Препод под прикрытием

Глава 1

Дамир

– Алиев, к начальству на ковер, – гаркнул Серега на весь коридор. – Вазелину дать, али так справишься?

– И так могу, и так могу, – заржал я, – к начальству так к начальству.

Поднялся, расправил плечи и пошел, куда послали.

Заместителя начальника по оперативной работе мы за глаза звали Чехов. Потому что по протоколу он был Антон Палыч. Грызлов. Но «Чехов» было поэтичней, и не так обидно сказать, что мозг тебе имел сам Чехов, а не среднестатистический Грызлов.

Дошел до кабинета большого босса, постучал в дверь костяшками пальцев и вошел.

Антон Палыч хмурил брови, сидя за столом.

– Вызывали? – радостно уточнил я, вызывая у начальства зубную боль.

– Вызывал, Алиев, садись.

– Не за что пока, – вежливо ответил я, но сел.

Чехов скрипнул зубами, но промолчал. А когда я удобно устроился за столом и вытянул ноги, швырнул в мою сторону папку.

Та прокатилась по столешнице и остановилась в двадцати сантиметрах от меня.

– Что там? – заинтересовался я.

Открыл папку, и на столешницу высыпалась горстка фотографий молодых девчонок. Всем было лет от восемнадцати до девятнадцати, блондинки с длинными волосами и внешностью, словно всех на конкурс «Мисс Мира» подбирали.

– На конкурсе красоты нужна бдительная и обаятельная охрана? – обрадовался я.

– Алиев!

– Понял, молчу. Что это?

– Пропавшие без вести за последние пару лет девушки. Ничего общего не находишь?

– Да как на конкурс красоты отбирают, сволочи, – сплюнул я, уже по-другому рассматривая фото.

– Угу. И типаж один – блондинки, из хороших семей, хорошо учились, приличные, в плохих компаниях замечены не были. Чистые и невинные.

– Дальше, – жестко потребовал я, – что еще общего?

Девушек я любил. Особенно красивых. И никогда не обижал.

Зато любил обижать тех, кто обижал девушек. Дарил на день взятия Бастилии сломанные челюсти и другие важные части тела. Эдакий Робин Гуд на защите чести и достоинства красавиц.

– То, что все они учились в одном университете, Алиев. Первый и второй курсы, старше не брали. Копать нужно там, кто-то из преподавательского состава крыса. Пропадали по пути с занятий, среди белого дня, в слепых от городских камер зонах.

– Есть конкретные подозреваемые?

– Пока нет. Поэтому ты идешь работать в тот универ под прикрытием. Ты у нас бывший криминалист, парень толковый, умный, мелкие детали подмечаешь. Ты у нас умный и одаренный без меры. Пойдешь туда работать преподом по криминалистике. – с сарказмом протянуло начальство.

– Я такой, – согласился я.

А к чему ложная скромность?

– Документы мы тебе сделали, место работы освободили. Найди его, Алиев. Девчонки же совсем молодые, жить и жить. Вся документация в папке и на флешке внутри, – сквозь зубы процедил Чехов. – Включи артистизм, как ты умеешь. Отчитываться будешь мне лично, понял? Парни прикроют по надобности, но бо́льшую часть времени работаешь один. Справишься?

– Так точно! – отрапортовал я. – Что по легенде?

– Все в папке. Ключи от корпоративной квартиры и машины. Новые документы и биография, мобильный. Соседи там тихие, все проверенные, в основном старушки живут.

– Старушки – это же ценнейший источник информации, – обрадовался я и сунул нос в папку.

Открыл свой новый паспорт. Делиев Самир Муратович. Сойдет. Рожден, взращен и обучен в Воронеже. Тоже неплохо.

Я изучал легенду, параллельно доставая новый рабочий телефон.

– Нормально так, – присвистнул я, – а машина какая? Не «запорожец»?

– «Приора». Чем богаты, – хмыкнул Чехов.

– Антон Палыч, скажите честно, «приора» – это потому, что я приемный и темненький, да? А если я механику водить не умею?

– Врубай смекалку, – посоветовал мне Антон Палыч. – Головой отвечаешь за казенное имущество!

– Дык он же кнопочный, – протянул я, рассматривая аппарат.

– Я тебе по-грузински отвечу, поймешь?

– Давайте.

– Беричедали и невыпендривайся.

– Епта, я грузинский знаю, – снова развеселился я.

– Алиев, давно хотел спросить: а ты вот чего из криминалистов-то в опера ушел?

– Скучно стало, – выдохнул я, – адреналин уважаю очень. До свиданьица.

– Иди уже! – гаркнул Антон Павлович. – И давай там посерьезнее.

– Есть быть посерьезнее, – гаркнул я.

Подкинул в ладони ключи от машины, спрятал казенный мобильный в карман и поехал к себе домой.

Адреналина хапнул – на неделю хватит! Машина дергалась, фыркала и только что по-грузински со мной не разговаривала. Пару раз заглохла прямо посреди дороги, добавляя остроты в наши с ней отношения.

Надо будет ей заняться на досуге. Надеюсь, мне не прилетит за починку казенного транспорта.

По дороге заехал в строительный и прикупил себе инструментов для ремонта.

Я эту квартиру купил две недели назад. Пришлось ждать, пока старые хозяева вывезут из нее свои вещи и съедут, и новоселье я отметил только вчера.

С ремонтом тоже была проблема – времени, чтобы его делать, у меня не хватало, а знакомая бригада зимы была занята.

Я подъехал к нужному дому, припарковал машину в тени, достал из багажника тяжелую коробку, переставил на землю, матом и честным словом закрыл чертов багажник, подхватил коробку с земли, выпрямился и…

У подъезда стояла ангелочек. Настоящий такой белокурый ангел, только глазки карие. С двумя косичками на голове, пухлыми губами и фигурой – умри и не вставай. Подол белого сарафана ласкал ветер, будоража мою фантазию, а я даже завис немного от такой красоты и обаяния.

И девчонка смотрела на меня пристально, с явным интересом. Глазки прищурила и взгляд не отводила. Явно заинтересованный во мне как в мужчине. Я такие вещи чувствовал.

– Привет, малышка, – пропел я, подходя поближе, – подержишь дверь?

Она сильнее сощурила глаза и подалась ближе.

– Оу, прости, красивая, я немного занят, – галантно просветил я девчонку.

И не то чтобы она мне не понравилась, просто в ближайшее время я буду очень занят.

– В каком смысле? – не поняла она.

– Не готов к серьезным отношениям, – пояснил я, – но если еще пару минут так посмотришь, то могу пересмотреть свои принципы.

– Не льстите себе, вы не в моем вкусе, а смотрю я так потому, что линзы не надела, а очки сломались, – вспыхнула девчонка.

А я наконец понял, почему на меня смотрели так пристально! Меня не видели без очков!

Я хмыкнул, покачал головой, а блондиночка зло засопела, но дверь мне открыла и даже придержала.

Я легко поднялся на четвертый этаж, открыл дверь, занес коробку и поставил ее в прихожей. Насвистывая себе под нос, осмотрел свой честно заработанный геморрой на двадцать лет в виде ипотеки.

Жил я почти по-спартански. Из мебели – надувной матрас, стол и шкаф. На кухне из техники только чайник, микроволновка и электрическая плита, которая еще хана Мамая застала. Судя по степени загрязнения – хан на ней и готовил. Бывшие жильцы от всей широты души мне ее в подарок оставили.

В принципе жить можно.

Я сел на матрас, попрыгал, поржал и полез в холодильник.

Сегодняшний день у меня был свободен, и я решил временно не ехать обживаться в служебную квартиру, которая, я был уверен, ничем не отличалась обстановкой от этой.

Заглянул в холодильник, но нашел там только гордую висящую мышь.

Вздохнул и пошел в ближайший супермаркет – кормить себя любимого.

Глава 2

Дамир

Я вышел в подъезд, снова запер дверь и быстро спускался по лестнице, когда дорогу мне преградила бабуля с двумя баулами провизии.

– Я помогу, – галантно предложил я.

– Ой, сынок, не надо, – тут же замотала старушка головой с кокетливо повязанным платочком.

– Нельзя женщине тяжести носить, – не согласился я, – меня из семьи выгонят, если узнают, что в моем присутствии женщина сумки несла, а я мимо прошел. Давайте знакомиться, я Дамир, ваш новый сосед с четвертого этажа.

Я подвинулся, давая дорогу молодой женщине со связкой ключей в руках, которая поднималась по лестнице.

– Так это ты квартиру у Филимоновых купил? – заинтересовалась бабуля, отдавая мне свои торбы.

– Я, – гордо согласился я, – купил и вчера официально переехал. Если что нужно – я к вашим услугам. А вас как зовут?

– Ой, Марфа Семеновна я, одна живу через стенку от тебя, милый. Ох, какой ты богатырь!..

– Стараюсь, – улыбнулся я.

Донес бабуле сумки, получил в ответ благословение, не став акцентировать внимание на том, что я немного другой веры, и пообещал зайти в гости на пирожки.

Отряхнул руки и уже без приключений добрался до супермаркета, купил продукты и вернулся домой., Запер дверь и понес продукты на кухню.

Щелкнул кнопкой чайника, заварил себе лапшу быстрого приготовления и достал материалы нового дела, параллельно разрабатывая план внедрения.

Нашли, конечно, кого отправить… Преподаватель из меня, как из кисточки трактор, но Родина сказала «надо» – значит, надо.

Я разложил на столешнице фотографии девчонок, мысленно выругался, убрал и внимательно изучал все, что парни успели накопать.

Ни-чег-го! Никаких следов, никаких зацепок.

Место для выбора жертв выбрали грамотно – университет. Народу много, все контакты пропавших замучаешься разрабатывать. Крысой, ворующей девушек, может быть кто угодно, от студента до ректора. Ладно, первый курс можно вычеркнуть, у них алиби, а вот все остальные уже под подозрением, а это несколько тысяч человек.

Повезло мне, конечно, что я у мамы криминалист!

Я доел лапшу, выбросил судок в мусорное ведро, почти допил чай, когда в дверь кто-то постучал. Громко и требовательно.

Почему я сразу подумал на ту блондиночку без очков?

Наверное, уже тогда шестое чувство знатно и громко намекало, что эта девчонка мне послана сверху, дабы я искупил все грехи. Даже из прошлых жизней, оптом.

Я пошел открывать и обнаружил… Да, ее. Очень воинственную блондиночку в компании двоих моих коллег.

Она, заметив меня, удивленно округлила глаза и громко охнула.

Так решительно меня девчонки еще не добивались, конечно. А эти двое ей зачем? Чтобы засвидетельствовать брак, что ли?

– Лейтенант Рюмочкин, – гаркнуло чудо, у которого еще даже усы толком на лице не выросли.

За его спиной стоял такой же молодой и суровый лейтенант.

– Рядовые Биба, Боба и Птичка, – заржал я. – Чем могу помочь, господа?

– Документики предъявите, – потребовал Рюмочкин.

– На каком основании? – спокойно уточнил я.

– И регистрацию, – вставил второй.

– Представьтесь, лейтенант, – попросил я.

– Лейтенант Соболев, – сдвинул тот брови.

– Господи, это что за потешные войска? – не удержался я. – Блондиночка, твои валеты из колоды выпали?

– Разговорчики! Гражданка Тихая утверждает, что вы заняли квартиру незаконно.

– Правильно мне прежние хозяева сказали, что соседи здесь тихие, – продолжал прикалываться я. – Купил я ее, вчера только переехал.

У гражданки Тихой глаза стали размером с блюдца, а сама она достала мобильный и стала кому-то звонить.

Судя по недовольной моське и тому, как она сморщила носик, – не дозвонилась.

Я же медленно прошел в комнату, взял бумаги и сунул их под нос Рюмочкину.

– Вот, сюда смотри, вот паспорт, на фото я, одно лицо, видишь? Алиев Дамир Муратович. Блондиночка, я Дамир, приятно познакомиться. Так, смотри дальше, вот тебе договор купли-продажи, вот акт сдачи объекта, а вот договор с банком на ипотеку. Моя это квартира, я тут законно проживаю.

– Регистрация в другом месте, – листая мой паспорт, умничал Рюмочкин.

– Вай мэ, как сложно жить, когда в голове изюм, – закатил я глаза. – Говорю тебе, вчера переехал, не успел адрес регистрации сменить.

– По закону…

– Завтра поменяю, мамой клянусь, – пообещал я. – Еще вопросы есть?

– Один проживаете? – уточнил Соболев.

– Адын, савсэм адын, – косясь на красную как мак блондиночку, ответил я.

Красавица переминалась с ноги на ногу и прятала глаза, все время пытаясь до кого-то дозвониться.

– Всего хорошего, – пожелал мне лейтенант, возвращая документы.

– И вам не болеть, – кивнул я.

Двое из ларца как по команде развернулись и ушли, а я остался в компании девчонки.

Я уперся руками в косяк двери и насмешливо смотрел, как она сопит. Кажется, девчонка готовилась к побегу, но совесть не позволяла.

– Оригинальный подкат с ментами, надо запомнить, – подмигнул я. – Ну, заходи, красивая, знакомиться будем.

– Не хочу я с вами знакомиться, – испуганно отшатнулась она.

– Красавица, давай на «ты» перейдем, мы с тобой уже слишком близко знакомы. Я свой паспорт даже девушке бывшей не сразу показал, а ты молодец, сразу глянула, что не женат, да?

– Меня тетя Света просила за квартирой присмотреть, вот ее номер, мне не сказали, что она продана, а сегодня кто-то топал над головой, вот я и испугалась, вдруг воры или оккупанты какие, – оправдывалась она, но как-то по тону было непонятно, то ли извиняется, то ли наезжает.

– Ну, хвалю за бдительность, рядовой Тихая, еще немного подучишься и будешь главбабкой на районе. Мимо тебя ни одна мышь не проскочит и даже комар не пролетит. Бдительность наше все, – хмыкнул я.

Мне нравилось, как она виновато краснела.

– Тебя как зовут-то? – поинтересовался я.

– Варвара! – задрала она нос повыше. – Прости, что так получилось.

– А это ты бывшей хозяйке звонила, пока я тут с товарищами из ларца беседовал?

– Ей, – призналась Варвара, – но она трубку не берет. Правда, прости, я…

– Заходи? – предложил я, – у меня есть чай.

– У меня тоже есть чай, – фыркнула она, – прими, пожалуйста, извинения, и я пойду.

– А если не приму? – заинтересовался я. – К тебе на чай пойдем? Твой вкуснее?

– Ты какой-то невыносимый, – пожаловалась она.

– А ты меня куда выносить собралась? – Я склонил голову вбок, а Варвара приоткрыла ротик и явно соображала, что ответить.

– Прости и…

– Прощай? – подсказал я.

– Да, – она кивнула, развернулась и быстрым шагом ушла к себе.

Я прислушался: не соврала, действительно жила подо мной.

Повезло мне с соседями, конечно! Особенно с одной бдительной Варварой.

Я пошел на кухню, налил себе воды и уставился в окно, мысленно снова перестраиваясь на новое дело. Достал флешку, на которой были данные на всех преподавателей, и приготовился к бессонной ночи.

До утра делал пометки себе в блокноте. Пока я делал ставки только на интуицию и в основном выделял тех, кто не нравился лично мне.

К утру глаза слипались, а все лица слились воедино настолько, что я перестал их различать.

Я принял холодный душ, собрал немного вещей и решил съездить в магазин, чтобы войти в образ препода и постараться стать не таким заметным.

Переоделся, взял ключи и вышел в подъезд. С ручки двери упал бумажный пакет с логотипом какого-то парфюмерного магазина.

Я напряженно осмотрелся, двумя пальцами взялся за веревочные ручки, открыл и немного обалдел.

В пакете лежал розовый кружевной бюстик.

Я присвистнул, закатил глаза и попытался воспользоваться дедуктивным методом.

Вчера я умудрился пообщаться только с Марфой Семеновной и бдительной Варварой.

Это что, знак капитуляции? А розовый потому, что она не знает, что надо белый? Или белого нет? Или это очень непрозрачный намек на то, что меня хотят и не в контексте просто увидеть?

Я весело засмеялся, убрал вещицу обратно в пакет и, насвистывая, отправился по своим делам, сдерживая желание зайти в гости прямо сейчас…

Глава 3

Варвара

Боже, как стыдно! Очень стыдно!

И обидно, что этот Годзилла сейчас может решить, что он мне понравился и что я с полицией к нему знакомиться пришла.

Кажется, я все еще была красная как рак, пока спускалась с четвертого этажа на свой третий.

Нет, если судить объективно, то, наверное, он очень даже красивый: яркий, харизматичный мужчина очевидно восточных кровей, примерно двух метров в длину и метр в ширину. Из этого следовало, что он физически здоров, ибо аппетит у него богатырский.

Невооруженным взглядом было понятно, что со спортом он дружил давно и крепко, судя по мышцам, которые в линзах я успела рассмотреть.

А еще он обладал невероятно сильной и даже агрессивной энергетикой, которую почти невозможно спрятать. Такая окутывает собеседника с первых секунд и даже немного угнетает.

Уверенностью в себе Дамир, казалось, мог кирпичи разбивать без помощи рук. И, наверное, большинство девушек посчитали его идеальным, но только не я.

Потому что меня он стал сильно подбешивать. Ехидна самоуверенная!

Я зашла домой, заперла двери и встретилась взглядом с нашим доберманом Каскадером, который тоже очень хотел пойти со мной, но я посчитала это лишним – там и без Каса было кому пугать двух бедных лейтенантов.

Официально Кас принадлежал моему любимому старшему брату, у которого я жила временно, пока родители делали дома ремонт. Сами они переехали на дачу, а мне было неудобно каждый день добираться до университета.

Да и Лешка был мне рад, а я рада была помочь ему.

Брата я обожала. Почти боготворила. Наши родители были геологами и часто уезжали в командировки, а Лешка был всегда рядом, помогал, поддерживал и мягко воспитывал.

Недавно мой брат развелся с женой, которую я с первой встречи ненавидела, переехал в квартиру бабушки и пытался склеить свою жизнь.

Я же взяла на себя быт, воспитание Каса и делала все, чтобы мой брат как можно меньше страдал. Готовила, убирала, гуляла с собакой и поддерживала как могла.

Могла я нечасто, ибо Алексей у нас служил опером, и иногда мне казалось, что я живу с домовым, который ночами гремит кастрюлями, съедает еду, топает от кухни до спальни, а утром пропадает.

– Заскучал? – спросила я у добермана. – Потерпи, через час пойдем.

Если не считать эпичной встречи с нахальным соседом, то день я провела как обычно. Приготовила ужин для брата, выгуляла пса и долго занималась.

Поздно ночью вернулся мой «домовой», снова погремел кастрюлями и ушел спать, а когда я проснулась, его уже не было.

Привычная рутина заставила выбросить соседа Дамира из головы и сосредоточиться на том, чтобы утром не уснуть стоя, пока я выгуливала пса, а потом и по дороге в университет.

В этом году я поступила на юрфак и надеялась пойти по стопам брата, только чуть в другом направлении – эксперт-криминалист.

Вошла в здание альма-матер и отправилась на поиски своей группы. Все наши уже зевали у дверей аудитории, тихонько обсуждая последние новости – внезапное увольнение нашего преподавателя по криминалистике.

– Всем привет, – не очень бодро пожелала я, вливаясь в коллектив.

И встала рядом со своей приятельницей Марьей, опираясь спиной о стену.

– Никаких новостей нет, когда нам нового препода найдут? – спросила я у нее.

– Никаких, – вместо Марьи ответила Любава, – вместо пар по криминалистике уголовное поставили, я утром у куратора спросила.

Я сузила глаза, но ничего не ответила. С Любавой мы были кем-то вроде заклятых подруг и вечных конкуренток. Обе амбициозные, активные и обе боролись за место старосты, но проиграли – выбрали Вадима Власова, и только потому, что бо́льшая часть группы состояла из девчонок, а Власов был симпатичный.

– Кто-нибудь в курсе, почему он уволился? Или его уволили? – подал голос тот самый староста Власов. – Любава?

– Никто ничего не говорит. И когда найдут нового – тоже, – вздохнула она. – Как мы потом будем наверстывать?

– Галопом по Европам, – вздохнула другая наша одногруппница Ира. – Может, как-то самим начать учебник штудировать?

– Я уже, – в один голос ответили мы с Любавой.

Пару мгновений побуравили друг друга взглядами и отвлеклись на Васечкина:

– Девчонки, а может, все-таки драка? – весело спросил он.

– С тобой? – уточнила я.

– Он не выдержит, сбежит, – фыркнула Любава.

– Конечно, сбегу, я с девчонками не дерусь. А может, ну их, пары эти, пойдемте погуляем втроем? Обещаю, будет весело, – веселился он.

– Тогда драки точно не избежать, – притворно вздохнула я, – потому что нам с Любавой придется драться за возможность первой от тебя сбежать.

– Угу, «Ты забирай», «Нет, ты», – подхватила она со смешком, – а мне потом Тихую в травму везти.

– А Тихой тебе парик покупать, тратиться, – тут же отреагировала я. – Нет, Васечкин, мы не пойдем.

– Ну и зря! – весело махнул рукой одногруппник.

Все засмеялись, но быстро затихли, когда пришел преподаватель и снова началась рутина учебного дня. Мы грызли гранит науки, а когда все пары закончились, я выдохнула, накинула на плечи рюкзак и пошла на автобусную остановку, у которой меня догнал Васечкин.

– Тихая, страшные истории любишь? – загадочно начал он.

– Тебе плохой сон приснился и ты хочешь мне его рассказать? – равнодушно ответила я, уже зная коварную натуру парня.

Тот не оставлял в покое ни одну девушку из нашей группы, умудрившись подкатить ко всем, явно надеясь, что кто-то из жалости согласится с ним встречаться.

Но пока никто не соглашался, а новой жертвой он выбрал меня.

– Нет, я тут кое-что узнал. Ты в курсе, что последние два года пропадают студентки из нашего университета?

– Куда пропадают? – заинтересовалась я.

– Не знаю. Но уже пять девчонок пропали.

– Ты справился, я испугалась, смотри, как от страха руки задрожали. Васечкин, я каждый год ездила в лагерь и тоже знаю много таких страшных историй, хочешь, про Пиковую Даму расскажу? – вздохнула я.

– Да это правда, Варька. А еще – все девчонки пропавшие с первого и второго курсов, и все блондинки, как ты. И красивые, тоже как ты.

– Еще пару предложений, и окажется, что пропала я, – насмешливо фыркнула я. – Васечкин, тебя не смущает, что эту историю знаешь только ты? Только что придумал?

– Нет, парни с пятого курса рассказали, – обиделся Стас.

– Не дружи с ними больше, они обманывают, – я похлопала однокурсника по плечу и поспешила на свой автобус.

К дому шла, то и дело озираясь в поисках нового соседа. Почему-то я страшно боялась снова его встретить.

Машины, на которой он приехал вчера, во дворе не было, и я вздохнула с облегчением, чтобы дома снова напрячься: новый сосед громко топал над головой и почему-то этим нервировал. И бесил.

Прежние хозяева ходили тихо, а этот – так, словно у него вместо тапок на ногах были подковы , а он еще дефилировал в них из угла в угол.

Разнашивал, что ли?

Приказав себе выбросить нового соседа из головы, я сунула наушники в уши и, не придумав ничего интереснее, села заниматься, игнорируя свою интуицию, которая в тот день проснулась и громко нашептывала мне на ухо, что новый сосед еще проверит на стойкость всю мою нервную систему…

Глава 4

Дамир

Подготовка к новому заданию заняла ровно два дня. Мы быстро утрясли все формальности в универе, и я получил гордое звание препода, матерясь себе под нос от ближайших перспектив.

Везло мне как утопленнику, потому что бонусом мне напихали в панамку и за воротник первый курс, с которыми вообще фиг пойми что делать и чему учить. Я надеялся, что буду преподавать у третьего курса и выше – там могли быть потенциальные подозреваемые, но…

Всегда это чертово «но».

И вместо того чтобы разрабатывать план операции, я планы лекций. Параллельно придумал парочку новых матерных слов и нашагал по квартире месячную ному нервных шагов.

Завтра я должен стать ботаником Самиром Муратовичем Делиевым – неприметным и скромным педагогом.

Про свою чумовую соседку я вспомнил, когда нашел вещдок в заднем кармане джинсов. Решив немного взбодриться и повеселиться, постучал к ней, но бдительная Варвара дверь мне не открыла. Поцеловал замок и ушел к себе – ненавидеть студентов.

Как, вашу маму, мне работать работу, если у преподов такая нагрузка? Как? Меня мама одного родила, двух не родила, а жаль, я бы с удовольствием раздвоился на двух одинаковых Дамиров, чтобы успеть все.

Когда в глазах уже двоилось от планов, отчетов и лиц преподавательского состава, я решил, что с меня достаточно и пора проветриться, иначе в городе появится еще один маньяк с юридическим образованием по профилю «эксперт-криминалист».

Собрался, запер дверь и медленно пошел по лестнице вниз. И неожиданно, но очень приятно встретил бдительную Варвару в компании рыжей девчонки.

Это был отличный шанс повеселиться и немного взбодриться!

При моем появлении обе девчонки замерли и уставились на такого харизматичного меня.

– Вот это настоящий кентавр! – прошептала рыжая.

Я не совсем понял, насколько это лестный комплимент, но решил не заострять на нем внимание, а сосредоточился на блондинке.

Я спустился и остановился прямо напротив яркой девчачьей парочки, которые напоминали утренних птичек. Возможно – и вероятнее всего – породы мозгоклюек.

– Попалась, птичка! А я к тебе в гости заходил, не застал, – пропел я, глядя в карие глаза Варвары.

Она задрала носик повыше и свела бровки у переносицы.

Я залез в задний карман джинсов и вытащил ее подарочек.

– Это что? – поинтересовался я, держа его кончиками пальцев и на расстоянии от себя.

– Отвратительный, – вдруг выдала птичка, – не бери. Во-первых, он тебе мал, а во-вторых, пацаны засмеют.

А девчонка явно с характером. И хорошими такими актерскими данными. Играет так, что я почти прокричал «верю».

– Ты… – начал я.

– Ну, если нравится – бери, – перебила меня блондиночка.

Пришлось придержать челюсть, чтобы восхищенно ее не уронить. Языкастая малая оказалась.

Как ядовитая беладонна, которая оказывает сильное воздействие на нервную систему и другие человеческие органы.

– Не отрицай, птичка, вещичка твоя, и ты мне ее специально подкинула, – снисходительно сообщил я.

– Не мое это! – от возмущения Варя даже подпрыгнула на месте. – Дамир, ты бы, когда мышцы тренировал, – про мозг не забывал.

Может, она рыжую стесняется?

Обе внешне напоминали типичных таких папиных дочек и маминых радостей.

– Если стесняешься перед подругой, то сегодня вечером я свободен. Но мы никому не скажем, – подмигнул я, начиная сомневаться в своих выводах.

Но не Марфа Степановна же такое носит? Хотя кто ее знает, может, старушка та еще затейница?

– Ты не в моем вкусе, – вскинулась Варя. – Понимаешь, чтобы мне понравиться, нужно как минимум выходить в люди не в мятом выражении лица. И это не мое!

– А чье? Дяди Васи с соседней квартиры? – ехидно уточнил я, рандомно выбирая имена соседей. – Или, может, тети Светы?

– А ты посмотри, может, на них написано, – предложила Варя.

– Держи, на следующую нашу встречу наденешь, – всучил я ей вещицу.

Подмигнул и продолжил свой путь.

Если же это ее подстава, чтобы все-таки обратить мое внимание на себя, то я в ней сильно разочаруюсь. Не понимал я, когда женщины за мужчинами бегали, скучно становилось, уважение терялось.

А если не ее, тогда кто? Я что-то упустил и меня заметили, а я нет?

Вышел на улицу и сам над собой поржал. Может, расследование начать? Перегрелся ты, Алиев, и очевидно задолбался, а еще даже на работу не вышел.

Я встал у подъезда, чтобы немного проветрить голову и ответить на сообщение от старшего брата.

Настрочил ответ, убрал мобильный в карман, повернул голову и заметил Варю и рыжую девчонку, которая нарекла меня кентавром, выходящих на улицу с доберманом.

Обе выглядели так, словно собирались на разборку, а не на прогулку с собакой.

– Куда собрались? – весело уточнил я.

Блондинка отшатнулась, а рыжая подала голос:

– Мстить за Ералаша!

Ну понятно, неуловимые мстительницы образовались на отдельно взятом участке.

– Если снова над миром грянет гром, небо вспыхнет огне-о-ом, вы нам только шепните – мы на по-о-омощь придем. Я с вами, – веселился я.

– Сами справимся, – пискнула Варя, прячась от меня за спину подруги.

Неужели и правда не она? Тогда ты лоханулся, Алиев!

– Я в сторонке постою, посмотрю, – продолжал я с непонятно откуда взявшимся азартом в груди.

– Уйди, зло во плоти, а то собаку спущу, – воинственно предупредила Варя.

Пес встал в стойку и зарычал.

Я пару секунд решал: сделать вид, что испугался, или немного девчонок взбодрить. Выбрал второй вариант:

– Вай, какой! Уши – блеск, зубы – отпад! Грумеру руки целовал!

Девчонки переглянулись и, не сговариваясь, развернулись в другую сторону, спасаясь бегством.

Беги, птичка, беги, нет у меня времени на твои игры. Я достал из кармана ключи от машины, нажал на кнопку брелока сигнализации и поехал готовиться к завтрашнему выходу в свет.

Ночевал в служебной квартире, входя в образ. На вешалке висела новая голубая рубашка, классические брюки и вязаная голубая жилетка образца тысяча девятисот лохматого года.

Рядом на столешнице были очки в самой немодной оправе, которую я только смог найти. Довершали клоунский образ классические туфли, которые я честно отжал у собственного бати.

Утром напялил это все на себя, зачесал мокрые волосы назад, чтобы точно быть похожим на ботаника, и старался не смотреть на себя в зеркало, чтобы не заржать.

Настоящий, ничем не разбавленный ботаник! Теперь главное – не забывать горбиться.

Видел бы меня папа – точно отказался бы от такого сына. Зато мама бы обрадовалась, что хоть один вырос нормальным, по ее субъективному мнению.

Я доехал до универа, припарковал машину, выдохнул и пошел на кафедру – знакомиться.

Впечатление я точно произвел. Неизгладимое, судя по шепоткам из углов и круглым глазам молодой училки, которая пролила кипяток мимо кружки. Софья Степановна, если мне не изменяла память, административное право преподавала.

Ну, как говорил классик, «погнали!»

– Доброе утро, – очень вежливо пожелал я, – я ваш новый преподаватель криминалистики Делиев Самир Муратович, приятно познакомиться!

Глава 5

Варвара

В то утро беду предвещало все!

Потому что первым, что я увидела, когда открыла глаза, была мерзкая вещица розового цвета, которую я вчера бросила на стол, а потом забыла убрать.

А все потому, что у меня появилась не просто новая подруга, а подруга, которая очень нравилась моему брату. А брат – ей, хоть Серафима пока в этом не призналась, но я же видела, какая между ними химия…

Мы с ней случайно встретились в парке, где Кас и сдал мне своим поведением новую рыжую любовь Леши. Подружились мы с первой же секунды, словно уже давно друг друга знали.

А вчера, сразу после того, как новый сосед, который получил новое кодовое имя «кентавр», подарил мне это оружие массового поражения хорошего вкуса, Серафима отвела меня в парк, где я нашла учителя.

Оригинального.

Даже слишком!

По образованию дядя Боря был физиком-ядерщиком, а по призванию жил на улице. Летом – в нашем парке, зимой где-то на своей даче. И ни капли не волновался по этому поводу.

Оказалось, что дядя Боря знает все! Азы криминалистики, психологию поведения, квантовую физику и еще много всего. Он сам жаждал знаний и умел заряжать этой жаждой окружающих, а еще щедро делился тем, что успел изучить сам. А как он красиво говорил!.. Казалось, что с первого же предложения он мог захватить все твое внимание и не отпускать даже после того, как ты возвращаешься домой.

Так я и две мои новые подруги стали самыми преданными фанатами бомжа дяди Бори, который за скромную плату согласился со мной заниматься в любое время.

Две – потому что Серафима познакомила меня с ее лучшей подругой Юлей. Юля училась на втором курсе педагогического и зарабатывала себе на жизнь тем, что шила на заказ костюмы для косплея.

И коллективным разумом в четыре души мы придумали, чем отплатить слишком нахальному соседу, который непонятно зачем притащил мне это убожество.

Лифчик был тряпичный. Что-то похожее на бикини. Два кружевных треугольника, связанные между собой ниточками. Размера примерно третьего, но я не специалист.

Откровенно говоря, соседа я стала немного опасаться. Кто знает, что придет ему в голову в следующий раз, если хватило ума где-то найти кружевное гадство и подарить это мне?

Да с ним даже Кас не стал связываться вчера, и после восточной речи соседа, обращенной к псу, тоже немного обалдел.

– Почему он купил квартиру именно здесь? – обращаясь к Каскадеру, который спокойно лежал на полу, негодовала я. – Что, других не было? Он купил, а я теперь страдай, думай, что этому психу следующим номером в голову придет? А вдруг он какой-нибудь сталкер и начнет меня преследовать теперь и угрожать, чтобы я это надела? Знаешь, мог бы сделать вид, что ты сочувствуешь, – пристала я к псу.

Судя по всему, Лешка утром сходил с ним на прогулку и покормил, а больше в этой жизни Каса почти ничего не интересовало. Ну, кроме кражи моих носков, но это детали.

Я сгоняла в кухню, нашла обычный полиэтиленовый пакет, спрятала туда «подарок» от соседа, отложила в сторонку с глаз долой и потопала собираться в университет.

На первой паре все было как обычно: учителя преподавали, мы страдали, но гранит науки на то и гранит, что разгрызть его можно было только по́том, кровью и болью.

А вот после первой пары, когда мы ушли к новой аудитории, из-за поворота прибежала взбудораженная Любава:

– Вы слышали? Нам нашли нового препода по криминалистике! – восторженно сообщила она.

– И что? Какой он? – заинтересовались все со мной во главе.

– Выглядит как ботаник. С прилизанными волосами, в очках и старом свитере. Но преподает вроде неплохо, – быстро отчиталась Любава. – Пара начинается, сейчас придет!

Мы все оживились, вошли в аудиторию и приготовились ждать так нужного нам нового преподавателя. По расписанию была лекция, и я заняла место у прохода на втором ряду. Достала из сумки тетрадь, ручку и не сразу заметила, как аудиторию затопила полная тишина.

Новый преподаватель, чеканя шаг, прошел мимо меня, закашлялся, опустил широкие плечи, медленно прошел к трибуне, обернулся и…

– Доброе утро, студенты. Меня зовут Делиев Самир Муратович, и я буду вас учить азам криминалистики…

Дальше я не слушала. Перед глазами все поплыло, а мне казалось, что я наяву слышу скрип своей уезжающей крыши и ее последние слова прощания с хозяйкой.

Чуть не опрокинув лавочку, я во все глаза уставилась на него.

Потому что Самир Муратович был точной копией соседа Дамира! Один в один, только одет он был очень странно.

– Садитесь! – как-то суетливо велел всем новый препод.

Я села на свое место и уставилась на него, забыв, что нужно моргать.

Дамир (или Самир?) выглядел как греческий бог под прикрытием. Свою широкую спортивную фигуру он спрятал за рубашкой на размер больше и мешковатой вязаной жилеткой. На носу у него болтались очки в темной оправе, а волосы, казалось, он просто забыл помыть утром, расчесал ладонями и прилизал на макушку.

Но я его узнала! Это точно был Дамир, я готова была спорить на что угодно! Голос его, такой же грубый, чуть хриплый, однако говорил препод суетливо и даже немного в нос, не иначе как вдохновился французскими производителями его розового подарка.

Взгляд он умудрился спрятать, но харизму ведь не спрячешь! И мужскую энергетику не замаскируешь никаким голубым жилетом!

Как он там назвался?

Я повернулась к Маше и переспросила:

– Как его зовут?

–Делиев Самир Муратович, – прочитала Марья, которая записала имя препода прямо в тетради.

Делиев? А Дамир Алиев? Я точно помнила, что он был Алиев! Он же при мне паспорт показывал!

Могут они быть братьями, но с разными фамилиями?

Нет, ну не бывает таких совпадений во внешности! Не могут два одинаковых кентавра разгуливать по городу, иначе город просто захлебнется от такого количества харизмы и тестостерона!

Я сузила глаза и подалась ближе, чтобы еще подробнее рассмотреть Самира Муратовича, который снова закашлял и при этом делал вид, что меня здесь нет. Ничем не выдал тот факт, что мы с ним знакомы, а продолжал что-то говорить с кафедры.

Мне вдруг нестерпимо захотелось оказаться еще ближе, чтобы посмотреть ему в бесстыжие глаза и уточнить, зачем Дамир устроил этот маскарад! Потому что чем дольше я за ним наблюдала, тем отчетливее понимала, что это он! Точно он!

А если я ошиблась? Что, если их, таких одинаковых и харизматичных, два штуки, а я сейчас наеду не на того? А у этого мне еще учиться. И как назло, он вел у меня любимый профильный предмет!

– Варя, что с тобой? Ты всю пару ерзаешь, как будто тебе стекла насыпали на лавку, – прошипела Марья.

Как ей сказать, что вот этот очкастый кентавр еще вчера был моим наглым соседом, который вручил мне кружевное гадство, а сегодня нацепил очки и стоит тут важный, преподает, умничает!

– Видно плохо, – отмахнулась я.

– Ты линзы забыла надеть? – заботливо поинтересовалась подруга.

– Лучше бы забыла, – пробормотала я себе под нос, отмечая для себя каждый мельчайший жест профессора.

Почему-то вспомнился недавний рассказ Васечкина о пяти пропавших студентках.

Что, если это была правда, а препод и есть тот самый маньяк? Или один из банды, новенький же. По четным дням он красавчик, который дарит девушкам оригинальные подарки, а по нечетным – ботаник-препод, который выбирает жертву?

Или у него раздвоение личности?

Еще немного, и у меня начнется истерика.

Звонок раздался неожиданно и так громко, что я икнула, подскочила и нервно села обратно, боковым зрением успев заметить короткий взгляд профессора, обращенный ко мне. И все! Ни здравствуйте, Варвара, ни короткого вопроса о судьбе его подарка. Ни-че-го!

Я бросила тетрадь в сумку и решилась. Воинственно закинула сумку на плечо и пошла на профессора, который крутился у трибуны.

– Самир Дамирович, – ляпнула я и осеклась.

– Муратович, – поправил меня… он и указательным пальцем сместил очки с кончика носа на переносицу.

Мы встали друг напротив друга и молчали. Препод приподнял брови и первым заговорил:

– Вы что-то хотели?

– А-а-а… Да, – растерялась я, – знаете, я сегодня в розовом.

И пристально уставилась на него, ожидая реакции. Я решила, что шок – это по-нашему. Сказать сразу в лоб и посмотреть, что он будет делать.

– И вы хотите со мной этим поделиться? – тоном профессионального психотерапевта с нотками жалости уточнил Самир Муратович.

– Я… нет… но… Дамир…

– О, вы знаете моего брата? – сильнее «в нос» заговорил препод.

– Б-брата? – переспросила я, краснея до кончиков волос.

– Близнец, но, знаете, не самый удачный у мамы. Должен признаться, что он тот еще блудник. Но перепутать нас весьма сложно, молодая леди. Весьма!

Мне казалось, что меня облили ледяной водой. И так стыдно стало, словно меня поймали на чем-то очень нехорошем. Например, на знакомстве с блудной копией препода.

– Простите, – выдавила я из себя, спасаясь бегством.

Голова кружилась, а меня потряхивало, пока я бежала как можно дальше.

Свернула за угол, прижалась спиной к стене и только в тот момент сообразила задать один-единственный вопрос: почему фамилии разные?

Глава 6

Дамир

Я мысленно орал, как корень мандрагоры, чуть внутренний голос не сорвал, пока смотрел на выбегающую из аудитории бдительную Варвару.

Меня ею проклял кто-то, да? За грехи? Точно белладонна, оказывающая воздействие на мою и так нервную систему.

И как мне поступить? Протокол велит немедленно убрать девчонку с дороги. «Убрать» в моем случае – отчислить. Сделать это было легко и быстро: один звонок, и приказ о ее отчислении был бы подписан всеми, кем нужно, а моя легенда была в безопасности.

Но дуреху было жалко. Забавная и, кажется, неглупая.

Я не сразу признался даже себе, что едва сдержал шкодливое желание проверить, на самом ли деле малышка сегодня в розовом. Как договаривались – ровно на следующую встречу.

О чем ты думаешь, Алиев?!

Я договаривался с совестью, которая укоризненно качала пальцем перед глазами и твердила, что отчислять зеленую, мелкую и пока сопливую девчонку как-то позорно.

Но и идти на служебное нарушение и подставиться мне тоже не улыбалось.

Осталась крохотная надежда, что Варвара поверила в мою на коленке придуманную историю о блудном брате-близнеце.

И намекать на розовое будет тоже ему, а не мне!

Мои мысли стали немного напоминать раздвоение личности, но с совестью я старался дружить и отчислять бдительную Варвару счел слишком кардинальным способом.

Я сторговался сам с собой, решив, что если Варвара начнет болтать или путаться под ногами, – будет отчислена. Если же будет паинькой и не станет рассказывать всем, что я придумал себе альтер-эго – брата-близнеца, то пусть спокойно учится дальше.

До конца рабочего дня я больше о блондинке не вспоминал, а она не отсвечивала. Я осторожно знакомился с коллективом, делая себе пометки в блокноте, кто есть кто и какое первое впечатление на меня произвел.

Женщин-преподавателей я тоже не отметал, по опыту зная, что ботаничка Шурочка Васильевна может легко оказаться закладчицей или сутенершей, прецеденты были…

А в перерывах вынужден был преподавать, и это, вкупе с Варварой Бдительной, стало настоящей проверкой моей стрессоустойчивости, которую на каждой паре проверяли студенты.

Образ мой волнения у них не вызывал, но считывался я как простак, которого можно спокойно игнорировать. И если у психологически сформировавшихся преподов и более осознанного пятого курса я ассоциировался с безопасностью, то мелкие шпуньки-младшекурсники думали, что мне можно сесть на шею и свесить ноги.

Пришлось вспоминать своего любимого препода по криминалистике и копировать его манеру преподавания, которая заключалась в жесткой диктатуре без применения пряников. Надеюсь, дойдет.

Главное во всем этом деле оказалось помнить о деле, а не зарыться с головой в преподавание и перевоспитание некоторых особо одаренных студиозусов.

Наконец все пары закончились, а меня пригласили на кафедру для официального представления моей скромной персоны коллективу.

Коллектив был как семья. Правда, неблагополучная. На роль ворчливой бабули вполне себе подходила Зоя Михайловна, которая вела теорию государства и права.

«Уголовников» было сразу два – Роман Сергеевич и Егор Маркович. Оба из бывших следаков, суровые, с благородной сединой на висках. С ними мне нужно было быть особенно осторожным и точно не списывать со счетов из уважения к бывшим коллегам.

Эти двое могли при желании меня раскрыть.

Вообще, конечно, несправедливо, что на двух «уголовников» у университета денег хватило, а вот на второго криминалиста для младших курсов – нет.

Этих двоих я назначил старшими сыновьями в семье.

Софья Степановна – административное право – выглядела как нежная фиалка среди колючих кустарников. Я ее нарек доброй тетушкой, но себе тоже поставил на карандаш.

Декан Родионов Петр Тимофеевич выглядел как сумасшедший ученый и как отец семейства одновременно. Лет ему было далеко за пятьдесят, он носил густую бороду и всегда кивал, когда кто-то начинал с ним диалог.

Всех остальных я тоже просканировал, сделал себе пометки в уме и дал каждому прозвище, чтобы не запоминать скопом имена, отчества и регалии заслуженных педагогов всея Руси.

Мне устроили допрос с пристрастием: кто я, откуда приехал, почему переехал, а скромняжка Софочка Степановна (слава Всевышнему, не Разумовская, а Петрова) опустила реснички и поинтересовалась моим семейным положением.

Я с удовольствием ответил, что не женат. Пусть обсуждают, мне не жалко. Сплетни, они, вообще, дофамин увеличивают в организме.

Наконец, рабочий день закончился, а я сел в «приору», бросил в бардачок служебную «трубку» и достал свою. Включил и увидел два пропущенных от старшего брата.

– Что хотел? – спросил я, когда Камал ответил.

– Помощь нужна.

– Что опять?

– Мы Сникерса у тебя до завтра оставим, – сообщил мне брат.

– Нафига он мне? Кам, у меня тараканы в доме, они его запинают, – заржал я.

У Камала была молодая жена, которая вертела братом как хотела и ничего ей за это не было.

Недавно Эмилия встала утром, решила, что хочет завести шпица, и сразу же обрадовала Кама. К вечеру щенок шпица уже жил у них. Мелкий, шумный и борзый, прям как Камал когда-то, до того дня как официально женился на Лие.

А теперь они хотят осчастливить щенком меня, да?

– Не запинают, он быстро бегает, – хмыкнул брат. – Выручай, Дамик.

– Почему женился ты, а страдает вся семья? – не понял я. – Лучше бы племянников мне наделали.

– Вот этим я и собираюсь заняться, – признался Камал, – не могу я, когда Сникерс смотрит. А когда не смотрит, то скулит за дверью, и Эмилия не может. Ты ржешь там, что ли?

– Нет, – протолкнул я, сдерживая смех, – Кам, а дело точно в собаке? Может, к доктору сходишь?

– Какой ты зараза, Дамир, вот женишься, я на тебя посмотрю, как ты жене отказать сможешь!

– Легко! – отмахнулся я. – Ладно, заеду за твоим Сникерсом часа через три.

Я поехал на служебную квартиру, оставил там образ Самира Муратовича, переоделся в нормальную одежду и поехал к брату.

– Головой отвечаешь, – протягивая мне пушистый комок, пригрозил Камал.

А его любимая жена выдала мне мешок с кормом и мешок игрушек для пушистого засранца, который сразу же решил, что самый вкусный корм и самая удобная игрушка – мой указательный палец.

– Да он меньше, чем моя ладонь, – прикидывая пса на ладони, выдавил я. – Не собака, а пробник собаки.

– Зато гордый, как орел, – хмыкнул брат.

– Главное, чтобы пацаны меня с ним не видели, – вздохнул я. – Пошел я.

– Пошел ты, – согласился Камал, сверкая глазами.

Ну, если через девять месяцев у меня племянник не родится, значит, зря страдал.

Я сел в машину и поехал в свою квартиру, решив сегодня поработать там. Мелкий фунтик спокойно сидел на переднем сиденье так, словно он тут босс, а я его шофер-телохранитель.

Сникерс был весь черный и весь пушистый, особенно впереди и сзади. Глаза у него тоже были черными, и когда он улегся, свернувшись в бублик, я не сразу понял, где, собственно, перед, а где зад.

И когда припарковал машину у подъезда, взял Сникерса вверх ногами, за что был облаян и удостоен высокомерного взгляда, словно тот предупреждал меня спать с открытыми глазами.

– Да боюсь, боюсь, – вздохнул я, – я тоже рад, что ты у меня только до завтра, не рычи так. Дерзкий, прям как хозяин, блин.

Я запер машину, осмотрелся и пошел домой, но возле подъезда меня был остановлен напевным:

– Доброго дня.

Я обернулся и вежливо улыбнулся:

– Доброго. Мы знакомы?

Напряг память и вспомнил, как именно эта женщина шла мимо, когда я помогал заносить сумки Марфе Семеновне.

– Пока нет. Я Марьяна, – представилась она, кокетливо расстреливая меня взглядом, – я живу напротив вас, тоже на четвертом этаже. Заходите как-нибудь на чай с травами, я недавно была в горах, купила.

В горах – это что, особый способ завести себе кавказского мужчину? Она решила, что я возбуждаюсь, когда о горах говорят? А на фоне лезгинку почему не включила?

Ну дает!

– Какая у вас милая собачка! – переключилась она. – Это шпиц?

– Кавказская борзая, – хмыкнул я.

– Да вы что? Никогда не слышала.

Меня вот тоже горами и лезгинкой еще никогда не возбуждали, я же молчу! Стоп…

– Редкая порода. Очень, – с умным видом ответил я. – Марьяна, скажите, а вы недавно совершенно случайно никакую свою новую покупку не теряли?

Она покраснела, отвела взгляд и тяжело задышала, а я почему-то вспомнил, как лоханулся перед блондиночкой.

Получается, зря наехал, да?

– Я… д-да, я кое-что потеряла. А вы нашли, да? – лепетала Марьяна. – Может, вернете?

Ага, верну. Мне теперь опять идти на блондинку наезжать, чтоб вернула? Мол, прости, не тебе…

Нормально так!

– Я… знаете, я тоже его потерял, – отговорился я. – Может, пойдем?

Я открыл подъездную дверь, пропустил девушку вперед и подумал, что соседи тут чумовые, конечно. Может, пойти с риелтором поругаться, о таких вещах предупреждать нужно! Сюда что, весь ближайший дурдом расселили, чтобы мне не скучно было?

Варвары мне мало, да? Еще Марьяной добили, чтобы совсем все грехи искупил?

– И все-таки, заходите в гости на чай. Вас ведь Дамир зовут?

– Дамир, – тяжело вздохнул я, вспоминая Камала. – Но на чай не могу. Не умею я пить чай, когда собака смотрит, а когда не смотрит, то скулит, и тоже не до чая.

Мы прошли мимо двери блондиночки, поднялись выше, и я услышал, как открывается ее дверь. Последняя сказанная мной фраза точно долетела до ее ушей.

Обидный смешок за спиной я предпочел проигнорировать. Пусть лучше скажет всем, что я несостоятелен в питье чая, может, меньше внимания буду привлекать.

– А так вы… А так и не скажешь, – расстроилась Марьяна, пока я искал в кармане ключи от квартиры, придерживал пса.

– До свидания, – отрезал я и, нисколько не стесняясь, заперся в квартире изнутри.

Опустил Сникерса на пол и вздохнул:

– Заходи, мелкий, гостем будешь.

Глава 7

Варвара

– Слышал, Кас, оказывается, наш разборчивый сосед чай не любит? – смеялась я, выходя на прогулку с собакой.

Мысль, что этот же стеснительный нелюбитель чая пудрил мне мозги, занозой засела в голове, а желание разобраться стало почти нестерпимым.

Я не успела сегодня хорошо рассмотреть Самира Дамировича (или наоборот?), но краем глаза заметила, что одет он был уже в джинсы и черную футболку.

Переоделся, или братьев и правда два? Тогда почему фамилии разные? И откуда во мне такая железобетонная уверенность, что сегодня в аудитории меня профессионально надурили?

Лешка всегда говорил, что нельзя игнорировать свою интуицию. Моя же срывала голос, крича, что я права.

И что мне со всем этим делать? Как проверить? Прийти к соседу и устроить в его квартире обыск на наличие «преподавательской» одежды? Или сразу потребовать знакомства с братом?

И что он тогда обо мне подумает?

Я стояла на поляне в парке и ждала, пока Каскадер сделает все свои важные собачьи дела, когда меня отвлек знакомый голос:

– Варя, привет!

Я обернулась и увидела, как ко мне приближалась моя новая подруга Юлька – большая рукодельница.

Мы расцеловались так, словно не вчера только познакомились, а дружили уже тысячу лет.

– Что случилось? На тебе лица нет. Опять сосед? – с опаской косясь на Каса, который недавно умудрился Юльку напугать, спросила она.

– Слушай, – найдя в ее лице заинтересованного слушателя, выдала я.

И быстренько нажаловалась на то, что мой сосед как-то лихо раздвоился и теперь не только нервирует меня топаньем над головой, но еще и преподает.

– Ты уверена, что они не близнецы? – уточнила Юлька, когда я замолчала.

– На восемьдесят процентов, – уклончиво заметила я, – а может, он как кентавр разделился? Ну, помнишь, мы с Серафимой рассуждали, что будет, если разделить кентавра на коня и человека? А что, если этот разделяется на ботаника и бабника? А еще у него проблемы с чаем. Не смотри на меня так, я пока не сошла с ума.

Видя, как взгляд Юльки менялся на жалостливый и сочувствующий, я осеклась и замолчала.

– Так, давай разбираться, – решила подруга. – Он подарил тебе белье, так?

– Розовое, – согласилась я.

– Потом пригласил в гости.

– Непонятно только зачем, если чайник сломан, – задумчиво уточнила я.

– Какой чайник? – обалдела Юлька, теряя нить своих рассуждений.

– Который не работает, если на него смотрят, – отмахнулась я, но чтобы окончательно не прослыть местной сумасшедшей, пересказала то, что случайно услышала сегодня от Дамира.

– Вот и возможность проверить! – обрадовалась Юлька. – Если у соседа чайник сломан, а у препода рабочий, значит, это два разных брата!

– Гениально! А проверять кто будет? Я сразу пас, потому что планирую по любви и чтобы один и на всю жизнь. И этот «один» точно не препод и точно не сосед, и плевать мне, сколько этих одинаковых экземпляров, в принципе!

– Я тем более. О, а помнишь, Серафима говорила, что у твоего брата есть две феи любви, которые его информаторы? Может, их попросим?

– Оставим этот план как запасной, – подумав, решила я. – Что там у тебя?

– Ткани, – улыбнулась подруга, – и швейный набор. Мы же договаривались одарить твоего нового соседа в ответ.

– Пойдем тогда ко мне, – предложила я, – а то мне еще ужин для брата готовить.

– Пойдем, Римир сегодня на службе, у меня свободного времени вагон!

По дороге мы зашли в магазин и купили нам тортик к чаю и продуктов для ужина, а потом пошли ко мне.

Соседа в поле видимости не было, а я сначала себя поймала на том, что искала его взглядом (разумеется, чтобы снова на него посмотреть и сравнить с преподом!), а потом облегченно выдохнула, когда не встретила.

Мы зашли в нашу с братом квартиру, я покормила Каса и открыла дверь на балконе, чтобы впустить в помещение свежего воздуха.

На улице стояли последние теплые деньки перед тем, как на свой пост заступит матушка зима и мы будем греться чаем, сидя под пледом у теплой батареи.

Отвлек меня звонок мобильного. Звонил мой брат, сказал, что сейчас привезет к нам домой Серафиму, и приказал никуда из дома не выходить, дверь никому не открывать и всем вместе ждать его возвращения.

Разумеется, я заверила его, что мы все сделаем как нужно и из дома ни ногой. И предупредила, что Юлька тоже у нас в гостях.

– Что там? – обеспокоенно спросила Юля, когда я закончила разговор.

– Леша сейчас Симу сюда привезет, – быстро объяснила я.

– Вот и хорошо, втроем веселее, – решила Юля.

Я решила пока отложить все дела, и мы с подругой вышли на балкон в ожидании брата. Мы обе волновались за Серафиму, которую втянули в проблемы, которые сейчас решал Лешка.

Да и влюбился брат в свою рыжую прелестницу, а я готова была сделать что угодно, чтобы помочь ему устроить личную жизнь, потому что точно знала: его чувства взаимны!

Мы с Юлькой облокотились о перила и, не сговариваясь, посмотрели наверх. Туда, где жил сосед, появление которого грозило мне как минимум нервным тиком, а как максимум – смерти от любопытства и желания выяснить права я в своих предположениях или нет.

– Тихо у него, – резюмировала Юлька.

– Может, он чайник чинит, – пробурчала я.

И, словно шестым чувством уловив, что говорят про него, сосед подал голос:

– Ты Бэтмен! Ты Супермен! Ты Человек-паук! Да! Мужик! – услышали мы голос Дамира.

– Или уговаривает, – прыснула Юлька.

Мы не планировали смеяться так громко, случайно вышло. Переглянулись, спрятались в безопасность гостиной и продолжали веселиться, когда в дверь постучали.

Я с опаской прошла к двери, очень надеясь, что это не Дамир с очередным наездом, и облегченно выдохнула, когда в глазок увидела задумчивую Серафиму.

– Входи, – пригласила я, отпирая двери, – что случилось?

– Мне угрожали! – призналась подруга.

– Проходи, рассказывай! – напряглись мы с Юлькой и потащили Серафиму пить успокоительный чай и делиться новостями.

Мы забыли, что собирались вершить несправедливость, и следующие полтора часа негодовали, насылая на всех злодеев кары небесные и проклятия.

Разговор плавно перетек на соседа, и мы с Юлькой ввели Серафиму в курс дела.

– Нужно это проверить, – как и Юлька недавно, резюмировала Сима.

– Как? – заинтересовалась я. – Есть идеи?

– Может, стоит подружиться с соседом? Хорошенько изучить его повадки, манеры, жесты и сравнить с преподом. Но ваш вариант с феями любви мне тоже нравится, – очаровательно улыбнулась Серафима.

– Отличный вариант! – согласилась я, – подружиться, изучить и все выяснить! А дальше действовать по обстоятельствам. Только есть один нюанс…

– Какой? – спросила Юлька.

– Я вот вообще с ним дружить не хочу. Он меня бесит!

– Тогда просто забудь и спокойно учись, – пожала Юля плечами. – Давайте шить?

– Давайте, – облегченно выдохнула я и постаралась на время выгнать из своей головы мысли о раздвоении соседа.

И о том, почему меня это так взволновало!

До полуночи мы были заняты. Серафима вызвалась приготовить ужин для своего любимого опера Лехи, мы с Юлькой сшили очаровательный подарок для соседа, а из остатков ткани шкодливо решили приодеть еще и Каскадера.

И так увлеклись, что про соседа я напрочь забыла.

А вот он обо мне – нет.

Ближе к полуночи в дверь кто-то постучал. Сначала осторожно, но потом стук повторился так, словно об нее стучали чем-то. Возможно, даже головой.

Мы с подругами испуганно переглянулись, Кас залаял, а я осторожно пошла к двери, заглянула в глазок и открыла.

На лестничной клетке стоял мой брат – очень злой и сжимающий кулаки, незнакомый мне молодой суровый мужчина и… сосед Дамир с букетом полевых цветов. Весьма потрепанным.

Все трое выглядели целыми и непобитыми, но обстановка буквально искрила опасностью.

Кажется, сосед решил, что новая цель его жизни – свести меня с ума!

Глава 8

Дамир

Сникерс, на удивление, оказался прикольным малым. Неуклюжим, звонким, неугомонным и вороватым.

Тот пакет с игрушками, который передала мне Эмилия, он проигнорировал, зато полдня охотился на меня из-за каждого угла, пытаясь поймать за ногу и стянуть с нее носок.

Я даже делал вид, что пугался. Ну а че, старается парень, поддержать надо, так сказать, добавить веры в себя. Хоть малой и выглядел как пробник собаки, но за старания должен был получить поощрение.

Когда он уснул, мне даже как-то скучно стало, а я задумался, не завести ли мне собаку. Только не пробник, а нормальную. Добермана там или овчарку.

Вспомнил бдительную Варвару с ее псом и передумал.

Все-таки зря я ее обидел. Наехал ни за что, получается, раз лифчик мне другая соседка подкинула. Неужели я таким дебилом выгляжу, что можно подумать: я поверил в то, что он на моей двери оказался случайно в комплекте с чаем с гор? Марьяна бы лучше пример брала с Варвары – та с ментами пришла. На крайний случай что-то еще придумала, а не вот это все.

Я, в конце концов, человек думающий и прямоходящий, а не животное, возбуждающееся от вида женского белья в пакете.

И с Варварой надо вопросы решить. Вроде как я первым конфликт начал, мне и заканчивать. Да и бдительность ее надо немного поумерить, а то еще проверять начнет меня на ко�