Хранители для Златомирья

Глава 1. Начало пути

Диана, ёжась от холодного осеннего ветра, стояла перед разрушенным дронами цехом старого завода. В вечерней темноте здание жутким монстром нависало над ней и следило чёрными провалами-окнами. Небо затянули тяжёлые тучи, которые не пропускали ни лучика полной луны. А она там – Диана знала точно, чувствовала её силу каждой жилкой своего тела. Если бы Луна показала свой серебристый лик, было бы не так страшно сделать последний шаг.

Недовольно передёрнула плечами. Долго она собирается мёрзнуть на ветру? Раз решила, так вперёд! Сомневаться поздно и второго шанса не будет! Не только для неё!

Диана привычно коснулась на груди камешек-кулон в форме капельки, окутавшей руку приятным теплом. Пару раз мигнула, проверяя, как сидят линзы, не подведёт ли в самый неожиданный момент миниатюрная камера, скрытая в них. Поправила висящий за спиной рюкзак. «Хватит тянуть время!» – зло одёрнула себя и шагнула к железной двери.

От металлического скрипа тело пробила дрожь. Диана на миг засомневалась, нужно ли закрыть дверь за собой или оставить открытой. Но это будет иллюзией свободы, того, что в любое время можно повернуть назад. Иллюзии не для неё!

Диана решительно закрыла за собой дверь. Тут же окружила непроницаемая темнота. Под тусклым светом фонарика из сотового Диана зашагала вдоль куч мусора, кирпича, стекла и ржавых станков к тускло высвечивающемуся прямоугольнику двери, за которой едва слышно стоял гул голосов, доносились глухие удары и стоны.

Перед тем, как войти, Диана сделала глубокий вдох. С выдохом толкнула дверь и решительно шагнула в плохо освещённую комнату. Голоса смолкли. С десяток накачанных парней удивлённо обернулись к Диане. Двое за металлическим столом резались в карты. Трое отвлеклись от игрушек в сотовых. Пятеро поглаживали разбитые кулаки. За их спинами на цепи с потолка свисал ещё один человек, лицо и всё тело которого представляло одну сплошную гематому. Только встретившись с синими заплывшими глазами, Диана узнала друга. Он удивлённо распахнул глаза, но, к счастью, ничего не сказал.

Она успела. Димка ещё жив. Хотя её прибытия бандиты не стали дожидаться. Видимо, они и не собирались отпускать Димку. Да и Любку, исполни та просьбу брата, не ждало бы ничего не хорошего. Диана-то сама выкрутится? А у неё есть выбор? Она обязана справиться и Димку, этого дурака, вытащить. Нашёл с кем связываться! Она обещала!

– Димон, а Димон, ты не говорил, что твоя сестра столь красивая малышка! – зло усмехнулся высокий крепкий парень, делая шаг от пленника к Диане. Из ремня выглядывала блестящая рукоять пистолета. Видимо, этот парень и был Задирой – главарём этой банды наркоторговцев.

– Не… тронь… её… – донеслось со стороны Димки тихое.

Диана не смотрела на него, она не отводила глаз от главаря и даже не шелохнулась, когда он потянулся к её лицу, только чуть прищурилась. Пусть только посмеет коснуться! Его рука застыла в миллиметре от её щеки, на лице мелькнуло недоумение, и он опустил руку. Не сомневалась, что так и будет. Прямого её взгляда мало кто выдерживал. Только за все свои шестнадцать лет она так и не поняла, что все видят в её глазах.

Задира недовольно передёрнул плечами:

– Ну, принесла Фантазию?

– Да!

– Давай! – протянул руку за рюкзаком.

Диана отступила на шаг.

– Не спеши! Получишь свой порошок, когда освободите Димку.

– Вы слышали? – хохотнул Задира, оглядываясь на своих друзей, выстроившихся у него за спиной. От матово–чёрных остекленевших глаз пятерых из них Диана поёжилась. Под наркотой. Подчинятся любому приказу своего главаря. – Эта девчонка смеет нам ставить условия?! – снова обернулся к ней и зло потребовал: – Отдавай по-хорошему, а то больно будет!

Диана сжала от испуга зубы, но тут же постаралась вернуть себе самообладание. Никто из них не должен видеть её страха, её слабости – набросятся как стая диких псов, от неё и косточек не останется. Шавки! Бездомные уличные шавки, которых полно развелось после войны.

– И сделаешь ошибку! – твёрдо бросила она.

– Надеешься справиться с нами? – недоверчиво хмыкнул он.

– Нет, конечно, – пожала она плечами и с видимой небрежностью добавила: – Просто порошка своего больше не увидишь, как своих ушей!

Оставалось надеяться, что Задира не дурак, вставший во главе банды только за счёт силы. И насторожится из-за её уверенного вида. Господи! Была бы она на самом деле так уверена! К счастью, жизнь в детском доме научила скрывать свои настоящие чувства.

– Ну?

Диана подняла руку с сотовым:

– Вместе с порошком я вложила в рюкзак одну взрывоопасную смесь, детонатор привязала к сигналу из сотового. Стоит мне коснуться экрана – и рюкзак вспыхнет, как свечка…

– Брешешь, девка! На понт берёшь!

– Думаешь, мне это не по силам? А Димка случайно не говорил, где я учусь? Слышал о седьмой школе?

– Я слышал, – проговорил за спиной Задиры рыжий парень. – Школа для умников. Всех одарённых детей города собрали там.

Именно так. После войны Россия срочно нуждалась в талантливых учёных, умелых специалистах, большая часть которых погибла. Вот и открыли в каждом городе школы-интернаты, в которые набрали всех одарённых детей из школ, детских садов и приютов. Как же Диана радовалась, когда узнала, что её выбрали.

– Я лучшая по химии, – пожала Диана плечами без единой нотки хвастовства, лишь констатируя факт. Упоминать, что из-за её любви к экспериментам лабораторию уже пять раз ремонтировали, не стала. – А также неплохо разбираюсь в электронике! Не веришь? Продемонстрировать мои умения? – легонько качнула сотовым.

– Стой! Ты не посмеешь! – подался главарь к ней, пытаясь схватить за запястье. Диана отвела руку.

– Думаешь? Конечно, после этого, я уверена, вы сразу избавитесь от нас с Димкой, как и собирались сделать, не так ли?

– Не слишком ли ты умная для девки?

Можно считать это согласием. Остаётся надеяться, для полиции хватит.

– Но сами-то долго проживёте после этого? Здесь насколько… товара? Не меньше пары миллионов? Или больше? Сомневаюсь, что ваши… хозяева простят вам потерю этого порошка…

Задира зло прищурился и сжал кулаки.

– Как мы можем быть уверены, что ты принесла то, что нам нужно? А не дуришь нас?

Диана свободной рукой приоткрыла молнию на рюкзаке, показывая мешочки с розоватым порошком, и вновь закрыла его.

– Так что?

Задира отступил от Дианы на шаг и кивнул парням, стоящим рядом с Димкой:

– Освободите его!

Диана незаметно выдохнула. С видимой невозмутимостью под злыми взглядами бандитов наблюдала за медленным приближением Димона, каждый шаг для которого сопровождался гримасой боли. Но броситься на помощь она не могла. Нужно делать вид, что держит сотовый наготове, что при необходимости приведёт в действие свою минивзрывчатку. Про электронику она, мягко будет сказано, преувеличила. Не ладились у неё с ней дела. Остаётся надеяться, что Любка – компьютерный гений – всё видит через камеру в линзах. Записывает происходящее, маскирует лицо брата и голос Дианы. Вызвала полицию и отправляет им видео в реальном времени. Всё, как они договорились. Теперь, главное, как можно скорее оказаться подальше от этого места. Объясняться с полицией им не резон. От слова совсем! Слишком щепетильное начальство в их школе.

– Дим, иди к выходу! – приказала другу, когда он хотел остановиться рядом. Димка с протестом поднял руку. – Не спорь!

К счастью, он подчинился, пусть и с недовольной физиономией.

– Ну… – поторопил Задира. – Мы ждём!

– Только когда Димка покинет здание. Ах да, предупреждаю, сигнал действует на двести метров. Поэтому, надеюсь, вы не будете глупить и дадите нам уйти.

– Девка, не борзей, – прищурился Задира. – Мы ещё встретимся… при других обстоятельствах.

– Как-нибудь обойдусь без лицезрения ваших… лиц, – краем глаза Диана наблюдала за Димкой. Из оставшейся за ним открытой двери пробивался свет и показывал дорогу с входной дверью. Вот он открыл её, впуская свежий ветерок. Пора! – Задира! Я оставлю рюкзак у двери. Помни… двести метров!

Пятясь, осторожно оставила рюкзак у косяка, скользнула за дверь. Закрыла её за собой и бросилась к выходу.

Димка ковылял в метрах пятидесяти от здания. Диана подхватила его под руку:

– Поторопись! За воротами ждёт машина.

– До ворот нет двести метров…

– Боюсь, для них это будет уже неважно.

Диана помогала Димке идти как можно быстрее, физически чувствуя, как утекают секунды. Свободной рукой сняла линзы и сжала в кулаке, раздавливая – нечего записывать происходящее.

– Что ты сделала?

– Добавила в порошок кое-чего. Две минуты на открытом воздухе – всë вспыхнет и сгорит дотла… Почти. Крошки для полиции останутся…

– Ты… стерва всё-таки! – друг ускорил шаг, как мог. – Зачем?

– Не могла позволить этой отраве существовать!

«Фантазия» – бич последнего года. Самый дорогостоящий наркотик, попробовав который хоть раз уже не сможешь жить без него. Он уводил в мечты, фантазии, из которых не хотелось уходить. Но каждая доза вытягивала силы, превращая человека в скелет, пока наркоман не умирал. Если с тягой к старым видам наркотиков научились бороться, то этот лечению не поддавался. До сих пор неизвестно, откуда он появился, кто его создал, и как появляется в разных районах города. Пакость ещё та! Диане даже прикасаться к нему было противно. С огромным предвкушением подмешивала изготовленный ею горючий порошок – один из виновников ремонта лаборатории.

Вот и ворота, перед ними стоит старая серая машина Димки. При их появлении заурчал мотор, распахнулась передняя дверь, выглянула Люба:

– Скорее. С минуты на минуту появится полиция.

За спиной раздались ругательства и крик Задиры:

– Убью!!! – загрохотали выстрелы, об ворота зазвенел металл.

Спину пронзила боль. Диана вскрикнула, оцепенение охватило тело, перед лицом всё поплыло, ноги стали заплетаться.

– Диана! – раздался отчаянный крик подруги.

Только руки Димки не дали ей встретиться с землёй. Но удержать её ему было не по силам. Не с его ранами. Вдалеке донеслось приближающее шуршание шин. Полиция на подходе. Нельзя, чтобы они застали здесь Любку. Она не должна вылететь из Седьмой школы! Да и Димку за связь с торговцами Фантазии ждало пожизненное.

– Дим, уходите. Уведи Любу! – выдавила Диана, не имея сил ответить на отчаянные попытки Димки и выскочившей из машины Любы её поднять. Диана перестала чувствовать ноги, словно их у неё и не было. От боли и потери крови туманилось в голове. – Уходите! – прохрипела она.

Странно, почему Задира больше не стреляет? Кончились патроны? Неважно!

– Любка, уходим! Полицейские ей помогут! – Димка схватил сопротивляющуюся сестру за руку и затолкал в машину. Хлопнула дверь. Вторая. Машина сорвалась с места в противоположную сторону от приближающихся фар полицейских машин.

С сердца словно свалился камень, о существовании которого Диана до этого и не подозревала. Она спасла подругу и её брата. Единственных, кто показал ей, что такое настоящая семья. Единственных, кто принял со всеми недостатками сироту без рода и племени. За что она им благодарна.

Диана нащупала на груди тёплую капельку-кулон. Тучи на небе разошлись, выглянула алая луна.

Под её светом боль отдалялась, жизнь вместе с кровью утекала в землю, оцепенение сковывало тело. Как же не хотелось умирать! Ей только шестнадцать! Она ведь столько всего не исполнила, не познала, не добилась…

Словно сквозь вату донеслось шуршание шин, хлопанье дверей, крики, приближающиеся торопливые шаги.

Поздно!

В глазах потемнело…

*****

Диана очнулась от жара на груди. Сжала горячий кулон и открыла глаза. Не видя, долго вглядывалась в нависший над головой край крыши, за которым синел кусочек неба. В голове пустота: ни единой мысли, воспоминания. Постепенно возникали вопросы. Кто она? Где находится? Как сюда попала? На чём таком жёстком лежит?

По крайне мере на последний вопрос она могла ответить и для этого нужно лишь опустить взгляд и оглядеться.

Диана медленно села, упираясь спиной в деревянную стену. Узкий переулок между домами тянулся в обе стороны. Рядом с Дианой, испуская густой смрад, высились кучи мусора с гниющими фруктами. Тёплый ветерок гонял по грязной каменной дороге лист желтоватой бумаги. Листок коснулся ноги Дианы и застыл.

Она машинально подняла его и расправила. Верх, как и низ были оторваны, в оставшемся послании сквозь пятна грязи она смогла разобрать: «Магия – порождение Хаоса. Каждый, замеченный в её применении, без какого-либо разбирательства подлежит сожжению в очищающем пламени. Любой, кто укажет на колдуна или ведьму, будет вознаграждён. Его величество король Гордии Ангуст V»

Магия? Колдуны и ведьмы? Король?

Отрывок из какого-то фэнтези?

Но как она попала в это место? Последнее, что помнила, как истекала кровью на территории заброшенного завода. Кто-то перенёс её сюда? Зачем? И рана…

Диана подвигала плечами, согнула ноги в коленях. Ни следа боли.

Да и солнце так сильно пригревает, что в куртке становилось жарко. Совсем не по-осеннему!

Руки начали дрожать, в душе похолодело.

Диана обхватила себя за плечи.

Спокойно! Всему должно быть разумное объяснение! Нужно только подумать!

– Ха, смотри, Хромой! Симпатичная девчуля и одна-одиношенька! – раздался шепелявый голос.

– Сладенький подарочек для нас!

Диана вскочила на ноги и обернулась. И прикусила от страха губу. К ней подходили два верзилы и ухмылялись, выставляя напоказ редкие, жёлтые и гнилые зубы. Лицо одного обезображивал рваный шрам, второй хромал. Одежда обоих знала и лучшие времена: дырявая, грязная. Вонь от парочки долетала до Дианы и за десяток шагов, отделяющих её от мужчин. На лицах одинаковое выражение вожделения.

Диана попятилась, оглядываясь в поисках спасения. Но кругом никого, не считая облезшего кота, шевыряющегося в помоях.

– И куда же ты? – ухмыльнулся со шрамом. Кажется, он не сомневался, что никуда ей не деться, что помощь к ней не придёт.

Диана бросилась бежать. Вслед неслись тяжёлые шаги и улюлюкающие возгласы. Диана повернула за угол и резко замерла. От отчаяния на миг помутнело перед глазами. Перед ней высился тупик из высокой каменной стены. Она в ловушке.

Диана обернулась к головорезам, сжала кулаки. Позвать на помощь?

– Помогите! Пожар! Горим! – крикнула со всей силы, не очень-то надеясь, что кто-то откликнется.

Верзилы злорадно усмехались:

– Кричи… кричи… Всё равно никто на помощь не придёт. А нам нравятся красивенькие сопротивляющиеся малышки…

Диана прищурилась. С двумя ей не справиться – это несомненно. Да и с одним было бы проблематично. Физра никогда не была её любимым предметом. Но сдаваться она не собиралась. Будет сопротивляться до конца. С большей вероятностью своего!

В груди от сердца разрастался жар и перетекал в ладони.

Верзилы вдруг остановились.

– Глаза… её глаза… – вдруг испуганно проговорил хромой.

– Ведьма! – воскликнул второй, делая шаг назад. И замер.

У Дианы появилась надежда, что верзилы не захотят связываться с ведьмой. Хотя, с чего они приняли её за ведьму? Чего же не так с её глазами?!

Верзилы переглянулись.

– Пятьдесят злат! – довольно проговорил со шрамом.

– Можно и рискнуть! – ухмыльнулся хромой.

В их глазах огонь вожделения сменился на огонь алчности.

– Только сделайте шаг, – угрожающе шепнула Диана. – Прокляну так, что света белого невзвидите!

Умела бы она ещё проклинать.

Верзилы вытащили из-за пояса пращи.

– А зачем нам к тебе приближаться? – ухмыльнулся хромой.

– Нам и мёртвой ведьмы хватит.

Нет! Умереть второй раз за день – это слишком!

Кончики пальцев засвербели. Горячая сила в груди просилась на свободу.

Диана выставила перед собой ладони:

– Только посмейте! – закричала она. Вместе с криком из рук вырвалось серебристое сияние и накрыло верзил.

Лицо бандита со шрамом исказилось от ужаса, он выставил перед собой руки, роняя пращу, и попятился:

– Нет… нет… не подходи! А-а-а… – развернулся на месте и бросился наутёк, только пятки и сверкали.

Второй завертелся на месте, яростно бил себя по телу, топал, словно кого-то раздавливал.

– Прочь! Прочь! Уйдите! Не дамся! – схватился за горло, закашлялся, лицо посинело, и он свалился на дорогу, обездвижено.

Диана ошеломлённо повернула ладони к себе. Это она сделала? Что сделала? Убила? Как?

Она убийца???

Громкое редкое хлопанье в ладоши отозвалось звоном в ушах. Диана вскинула голову. Из-за поворота выходил черноволосый мужчина в блестящих доспехах, с плеч падал тёмно-синий плащ с изображением горящего алого сердца.

– Попалась, ведьмочка! И прямо на месте преступления! – хмыкнул он. – Парни, сеть!

Да что такое?!

Что-либо сказать, а тем более сделать, не успела. С крыши упала блестящая пелена, больно ужалила кожу. В глазах потемнело. Сквозь туман в голове донеслось:

– Отличная работа! Сегодня Гордию ждёт праздник. Ведьминский костёр!

Храмовник, пара его парней с бесчувственной девушкой на руках покинули переулок. Из-за угла вышел человек, закутанный в плащ. Подошёл к верзиле, продолжавшему недвижно лежать на земле. Склонился над ним, провёл рукой вдоль тела. Верзила шевельнулся, синь с лица начала сходить.

– Вот как, – тихо произнёс человек. – Не убила. Интересно, интересно.

Поднялся и отправился следом за жрецами.

*****

– Ведьма! Ведьма! Сжечь! Сжечь! Сжечь!

Вонзались в голову крики. Диана попыталась поднять руку, но её обожгла боль от врезавшейся верёвки. Диана открыла глаза и от ужаса зажмурилась. Она возвышалась над площадью, которую плотно занимала толпа. Рот заткнули кляпом. Вместо одежды на Диану натянули какую-то коричневую мантию. Вокруг шеста, к которому привязали, густо разложили солому. Масляной аромат заставлял свербить в носу. Того гляди начнёшь чихать, как бешеная. На груди продолжал обжигать кулон.

Диана повела носом, дёрнула посильнее руками, пытаясь освободиться. Безрезультатно. Только усилием воли не давала себе впасть в панику. Что за день такой?! Третий раз ей угрожает смерть! «Нужно было с гороскопом свериться перед выходом», – нервно усмехнулась она, сжимая зубами противную тряпку во рту. Попыталась вытолкать языком. Фиг вам!

С отчаянной надеждой вгляделась в толпу. Хоть кто-то ведь должен помочь! Проявить сочувствие. Но каждый в толпе смотрел предвкушающим взглядом, и толпа продолжала хором требовать её смерти.

Что за дикие люди! Она не ведьма!

Это сон! Конечно, сон. Нужно только проснуться. Побыстрее бы!

К шесту подошёл уже виденный Дианой мужчина в доспехах и плаще. В его руках горел факел, а в светлых глазах – маниакальная жажда. Маньяк какой-то!

Беспомощность навалилась тяжёлой пеленой. Диана невесело усмехнулась. Интересно, а после этой смерти, она очнётся в другом месте? Не верилось что-то!

Вдруг потух факел. И на площадь обрушилась непроглядная тьма. Закричали люди. Мужчина в плаще требовал не отходить от ведьмы. Не дать ей уйти. А она-то никуда не собирается… рук коснулась холодная сталь. Диана испуганно дёрнулась.

– Тише, девочка. Потерпи. Ещё миг и будешь свободна, – голос звучал приятно и успокаивающе.

Диана сразу же поверила. Да и был ли выбор? Перспектива отведать огня её не привлекала, от слова совсем. Она согласна была на любую помощь.

От боли в освобождённых ногах едва не упала, но её придержали крепкие руки.

– Пойдём скорее отсюда. Занавесь Тьмы долго не продержится.

Её потянули куда-то, и она покорно последовала за неизвестным. Свободной рукой коснулась едва тёплый кулон. Странно, всё это время он обжигал, а сейчас остыл. Это что-то значит?

Как же она устала за этот непонятный страшный день!

Яркий свет обрушился также неожиданно, как до этого тьма. Диана зажмурилась от рези в глазах. И только потом медленно открыла их. Перед ней лежала дорога, бегущая вдоль засаженных рожью полей, и терялась в сени леса.

– Быстро в телегу! – приказал за спиной тот же голос. – Поговорим в лесу.

И только сейчас Диана заметила стоящую сбоку телегу с горой непонятных тряпок. В телегу запрягли худую лошадку, у которой чуть ли ни выпирали рёбра. Она-то телегу утянуть сможет?

Диана обернулась к спасителю и тут же задрала голову. Напротив неё стоял немолодой уже, крепкий, высокий мужчина с посеребренными сединой каштановыми волосами. Короткая бородка больше походила на козлиную. Синие глаза смотрели пытливо и по-доброму. На плечи мужчина накинул длинный чёрный плащ, который совсем не соответствовал жаркой солнечной погоде.

– Оглядела? Брысь на телегу! – приказал он и сам направился к лошадке, схватил поводья и залез на телегу. – Ну?

Диана, растеряно переступавшая ногами, оглянулась на каменные стены города и решительно шагнула к телеге. Будь что будет!

Удобно устроилась на тряпках. Лошадка тронулась с места и медленно зашагала к лесу:

– Найди что-нибудь переодеться! – вновь приказал спаситель. – На эту хламиду, что на тебе, противно смотреть!

Диана сердито покосилась на него. Будто она выбирала, что надеть!

Нашла цветастое платье, которое более-менее подходило по размеру. И поясок, которым можно будет подвязать растрепавшиеся за эти приключения волосы. Натянула на себя платье и перебралась поближе к спасителю. Пальцами попыталась распутать волосы и нахмурилась. Странно. Длина волос изменилась: были до плеч, а сейчас достигали талии.

Руки задрожали так, что не могла завязать поясок. Обхватила себя за плечи. Только сейчас на неё свалилось понимание нереальности всего происходящего. Как бы ни хотелось всё отнести на сон, на галлюцинации, на то, что лежит в коме после ранения, а всё ей кажется, но слишком реально всё было вокруг. Тёплый ветер, жаркое солнце, непонятный человек. Вонь верзил. Убийство! Она и впрямь убила… пусть случайно. Но смерть человека не отменить!

– Девочка, с тобой всё хорошо? Побледнела-то как!

Диана тут же ухватилась за вопрос, чтобы отвлечься от неприятных мыслей и хоть немного разобраться в происходящем.

– Вс-сё в порядке!.. Спасибо за помощь! Кто вы? Где я нахожусь? Почему меня называют ведьмой?

– А ты не ведьма? Я видел, как ты напустила на бедных парней кошмары.

– Кошмары? Но это случайность! Я не умею! – растеряно посмотрела на свои ладони. – Я убийца, да? Почему тогда вы спасли меня?

– Да не убила ты никого! Парень вскоре очнулся! – Диана выдохнула. Возможно, он соврал, вот только причин для этого она не видела. – Значит, это был первый всплеск сил? Так и думал. Как к тебе обращаться?

– Диана. Диана Смирнова.

– А я магистр Верен, глава Волелюбской школы магии. Я правильно понимаю, ты с Земли? Я видел твою одежду. Такое у нас не носят!.. Ну что ж, девочка, позволь рассказать, куда ты попала. Вокруг тебя Златомирье – единственный мир, связанный с Землёй. Сразу предупреждаю, вернуться ты не сможешь. Смирись! Златомирец, умерший на Земле преждевременной смертью, переносится навсегда в мир, откуда он родом…

– Вы хотите сказать…

– Да. В тебе течёт кровь Златомирья.

Диана прикусила губу и коснулась по привычке кулона. Возможно, и родители её златомирцы. Но тогда как она попала на Землю? Почему?

– Необычный амулет. Сильный. Только не пойму, что за сила заключена в нём? – вдруг спросил магистр.

– Сила? Не знаю, – спрятала кулон под одежду. – Сколько себя помню, он всегда был на мне. Никто, как бы ни пытался, снять его не смог.

Как же удивлялись воспитатели крепкой, на вид вроде как обычной, плетёной верёвочке, которую никакими силами не могли порвать, разрезать, перекусить ножницами для металла. В конце концов, все вроде как забыли о кулоне.

– Вот как… – и словно тоже забыв об амулете, магистр заговорил совсем о другом: – Я так понимаю, как пользоваться своими способностями, ты не знаешь. Да и про родственников и откуда ты родом не имеешь представления. Через пару месяцев в Школе будет набор учащихся. Так как для младшего круга ты вышла из возраста, за эти дни я подготовлю тебя к экзаменам для первого курса старшего.

Диана нахмурилась и обхватила себя за плечи. Подозрительно покосилась на спасителя. Если честно, хотелось верить всему, что скажет этот человек. Но доверять первому встречному? Нельзя совершать такой глупости.

Сердце словно сжали тиски так, что она невольно потерла грудь.

– Почему вы спасли меня?

– А я должен был пройти мимо? – маг посмотрел на неё. Вздохнул. – Время от времени я, пока Школа закрыта, наведываюсь в эту страну. По возможности спасаю молодых магов, по глупости решивших колдовать в Гордии. Запомни раз и навсегда! Никогда не пересекай границы Гордии. Единственная страна в Златомирье, где обладание магическими способностями способно привести на костёр! Хотя и в других странах хмуро смотрят на магов, не имеющих диплома Волелюбской школы, но хотя бы перед тем как казнить, проведут разбирательство.

– Не верю, что вы помогаете без какой-либо корысти. Люди просто так не рискуют своими жизнями ради незнакомых. Так зачем вам маги? Зачем вам я?

Магистр укоризненно покачал головой и вздохнул.

– Хорошо, для твоего успокоения. Те ученики, кто не в силах оплатить обучение, подписывают магический договор. По окончанию учёбы обязаны отправиться на три года работать туда, куда их направят. Школа за них получает хорошее вознаграждение, что позволяет нам процветать. А тебе, я так понимаю, платить нечем. Так я хочу, чтобы ты через пять лет принесла доход Школе. Устраивает тебя такое объяснение?

Диана кивнула. Мотивы магистра она понимала. И спорить с ним не собиралась. Перспективы, которые магистр предлагал, её устраивали. Всё равно она не знает этот мир. Одна бы просто-напросто пропала, особенно со способностями, которые не понимает и не контролирует. А три года работы по договору… справедливая плата за обучение, за жильё, за содержание. Будто на Земле после окончания Седьмой школы её ждало что-то другое.

– Так ты согласна?

– Да! – какой-то порыв заставил добавить: – Я исполню ваше желание!

И тиски с сердца разжались, словно и не было. Странно.

Магистр усмехнулся:

– Прямо-таки желание…

Некоторое время ехали в тишине. Под сенью пронзающих небо деревьев солнце пекло не так сильно. Лёгкое покачивание убаюкивало. Воспоминания о прежней жизни отдалялись, а будущее терялось в дымке неизвестности.

Магистр Верен покосился на девушку, которая, уютно прижавшись к нему боком, уткнулась в его плечо и спала. Белоснежные волосы рассыпались по спине, длинные ресницы чуть подрагивали. Чёрные брови нахмурены, словно и во сне эта сероглазая малютка не хотела расставаться со своею недоверчивостью.

Он ведь и впрямь ей всего не открыл. Вещие сны в последние года редко его посещали, но вот несколько дней назад ему приснился визит в Гордию, где он нашёл прекрасную жемчужину.

Неужто эта девушка и есть эта жемчужина? Что же в ней такого необычного, раз Злата послала вещий сон? Или он ошибается? Ну что ж, время покажет.

*****

Табити ворвалась в комнату, громко хлопнула за собой дверью. Сделала несколько кругов по спальне, сметая крыльями вещи с тумбочки, с полочки над камином. Огненные духи едва успевали подхватывать вазу с цветами, статуэтку единорога, миниатюрную картину, зеркальце, пару кинжалов, забытых на подоконнике. Потушили вспыхнувшие портьеры.

А Табити всё не успокаивалась, нарезая круги, сжимая кулаки и яростно ругаясь под нос:

– Как он мог?! Мне шестнадцать! Я могу сама решать, какой путь выбирать! Он не вправе держать меня взаперти! Прошло тринадцать лет! Ничего мне не может грозить! Да и пусть попробует кто напасть – в головёшку превращу! Я сильная! – замерла на середине комнаты и, вскинув руки, воскликнула, обращаясь к духам: – Почему папа этого не понимает? Я выросла! Я уже не ребёнок! И могу сама за себя постоять! Сам настаивал на моём обучении!

– Для родителей дети на всю жизнь остаются детьми, – успокаивающе пискнул Искорка, самый благоразумный из трёх духов. Огромные чёрные без белков и зрачков глаза смотрели с пониманием. Саламандра под ним махала переливающимися крыльями. – Он боится и тебя потерять.

– А я должна страдать из-за его маниакального желания защитить?! Не хочу! – замолчала.

«И не буду! Вот значит как, папа?! Не желаешь отпускать из Файриграда, так обойдусь без твоего согласия!»

Решительно улыбнулась насторожившимся духам:

– Искорка, Головёшка, Пламя, собирайте сумки. Мы завтра же утром покинем Файриград. И никакие папины запреты и шпионы нам не помешают.

Выскочила из комнаты, на миг остановилась. Мысленно спросила дворец, где носит двоюродного братца. Дворец с лёгкой укоризной, всё же показал картинку. Мелькнуло предупреждение, от которого Табити отмахнулась. Чем бы ни занимался Ветран, на младшую сестру точно отвлечётся. Тем более если она напомнит ему о том, что у него перед ней должок. Хуже не отданного долга для файри, только Цена долга перед представителями других рас. Брр! Гадость!

По пути встретилась лишь одна пара файри. Табити мимоходом кивнула им и продолжила путь быстрым шагом. Вот впереди и показанная дворцом дверь одной из малых гостиных. Не сомневаясь ни секунды, толкнула её и шагнула в светлую, в бело-голубых тонах комнату. И поняла, о чём хотел предупредить дворец.

Ветран самозабвенно целовал девицу, быстро расстегивая пуговицы на её платье. Руки девушки уже касались его обнажённой груди и пытались стянуть с плеч шелковую белую рубаху. И всё это не прекращая поцелуя.

Невольную свидетельницу не замечали ни тот, ни другая.

– Кхм! – заявила Табити, привлекая к себе внимание. Конечно, воспитанная леди сделала бы вид, что ничего не видела и незаметно бы покинула комнату. Возможно… только возможно, в другом случае Табити так бы и поступила, но сейчас ей срочно нужна помощь брата.

Девица вскрикнула. Ветран повёл недовольно длинными ушами, выглядывающими из светло-бирюзовых волос, выругался и обернулся к сестре, загораживая собой и распахнутыми прозрачными с синим отливом крыльями подругу, чтобы та привела себя в приличный вид. Сердитый взгляд посеревших глаз Ветрана Табити легко проигнорировала. Ей не привыкать.

– Ветер, я поговорить бы хотела!

– А подождать это не может?

– Нет!

Девица с пылающим лицом вышла из-за спины Ветрана, одëргивая платье.

– Я пойду, – шепнула она и побежала к двери, задержавшись лишь на миг перед Табити, чтобы склонив голову, поприветствовать: – Ваше высочество.

Ветран проводил разочарованным взглядом девушку и, усевшись в ближайшее кресло, плеснул в бокал вина и буркнул:

– Не могла через часик-два прийти? Я Таньку две недели уламывал, а ты…

– А Натка, Розлинь, Сенька знают о твоём новом увлечении?

Ветран безразлично пожал плечами.

– Возможно. Они не в обиде.

Табити хмыкнула. Наверняка так и есть. Нужно только удивляться, как семнадцатилетний брат умудряется со всеми своими бывшими девушками поддерживать дружеские отношения.

Провела рукой по деревянной полке над камином, подмигнула саламандре, пляшущей в огне, обошла стол, вдохнула аромат свежих цветов, стоящих в вазе.

– Таби? – напомнил о себе Ветран нетерпеливо.

Табити остановилась перед ним и прищурилась.

– Я говорила с отцом насчёт Волелюбской школы…

– И что? – насторожился братец.

– А ты как думаешь?

Ветран не смог скрыть улыбку облегчения. Табити сердито полоснула по нему взглядом.

– Не злись, сестрёнка, – попросил он, старательно сбивая пламя с рукава. – Ну, сегодня не пустил. Так у тебя ещё целых два года есть. До восемнадцати-то. Может, на следующий год он согласится…

– Ещё год безвылазно просидеть в Файриграде? Издеваешься?! – краем взгляда заметила, как ваза с цветами воспарила в воздух и перевернулась, сбивая водой пламя с края занавеси. Нужно взять себя в руки, приструнить стихию. Вот только негодование и не думало ослабевать. А в ярости Табити контролировать себя не могла, как ни училась. – Мне надоело это! Папа совсем озверел с желанием меня защитить. Будь его воля, запер бы в сундук и ключ выкинул куда подальше! Никакой свободы! Даже в Ладожие к деду с бабулей без огромного отряда не пускает! А сейчас и тебя здесь не будет! Я ведь сдохну от тоски! Не хочу! И не буду! Я отправлюсь с тобой! И ты в этом мне поможешь!

– Пойти против кронпринца? – даже отпрянул к спинке кресла Ветран. – Я не до такой степени смел.

– Трус ты! Я всегда это знала!

– Осторожность – это не трусость. А твой папаша вездесущ. Ничего не ускользнёт от его взгляда.

– Я знаю, как его перехитрить. И ты мне в этом поможешь!

– А если не соглашусь…

– А как же проигранное желание?

– Хаос! – Ветран недовольно сложил на груди руки. – Знал же, что нельзя играть с тобой в карты! Пожалею. Ну? Что ты там придумала?

Табити с облегчением быстро заходила по комнате, объясняя план:

– Скажи, кто у нас в семье самый талантливый иллюзионист?

– Мама?

– Не прибедняйся! Говорят, что ты скоро превзойдёшь и тётю Милу. Вот мы и воспользуемся твоей иллюзией. Ты превратишь меня и Тучку в кого-нибудь из своих сопровождающих. Я обиженно не выйду из комнаты тебя провожать, перед этим устроив папе ещё парочку истерик. И когда он заметит, что меня в Файриграде нет, будет поздно.

– Он вернёт тебя даже из Школы!

– Не вернёт. Я позабочусь об этом!

Она хорошо подготовилась. Разузнала у мага Ратмира обо всех особенностях Волелюбской школы. Именно его рассказы и побудили Ветрана, а вместе с ним и Табити, заинтересоваться Школой. Хотя Табити больше привлекало не само желание учиться магии, а возможность окунуться в приключения, увидеть новые страны и земли, испробовать свои силы, найти друзей, которые не будут шарахаться от следующих за ней пары стражей. Ведь для чего-то она училась управлять огненными способностями, человеческой магии, фехтованию, верховой езде. Не для того же, чтобы всю жизнь просидеть взаперти в Файриграде.

Застыла напротив брата и с мольбой прижала к груди руки.

– Ну, Ветерок…

– А как же Хранитель? Стоит только ему нами заинтересоваться, как всё узнаёт.

Вот это и вправду не проблема. Табити подбежала к окну, распахнула рамы и, чуть ли не вываливаясь, мысленно позвала:

«Хранитель».

За окном мелькнула тень и перед окном застыла огромная голова переливающегося золотом на солнце дракона. Алые глаза в янтарной каёмке хитро прищурились.

«Такая-сякая, сбежала из дворца. Такая-сякая, расстроила отца», – пропел он слова из неизвестной Табити песни.

«Я ещё не сбежала!»

«Но собираешься!»

«Прикроешь?»

«Куда я денусь? Не понимает Алекшан, что чем сильнее давит на пламя, тем сильнее рванёт. Только у меня одно условие. Возьми с собой Звёздочку».

«Она проснулась?» – с надеждой подалась Табити к дракону.

«Пару месяцев назад. Слабенькая малышка, конечно, вялая. Без силы Дивии ей очень трудно, плохо. Рядом с тобой, думаю, ей будет легче. Не забывай только следить, чтобы она спала по ночам под ярким светом луны».

«Хорошо», – задумчиво кивнула Табити. Интересно, значит ли что-то то, что лунный дух, проспавший тринадцать лет, вдруг проснулся? Возможно, что-то где-то случилось с Дивией? Знать бы где. Многие файриградцы уже перестали надеяться на возвращение наследницы, но Табити знала, что сестра жива. Что когда-нибудь она вернётся в долину, которая также застыла в ожидании. Поскорее бы, чтобы от Табити все отстали.

«Удачи!» – пожелал дракон, насмешливо сверкнул алым глазом на Ветрана и солнечной громадиной взлетел в небо.

Ветран поморщился, вздохнул сдаваясь, под нос тихо буркнул: «Опять втягивает в авантюру!» и вдруг с предвкушением прищурился:

– Только какую именно иллюзию накладывать на тебя, я решу сам!

– Это мелочи! – беспечно отмахнулась Табити и радостно протанцевала по комнате пару связок фехтования, выкинув из головы все мысли о лунном духе сестры.

Вот только на следующее утро, когда покидали Файриград, мелочами это уже не казалось. Этот гад! Старший братец превратил её в единорога, который вроде как согласился довести его вещи до Школы. Пришлось соответствовать роли, чтобы папа, вышедший проводить племянника, ни о чём не заподозрил.

Тётя Мила крепко на прощание обнимала сына. Дядя Влад насмешливо давал Ветру советы, как не попасться папашам скомпрометированных девиц и избежать ловушек самих девиц, за что и получил лёгкий подзатыльник от жены. От них троих веяло такой теплотой, любовью и пониманием – семьёй, что Табити, скрывающаяся в образе белоснежной единорожки за высоким единорогом брата, невольно прикусила губу от лёгкой завести. Пусть тётя заботилась о Табити как о собственной дочери, но мамой всё равно не была.

Невольно перевела взгляд на папу – кронпринца Владычицы Файриграда Алекшана дель Шаршан. Он ледяной смуглой статуей возвышался над родителями Ветрана, медленно обводил тяжёлым взглядом тёмных глаз народ на площади. Тёплый ветерок играл чёрными длинными волосами, откинутыми за спину. Сквозь волосы выглядывали длинные эльфийские уши. Неприступен и холоден, как всегда. Не могла Табити с ним сблизиться, пробиться сквозь выстроенную им ледяную стену перед всеми. А ей иногда так хотелось, чтобы папа хоть на миг забыл о стремлении её защитить, и просто тепло обнял, улыбнулся, они бы поговорили обо всём на свете. Он бы понял её стремления, её мечты. Вот только каждый их разговор заканчивался вспышкой её ярости, хлопаньем дверью и побегом в свою комнату. Не понимает он её! Не понимает её стремления к свободе и независимости! Не желает выпускать из своей опеки.

Взгляд отца коснулся её, и Табити опустила голову, делая вид, что покусывает куст розы. На спине тяжело прижимал к земле багаж братца. Понабрал же вещей! Он вообще думал, хватит ли ей сил подняться с ними в воздух, выдержат ли крылья такую тяжесть? Припомнит она ему это превращение! Припомнит!

****

Алекшан заподозрил неладное к вечеру следующего дня после отбытия Ветрана на крылатых единорогах. Бывало, дочь дулась целый день, но на большее её не хватало. Как легко вспыхивала, также быстро успокаивалась. А тут…

Придумала же: отправиться в Волелюбскую школу магии. Дома могла бы выучиться всему, чему захотела. Он бы обеспечил лучшими преподавателями. Ни один маг не откажется посетить легендарную долину файри. А передать знания принцессе файри – честь для них.

Прав же он! Так чего дочь вспылила-то?

«Дурак ты, шаршанин! – раздался в голове голос Хранителя долины. Дракон ехидно прищуренным взглядом поглядывал в окно. – Нашего Огонька интересует не учеба – свобода! То, чего ты лишил её!»

«Ты ещё не начинай! Для неё вся долина есть. Я не ограничивал её в передвижениях. А пара охранников – так она не всегда и знала о них».

«Ей мало долины! Она желает увидеть весь мир»…

«Успеет! Ей только шестнадцать семидневье назад исполнилось, вся жизнь впереди».

В дверь постучал слуга: парень–оборотень, которого Алекшан отправил узнать, что там с дочерью. Замявшись, слуга с порога сообщил:

– Ваше высочество, принцессы Табити в комнате нет… И в Файриграде тоже…

В руке хрустнуло перо, с такой силой Алекшан сжал его. Проклятие! Отбросил на стол.

Перед внутреннем зрением пронеслась картина прощания с Ветраном. Белоснежный единорог, на конце рога которого горела огненная искорка. Вот значит как! Она всё-таки сделала это, выполнила угрозу.

Алекшан коснулся фиолетового кристалла на кольце – изобретению магов и гномов, которому он не уставал удивляться. Пока кристаллы общения имели только файриградцы, и то не все, несколько переданы Владычице Дакнинии, и кое у кого из правителей других стран. Слишком редкие, да и усилий магам приходилось прилагать много для их создания. Но начало есть. Разберутся! И вместе с записывающими синими кристаллами, Файриград займётся всеобщей продажей фиолетовыми.

Мысленно позвал дочь по имени, но, как и ожидал, она не ответила. Табити прекрасно известно, что он потребует.

Глупая! Мир за пределами долины опасен для принцессы файри. До сих пор неизвестно, кто тринадцать лет назад покушался на принцесс, кто убил Владычицу, куда исчезла наследница. Сколько бы усилий Алекшан не прилагал, сколько бы шпионов не рассылал по миру, даже НатЭль подключился, проверяя каждый слух, что случилось с женой и старшей дочерью, так и не узнал. Единственное, в чём был уверен, он сможет защитить Табити. Рядом с ним она в безопасности. А теперь… Упрямая, глупая девчонка, стремящаяся всё делать по-своему! Вся в огненного своего дядьку!

Оглянулся на портрет жены за спиной. И сердце пронзила привычная боль. Тринадцать лет прошло, как она погибла в нападении неизвестных на дворец ладожского царя. Тринадцать лет, как ничего неизвестно об их маленькой лунной принцессе. Только уверенность Хранителя и нежелание долины признавать Табити новой Владычицей дарили надежду, что Дивия жива. До сих пор вина обжигала горечью. Его не было рядом! Он не спас, не помог. Они с Табити остались вдвоём.

Срочно нужно её вернуть домой! Маленькая она ещё для самостоятельной жизни!

«Напомнить, чем в шестнадцать лет занимался один шаршанский парнишка?» – хмыкнул Хранитель.

В шестнадцать лет на его совести уже была пара уничтоженных людских деревень.

«Не сравнивай! Позови лучше Ратмира и Виктора».

Проклятый маг. Просили его рассказывать детям истории о Школе?! Сначала Ветран заинтересовался. А так как Табити и он выросли вместе, то и дочку привлекли эти истории. Молчал бы лучше!

Встретил злым взглядом входящего рыжего мага, чего тот и не заметил, запнувшись на пороге и влетев в кабинет головой вперёд. Едва смог выровняться. Встряхнулся и, поправив очки, вопросительно посмотрел на Алекшана. Алекшан поморщился. Этого рассеянного мага ничем не проймёшь. Кроме исследований и экспериментов с кристаллами, ничего не интересует.

– Табити отправилась в Школу магии…

Маг разулыбался:

– Не волнуйся, кронпринц, принцесса обязательно поступит. Она умная и всё знает… – замолк, брови вопросительно поползли на лоб. – Но вас это не радует?

– Какая проницательность! Как можно ей не позволить поступить?

– Поговорить с магистром Вереном, – пожал плечами Ратмир. – Он единолично принимает решение, принимать ученика или нет.

– Свяжись с ним!

– Позвольте ваш кристалл. Я свой оставил в лаборатории. Хотел поработать над свойствами. Думал, как объединить общение и записывание информации. Пока не получается…

Алекшан нетерпеливо снял кольцо и вручил магу, пока тот не углубился в свои размышления об экспериментах.

– Конечно, лучше бы хрустальный шар. Тогда бы мы увидели бы магистра. Но вам же нужно как можно срочнее и ждать меня не станете. А вот магистр, возможно, нас и увидит… – Забормотал неразборчивые слова над кольцом, держа его двумя пальцами, повёл другой рукой над кристаллом. Он начал переливаться фиолетовым. – Магистр Верен, вас беспокоит Ратмир Дымной. Я договаривался с вами о поступлении в Школу магии файри Ветрана. С вами желает говорить кронпринц Файриграда, – протянул кольцо Алекшану.

В голове раздался спокойный мягкий голос:

«Я слушаю, ваше высочество Алекшан дель Шаршан».

«Моя дочь Табити, огненная файри сбежала вместе с братом. Я уверен, что она собирается поступить вместе с ним в вашу школу. Нужно не допустить этого!»

«Вы уверены? В нашей Школе учатся члены королевской семьи Волелюбия. Принцесса…»

«Должна вернуться домой! – и вкрадчиво-вежливо с ледяной ноткой угрозы: – Я могу решить, что и моему племяннику не стоит учиться в вашей Школе. А так как оплачивает его обучение Файриград, если, конечно, сдаст экзамены, то…»

«Я смотрю бумаги, файри Ветран поступил сегодня. Вместе с ним не было никакой файри… подождите. Как вы сказали, Табити? Таби? Таби Мороз – человек, может она быть вашей дочерью?»

Проклятие! Опоздал! Вероятно, они так спешили, что даже не останавливались на отдых.

«Мороз – фамилия её матери. А Ветран – мастер иллюзий!»

«Тогда, боюсь, мне не по силам выполнить вашу просьбу, ваше высочество. Таби Мороз сдала экзамены и подписала магический договор, по которому обязуется после обучения отработать три года в месте, куда направит Школа. И договор ни я, ни принцесса разорвать не можем!»

Алекшан выругался, поминая недобрым словом все магические заморочки и особенности файри. Договор – это обещание. И если бы был даже способ его разорвать, Табити этого сделать бы не смогла из-за угрозы для её жизни. Наверняка, она на это и надеялась!

«Ваше высочество, принцессе в Школе ничего не грозит. Ни один ученик без разрешения преподавателя территорию покинуть не сможет. Мы заботимся о безопасности наших учеников! Но с вашей дочерью я поговорю».

Вот только магистр ещё не сталкивался с файри! Ветран должен был стать первым учеником из них. Зная этих свободолюбивых, одарённых, любопытных и обидчивых… фей, Алекшан уверен, никакие запреты преградой для них не станут. Преподавателей можно только пожалеть.

Говорить этого не стал. Попрощался с магистром, отправил с глаз долой мага и серьёзно посмотрел на Виктора, вошедшего во время разговора.

– Виктор, свяжись с Васькой и сообщи ему. С этого дня он личный телохранитель принцессы. Он головой отвечает за жизнь и безопасность Табити!

Василий – единственный файриградец, которого они отправили в Школу магии для разведки и учёбы. Чтобы заодно развил свои эмпатические способности. Именно на основе его сведений, они согласились отпустить на обучение Ветрана. Василий справится с заданием – в этом Алекшан не сомневался. Умный, серьёзный и надёжный парень. Лучший выпускник их кадетского корпуса. Вот только роль няньки вряд ли ему понравится. Как, впрочем, и Огоньку.

Оборотень вопросительно приподнял брови, жёлтые звериные глаза насмешливо сверкнули:

– Серого лорда перехитрила собственная дочь?

Алекшан раздражённо передёрнул плечами. Нашёл глава разведки время шутить.

– Рассказывай, что в мире творится!

Нужно отвлечься. А с дочерью он ещё поговорит!

В мире ничего хорошего не происходило. Мало того, что драконы вытурили из своего владычества всех послов, на юге снова объединялись свободные племена рыссаров, исчезали люди и оборотни в Шаршанской империи, что навевало мысли о вампирах, так ещё появились непонятные безжалостные воины с чёрными глазами. Кто такие, откуда, узнать не удавалось. Они немногочисленным отрядом появлялись, нападали на караваны, на деревни, часть людей вырезали, остальных уводили с собой, забирали всё, что чего-то стоило, и исчезали. На сегодня известно было про нападения в Златоцветье, Ладожие, Ильенсе, Гордии и Волелюбии. Все человеческие страны…

Глава 2. Первая встреча

 Волелюбская школа магии находилась недалеко от столицы Волелюбия – Маламира. Посреди лазурного озера на круглом острове за толстой высокой стеной, захватывающей часть озера, возвышался каменный замок с пятью башнями, на каждой из которых развевался флаг. Со стороны ворот, к которым вёл широкий мост, замок окружали одно и двухэтажные домики – жилища для учеников старшего круга, преподаватели имели комнаты в замке, кроме магистра Верена. У него был свой дом, стоящий чуть в стороне от всех остальных. У ворот расположилась большая конюшня для лошадей, принадлежащим Школе, преподавателям и ученикам. А по другую сторону Школы раскинулся просторный сад, парк и тренировочная площадка.

Единственный путь к Школе вёл по широкому каменному мосту, который упирался в высокие крепкие ворота.

Именно у этой крепости, когда-то называемой Гордийская роза, состоялось последнее сражение между гордийскими солдатами и мятежниками. Мятежники победили, схватили наследника короля Гордии и заставили подписать мирный договор и признать независимость территории, которую впоследствии назвали Волелюбием.

Диана, когда об этом узнала, ничуть не удивилась. Школа до сих пор походила больше на неприступную крепость, чем учебное заведение. А в переплетениях коридоров замка легко можно заблудиться. Чтобы добраться до аудитории, нужно постараться. К счастью, за два месяца Диана успела всё здесь изучить в перерывах между занятиями.

Магистр Верен серьёзно занялся её обучением, и с утра до самого вечера Диана только и делала, что читала, слушала, пробовала применять заклинания, которые не всегда удавались. Боевые и защитные заклинания точно не её. А вот алхимия её заинтересовала с первой ознакомительной лекции, также магистр посоветовал выбрать для обучения направление Разума, так как её способности относились именно к нему.

На экзамене перед комиссией после обязательного вопроса по общей магии, Диана выбрала именно эти два направления для углублённого изучения. Занятия по остальным могла посещать по желанию.

За два месяца Диана привыкла к Златомирью, привыкла к изредка ворчащему магистру, а вот к своим способностям не очень. Кроме вызывания кошмаров, выяснили, что она способна управлять тенью. А её зелья и эликсиры, особенно изготовленные под светом луны, помогали с первого применения. К сожалению, свойств и способы применения многих растений и ингредиентов она не знала. Но это исправить должно обучение в Школе, как и выяснить, что, кроме вызывания кошмаров, она может делать с чужими разумами. Но с теневым даром придётся разбираться вместе с магистром. Не было в Школе знатоков шаршанской магии.

Она очень надеялась, что сюрпризов больше не будет, но очень в этом сомневалась.

– Диана, магистра Селену не видела? – окликнул снизу звонкий голос Геренэля – пятнадцатилетнего мальчишки–дубравэльца, обучающегося на седьмом курсе – последнем в младшем круге. На следующий год перейдёт в старший круг.

И как только заметил её за крылатым лисом? Диана специально устроилась на парапете балкона над главным входом за скульптурой, чтобы незаметно сверху наблюдать за столпотворением на площади перед замком, да и познакомиться с книгой какого-то шаршанского мага, найденной ею в библиотеке.

– Диана? – нетерпеливо напомнил о себе лесной эльф.

– Минут пять назад проходила в сторону главного крыла. Что случилось-то?

– Да снова с заселением проблемы. Из года год одно и то же, – отмахнулся парень, убегая.

Вот значит как. Сегодня и впрямь суматошный день с самого утра. Кроме того, что последний день экзаменов, так прибывали и все остальные ученики. Завтра – первый день занятий. К счастью, ей о заселение можно было не думать. Ещё в первую свою ночную прогулку по Школе в полнолунии она наткнулась на комнату со старым ненужным барахлом на чердаке замка. Магистр Верен согласился предоставить её в Дианино распоряжение, чем очень обрадовал. Не хотела она с кем-либо делить жилище. В благодарность сварила магистру в его личной лаборатории вычитанное недавно зелье от простуды. Странно только, почему магистр на другой день так ошеломлённо с недоумением смотрел на неё. Даже под нос шептал что-то насчёт того, что если бы не внешность обычного человека, без каких-либо признаков полукровства, решил бы, что в ней течёт кровь шаршан.

Мимо балкона пробежала, поддерживая подол длинного яркого, переливающегося платья полная магиня – магистр бытовой магии Селена. Именно на неё легла трудная обязанность по заселению первокурсников.

Магистр спешила к двухэтажному дому-терему с просторной террасой. Обычно этот дом оставляли членам королевской семьи Волелюбия, представители которой все поголовно с магическими способностями и просто обязаны закончить старший круг обучения. В том году дом пустовал. А в этом, как говорил магистр, должна учиться младшая принцесса. И видимо, она уже прибыла, судя по куче чемоданов, сундуков и спинам трёх солдат в ярко-красных плащах – личная королевская гвардия. Солдаты загораживали всё происходящее. Вот немного разошлись, и Диана затаила дыхание от восхищения. Читать про удивительных файри – это одно, а видеть их.

С магистром Селеной говорила невысокая девушка с гривой ярко-рыжих огненных волос с радужной прядью, свободной волной вьющихся ниже талии. Сквозь них выглядывали длинные эльфийские уши. А за спиной сияли большие прозрачные крылья с горящими по краю искорками. Нога в ярко-красных брюках выставлена вперёд, голова гордо вскинула. Плотное платье–кафтан подчёркивает стройную фигурку.

Рядом с огненной стоял ещё один файри. Парень с длинным светло-бирюзовым хвостом волос, искоса с улыбкой посматривал на окружающих девушек. Крылья с синими переливами прозрачным плащом касались кончиками земли. Верхние пуговицы на ярко-синей рубахе расстегнуты, брюки плотно прилегают к ногам. Он даже не пытался успокоить подругу, которая, судя по жестикуляции, начала сердиться. А вот возвышающийся над невысокими файри парень не сводил настороженного взгляда с огненной девушки. Ветер ерошил густые короткие немного волнистые белые волосы. Парень засунул руки в карманы чёрных брюк, подчёркивающих крепкие ноги, обутые в туфли. Чёрная рубаха строго застёгнута на все пуговицы. Телохранитель? Симпатичный. Диана дала бы ему лет двадцать-двадцать один. Он будто бы почувствовал её взгляд и оглянулся. Даже с расстояние Диана заметила, как сверкнули зелёные с вертикальными зрачками, кошачьи глаза. Оборотень? Но они ведь, кажется, не обладают магией.

– Это наш дом!!! – донёсся до Дианы сердитый голос, и только тут она заметила девицу, стоящую по другую сторону от магистра.

Высокая, стройная, в роскошном платье золотоволосая девушка. Она скользнула взглядом по парню файри, скривила губки, а вот телохранителя осмотрела более долгим взглядом.

– Файри и принцесса не поделили домик, – раздался над головой бархатный голос. Диана оглянулась и подняла лицо. За спиной стоял высокий изящный дубравэлец, судя по золотисто-белокурым волосам, длинным эльфийским ушам и светло-зелёным, как весенняя листва, холодным глазам. Белоснежная кожа, казалось, светилась, особенно на фоне коричневого кожаного костюма. – Файри говорит, что так как им разрешили выбирать любой свободный дом, она сделала выбор. Девица, стоящая перед ней, появилась позже. И сразу же начала выступать. Но она опоздала… Не позавидуешь магистру, оказалась между молотом и наковальней. Единственная принцесса файри и младшая дочь короля Волелюбия. На чью бы стороны не встала, второй не угодит.

 Эльф, не смотря на насмешливо-язвительный тон, не сводил мрачного, неприязненного взгляда с синеволосого файри. Уже сталкивался с ним?

– А вот вмешался телохранитель. Просит огненную файри успокоиться, мол, дом и впрямь всегда принадлежал королевскому семейству Волелюбия. Просто забыли предупредить новых учеников о нём, – продолжал дубравэлец.

Диана молча переводила взгляд с эльфа на компанию у дома.

– Ух ты! – вдруг с восхищением воскликнул парень впервые, кажется, посмотрев на принцессу файри, которая резко отвернулась и размашистым шагом направилась восвояси. Волосы казались пламенем, следующим за ней. – Какая огненная малышка. Она фыркнула и посоветовала на будущее повесить на дом табличку: «обитель королевских высокомерных юнцов», чтобы нормальные ученики не нарывались на грубость венценосных особ. А сама-то не старше волелюбской принцессы. Судя по шипению принцессы ей вслед, огненная файри приобрела врага…

– Ты и впрямь всё это слышишь? – перебила Диана.

Эльф коснулся своих ушей:

– А как же. Я же чистокровный дубравэлец. Ну а ты как, по договору собираешься учиться, или как и та компания… – кивнул на файри и принцессу, – с оплатой?

А не слишком ли он любопытен? Или же это основной вопрос среди учащихся Школы? Кто относится к аристократам магического мира, а кому приходится чем-то жертвовать, чтобы добиться своего?

Спрыгнула с парапета, пожала плечами:

– По договору…

– У меня такая же история. Сударыня, позволь представиться, – лёгкий поклон, – Фианэль дель Геранэль.

– Диана Смирнова, – холодно ответила она. – Извини, мне нужно бежать. Дела…

И решительно направилась внутрь замка. Кроме того, чтобы отвязаться от ненужного ей разговора, ей и впрямь хотелось заглянуть в библиотеку Школы и заказать на завтра книги по алхимии, пока их кто-нибудь не перехватил.

Пока шла, чувствовала задумчивый взгляд в спину.

****

Месяц пролетел незаметно. Преподаватели словно задались целью так загрузить учеников заданиями, чтобы жизнь мёдом не казалась. Диана только и успела бегать с занятия на занятие. Алхимическое направление располагалось в башне с одного края замка, а направление Разума – в противоположной. А ещё была общая магия, которую посещали по желанию. Считалось, что те, кто поступил на старший круг, основы уже знают. А вот Диане два месяца знакомства с магией не хватило.

С файри пути у неё не пересекались. Доходили слухи, что Табити – принцесса файри выбрала основным направление Защиты и лечения, дополнительным – боевое. Её брат Ветран – боевое направление и артефактов. Девчонки, пересекающиеся с Дианой на её направлениях, не знали, кого предпочесть, красавца-файри или же не менее красивого дубравэльца, что учился с ними алхимии. Эльф при встрече кивком и улыбкой приветствовал Диану, но больше не заговаривал, к её облегчению. Не было у неё желания с кем-либо сближаться.

А вот принцессу Волелюбия Загляду заинтересовал телохранитель файри, который учился на четвёртом курсе по направлению разум, с дополнительным – боевая магия. Принцесса изредка делилась планами с окружавшими её де�