Пёс неприкаянный

Глава 1

«Последняя награда смерти в том, чтоуже не нужно умирать.»

Фридрих Вильгельм Ницше

Зачем он ушёл из дома, сам не понимал.Вроде не дурак, но потащился следом задругими парнями. Во время долгого итрудного пути он уже сожалел о том, чторешился на такой шаг. В длительномпереходе у его находилось время, чтобыразобраться в мотивах поступка. Он корилсебя за ослиное упрямство и тупое желаниедоказать непонятно кому, что он не тот,за кого его принимают близкие. Вот зачеммать дала ему это имя? Они родилисьвместе с братом в одно время. Ну почтив одно. Брат Аяму получил имя, котороеозначает — «он борется за свои желания».И второй, который появился буквальночерез минуту, дали имя Кехинде. С языкаплемени йоруба это имя значит - «второйиз близнецов или тот, кто отстаёт».Братья росли вместе, но словно шлиразными дорогами. Аяму боролся за своижелания, хорошо учился в школе, занималсяспортом и мать его любила больше. Кехиндеже всё время на вторых ролях. Вот чтозначит имя! Словно клеймо по жизни! Какосла припечатали за заднюю ляжку клеймом,и выбора нет! Плетись хвостом сзади! Нетбы назвала по нигерийскому обычаю Агу— что значит тигр или Адебайо - «родилсяв радости». Кстати сказать, дружок еготоже мыкался. Его мать видимо не особеннорадовалась появлению сына и назвалаИнико, что означает «рождённый в трудныевремена». Вот парни вместе и отправилисьна поиски лучшей доли. Правда для добройдороги прихватили с собой товарищаЧинеду, чьё имя переводится - как «Богведёт». На что надеялись попутчики, онисами не знали, но путь держали в Германию.Там, по слухам, плотно поддерживалибеженцев из Африки, платили неплохиепособия, давали еду, кров и даже медицинскиепривилегии в виде новых зубов. Во времятрудного пути Кехинде десять раз пожалел,что не остался дома. Там худо-бедно, новсегда на столе стояла миска с рисом,маисом или ямсом. По воскресеньям матьводила детей в католическую церковь, аперед походом обстирывала всю ораву истригла ногти. А ребятишек она настрогалааж семь человек. Жили скудно, но такогохолода, как в Европе никогда не случалось.В родном нигерийском городе Огбомошодаже зимой температура никогда неопускалась ниже двадцати пяти тепла, апро лето за сорок градусов жары и говоритьнечего. Отца они видели редко. Он работална арахисовых и банановых плантациях.Когда он умудрился поучаствовать всоздании детей никто не ведал. Деньгимать получала от него совсем небольшие,едва хватало сводить концы с концами.Так как Кехинде с братом Аяму родилисьраньше всех детей и уже закончили школу,то именно на них ложилось бремя поподдержке младших. Они должны были найтиработу, чтобы давать деньги матери. Аямудействительно пристроился в одной автомастерской. У него руки как раз из тогоместа, что надо! Так мать утверждала,пряча пачку в пять и десять найр в карман,когда братец выделял из своей зарплатысредства на семью. Кехинде подозревал,что Аяму специально менял крупные купюрына мелкие для того, чтобы пачка выгляделавесомо. Таким образом родственникповышал свой авторитет. Младшие егослушались и мать выдавала самый жирныйкусок курицы именно брату. Кехиндеработу не уважал и в мастерскуюустраиваться не собирался. Ни в какую— ни в плотницкую, ни в обувную, а уж темболее в ту, где трудился братец. Егоманили другие страны. И в какой-то моментпосле упрёков матери в тунеядстве всёсложилось и нигериец собрался в дорогу.А в пути Кехинде уже такие мелочи неинтересовали. Парень с друзьями долгопередвигался по чёрному континенту ктем местам, где кожа у людей из цветаворонова крыла посветлела до смуглыхоттенков. Он несколько дней провёл нарезиновой лодке, добираясь черезГибралтарский пролив в Испанию. На южномпобережье Европы никто не встречал сцветами. И к этому были готовы прибывшие,но они не ожидали, что приём окажетсянастолько холодным. Их никто не хотели ими никто не занимался. Африканцыпоняли, что никто не возьмёт их за рукуи не начнёт решать проблемы незнакомыхлюдей. Парни, покинув лодку не сталиостанавливаться в ближайшем испанскомгороде Альхесирас, а отправились дальше.Они миновали Марбелью и кое-как добралисьдо Малаги. Там друзья Кехинде обессиленныеот дорожных мытарств решили и остаться.Молодые люди настолько устали ивымотались, что лагерь для беженцев онипредставляли, как оазис. Парни прямикомотправились в близлежащий полицейскийучасток, чтобы подать заявление и какможно скорее оказаться под защитойиспанского королевства. Именно потому,что официальным языком Нигерии являетсяанглийский, африканцы быстро наладилиобщение с представителями правоохранительныхорганов. Однако Кехинде пораскинувмыслишками решил, что не стоит радиполного желудка менять свои планы.Парень считал себя ленивым, но не былдураком. Перед тем, как отправиться вдальний путь, он плотно занялся вопросоми выяснил некоторые моменты, которымини с кем не захотел делиться. В Испании,да и в других странах Европы выплатыдля беженцев были не равнозначными.Самые высокие пособия получали айзюльв Германии. Вот там не бросят! Немцысердобольные, до сих пор носятся с винойза прошлую войну, как с нарывом на пальце.Уже столько времени прошло, выросло двапоколения после тех событий, а германцывсё корят себя, несут груз ответственностии выплачивают огромные средства жертвам,к которым уже не имеют никакого отношения.Да и тех жертв уже никого в живых почтине осталось. Об далёких европейскихсобытиях нигириец имел очень расплывчатоепонятие. Его манили чистые улочки ивкусные булочки. Это будет получше, чемтарелка с ямсом. Можно до глубокойстарости валять дурака и посещатьязыковые курсы, потом долго искатьработу. Главное получить документ опостоянном пребывании и наладить системуполучения материальной поддержки. Аследом можно подумать о женитьбе накакой-нибудь чернокожей девушке. Всебелые в глазах нигерийца выгляделисовсем одинаково. Он отличал азиатовот европейцев и не более того. То, чтоафриканки самые красивые не подлежалосомнению. Однако некоторые молодыедевушки с белой кожей и платиновымиволосами тоже ничего. Только тощиеочень. Гипотетическая девица, на которойпланировал жениться Кехинде, должнаиметь приличные формы - круглый зад исильные руки. А европейки хоть и хороши,но какие-то тощие и неприспособленные.Такую матери не покажешь и младшиенасмешками изведут.

Дойдя до Барселоны, Кехинде понял, чтозапас денег совсем истончился. Пришлосьменять принципы и искать работу. Бездокументов его приняли в сельскохозяйственнуюартель. Там два месяца парень упаковывалшпинат и собирал ранние сорта клубники.Африканец уставал так, как не уставалникогда за всю свою недолгую жизнь. Заэто фермер давал кров, еду ещё иприплачивал. Лёжа на кровати в бытовкерядом с такими же работягами нелегалами,Кехинде горько сожалел, что покинулНигерию. Однако он уже не представлял,как можно вернуться назад. Легально неполучится — нет ни денег, ни документов.А обратную дорогу по морю на резиновойлодке дней на двадцать он уже не осилит.И как правило, никто не возвращаетсятаким путём. Дорога, которую он выбрализначально вела в один конец. Вот иполучается, что за вход надо заплатитьдоллар, а на выходе оплатой послужиттвоя жизнь. От испанского фермеранигериец получил небольшую сумму. Денег,чтобы добраться на перекладных черезмножество стран к вожделенной Германии,по подсчётам Кехинде, ему бы хватило.Несмотря на то, что «мама» Ангела Меркель,которая и открыла этот ящик Пандоры длявсей Европы, отошла от дел, Европапродолжала принимать всех сирых иубогих. Многие страны, поиздержавшисьна мигрантах, умерили свой пыл и сократилирасходы по этим статьям в несколькораз. Однако сердобольное правительствоГермании продолжило политику канцлераАнгелы Меркель. В страну лезли и конные,и пешие. Работать мало кто хотел. А вотсесть на иждивение законопослушныхбюргеров образовалось количество,состоящее не из одного миллиона. В рядытунеядцев с хорошим пособием желалвлиться ещё один африканец. И он был непоследним. За ним нескончаемым потоком,толкая в спину предыдущих, шевелиласьочередь из вот таких беженцев из Африкии неблагополучных районов арабскогомира.

Кехинде передвигался не особеннонапрягаясь. Только голод и холод заставлялпрытко двигать ногами. Чем дальше пареньудалялся от Африки, тем холоднеестановилось особенно ночами. Веснатолько начиналась. Днём припекалосолнце, а когда светило пряталось загоризонт, лужи покрывались ледянойкорочкой. Он ночевал в аэропортах, навокзалах, частенько, чтобы не продрогнутьпрятался на фермах в сенных завалах. Иногда в деревнях он находил работу.Его кормили и давали немного денег.Перемещался парень на автобусах ипоездах, где не нужно было показыватьдокументы, удостоверяющие личность.Европа ему нравилась порядком, чистотойи особенно едой. В один из дней африканецприбыл в Париж. И такое разочарованиепостигло его, что не описать. В деревеньках,посёлках и небольших городках наблюдалосьтихое умиротворение с пасторальнымивидами пасущихся коров. А в столицеФранции царил бардак и волнение. Вкакой-то момент Кехинде подумал, чтонезачем было преодолевать такую дорогу,чтобы поселиться рядом с таким жечернокожим населением. Особенно егоподивили центральные улицы города,которые кишели нищими, побирушками игрязными клошарами. Не так он представлялсебе Париж, достопримечательностикоторого он видел по телевизору. Пареньрешил не сбиваться с пути. Если нацелилсяна Германию, значит надо чапать туда.Ещё другие ходоки удачи делилисьсведениями о том, что Польша, Венгрия,Чехия и некоторые другие страны не хотятоставлять у себя беженцев, а уж тем болееплатить им пособия. Лечить, учить икормить пришлых за государственныйсчёт эти государства не могли себепозволить. А может не хотели. А кто ихосудит? Что-то не заметно, чтобы европейцытабунами пёрли в Нигерию, например. МатьКехинде рассказывала, что Нигерия долгоевремя входила в состав Британскойимперии. А по сути являлась английскойколонией. Вот из Англии и пришла сказкапро трёх поросят, которую мать читалав детстве им с братом, а потом и другимдетям. Именно эта сказочная историянапоминала африканцу происходящее вЕвропе. Жили поросята на планете, какумели. Кто-то строил домишки из бамбука,кто-то из тростника, а кто-то вообще изговна и палок. Только одни трудилисьосновательно. Они ставили дубовые дверии прочные окна. Трудяжки работали непокладая рук и дом получился на загляденье.Вот к этому дому и потянулись те, у когодомишки слабее и строительные материалырассыпались от сильного ветра.

В Праге Кехинде понравилось. Именнотакие улочки он видел на картинках вдетских книжках. В постоянном людскомпотоке легко было затеряться. А вотвытянуть кошелёк у зазевавшейся туристкипроще простого. Кехинде не наглел - бралтолько деньги, а пустой портмонеподбрасывал в близлежащую торговуюлавку. Стражи порядка вообще не напрягали.Полицейские ходили по бульварам словноперсонажи каких-то уличных представлений.Африканец думал, что в следующей жизнион хотел бы родиться белым жителем Прагии обязательно булочником или мелкимлавочником. Это владельцы супермаркетов,заводов и фабрик становятся рабамисвоего бизнеса или бренда. Они всегдадолжны соответствовать рынку, вырабатыватьновые стратегии и придумывать новыемодели. А лавочник, знай себе торгуйбулками, пирожными и тортами. Лучшехлеба человечество ничего толковогоне придумало. Хлебный бизнес никогдане прогорит! Человек может обойтись безкуска мяса, без сумочки «Hermes»,без духов «Ganymede»,но он всегда будет нуждатьсяк простом куске хлеба. Африканецхотел бы засыпать под переливы Пражскихкурантов ровно в двадцать три часа, втот момент, когда астрономическиебашенные часы, отбивая последний звук,засыпают до девяти часового утреннегобоя. В следующей жизни он обязательнозаведёт кошку и собаку, а в жёны возьмётобязательно бабёнку с кожей цвета ночи.Парень мечтал. Несмотря на прорехи вобразовании, он умел это делать. Егомечты переливались разными красками,как цветущая Прага. Его фантазии незнали границ, только в них не находилосьместа для простой работы. Словно однаждыКехинде или получит куш в лотерее, илиу него появится волшебная палочка. Онзнал, что наследства ему никогда неполучить. Нет в его роду богатыхродственников, дышащих на ладан. То естьпомирать собирались многие, толькооставлять после себя наследство никтоне намеревался в виду отсутствиятакового.

В город пришла весна. Кехинде нашёлдля себя пристанище в парке неподалёкуот знаменитого танцующего дома. Как донего никто не мог заселиться в это место?Этот мелкий факт удивлял паренька. Авот он приютился. Жить здесь парень несобирался. Просто хотел надышатьсяПрагой, нагуляться, а уже потом отправитьсяпрямиком на Берлин. Ночевал он в колодцеузкого двора, недалеко от крыльца старойбулочной. Там всегда можно было разжитьсяхлебом. Иногда удавалось получитькруасан или сдобный калач. Кехиндесчитал себя оптимистом. Он понимал, чтотрудности не навсегда, всё войдёт современем в колею. У него появится свойдом, дети и даже счёт в банке. Нигириецбыл молод и знал, что у него в запасе ещёмного времени для того чтобы воплотитьмечты в реальность. Скитаясь по городу,он многое примечал. Например, замечалте дворы в которых не висели камеры. Вотна стоянке возле трёхэтажного домапарень заметил дом на колёсах итальянскойавтомобильной компании «Фиат». Машинане новая, но и не дряхлая. Судя по номерам,зарегистрирован караван в Германии.Значит, хозяин может отсутствовать.Кехинде знал, что внутри таких домовесть душевая, газ, холодильник и всё длянормального проживания. Парень следилза домиком несколько дней. Двери никтоне открывал и не заводил мотор. В целяхбезопасности, Кехинде к автомобилю неприближался, но каждый вечер, возвращаясьв узкую улочку на ночлег, он проходилмимо стоянки и присматривался, стараясьприметить малейшее изменение. В одиниз вечеров, когда в городе ещё шумелажизнь, но уже опускались сумерки, нигириецотмычкой открыл замок со стороныводительского сиденья. Он тихо притворилза собой дверь, уселся и замолк, привыкаяк полутьме и тишине. По салону тянулсякакой-то неприятный запах. Кехиндеподумал, что владельцы забыли выброситьмусор или в отключённом холодильникепротухла рыба или кусок мяса. Однакотакая мелочь его не беспокоила. Пареньтихо ликовал. Наконец он сможет провестиночь в тепле и на чистых простынях, сможет умыться, поесть и даже принятьдуш. Тишину почти ничего не нарушало.Доносился только далёкий гул голосовс оживлённых пешеходных улиц. Прагазасыпала под самое утро. В этом городеневозможно было спать. Сказка тянулана Карлов мост, к церкви Святого Николаяи на улочку Винарна Чертовка.

После минуты покоя, Кехинде пошевелилсяи поняв, что никто не сможет помешатьему занять хоромы, двинулся на ознакомлениес территорией. Он не зажигал свет. Дляэтих целей у него имелся с собой фонарик.Парень осветил салон. После улицы, емупоказалось, что он попал в номерпятизвёздочного отеля. Африканецостановился в холле и столовой в одномлице. Возле стола расположились мягкиедиваны, а напротив разместилась кухоннаязона с газовой плитой, холодильником,раковиной и шкафами с посудой. Вхолодильник Кехинде решил заглянутьпосле полного осмотра. Дальше проходсужался, и парень, посветив фонариком,обнаружил дверь. Он долго ковырялся,пытаясь найти ручку. Пальцы нажали накнопку и неожиданно выскочила круглаяручка. Заглянув внутрь, Кехинде улыбнулся.В свете фонарика сверкнули его белыезубы и такие же глянцевые раковина сунитазом, а следом и душевая кабина. Онуже хотел отодвинуть матовую пластиковуюдверцу кабинки, но неожиданно вниманиеотвлёк какой-то блеск. Тусклый светохватил пол, где валялась какая-тосверкающая вещица. Парень наклонилсяи поднял короткую, но массивную цепочку.Изделие напоминало мужской браслет.Кехинде возликовал. Он покачал браслетна ладони и удовлетворённо хмыкнув,засунул в носок. В этом месте надёжнее,не выпадет, как из кармана. Парень решилрассмотреть вещь при свете дня. Но то,что ювелирное украшение из серебра илибелого золота, в этом он не сомневался.Если везёт, так везёт во всём! Кехинде,махая руками перед лицом, вышел из узкогопространства ванной комнатки. В салонецарил порядок и только множество жирныхмух роилось в воздухе.

«Поживу здесь тихо, пока не выгонятили пока хозяин не вернётся, - радостнодумал про себя негириец. — Только вотвонь надо вывести. Ничего, ночью вычищухолодильник и вынесу мусор на помойку.Следом мухи исчезнут. Сейчас не к спеху.Не голодный!»

Ему действительно удалось неплохоперекусить. На окраине города Кехиндеобнаружил представительство Красногокреста и благотворительный пункт раздачиеды. Кормили там неплохо — пластиковоеблюдо с макаронами, политыми мяснымсоусом, чем не царская еда! Там же можнобыло и провести ночь, но при наличиидокументов. А какие удостоверения онмог показать? Паспорт гражданина Нигерии?А в Европе он ещё ничем не обзавёлся. Оннелегал. И всё же Кехинде не унывал:

«Ничего, всё наладится.»

Парень двинулся дальше. В свете прыгающеголуча, обрисовалась широкая кровать.Африканец уже раскинул руки, чтобы сразмаху завалиться на мягкое ложе, нонеожиданно заметил какую-то кучу - толи горка образовалась из вещей, то лина середину кровати переместили подушку.Кехинде приблизился и склонился надкроватью. В тусклом жёлтом кругляшкене удалось толком ничего рассмотреть.Парень сунул фонарик в рот, взял в рукипредмет и приблизил к лицу. На негоуставилось белое лицо с открытым ртом.От испуга нигириец отпрянул и откинулот себя холодный овал. Он попятился,выхватил фонарь и тут же из нутра полезлимакароны и всё, что за сегодня удалосьзатолкать в желудок. Негириец зажал роти не разбирая дороги, спотыкаясь втемноте о шкафы и перекладины, уже несоблюдая конспирации, выскочил на улицу.Он часто задышал, потом несколько разглотнул свежего ночного воздуха. Кое-какпарень успокоил беснующееся нутро. Онпотёр лицо, собирая мысли в кучу.Неожиданно явно всплыла жуткая картина.Кровавая голова и осклабленный рот согромным количеством зубов. Именно такувидел Кехинде жуткое зрелище. То чтоэто не муляж, не хеллоуинский прикол онявно разобрал даже в тусклом светефонарика. И понял юноша это именнопотому, что голова нещадно вонялачеловеческим разложением. И снова изнедр поднялась рвотная волна. Пареньотбежал к кустам и сложился пополам. Онподумал, из него вышло даже то, по правупринадлежит только его телу. Вскорекроме пустых потуг организм уже ничегоне смог из себя выдавить. Кехинде покане знал, как поступить дальше. Сделатьвид, что ничего не произошло, бросить кчёрту Прагу и направить кеды уже всторону Берлина? Он похлопал себя покарманам и с облегчением отметил, чторука машинально сунула фонарик в карманкуртки. Но от этого не стало легче.Кехинде лихорадочно соображал. Егомысли судорожно бегали, подсовываякартины печальных перспектив будущего.А ведь он оставил немыслимое количествоотпечатков пальцев. Но заставить себявернуться в домик на колёсах для того,чтобы протереть поверхности, которыхкасались пальцы, он не смог ни за какиековрижки! Ни за какие блага мира и ни закакие угрозы он не переступит порогэтого жуткого места! Но тогда дактилоскопияобязательно попадёт в базу данных. Ивсе мечты на получение европейскихдокументов можно похоронить. В берлинскойполиции сразу станут выяснять еголичность и обязательно начнут пробиватьотпечатки пальцев по базе. Власти нехотят привечать в стране террористови убийц. Одна надежда на то, что Чехия иГермания не сотрудничают между собойнастолько плотно. Искать его станутздесь, а он уже будет далеко — в другойстране. В противном и в лучшем случаеего депортируют обратно в Нигерию. А вхудшем варианте он может сесть в тюрьму.Однако Кехинде перед тем, как отправитьсяв долгое путешествие, выяснил и протюремные условия тоже. Оказалось, чтозаключённых хорошо кормят, дают одеждуи предоставляют возможность гулять. Внекоторых тюрьмах даже проститутокпривозят за отдельную плату. В общем несмертельно. И всё же это крайний вариант.

«В полиции служат не дураки, - осадилсебя Кехинде. — Голова мертва уже дольше,чем трое суток и уже успела разложитьсяи завонять. А я появился тогда, когдачеловеческие останки начали разлагаться.»

Африканец ещё час спорил сам с собой.Он пока не знал, как поступить. Но точнорешил, что попадать в поле зрения полициине стоит. Хотя бы только за то, что онбез разрешения зашёл на чужую территорию.Это же проникновение со взломом.

«Но я же ничего не взял, - уговаривалсебя нигериец. Он мысленно пыталсяубедить полицейских и сам же себепротиворечил. — Ничего я им не смогудоказать. Я побирушка и клошар бездокументов.»

Кехинде не помнил, сколько временипросидел в кустах — то ли час, то ливсего несколько минут. От страха егоначал бить озноб и захотелось пить. Оннатянул на голову капюшон, хотя в этомне было никакого смысла. Нигериец и такпрекрасно маскировался в ночи. Толькобелые зубы и белки глаз выдавали в нёмпредставителя человечества. Парень этознал и не открывал рот. Он выбрался изтемноты и направился в сторону гудящейВацлавской площади. Кехинде предполагалзатеряться в толпе, потом где-нибудь наокраине провести остаток ночи. Раннимутром, когда водители большегрузов ещёне выехали с ночных стоянок на скоростныеавтострады, напроситься в попутчики ккакому-нибудь продвинутому парню статухой. Такие обычно безбоязненнолегко вступают в контакт с незнакомымилюдьми.

А Прага жила обычной ночной жизнью, ноуже не такой интенсивной, как днём. Ивсё же парень решился. Пришлось долгобродить по городу в поисках телефоннойбудки и всё же ему удалось обнаружитьдействующий автомат. Он улучил момент,выскользнул из густой толпы прохожих,подошёл к уличному таксофону и дрожащимипальцами набрал бесплатный номер стодвенадцать. Картинки с номером экстренноговызова висели на каждом перекрёстке ив каждом городе по всей Европе. Пареньзнал, что ведётся аудио запись. А значитразговор обязательно дойдёт до адресата,то есть до местной пражской полиции.

- Доброй ночи мэм, - скороговоркойзатараторил Кехинде. — На площадиЙирасково в одном из дворов за Танцующимдомом стоит караван-кемпинг марки «Фиат»с немецкими номерами. А внутри находитсяотрезанная человеческая голова.

Выпалив тираду парень бросил трубкуна рычаг, прытко выскочил из будки иснова затерялся в толпе. Находясь вбезопасности, он вытер пот и с шумомвыдохнул воздух.

«А дальше трава не расти! Уже без меня.»

И всё же парень нарушил свой планнемедленного похода на Берлин. Любопытствовзяло над ним верх. Он захотел убедиться,насколько быстра окажется реакцияпражской полиции на столь неординарноеи страшное сообщение. Или дама на томконце провода приняла его сообщение зашутку? Кехинде заскочил в ещё открытуютаверну и прямиком направился в туалет.Вслед за ним направился возмущённыйофициант в длинном фартуке. Он снегодованием махал руками и что-товыговаривал на чешском языке. Кехиндене понял ни слова. Он лишь обернулся имолитвенно сложил руки. На что официант,обречённо вздохнул. Он знал эту публикуи в конце рабочей смены не захотелпортить себе остаток вечера. Да пустьуже сыт, сколько хочет! Иначе от него неизбавишься! Не полицию же вызывать! Лишьбы мимо не навалякал, а то убиратьпридётся. А ведь приличное заведение.Всё таки центр Праги. А Кехинде справилнужду, умылся и прополоскал рот, где ещёоставался вкус его испражнений, которыевышли другим не традиционным путём. Онвышел на улицу, постоял в раздумьенесколько секунд на свежем воздухе. Егопаника утихомирилась, пальцы пересталитрястись. Он отпил из мятой пластиковойбутылки воду, которую набрал в туалете,тряхнул руками и направился к меступреступления. Мысленно парень прикинул,в каком месте он сможет проследить заработой полиции незаметно. Блюстителипорядка не торопились. Прошло околополучаса, как на стоянку заехалапатрульная машина из которой вышли двакрупных мужика в полицейской форме.«Фиат» они нашли быстро. Один обошёлмашину вокруг, а второй стучал в двери,пытаясь разбудить хозяина. И правильно.Салон автомобиля - это уже частнаятерритория, и без ордера или разрешениявладельца там делать нечего. И всё жеодин полицейский, включив мощный фонарь,обнаружив открытую дверь с водительскогосиденья, проделал тот же путь, что инигириец. А Кехинде сидел в кустах ивнимательно наблюдал за происходящим.Свет уличного фонаря почти не касалсяместа, где стоял автомобиль. Пареньвидел только луч фонарика, которыйхаотично плясал в окнах домика наколёсах. Полицейский выбрался из салонатак же быстро, как и сам Кехинде, толькоблюститель порядка имел стальные нервыи не менее железный желудок. Его неполоскало, как африканца, но лицо онприкрыл носовым платком. Буквальночерез двадцать минут картина измениласьи площадка стала просматриваться, какна ладони. Кехинде увидел, как стоянкастала походить на съёмочную площадку,на территории которой копошились людив специальных одеждах. Он ещё подождалкакое-то время. Африканец надеялся, чтополиция обнаружит тело, которое не виделон, но криминалисты вынесли толькотёмный бокс, в котором, как понял парень,они и поместили голову. За суетой нигириецне заметил, как появился сотрудник сослужебной собакой. Овчарка провериласалон и вскоре, обойдя вокруг самавтомобиль, начала рвать поводок всторону кустов, где притаился Кехинде.Больше парня уже ничего не интересовало.Он сделал всё что мог. Не струсил ипозвонил в полицию. Он может гордитьсясобой. Теперь нужно немного отдохнутьи и в путь. В этом городе ему ловить уженечего. Кехинде тихо, стараясь не привлечьвнимание собаки, покинул кусты инаправился в сторону многолюдных улиц.В шумном месте он считал себя вбезопасности. Парень не видел, какподъехал микроавтобус и из домика наколёсах эксперты вынесли остатки телав чёрном пластиковом пакете.

***

Детектива отдела расследованийуголовных преступлений БолеславаКулганека выдернули из дома по звонку.Он отдавал себе отчёт в том, что уже немолод. От службы к пятидесяти годам всестановятся похожими на старых псов,которые уже теряют чутьё. Детектив нехотел выходить на пенсию. Несмотря нато, что считал себя человеком пожившими послужившим своему государству, онещё не потерял чутьё и интуицию. ПроживалБолеслав в новой и элегантной частигорода. Туда не проникали галдящиетуристы и торговые лавки предлагалитолько свежий хлеб, выпечку, элитныесорта сыра и вина. Он ещё не спал, но ужев пижаме лениво пялился в телевизор,когда телефон резко задребезжал. Болеславбыстро подключился и вышел в прихожую.Он не хотел, чтобы его жена и сыновьяиспытывали неудобства из-за его служебнойдеятельности. У каждого в семье свояработа, своё дело и своё расписание.

До места трагических событий детективдобрался быстро, хотя улицы ещё былизаполнены автомобилями и светофоры ещёне перешли в режим мигающего зелёногосвета. О преступлении Кулганек ничегоне знал. Дежурный сообщил лишь общиесведения — обезглавленный труп находитсяв домике на колёсах. Обнаружил некто,он и сообщил на горячую линию стодвенадцать. А уже те перебросилиинформацию в криминальную полицию. Наместо сначала отправился дежурный порайону с водителем для проверки. Малоли какие шутники резвятся. Из-за нихподнимать среди ночи следственнуюбригаду совсем ни к чему. Однако черездесять минут после проверки, бригадавсё-таки отправилась на место преступления.Детектив оставил автомобиль в проулкенеподалёку и, приподняв полосатую лентуподошёл к скоплению людей в форме.Детектива все знали. Он не утруждал себяпредъявлением удостоверения. Так жесухо и по-деловому он обратился кдежурному следователю:

- Что тут произошло?

- Докладываю, - приосанился следовательи поправил форму. Молодой светловолосыйпарень служил в полиции всего несколькомесяцев и к вышестоящим званиям проявлялнемыслимое почтение. — В автомобиле мыобнаружили обезглавленный труп. Головалежала на кровати, а туловище в поддонедушевой кабины. Тело оказалось без рук.Убийца выносил тело по частям. Вероятнопланировал таким образом утилизироватьвсе останки.

- И от чего уже успел избавиться?

- Кистей рук нет на месте преступления.

- Как давно произошло убийство?

- Эксперты говорят, что около двух дней.Сейчас днём тепло, солнце припекает иплоть разлагалась быстро. Каким образомпреступник расчленял тело, криминалистыскажут позднее. Только ясно, что этобелый мужчина крепкого телосложения.Труп патологоанатом уже забрал в морг.

- Выяснили личность убитого?

- Нет. Никаких документов не обнаружено.

- Кому принадлежит автомобиль? Машинадостаточно дорогая и номера я заметилнемецкие.

- Это точно, - снова вытянулся следователь.- «Фиат» имеет регистрацию в немецкомгороде Ренсбург и принадлежит гражданинуГермании Отто Шуберту. У него здеськвартира.

- В Чехии этот Шуберт имеет постоянноеместо жительства или появляется наездами?

- Пока выяснить не удалось. Дней десятьтому назад он попал в клинику из-засердечного приступа.

- Что-то ещё известно о владельце? Егосемейное положение, возраст?

- Работаем, - отрапортовал следовательи пожал плечами. — Это всё, что можнобыло вытянуть из базы данных. Временипрошло совсем мало. Утром появятсяосновные сведения.

- На землю под машиной должно было натечьмного крови. Почему никто не обратилвнимание? Стоянка место бойкое всё времяпроисходит движение. А тут труп кровьюистекает почти на глазах у всех и молчок.

- В «Фиате» да и в других кемпингахвстроены специальные резервуары длясбора серой, то есть использованнойводы. Объём бака около девяносто литров.Отходы сливаются в стоки на автозаправках,на специальных стоянках и лагерях длякараванов. Поэтому снаружи никто незаметил никаких нарушений.

- Выяснили, кто звонил на горячую линию?

- Личность пытаемся опознать. Знаемтолько, что звонил мужчина из телефонаавтомата в час тридцать минут ночи.Точный адрес установить не удалось.Голос выдал информацию за несколькосекунд, - следователь спохватился. —Мужчина говорил на хорошем английскомязыке.

- Автоматов в городе по пальцам пересчитать.Везде висят камеры наблюдения. В этовремя, да и вообще сейчас мало ктопользуется допотопными средствамисвязи. Надо выяснить из какой будкизвонили в час тридцать. Потом пробитьгражданина по программе идентификацииличности.

- Я уже послал людей.

- Что с отпечатками пальцев?

- Криминалисты нашли несколько. По базамни одни не проходят. Но эксперты ещёпродолжают работу.

- Хорошо, - кивнул детектив. — То естьпока ничего хорошего, - уже по ходу бросилБолеслав и добавил, - Держи меня в курсе.С утра начинайте опрос жителей сблизлежащих домов и найдите хозяинамашины. Я осмотрюсь внутри.

В салоне «Фиата» горел свет, дверь былараспахнутой, а на выдвинутых ступеняхрасположился эксперт. Он, разместив наколенях чемодан, складывал пластиковыепакетики с уликами.

- Доброй ночи пан детектив, - улыбнулсяпожилой эксперт. Он стянул с себяперчатки, сбросил капюшон оранжевойуниформы и вытер потный лоб. — Совсемугорел внутри. Там такая вонь несусветная.Тело несколько дней находилось в тёпломпространстве. Мух налетела целая орда,- он протянул Болеславу медицинскуюмаску. — Если пойдёшь внутрь, то лучшезакрыть лицо вот этим.

- Спасибо, - детектив взял маску.

- Перчатки надо?

- Не надо. Всегда ношу с собой, - сыщикнатянул резиновые перчатки на руки. —Есть, что интересного?

- В нашей работе всё интересно, - хмыкнулэксперт. — Один недостаток — работаненормированная.

- Личность как-то можно идентифицировать?

- Пока нет на это ответа. Проверили каждыйсантиметр, но никаких документов иличных вещей не обнаружили. На мойвзгляд, кто-то воспользовался машинойдля своих целей. Кстати внутри всёприбрано. Сначала совсем не заметно,что тут разыгралась трагедия. Толькоголова на кровати и рой мух. Это потомнашли тело в душевой кабине, когда сталиосматривать помещение. Отпечатки вездестёрты. Свежие следы оставил тот, ктообнаружил труп и на внутренних дверцахшкафов есть давние пальцы скорее всегохозяина машины.

- Можно понять, чем убийца обезглавилтело? Рубил топориком?

- По предварительным данным можнопредположить, что всё это проделывалкакой-то псих. Если бы рубил топором, тонаделал бы много шума. В планы убийцыне входило привлечение внимания. Ещёударами острым предметом он мог быповредить пластиковый поддон душевойкабины. Резал сильный человек ножом.Таким, каким разделывают туши намясокомбинатах.

- Ты мне своё мнение скажи, - детективзнал, что опытный эксперт поделитсявыводами, если в его голове сложиласьтвёрдая стопроцентная комбинация. Темысли, в которых не уверен, он просто нестанет озвучивать. — Так по дружески.

- Сажу, - кивнул криминалист. Он отошёлот автомобиля на пару метров и началстягивать с себя комбинезон. — На самомделе убийца совсем не псих. Он сделалвсё для того, чтобы следствие как можнодольше не установило личность жертвы.Для этого он ампутировал руки. Мы в любомслучае узнаем, кто этот умерший человек,но на все экспертизы нужно время.

- Убийца резал человека, когда тот былещё жив?

- Именно. Только покойник находился подвоздействием препаратов. Он не оказывалсопротивления. А вот какие преступникиспользовал вещества для парализациисилы и воли, я скажу позднее.

- Всё это он проделал в автомобиле илиприволок тело позднее?

- Жертва добровольно вошла в домик наколёсах. Потом пара могла выпивать илипрепарат попал в организм с водой. Всцене участвовали двое — жертва иубийца. Третьему не хватило бы места. Всалоне довольно тесно. Преступникзаволок безвольного мужика в душевуюкабину. Сначала обезглавил тело. Голову,чтобы она не мешала перенёс в спальню.А дальше уже занялся руками. Не думаю,что он хотел продолжения кровавойвакханалии. Он сделал всё что запланировали возвращаться на место преступленияне намеревался. Проделывал всё вперчатках.

- Зачем тогда протёр все поверхности?

- Именно из тех соображений, чтобыследствие как можно дольше не выяснилоличность убитого.

- Но почему именно здесь? Почти в центрегорода в чужом автомобиле? — Кулганекпожал плечами. Он знал ответ, но хотел,чтобы его выводы подтвердил коллега. -Убийца рисковал.

- А куда ещё можно заманить человека,чтобы не вызвать подозрений? Убивать вотеле или в квартире не вариант. Кругомсоседи, персонал, прохожие и камерынаблюдения. Чтобы вывезти на окраинунужен автомобиль. Транспортное средствотоже быстро можно отследить. Убийцаприсмотрел этот «Фиат» заранее, он знал,что камеры наблюдения не охватываютэту зону стоянки.

- Ладно, пойду осмотрюсь на месте, -детектив направился к дверям, ведущимв салон каравана.

- Иди, посмотри. Работают не боги и нероботы, могли что-нибудь пропустить, номало вероятно, - эксперт свернул униформу,сунул в пакет и подняв с земли объёмныйчемодан направился к полицейской машине,махнув рукой. — Удачи! Завтра увидимся.То есть уже сегодня, - добавил экспертсебе под нос.

Болеслав натянул маску и зашёл в салон.Он не ждал никаких находок — экспертызнали своё дело туго, но ему надо былосвоими глазами осмотреть местопреступления. Его мутило от смрадногозапаха и обилия мух. Детектив заглянулв душевую комнату и осмотрел кабину,покрытую уже застывшей кровью. В спальне,глянув на тёмное покрывало, Болеславустало понятно, почему свидетель не сразуобнаружил отрезанную голову и красныепятна.

Выйдя на воздух, детектив стянул с лицамаску и вздохнул полной грудью ночнойпрохладный воздух. Он стянул резиновыеперчатки и глянул на часы. Возвращатьсядомой не имело смысла. Всё равно уже неуснёт, а если задремлет, то толькорастравит себя подушкой. Потом придётсямучительно возвращаться из лап Морфеяв реальность. Болеслав проехал по городув поисках открытого кафе. На улицеНерудова, увидев многолюдность накрыльце одной забегаловки, Кулганеквышел из автомобиля и протиснувшись кстойке бара, заказал кофе и трдельник— пирожное в виде трубочки. В кафепосетители шумели, громко смеялись ипили пиво с вином. В голове Болеславамелькнула мысль о том, что существуетдва мира — светлый и тёмный. В одномвеселье и хохот, в другом кровь и смерть.И он детектив Кулганек находится награнице этих миров. Он двадцать пятьлет стоит стойким стражем и ничего неменяется. Эти два мира неистребимы,словно один дополняет другой. Без смертинет жизни и добро всегда будет боротьсясо злом. А если зло перестанет существоватьи добру не с чем будет бороться, тогданикто не узнает, что есть добро на самомделе и как оно выглядит. Болеслав отогналсовершенно ненужные в этот момент мыслии вернулся к действительности.

«Пока не определим личность, мы непоймём причины убийства, - детективусилием воли вернул в голову картины сместа преступления. Он, закатив глазав два укуса доел воздушное пирожное,выпил остатки кофе и замер на секунду.— Утром надо предупредить жену.»

В управлении детектив заметил оживление,не свойственное такому времени суток.На стуле возле дверей кабинета егоподжидал всё тот же светловолосый сыщик.Увидев Болеслава он подскочил и вытянулсяпо стойке смирно. Детектив махнул рукой,отменяя субординацию, отпер дверь ишироко распахнул её со словами:

- Есть новости?

- Мы обнаружили сначала телефоннуюбудку, а следом получили фотографию скамеры наблюдения парня, который звонилв час тридцать ночи. Это чернокожиймолодой мужчина. В базе он не числится.Да, кстати, после него в автоматом никтоне пользовался. Удалось снять отпечаткипальцев. Они совпали с теми, которыенашлись в домике на колёсах.

- Срочно раздайте снимки всем патрулям,которые на улицах, постовым и дорожнымслужбам. Пустите информацию по радио иопубликуйте на телевидении. Только ненадо пугать народ кровавыми подробностями.Все причастные к расследованию должнысохранять тайну следствия. Африканцанадо найти во что бы то ни стало пока онне покинул город. Скорее всего это одиниз беженцев, который ещё не получилрегистрацию. Иначе мы бы уже узнали ктоон и из какой страны. Есть ещё что-то? —Кулганек сбросил ветровку и накинул еёна спинку стула. — Есть новости овладельце «Фиата»?

- Отто Шуберт находится в госпиталемилосердных сестёр Святого КарлаБорромео. Я послал туда человека. Кактолько появится возможность, он поговоритс пациентом. В госпитале строгие порядки.Сотрудники даже для полиции не делаютисключения.

- Будем ждать. В нашу работу это тожевходит, - детектив махнул рукой, жестомотправляя подчинённого на трудовыеподвиги.

Болеслав откатил кресло, опустился ипридвинулся к компьютеру. Он решил дляначала проверить все подобные дела. Запоследние пару лет. Расчленение телвстречалось в его практике не часто, нозаниматься такими преступлениямиприходилось. И все были связаны спсихически больными людьми. Толькооднажды муж разрезал жену для того,чтобы спрятать следы преступления. Накону стояло большое наследство. А какаякорысть резать мужика? Ревность? Жадность?Деньги? Зависть? Воровство чужих идей?

Если бы убийца хотел шоу, то обязательнопредоставил обществу наказанного. Каксредневековый палач, положив смертникана плаху, рубит голову. А после своегокровавого дела потрясает перед публикоймёртвой головой, держа за волосы. Нате,смотрите! Так произойдёт с каждым, ктонарушит закон! А в этом случае убийцаспрятал концы, и теперь попробуй найди,кто этот несчастный, тело которогоразлучено с головой? Кто его похоронити заплачет на могиле?

Кехинде спал глубоко и нервно. Онзаховался на территории Малостранскогокладбища за костёлом Пресвятой троицы.Здесь его никто не тронет. Сначала былострашновато. В сознании крутились жуткиекартины из домика на колёсах — кошмарнаяголова, которую он касался руками! Егопередёргивало от этих воспоминаний.Парень гнал от себя страхи, но онивозвращались помимо его воли. Как никрути, а африканец боялся мертвецов. Онвоспитывался в традициях католическойверы, а там с покойниками шутки плохи!Кладбище именно их территория. Кехиндене шумел, передвигался тихо, дабы неспугнуть души усопших. Ночью люди должныспать, а покойникам в темноте раздолье!Это их время и их законное место! Нонигириец так устал, что забыл о своихстрахах и свернувшись калачиком вкустарнике вырубился совсем без ног. Иснилась ему мама, отец, братья и сёстры.Он проснулся от рыданий. Ещё находясьна грани сна и яви, Кехинде кое-какутихомирил всхлипы. Неожиданно он понял,что очень устал от скитаний. Дома быловсё понятно, а здесь в Европе жизньоказалась враждебной и непредсказуемой.Парень несколько секунд ещё лежал натраве сохраняя душевное равновесие.Солнце светило во всю. Кехинде протёрглаза, потянулся и подскочил на ноги.При свете дня, ночные страхи рассеялись.Кехинде почувствовал себя совсем даженичего. Он закинул голову, глянул накрест, который возвышался над костёломи неожиданно для себя перекрестился.Мать приучала детей к католическойвере, но парню было не до такой ерунды.Однако сейчас он нуждался в поддержкевысших сил. Кехинде убеждал себя в том,что всё наладится и неожиданно самповерил в это. Только жутко хотелосьесть. Перед дальней дорогой нужноукрепить тело, а с душой он уже разобрался.Нигириец решил наведаться в пункткрасного креста. Там давали еду иоказывали медицинскую помощь. Ончувствовал себя здоровым, а вот поестьнадо обязательно. Кехинде устроился впарке прямо на траве. Он с удовольствием,с чавкающими звуками хлебал суп, жадноотрывая куски хлеба. Неподалёку в сторонестояли двое в штатском. Они терпеливождали, когда парень доест скудный паёк.Когда мужчины подошли к африканцу, онсовсем не удивился, лишь замотал досадливоголовой. Парень небрежно бросилпластиковую тарелку в мусорный бак ипротянул руки, которые тут же подхватилидва здоровяка в гражданской одежде.

По дороге в управление, один, которыйсидел рядом, всё время морщился и воротилбрезгливо нос. Потом он не выдержал испросил на английском языке:

- Ты когда последний раз принимал душ?

- Не помню, - африканца не смущали такиевопросы. — Моя забота не сдохнуть сголода. А уж помыться я успею. Как выменя нашли?

- Тебя ждёт детектив. Вот он тебе всё ирасскажет. Ну, а ты ему.

- Годится, - легко согласился Кехинде. —Только сразу говорю — я никого не убивал!

- Вот и молодец, - засмеялся второй,который вёл автомобиль и открыл окно.

Детектив Кулганек знал, что парня,который звонил на номер экстренноговызова, уже везут в управление. Прошлополчаса, потом ещё десять минут, азадержанного так и не доставили вкабинет. Болеслав уже потянулся к трубке,как в дверь открылась и на пороге возниквсё тот же следователь-блондин сословами:

- Пан детектив произошла задержка. Мырешили сначала парня привести в порядок,а уж потом доставить к вам для допроса.Этот юноша из Нигерии. По документамему двадцать три года. Имя Кехинде,фамилия Абимбола. Он нелегальныйэмигрант. Как давно прибыл неизвестно,но долго скитался по Европе. Говорит,что приплыл сначала в Испанию на лодкес такими же беженцами. Тем же путём,которым прибывают граждане из африканскихстран. Сейчас он принимает душ. Ещё надонайти свежую одежду. Парень пропиталсядорогой, пылью, потом и совершенноистрепался. Одежду возьмём в отделениикрасного креста. Кстати именно там мыего и вычислили.

- При нём нашлись документы?

- Да, - следователь положил на столпластиковый пакет. — Во внутреннемкармане куртки нашёлся паспорт гражданинаНигерии, сотовый телефон, карманныйфонарик и несколько чешских крон мелочью.И ещё одну вещицу мы обнаружили, когдаон раздевался. В носке парень хранилмужской браслет из белого металла,скорее всего из золота. Вот она можетпривести к убитому.

- Почему вы так считаете?

- В браслет помещена небольшая пластинас гравировкой, - полицейский указал напакет. — Да вы сами посмотрите. Тамнадпись на кириллице. А наш парень прибылс африканского континента, где о такомалфавите слыхом не слыхивали.

- Может он украл браслет у какого-нибудьзазевавшегося туриста в другой странеили уже здесь?

- Он утверждает, что нашёл ювелирноеизделие в злополучном «Фиате».

- Он не отказывается от того, что былночью в машине?

- Конечно нет. Да он и не упирался вовсеи не пытался скрыться.

- Интересно, - Болеслав вытряхнул изпакета ювелирное украшение. Чтобы неоставить своих следов взял салфетку иподнял браслет на уровень глаз. Потомзажёг настольную лампу повертел вещицув разные стороны. — Странно. Оченьстранно. Да вещь тяжёлая, не женская. Ине изысканная в ювелирном смысле. Точнопринадлежит мужику.— детектив бросилцепочку назад в пакет. — как подберётепарню одежду, сразу ведите ко мне.

Следователь вышел. Болеслав поднялся,включил чайник и остановился возлеокна. В кабинет проникло солнце и началоприпекать. Весной город обволакиваеттепло и ароматы цветов текут по булыжнымулочкам и мостам. Берега Влатвы покрываютсяизумрудной зеленью и ивы смотрят в рекукак в зеркало, любуясь пышными кудрями.В это время толпы туристов заполняютгород и особенно прыткими становятсякарманники. Вместе с кошельками вытягиваюти документы. Ещё драки в барах и вувеселительных заведениях становятсяне редкостью. Все дела стекаются вкриминальную полицию. Но его никто нетронет, пока не появится ясность в делес трупом из «Фиата». А у него тоже отпускчерез несколько дней. Они с женой решилипопасть в Египет и посмотреть на пирамиды.Самое время посетить Африку до жуткойжары. Вот такая карусель — кто-то хочетв Прагу из Африки, а кто-то из Европытянется посмотреть на египетскиепирамиды. Чайник возмущённо щёлкнул иутихомирил бурление. Болеслав забыл,что хотел сделать кофе. Он вернулся ккомпьютеру и набрал в поисковике текст,потом удовлетворённо кивнул головой.

- То, что надо! На браслете в слове естьбуква «Ё». Такая буква употребляетсятолько в русском и белорусском алфавите.Теперь обнаружение хозяина браслетаэто дело техники.

Часы на Староместской площади пробилидевять утра.

Глава 2

За окном занималось с