражениях. В любом случае, работая второй день, я собрала информацию, которая пригодится Лене.

Но вот что странно: передавать слова босса совсем не хочется. Когда он сказал, что не изменял супруге, я почему-то ему поверила. Да, я в курсе, что их отношения с Леной длятся два года, но развод – дело решёное, и он может не стесняясь говорить, что в его жизни появилась другая женщина. Но Марков выглядит так, словно действительно расстроен случившимся и совсем не походит на мужчину, который вот-вот воссоединится с любимой, опять же по словам подруги, женщиной.

Возвращаемся в офис практически под конец рабочего дня. Моего. Потому что босс, видимо, привык задерживаться и за временем не следит. Уточняю о встрече в Томске и оказывается, мы летим не вдвоём, что радует. А точные данные мне сообщат позже.

– Александр Алексеевич, вам что-нибудь нужно перед тем, как я уйду? – Приоткрыв дверь, вижу, как босс склонился над столом.

Избавился от пиджака и галстука, который заботливо висит на стуле, и расстегнул верхние пуговицы не рубашке. Пелена серьёзности улетучилась, явив человека, от которого исходит тепло. Почему-то хочется принести две кружки чая и, усевшись напротив, просто говорить с ним.

– Нет, – отвечает, не поднимая головы и, как только собираюсь закрыть дверь, произносит: – Хотя да. Скорее всего, я останусь в офисе на ночь, но у меня нет чистой рубашки. Не могли бы утром заехать в мою квартиру и взять чистую?

– Да, конечно.

Выражаю согласие и тут же задаюсь вопросом: а насколько это нормально? Он знает меня второй день и позволит побывать в его жилище? Так просто? А вдруг я не та, за кого себя выдаю и нацелена обокрасть его?

– Вот адрес, – протягивает мне листок, на котором секундой ранее написал несколько строк. – Ключи. Вещи в гардеробной. Спальня, дверь слева.

– Какую взять?

– На ваш вкус. – Попытка улыбнуться провалена, и он возвращается к тому, чем был занят до моего появления.

– До свидания.

Спускаюсь в лифте, сжимая листок, и борюсь со странным чувством – я однозначно симпатизирую Маркову. И пусть он всё же изменил жене с Леной, в моих глазах он хороший человек. По каким критериям я для себя это определила, не могу прояснить. Просто иногда на каком-то подсознательном уровне мы чувствуем светлое в людях и, несмотря на мнение окружающих и собственные знания, не можем себе позволить думать о них плохо. Или в моём случае симпатия подкрепляется тем фактом, что Марков платит мне зарплату? Неплохую, даже по меркам испытательного срока, а если говорить о полной сумме…

Завтра позвоню подруге и оповещу, что работаю в «Марал Групп». Однозначно это лучше сделать перед выходным, чтобы до ночи делиться впечатлениями, а в субботу иметь возможность выспаться.

И я уже прикинула, что начнётся после: отчёт в онлайн-режиме куда пошёл, с кем встречался, что говорил. Как-то мерзко докладывать кому-то о жизни другого человека. К тому же я планирую сохранить работу, хотя бы на время, пока не подыщу другое место с равнозначной оплатой. А искать придётся, потому что как только Лена и Марков воссоединятся, он узнает, что мы давно знакомы, и вполне может подумать, что я устроилась в его компанию исключительно для слежки. Нет, мы, конечно, можем изобразить удивление, отметив череду случайностей, которая привела меня в его компанию, но, как по мне, это будет выглядеть глупо.

Но я всегда могу устроиться к Зыкову. Вряд ли кто-то добровольно согласится терпеть его ядерный парфюм, поэтому место останется вакантным. Не самый плохой вариант в критической ситуации, но далеко не лучший.

Погрузившись в мысли, доезжаю до своей станции и не задумываясь заворачиваю в кондитерскую, чтобы купить два эклера. Не могу удержаться, да и я сегодня нуждаюсь в маленьком поощрении.

Глава 6

Элитный дом, в котором проживает босс, встречает меня в лице охранника, оказывающегося в курсе, что я помощник Маркова и направляюсь в его квартиру. Поднимаюсь на нужный этаж, открываю дверь и попадаю в светлое, но по ощущениям холодное пространство.

Интерьер в бежевой гамме и мебель в тон смотрятся приятно, но не вызывают желания задержаться в помещении. Настолько много места, что кажется, крикни – и эхо разлетится по квартире. Осматриваю гостиную, затем кухню, на которой, видимо, никогда не готовили, несколько маленьких помещений и лишь потом вижу лестницу на второй этаж. Квартира двухуровневая. Поднимаюсь, отметив ещё несколько дверей, и вспоминаю слова босса «спальня, дверь слева».

Открываю первую левую и действительно попадаю в спальню. Здесь всё в тех же бежевых тонах: лаконично, стильно, но скучно. Как по мне, не хватает яркого пятна, которое разбавит тоскливую цветовую умеренность. Быстро нахожу гардеробную и, застыв, рассматриваю мужские вещи. В большинстве своём классические костюмы в тёмных цветах, галстуки, обувь, верхняя одежда и аксессуары. Из последнего широкий выбор запонок и совсем нет часов. Неужели те, что он носит, единственные? Открываю один за другим ящики, рассматривая содержимое гардероба Маркова, и в последнем нахожу обручальное кольцо, одиноко устроившееся в квадратном бархатном отсеке.

В этот момент пронизывает неприятным ощущением: будто я подглядываю за кем-то, чуть больше, чем остальные, погрузившись в личную жизнь чужого человека. Он снял его, но сохранил. Не поступают так люди, которые стремятся к разводу, чтобы воссоединиться с любовницей. Может, Лена его не так поняла? Или не поняла вовсе?

Заставлю себя отлипнуть от лицезрения украшения и поднимаю голову, решая, какую рубашку выбрать. Вчера Марков был в тёмно-синем костюме, значит, возьмём нежно-голубую. Снимаю со штанги вешалку и обдумываю, как повезу её. Взгляд падает на чехлы для одежды, сложенные в отдельном отсеке, и уже через пару минут уверенно покидаю квартиру босса, чтобы не соблазниться на осмотр остальных помещений. Мне это ни к чему, а подруге я не скажу, что побывала в его квартире.

А может, она в курсе, как выглядит жилище Маркова изнутри? Встречаются они в отелях, но это не значит, что он её не приводил в гости или хотя бы показывал фото. Его жена попросила развод восемь месяцев назад. Вряд ли она живёт с ним на одной территории, да и зачем, если в средствах Юлианна не ограничена. И снова возникает вопрос: зачем скитаться по отелям? А может, у босса есть ещё квартира, где он проводит время с любовницей?

Мысли вновь уносят меня не туда, и я отгоняю их, приготовившись написать подруге о работе с её Капибарчиком.

Капибарчик… Вспоминаю Маркова, применяя шуточное прозвище, и не клеится. Вот совсем. Даже «заей» язык не поворачивается его назвать. Дорогой? Более подходящий вариант для босса. Юлианна демонстративно называла его по фамилии. Как по мне, подобное обращение применимо к человеку, который тебе безразличен или же неприятен. Но он внимания не обратил или же привык?

Вхожу в здание, кивнув охране, и спешу на нужный этаж. Оказавшись в приёмной, осторожно подхожу к двери кабинета Маркова и стучу, чтобы услышать шаги и щелчок замка.

– Рубашка, – выставляю перед собой чехол, показывая, что задание выполнено.

– Доброе утро.

Предлагает войти, почёсывая затылок и разминая шею. Вновь помятый и ещё более уставший. Расстёгивает пуговицы и стягивает рубашку по плечам, являя мужское тело: в меру подтянутое и крепкое. Нет, о выдающихся рельефах речи не идёт, но внимание однозначно притягивает. Рассматриваю дорожку тёмных волос, исчезающих под поясом брюк, а подняв взгляд, сталкиваюсь с вопросительным мужским.

– Простите, – отворачиваюсь, позволяя ему одеться, и чувствую, как горят щёки.

Я настолько откровенно его рассматривала, что могут возникнуть ненужные вопросы. И первый: почему замужняя женщина пялится на полуголого мужчину? Потому что у этой женщины несколько месяцев не было секса и денег, чтобы куда-то сходить и познакомиться с тем, от кого можно этот самый секс получить.

Но теперь я вижу перед собой множество мужчин, часть из которых заслуживает внимания и желания познакомиться поближе. Стоит избегать работников компании, которые могут поделиться с боссом, решившим, что замужняя секретарша является гарантией продолжительной работы. Но ведь никто не запрещает присмотреться к кому-то вне компании. Например, к представителям других фирм. Кстати, этот момент несёт в себе только плюсы: отношения и смена работы.

– Вита?

– Да, – оборачиваюсь, столкнувшись с Марковым, который стоит прямо у меня за спиной.

– Диалог с самой собой?

– Простите?

– Я даже со спины определил, что вы ведёте очень эмоциональную беседу, – указывает на меня и улыбается.

Впервые с того момента, как я оказалась в этом здании. Это не вымученная улыбка, приготовленная для кого-то – момент его действительно веселит.

– К сожалению, думать «тихо» не умею. Близкие и друзья уже давно привыкли.

– И муж? Кажется, Вадим?

– Он тоже. Особенно он.

«Вита, ты замужем», – напоминаю себе, прикасаясь к обручальному кольцу. Вспоминаю такое же, лежащее в ящике гардеробной квартиры Маркова. И его цена раз в сто больше. Вряд ли жена босса согласилась на самое дешёвое.

– Кстати, у вас очень простое кольцо. – Указывает на мою руку. – Хотя цена не имеет значения, если чувства настоящие. И брак не спасёт, если их нет.

– Ваш не спас, – произношу утвердительно и тут же корю себя за несдержанность. Сейчас он решит, что я рылась в его вещах с особой тщательностью. – Я искала галстук и случайно увидела ваше.

– Хотел от него избавиться, а потом… Кстати, Вита, а как избавляются от обручальных колец?

– Сдают в ломбард. Наверное, – пожимаю плечами, не понимая, какого ответа ждёт мужчина.

– А что сделали бы вы?

Затягивает галстук и надевает пиджак, чтобы устроиться в рабочем кресле и приготовиться к рабочему дню.

– Просто выбросила бы. Конечно, при условии, что оно вызывало бы во мне неприятные ассоциации. Странно хранить вещи, связанные с отрицательными эмоциями. – Кстати, именно так я и поступила несколько дней назад, когда решила, что собеседование провалено, а потом копалась в мусоре. – Но это при условии, что колечко стоит немного. Могу предположить, что у такого, как вы, стоимость исчисляется десятками тысяч.

– Сотнями, – тут же поправляет меня, ввергая в замешательство. Мне в принципе всё равно, сколько стоят вещи у людей. – Юлианна настаивала на пышной свадьбе, большом количестве гостей и дорогих кольцах от известного бренда. Я же хотел скромное торжество.

– Но её пожелание исполнили.

– Потому что любил. Мужчина готов сделать многое, если женщина для него действительно важна.

Его слова приправлены прошедшим временем и сожалением в голосе. Марков отводит взгляд, проваливаясь в собственные мысли, но спустя минуту собирается и начинает перебирать бумаги на столе. Показатель того, что разговор окончен, а я могу вернуться на своё рабочее место.

– Вам что-нибудь нужно, Александр Алексеевич?

– Нет.

Опускает голову, а я покидаю кабинет, чтобы оказаться в уютной приёмной. Есть ещё двадцать минут, чтобы сделать бодрящий напиток и насладиться тишиной, потому что уже скоро помещение превратится в проходной двор.

Что и происходит спустя полчаса, когда напротив, устроившись на диванчике, щебечут две женщины средних лет.

– Он освободился? – Одна из них, с высоким пучком на голове и очках в ярко-розовой оправе, показывает взгляд на дверь кабинета босса.

– Пока нет, – шепчет вторая, чуть наклонившись к собеседнице и прикрыв рот ладошкой, но всё же держа её на расстоянии, чтобы не коснуться губ, на которые плотным слоем нанесена красная помада. – Кеша не любит вдаваться в подробности, но всё же проговорился. Юлианна стоит на своём, не хочет продавать акции ему или родственникам.

– А так можно?

– Нет. Сначала она должна предложить пакет акционерам и в случае несогласия искать покупателя.

Так, женщины говорят об акциях, которые жена Маркова не хочет отдавать ему, точнее, только не ему или членам семьи. И тут действительно попахивает местью оскорблённой женщины, которая стремится насолить по максимуму.

– И? Она предложила?

– Предложила, – ухмыляется та, что с красными губами, – только стоимость запредельная. Марков не потянет.

– Даже так?

– Только так. Она хочет развод, он хочет акции, а вместе они хотят подгадить друг другу.

– Марков?! – восклицает та, что в очках. Слишком громко, потому как обе косятся в мою сторону, прикидывая, слышу ли я. – Ты что-то путаешь, Свет. Не поверю, что он, – повторно указывает на дверь, – опустится до подобного.

– Ну знаешь, – шепчет собеседница, активно жестикулируя, – когда тебя бросает жена, и не до такого опустишься. Хотя, говорят, он уже утешился.

Смотрю на монитор, но всё моё существо сосредоточено на беседе сотрудниц компании, которые по глупости решили обсудить личную жизнь босса в присутствии его секретаря, наивно полагая, что у меня проблемы со слухом.

– И кто она?

– Не из наших.

– Правильно, не стоит плодить служебные романы. Чтобы другим неповадно было.

– Это ты о себе? – подтрунивает «красная помада». – Прекращайте зажиматься по углам. Как подростки, ей-богу.

– Просто Виктор Романович – мужчина нетерпеливый. – Женщина в очках смущается, видимо, не планируя делиться подробностями, а после показывает собеседнице, что пора замолчать.

Десять минут проходят в тишине, разбавляемой щелчками клавиатуры и телефонными звонками. А когда из кабинета босса вылетает зам, «красная помада» подскакивает и громко объявляет:

– Светлана Викторовна Лесовая, глава юридического отдела.

Поднимаю взгляд, позволив себе несколько секунд исследовать женщину, а затем оповещаю Маркова, который тут же принимает сотрудницу. Та, что осталась на диванчике, достаёт телефон и отвлекается, не обращая на меня внимания.

Я же думаю о том, что в компании не прочь обсудить личную жизнь Маркова, не стесняясь посторонних. Нет более интересных тем? По какой-то причине я всегда была равнодушна к офисным сплетням, да и мой предыдущий коллектив был немногочисленным. Мы общались больше как хорошие знакомые, чем коллеги, но даже когда возникали спорные ситуации, старались не доводить до абсурда, улаживая конфликт сразу. Да и спросить можно было прямо и получить такой же ответ. Интересно, знает ли босс, что тема его развода интересна подчинённым настолько, что обсуждается даже в собственной приёмной?

День пролетает незаметно, и сегодня на кухне никто ко мне подсаживается, позволяя спокойно употребить обед. Маркову заказала тот же набор, что и ранее, оставив в кабинете.

Прощаюсь с ним, предварительно оповестив, что ухожу, забегаю в отдел кадров и бухгалтерию, чтобы предоставить документы. Нервничаю, ожидая, что в меня прилетят вопросы об отсутствии штампа в паспорте, и уже мысленно готовлюсь произнести версию Лены, но на удивление никто не делает на этом акцент. Что ж, либо сотрудники невнимательные, либо я не столь значимая фигура, чтобы меня исследовать.

Первая короткая рабочая неделя окончена. Выходные кажутся спасением. В планах отдых, чистка костюма, который так и лежит на балконе, звонок маме и, конечно же, разговор с подругой. И, чтобы не передумать, достаю телефон и пишу короткое.

Я: Я прошла собеседование. Работаю с Марковым.

Интересно, через сколько секунд Ленка перезвонит и забросает меня вопросами? Но звонка не поступает, а сообщение остаётся непрочитанным. Странно… В некоторой степени даже радуюсь, надеясь, что подруга решила не играть в шпионские игры, а поговорила со своим мужчиной через рот.

Выхожу на своей станции, поднимаюсь, заглядываю в магазин, а когда оказываюсь в арке дома, на меня кто-то налетает.

– Витка, привет.

Передо мной запыхавшаяся и растрёпанная Лена, которая согнулась пополам в попытке отдышаться.

– Ты что, бежала?

– Ага, – выставляет руку, показывая, что ей нужно ещё немного времени, чтобы прийти в норму. – Рванула после твоего сообщения. Смахнула верхнее меню, прочла и сразу к тебе.

– Могла бы дождаться вечера.

– Нет. Ты что, не понимаешь, что произошло?

Иду в направлении подъезда, а Ленка, повиснув на моей руке, семенит рядом.

– А что произошло?

– Ты теперь с ним работаешь! – пищит, задыхаясь от радости. – Ты можешь всё-всё про него выяснить, понимаешь? Даже то, что он мне не рассказывал.

И пока поднимаемся в лифте, мне проговаривают список того, что, по мнению Лены, я должна узнать о её мужчине. Такое количество пунктов я вряд ли осилю…

– Вы что, вообще не разговариваете? – Подруга смотрит непонимающе, ожидая продолжения. – Ты хоть что-то о нём знаешь?

– О его работе всё. То есть с кем встречается, куда едет, какие встречи проводит, а вот о семье… – мнётся, ожидая, пока я сниму верхнюю одежду и пройду на кухню.

– Кстати, о семье. Хочу извиниться перед тобой и твоим Капибарчиком.

– За что?

– Обвинения с моей стороны были необоснованными – он действительно разводится.

Глава 7

– Правда? – произносит на выдохе подруга и медленно опускается на стул, не сводя с меня взгляда.

– Сначала об этом мне рассказала сотрудница, а после я имела честь познакомиться с его женой. Знакомство было не из приятных, – пресекаю рвущийся из Лены поток, сразу оповестив, что к жене Маркова симпатией не прониклась. – И да, проблема в разделе имущества, точнее, в акциях компании.

– Ты всё это узнала за три дня?

– Информация пришла ко мне независимо от моего желания. – Закатив глаза, разбираю продукты и обдумываю, что приготовить на ужин с учётом возможности не готовить и завтра.

– И какая она?

– Кто?

– Его жена.

– Ты же её видела, – удивлённо смотрю на Лену, которая год назад рыдала на этой кухне сразу после разоблачения Капибарчика.

– Да… Нет… Не совсем так…

– В смысле? – Подруга нервно мнёт пальцы, стараясь не встречаться со мной взглядом. – Ты же говорила, что жена Маркова посещала вашу клинику.

– Посещала, – кивает в подтверждение своих слов. – Я увидела фамилию Маркова в графике, а вечером сказала об этом. В шутку спросила, не его ли жена была на приёме, а он подтвердил…

Осмысливаю сказанное, понимая: Лена могла до сих пор находиться в неведении просто потому, что Марков не планировал рассказывать о своём семейном положении. Она его подловила, а он, не успев сориентироваться, выдал правду. Мыслями возвращаюсь к боссу, вспоминаю его слова о супруге и причинах разводах, и снова не вяжется.

– Вит? – Перевожу взгляд на Лену. – Я здесь, – размахивает перед моим лицом руками. – Я уже привыкла, что там, – указывает на мою голову, – происходит активный мыслительный процесс, но он явно отражается на твоём лице.

Действительно, подруга как никто знает, что моя мимика напрямую связана с мыслями, и это, в принципе, всегда меня и выдаёт.

– А он фото жены не показывал? – Отрицательно мотает головой. – А имя называл? – Снова «нет». – Она была записана на приём, там же имя стоит?

– Нет. Фамилия и инициалы, но я не запомнила, – пожимает плечами. – А после не смотрела, потому что он всё подтвердил. А зачем тебе?

– Да так, – отмахиваюсь и подхожу к столу, чтобы начать чистить картошку, погружаясь в собственные мысли, и всё же хочу прояснить спорные моменты. – А он почему такой уставший?

– В смысле? – Ленка воодушевляется, встряхиваясь и сосредоточившись на мне.

– Глаза красные, движения заторможенные, говорит через силу – будто на последнем издыхании и вот-вот свалится от перенапряжения. И да, я работаю со среды, и Марков дважды ночевал у себя в кабинете. Как-то объяснял этот момент?

– Сказал, много работы, но я бы не сказала, что он устал. Мы виделись позавчера: много говорил, делал комплименты, смеялся, был очень активным в… – Ленка прокашливается, и я понимаю, в каком именно месте босс был активным.

– Смеялся? Ты ничего не путаешь? – Вопросительно смотрю на Лену. – Я сегодня впервые увидела его улыбку. Да и полноценной улыбкой это сложно назвать.

– Вит, он живой, весёлый, активный, словно моторчик.

Замираю в неоконченном движении с ножом для овощей и вновь представляю Маркова: живой, весёлый, активный? Кто ты, человек, о котором говорит подруга?

– Возможно, мой вопрос покажется странным… – беру паузу, формулируя мысль. – А мы точно говорим об одном человеке?

Лена замолкает, уставившись на меня, но я в ожидании ответа не отвожу взгляд, всем видом показывая, что настроена получить объяснение от подруги.

– Александр Марков, генеральный директор «Марал Групп». Тридцать семь лет, высокий, тёмные волосы, карие глаза. В браке десять лет, детей нет.

– Про детей знала?

– Позавчера спросила. После нашего с тобой разговора решила прояснить некоторые моменты. Он повторил, что находится в процессе развода, ты подтвердила эту информацию. Получается, всё, что он говорил, – правда?

– Почти, – спешу огорчить подругу. – Его жена ничем не болеет.

– А зачем солгал?

– Возможно, момент с разделом имущества показался недостаточной причиной, и он решил дополнить его болезнью. Чтобы ты смиренно ждала и не подгоняла с разводом.

– Я и не подгоняю, – рассматривает свои ногти, смущаясь и переводя взгляд. – Так, иногда спрашиваю…

– Иногда? – Демонстративно фыркаю, закатив глаза. – Двадцать раз в день?

Лена прибедняется, потому как я, знающая её ещё со школы, могу сказать точно: если она настроена что-либо получить, достанет и мёртвого. Поэтому предполагаю, что босс получает вопросы о разводе от Лены чаще, чем посещает туалет.

– Нет, действительно нечасто. Да, вновь задала некоторые вопросы после нашего с тобой разговора, но теперь буду сдержанной. Он в процессе развода, что является правдой. А ты знаешь, когда он разведётся?

– Понятия не имею.

– А его жена ничего не говорила?

– Говорила лишь о встрече по этому поводу, точнее, о соглашении.

– А когда встреча?

– Они не договорились. При мне. Возможно, позже созвонились. – Вспоминаю, что в машине Марков активно общался посредством сообщений. – Или списались.

– Посмотри его телефон.

– Чего? – повышаю голос, направляя негодование на подругу. – Лен, ты как себе это представляешь?

– Ну он же выходит куда-то, – разводит руками. – Вдруг оставит в кабинете. Зайди и посмотри.

– А ты часто куда-то идёшь и оставляешь телефон?

– Никогда.

– С чего ты взяла, что он так делает?

– Потому что я знаю его два года. Когда проходят наши встречи, он откладывает телефон на стол и не прикасается к нему.

– В таком случае почему сама не посмотришь?

– Там пароль. Отпечаток пальца.

– Интересно. – Закончив с чисткой картошки, складываю руки на груди и готовлюсь объяснить Лене, что не всё так просто, как она себе представляет. – То есть ты, – указываю на неё пальцем, – проводишь с Марковым по несколько часов и не можешь забраться в его телефон, а я, – тычу тем же пальцем себе в грудь, – обычная секретарша, способна залезть в телефон босса? Лен, не сходится.