Прорастая любовью. Лирика, том 1
Размер шрифта: 13
© Александр Марацуцов, 2025
ISBN 978-5-0068-6712-3 (т. 1)
ISBN 978-5-0068-6713-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Люди
Рожденные предвечным светом,
В грехах земных скорбим о рае.
И к небу в искреннем обете
Сквозь плоть любовью прорастаем.
Поэты слышат шепот звезд
- Над вздохами ночного моря,
- Когда в серебряном уборе
- Блистает неба древний свод.
- – Мы – свет погаснувших миров,
- Мы – искры вечного движенья.
- Родивший свет не знает тленья,
- Как отблеск звездный – эхо слов
- Живет в сердечном отраженье.
- Поэт молчит. И сны свои
- Сшивает в летописи мира.
- Сам, нищий на житейском пире,
- Он знаки Времени хранит.
Дом стоит, окружённый памятью
- Старый, старый облезлый дом.
- Окна кривятся бурыми пятнами.
- Пастью черной – дверной проем.
- За спиною такси урчащее.
- Мне бы мимо проехать, и все.
- И быстрее к себе, в настоящее.
- Только есть ли оно… вопрос.
- Дом с прищуром глядит насмешливо.
- Слышу этот вопрос в упор.
- Не забылось ли, как невежливо
- В окна лазил я, словно вор.
- Как встречали меня отчаянно
- Руки тонкие в темноте.
- Время тикало тихим праздником
- В теплом кубике старых стен.
- И забыто, и предано многое,
- И казнён я стократно собой.
- Покружив непутёвой дорогою,
- Возвратился…
- Здесь был я живой…
Отпускает напряжение
- Ежедневного времени.
- Скрипом костным
- Отмечен возраст.
- И память сбросила
- Камни вопросов.
- Забытой грустью
- Растут из юности.
- Так интересно
- С собою встретиться!
- Вот он под ручку…
- О! Вспомнилось: Надя!
- Подумай получше!
- Уже целуются.
- Не надо, не надо!
- Вот идиот! Не верится.
- Беги! Не туда! По лестнице!
- Надо ж, такое вспомнится!
- Что это было?
- Молодость…
Драка на танцах – десерт после вальса
- Рыжая Катька визжит – ей нравится.
- Нам к стоматологу.
- Обоим…
- Для дружбы
- Это не нужно…
- А были, как братья…
- За волосы эту бы Катьку!
- В отпуске встретились как-то.
- Расплакалась…
Рюкзак – наш день
- Я тороплюсь набить
- Его стихами вдруг сверкнувших мыслей.
- Все чаще в них живет
- Глагол «любить»…
- И память светлая без дат и чисел…
Они звучат, хранители гармоний
- Поет неувядающая скрипка,
- И Томский удивляется графини.
- Здесь Ленский смерть уверенно зовёт;
- Там Германн убегает от безумья.
- Нам все осталось…
- Вечности Кристалл…
- Он огранен надмирными умами.
- Его не раздавить шутами сцены,
- Измученными темною гордыней.
- Бесплодные в бесполости своей,
- Хрустят картоном непотребных мыслей.
- И, словно волки, воют
- На могилы…
Углы, диваны, темные шкафы, —
- Все для ребенка приключенье.
- Забыты на столе карандаши.
- Он – следопыт в лесу осеннем.
- Шуршит листвой газета под столом,
- В кладовке шорохи и тайны.
- И филин скатерти крылом
- Пугает трепетным касаньем.
- Ни жив, ни мертв…
- Но включен свет,
- Ведут героя на обед.
- Давно сказал ты детству «нет»,
- Но жизни темные углы,
- Чуланы грешной головы,
- Ждут благодетельной руки,
- Готовой сдвинуть складки штор.
- И солнце, бьющее в упор,
- Заставит щурить до слезы
- Глаза счастливые… Увы!
- Беда от взрослой головы.
Ветер тих над могучей рекой
- Воды темные плещутся грустно.
- Стайки лодок прижаты волной,
- У причалов испуганно жмутся.
- Может, это – артель удальцов
- Поспешает со злою добычей,
- Разогнав рыбаков и купцов,
- Для дувана пристанища ищет.
- Показались! Кружит, их узнав,
- Ворон старый – разбоя приятель.
- На плечо атамана садится, устав,
- Чистит клюв о богатое платье.
- Тот качнулся, спокоен и нем,
- И ватажка под стать молчалива.
- Видно, грустно бедовым, что чёлн
- Променяли на плот без настила.
- Вместо мачт все глаголы осин
- Да пеньковые снасти на шеях.
- Загребной – белокур и красив —
- Рот в последней усмешке ощерил.
- Ветер тих над могучей рекой.
- К морю правит артель удалая.
- И глядит на за�
Продолжить чтение