Ты будешь моей!

Глава 3

Бездумно смотрю в экран мобильного – лекция давно идёт. Боль, идущая от сердца, разрастается, простирая свои щупальца по всему телу. Я физически ощущаю, как болит каждая точечка. Осознаю, что в таком состоянии не смогу вернуться в аудиторию и просто пройти мимо Щербининой и Вяземской. Тихо скулю, снова и снова стирая с лица набежавшие слезы.

Неужели Ник одновременно спал и со мной, и с Ирой? Тошнота подступает к горлу и в следующее мгновенье свет в глазах сменяет тьма, меня ведет. Прижимаюсь спиной к стене и медленно сползаю на пол. Сижу на корточках, пряча лицо в коленях и обняв себя руками. Мне повезло, что коридор пуст. Крепко стискиваю челюсть, когда чувствую, что вот-вот заплачу. Не здесь. Не сейчас. Нужно дождаться окончания лекции и постараться незаметно забрать свои вещи. И ещё нужно поговорить с Ником…

– Алиса!

Слышу знакомый голос над головой и в следующую секунду возле меня опускается Кравцов. Сидя на корточках, отнимает руки от лица.

– Что случилось, Алиса? – голос звучит взволнованно, парень в упор разглядывает меня. – Тебе плохо? Что болит? Почему ты плачешь? Алиса! – Кравцов трясет меня за плечи, сыпет вопросы. – Не молчи, Алиса! Что с тобой?

И тут мою плотину прорывает. Я начинаю рыдать. В голос. Всхлипываю, вою, шмыгаю носом, совершенно не сдерживаясь. В первую секунду парень замирает, испуганно наблюдая за моей истерикой.

– Тебя кто-то обидел? – он встает и тянет меня за собой, в следующую секунду взмываю вверх – Кравцов берет меня на руки. – Я отведу тебя в медпункт.

– Нет! – начинаю отчаянно вырываться, но это бесполезно. Олег гораздо сильнее меня и у него железная хватка. – Опусти меня! Немедленно! – ору на парня, тарабаня руками по стальным мышцам. На его лице полная растерянность.

– Тише, Алиса! Не кричи, пожалуйста! Сейчас сюда сбежится половина универа! Успокойся и расскажи, что произошло? – он отпускает меня на пол.

– Что произошло?! Это ты меня спрашиваешь?! – набираю побольше воздуха в грудь, продолжая колошматить каменный торс. – Это всё ты! Из-за тебя! Урод! Это ты во всем виноват!

В следующий миг Олег обездвиживает меня, прижимая спиной к себе, полностью блокируя обе руки. Беспомощно машу ногами в надежде причинить хоть какой-то вред этому гаду, потому что мой рот закрывает широкая ладонь, а я болтаюсь в воздухе.

– Алиса, ты не себе! – над моим ухом раздается горячий шепот. – Угомонись и не устраивай бесплатный цирк для наших сокурсников. Что произошло, можешь внятно объяснить?

Замираю на время, а потом киваю головой насколько это возможно в условиях стальной хватки.

– Отлично! Сейчас я опущу тебя и уберу руки, а ты спокойно расскажешь, что произошло и кто тебя обидел. Если поняла, то кивни.

Наплевав на перемолотую кравцовскими жерновами гордость вновь киваю и в следующую секунду чувствую под ногами твердый пол. Сбрасываю с плеч чужие руки и отхожу подальше, разворачиваясь к своем врагу.

– Кто тебя обидел? – раздраженно спрашивает, настойчиво буравя меня взглядом. И не дождавшись ответа, Кравцов говорит продолжает. – Скажи кто, Алиса? Я разберусь…

Прожигаю оппонента свирепым взглядом. Он действительно думает, что я стану откровенничать? Собираясь с мыслями, подбираю подходящий ответ. А ведь это на самом деле всё из-за него! Мне ведь не показалось, в туалете Щербинина четко сказала, что Ник как с цепи сорвался, когда сдружился с Олегом. А до этого? Ааааа!… До этого он спал только со мной… и с Ирочкой. В следующую секунду приходит понимание, что я не хочу копаться в этой грязи, разбираться кто с кем и когда… Опуская плечи, выдыхаю, успокаивая себя. Следом делаю шаг в сторону, хочу быть как можно дальше от Кравцова.

– Уйди, Олег! – сквозь зубы выдавливаю из себя.

– Алиса! – требовательно обращается ко мне парень, снова вырастая на моем пути. – Ты плакала! – обвинительным тоном произносит очевидную вещь. – Кто тебя обидел?

Неожиданно вздрагиваю от громкого звука. Звонок. В полной панике слежу как открывается дверь аудитории, машинально прячусь за широкой спиной Кравцова, который с откровенным изумлением наблюдает моё нелогичное поведение. Через несколько секунд мимо нас проходит Хватов, с заметной укоризной глядя на нашу парочку, качает головой. Мой взгляд прилип к полу. Стыдно. За три года обучения я не пропустила ни одного занятия. Дернулась за преподавателем, чтобы объяснить ситуацию, но Кравцов не пустил. И правильно. Что я скажу? Следом за профессором тянутся одногруппники, задержав дыхание, жду, когда в проеме двери покажутся две подружки. Снова скольжу за спину парня, упуская появление девушек.

– Ух ты! – изумленно вытягивает симпатичное личико Ирина Щербинина, подходя ближе к нам.

Только сейчас осознаю двусмысленность ситуации, которую видят сторонние наблюдатели, и торопливо отхожу дальше от Олега. Но уже поздно, Ирина и её подруга видели, как я прячусь за его спиной.

– Молодец, Егорова! – голос Васнецовой сочится ядом. – Времени даром не теряешь!

– Ага! – Щербинина вторит подруге, ядовитая улыбка скользит по надутым губам. – Не получилось с Авериным, так ты на его друга переключилась!

Обе красотки плюются ядом, бросая на меня презрительные взгляды. Задыхаюсь от обиды, чувствуя подступающие к глазам слезы. Неожиданно приходит помощь. Кравцов.

– Захлопнули рты! Обе! – он грубит, подходя ближе к подругам.

Те резко отшатываются, нахальное выражение красивых лиц сменяется испугом.

– Ну, Олежек… – лепечет совсем другим тоном Щербинина, растерянно оглядываясь на подружку, что забилась ближе к двери.

– С первого раза не поняла? – угрожающе интересуется парень, делаю следующий шаг вперед.

Щербинина пятится, толкая Вяземскую, которая поспешно отступает, выглядывая из-за спины подруги.

– Валите отсюда! А будете болтать всякую ерунду…

Девушки синхронно качают аккуратными головками и, спотыкаясь на высоченных шпильках, несутся прочь. Кравцов разворачивается ко мне.

– Жди здесь, – говорит вполне миролюбиво. – Я принесу твои вещи, – он идет в опустевшую аудиторию.

У меня нет никакого желания с ним спорить. Второй раз за день оказываюсь оплеванной с ног до головы двумя гламурные фифами. Я опустошена, раздавлена, унижена и не знаю, что делать. Кравцов возвращается через минуту с моим рюкзаком в руках.

– На экономику пойдешь? – слышу вопрос от него.

– Нет! – сейчас у меня нет ни сил, ни желания думать об учебе. Хочу побыть она. Хочу домой. Протягиваю руку вперед, чтобы забрать свои вещи.

– Я провожу тебя, Алиса, – непререкаемый и очень суровый тон. Кравцов игнорирует руку, пряча за спину мой рюкзак. – Заодно расскажешь, что там наплели тебе эти курицы…

Я по-прежнему не собираюсь делиться с кем бы то ни было содержанием случайно подслушанного разговора. Но спорить нет сил. Нужно просто забрать у него свои вещи при первой же возможности и уйти. Но у Кравцова, как всегда, свои планы. Сама не понимаю, как очнулась сидящей на пассажирском сидении его огромного внедорожника. Словно безвольная кукла позволяю постороннему парню руководить собой. Спрашиваю куда мы едем, но ответ получаю не сразу.

– Не знаю, – хмуро смотрит на меня Кравцов. – Просто едем…

Плотно сжимаю искусанные губы и отворачиваюсь к окну. Тайком стираю непрошенные слезы, но они всё равно текут и текут.

– Останови, – прошу его. – Я хочу прогуляться.

Кравцов паркуется и первым выходит из машины.

– Здесь есть хороший парк, – сообщает, распахивая пассажирскую дверь. – В двух шагах…

Оставляю без внимания протянутую руку и спрыгиваю на землю с высокого сиденья.

– Спасибо, Олег. Ты УЖЕ сделал всё, что мог. Всего доброго, – вежливо прощаюсь и ухожу.

Между лопатками щекочет и я понимаю, что он провожает меня взглядом. Но мне всё равно. Я хочу остаться одна.

Глава 4

Заторможенно бреду к первой же попавшейся на моём пути свободной скамье. Достаю мобильный, открываю соцсеть и ищу страничку Ника. О чем говорили девушки? Я не мониторю его страницу? Да, я не любительница соцсетей, жалко тратить на это свободное время. Честно говоря, думала, что и Аверин заходит туда редко. Вижу, что ошибалась. Свою страничку Ник ведёт активно: фотографии, статусы, посты, свыше десяти тысяч друзей… И всё это проходило мимо меня… Скольжу взглядом по восторженным комментариям под его снимками. Все от девушек. А вот и фото с Щербининой. «Обожаю тебя, Ник» и куча смайликов. Снимок сделан недавно. В июле. Ирина не лгала подружке, она действительно летала к нему и у Ника нашлось время, чтобы встретиться с ней. Меня он не приглашал, отговариваясь сильной занятостью и необходимостью адаптации. А для Кравцова и Щербининой оказался свободен…

Чувствую горькую обиду, когда понимаю, что Ник обманывал меня фактически с первого дня нашего знакомства. Почему?! Ведь я никогда ничего не просила и не требовала от него, это он настоял, чтобы мы жили вместе. Отлично помню, как Аверин волновался перед встречей с братом, как отстаивал право самому заботиться обо мне, запрещал тратить деньги, которые присылали мне близкие… Как я могла не заметить, что мой любимый мужчина – циничный негодяй, обманывающий меня? Пока мы жили вместе, Ник всё врем был занят: учеба, спорт, подработка на фирме отца, наша жизнь… Как ему хватало времени и сил ещё и по бабам бегать?! Отчаянно злюсь на саму себя. Как можно было быть такой дурой?

Закрываю страницу браузера. Медлю всего минуту, собираясь с мыслями, а после набираю номер, который стоит на быстром дозвоне. Несколько секунд идут длинные гудки, а потом…

– Привет, малыш, – привычный, родной голос звучит удивленно. Днём мы не созваниваемся, только утром и вечером. – Что-то случилось?

– Здравствуй, Ник, – волнуюсь, потому что от этого разговора зависит многое. – Да. Потому и звоню.

– Алис…

Перебиваю, слезы подступают к глазам, боюсь расплакаться прежде, чем задам главный вопрос. Набираю побольше воздуха в грудь:

– Ник, как давно ты мне изменяешь? – говорю напрямую, без каких-либо уловок. Уверена, только так я получу правдивый ответ.

– Что за ерунда, Алис? – пауза, короткая, едва заметная, но была. – Скучаешь без меня, вот и придумываешь невесть что… – преувеличенно бодро продолжает он.

– Скучаю, Ник. Очень скучаю! И не я одна… – недовольно цежу.

– В каком смысле? – неуверенно интересуется мой собеседник. – Ты о чём, Алис? У тебя всё в порядке? – надо отдать ему должное, Ник быстро берет себя в руки.

– У меня – да! – срываюсь в крик. – А вот у Щербининой не очень! По тебе сильно скучает! Так сильно, что даже навещает тебя на новом месте жительства! – с каждым словом моё раздражение растёт, я кричу громче и громче.

Закрываю рот ладонью, когда вижу, что привлекаю к себе ненужное внимание отдыхающих в парке людей. Аверин молчит.

– Прости, Алис, – меня добивает виноватый голос Ника. – Я действительно встречался с Алисой… Она была здесь проездом и…

– Замолчи, Ник, – резко перебиваю его. – Ирина рассказала о ваших отношениях и о других…

Я говорю наобум, отчаянно цепляясь за призрачный шанс, что сейчас Аверин начнет оправдываться, скажет, что Щербинина наврала, выдумала и между ними ничего нет и никогда не было, но этого не происходит. Ник молчит. Долго. Целую минуту.

– Прости, Алиса… Сорвался…

– Замолчи! – болезненные спазмы мешают дышать, но я снова кричу, срывая голос.

– Малыш, прошу выслушай меня, – робко вклинивается Ник. – Погоди, я перейду на видеозвонок, поговорим…Я всё объясню… Клянусь тебе…

– Замолчи! Замолчи, Ник! – повторяю, как заведенная. – Не хочу тебя слушать! Пожалуйста, избавь меня от подробностей! Всё кончено! Прощай! – в запале жму отбой и блокирую контакт.

В моей жизни больше нет Аверина.

Глава 5

Следующим утром изо всех сил стараюсь ощутить хоть малейший намек на недомогание, чтобы обратиться в больницу и получить передышку. Но увы! Организм работает, как часы, несмотря на грандиозный стресс и бессонную ночь. Пинками поднимаю себя с кровати, иду в душ. От завтрака отказываюсь, потому что сама мысль о еде вызывает стойкую тошноту.

Выхожу на улицу. Сюрприз! Напротив входа припарковано знакомое авто. Кравцов! Традиционно пялится в свой мобильный. Интересно он хотя бы иногда смотрит по сторонам? Игнорирую его, намереваясь пройти мимо. Но не тут было!

– Алиса! – слышу за спиной, не реагирую, продолжая идти.

В два счета Олег нагоняет меня, грубовато дергает за плечо, разворачивая лицом к себе. А я была уверена, что он не смотрит по сторонам!

– Доброе утро, Алиса! – сверлит взглядом.

– Здравствуй, Олег, – здороваюсь, не поднимая глаз выше груди.

– Садись, довезу до универа, – предлагает.

– Спасибо, не нужно, – вежливо отказываюсь, – мне привычнее пешком.

Он и не думает отойти в сторону, поэтому это делаю я. Шагаю вправо и передо мной снова вырастает препятствие.

– Алиса, я чем-то обидел тебя? – уточняет, дыша мне в макушку.

Резко поднимаю голову, пронзая взглядом удивительного спокойного мажора:

– Я знаю, что это ты во всё виноват!

– Поясни, пожалуйста, – бесяче спокойная интонация.

– Это ты во всем виноват! – нервно повторяю, тыча указательным пальцем в монолитную грудь. – До встречи с тобой Ник таким не был! И у нас с ним всё было хорошо! Замечательно! – на повышенных тонах высказываю свои претензии.

Как ни странно, но я держу себя в руках. Кричу? Да! Злюсь? Да! Но слёз, истерик больше не будет. Хватит, полночи прорыдала и к утру попрощалась с розовыми мечтами о «настоящей» любви.

Честно говоря, с того момента, когда Ник выбрал учёбу в Мюнхене, я подспудно ждала чего-то подобного. Рано или поздно наши отношения «на расстоянии» закончились бы. Он планировал продолжать спортивную карьеру, я колебалась между Москвой и Новосибирском, не давая ему уверенности в нашем будущем. Наверное то, что произошло – закономерно. Но от того, что разумом я это понимала, легче не было. Было нестерпимо больно от предательства любимого мужчины. Я не понимала, как Ник мог каждый день спокойно возвращаться домой, смотреть мне в глаза, ложиться в постель после того, как… трахал Щербинину? А Ирина? В отличии от меня она то всё знала! Знала и молчала…

– Хм… – Олег перехватывает мои пальцы, отводя руку в сторону. – Я понял… Тебе нужен виноватый, – щурясь, он ловит мой гневный взгляд. – Ты выбрала меня на роль мальчика для битья, – насмешливо хмыкает. – Алиса! Ник – взрослый парень и сам решает, как жить. С кем, где… Понимаешь? Он изменял тебе задолго до знакомства со мной… Просто у меня ему легче было… встречаться со ш… Прости… с девушками… Я здесь ни при чем! – беспардонный наглец разводит руками. – Чем занимаются мои гости, я не в курсе…

Мгновенно вспыхиваю от того, как ловко Кравцов выворачивает информацию, обеляет при этом себя. Невинная фиалка!

– Ты просто гад! Всё знал и смотрел сквозь пальцы!

– Успокойся, Алиса! – парень неожиданно жестко обрывает меня. – Я не укладывал в его постель девок… И контролировать моральный облик Ника – тоже не обязан, – весомо говорит. – В конце концов, если бы ты была рядом, то он…

После этих слов не выдерживаю, рука на автомате взлетает и я со всей силы ударяю его по щеке. Сильный удар, моя рука тут же ноет от боли. Правая щека Олега пылает, но он даже не дернулся. Смотрит в упор, глаза чернее тучи. Со страхом смотрю на него, ожидая ответку. Не знаю почему, но тверда уверена, что бить меня он не станет.

– Извини, – слышу совсем не то, что ожидала. – Мне не следовало… Прости, Алиса, – Кравцов с явным сожалением смотрит мне в глаза.

Киваю молча. Я сама явно переборщила, не следовало заниматься рукоприкладством, поэтому принимаю извинения.

– Пешком ты не успеешь на лекцию, – Олег вскидывает вверх руку с часами. – Едем?

Разговор с ним настолько измотал меня, что дальше спорить просто не сил. Просто киваю и иду к огромному танку, в порядке примирения разрешу Кравцову подбросить меня на учебу. Едем в полной тишине, в салоне даже музыка не играет. Запоздало понимаю, что следовало заранее попросить Олега высадить меня раньше, чтобы никто из студентов не заметил нас вместе. Выходя из машины, воровато оглядываюсь по сторонам и облегченно выдыхаю, не обнаружив поблизости никого из знакомых. До начала занятий осталось минут пять, поэтому бодрым шагом иду по коридору, чувствуя позади себя горячее дыхание парня.

В аудиторию заходим последними. Как назло, она небольшая и все места уже заняты, пустыми остались только два стола возле дальней стены. Занимаю место за одним их них и недовольно кривлюсь, когда Кравцов присаживается на соседний стул. Зло зыркаю, но он даже не смотрит в мою сторону, сразу залипая в экран мобильника. Надоел! Ну, сколько раз повторить, чтобы до него дошло?! Я не хочу видеть его рядом с собой!

Глава 6

После окончания лекции староста объявляет, что больше занятий не будет – преподаватель заболел. Впервые в жизни от души радуюсь отмене учебной лекции, на душе кошки скребут, хочется просто побыть одной. А тут ещё замечаю взгляды, которые тайком кидают на меня однокурсники. Накрывает неприятное ощущение, что я нахожусь в центре общего внимания. Выискиваю среди однокурсников Щербинину, девушка царственно восседает, со всех сторон окруженная подружками, не сводящими с неё восторженных глаз. Может, я – излишне мнительная особо, но абсолютно уверена, что в данную минуту это милое собрание обсуждает меня!

– Ник сказал, что расстались?

Ирина Щербинина подкараулила меня в той же туалетной комнате, где вчера они с подругой сплетничали обо мне. Молчу, потому что не испытываю желания общаться ни с кем, а уж тем более с ней.

– Знаешь, я рада, что всё наконец-то разрешилось, – победоносно произносит, не дожидаясь моего ответа. – Рано или поздно это должно было произойти… Ты же понимаешь, что Ник по-любому не стал бы долго с тобой встречаться. Ты не подходишь ему…

Не реагирую. Странные у неё представления о недолгих отношениях. Мысленно перебираю в уме даты, мы с Авериным были вместе почти три года, по моим меркам, долгий срок. Выхожу из помещения в надежде избавиться от неприятной особы, но она невероятно настойчива. Идет рядом, продолжая давить на больное место.

– Посмотри на себя в зеркало, Алиса, – с откровенной издевкой произносит Щербинина. – Серая мышь. Невзрачная… Неприметная… – переходит на оскорбления, с трудом поспевая за мной на своих ходулях. – Нику нужна совсем другая девушка. Яркая, эффектная, современная…

– Такая, как ты, – не выдерживая, подсказываю ей.

– Да! – обрадованно отвечает она. – Мы с ним идеальная пара! А ты…

– Успокойся, – беспардонно перебиваю красотку, меня совершенно не интересует её мнение. – Я больше не претендую на него. Ник – абсолютно свободный парень, – расставляю все точки над «i», потому что иначе она точно не уймется. Вдруг вижу, как прямо на моих глазах стремительно меняется выражение красивой мордашки.

Ирина смотрит куда-то за меня, в глазах сквозит растерянность и страх. Разворачиваюсь. Кравцов. Я не слышала, как он подошел. Хищник, блин! Тихий, незаметный и опасный. Щербинину то как колбасит от его взгляда!

– Предупреждаю последний раз! – жестко говорит Олег, одним движением оттесняя меня в сторону. Теперь трясущаяся девушка стоит прямо напротив него. – Оставь в покое Алису! Если ещё раз увижу, что ты досаждаешь ей или увижу хоть один взгляд в её сторону…

– Я поняла, Олег, – Ирина отчаянно кивает и ретируется.

– И кошелкам своим передай! – бросает в убегающую спину Кравцов.

Всего на одну секунду девушка притормаживает, вытягиваясь при этом в струнку, после стремительно несется прочь. Кравцов провожает взглядом сбежавшую Ирину, после разворачивается лицом ко мне.

– Она больше не потревожит тебя, Алиса, – обещает.

Задумчиво смотрю на однокурсника. Взгляд отражает непоколебимую уверенность. Я верю ему и благодарна ему за помощь, но совершенно не понимаю, что побуждает его заступиться за такую, как я? Как выяснилось, я – серая, неинтересная мышь. Он – эффектный, броский, красивый… Впервые смотрю на Кравцова под другим углом, как на мужчину. Пока рядом со мной был Ник, я не обращала внимания на других парней, а теперь… Имею полное право! Даже если этот другой Кравцов! Ведь он действительно очень привлекательный. Внешность, одежда, уверенная манера держаться. Возможно, год назад я тоже обратила бы на него внимание, но у меня был Ник… На полпути обрываю мысль, я по-прежнему зову Ника «своим».

– Мне не нужна помощь, Олег, – уверенно говорю. – Особенно ТВОЯ, – уточняю, чтобы понял раз и навсегда.

– Что так… – изогнутая бровь резко взмывает вверх. – Не нравлюсь? – скептически спрашивает. – Или недостаточно хорош для тебя?

Морщусь, уводя в сторону взгляд. Мне некомфортно от его близости. Размышляю над ответом, стараясь подобрать нужные слова, не хочу вновь вступать в спор, который ни к чему не приведет. Я уверена, что во всём виноват Кравцов, он – отрицает это, утверждая, что Аверин – сам хорош. В глубине души сознаю, что несправедлива к Олегу, но чувства к Нику никуда не делись, несмотря на разрыв, поэтому я на его стороне.

– Как бы тебе объяснить… – медленно начинаю говорить.

– Попроще, – ядовито подсказывает Кравцов, – для тупых… Да, Алиса? Я же тупой в твоем понимании?

– Я не это хотела сказать, – возмущенно протестую.

– Я догадался…

– Так, Олег! – решительно обрываю бесполезные пререкания. – Я просто хочу сказать… Оставь меня в покое и всё! Я вообще не понимаю, чего ты ко мне прилип?! Меня не интересуют твои вечеринки, пьянки и прочая ерунда! Я хочу доучиться, получить диплом и уехать их этого города. Домой. В Новосибирск. Понимаешь? – задираю голову и с надеждой смотрю на парня. – Ну, чего тебе от меня надо?

– Я уже говорил, Алиса, – преувеличенно спокойно вещает Кравцов. – Ты просто не услышала. Или не захотела услышать. Ты… Мне нужна ты, – парень тянет руку, заправляя мне за ухо выбившийся из хвоста локон. – Я хочу, чтобы ты была моей девушкой!

Очумело смотрю на него. В прошлый раз я действительно не хотела слышать его. Не поняла и не хотела понимать, о чем он говорит. Но сейчас Кравцов четко озвучил своё желание. Ему нужна я?! Этого просто не может быть! Зачем?! Качаю головой, надеясь стряхнуть морок, но парень внимательно смотрит прямо в глаза.

– Олег, – мягко обращаюсь. – Вокруг тебя полно девушек, выбирай – не хочу. И все красивые, яркие, вот и развлекайся с ними, а я – обычная мышь, заучка… Не трогай меня!

Разворачиваюсь и ухожу, мне не нужен его ответ. Я сказала всё, что хотела. Не знаю с чем связан внезапно вспыхнувший интерес Кравцова к моей персоне, но уверена, что это ненадолго. Я достаточно четко выразила своё отношение, думаю, он всё понял и избавит меня от своего внимания. А разговоры о том, что я нужна ему – просто глупая шутка. Пранк. Нужно просто не реагировать и Кравцов отстанет…

Глава 7

Олег Кравцов

Год назад

– Скажи, сын, долго ты ещё будешь торчать в этом мерзком городишке?

Отец сидит напротив горящего камина с бокалом, на дне которого сверкает янтарный напиток, присаживаюсь в соседнее кресло с таким же бокалом.

– Назвать Лондон мерзким городишкой – это мощно, пап, – смеюсь, чокаясь бокалами.

– А что тут хорошего? Холод собачий, дождь беспрерывно, на улицах кислые рожи… – парирует он.

– Ты сам отправил меня сюда! – включаю «обиженного дитятку».

– А нечего было задирать мою женщину! – тут же заводится родитель. – Я тебя предупреждал, чтобы ты не изводил девочку придирками? Так нет! Ты не промолчишь! Вот чем она тебе не угодила?

– Соска, что из трусов на каждом шагу прыгает лишь бы тебе угодить? – уточняю. – Всем!

– Например? – лениво интересуется отец, намеренно втягивая меня в спор, который ничем не закончится. И мы оба это знаем. Мы даже не поругаемся как следует. Потому что и я для него, и он для меня – единственные близкие и родные люди.

– Хотя бы тем, что начала корчить из себя хозяйку дома и нагрубила Лиде, – взрываюсь на ровном месте.

– Я сразу отругал её и поставил на место. Ходит по дому, как мышка, – оправдывается родитель.

– Ну да! – соглашаюсь. – Отшлепал по заднице так, что все домашние слышали, – ехидничаю и смотрю на отца, который краснеет, отводя глаза.

– А ты откуда знаешь?

Делаю трагическую паузу, чтоб ещё больше смутить отца и без того красного как рак, но не выдерживаю и признаюсь:

– Подслушал, как Сашка и Лидой сплетничали.

– Бл…! – сквозь зубы родитель выдает крепкое ругательство. – Даже в собственной спальне не спрячешься, – сетует напоказ.

– А может, просто баб себе надо подбирать не таких громких? А, пап? – откровенно троллю отца, который приподнимается на кресле, чтобы отвесить подзатыльник сынку-бесстыднику.

– У тебя забыл спросить, сопляк мелкий, кого мне в свою постель брать! – бухтит он.

– И очень зря! – продолжаю глумиться, ловко уворачиваясь от следующей затрещины. – Возможно, я бы подогнал тебе парочку. Ты же среди моих ровесниц промышляешь? – хохочу, шустро подскакивая с кресла, потому что не на шутку поддел отца и тот, отставив в сторону бокал, кидается за мной. Бегу в свою спальню, которая запирается на ключ.

– Щас я тебе уши надеру, поганец! Будешь знать, как подшучивать над родителем! А ну, выходи!

Отец тарабанит кулаком в закрытую дверь, за которой разрываясь от хохота стоя я.

– Ага! Щас! – обещаю ему. – Сначала ремень спрячь! – торгуюсь, выставляя своё условие.

Минут пять веселой перебранки и я выхожу к отцу. Оба возвращаемся к камину и садимся на свои места. Молчим, глядя на огонь. Завораживающее зрелище. Когда год назад я подбирал жилье, то из множества вариантов выбрал именно с камином. Для старой части города – это норма. Горящий камин создавал иллюзию родного дома. С тех пор, как умерла мама, мы с отцом частенько садились возле открытого огня, вспоминая её. Это стало доброй традицией.

– А если серьезно, – отец первым нарушает затянувшуюся тишину. – Когда ты планируешь возвращаться? – он тщательно маскирует волнение, но я всё равно слышу подтекст вопроса. – Лида тоже скучает…

– Почему не приехала с тобой? Соска не разрешила?

– Не говори ерунды! – злится отец. – Кого интересует её мнение? Я же только на день, туда-сюда, Лида сама отказалась. Сказала, что дома ждет тебя… Так что ей передать? – отец разворачивается ко мне.

Понимаю, чего он хочет. Честно говоря, я и сам задолбался здесь. Вроде и друзья есть, девушка постоянная, а всё не то. Не моё. Климат жесткий. По дому скучаю. По отцу, Лиде… Мамину могилу хочу навестить. Не получается из меня типичный мажорчик! На студенческие тусы хожу через раз, учусь самостоятельно, потихоньку вливаюсь в семейный бизнес, не ругаюсь с родителем и не доставляю ему проблем… Ну, разве что довел до белого каления его новую любовницу. Это да! Но за дело! Потому что, едва въехав в дом, соска взялась качать права хозяйки и наехала на Лиду. А нашу Лиду обижать нельзя. Никому. Даже мне и отцу. Лида заменила мне родных и вытащила отца из депрессии, когда мамы не стало.

Мама погибла, когда мне исполнилось шесть лет. Я плохо помню её, был слишком мал. Только смутные ощущения и всё. Зато отлично помню затяжное пьянство и депрессию отца, длившиеся несколько лет после маминой смерти. Лида была со мной с самого рождения, она – дальняя родственница мамы. Своей семьи у неё нет, поэтому когда мама предложила поселиться у нас, чтобы помогать ей с маленьким ребенком, то одинокая женщина без раздумий перебралась из Кемерова в Москву. Сначала она помогала маме с маленьким ребенком, а когда я подрос и родители отдали меня в сад (обычный, хотя уже тогда могли позволить себе элитный), мы всей семьёй уговорили её остаться с нами и вести домашнее хозяйство.

И я, и отец называем Лиду по имени, хотя для меня она фактически бабушка. Знаю, что мама звала её «тётей». Отец говорит, когда я был маленьким, то называл Лиду «бабушкой», а потом услышал, как он зовет её по имени и тоже стал называть так. Сама Лида не против нашего обращения. Странно было бы звать её бабушкой, потому что выглядит она точно не на свои пятьдесят восемь. Неоднократно подмечал заинтересованные мужские взгляды, обращенные на красивую женщину. Естественно, если она найдет мужчину и надумает выйти замуж, ни я, ни отец препятствовать не станем, но её избраннику придется пройти жесткую проверку – недостойному человеку мы Лиду не отдадим.

Родители поженились, когда им было восемнадцать. В девятнадцать у них родился я. «Случайный залет», как иногда называет меня отец. Думаю, вопрос об аборте даже не возникал, хотя оба молодых родителя учились очно. Совсем не помню детство, помню себя лет с восьми.

Мама погибла в ДТП, в её машину врезалась машина, которая двигалась по встречной полосе. У водителя случился сердечный приступ, он потерял управление. В той аварии погибли двое – мама и ребенок, который долен был родиться через семь месяцев. Отец узнал об этом после вскрытия. Мой родитель остался вдовцом с шестилетним ребенком на руках в двадцать пять лет и, если бы не поддержка Лиды в тот момент, не выгреб бы. Именно она выводила его из пьяных компаний, вытаскивала из депрессивных срывов, уговаривала, убеждала, кричала, тормошила, таскала на кладбище, заставляя смотреть на памятник покойной жены. И у этой хрупкой женщины получилось удержать отца на плаву, она заставила его жить, работать и даже любить спустя много лет после смерти мамы.

За десять лет напряженной работы, без выходных и праздников, практически без отпусков, у отца получилось выстроить строительную империю. В настоящее время он – молодой, довольно обеспеченный вдовец, на которого стаями вешаются молодые акулы. А ещё старший Кравцов – очень привлекательный мужчина и когда я стою рядом, то далеко не всегда внимание женщины в первую очередь падает на меня. Вокруг отца незримо витает аура успеха, надежности, уверенности, на которую неизменно слетаются любительницы быстрой наживы. А что вы хотите? Молодой, красивый, богатый и сильный мужчина. Я, конечно, тоже неплох, но в сравнении с ним ощутимо проигрываю.

Не знаю, как он обходился без женского внимания, когда я был пацаном, но женщины в нашем доме стали появляться где-то с моих пятнадцати лет. Сначала тайком, отец стеснялся водить их в дом открыто. Но после того, как в семнадцать застукал у меня в спальне девушку, то и своих женщин перестал прятать от нас. Естественно, это были легкие увлечения, разовые «потрахушки» для поддержания мужской силы. И я, и Лида смотрели на его девиц свысока, втихую подсмеивались над ним, а он лишь вяло отбивался от наших шуточек.

Было время, когда я начал ревновать отца к его к ночным гостьям, но однажды случайно подслушал разговор между ним и Лидой, после которого всё стало на свои мета. Отец любил и будет любить только одну женщину. Маму.

– Видела сегодня утром твою девочку. Ей хоть восемнадцать есть? А то не больно охота передачки тебе в тюрьму таскать… Позор такой на старости лет…

– Есть-есть, – отец рассмеялся в голос. – Не переживай!

– Рома, ну, пора уже тебе жениться…

– На ком, Лида? На этой?

– Не приведи Господи! Если приведешь такую в дом, я тут же съеду!.. Неужели нет никого на примете?

– Как Лена? – слышу вопрос, пропитанный болью. – Ты же знаешь, Лид… Такой, как она, больше нет…

– Да…

Практически всё, что я знаю о маме, мне рассказала Лида, отец всегда избегал разговоров о ней. Не раз замечал, как болезненно он реагирует, когда я спрашиваю его о ней. Однажды отец сказал вслух то, о чем я знал уже давно.

– С первого взгляда влюбился в неё. Посмотрел в глаза и всё… Потерялся… А после её ухода… Как будто солнце погасло и нет больше ничего и никого вокруг… Даже ты не держал меня, сынок… – он виновато прятал глаза, когда говорил это. – Если бы не Лида, не знаю… Не дай, Бог, сынок, ты в меня пойдешь!

– Почему, пап?

– Да, потому что живой будешь только, когда она рядом… Не дай, Бог, сын, такое пережить!

Тогда я только отмахнулся. Не особо поверил в слова родителя, да и вовсе позабыл о них. До того момента, когда меня словно вспышкой озарило. Я увидел её. Алису Егорову. И всё. Моя жизнь разделилась на «до» и «после».

Глава 9

Ник, с которым у меня действительно нашлось много точек соприкосновения, пригласил меня на межвузовский турнир «поболеть» за нашу университетскую сборную по волейболу. Наша команда одержала оглушительную победу и после матча Ник бросил мне СМС-ку с предложением присоединиться и отметить в клубе событие. К тому времени я уже был знаком со всеми членами команды, так что согласился. В конце концов, студенческие вечеринки – это неотъемлемая часть учебного процесса. Кроме того, я понадеялся, что там будет Алиса, а каждая встреча с ней для меня ценна. Я твердо решил сменить ВУЗ, поэтому не мог упустить возможность лишний раз увидеть её, пусть и в компании Аверина, ведь в скором времени буду лишен и этого.

Но Алиса в клубе не появилась. Зато там крутилась Ирка Щербинина, которую Ник «жарил» в туалете. Парень ничуть нисколько не смутился, когда я застал его со спущенными штанами. На моих глазах Аверин изменял девушке, которая была мне дорога. Так я определил своё отношение к Алисе Егоровой.

К общему столу Ник вернулся один, Щербинина испарилась. Как ни в чём не бывало, сел рядом и взял бокал с соком. Спортсмен, блин!

– И давно ты с ней? – перекрывая оглушительно громкую музыку, задаю вопрос.

– А? Трахаю Ирку, что ли?.. Не помню… Года два, наверное… – лениво отвечает парень.

– А как же Алиса? – маскируя рвущийся наружу негатив, спрашиваю следом.

– С Алисой у нас всё серьезно, – не веря свои ушам, слышу ответ. – А эта так… Сама ноги раздвигает и на член прыгает… – презрение звучит в каждом произнесенном им слове. – Безотказная давалка…

Вот оно как! Принимаю к сведению слова Аверина. Циничная сволочь! Хотя не мне его судить, я сам до недавнего времени был не особенно разборчив в связях и за спиной своей немецкой девушки спокойно поимел парочку её же подружек. Так что не мне говорить о нравственности!

Перед сном долго размышлял над словами Ника, пытался поставить себя на его место, чтобы хоть как-то понять его логику. Не выходило! Получается, я добровольно отступился от Алисы (хотя он этого не знал), потому что видел, как они любят друг друга, а на деле… Аверин изменяет ей. Уверен, Алиса не заслуживает такого отношения! Мужская солидарность – это хорошо, но для меня гораздо дороже чувства Алисы. Она искренне любит парня, который не ценит их отношения. Конечно, рано или поздно правда выплывет наружу и она узнает, что Ник – обычный блядун, её сердце будет разбито. Но говорить ей о этом за спиной Аверина я не стану! Конечно, вопрос о смене места учебы отпал сам собой. Ясно, что Алиса бросит своего «великолепного» парня и тогда у меня появится шанс, моя задача – не упустить его.

Я попытался сблизиться с Алисой, найти общие интересы, но девушка была неприступна и холодна. Начал звать их с Ником на вечеринки, которые устраивал в нашем загородном доме, порой созывая практически весь курс, но ей они не нравились. Пытался разговорить – отвечала неохотно, стремясь как можно скорее закончить разговор. В конце концов Алиса окончательно развязала Нику руки, перестав сопровождать его на вечеринки. И тогда Аверин пошел вразнос, не стесняясь, он трахал девок, которые сами вешались к нем на шею, а после возвращался домой к Алисе.

Я не мешал, не давал советы, не пытался учить жить, не взывал к совести. Да, мне было дико наблюдать за его поведением со стороны. Как можно променять красивую, умную, чистую девушку, которая любит тебя на дешевых давалок с искусственной внешностью. Да, они же все на одно лицо! Губы, сиськи, жопа. В темноте не отличить одну от другой!

Алиса жила в каком-то своем миру, не замечая никого вокруг себя, кроме Аверина. Я заметил, что у неё и друзей то не было, только он. Девушка, полностью сосредоточенная на учебе. Странно, что за столько лет никто даже не пытался намекнуть её о похождениях её ненаглядного парня, все сплетни, а я уверен, что они были, проходили мимо её ушей! У меня язык чесался. И не раз. Но сдерживал себя. Не по-мужски это. Знаю, что сам себе не прощу, если подставлю Ника.

О том, что Аверин постоянно изменяет ей, я не рассказал, но к их расставанию руку всё-таки приложил. Ненамеренно, правда. Как-то я обмолвился Нику о том, что год учился в Лондоне. Парень заинтересовался и стал расспрашивать, а после признался, что тоже хотел бы попробовать учиться за рубежом. Но решимости не хватает, ведь отец требует, чтобы Ник шел работать в семейный бизнес. Сам Аверин видел будущее в спорте, именно поэтому хотел убраться подальше от родительского контроля. Кроме того, делая ставку на свои спортивные достижения, Ник был не против получить престижное образование именно за рубежом.

Я поделился информацией, подсказал куда можно обратиться, втайне рассчитывая, что Аверин уедет, а Алиса останется. Немного изучив её, был точно уверен, что она не захочет уехать из России. Правильно воспитанная девочка. Интеллигентная семья. Все родные с учеными степенями. Неудивительно, что она выросла такой умницей.

У Ника всё срослось. Об этом он рассказал в конце учебного года. Я не сомневался, что между Мюнхеном и Алисой, он выберет Мюнхен. Его мечта стала реальностью. Честно говоря, был искренне рад за парня. И за себя. Потому что у меня в ближайшем будущем появится шанс. Я не ошибся. Спустя две недели Аверин улетел в Германия, оставив Алису в России. Честно говоря, я готов был в первый же день после отъезда Ника бежать к ней, но разумно рассудив, остановил себя. Девушке нужно дать время погоревать, принять разрыв.

Летние месяцы Алиса провела в Новосибирске, я был на связи с Ником. Из разговоров с ним по частям собирал крупицы информации о ней. В июле Ник неожиданно предложил встретиться с ним в Будапеште, куда он планировал приехать на несколько дней. С удовольствием согласился. Во-первых, мне нравился город, во-вторых, это был отличный повод разузнать что-то новое об Алисе и их отношениях, потому что соцсети она не вела, а других источников не было.

Сюрпризом для меня явилась встреча с Щербининой. Она тоже прилетела в Будапешт к Нику. Красотка соскучилась так сильно, что буквально ни на секунду не отлипала от него, разве что в штаны прилюдно не лезла. Я видел, что Аверину льстило её внимание.

– Представляешь, сама настояла на встрече. Сказала, что готова прилететь куда я скажу, – поделился со мной парень, когда мы втроем сидели в самом знаменитом кафе Будапешта «Нью-Йорк». – И денег не попросила… Сказала, что соскучилась… готова переехать сюда…

– Рад за тебя, – жму плечами, ликуя про себя.

Как оказалось, Щербинина довольно настойчивая девица. Плохо только, то при этом она не очень притязательна, ведь Ник так и не порвал с Алисой. Он по-прежнему ездит ей по ушам и поет песни о своей любви и верности. Правда, если Щербинина всё же решится на переезд, то у него просто не останется выбора. Не станет же он скрывать, что живет с другой?! Со слов друга знаю, что они созваниваются с Алисой утром и вечером. Догадываюсь, что мужские потребности Ник тоже как-то решает. Тот ещё ходок! Ник, конечно, циник, но всему есть предел, вряд ли он станет морочить Алисе голову, если здесь у него появится постоянная девушка!

Давно так не мандражировал, как накануне первого учебного дня. Дико соскучился по Алисе, хотел поскорее увидеться. Надеюсь, она уже в статусе свободной девушки…