Сборник. Хочу быть твоим. Синие топи: дилогия
Хочу быть твоим
Глава 1
– Я хочу знать – кто вас послал! Я хочу знать, какого проклятого вы учинили такую диверсию, последствия которой мы до сих пор разгребаем! Пострадали тысячи! Тысячи существ! И я хочу знать, кто приказал тебе это сделать!
Хлесткий удар пришелся на плоть.
Узник – дроу, практически обнаженный, весь будто сотканный из литых мышц, фиолетово-серебристый в ярком свете ламп подземелья – вскинул голову и хищно прищурился. Не вздрогнул, не застонал… Лишь жестко выдохнул в ответ на истязания.
Тяжелый, какой-то нездешний взгляд его бирюзовых глаз скользнул по помещению – холодному каземату для пыток и заключенных. Алые следы энергетической плети – фактически мощной струи, похожей на плазменную – исполосовали мужественный торс, ноги и, наверное, спину пленника – ее я не видела, потом осмотрю.
На дроу были только небольшие трусы, вроде плавок – и все. Босые ступни пленника выглядели, как ни удивительно, даже красивыми. Хотя мне никогда особо не нравились мужские ступни. Крупные, с массивными, грубовато скроенными пальцами…
Ну что в них может быть, в принципе, эстетичного? Однако же ступни дроу почему-то хотелось рассматривать пристально – взгляд притягивали высокий подъем и довольно аккуратные пальцы.
От новых ударов узник пару раз вздрогнул, но ни разу даже слегка не скривился.
Молчал, уронив голову на грудь, отчего длинные черные волосы с парой красных прядей возле лица, плетьми упали на крепкий торс, и только лишь иногда прерывисто дышал.
Палач – светлый эльф с непривычно короткими для этой расы пепельными волосами, чуть ниже плеч, собранными в низкий хвост – продолжил, время от времени косясь на Терголаса Адамант. Главу самого мощного эльфийского клана, фактически – самого влиятельного правителя на континентах.
Его сын, Иллиндлиэль – Илл, как часто его называли – покачал головой.
Хейландир – еще один основатель влиятельного эльфийского клана Язаран – свирепо смотрел на пленника, что висел на цепях перед нами и только кивал, чтобы палач не останавливался ни на минуту.
Я сцепила челюсти, чтобы не закричать. Сжала кулаки аж до боли.
Меня позвали сюда, как попаданку, способную своим даром почти мгновенно исцелять серьезные раны и травмы. Главное, чтобы там не оставались осколки воздействия суперспособностей, или магии, как выражались тут раньше. Подобным занималась жена Илла – Василиса – заведующая моей клиникой.
Терголас дал знак палачу усилить воздействие, и тот хищно оскалился, замахиваясь плетью.
Я прикрыла глаза, чтобы не видеть, но звуки ударов все равно воспринимала, хотя жгучая струя энергии касалась тела совершенно беззвучно. Однако же мои суперспособности позволяли ощутить и не такое.
В этом был мой дар и мое проклятье.
Я зябко обхватила себя руками, слыша, как хрустят кости, как плоть рвется и расходится, словно драная ткань.
Мне становилось буквально физически плохо. Но я должна была ждать и терпеть, скрываясь в искусственной тени – еще одной загадочной разработке ученых. В этом месте каземата свет, что равномерно сочился из стен и потолка, будто бы максимально поглощался. Так, что меня не сумели бы разглядеть даже Терголас, Илл, Хейландир… И другие с очень мощными сверхспособностями.
Только смутный силуэт – размытый, нечеткий.
Пленник, на которого надели специальные энергетические кандалы, вообще вместо меня видел лишь черный угол.
Я же, к несчастью, могла наблюдать абсолютно все, что происходило вокруг. И не только могла, а была просто обязана!
Это оказалось нужным для дела – я воспринимала ощущения пленника, и когда требовалось срочно восстановить его, должна была немедленно среагировать. Дабы узник балансировал на грани комы, но обязательно возвращался назад. Всякий раз чувствовал свою смерть, ощущал ее дыхание, холодные пальцы на своем горле, но не умирал, а восстанавливался…
Бррр…
Никто не знает, как мне хотелось крикнуть: «Все! Нужно срочно ему помогать! Прекратите его пытать! Остановитесь!»
Однако же все эльфы вокруг тоже воспринимали потоки энергий, ауру пленника – и мой обман кто-то обязательно да заметил бы.
Я ждала.
Убеждала себя, что дроу получил по заслугам. В конце-то концов, именно он – один из тех, кто взорвал склад артефактов в Академии Суперспособностей или как мы коротко называли ее АС. Из-за него к нам в клинику поступили тысячи парализованных и еще множество других пациентов с бог знает какими травмами, нанесенными энергетикой и частицами, что были заперты внутри артефактов.
Вася говорила – со времен последней глобальной войны у нее не было столько раненых и умирающих!
Пойманные диверсанты-дроу вначале были шокированы случившемся, казалось, не меньше, чем остальные. А потом отказались что-либо рассказывать.
Подельника этого пленника уже пытали, я излечила его раз сорок, не меньше, пока не выкачала из темного эльфа весь запас энергии, и его не оставили для восстановления.
Он так ничего правителям и не сказал.
Этот молчал тоже, как рыба об лед.
Впрочем, пытки только лишь начались.
Я не знала – то ли уши затыкать, то ли глаза закрывать, как не слышать, не видеть, но все-таки понять и почувствовать?
Ка-ак?!
Узник должен был вызывать у меня злость, ярость, но почему-то вызывал уважение.
Он ни разу даже не всхлипнул, не дернулся.
Хотя энергетический хлыст продолжал расписываться на его теле, сразу прижигая раны, чтобы дроу не истекал кровью.
Экзекуция длилась и длилась, с перерывами лишь на вопросы Терголаса Адамант, на которые узник не отвечал.
Этот дроу оказался гораздо более выносливым, чем подельник. Тому я в такой ситуации уже дважды оказывала срочную помощь.
Этот же держался, терпел и все еще находился в сознании.
Наконец, я ощутила, что он уплывает в беспамятство – глубокое и долгое. Что еще немного – и его организм, наконец-то, сдастся на волю судьбы…
Выскочила из укрытия, рубанула рукой по воздуху – это был знак и подбежала к дроу. Тот так и повис на цепях.
Я принялась водить руками над его ранами, быстро залечивая одну за другой.
Слава богу, мой резерв энергии и частиц для суперспособностей был пополнен под завязку перед «мероприятием». Работы тут было-о-о… Больше, чем я могла ожидать…
Вообще не поняла на какой силе воле, на чем держался дроу, не впадая в беспамятство.
На нем не только снаружи – но и внутри живого места уже не осталось.
Но все травмы поддавались моим суперспособностям.
Я погружала ладони в тело, как будто проходя пальцами сквозь кожу, ткани… и собирала кости, суставы, раскрошенные и будто взорвавшиеся, сращивала последовательно орган за органом…
Работа была для меня довольно привычной, хотя я угодила сюда всего полтора года назад и пока до конца еще не освоилась. Тем не менее, свое дело я знала.
Я чувствовала – когда хватит – и плоть уже вполне регенерировала, дальше – дело за организмом, и планомерно шла дальше…
Когда же оставалась всего пара легких ран на плечах, дроу вдруг широко распахнул глаза, резко дернулся и… замер… словно оцепенел. Цепи в один миг натянулись так, словно узник собирался их разорвать. Все его тело стало практически каменным. Литые мускулы резко взбугрились, взгляд прилип к моему лицу и жадно, с каким-то непонятным мне голодом скользнул по телу. Я даже подумала, что это уже мои фантазии из-за нервов. Я ведь была одета в свободные штаны, вроде джинсов и блузку, без особого декольте. Шла же не на бал, а на пытки… Так что, выглядела вполне затрапезно…
Да и одежду подбирала скорее исходя из удобства.
Зрачки дроу максимально расширились, заполняя синюю радужку, и превращая его глаза в бездны, которые затягивали, гипнотизировали.
Его гибкое, мощное тело снова чуть дернулось, я невольно мазнула взглядом сверху вниз… и увидела… у него, что, встал?
Да ла-адно!
Тонкие плавки, едва прикрывавшие мужское естество, даже приподнялись, открывая вид на гладкую мошонку, и очертания большого, налитого члена полностью проявились сквозь эластичную ткань.
Мне стало дико неловко и дискомфортно. Я все еще стояла близко к дроу, и, фактически, закрывала собой изменения в геометрии тела пленника. Не отходила, делая вид, что лечу, продолжаю, не останавливаюсь ни на минуту…
Дроу же не сводил с меня взгляда и облизал губы так, словно те пересохли, а потом быстро сглотнул.
Хрипло откашлялся и, вскинув голову, крикнул:
– Я все вам расскажу! Но у меня есть одно важное условие!
Терголас Адамант, которого я видела сейчас краем глаза, аж вскинул брови:
– С чего бы вдруг подобная милость? Я думал, ты будешь молчать, как подельник. Тот, кстати, гораздо менее терпеливый к пыткам и значительно менее выносливый…
– Я много тренировался и всегда был лучшим среди остальных, – голос дроу все еще отдавал хрипотцой. А эрекция, казалось, лишь только усиливалась – уже даже показалась из трусов… Еще чуть-чуть – и совсем выскочит.
Я постаралась встать так, чтобы никто ничего пока не заметил.
Дроу дышал быстро, натужно, но это вполне можно было списать на восстановление – все же я залечила очень много серьезных травм и ранений. Причем, тратила как свою энергию, так и его… Я всегда заимствовала ауру пациента в той мере, в которой могла ей воспользоваться. Это позволяло дольше работать и меньше уставать на тот случай, если моя помощь снова потребуется. Причем, действовала уже как бы на автомате. Присутствующие, разумеется, были в курсе особенностей моего дара и того, как я привыкла им распоряжаться.
Однако же стоило мне слегка отодвинуться, и причины состояния дроу стали бы видны уже всем.
Тонкие плавки больше ничего не скрывали. Даже головка члена уже показалась, и крайняя плоть, зацепленная тканью белья, чуть отодвинулась. Дроу вздрогнул и произнес:
– Я никогда не выдал бы организаторов, сколько бы вы меня ни пытали, потому что дал присягу. Но обстоятельства изменились. Она, – пленник кивнул в мою сторону. – Моя истинная пара.
Терголас и Хейландир хохотнули, Илл тоже рассмеялся в кулак:
– Да ты, похоже, принимаешь нас за дураков? – рыкнул первый. – Я знаю, что ты из племени Аттан. Оно готовит наемников и продает другим племенам дроу и светлых за огромные деньги. Всех, подобных тебе, при помощи специального энергетического воздействия, лишают возможности установить истинность.
– Как говорит моя жена – перекрывают поток энергии, что соединяется с парой, и блокируют его выход из тела, – добавил Илл.
– Я тоже так думал, – выдохнул дроу. – Но она моя истинная.
– Он лжет, чтобы как-то нас перехитрить! – громыхнул Хейландир. – Я предлагаю казнить пленника! Ясно же, что все равно ничего он не скажет! Но, если мы попадемся на его удочку, может даже попытаться сбежать!
Дроу вскинул на меня взгляд, от которого вечная мерзлота бы растаяла и чуть заметно улыбнулся уголками губ…
Не знаю, что на меня нашло в этот момент, почему я поверила ему – вдруг, ни с того, ни с сего. Или жалость и уважение к узнику совсем передавили рассудок. Я видела всяких пленников здешних казематов. Они плакали, стонали, орали благим матом – эльфийским, но разницы нет… Этот же вел себя настолько достойно, мужественно, что я невольно проникалась к нему ненужной симпатией.
Вредной.
Неправильной.
Но…
Эх! Была не была!
Я крутанулась к пленнику спиной, по-прежнему, закрывая его телом, и попросила:
– Пожалуйста, правители, наследники… давайте проверим его хотя бы при помощи СИП-25!
– Прибора, который определяет поток истинности? – уточнил Хейландир.
– Да. Если узник лжет, вы сможете его казнить. Если же нет…
– Тогда я готов помочь предотвратить следующую диверсию, если мне дадут одну ночь с ней! – кивнул дроу в мою сторону.
Вот это поворот…
Ну, ничего себе!
Называется, проявила сочувствие…
Как там говорят? Добрые дела наказуемы?
Глава 2
После заявления пленника, я едва не потеряла равновесие. Пошатнулась, но каменное тело дроу поддержало, и я попой ощутила огромный стояк. Узник как-то умудрился, без помощи рук, которые были скованы, прижаться и помочь мне не упасть на пол. Я завалилась на его каменный торс, ощутила – какой он горячий, услышала шумное дыхание на ухо… и… почему-то колени лишь сильней подогнулись.
Однако же я заставила себя отшатнуться от дроу, пока, все же не отходя так, чтобы он «сверкнул» эрекцией при остальных.
Зачем, спрашивается?
Этот гад хочет купить меня, как последнюю шлюху!
Словно я – живой товар, без мнения и права голоса!
Сама не понимая себя, в полнейшей растерянности, я все еще медлила, не оставляя дроу один на один с цепкими любопытными взглядами его врагов-эльфов.
– Условия не принимаются, в любом случае! – резко произнес Терголас. – Мы женщинами не торгуем. Это ваши племена, обитающие за Гранью, где нет закона и правил, продают и покупают живой товар. Ты не смеешь даже и заикаться о том, чтобы…
– Я не собираюсь ее насиловать или же принуждать, – тихо сказал дроу, и я невольно к нему обернулась… Он смотрел так… что мне стало немного не по себе. На меня никто, ни разу в жизни еще так не смотрел… Хотя в своем мире я была замужем, и мы с мужем, естественно, любили друг друга. Да и мужским вниманием, чего уж греха таить, я не была обделена до самого попадания, хотя и провалилась сюда уже под шестьдесят лет. Выглядела я очень молодо и всегда следила за фигурой. Так, что мужики – нет-нет, но заглядывались и даже пытались знакомиться.
Дроу, тем временем, тяжело втянул носом воздух и хрипло добавил:
– Я прошу лишь о встрече, о возможности находиться с ней вместе в комфортных условиях. Мы проведем вместе ночь, и между нами будет секс, только, если она сама этого пожелает. Я не коснусь ее, пока она сама этого не попросит. Слово аттана… А потом, после предотвращения диверсии и нашей ночи, вы вольны меня казнить.
– Какой еще диверсии? Она уже случилась! – возмутился Хейландир. – Ты говоришь какую-то ерунду! Скорее торгуешься, пытаешься запугать и запутать! Это все какой-то сплошной бред. Истинность для аттана, которой не может быть, в принципе, предотвращение диверсии, что случилась недавно…
– Будет новый теракт и гораздо более масштабный. Если же он не случится, можете казнить меня сразу, не выполняя следующего условия, – оскалился дроу, демонстрируя заостренные резцы, присущие своему племени. Сейчас он выглядел по-настоящему хищно и пугающе, но и привлекательно одновременно. Так смотришь на дикого кота, что взирает на тебя исподлобья этим взглядом, от которого аж в дрожь бросает. Понимаешь, что за минуту он из твоей кожи ремешки сделает, но восхищение все равно сбивает дыхание. Восхищение его природной неукротимой мощью, его этой спокойной силой и уверенностью в себе…
– Да чего вы его слушаете? Он же мастер манипуляций! Как будто я один знаю, что аттаны умеют и воевать, и охранять, и провести вокруг пальца, и украсть, и соблазнить женщину, если потребуется. Зачем мы с ним торгуемся? А, Терголас! Убьем его – и вся недолга!
Терголас пока, видимо, еще колебался. На его невозмутимом лице не мелькнуло ни единой эмоции. Эльф щурился и вглядывался в лицо дроу, выражение которого также было почти нечитаемым. И это, невзирая на мощное возбуждение, которое я видела очень отчетливо…
– Ты так можешь тянуть до второго пришествия, как выражается моя жена, – усмехнулся Илл. – Говорить, что ждешь диверсию… якобы вот-вот… И просто выжидать возможность сбежать… Пожалуй, я склонен согласиться с Хейландиром. Да и истинность, о которой ты говоришь, крайне сомнительна. А вдруг ты планируешь похитить нашего медика и шантажировать нас же ее жизнью? Вполне себе рабочий план, разве не так?
Дроу слегка дернулся и… подмигнул мне?
Я аж опешила.
В ситуации, когда большинство уже проголосовало за его смерть, узник снова не дрогнул, не испугался ни на минуту. Смотрел на эльфов спокойно, уверенно и твердо…
– Диверсия состоится не позднее, чем через три недели. Скорее всего – через две. Так что, как видите, ничего тянуть я не планирую! – неожиданно горячо и твердо возразил дроу.
– По-моему, он нагло водит нас за нос, – покачал головой Илл. Хейландир и Терголас переглянулись, явно соглашаясь с его мнением. Палач перехватил хлыст другой рукой.
Я испугалась, что сейчас пленника начнут снова пытать, причем, мне придется отойти и…
Мне было страшно посмотреть на дроу, но я все равно покосилась, и он вновь неожиданно подмигнул, а затем одними губами сказал: «Не тревожься, моя госпожа, аа-ман…»
Последнее слово я не поняла. Похоже, он использовал древний язык своего племени.
Дроу же вскинул голову, и, кажется, был вполне готов к экзекуции. Причем, эрекция так и не спала, и член почти полностью выскочил из плавок. Но пленника это, вроде бы, совсем не пугало. Он выпрямился, расправил могучие плечи и смотрел вперед без страха или стеснения.
Я в смятении оглядывалась на эльфов, которые уже вроде были готовы отдать приказ пытать дроу заново… Или того хуже – убить? Плазменная плеть и на такое способна. Несколько прицельных, правильных ударов – и тело разделано, как тушка животного под рукой мясника…
К сожалению, и подобное мне пришлось наблюдать…
Терголас переводил взгляд с палача на Хейландира и Илла.
Эльфы будто переговаривались на каком-то им одном понятном языке взглядов и единичных, коротких жестов, нечитаемых для остальных.
Палец кладется поверх сцепленных на животе ладоней. Рука касается мочки уха, и сразу же уходит обратно. Плечо чуть двигается, потом – другое…
Взгляд – быстрый и резкий, как молния, и снова глаза в пол, в потолок…
Я прямо оцепенела, опешила… Замерла в полной растерянности на месте.
Никто пока не потребовал отойти от пленника, и я продолжала стоять, загораживая его своим телом.
Напряжение повисло в воздухе, каменной плитой давило на грудь. В груди екало, ладони и стопы стали совсем влажными.
Дроу же, всякий раз, когда наши взгляды встречались, ободряюще мне подмигивал.
Словно это не его судьба решалась сейчас сильными мира сего, будто это меня требуется поддержать и утешить…
Странный, совершенно непонятный мне экземпляр… Но он явно стоил того, чтобы прожить еще сколько-то…
Неожиданно раздался тихий звук и смартфон Илла мигнул.
Наследник клана Адамант мазнул взглядом по гаджету.
– Пришло сообщение, что СИП-25 доставлен в замок, – сказал громко и дал знак палачу: мол, погоди, пока не все еще решено. Тот опустил руку с плазменным хлыстом.
– Пусть несут! – приказал Терголас.
И я выдохнула, осознавая, что пока самое страшное позади…
Даже удивительно, что после всего, сделанного и сказанного дроу, я за него переживала.
Хотелось убедить себя, что все дело не в его реакции на меня и утверждении, что я – его истинная. Оно ведь вполне может оказаться изощренной ложью, как и подумали эльфы. И вовсе не в том, что дроу настолько хорош собой, что взгляд сам возвращался и прилипал к его телу…
До неприличия хорош… До безобразия…
Безобразно, отвратительно роскошный мужик!
Глава 3
Пауза слегка затянулась.
Воспользовавшись заминкой, я долечила плечи узника и продолжала скрывать его окончательно выскочившую из плавок эрекцию. Стояк вырвался на свободу, частично было видно и яички. Надо признать – выглядело довольно внушительно. Дроу же слегка будто потирался о мою попу концом члена и тяжело дышал в спину.
Наконец, появился еще один эльф с СИП-25. Протянул его Иллу, а тот передал мне.
Я включила прибор, хотя раньше никогда им не пользовалась. Подобные штуки были запрещены в обычных местах, только на ЭЭС и еще кое-где.
Считалось, что истинность – личное дело каждого, сердечная тайна и определять ее без согласия – категорически нельзя: неэтично и непорядочно.
СИП-25 напоминал осциллограф, только компактный и очень легкий.
Графики и цифры замелькали на экране, а затем появился вердикт: «Для объекта «дроу из племени Аттана, возраст около пятисот лет, объект попаданка с суперспособностями к целительству – истинная пара с вероятностью 99,9 процентов».
Я замерла, потому что надпись выплыла из экрана и покрутилась в воздухе перед всеми.
Эльфы начали переглядываться, снова затеяли этот свой «немой» диалог.
По каземату поплыла удивленная, озадаченная тишина.
Кажется, никто, даже я сама не ожидала, что все так закончится…
Дроу опять хищно ухмыльнулся.
Наконец, Терголас произнес:
– Нам нужно отойти и все обсудить, обдумать как следует. Мы вернемся с ответом либо сегодня вечером, либо завтра. А пока… Магдалина, вы закончили лечить пациента?
– Еще нет, – соврала я, пользуясь тем, что никто из присутствующих не понимал – как работают мои суперспособности. – Скоро закончу. Надо еще минут двадцать, может быть тридцать. У него железная воля, но еще не все органы восстановились…
Почудилось – уголки губ дроу слегка дернулись. Однако его лицо оставалось совершенно непроницаемым.
– Что ж. Дернешься ей навредить, и датчики на теле Магдалины активируют охранный механизм замка. Плазменный сгусток тотчас выстрелит из стены и убьет тебя, – предупредил Терголас.
– Даже и хотел бы, не смог… – очень хрипло произнес дроу, хотя и попытался снова прокашляться.
Эльфы ушли, и я, наконец-то, отодвинулась от пленника, который беспардонно продолжал тереться об меня эрекцией и нагло пыхтеть.
– Тебе надо успокоиться, – сказала, стараясь не смотреть на вздыбленный член с прозрачными капельками смазки на головке. Он рождал в голове совсем неправильные, ненужные мысли, и в животе вдруг становилось теплее.
Вообще тело дроу меня привлекало. Он был роскошным самцом, как ни крути. Все, как надо, все в точности, как и должно быть. Я видела много обнаженных мужчин – эльфов, оборотней, даже орков доводилось лечить. Но этот… этот казался самым гармонично сложенным, самым гибким и мощным при этом из всех, что мне попадались.
Он поймал мой взгляд, чуть дернулся и произнес:
– Так помоги мне расслабиться.
– Отвлекись и успокойся. Подумай о чем-то совсем отстраненном. А я пока постою тут, чтобы тебя не застали в таком виде. Эльфы должны вернуться с вердиктом.
– Приласкай меня напоследок. Вдруг они меня все же казнят, – почти уже промурлыкал дроу. – Приласкай меня, моя госпожа…
– Разве ты не должен не реагировать на истинную пару, раз вам заблокировали поток? – спросила я, почему-то невольно приближаясь и ощущая жар, что окутывал пленника и оседал на моей коже его прерывистым шумным дыханием.
– Видимо, какой-то артефакт при взрыве убрал блокировку. Я знаю, что на складе был подобный – артефакт истинности. Он усиливает чувства, если истинная пара вроде тебя, сама не подвержена такому синдрому. Усиливает с обеих сторон. При взрыве артефакт мог сработать как-то иначе. Уверен, что бомба его не затрагивала, больше того, мы все распланировали и рассчитали так, чтобы он оказался далеко от эпицентра. Но… никто не ожидал, что получится такая взрывная волна. Что-то пошло не так. Мы лишь хотели уничтожить много ценных артефактов, и ближайших к ним эльфийских аристократов, чьи семьи ратуют за науку. Поэтому и постарались убрать остальных – тех, кого не следовало затрагивать терактом. Всяких детей Архимагов, дальних родственников, членов влиятельных кланов, вроде Адамант, Язаран. А вон оно как вышло, в итоге. Взрыв не должен был достать до соседних зданий…
Дроу казался искренне удивленным.
– Кхм… – я помассировала руками виски. – Накануне на склад принесли еще один артефакт, по-моему, его называют «сгустком волнения».
– А-а-а! Теперь все понятно! – дроу запрокинул голову и расхохотался. – Ясно, почему взрыв дал столько жертв и что случилось со мной. Мы понятия не имели про Таллагар… Сгусток волнения, как ты выразилась. Он усиливает всплески магии в разы… или энергии, как вы говорите, и возбуждает соседние артефакты. Вот и сдетонировало… А я-то думал – как так могло получиться! С моим-то опытом и знаниями…
Дроу опять от души рассмеялся.
Я приблизилась еще на один шаг. Узник снова облизал губы и словно инстинктивно чуть двинул бедрами, будто планировал заняться со мной сексом.
Я остановилась. Смотрела на него. На этого сильного, красивого, роскошного мужчину и не понимала… Зачем? Зачем он вообще в это ввязался? В эти подлые диверсии, в этот заговор, часть которого уже уничтожили, а виновников казнили… В интриги, что затеяли Архимаги и бывшие мощные колдуны, а ныне – существа с суперспособностями – чтобы вернуть власть над миром. Доказать, что наука, насажденная попаданцами – не более, чем часть магии, и контролировать все, что дарят новые технологии, включая электростанции и прочее, должны именно они. По факту – опять править планетой. Решать, каким народам снова вернуться в прошлый век, а кому можно пользоваться плодами прогресса… Продавать электричество…
Я решительно не понимала…
– Мы не выбираем судьбу. Нас с детства готовят в наемники, и когда продают, мы присягаем владельцу. Так принято. Если аттан нарушит клятву – он будет обесчещен, как и все его племя… Тогда Аттанов уничтожат более многочисленные народы, что обитают вокруг наших скал. Это сложно, моя… – он осекся, сглотнул и поправился: – Магдалина…
– Но, заключив сделку с кланами Адамант и Язаран, разве ты не предашь своего хозяина? – удивилась я.
– Предам, – усмехнулся дроу как-то криво. – Но я жажду получить хотя бы одну ночь с истинной парой. Наедине. Так, чтобы ты позволила себя соблазнять. К тому же, это вполне адекватный предлог для измены. Истинность искупает все. Поэтому у аттанов ее и не должно быть…
– А, если я все равно не захочу с тобой спать? – вскинула я бровь.
– Значит, я недостаточно хорошо обучен соблазнять женщин, – еще более порочно и криво улыбнулся дроу. – Но аттанов учили такому, что ты даже себе и представить не можешь. Ведь некоторые покупают нас для утех…
– Но потом тебя все равно могут убить?
– Значит, убьют, – он сказал это настолько спокойно, что у меня кровь в венах застыла. И попросил: – Приласкай меня, чтобы не светить стояком тут при всех. Ну давай же, моя маленькая аа-ман… Моя госпожа…
Мужской орган дроу все еще торчал колом, кончик поблескивал в неверном свете – такой немного набухших, сиренево-фиолетовый, словно странный бутон…
– А почему эрекция не спадает, – удивилась я. – Мы же общаемся уже не о сексе.
Аттан усмехнулся:
– Видимо, побочный эффект от снятия блокировки истинности. Я слышал, некоторые, если поток неожиданно восстанавливался, мучались возбуждением до недели…
И это он тоже сказал очень ровно, хладнокровно, без лишних трагедий.
– Так что? – дроу чуть двинул бедрами. – Я ведь нравлюсь тебе. Я видел, как ты смотрела, когда лечила. Я ни с чем не спутаю этот взгляд… Я тебе нравлюсь, как мужчина, даже не отрицай!
Пленник демонстративно как-то весь перетек в другую позу, несмотря цепи и кандалы. Вскинул на меня мутный взгляд и облизнул яркие, ставшие почти малиновыми губы… Кажется, они даже немного припухли.
– Я заметил, как ты смотрела… Если меня не убьют, ты можешь забрать меня себе для утех… Если те, кто схватил меня в плен, потребуют за это большую сумму, у меня есть деньги… Я сам их тебе дам… Тебе даже тратиться не понадобится… Подумай… Я буду предан тебе не потому, что дал клятву, а потому что ни одна другая меня уже не заинтересует. Никто и ничто не сможет встать между мужчиной и его истинной… Века… тысячелетья… Вы же, попаданки с суперспособностями, живете также долго, как и эльфы… Я буду защищать тебя до последней капли крови, до смерти и ублажать также… Если не веришь – спроси у любого, кому доверяешь. Хоть у того же Иллиндлиэля…
– Ну уж нет, – буркнула я.
Дроу опять усмехнулся – порочно и криво:
– Ты такая красивая, когда стесняешься… Это прямо ужасно возбуждает.
– По-моему, ты и так слишком возбужден, – сказала я, стараясь не смотреть на то, что об этом откровенно свидетельствовало.
– Подумай… моя маленькая аа-ман… – продолжил дроу голосом, который прямо окутывал и опутывал, будто сетями… – Ты можешь держать меня у себя и в любой момент, когда только захочется, получать удовольствия сколько нужно. Тебе не придется тратиться на мое пропитание и одежду – я уже достаточно состоятелен. Заработал на службе у прежнего владельца.
– Вам платили? – удивилась я.
– Мне – да!
– Прямо уж сколько нужно получать удовольствия? – я чуть усмехнулась, но смех получился немного нервный.
Наш разговор будоражил.
Я не была готова вот прямо сейчас вдруг начать дрочить незнакомому мужику, не говоря уже о чем-то еще большем. Но сказать, что он не затронул меня – значило обмануть саму себя. Внутри все вздрагивало от его голоса и движений, будто у большого мощного хищника.
– У меня очень хорошая выносливость, – совершенно без капли стеснения или сомнений ответил пленник. – Уверяю тебя, я смогу долго удовлетворять любые твои потребности и фантазии…
От его взгляда мне опять стало не по себе – и жарко, и прохладно, и волнительно отчасти.
– Ну, уж нет! – я почти возмутилась. – Покупать себе мужика я точно не буду!
– Как мужчина я и так весь твой до донышка. До последней капли крови, аа-ман… Купи меня в качестве раба, в качестве защитника, телохранителя и источника удовольствий в постели. Я закрою тебя своим телом, если потребуется от любой опасности и беды. И буду самым неутомимым и страстным в постели, потому что хочу тебя так, что уж лучше терпеть пытки… Приласкай меня… Ну, давай…
Он опять чуть двинул бедрами и перетек в новую позу – весь такой горячий, аж кровь закипала.
– Я не буду тебя ласкать, – тихо сказала я. – Да и телохранитель мне совершено не нужен. У нас в больнице, знаешь ли, тишь да гладь… Это не логово диверсантов, и не военные окопы. Так, что никакая защита мне не нужна! Но я тебе все равно помогу.
– Интересно как? – вскинул он бровь. – Вылечишь и от этого? – взглядом он указал на вздыбленную плоть. – Я бы очень хотел это увидеть!
Он вызывающе вскинул на меня взгляд, а затем томно, мягко, словно мурлыкая, произнес:
– Аа… манн… маленькая, прекрасная мучительница, моя госпожа… Ну сделай же пару движений, сомкни свои пальчики на моем члене… давай… Это не займет много времени, учитывая, как я хочу тебя…
Вместо ответа, я вернулась в свой «темный угол», и достала из сумки брюки, которые прихватила для одного пациента в застенках Терголаса. Охрану, что дежурила в момент взрыва артефактов, тоже арестовали, но пока выясняли – кто причастен, а кто нет, держали просто в запертых помещениях. Не в казематах, как диверсантов.
Один из охранников остался фактически голым из-за детонации – на нем и форма, и кожа просто сгорели. Местные этим не очень-то заморачивались. Удобство пленников, подозреваемых, кажется, тревожило их меньше всего. А вот меня совершенно наоборот… Я подлечила парня и выклянчила для него брюки у Терголаса и Илла. А, пока продолжала, «работать» то в одной камере, то в другой, таскала свой «трофей» в сумке.
Что ж… Придется охраннику еще подождать.
Я поднесла брюки к дроу и начала раздумывать как бы надеть их, учитывая кандалы на ногах.
Тот усмехнулся:
– Думаешь в них стояк никто не заметит?
– По крайней мере, он не будет настолько бросаться в глаза. А побочку от снятия блока на истинность сам объяснишь.
– А ты стервозная, и мне это нравится, – улыбнулся дроу. – Даже то, как тебе приятно мучить меня возбуждением. Подумай. Если мы удачно предотвратим ту диверсию, уверен, властители этого мира, разрешат тебе меня выкупить в качестве раба…
Я усмехнулась:
– Знаешь, это не для меня. Постельный раб и все такое.
– Откуда ты знаешь, если не пробовала…
Его хрипловатый голос, возбужденный и вздрагивающий, реально меня ужасно сбивал.
– Помолчи! – раздраженно рыкнула я. – Я раздумываю как тебя приодеть!
– Попроси у стражников ключи от кандалов на ногах. Они вряд ли тебе откажут.
– И как я это им объясню?
– Скажи, что не можешь что-то там вылечить. Никто ведь толком не знает, как работает твоя магия…
– Суперспособности.
– Как скажешь, моя госпожа… Суперспособности так суперспособности.
Я отправилась к страже.
В этом каземате не было ни дверей, ни окон, а помещения разделяли стены силового поля, что пропускали только тех, кого следовало. Коснись преграды любой другой – и его с силой отбросило бы назад.
Я прошла сквозь завесу, словно сквозь поток плотной жидкости, который, разве что, не оставлял на теле следов.
Передо мной появились два крепких черноволосых эльфа, похожие на братьев и одетые во все изумрудное – цвет особой гвардии клана Адамант.
– Мне нужны ключи от кандалов на ногах, – смущенно произнесла я, комкая в руках штаны.
– Зачем? – уточнил один из охранников.
– Это небезопасно, – сказал второй.
– Ну… эм… я должна долечить кое-что у него на лодыжке, а без снятия поля… Никак. Пробовала – не выходит… Уже и так, и сяк… Только силы и время теряю.
– А это что? – указал на штаны стражник.
– Хочу еще одеть на него брюки. Надеюсь, мне можно? В конце-то концов, если я откажусь участвовать в ваших эм… кхм… местных мероприятиях, то меня уже никто здесь не заменит. Такого мощного дара у других нет…
Стражники переглянулись и один ответил:
– Повелитель Терголас распорядился предоставить вам все, что только потребуете. Но, если вдруг что – сразу зовите.
И вручил мне пульт – я такие гаджеты уже видела.
– Вот эти кнопки для кандалов на ногах, – пояснил стражник.
Я кивнула и снова вернулась в камеру к дроу. На расстоянии отключила кандалы.
Он остался, надежно зафиксированный силовыми кольцами по всему торсу, на руках и с таким же ошейником, к которым крепились цепи, подвешенные под потолком. Выглядели ошейник и кольца, как эдакие туманные завихрения, но удерживали почище стальных.
В общем, вряд ли пленник сейчас смог бы что-то мне сделать. Даже, если бы и захотел.
Я подошла, и попыталась заправить стояк дроу в трусы. Тот запульсировал в моих пальцах, и я ощутила липкую смазку. Узник шумно выпустил воздух из легких и слегка подался вперед бедрами, так что я невольно стала ему дрочить. Дроу запрокинул голову, прикрыл глаза и начал двигаться активней. Влажная горячая головка упиралась в ладонь и скользила дальше по запястью…
Странно, но мое тело отзывалось на это совсем неожиданно.
Даже в животе потеплело, и дышать получалось, кажется, через раз…
Я сразу же убрала руки, и принялась надевать на узника брюки.
– Ладно, побудешь пока так. Я сдаюсь.
Я натянула на эльфа штаны, не заправляя больше стояк в плавки. Правда, пришлось все равно поправить его, чтобы «залез».
Дроу вздрогнул, когда я опять коснулась вздыбленной плоти, рвано усмехнулся:
– А зря… Если бы ты мне только позволила… Я бы даже так, в кандалах… мог доставить такое удовольствие, какого ты еще никогда не испытывала… Одним языком довел бы до вершин наслаждения… Достаточно лишь приблизиться, прижаться… дать мне возможность касаться тебя… целовать… Вылизать… как я умею…
– Нет, спасибо! – я аж отшатнулась, словно боялась того, что он сделает. Даже не так – себя боялась и своей реакции на слова пленника. Жар бросился в лицо и стало будто бы слегка душно… Я невольно, словно загипнотизированная, замерла, глядя, как он облизывает припухшие малиновые губы… Со смаком, словно убирает остатки чего-то очень сладкого, липкого… типа мороженого или торта… У дроу был розоватый язык, и абсолютно идеальные зубы, словно его готовили не в наемники, а, реально, исключительно для постели.
Заметив мою заминку, направление внимания, взгляда, он хищно и довольно оскалился.
Я же торопливо сказала, заполняя неловкую паузу:
– Надеюсь, Терголас согласится на твое предложение. Но, учти! Я не собираюсь потом, ну по договору, ложиться с тобой в постель. Даже и не надейся!
– Учел… Ты такая упрямая, дерзкая… и одновременно нежная, трогательная… Ммм… Это та-ак заводит и будоражит…
Он выдохнул:
– Ты просто чудо… моя пара… Даже не так жалко, что блок истинности слетел… Ради тебя… оно того стоило…
Я ничего не ответила и суматошно поспешила на выход в каком-то смятении и возбуждении.
– Кстати, меня зовут Линардил… В переводе Тетива ночи! – в спину мне хрипло произнес узник…
Глава 4
Мда-а-а… Так вляпаться – это еще надо уметь!
Как говорится – попаданка она и у эльфов попаданка…
Думала я, закончив навещать арестантов и устраиваясь на ночлег.
Мне предоставили целые собственные апартаменты в замке, в Шейрормире, столице государства Ээндвер, которым правил клан Адамант.
Огромные, трехъярусные покои – фактически целый дом в доме. С тремя ванными комнатами, двумя спальнями – зачем, спрашивается? Разве что сына приглашу погостить. Он у меня тоже работал медиком, только в скорой помощи. Так что мы виделись, но не часто.
Слава богу, когда мы провалились сюда через брешь в измерениях, Максим был уже вполне взрослым, и адаптировался, пожалуй, даже лучше меня. Я же резко омолодилась и уже через два дня после попадания, выглядела примерно, как он – сыну недавно исполнилось двадцать два года.
В апартаментах Терголаса были и специальные ящики с готовой едой. Она как бы плавала в сгустках энергии. Вынул – открыл герметичную емкость – и ешь, пожалуйста, в свое удовольствие. Это тоже считалось достижением именно науки, хотя вот уже больше десяти лет маги отчаянно боролись с ней, пытаясь вернуть статус кво во всем мире.
Кухня выглядела просто шикарно. Светлая, просторная, эргономичная. Шкафчики, полочки, холодильник и шкаф с готовой едой – все расположено именно так, как удобно им пользоваться. Про витражи, сложный орнамент на полу и потолке, вообще уже молчу.
Готовить тут тоже не возбранялось. Обычные конфорки на электричестве и духовка – все опять же благодаря ученым, преимущественно попаданцам – ждали своего часа.
Терголас издал указ, что эти апартаменты закрепляются за мной, как за наследницей. Фактически это было, как купить квартиру в многоэтажке. Весь дом тебе не принадлежит, а эти комнаты – абсолютно.
За что мне дарована подобная милость?
За то что в последние год с небольшим именно я занималась лечением пленников после пыток.
Диверсии шли год от года – то тут, то там. И вроде бы каждый раз виновников находили, казнили. Но заговорщики продолжали работать.
Терголас с Хейландиром стали более жесткими и жестокими.
Вася сказала, что со времен континентальной войны, пытки не практиковали. А вот теперь начали снова.
Разумеется, лечить после них узников было не основным моим родом занятий.
Так-то я заведовала травматологией в огромной многопрофильной клинике Васи.
Я отправилась на кухню, достала себе пюре с котлетками из индейки, салат с морковкой и сыром, и села ужинать, продолжая размышлять о своей незавидной доле.
Некоторые попаданки из нашей клиники нашли себе эльфов в новом мире и давно счастливо жили в браке. У Васи было двое сыновей от Илла и один свой – угодил сюда вместе с мамой. У Дари – Дарейны – сын и две дочери от ее принца Эландлиэля, кстати наследника Хейландира, и тоже был еще свой, попаданец. *
*Истории Василисы и Дарейны описаны в романах «Магическая хирургия – территория любви» и «Магическая хирургия – территория страсти».
У Айран – Айры – теперь заведующей хирургии – сложился брак с Аэлветом – названным сыном Терголаса Адамант, а, на самом деле, принцем династии Далмиар. Он очень обиделся на семью за то, что выгнала и предала анафеме, когда Аэлвет благородно взял на себя вину младшего брата. Ну и отрекся от клана. У Аэлвета и Айры также уже родилось трое детей: двое парней и девочка. Кроме того, у Айры также были свои сыновья – попаданцы и нареченные принцы Адамант. Можно сказать, девушки вытянули счастливые билеты.
Они жили себе большими семьями и радовались.
А я… я оказалась парой для диверсанта, что взорвал огромный склад артефактов в Академии Суперспособностей и теперь ждал либо казни, либо же исполнения договора.
Что называется не везет и как с ним бороться.
К тому же, в этом мире правили светлые эльфы. Дроу и темные имели голос, конечно, но, в основном, именно равнинные – те, что не исповедовали старых богов и научились жить при свете солнца. Горные и староверы отправились за Грань – эдакий силовой купол на другой части планеты. Там же теперь, вообще отдельно от всех, огороженные собственным силовым куполом, жили и хунды – эдакие полуоборотни, выглядящие, как недообращенные или волколаки из сказок. Они воевали с эльфами за право править на континентах… и с треском проиграли войну. Поэтому теперь поселились в резервации.
Горные дроу и темные эльфы вообще не выносили солнечный свет – прямые лучи их обжигали, рассеянные же причиняли ощутимый дискомфорт. Аттаны были особняком. Я слышала про это племя, причем, как ни удивительно, совершенно недавно. Как говорится – сон в руку.
Аттаны могли точно также жить при свете даже самого яркого солнца, как и равнинные дроу. Также, как и они, тренировались многие годы, и даже себя селектировали – то есть, оплодотворяли женщин семенем мужчин, что легко переносили солнечный свет. Кстати, алые и красные пряди в волосах, по слухам, были как раз побочным эффектом этой селекции.
Учитывая, что всем детям этого племени с рождения перекрывали поток истинности, им было все равно с кем иметь детей и каким образом их зачать: естественным или искусственным. Инстинкты и потребности тела ведь тоже никто не отменял.
У некоторых энергетика все же чудила – и истинность проявлялась, в итоге. Но большинство не могли ни любить, ни, по-настоящему, дорожить половинкой. С кем родители или владельцы свели – с тем и жили, с тем и рожали потомство.
Аттанов очень ценили за Гранью как раз за то, что они с четырех лет тренировали лучших мальчиков, чтобы те стали наемниками. А точнее даже – практически рабами. Их покупали и продавали. Но обращались, вроде как, вполне уважительно.
Если аттан считал, что хозяин перешел черту, истязает или требует невозможного, он мог созвать совет эльфийских племен, и владельцу отказывали впредь вообще иметь подобных наемников.
В общем, аттаны были рабами, но с серьезными для рабов привилегиями.
Видимо, этим и объяснялась наглость нашего шикарного узника.
Впрочем, я однозначно покупать мужика не буду.
Да и раб мне не нужен: ни в постели, ни в качестве охраны. Конечно, соблазнительно заполучить подобного телохранителя, да еще и любовника, когда пожелаешь… Отчасти я понимала женщин, что приобретали аттанов для утех…
Но нет, это точно не мой вариант.
Весь вечер прошел в мыслях о пленнике, из-за которого охранник-арестант, в итоге, остался без штанов.
Но, кажется, он не особо рассчитывал. Тем более, что ему, как выяснилось позже, из дома принесли немного одежды.
После некоторой передышки и наслаждения тишиной, я освежилась и, набросив тонкий халат, подошла к зеркалу от пола до потолка. Оно висело между ванной и спальней, в хорошо освещенном закутке коридора.
Сбрызнула лицо местным тоником – он мгновенно увлажнял и придавал коже свежесть даже после тяжелого дня – и вгляделась в свое отражение.
Большие янтарные глаза – лисьи, как говорят – широко распахнутые, подчеркивались длинными черными ресницами – редкость для тех, у кого рыжие волосы. А я была огненно-рыжая после попадания, в своем мире – шатенкой. Длинные пряди совсем отросли, и теперь покрывали спину и ягодицы.
Фигура у меня всегда была то, что надо. А тут грудь стала еще более высокой, упругой, попка – крепче, круглее, талия – совсем тонкой, изящной. Как выражались – вот-вот переломится. Длинные ноги и светлая кожа, без малейших пятен, веснушек дополняли мой соблазнительный образ.
В принципе, конечно, я могла понравиться и эльфу, и дроу… Я была очень даже хороша собой. Без преувеличений и самолюбований… Ничуть не менее красива и соблазнительна, чем те коллеги, что нашли себе остроухих мужей…
Но почему этот-то?
Наемник, вне закона, вне правил, который пришел делать гадости из-за Грани?
Ладно… Может все еще как-то изменится…
Я уже практически легла спать, раздумывая, почему правители так долго решают судьбу Линардила, когда на смартфон прилетело сообщение от Илла:
«Мы собираемся пойти на сделку с пленником, если, конечно, и ты согласишься. Отец дал тебе на размышления двое суток. Тогда и узник получит конечный ответ. Иначе мы будем искать, что еще ему предложить, дабы помог предотвратить новую диверсию».
«Вы поверили ему и в этом плане?» – уточнила я.
«Да. Мы еще раз пообщались с его подельником. И тот случайно выдал про вторую диверсию, узнав, что Линардил проговорился…»
«Ясно. Я согласна, Иллиндлиэль. Он ведь обещал меня не насиловать. К тому же, вы можете это предотвратить. Опять же, повесите на меня датчики, чтобы охранные механизмы замка сработали, если вдруг он попытается нарушить слово… Так что, я, вроде бы, особо и не рискую. А вот диверсии обязательно надо предотвратить. И – кто знает, может уже, наконец, доберемся до самой верхушки заговора».
«Твой оптимизм бы богам в уши», – Илл опять, похоже, воспользовался «перехваченным» у Васи фразеологизмом.
«В общем, я согласна. Два дня думать – стоит ли провести ночь с дроу, если на кону много жизней и артефакты… ну такое себе…»
«Я передам отцу… А он сообщит пленнику. Вот еще что. Ты будешь проверять узников завтра или уже полетишь в клинику? Может вообще хочешь задержаться у нас? Предоставим лучшие развлечения, или, если пожелаешь, массажи и прочее?»
«Прочее и массажи точно не нужно. Я утром проверю пленников и полечу уже в клинику. Все же я заведующая и должна следить за порядком».
Я почему-то даже боялась задержаться тут и захотеть вдруг еще и еще навестить дроу.
Нет, уж лучше уехать подальше.
«Хорошо. Тебе предоставить охрану для посещения пленников?»
«Не нужно. Я снова прикреплю датчики к телу. И если что – виновник не успеет сказать «ненавижу науку», как получит плазменный сгусток в грудь».
«Тогда, спокойной ночи. Завтра отбуду на смотр войск. Поэтому передай Васе лично от меня, что я очень люблю ее и скучаю. Прилечу к ней уже через день. И пусть обязательно возьмет выходной».
Ммм… Это было та-ак мило. Не то что «купи меня, чтобы трахаться». Илл мог послать сообщение Васе, но он, по старинке, привык говорить о личном через гонца.
В этом были все правители эльфийского мира. Многие прожили не одно тысячелетие и новые технологии принимали, вовсю пользовались, но в некоторых случаях оставались страшными ретроградами. А еще романтиками, каких поискать.
Я снова вздохнула, расслабилась и уснула.
Глава 5
Утро застало меня на ногах. Медики нашей клиники давно привыкли подниматься ни свет, ни заря. Проверки пациентов, обходы, а иногда – и срочные операции, все это приучает не спать до обеда лучше, чем будильники и самодисциплина.
К шести часам я уже поела глазунью, приготовленную лично на местной плите, заложила тарелки и чашку в посудомойку, и была готова к посещениям пациентов.
Проверила в сумочке-аптечке – все ли на месте и не закончилось ли что-то.
Бинты, ватные диски, дезинфицирующие растворы, мини-сканеры, с помощью которых я уже без своего дара, не тратя энергию, просвечивала больных и проверяла – все ли хорошо заживает.
Я надела любимые лосины с длинной туникой бирюзового цвета, кроссовки и отправилась на «обход».
Каждого пациента я внимательно осматривала. Если требовалось – обрабатывала раны. Не зависимо от того – подозреваемый это или же диверсант.
Последними были Линардил и его сообщник.
Я осмотрела первого, обработала раны уже без участия суперспособностей – все заживало, постепенно затягивалось. Хотя до выздоровления было еще далеко, хорошо, что пытки пока не планировались. Иначе парню, реально, пришел бы кирдык. Но хотя бы почти не кровило: ни внутри, ни снаружи, и рубцы начали образовываться.
Если бы это был не аттан, вряд ли он вообще после подобного выжил бы… А, если бы и выжил, то, скорее всего, остался на всю жизнь инвалидом. Способности этих дроу к регенерации, действительно, потрясали и изумляли. Я многое видела за свою работу в местной травматологии, так что мне было с чем сравнивать.
Я уже было двинулась к Линардилу, когда стража внезапно остановила.
Я даже немного опешила.
Что случилось?
Все-таки этот прохвост что-то эдакое учудил?
Сердце екнуло – я, похоже, переживала за него больше, чем нужно. Плохой, очень плохой симптом…
Эльфийский стражник поклонился и произнес:
– Подождите, госпожа Магдалина. Дело в том, что узника перевели в помещение для гостей.
– Ого! – поразилась я.
– Да. Идемте.
Как выяснилось, теперь Линардил обитал не так уж и далеко от меня – нас разделял один пролет лестницы и большой шестигранный холл. А так – дроу поселился практически подо мной.
Разумеется, стражники его все-таки охраняли. Однако это уже совершенно другие условия.
Я в каком-то трепетном волнении, словно юная девушка, а ведь пенсионерка уже, если вспомнить мой возраст на Земле, вошла в покои и двинулась в поисках пациента.
В гостиной Линардил не обнаружился. Кухня тоже оказалась пустой.
Я подошла к дверям спальни, опасаясь, что он еще спит, и – не дай бог – обнаженным! С этого хулигана еще станется! Поэтому вначале позвала Линардила.
После минутной тишины окликнула его более настойчиво.
А потом еще пару раз.
Дроу не отозвался, я заглянула, выдохнула, что его нет, и отправилась дальше искать.
Возле следующей спальни я поступила в точности также, и Линардил там опять же не обнаружился.
Я прошла практически все апартаменты, недоумевая – куда он мог подеваться.
Неужели, и впрямь умудрился сбежать?
И это при гвардейцах-то возле дверей в апартаменты и по периметру замка, обязательно под окнами гостя-узника. Я даже видела, как они прохаживались взад-вперед, потому что шторы оказались сплошь не задернуты.
Впрочем… это же чертов аттан! Возможно, их и подобному обучали…
«Ты даже не представляешь, что я могу…» или что там он вчера мне сказал?
От этой мысли я пришла в полнейшее смятение. С одной стороны, я была даже рада, что не придется проверять себя ночью с дроу. Этот гад явно имел не один козырь соблазнителя в рукаве. С другой… как-то стало слегка неприятно, отчасти даже грустно, что все закончилось… Наше общение, знакомство… Все эти странные танцы друг вокруг друга…
Взгляды, от которых бросает в жар, касания, после которых дышится через раз, и ноги резко становятся слабыми, вялыми…
Фразы, за которыми и бравада на фоне страсти и страсть на фоне бравады…
Проклятье! Похоже, он чем-то меня все-таки зацепил. Может и не так, чтобы я его покупала или даже помыслила о подобном. Но…
Я словно втайне даже от себя самой рассчитывала на «второй раунд»…
Почудилось, слышу возглас…
Я напряглась, сосредоточилась, но больше ничего различить не смогла.
Показалось все-таки? Или нет?
Че-ерт! Как же я сразу об этом-то не подумала!
Вспомнилось помещение, которым сама в этом замке пока ни разу не пользовалась.
Мда-а-а… Очередная проверочка для моих нервов? И либидо?
Очередная попытка меня соблазнить?
Вдруг послышался еще возглас…
Я снова сконцентрировалась, вся обратилась в слух…
Нет, больше ничего не доносилось.
И все-таки, почему-то казалось, что не почудилось, и я права – дроу решил намеренно меня подразнить, причем так, как у него еще не было шанса…
Это будет что-то, если я не ошиблась…
Представляю, в каком он там виде, позе и вообще…
Учитывая предназначение помещения.
У эльфов оно называлось «купальня».
По факту же, это было нечто вроде бассейна, куда наливалась вода разной температуры, состава и даже можно было нагнать водоросли, рыбок.
В замках высокородных эльфов подобные штуки делали сплошь и рядом.
Я же не любила бассейны, предпочитая море и теплые озера, поэтому и не пользовалась своим. Мне вполне хватало банального душа или, если совсем хотелось расслабиться, ванны – они в этом замке делались словно на шестерых…
У дверей купальни я уже поняла, что Линардил сейчас именно там.
Изнутри раздавалось пение чистым, журчащим голосом дроу. Он выводил что-то на своем языке.
Пока думала – войти или вызвать его наружу, послышалось:
– Моя маленькая целительница вернулась? Осмотреть пациента? Так я готов. Заходи, не стесняйся! Я тебя ждал!
– Это еще кто будет стесняться! – возмутилась я и решительно вошла в дверь купальни, тут же осознав собственную ошибку и способность дроу к манипулированию.
Разумеется, он лежал в воде, с кувшинками, как в озерах за Гранью, и конечно же – совсем обнаженным. Да, блинчинки! Кто б сомневался!
Не знаю уж, как все выглядело ночью и до моего появления, но, когда я вошла, Линардил словно нарочно чуть приподнялся над водой, демонстрируя огромный стояк.
– Хочешь проверить все мои органы и члены? – уточнил он, хищно прищурившись и вскинув густую, но изящную бровь. – Ну давай. А то, может, присоединишься? Тебе ведь разрешено, разве не так? Я знаю, что ты здесь не просто гостья, у тебя есть огромные привилегии.
– Давайте-ка вылезайте, а я осмотрю вас снаружи! – распорядилась я как можно уверенней, потому что голос предательски дрогнул и дыхание слегка сбилось.
Еще бы! Он был так хорош сейчас, без ран, без следов взрыва на теле – расслабленный и гибкий, как большой кот. Совсем без белья, которое несколько сдерживало «порывы» дроу. Линардил закинул руки за голову, оперся спиной на гелевую подушку края бассейна и еще чуть приподнял бедра – видимо, чтобы мне хорошо было видно.
– Я не буду с тобой купаться! И осмотрю тебя в соседней комнате.
Я собиралась крутануться, когда послышался всплеск, и Линардил встал из воды. Вот теперь я немного опешила. Смотрела и только быстро моргала.
Весь сотканный из литых мускулов, в мелких капельках воды по всему телу, без малейших волос, гладкий и глянцевый… Он выглядел ну просто шикарно.
Я ощутила, как стало тепло в животе, и легкий спазм прошелся внизу.
Дроу, тем временем, ухмыльнулся и произнес:
– Я иду, иду, моя госпожа… Ты ведь приказала. А я хочу, чтобы ты поняла, какой я хороший, какой я послушный. И купила меня себе для утех и охраны.
Опять он за свое!
– Прекрати ты про это… Я не буду покупать себе мужика!
– Купи Линардила, – промурлыкал дроу и медленно, шаг за шагом двинулся в мою сторону. Он стоял сейчас на дальней стороне бассейна и, чтобы дойти до меня, должен был пересечь его целиком.
Линардила это, похоже, очень устраивало.
– Я бы подождала снаружи, – произнесла я, чуть дернувшись.
– Зачем? Тут прекрасные кушетки, – он указал на диванчики возле стен, где обычно нежились после плавания.
И продолжил неспешно шагать, демонстрируясь буквально весь, чуть приостанавливаясь, словно продолжая меня дразнить.
– И вот так со вчерашнего дня, моя госпожа. Чуть расслабился, успокоился, все, так сказать, улеглось… Подумал о тебе – и опять… А вспоминать тебя, крутить в мыслях детали, сладкие мгновения нашего общения, разговоров – то наслаждение, от которого я не могу отказаться, моя госпожа. Ну не хватает у меня силы воли… Столетьями тренировал ее… и все без толку. Перед внутренним взором так и встает твой образ, как ни старайся отвлечься или озаботиться чем-то другим. Твои огромные озера-глаза, в которых тонешь, не осознавая. Твои губы, словно сочный маленький бутон, такой яркий, такой манящий, такой лакомый… Твои волосы как заря… как утренние всполохи солнца на небе… Твои груди… как спелые яблоки, изгиб между талией и круглой попкой, от которого голова кружится… Ммм… О каком успокоении может быть речь, моя госпожа? Зря ты не хочешь этим воспользоваться…
– Сам пользуйся, – зачем-то ответила я, будто отгораживалась от слов, которые снова опутывали, окутывали каким-то сладким, горячим коконом.
Я прекрасно осознавала, что остроухие – мастера красочно выражаться. Пожалуй, даже слишком изысканно и пафосно, чтобы верилось. Их комплименты – это отдельный вид искусства, пожалуй.
Но слова Линардила почему-то все равно находили дорожку к моим чувствам.
Вот находили они ее – и все тут.
К тому же, дроу не так распинался, как многие знакомые мне эльфы. Его комплименты были немного другие. Без излишне высокого слога, без этого ощущения заученных фраз и заковыристых выражений, в которые завернуто исключительно желание мной воспользоваться…
Или это только я так воспринимала по непонятной себе самой причине?
А может все дело было в том, как он говорил? С придыханием, временами с хрипловатыми нотками возбуждения, с легким песком, даже когда голос становился практически чистым?
И как смотрел. Так, будто вот-вот проглотит и одновременно, словно нет в мире ничего лучше меня, прекрасней, нет ничего, чего он хотел бы сильнее. Это голодный, сверкающий, лихорадочный взгляд мужчины я ни с чем бы ни спутала.
Временами Линардил еще и облизывал губы. Ме-едленно так, со вкусом, словно убирал нечто сладкое, липкое, и получал огромное удовольствие от того, что оно тает во рту…
Умом я хорошо понимала, что лучше выйти и подождать дроу снаружи.
Но у меня словно ноги вдруг отнялись.
Я как стояла, так и стояла, ощущая, что колени не гнутся и вообще ноги внезапно стали практически деревянными.
Ощущая, что не могу, просто не в силах сделать хоть шаг.
Вот будто двинусь – и упаду.
Я почему-то, словно загипнотизированная, смотрела на Линардила, а тот приближался, во всех красках демонстрируя свою наготу.
Пересек бассейн и начал подниматься по ступенькам, опять же перетекая, гибко, пластично, неспешно.
Стоящий член перекатывался справа налево, пока он неторопливо шел по ступенькам.
Должна признать, я никогда не находила эстетики в мужских гениталиях. Но сейчас… немного поменял�