Эффектор: наследие иного мира

Глава 1

С трудом открыв глаза, я ничего не увидел, словно их и не было. Кожа ощущала тёплую летнюю траву. В нос проникал запах леса. Пели птицы, стрекотали сверчки, а где-то вдалеке кричала сова.

Вдруг голову пронзила жгучая боль, словно магму из самого ада залили в мои уши, и кипящая жидкость сожгла всю голову. Руки и ноги не слушались, словно их пронзили стальные цепи. Лёд сковал тело.

“Всё-таки умру?” – пронеслось у меня в голове. И тут ко мне начали приходить воспоминания. Не мои, чужие. За мгновения в разуме пронеслись сотни и десятки тысяч событий. Я начал терять своё “Я” в потоке бесконечной информации, связанной совсем не со мной. Сохранить удалось не многое, но то, что удалось, стало основой моего нового “Я”.

Вспышки лиц, чувство доверия, удар в спину, хлад стали боль глазниц. Это разве мои воспоминания? Нет! Тогда чьи они?

“Рен Онейро” – вспыхнуло в сознании.

В сердце закололо от боли предательства. Всё моё нутро начала пронзать ярость. Я был предан и унижен, сломлен и убит своими же. Что-то внутри меня взорвалось. Жар ярости выжег остатки слабости. Труп? Нет. Я ещё могу двигаться. Я должен! Конечности, налитые свинцом, двинулись. Вита, энергия жизни, пронзила каждую клетку тела.

На душе стало мерзко от понимания ситуации, в которой я оказался.

Меня теперь зовут Рен Онейро… и я попаданец. Мой Орден! В ближайшее время он будет уничтожен Крепостью, что предала всё, что было дорого Рену. Но могу ли я что-то сделать? Не могу! Я слеп, и пусть у меня есть сила… её не хватит, чтобы выступить против Крепости. Сила Онейро в глазах, коих у меня теперь нет.

Холод застыл в жилах. Что-то тёплое жгло изнутри. Я ощущал всем нутром какой-то тяжёлый чужеродный объект, пронзивший живот насквозь. Дотронулся рукой до раны. Древесная кора. Сколько времени прошло с тех времён, как Рен умер? Неизвестно.

Вспомнились уроки. Судя по всему, я оказался Лесу Виты. Здесь деревья… необычные. Чувствую, как во мне бушует суп из клеток дерева. Те самые клетки крови и плоти от одного из основателей Крепости Шторма. Вроде его звали Петро. Он из Ордена Древоистов. Своей витой и вырастил этот лес…

Очнувшись, я запустил отторжение чужеродных клеток. Но не так, чтобы сильно. Я ощущал, как тело выталкивает дерево, но часть клеток, по тем же чувствам, уже стала частью меня. Хех. Либо моё тело преобразуется в тело какого-нибудь древесного монстра… либо чужеродные клетки ассимилируются и станут частью меня. Забавно.

Тут сознание покинуло меня на какое-то время. Пробудившись вновь, я чувствовал себя лучше. Да и бредить перестал. Так и разум стал значительно чище.

Думаем. Я как-то оказался в этом самом Лесу Виты. Это идеальная позиция, потому что с одной стороны, здесь не часто бывают гости, а с другой – близко к Крепости Шторма. В любом случае, я смогу проникнуть в Крепость без проблем, а пока могу успешно скрываться. Навыков моих, то есть Рена, достаточно для того, чтобы спрятаться от большинства рыцарей виты, а кто-то серьёзный вряд ли сюда пойдёт.

Моё текущее состояние всё ещё было тяжёлым. Руки дрожали, кисти не слушалась, но, всё равно, справилась с указом – достать нож из сумки. Ощутив пальцами ржавчину на оружии, стало ещё более понятно моё долгое нахождение здесь.

Так же, далеко не с лёгкостью, и в голос взывая всем богам, чтобы пытка прекратилась, я начал срезать тонкий ствол, застрявшего во мне дерева. Не знаю, сколько прошло времени. Медленно и верно, мне удалось срубить толстенную палку, растущую из-под земли прямо через моё тело.

Спустя ещё долгие часы, обрезал ствол и под моей спиной. Дальше было дело техники – просто вытащить из тела ствол. Но всё было не так просто. Каждый миллиметр вытаскиваемого инородного объекта давался мне болью и харканьем кровью. По телу, что удивительно, она стекала не так сильно, как из рта. Но и это в итоге закончилось. Потрогав рану в пузе, я осознал, что та начала затягиваться. Причём, очень быстро.

Прошло ещё какое-то время, прежде чем мне удалось принять сидячее положение. Кровь уже не текла так быстро. Но сердце всё так же билось с бешенной скоростью, а лёгкие просто вымораживало.

– Ха…Ха… – я тяжело дышал, сидя спиной к очередному, уже действительно толстому стволу.

Спустя время, я решил погрузится глубоко в себя. Не особо заморачиваясь, начал медленно прогонять местную магическую энергию – виту по основной паутине Ви-точек. А они, в свою очередь, ощущались как кровоток или нервы, но казались похожими на искусственное производство какого-нибудь паука. Это, если что, не я такой знающий. Просто, пляски с воспоминаниями продолжались.

Прогнав энергию по каналам, я ощутил облегчение. После этого, потянул руки вперёд. Конечности надо было размять. Вот только трава начала ластиться ко мне. И с этого я непременно удивился. У Рена такого не было! Это что такое? Да и вита как-то течёт иначе, ещё и цвет другой. Эх… Я всё-таки мутировал во что-то непонятное…

Теперь во мне теперь сложно было бы узнать оригинального Рена лишь по вите. А это был весьма важный индикатор. Можно, конечно, спрятать виту и сойти за обычного человека…

В прочем, мои прятки пока были не очень важны. Важно было другое, а именно то, что я теперь мутант. Сейчас мне доступно дерево, что не подвластно даже наследникам Петро. Но сменилась ли моя предрасположенность к остальным стихиям? Уверен, что да. Если изменилось тело, то и стихии должны были поменяться.

Ну и, самое главное, что я заметил, это сильно подросшая регенерация. Клетки Петро, под моим контролем, начали ещё быстрее ассимилироваться. Моя ярость и злоба начали концентрироваться в глазницах с понятным желанием – снова видеть. Я вбрасывал в топку всё более сильные и тёмные моменты из жизни Рена, одновременно очищаясь от них.Неизвестно, сколько я так просидел в медитации под деревом. Но по ощущениям, прошла пара недель.

Когда всё закончилось, моя вита, а также сама цепь ДНК изменились. Я перестал быть известным Реном Онейро. Теперь я некто другой. Некто, имеющий одну кровь как с Онейро, так и с деревом. Теперь как моя душа стала чем-то третьим между Реном Онейро и попаданцем, чьё имя стёрлось из памяти, так и моё тело стало чем-то между всё тем же Онейро и Петро…

Даже мой цвет волос изменился на белоснежный. И, главное, я снова видел! И это теперь сложно у меня отобрать с такой-то регенерацией. Единственный минус моих текущих очей – они вполне обычные, без способностей.

И тут я вспомнил про одну важную особенность Онейро. Если забрать у них глаза, то можно наблюдать через эти самые очи, где бы они не были. Жаль магию использовать нельзя. Так бы использовал “Прожигающий Взгляд“ на моих глазах, что сейчас глазницах Дизо. Так бы прибил гада! Но чего не могу, то не могу. А так бы какая идеальная месть за мою смерть бы была… Воспоминания мне указывали именно на него, как на врага.

Итак, эксперимент. Зная, что это возможно и на одном энтузиазме, через сутки, я подключился к одному из глаз. Дизо в этот момент отдавал приказы по уничтожению моего Ордена. Вот прям по губам читаю его предательскую натуру.

– Вот кусок навоза! Да чтоб тебе в аду самый горячий котёл приготовили. Чтоб тебя черти полюбили! Ты, мусор – выругался я и задумался. Нужно было что-то делать и быстро!

И тогда у меня в голове созрел план…

***

Множественное временное клонирование далось мне с трудом, а просматривание всей информации глаз, что вставил себе в глазницу Дизо – вообще вызвали у меня ментальную усталость. Но медлить было нельзя. Благо хоть виты, в отличии от прошлого Рена, оказалось очень и очень много.

Временные клоны знали свои цели и устремились вперёд. Делая их, я заметил возросший объем виты, но упавший контроль над ней. От того мои клоны стали значительно крепче, но вот используемые навыки… Вот это да, это проблема. Рен был сосредоточен на своём развитии орденских навыков, которые с таким перекосом теперь не особо работали. От того моя скрытность упала, но вот “Полёт буревестника”… О да, эта магия, итак, раскачанная мной прошлым, взлетела до безграничного уровня, позволяя за какие-то секунды клонам и мне отправиться в нужные места.

Я и пять моих полных копий проникли в квартал ордена Онейро, минуя барьеры Секретной Стражи, Гнезда, и, конечно же, самих Онейро. На первых порах, врагов встречено не было, а все боеспособные Онейро уже сражались за Орден где-то севернее. К счастью, никому не было дела до шестёрки крайне быстрых рыцарей виты, что буквально телепортировались по домам в поисках детей. И хотя мои цели были гуманными, план был строго прагматичным. Нельзя спасать слишком маленьких детей – их возможность выжить в текущем состоянии около нулевая. Так же нельзя спасать взрослых из тех, включая тех, кто не способен сражаться – их умы крепки и возможность перетянуть их на свою сторону тоже почти нулевая. Поэтому следовал строго такому плану – искать тех, чьей пропажи никто сразу не заметит. Спасть я хотел кого-то возраста ученика-оружейника…

В голове и на памяти Рена были дети Онейро, способные пережить падение Ордена и стать верными Крепости Шторма бойцами… Да, я всё ещё хотел остаться в Крепости Шторма, ибо другие варианты мне казались совсем уж рискованными. Пока жив Гаскон, текущий Верховный Магистр, у меня всё ещё есть возможность жить в Крепости… А дальше придётся действовать по обстоятельствам… Вряд ли я смогу помешать планам героической смерти Гаскона во время битвы при Понендо.

Побывав на территории Ордена, я забрал пятерых детей, что представляли ценность в моих глазах. Нет, я мог попытаться спасти и больше детей, но, итак, рискую спасая этих. Конечно, мне не приходиться быть богом, чтобы решать кому жить, а кому умирать. Но моя героическая смерть об Гнездо или Секретную Стражу может уничтожить и этих пятерых. А значит, делаем так, как возможно для наилучшего исхода, а не так как хотелось бы.

Квартал Онейро горел. Повсюду валялись пожитки людей, а вдалеке громыхал бой. Где-то там кровь лилась не просто рекой, а уже морем. И я просто был не в силах что-то изменить. Надо быть прагматичным и эффективным, но почему по моему лицу текут слёзы? Да мне грустно, да мне больно. Но выбора просто нет. Либо так, либо меня самого переиграют.

Итак, пятеро детей. Вильям, Роман, София, Нериса. Самой большой из них была Мия Онейро. Насчёт последней я был вот вообще не уверен. Но я чувствовал, что должен был её спасти.

Я замыкал пятёрку клонов, бегущих из квартала. Но что-то заставило меня остановится и взглянуть на полыхающее дома Ордена. Моего Ордена. Возможно, это был крик сестры, детская игрушка, промокшая от крови, что была видна из далека с моего ракурса, или запах свежеиспечённого хлеба, что пёк дед Парун. Быть может, и всё сразу.

Промедлив, я не успел скрыться и сбежать вовремя. Меня встретила Секретная Стража. Рыцарь виты в шлеме в форме лисы стоял на против меня, мешая уйти. Атаковать он не спешил, но и говорить что-то медлил. Однако, долго мы молча стоять напротив друг друга не могли, потому я решил развеять тишину:

– Я Сиройки (Белое Дерево) из Секретной Стражи. Выполнял затяжную миссию лично приказу Верховного Магистра. Нельзя было выдавать мою причастность к Секретной Страже. – уверено произнёс я, вглядываясь в маску. Частично мои слова были полной правдой. Я, действительно, всё ещё считал себя воином Секретной Стражи и в последнее время перед смертью правда участвовал в миссиях Верховного Магистра. Ложью была лишь длительность миссии и выдуманное имя. Но ни то, ни другое, не было чем-то из рук вон выходящим для специалиста Секретной Стражи.

– К Верховному Магистру. – немногословно ответил мне юным голосом боец Секретной Стражи и повёл за собой. Я отправился за ним, готовясь в любой момент свалить, если нужный клон не рассеется в ближайшее время и не передаст нужную мне информацию. И он таки рассеялся.

Глава 2

Ранее, кабинет Верховного Магистра.

– Это «необходимость» станет нам боком, Дизо. – в который раз причитал Верховный Магистр Гаскон. Он сидел на троне и мирно покуривал трубку, пока где-то там происходила резня народа. Его народа. Всё шло на благо Шторма, но лишь время покажет, стоило ли оно того, или нет.

– Это необходимо. – сухо произнёс Дизо и вывел на столе слово «смерть». Под тяжёлым взглядом Гаскона, глава Гнезда усмехнулся сухо, но с безмолвной яростью, словно треск углей в камине. – Онейро вышли из-под контроля. Переворот был неизбежен. – заключил он, постукивая пальцем по столу. Каждый удар забивал гвоздь в сочувствие Гаскона.

– Нас не простят Ордена. И как я смогу смотреть в глаза соотечественников? – произнёс Гаскон, скорее выбивая для Крепости больше процентов от грабежа Онейро, чем действительно заботясь о предателях и их детях. То был уже решённый вопрос и ничего нельзя было повернуть вспять. Верховный Магистр это понимал. Но чувства скорби его были искренними.

– Ордена получат свою долю. И потом, ты согласился на это. – констатировал факт Дизо и вздохнул.

– Твои доводы были убедительны. Выбора действительно не было. Это проклятье ненависти, подкреплённой тьмой анемы… В любом случае, то не оправдывает твои действия, Дизо. —произнёс старик, протяжно вздохнул и взглянул в волшебный шар. Тот показывал происходящее в стане Онейро. Но вдруг, взгляд Гаскона сместился. Артефакт услужливо показал аномалию. Неизвестный проник на место резни. Но не успел Верховный Магистр произнести и слова об этом, как в комнату влетел секретный стражник. Да на таких скоростях, что даже Дизо подвился. Пусть владыка Гнезда и не подал виду, но Пятый Верховный Магистр слишком давно знал его, чтобы не заметить шока.

Вот только, спустя мгновение, стало понятно, что вошедший – никакой не представитель Секретной Стражи. Шлема-артефакта-то на нём не было. Атаковать его, впрочем, никто не спешил. Как и он кого-либо. Осознав, что показанный уровень скорости, как минимум, равен Магистру, старик вздохнул и нацепил маску добродушия и подготовился к диалогу. Но вот прошла ещё напряжённая секунда молчания, и на лице Гаскона исчезла улыбка доброго деда. Потому что перед ним и Дизо стоял призрак. Несуществующий человек. Рен Онейро. Пусть и весьма изменившийся, но Верховный Магистр его узнал. Как и Дизо.

– Святая анема, убереги меня от воздействий на разум – нарочно громко, вслух произнёс Дизо и вывел формулу заклинания в воздухе. Верховный Магистр, к слову, использовал эту магию сразу же инстинктивно и без заклинаний. Не даром, он Магистр. Впрочем, Дизо просто красовался и показал отсутствие обмана разума специально. Но вот удивление главы Гнезда было неподдельным, пусть и не особо эмоциональным.

– Я так понимаю, Рен Онейро. – начал говорить Дизо, безэмоционально, как обычно.

– Временный клон, впрочем, вы и так ощутили это. Я пришёл договориться.

– И о чём же с нами хочет поговорить призрак? И почему сейчас? – будто бы тянул время Дизо.

– Скажу кратко. Моему оригиналу не нравиться некоторая ситуация, происходящая с одним из Орденов Шторма. – произнёс клон будто бы из далека.

Впрочем, Гаскон понял, о чём говорит клон призрака. О резне Онейро, происходящей прямо сейчас. Вот только эта отстранённость… Он будто бы показывал этими словами, что не принадлежит ордену, а верен Шторму. С другой стороны, само недовольство говорило о каком-то протесте против этого. И Гаскон был бы с этим согласен, тем более, это говорил один из самых преданных бойцов Шторма – Рен. Но с другой стороны… А что он хотел?

– И? – многозначительно произнёс Дизо.

– Вы знали, что Онейро, потерявший глаза, если этот орган зрения ещё цел, может видеть им, в том числе читать некоторые доклады и слышать то, что должно остаться тайной… – туманно произнёс клон.

А вот это уже была неприкрытая угроза Дизо и его власти в крепости. Причём, весьма ощутимая, чтобы сам Глава Гнезда спустился с небес на землю и, как минимум, выслушал наглеца. Самому Гаскону даже было интересно послушать, как Дизо выкрутиться из этой ситуации. А ситуация выглядела далеко не очень, ведь много грязного белья Дизо могло всплыть очень прямо сейчас.

– Расскажешь старику? – решил сделать подначку Гаскон, как бы говоря, что если Дизо развеет клона прямо сейчас, это ему навредить не меньше.

– Полагаю, твои клоны уже готовы распространить конфиденциальную информацию по команде? – задал риторический вопрос Дизо, а затем просто продолжил. – Чего ты хочешь? Крепость, в любом случае, уничтожит предателей.

– Да. Это неизбежно. Они предали крепость. – осторожно произнёс клон и взглянул в глаза Верховного Магистра. Найдя в них поддержку, он продолжил. – есть пятеро детей. Я хочу, чтобы они выжили и так же служили Крепости.

– Как предатели? – недовольно произнёс Дизо.

– Как будущие Секретной Стражи. Они должны будут пройти особую подготовку и служить на благо Крепости. Пять не пятьдесят. Этого достаточно, чтобы Орден не погиб, но слишком мало даже для бунта. – предложил Рен, на что Гаскон согласно улыбнулся.

И хоть Пятый решал многое, он в последнее время слишком зависел от старого друга. Вот и сейчас, он больше интересовался его ответом, чем сам пытался что-либо сказать. Нет, если Дизо попытается убить Рена, и данная авантюра, предложенная призраком, не пройдёт по решению Главы Гнезда, то вот тут Верховный Магистр скажет своё веское слово, да послушает, что хочет рассказать бывший член Секретной Стражи. А так…

– Это возможно… – прикидывая перспективы, сказал Дизо. Ему явно это не нравилось, но и выбора ему не давали, от чего он был просто в ледяной ярости. Его просто ставили перед фактом.

Онейро будут жить и служить Шторму, будучи не подконтрольны Дизо. Точка. Иначе его положению в Крепости придёт конец. Конечно, сам этот призрак Рена загонял себя в рамки, самостоятельно создавая себе слабость в виде пяти детей. Что создавало некий паритет. От таких мыслей глава Гнезда лишь дёрнулся, как от пощёчины. А вот Гаскона это не просто устраивало. Он видел в этом выход. Причём не просто шаг в пропасть, куда отправлял его Дизо с известными только ему мотивами. Нет. Онейро предлагал дорогу в будущее, где в Секретной службе будет целый орден Онейро с их проклятыми глазами, но выученный и подготовленный исключительно для служения народу. Так это ещё и усиливало его, Верховного Магистра, позицию. Пусть и добавляло на шахматную доску нового игрока в лице Рена. Гаскон знал Рена и понимал его преданность Крепости. Даже его текущие слова шли на благо не Ордена, а Крепости. И это делало его куда более надёжным союзником, чем Дизо. Союзника с понятными целями и той самой Мечтой Шторма, о которой грезил старик.

– Я не буду возвращать глаза. Пусть они и дают великую силу, но теперь я буду следить за каждым вашим шагом, Дизо, уж простите. Это на благо Крепости.

– Если эта информация куда-то уйдёт… – пригрозил Дизо.

– То мои действия будут напрасны. Но обротано и к вам, Дизо. – с усмешкой произнёс клон, на что Дизо благоразумно не стал отвечать. Он ещё не скоро отойдёт от этого.

– Полагаю, Рен Онейро стал призраком по вине Гнезда… Что же, сейчас Рен Онейро официально мёртв. Что ты с этим будешь сделать? – решил взять слово Гаскон.

– Онейро Сиройки, выполнял секретное и длительное задание по указу Верховного Магистра за границей. Прибыл на следующий день, после уничтожения ордена. Достаточно правдоподобно?

– Вполне. Есть ещё какие-то пожелания? Твоя верность и способности дорого стоят Крепости. Даже без «Проклятых глаз ночи» ты представляешь большую ценность. Думаю, Дизо будет не против, ещё парочке небольших уступок. – добро произнёс Гаскон. Впрочем, чтобы клон или сам Рен не попросил в таком случае, это делало бы его должным лично Верховному Магистру.

– Раз такая пляска… – произнёс клон непонятную идиому и продолжил. —… Онейро Мия. Оригинал её, вероятно, спас. Я хочу, чтобы она была обычным рыцарем, а не Секретным Стражником. Так же было бы не плохо, если бы…

– Я против! Она уже сформировавшийся оружейник. Это угроза… – начал было Дизо, но остановился под строгим взглядом Гаскона.

– Она всегда выступала против восстания. Я не сомневаюсь в её верности. – Произнёс клон, на что Гаскон лишь кивнул.

– Хорошо. Будь, по-вашему. – недовольно произнёс Дизо. Услышав подтверждение, клон попрощался и развеялся.

***

– Пятый Верховный Магистр приказал сопроводить вас и ваших подопечных до вашей усадьбы. – безэмоционально произнёс рыцарь в шлеме формы кота, стоя напротив нас с Лисом.

– Я вернусь к своим обязанностям. – произнёс Лис и исчез в «Полёте Буревестника». Естественно, для гениального Рена, Лис медленно поплёлся куда-то вдаль. Дальше вырезать моих соотечественников. И эта мысль… даже от этого было больно.

– Секунду… – произнёс я и начертал в воздухе заклинание. Перед нами появился мой временный клон, а затем исчез. Это такой мой способ доставить инструкции остальным клонам. – Давай дойдём до резиденции, а дальше поведёшь туда, куда велено.

– Не против. – тихо отозвался секретный стражник.

«Полётом Буревестника», огибая место битвы, мы быстро добрались до резиденции Верховного Магистра. Стояла ночь, а значит случайных взглядов прохожих не будет. Через пяток секунд после нашего прибытия, появилась пятёрка временных клонов с детьми на руках. Ну, и Мией. Всё же по меркам этого мира она взрослый оружейник, воин, а не мелкая девчушка. В четырнадцать лет, да. Но вернёмся к делу.

– Всё? —поинтересовался Кот. Видимо, его не полностью поставили в известность о происходящем. Ну или он из вежливости спросил.

– Да. Идём.

И мы побежали. Вновь «Полёт Буревестника», вновь крыши домов. И вот, спустя полминуты, мы стояли около особняка. Насколько я помню, это один из тех богатых домов, принадлежавших погибшим рыцаря, что не оставили наследников. Войдя внутрь за Котом, я заметил весьма прибранный особняк, который наверняка был готов к продаже в любое время. Эх, а я ведь, действительно, не продумал, куда надо будет селить детей. Благо, Гаскон оказался понимающим стариком и помог мне. Уже не в квартале Онейро ведь им жить?

Сам дом с небольшим участком стоял на отшибе. Тут было всё необходимое для жизни большой семьи с комфортом. Это был хорошо расставленный со вкусом дом. Сев на ближайший диван и уложив детей Онейро по спальным местам, благо их хватило, посмотрел на Кота.

– Есть какие-то указания от Верховного Магистра? – с надеждой спросил я.

– Доложить кое-какую информацию и проконтролировать разговор с Мией Онейро. – отрапортовал кот.

– Начнём с доклада. Мне нужно отойти от текущих событий хоть немного перед разговором. – поморщившись, сказал я с усталой улыбкой.

– Как будет угодно. Завтра вы должны официально прибыть в резиденцию Верхового Магистра и забрать документы на своё имя. Так же завтра вам, Сиройки, нужно прибыть на экстренный совет Рыцарей. Вас попросили не говорить лишнего на этом совете. Так же вам нужно будет принять регалии главы Ордена Онейро. Пятый Верховный Магистр надеется, что ваш голос в Совете Орденов будет, цитирую “совпадать с основной линией Верховного Магистра”. Нужно что-то передать по этому поводу? – механически спросил Кот.

– Передай, что всё так и будет. И поблагодари от моего имени за дальновидность и такой роскошный дом. Скажи, что орден Онейро будет стараться на благо Крепости. Что-то ещё? – с интересом спросил я.

– Ничего. – сказал Кот, смотря на выход из дома. Он не собирался уходить и не ждал кого-то. Просто он, также как и я, не был бесчувственным человеком, и знал, что совсем не далеко идёт резня, в которой принял участие и он сам лично. Он тоже считал, что это неправильно. Но иногда выхода просто нет. – И спасибо.

– За что? – удивлённо спросил я.

– Ты сделал то, что не могли мы. Ты спас нескольких невинных… Пусть верность их ещё под вопросом, ты сделал гораздо больше для Крепости, чем мы. – едва слышно произнёс Кот.

Я не стал отвечать и просто промолчал. Хотелось многое сказать, но не сейчас и не ему. Потому я просто вздохнул, а затем налил воды из-под крана. Выпив наичистейшую водичку, что создавалась прямо в кране при помощи хитрого рунного знака, снова вздохнул и посмотрел на Кота.

– Можешь постоять снаружи? – попросил я. Разговор, итак, предстоял сложным, а присутствие Секретной Стражи обострит и так жёсткий грядущий конфликт. Благо, Кот был понимающим и дал создать хотя бы видимость личного разговора по душам. То есть он вышел за дверь, спрятался где-то, так чтобы Мия его не увидела, и стал ждать.

Я же сходил за Мией, а затем вернулся на кухню с девочкой. Та всё ещё не подавала признаков пробуждения и валялась в надёжной отключке при помощи обыкновенного снотворного. Из-за клеток дерева, моя вита стала ядовитой, поэтому просто ввести в её тело даже мед. виту, дабы разбудить, было плохой идеей. А потому… Я окатил её водой.

– А-а-а! Что происходит! Я тону! А? Ты кто? – пробудившаяся Мия оказалась очень энергичной и даже попыталась ударить меня. Дабы девочка не буянила, пришлось нажать на болевые точке ядовитыми иглами и отключить ей доступ конечностям. Обыкновенный оружейник не смогла противопоставить ничего опытному рыцарю и оказалась заперта в собственном теле.

– Слушай и запоминай, Мия Онейро… – начал было я, но был перебит.

– Да Крепость и Орден тебя уничтожат! Отпусти меня! Быстро! И почему у тебя герб Крепости Шторма на защитном налобнике? Ты прокрался в Крепость? А ну, отпусти меня! – не успокаивалась Мия.

– Ты по голосу не припоминаешь, кто с тобой говорит?

– По голосу? – глаза девушки вдруг округлились от шока. – Рен?

– Зови меня теперь Сиройки. Теперь меня так зовут. – мрачно произнёс я. Встретившись взглядом с девушкой, я отвернулся и посмотрел в окно.

– То есть ты жив? Но как? И почему похитил меня? Объясняйся! – потребовала девочка с вызовом смотря на меня.

– Я был сильно ранен и мне пришлось восстанавливаться. Добраться до Шторма не было возможности. Понадобилось много времени, прежде чем я смог двигаться. А ещё со мной произошла мутация. Мне в организм попали клетки дерева. Они, можно сказать, вросли в меня. Но теперь всё нормально. – попытался объяснить я больше Коту, чем Мия.

– А зачем похитил тогда? Отпусти меня и пойдём! Надо остановить наш Орден. Он хочет…

– Нет больше Ордена. – с металлическим привкусом на языке, я констатировал факт. – Как раз к этому времени уже должно было всё закончиться.

– В смысле? – с глазами по пять копеек, произнесла девушка и испуганно посмотрела на меня.

– Я не хочу врать тебе, это бесполезно. Скажу правду. Но ты должна пообещать никому это не говорить, иначе жизнь многих людей окажется в опасности.

– О… Обещаю. – в ужасе пообещала девочка, вжавшись в диван.

– Орден решился на восстание. Это ты уже знаешь. Перейду к делу. Крепость не могла стерпеть приближающийся заговор и подавила его. Жестоко и эффективно, как и любит один мой знакомый старик. По плану некоторых людей, для спасения многих, нужно было пожертвовать малым – жизнью всех членов ордена Онейро. И когда я говорю «всех», это означает вообще всех, включая стариков и детей.

– Магистр Гаскон бы не стал! Он любил каждого члена каждого Ордена! – попыталась запротестовать Мия. На её лице уже появились слёзы. Она плакала и отказывалась верить в истину.

– Его поставили перед фактом. Либо он это делает вместе с Гнездом, либо противостоит и Гнезду и Онейро одновременно, но чуть позже. Но тогда жизнь многих людей оказалась бы в опасности. Была не просто угроза смены власти. Была угроза самого существования Шторма. Сотни и тысячи жизней оказалось поставлено на карту. Гаскон выбрал наименьшее зло. – попытался оправдать я действия Крепости. Кот не дремлет.

– Ты так говоришь, будто это было хорошим делом! – возмутилась она. Но заметив мой красноречивый, полный боли взгляд, отвернулась. – извини. Но тогда почему я ещё жива?

– Я вернулся в Крепость и оказался не согласен со сложившейся ситуацией. Онейро с их проклятыми глазами оказались опасны, а взрослых нельзя было убедить передумать. Ты сама знаешь, что переворот был неизбежен, а за ним последовала бы гражданская война. Как в Крепости Росы. Но нельзя было такого допустить. Спасти всех было нельзя, убить всех было неправильно…

– Ты нашёл третий путь и спас тех, кого смог? – догадалась Мия. – Но мама. Папа. Они… А сестрёнки… А… – я смотрел прямо в глаза Мии, в которых уже пробудились проклятые глаза ночи.

– Я, благодаря некоторым манипуляциям, смог спасти, помимо себя и тебя, ещё четверых детей возраста ученика-оружейника. Я мог попытаться спасти ещё кого-то, но это означало бы рискнуть тем, на что Гаскон и остальные могли согласиться.

– Но… Я понимаю… Но… Подожди… А на что именно ты договорился?

– Все четверо будут выучены, чтобы стать Секретными Стражами. К тебе это, как было оговорено, не относиться. Но ты не должна никому говорить об этом. Иначе…

– Я понимаю… Иначе всё было зря… Спасибо, Рен… Спасибо… Но почему мы должны служить Крепости, которая убила наши семьи и родственников? – задала резонный вопрос Мие. Это был самый каверзный вопрос в текущей ситуации. Благо, у меня был ответ.

– Тот орден Онейро предал идеалы Мечты Шторма. Предал народ крепости шторма. И по также по их вине в том числе произошло то, что произошло. То есть именно наши родственники предали нас! И ты хочешь отомстить за убийство предателей? – я поставил вопрос таким образом, что ответить положительно было просто нельзя.

– Нет! Просто… Они… Но что теперь? – Мия продолжала рыдать, но не могла не поинтересоваться её будущим.

– Мы не прикосновенны. Те четверо станут основой для создания ордена Онейро, служащих в Секретной Страже. Онейро из предателей станут верными агентами народа. И я тоже. Твой же путь… ты должна решать сама.

Мия грустно шмыгала носом, а из её глаз текли горькие слёзы. Её тело охватил тремор, а пробуждённые проклятые глаза ночи ярко блестели. Ей нужно было время, чтобы успокоиться. Так под грусть и рыдание, прошло несколько минут, прежде чем Мия хоть немного успокоилась и выключила подачу анемы в проклятые глаза. Вдруг, девушка спросила:

– Но мой учитель был из нашего Ордена. Что теперь будет с нами? – взволновалась девушка.

– Эм, с кем это “с нами”? – удивлённо спросил я. Разве она не служила в страже Крепости? У неё был свой отряд? И не из Онейро? Что?

Глава 3

Приближался рассвет. Мия бессильно отрубилась от усталости. Я же сидел у окна на втором этаже и смотрел в даль. К слову, Кот нас покинул сразу после отключки девочки, потому мне пришлось остаться одному.

Мне было грустно. Я вновь и вновь вспоминал и просматривал то, что видели глаза Дизо. Моё настроение с каждой секундой падало ниже плинтуса. И пусть я сделал всё, что мог, этого было явно недостаточно, чтобы спасти всех.

Сейчас на мои плечи свалилась небывалая ответственность за будущее Онейро, будущее моего Ордена, моей семьи. Для начала мне нужно составить их программу для подготовки. Ведь они должны не только стать верными для Шторма, что сделать весьма сложно, но возможно. Так же необходимо помочь им достичь силы, чтобы выжить в этом мире. И вот с этим были некоторые проблемы, ведь ни Рен, ни попаданец не имели опыта обучения кого-либо. И…

Мои мысли были прерваны за грань упавшей холодной грустью, поглощающей печалью и сжимающей тело тоской. В глазах что-то кольнуло. Слёзы? Да нет, они, итак, спокойно текли по моему лицу. Но что тогда?

Мир передо мной резко изменился. Он потерял былые краски и стал более блеклым, но одновременно с этим я увидел виту и анему. Они были разных цветов и сигнатур и заполнили своим ярким светом весь мой взор. Мне пришлось некоторое время активно моргать, прежде чем мои глаза перестало жечь видом энергий.

Придя в себя, я смог увидеть за десяток домов всплески виты и анемы людей и животных. Кроме того, у меня появилась возможность понимать не только уровень сил, но и благодаря окрасу энергии, можно было предугадать и примерные способности владельца. И даже его эмоции.

И вот только после всего этого, я посмотрел в зеркало. Передо мной стоял беловолосый Рен в порванной одежде, особенно в районе живота. Ногти, как и шевелюра, были значительно длиннее, чем я помнил. Но самое большое изменение было в глазах. На меня смотрели очи по своему внешнему виду отдалённо напоминающие инопланетные глаза из какого-нибудь фильма про пришельцев, но лишь по цвету, мутности и отсутствию зрачка. Самым главным различием была толстая чёрная обводка вокруг радужной оболочки глаза.

– И что это такое? – задал я вопрос самому себе.

По наитию деактивировав подачу анемы в глаза, я перешёл в глубокую медитацию. Во мне многое поменялось. Недалеко от мозга я ощутил два новых сгустка анемы, которые будто бы сформировались из ничего. Проще говоря, данные всеведущие очи вызывались не глазами, те были лишь передатчиком, а моим разумом. То есть пересади кому-то мои глаза, то эффекта не будет. Сейчас я ощущаю, как во мне укрепилась связи с шестью стихиями, включая почти монополизированный Королевством Пластстали металл и моё дерево.

Я вышел из медитации, взял нож и разрезал себе ладонь. Порез затянулся меньше, чем за минуту. И это без моего прямого контроля над витой. Вряд ли такой же фокус пройдёт с серьёзной раной, но даже так весьма сильно.

Вернувшись в медитацию и несколько раз просканировав своё тело, я пришёл к единственному выводу – к счастью или к сожалению, больше ничего уникального мои всевидящие очи не давали.

Наконец, я решил отвлечься от всего этого дерьма с резнёй и опробовать свои новые способности. На заднем дворе усадьбы я вспомнил несколько известных мне огненных заклинаний. Мысленно начертав за считанные мгновения особую магическую формулу, произнёс для пущего пафоса:

– Безудержное пламя, взываю к тебе: Шар Пламени. – Да, в этом не было необходимости, но почему нет?

Шар пламени слетел с метки моей виты на воздухе и отправился в небо, а затем взорвался в ослепительной вспышке. Хм… А если…

Я вновь мысленно начертал формулу, уже слегка с другими параметрами и значительно больше, чем в прошлый раз. По телу пробежали мурашки, где-то в пятки прокрался холодок, а само тело загорелось от злобы на себя самого. Кровь закипела. Мышцы напряглись. На мгновение, я выпустил сильнейшую жажду крови, которую только мог. Во мне смешалось всё: и печаль по ордену Онейро, и ярость на себя, Дизо и проклятую систему, и грусть от невозможности что-либо изменить, и боль от утраты ордена, что когда-то был моей семьей. Я знал, что просто так от меня ничего не уйдёт, но даже этот крик раненного и потерянного животного был той ниточкой, которая не дала мне пасть. Возможно, поэтому я словно охрип, когда произнёс заклинание:

– Дракон адского пламени! – сказал я, топнул ногой от бессилия и выдул действительно огненного дракона в небо. И вот он был… значительно сильнее, чем я помнил. И даже как-то красивее. Его огонь был ярко-зелёного цвета, а не привычного оранжевого. То ли виты больше вложил, то ли какие-то мои изменения на меня подействовали. Но факт остаётся фактом, за какие-то пять секунд, я создал огненный ад в воздухе. Гигантский огненный дракон размером с пол усадьбы полетал по небу, а потом просто взорвался в гигантской вспышке. Благо заинтересованные лица знали о моих возможных тренировках, иначе можно было бы ждать Секретную Стражу.

Кое-как успокоившись, я решил закончить сладеньким. Припомнив заклинание, выученное, когда я сам служил в Секретной Страже, прикрепил виту к своим пальцам и заложил в них конструкт-формулу заклинания.

И тут же повинуясь моим указам вита прошла по сосудам от сердца к указательному пальцу, а затем я выстрелил десятком весьма внушительных пуль в землю. Сила заклинания была такова, что я вырыл небольшую, но глубокую яму в земле, наполненную водой. Это было эффектно и даже мощно, но не эффективно. Всё же проблемы с контролем виты давали о себе знать.

Но долго играться я не мог. На горизонте появился знакомый мне рыцарь в шлеме, что формой напоминал голову кота.

– Можешь идти к Верховному Магистру. Я присмотрю за этим местом. – произнёс он, когда приблизился. Ну, я и отправился на встречу к Гаскону, оставив в усадьбе временного клона. Можно было бы, конечно, наполнить его элементной витой, сделав таким образом его более мощным, но зачем? Я же не собираюсь сражаться.

***

Держа в руках отчёт, Гаскон смотрел на меня с привычной добродушной улыбкой доброго дедушки. Его взгляд был расслабленным и слегка уставшим. Во рту привычно лежала трубка с каким-то забористым табаком. Не удивлюсь, если он подмешал туда расслабляющих травок, дабы реагировать на всё так же невозмутимо, как и всегда.

Для пущего эффекта дружеской атмосферы, Секретный Стражник в шлеме формы и цветом напоминающей Тигра поставил перед нами две чашки с чаем. Сам он вышел за дверь, оставив нас с Верховным Магистром на едине. Гаскон показывал тем самым акт высшего доверия. Не знаю, почему он так поступил. Возможно, с ним взыграли чувства к прежнему Рену… в смысле, он всегда хорошо относился ко мне, так как я отлично справлялся с поставленной задачей, пока был частью Секретной Стражи. Мне даже были известны некоторые маловажные секреты Верховного Магистра, о которых не подозревал попаданец.

– Итак, Рен. – пробуя на языке уже давно не произносимое имя, проигнорировав звание и титул, проговорил Гаскон. Он ждал от меня какой-то реакции на моё имя.

– Прошу теперь звать меня Сиройки, Верховный Магистр. Мне нужно привыкнуть к новому имени. – вежливо попросил я.

– Да, конечно. – согласился он, а после долгой паузы продолжил. – Сиройки, твоё возвращение приносит некоторые изменения в настоящее и будущее Крепости Шторма.

“Сейчас начнёт затирать про Мечту Шторма?” – удивлённо подумал я, но жестоко ошибся следующим вопросом Верховного Магистра:

– Ты понимаешь, о чём я, да? – осторожно произнёс Гаскон. Увидев моё замешательство, он по-отчески улыбнулся и захотел уже ответить за меня, но такой возможности ему давать было нельзя. Если бы он сказал за меня, то на этом бы моя бытность игроком, а не фигурой, так бы и закончилась. По крайней мере, меня бы не восприняли в серьёз. Тут что-то было действительно важным, поэтому я поспешил ответить, на ходу придумывая нужные слова:

– Мечта Шторма бушует вновь после того, как в её раздули. – многозначительно произнёс я, под Мечтой Шторма имея в виду сам Шторм с его проблемами и противоречиями, а под тем, кто раздул, изменил это всё – себя.

– Верно. – произнёс он и пыхнул трубкой. Затем он сделал несколько затяжек и продолжил. – А ты изменился, Сиройки.

– Дизо внёс свои коррективы.

– Этот старик не знал, что гнездо на дереве доставило тебе проблем. Кстати, о них. Что ты думаешь о их желании вырезать сорняки и защитить от паразитов? – вновь многозначительно произнёс Гаскон.

Переводя его слова на обыкновенный, он сказал следующее: «Я не знал, что тебя попытался убить Дизо, но теперь я в этом уверен. Кстати, о Гнезде. Что ты думаешь об их желании защитить Крепость Шторма от предателей и врагов?» И на это мне нужно было ответить не только в правильном ключе, но ещё и дать правильные слова. Ох уж этот старый интриган. С чего бы он начал такой диалог? Хотя… Так он, если я попытаюсь его кому-то сдать, то просто скажет что-то вроде: «Мы говорили о садоводстве и птицах». Кроме того, таким стилем он мне не только намекает о возможности Дизо общаться с подчинёнными схожим образом, но и учит меня понимать и анализировать такое общение… Насколько же хитёр этот старик? Впрочем, нельзя было долго думать, отвечать нужно.

– Так они же опрыскивают для этого растения вредными веществами. Да, таким образом они побеждают всех за раз и иногда их действия эффективны, но также, этим желанием помочь таким способом можно и убить даже самые крепкие нужные растения, особенно, если посчитать те за сорняки. И вчерашний случай далеко не впервой. Мне доводилось видеть многое. Просто обычно они делают это незаметно. – эти слова были апофеозом моей мысли. Мозг кипел, просто подбирая нужные слова.

Перевожу: «Гнездо действует слишком жёстко. Они эффективны, но их действия вызывают большие сомнения. Они буквально убиваю даже своих, если те не понравились Дизо. Вред Гнезда коллективу имеет многочисленные доказательства.»

– Но сможешь ли ты смириться с этим?

– Как прикажет садовод. – без задней мысли ответил я, вызвав короткий смех Верховного Магистра. Ну да, так его ещё никто не называл.

– Вот видишь, Сиройки. Потому я и говорю, что твоё возвращение приносит некоторые изменения в настоящее и будущее Шторма. Ты ведь уже помог отделить зёрна от плевел. Надеюсь, это не последний раз… – после этих слов Верховный Магистр отвернулся к окну и прошептал следующее. – Рад, что ты вернулся Рен.

– Да, Верховный Магистр.

– Что же, теперь поговорим о тебе более предметно. Чувствую, твоя вита и особенно анема изменились. Что произошло?

– Я был уже на смертном одре, как вдруг в меня впилось то самое быстрорастущее дерево из Леса Виты. Пока его вытаскивал, часть виты попала в мою плоть… – я сделал перерыв, чтобы хлебнуть чая из чашки. По вкусу он напомнил мне напиток из моего прошлого попаданца, правда был в разы качественнее. К слову, Верховный Магистр к своей чашке так и не притронулся, больше интересуясь внешнем миром за окном.

– И вновь ты должен был умереть. Очень странное стечение обстоятельств. —заметил Гаскон. Я не мог прочитать его эмоции как минимум потому, что он повернулся ко мне спиной. А его голос, как всегда, был приторно тёплым, слишком добродушным, но искренним.

– Да, думаю мне просто повезло. Клетки Первого Верховного Магистра Петро… Они изменили мою суть, но не уничтожили меня. Наоборот, стали частью организма и моей виты и даже анемы. Думаю, теперь мне подчиняется стихия дерева, Верховный Магистр. И… металл тоже. Кроме того, лишь благодаря повышенной регенерации мои глаза на месте, пусть и без проклятья ночи. – начал объяснять я, показывая доверие и уважение к старику.

– В ближайшее время ты встретишься с медиком для Секретной Стражи. Нужно точнее узнать, что в тебе изменилось. Если осталось что-то, что может угрожать твоей жизни… Твоя смерть ещё больше не выгодна для Крепости, чем раньше. Да и я бы не хотел вновь тебя хоронить. – С этими словами Верховный Магистр повернулся и внимательно посмотрел мне в глаза. Затем он забарабанил по столу одному ему известную мелодию. Это был не шифр, просто какой-то старый ритм. Возможно даже, ещё со времён до создания Крепостей.

– Спасибо, Верховный Магистр. – я слегка поклонился. Мне, действительно, стоило пройти медика. И лучше уж будет он из Секретной Стражи. Иначе есть риск раскрытия моих новых способностей перед Дизо.

– Возможно ты не просто стал сильнее. Я видел твоего огненного дракона. Даже этому старику пришлось бы тяжело при встрече с ним. – с усмешкой констатировал факт Гаскон. Впрочем…

– Да что вы, Верховный Магистр. Он вас коснулся бы только если бы вы ничего не делали. – признал его силу я. И это тоже был не мало важный момент в моих взаимоотношениях с Верховным Магистром.

– Перед тем, как мы перейдём к теме встречи на совете, есть ли ещё что-то, чтобы ты хотел рассказать?

– Да, конечно. По мимо усиленной регенерации, значительного повышения объёма виты и анемы, некоторого упадка контроля, я пробудил другую версию проклятых глаз ночи. – подвёл я к своему новому главному секрету.

– Покажешь старику? – дружелюбно, словно дед у внука, сказал Гаскон. Но заинтересованный взгляд выдавал его с потрохами. Не зря его прозвали учёным. Он, конечно, не безумный исследователь в этом плане, но тоже любит изучать многое.

– Я заметил только возросшее сродство с элементами и возможность видеть виту и анему на значительном расстоянии. Не очень далеко, конечно, но вот качество такого зрения превышает все мои мыслимые и немыслимые представления о возможностях глаз. Всевидящие Очи – так я их назвал. – одновременно с началом своего монологом, я зарядил свои глаза анемо. Мир стал серым, а вита засветились так ярко, что я чуть не ослеп. Всё же размер объёма виты у Верховного Магистра внушал трепет. Впрочем, и у меня сейчас лишь раза в четыре меньше. И это, не говоря про регенерацию виты, которая у меня, возможно, даже мощнее.

Про анему даже говорить не буду…Возможно дело в моё смешивании тела Рена и души попаданца, возможно ещё что-то, но я «Всевидящие Очи» я вообще не ощущал, будто и не использовал вообще.

– Интересно. Но выглядит… своеобразно. Довольно жирный чёрный круг на радужке … А без него твои глаза были бы одного цвета. И… Хм… Это не сила твоих глаз, а просто индикатор? – задал вопрос Гаскон… Но как он это понял?

– Да, Верховный Магистр, я пришёл к такому же выводу. Способность вызывается с помощью двух аномальных сгустков анемы рядом с моим мозгом. Я подозреваю, что это мутация связана с моей природой Онейро и природой виты Первого Верховного Магистра. Не удивлюсь, если я теперь на половину Древоист. Ха-ха-ха…ха… – я засмеялся, сказав эту шутку. Но Верховный Магистр оказался слишком серьёзным, от чего я замолчал.

– Наверняка. Что ты думаешь о том, что теперь в твоей крови течёт кровь твоих врагов? – резко спросил Верховный Магистр, чем ошеломил меня. И ведь действительно, вита Петро точно в каком-то смысле сделала меня родственником Древоистов.

– Ничего не имею против. Сила есть сила. А Древоисты… У меня нет каких-то негативных чувств. Скорее это даже уважение перед одним из двух орденов-основателей.

– Это радует старого магистра. – с улыбкой сказал Гаскон, вдохнул табак, а затем продолжил. – После совета тебя ждёт миссия. Будь готов.

– Я возвращаюсь в Секретную Стражу?

– Не совсем. – Сказав это, Гаскон сделал неопределённый жест и в кабинет зашёл секретный стражник в маске дракона. В молчании, я ожидал, пока боец заберёт пиалы и исчезнет. После этого, мы с Пятым Верховным Магистром начали строить план действий относительно предстоящего экстренного Совета, на котором будут присутствовать главы малых и больших Орденов. Естественно, речь пойдёт об резне Онейро.

Глава 4

Ранее, усадьба Онейро.

Проснувшись, Мия улыбнулась. Ей снился сон, как повзрослевший её возлюбленный и она были на свадьбе. Как папа вёл её к будущему мужу. Как ярко светило солнце, отражаясь в её милых чёрных глазах. Как платье, выбранное по последнему писку моды, поражало всех своей красотой. Что уж говорить про макияж…

– Ах, хороший был сон. – сказала Мия и потянулась. Тут её взгляд зацепился за совершенно чужую комнату. Перед глазами резко стальным мечом, обрывающий жизнь и расплёскивающим реки крови, пробежал последний вечер.

По началу, Мия думала, что это просто кошмар. Не могли же Онейро сойти с ума. Не могла же Крепость ради самозащиты вырезать всех наших близких по каким-то непонятным обстоятельствам. Но… её нахождение в этом месте из кошмара уже говорило – что всё правда. Слёзы начали катиться по щекам девушки. Остекленевшими глазами, она неосознанно активировала проклятые глаза ночи. Теперь это её оружие… и проклятие. Теперь её силы возросли, но это не стоило того.

Увидев секретного стражника, стоящего у двери, Мия подбежала к нему:

– Это вы! Это были вы! Убийцы детей и стариков! – обвинила она Кота истерическим голосом.

Тот безэмоционально смотрел на девушку и никак не реагировал. Тогда она начала бить его по груди, где была тканевая броня, но мужчина не сдвинулся с места. Пусть Кот имел свои чувства, он был всего лишь инструментом, служившим на благо Крепости и его жителей. Он не имел право реагировать. Но секретный стражник мог ответить или защититься, но не хотел. Ему ничего не угрожало. Оружейник даже всей своей силой без активации виты не могла оставить что-то серьёзнее слабого синяка на теле тренированного бойца. А бить с подпиткой энергии Мия не хотела, ведь понимала, что секретная стража – лишь инструменты. И как говорил Рен, все они – лишь жертвы обстоятельств. Но разве это было правильно? Разве можно говорить о резне, как о чём-то хорошем, если она предотвращает ещё большую резню? У Мии не было ответа. Рен тоже ничего такого девушке не говорил, ограничившись лишь необходимостью и неизбежностью этого события.

– Ты! Что ты здесь делаешь? —спросила Мия, после нескольких долгих минут отчаянной и бесполезной атаки.

– Выполняю задание Верховного Магистра. Необходимо доложить детям Онейро об официальной версии события. Я должен проследить, чтобы не возникло эксцессов. – замогильным голосом проговорил Кот, слегка расслабившись.

– Ах, официальная версия? И как она звучит? Явно не так, что… – Мия остановилась, заметив кивок секретного стража и пронзающий взгляд, направленный в спину. Девушка медленно обернулась и заметила удивлённый взгляд родственницы. София с любознательным и непонимающим, но всё ещё милым лицом смотрела на неё с детской непосредственностью.

– Соня? Привет. Ты первая проснулась? – дружелюбно спросила Мия, попытавшись натянуть улыбку. Получилось у неё не очень, что ребёнок быстро разгадала.

– Сестрёнка Мия? Как мы здесь оказалось? Что случилось? Почему ты плачешь? – завалила вопросами София. Она быстро подбежала к Мие и начала смотреть ей прямо в проклятые глаза ночи, взволнованно моргая. Мия протёрла лицо и уже более искренно улыбнулась, впечатлившись милотой младшей. Немного подумав, она убрала улыбку и произнесла:

– Мы как раз с мистером Котом обсуждали, что случилось. – после этих слов, Мия подошла к секретному стражнику спиной и, поравнявшись с ним, похлопала по плечу. Точнее попыталась. Вместо этого она едва-едва постукала во руке. До груди девушка ещё могла дотянуться, но вот до плеча – уже нет. В общем, Кот вышел чуть вперёд и начал заливать официальную версию, придуманную Верховным Магистром заранее:

– Леший тёмного древа проник в квартал Ордена Онейро и уничтожил там всех, кого смог, прежде чем был убит. Он не оставил души, и, как это бывает с полу-духами, тела. Все, кого смогли спасти секретные стражи, в этом доме. Так же жив Сиройки Онейро, он сейчас у Верховного Магистра. – сухо объяснил Кот.

– То есть мамы с папой больше нет? И братика тоже? – разочарованно спросила София.

– Нет. – мрачно ответила Мия, приготовившись слушать детский плачь… Но София не рыдала. Она просто взглянула на свою старшую поникшим взглядом и всё.

– То есть я больше их никогда не увижу? Они отправились к богу света? Грустно! – последнее слово она сказала слишком громко, от чего остальные дети проснулись.

И вот они уже реагировали нормально. Что Нериса, что Вильям, что Роман плакали и грустили от смерти ордена. Монстра-лешего назвали «злым и плохим» и что они не будут с ним играть. Вроде они все одного возраста, но такая разительно разная реакция… Разве что Вильям поклялся отомстить, но это было несерьёзно и по-детски. Да и кому мстить? Трупу несуществующего монстра?

– Что теперь? – спросила Мия у Кота, когда дети более-менее успокоились и в трауре ели наскоро сваренную кашу. К слову, ни у кого из них проклятые глаза ночи пока не пробудились.

– Отправь их в школу рыцарей. Тебе предстоит встретиться с командой и новым учителем. Скорее всего, им станет Сиройки Онейро. Впрочем, вряд ли его бы так быстро вернули в секретную службу. Учителей команд не хватает, особенно для оружейников. – кратко ответил Кот.

– В таком состоянии отправлять их в школу? Это… Впрочем, да… Их надо чем-то отвлечь. Тогда… Я их отведу! – уверенно произнесла Мия и пошла удивлять детей новой новостью. Хотя, вряд ли их можно чем-то удивить в ближайшее время.

Новостью Нериса и Вильям оказались недовольны. София же смиренно приняла факт необходимости учиться. А вот Роман вспылил:

– Пока монстры могут проникнуть в Крепость, мы будем ходить в школу? Почему? А Верховный Магистр накажет монстров? – завалил вопросами мальчик, поставив Мию в тупик. Благо, ей отвечать не пришлось. На помощь пришёл внезапно возникший временный клон Сиройки:

– Мы защищаем Крепость от проникновения монстров, но у нас не хватает сил. Вот если бы у нас было бы больше сильных и умных рыцарей виты… Тогда мы бы сразу же загнали монстров в ловушку! Вот если вы выучитесь в школе и станете рыцарями виты… Тогда мы сможем не допустить проникновения монстров в крепость, и вовсе расширить наши земли! – по-детски объяснил клон и ударил по левой ладони правым кулаком.

– А ты кто, дядя? – резко поинтересовалась София.

– Я временный клон. Моё оригинал зовут Сиройки Онейро. Теперь я, то есть он глава ордена Онейро. Ваш глава.

– А ты точно Онейро? Твои волосы же белые, а не чёрные как у всех Онейро! Да и одежда какая-то порванная, как у бомжа. – заметила София. Её щека была грязной от каши, что заметил временный клон. Он подошёл к девочке и вытер ей грязь с лица. В отличии от других детей, что в этой ситуации слегка отодвинулась, София никак не отреагировала на это событие.

– Это мои боевые шрамы. – усмехнулся клон, а затем широко улыбнулся и продолжил. – Раньше мои волосы были чёрными. А одежда… Не успел сменить после сложной и важной миссии от Верховного Магистра. Ладно, идём ребят, пришло время отправляться в школу.

– Да, точно, мы уже опаздываем! – спохватилась Мия. Далее, девушка силой выдворила детей с кухни и повела всех в школу.

Улица. По началу, из-за удалённости усадьбы, она была пуста. Но с каждым шагом группы, людей становилось всё больше. Гигантские фермы-кормилицы сменялись жилыми корпусами. В конечном итоге, Онейро оказались втянуты в толпу и, хоть и с трудом, но смогли сохранить свой состав. А потом… Потом их заметили.

По удивлённым и мрачным лицам людей было видно, что о резне они уже знают. И не удивительно. Сам факт резни было нереально скрыть от людей. Люди сначала заметили, что стража пропала, а после проверили земли Ордена и узнали страшную правду. Позже эта информация распространилась по всей Крепости. Уже сейчас все всё знали и с грустью смотрели на шествие Онейро. И хоть они сторонились темноглазый орден, но какой-то злобы или раздражения не было как у обычных жителей, так и у воинов. Скорее люди просто сопереживали представителям Ордена-основателя и, что ещё чаще, им было просто наплевать на них. Таких людей больше волновал возможный рост цен на товары и вероятность роста преступности среди воинов. Всё же стража не просто так свой хлеб кушала. А теперь её нет. Никто не верил, что в ближайшее время что-то измениться.

Мия под взглядами людей слегка поморщилась. Впрочем, ощутив руку клона на своём плече, оружейник получила некую дозу уверенности и повела детей дальше. Благо, никто ничего не спрашивал. Не привыкли местные раскрывать чужие секреты и вникать в чужие проблемы. Так можно и нож меж рёбер получить. Разве что…

– Мия! Ты! Несносная девица! – на всю улицу кричала Надежда Древоист, сокомандница Мии. Её длинные тёмно-зелёные волосы развивались на ветру, когда девушка вихрем примчалась к процессии Онейро. Да так быстро, что просто на просто столкнулась лбами с Мией. – Ай!

– Ух… – Мия недовольно протёрла лоб, а затем прошептала. – Что тебе нужно, Древоист? Опять яблок в меду переела и тебя мутит?

– Ничего меня не… Эй, не увиливай с темы! Где наш учитель? – быстро произнесла девочка, начав активно махать руками.

– Эм? – Мия перевела взгляд на клона. После его кивка, девушка уже собралась что-то сказать, как Надежда просто не дала ей этого сделать.

– А это кто? – и увидев защитный налобник с гербом шторма и пусть дырявую и помятую, но символическую бригантину, продолжила. – Здравствуйте, уважаемый рыцарь виты.

– Сиройки Онейро. – кратко представился клон.

– Перчик, – прошептала Мия в ухо Надежды. – Ты только никому пока не говори. Но нет больше нашего учителя. Его убил… взбесившийся монстр… Моих мамы и папы больше нет по его вине.

– Оу… прости? – грустно извинилась Надежда и обняла подругу. – Ничего. Главное, что ты жива. Всё будет хорошо.

– Да, я знаю. Отпусти, пожалуйста, мы спешим. Нужно детей в школу отвести. – не реагируя на объятия прошептала Мия.

– А, да, конечно. Я… могу я пойти с вами? – осторожно спросила Надежда поникшим взглядом. Её оранжевые глаза слезились.

– Да, пошли. – коротко ответила Мия и вымученно улыбнулась.

Дальнейший путь до школы рыцарей виты они прошли спокойно. На удивление, Онейро не только успели, но и пришли заранее. Как Мия узнала по дороге, лишь София находилась в «А» классе, где училась элита. А Вильям, Роман и Нериса входили в «B» класс, что говорило о них, как о не совсем способных детях. Всё же в школе делили учеников по способностям и лишь лучшие могли войти в «А» класс. Остальные входили либо в «B» – среднячки, либо в «C» – откровенные слабаки. И тут дело не сколько в силе, сколько в умственных способностях, таланте и ордене.

Временный клон забрал Вильяма, Романа и Нерису и повёл их в класс в «B» класс, взяв на себя ответственность поговорить с учителем Максфелом. С ними же отправился и молчавший весь путь Кот. Мия с Надеждой должны были проводить Софию в класс «А», где учителем был Герман Крайслер.

– О, Онейро? Доброе утро! Где остальные? – мягким голосом поинтересовался Герман.

– Вам не рассказали? Больше никого не будет. – удивлённо произнесла Мия и внимательно посмотрела на Германа. Тот, действительно, будто ничего не знал.

– Прогулы – это плохо. Я буду жаловаться их родителем. Я до магистра ордена дойду, если надо. – жёстко произнёс Герман, искренне беспокоясь об учёбе других Онейро.

– Все, кто вас интересует, отправились в объятия бога света, Люкса. Вы всё ещё хоти…

– Да что вы говорите… Такого быть не может. Не хорошо врать старшим по званию. – заметил Герман. Ему были такие шутки не по душе.

– Это не шутка! Думаете мне нравиться, что… Ах, да… ничего. – Мия просто махнула рукой и вышла из класса. Надежда перед уходом выразительно посмотрела на Германа, а затем просто ушла за подругой. Когда оружейники ушли, Герман посмотрел на Софию, что каким-то чудом сдвинула толстячка Игоря и по какой-то причине уселась рядом с Элвисом Снотворцем в позу сна.

– Сонечка, может ты расскажешь, что произошло? – вежливо спросил Герман и внимательно посмотрел на девочку. Вся присутствующая часть класса так же скосила взгляды на представительнице Онейро. Та ничего не ответила сразу. И через минуту тоже. Когда взволнованный учитель уже хотел что-то предпринять, София подняла голову, обвела взглядом всех присутствующих взглядом мёртвой рыбы и замогильным голосом медленно и чётко произнесла:

– Почти весь Орден Онейро уничтожен монстром-лешим тёмного древа. Я – это все, кто выжил из Онейро этого класса.

Глава 5

Чуть позже. Резиденция Верховного Магистра.

– …Это принесёт благо для Крепости, Сиройки. Я не могу с этим не согласится. Но учти, что мои возможности не абсолютны. – сурово заключил Верховный Магистр весь наш разговор.

– Что же. Полагаю, на этом мы закончили, уважаемый Верховный Магистр. Спасибо за возможность. Онейро теперь сможет сделать многое на благо Крепости. – Заключил я, смотря Верховному Магистру прямо в глаза. В душе же я его проклинал и максимально оскорблял, но толку-то? У меня не было возможности что-либо сделать с этим «диалогом».

– М�