Леди в синем. Развязка

ПРОЛОГ

София Плутова либо Леди в синем, кадет Военной Академии Зеридской Конфедерации.

Как удивительно иногда судьба играет с жизнями. С Сониной жизнью она постаралась на славу. Прошло всего неполных пять лет, а оглядываясь назад, Соня могла четко видеть до и после.

С момента совершеннолетия и обретения своего дара, девушке пришлось преодолеть много трудностей и препятствий, которые стояли у нее на пути. Они только закалили ее. Однако, помимо того, факта, что Соня смогла сжиться с новыми возможностями, дарованными Богиней «Судьбой», она приобрела много чего другого.

За эти годы она смогла освоить огромное количество информации, о которой ранее не то что не знала, а даже не слышала и не подозревала. Ей удалось обзавестись надежными друзьями, которые воспринимали ее как младшую сестру, и даже мачехой, которая очень гармонично вписалась в ее с отцом жизнь. Соне удалось найти любовь, которую только предстоит попробовать на вкус и узнать все ее оттенки.

Спустя столько времени стало проясняться все то, что так волновало девушку и не давало ей покоя.

К великому сожалению, горькая пилюля в этой истории тоже есть. Куда же без нее! Жизнь не может состоять только из прекрасного, как бы сильно любой из нас этого не хотел.

Сонина пилюля была раскушена не ею, но страдать и жить с ее последствиями придется ей.

Адмирал Генри Плутов, который шел по следу заговора, был убит. То недолгое счастье, которое Соне довелось испытать, прожив в полноценной семье, было у нее отнято.

Как жить дальше? Непонятно! Что делать с всепоглощающим чувством вины? Неизвестно! Как побороть те мысли о том, что только из-за своих способностей Соне довелось влезть в заговор, который в итоге и убил ее отца? Что сделать такого, чтобы облегчить груз вины и печали?

Выход Соня видела только один! Найти виновного, раскрыть заговор и отомстить! Для этого ей всего лишь необходимо завершить обучение и стать сильнее и умнее. Ей необходимы умения, которые помогут ей в борьбе с врагом, о котором она знает только отдаленно. Девушке необходимы союзники, а главное поддержка любимого мужчины, без которой она сломается, рухнет в бездну отчаяния и погибнет, потеряв саму себя.

Соня поставила себе цель, и теперь пришло время совершить первые шаги по ее реализации, а для этого ей вначале необходимо открыть глаза, которые сейчас плотно закрыты как в прямом, так и в переносном смысле…

Глава 1

София Плутова либо Леди в синем, кадет Военной Академии Зеридской Конфедерации.

Соня пришла в себя уже в привычном для себя виде. Она находилась в «Туманке». В медицинской капсуле, которая должна была ее вылечить или восстановить силы. В этом аппарате постепенно уходил газ и туман, который всего мгновение назад полностью окутывал ее. Туман ушел, чтобы открыть ей картину того, что происходит за его пределами.

Помещение, которое она видела совсем недавно, ничуть не изменилось с последней Сониной встречи с Анисом. Белые стены, полки, которые были забиты различными препаратами и аппаратами для лечения, проверки здоровья и состояния дара. Кресло для осмотра, которое почти сиротливо располагалось посередине помещения, где ей приходилось проходить проверку совершенно недавно, сейчас было оккупировано абсолютно не больным гуманоидом. Хотя это как посмотреть.

Врач, который сейчас там находился, спал. Мирным его сон не был.

Анис был погружен в сон, которое наступает от вымотанности и сильной усталости. Состояние, когда, как бы ты ни боролся со своим переутомлением, ты все равно проиграешь. Это состояние сильнее любого, и это то, что сейчас настигло мужчину.

Даже не очень приглядываясь, можно было увидеть бледность кожи мужчины. Обычный светло-оранжевый цвет с оттенком морского песка сейчас заменял бледно-желтый оттенок. Ничего удивительного для некоторых тетроидцев, к расе которой относился мужчина, но не для этого конкретного «пациента».

Глубокие синяки прочно залегли вокруг глаз. Морщины возле губ и на лбу периодически напрягались. Что бы ни снилось Анису, это явно не доставляло ему много удовольствия.

Постепенно, просматривая все малейшие нюансы, которые Соне было хорошо видно с места своего наблюдения, девушка осознавала, что мужчина, который сейчас спит совсем недалеко от нее, недавно открылся ей. Он не сказал три заветных слова, не клялся в любви и вечной верности. Нет! Он поставил ее в известность, что не отпустит.

Для девушки, которая жила последние четыре с половиной года в неизвестности о том, что происходит между ними двумя, это было много. Эти слова определяли ее планы о части ее будущего, которую она посвятит отношениям, семье и личному счастью…

Как бы ей ни хотелось вспоминать о том, что произошло после того, как он сказал эти слова и после того, как состоялся ее разговор с основным куратором ее потока и группы, вице-адмиралом Ричардом Силом, она не могла этого забыть.

Ее отца, опоры и самого дорогого неридианца не стало. Генри, больше нет!

Эта новость выбивала из колеи и поглощала все – абсолютно все мысли, которых сейчас должно было быть множество у девушки в голове. Это известие полностью овладело Саниным вниманием, и если бы не откат от вспышки сил, то еще неизвестно, как Соня себя повела.

Опустошенность и всепоглощающая апатия – это то, что было ей сейчас доступно, и то, что позволяло все еще находиться сейчас на плаву сознания.

Соня лежала в «Туманке» и пыталась понять все те стадии утраты, о которых ей рассказывали на уроках на психологической подготовке. Ее тревожил вопрос – придется испытать ей эти стадии на себе или нет?

Имея отца, который связал свою жизнь с военной отраслью, между ней и Генри не раз происходили разговоры о том, что ей придется делать и в какой последовательности в случае его гибели. Адмирал Генри Плутов не напрасно ел свой хлеб. Стратег, или, как часто его называли Великий Стратег, мог просчитать почти все. Почти…

Как было бы просто сейчас обвинить ее теперешнюю мачеху, Адмирала Веронику де-Вайи, в том, что по ее вине погиб отец? Ради того, чтобы быть вместе с ней, он отказался от дара и потерял способность к спасению. Как бы было просто перекинуть всю вину на эту женщину, но Соня не могла…

Сила ее отца ушла бы от него, даже не будь они вместе. Он полюбил ее и тем самым нарушил условия, которые ему были поставлены для их обладания. Это даже не был его выбор. Сердце решило за него. И как бы больно ни было, Соня была рада, что пусть недолго, но она снова увидит его счастливым и не одиноким. Пусть это были всего пару месяцев, но они были в его жизни.

Жестоко, что, только обретя свою вторую половину, ее отцу было суждено так скоро уйти, а его жене, которая даже не успела поменять фамилию, стать вдовой.

Сейчас, когда у девушки было куча времени на размышления, Соня старалась не поддаваться чувствам и подумать, что с ней происходит и что делать дальше.

После пережитого всплеска своих сил, она временно осталась эмоциональным инвалидом. Ранее ей доводилось переживать срывы, но они были даже не близки с тем, что с ней случилось совсем недавно.

Софии, наверное, повезло, что откат вылился именно в такой форме. Она была опустошена не только физически, с чем «Туманка» успешно справилась, но и эмоционально. Отдав все, что она испытывала, у нее почти ничего не осталось. Только обрывки, огрызки, которые нуждались в починке и восстановлении. На это уйдет некоторое время. Может, часы, может, дни, а есть вероятность, что и вовсе недели. Сказать точно никто не брался. Не выгорела и на том спасибо.

Логически анализируя то, что ей говорили на уроках, Соня вспомнила все пять стадий пережатия, острого горя и утраты.

1. Шок и уход от реальности.

2. Столкновение с реальностью и осознанием утраты.

3. Стадия острой боли.

4. Стадия восстановления.

5. Начало новой жизни.

Первую Соне довелось встретить в кабинете куратора. Вторую она проходит сейчас, хотя и не совсем стандартно, в связи с тем состоянием, в котором она находится. Скорее всего, третью из них ей доведется встретить чуть позже. Она придет с задержкой в момент возврата Сониного эмоционального выздоровления. Что касается двух последних, то для того, чтобы восстановиться и начать новую жизнь, ей необходимо две вещи – Анис и свершившееся месть.

Почему-то выбранное слово – месть – нельзя было заменить справедливостью.

Девушка, которая сейчас находилась в «Туманке», перестала рассматривать все вокруг и плавно подняла руку к крышке для того, чтобы ее открыть. Она устала ничего не делать. Даже если это просто находиться на одном месте.

Бездействие было не то, что сейчас было ей необходимо. Соне нужны были ответы, которых у нее не было, но они могли быть у других.

Дождавшись, пока капсула откроется, девушка аккуратно вышла наружу. Остро ощутив, как ноги соприкасаются с чуть прохладным полом стерильно белого цвета, что на мгновение заставило ее замереть. Преодолев первый шаг, за ним последовал следующий, такой же плавный и бесшумный.

Она ступала тихо, чтобы ненароком не разбудить спящего мужчину. Обойдя по кругу смотровой стул, который временно стал кому-то кроватью, девушка добралась до одной из дверей, за которой, она уже знала, находился душ.

Проскользнув туда, Соня скинула халат, который был накинут на ее плечи, и позволила себе окунуться в мгновения, когда вода смывает все. Она смывает горе, радость, печаль, разочарование, одиночество, утрату. Вода была лучшим лекарством, которое могло ей помочь и отрезвить ее. Вода для неридианки была своего рода проводником, который помогал ей скинуть всю тяжесть навалившихся эмоций, которые она получала с момента обретения своего дара и по сей день.

Может, Соня и была временно эмоциональным инвалидом, но соблюдение самого ритуала очищения очень способствовало поднятию ее морального духа. Привычная вещь, которую она проделывала далеко не в первый раз, несла за собой нотки спокойствия и равновесия, которого ей сейчас так недоставало. Омовение смывало все то, что сейчас Соня была не в состоянии ощутить и испытать.

Закончив все процедуры в душе, девушка специально не стала пользоваться программой сушки, а схватила с полки пакет с формой, которой задала необходимый цвет и размер. Форма была стандартной и привычной, что очень облегчало дело. Необходимость куда-то переться для того, чтобы найти себе конкретную форму, отпадала моментально, что очень упрощало жизнь не только студентам, но и врачам.

Облачиться в синюю форму было делом минуты. Перекинув мокрые волосы за спину, тем самым почти моментально намочив спину, она открыла входную дверь и босиком вернулась в главное медицинское помещение, где до этого находилась.

Дорожка капель, которая стекала с ее волос, была видна только на расстоянии метра, все остальное пол успел уже впитать.

Удобно – особенно в таких местах, как медблок, где уборка за пациентом и любыми его жидкими выделениями, будь то кровь, моча или другие органические отходы – ранее занимала львиную долю времени персонала.

Хорошо, что ее не поместили в стандартный медблок, который был рассчитан на множество больных, и ей не пришлось сейчас беспокоиться о своем внешнем виде перед другими.

Анис уже не спал. Он сидел в кресле, которое поменяло немного форму, чтобы его обладателю было удобнее. Было видно, что Анис все еще находится далеко не в лучшем состоянии и не в лучшей форме, но даже то, что он проснулся, было для него большим достижением в его то состоянии.

Мужчина ждал ее.

– Привет… – почти шепотом произнес он. – Как ты себя чувствуешь? Я не услышал, как просигналила «Туманка». Ты давно вышла?

Как же много вопросов для нее одной!

Привет. – совершенно бесцветным голосом ответила она. – У меня откат, и сейчас я не в состоянии ничего испытать. Это не образно, если что. – решила уточнить она. – Я пришла в себя недавно, ты спал, и я не стала тебя будить.

Решив обозначить все, что потом как-то может повлиять на их дальнейшее общение, сразу, было самым необходимым делом, которое она совершала после каждого отката и которое вошло в стадию рутины для них обоих.

Хорошо, что такая черта, как логика, человечность и разум в момент отката не отключаются и Соня не превращается в подобие робота, которым глубоко наплевать на все и всех.

Понял. Тогда вопрос о том, что ты чувствуешь, я задам потом. – То ли пошутил, то ли рассуждал он в слух. – Последние пару дней выдались тяжёлыми, я замотался и не услышал сигнала, но теперь, когда ты наконец очнулась, я проверю твое состояние.

Мужчина встал с кресла, и до того, как Соня успела сообразить, что происходит, Анис притянул ее в свои объятия. Он не пытался к ней приставать. Это были объятия поддержки, в которых нуждался прежде всего он сам.

Зачем? – спустя время спросила Соня.

– Я слышал ту часть, где ты говорила, что у тебя откат, но это нужно не только тебе, но и мне. Ты даже не представляешь, как сильно я испугался за тебя, когда у тебя случился срыв. Может, ты сейчас и не осознаешь этого, но будь у меня шанс, я бы забрал эту боль себе, лишь бы тебе не было плохо. – Он позволил немного увеличить расстояние между ними для того, чтобы заглянуть ей в глаза, и добавил. – Я знаю, что сейчас не время и не место, но знай, что я не отказываюсь от своих слов и намерен заявить на тебя права. Ты только не отталкивай! Позволь мне помочь. Позволь стать той опорой, которая сможет помочь тебе продолжить жить. – Мужчина смотрел четко в глаза своей девушке и пытался донести то, что сейчас чувствовал.

Соня, которая сейчас мало что могла испытывать, видела всю ту поддержку, которую ей протягивали, и не могла отказаться. Это было выше ее сил.

Хорошо. – ответила она. – Дай мне время восстановиться, и мы вернемся к этому. Сейчас я не способна думать о таких вещах, как чувства… Мне необходимо разобраться с похоронами, если их уже не провели и позвонить Адмиралу Де-Вае, чтобы узнать, что на самом деле произошло.

Анис не стал отвечать. Он только плотнее ее обнял, чтобы спустя минуту отпустить и усадить в кресло для того, чтобы проверить, действительно ли она восстановилась.

Проверку они совершали молча, а после Соня просто ушла. Анис, который сейчас был не в силах помочь женщине, которую любил, смотрел ей вслед до того момента, как дверь автоматически вернулась на прежнее место, тем самым отсекая Соню от него.

Глава 2

Вероника Де-Вае, Адмирал Зеридской Конфедерации.

Разговор с Вероникой Де-Вае состоялся следующим утром. Разговор был личным, так как Адмирал Де-Вае часом ранее прилетела на базу для того, чтобы продолжить вести практику.

Многие могли бы воспринять столь быстрый возврат Адмирала на работу после того, как умер ее муж, слишком быстрый и безрассудный, но, к их счастью, никто не знал о том, что брак между Вероникой Де-Вае и Генри Плутовым вообще состоялся. Многие знали их как коллег и хороших знакомых, но не как любовников, а тем более супругов.

Судьба сложилась так, что только несколько личностей знали об этом эпизоде в их жизни, и как бы жестоко это ни было, сейчас это играло им на руку.

Преподнеся себя как сослуживца, которому не удалось спасти своего коллегу, Вероника Де-Вае смогла без проблем вернуться к своим обязанностям для того, чтобы понять, что она упустила.

Ей было невыносимо больно от потери любимого мужчины, которого она обрела совсем недавно и на столь непродолжительный срок. Последние дни она только и делала, что пыталась снова собрать себя воедино. Получалось откровенно плохо.

Сложно стать цельным, когда часть тебя была вырвана у тебя из груди, но только создав видимость того, что она способна вернуться к работе, позволит ей найти то, что ей так нужно. Веронике был нужен убийца и заказчик, и она была ближе всех для того, чтобы отыскать его.

Генри и она шли по следу заговора уже не один год. Они смогли нащупать некоторые детали, связанные с тем, что в их Конфедерации назревают перемены и неприятности, но пока что все было хаотично. Точной связи между всеми случаями не было, и сказать точно, что это рук – дело одной и той же организации, было невозможно.

Что смог уловить ее муж, но не она, Вероника не знала, но была намерена это вычислить.

Вернувшись на базу, которая сейчас вела наблюдения за учениками ВАЗКа, которые проходили практику, Вероника Де-Вае первым делом отправилась к вице-адмиралу Ричарду Силу для того, чтобы узнать, закончила ли Соня свою практику раньше. Она хотела быть первой, кто расскажет ей о том, что случилось за то время, которое Вероника отсутствовала и не выходила на связь.

Как бы странно это ни было и как бы она себя ни чувствовала, но совсем недавно у нее появилась дочь. Может, Соня и не была ее родным ребенком, но это не отменяло того факта, что, выйдя замуж за Генри, она возложила эту ответственность на себя. Ей повезло, что в дочери ей досталась умная, сообразительная и понимающая девушка. Соня не была настолько молодой, чтобы ее опекать, но это не значит, что она не является ребёнком, у которого погиб отец и который нуждается в поддержке.

Разговор с Вице-Адмиралом прошел быстро и очень неприятно. Новость о том, что Соня закончила практику раньше, вызвала гордость, однако то, что произошло далее, привело ее в состояние бешенства. Ей не было сообщено о том, что о смерти ее мужа и его дочери уже доложили, и это привело к тому, что теперь она находится в «Туманке» после срыва.

Для того, чтобы не наговорить того, о чем потом она может пожалеть, Вероника сухо отдала честь и ушла.

С одной стороны, она была рада, что не ей придется говорить Соне о том, что случилось, с другой же стороны, она должна была это сделать сама, а не посторонний.

Совершенно не в духе Адмирал шагала по коридору, который должен был в скором времени привезти ее к ее каюте. Мимо нее сновали редкие военные и персонал, который отвечал за десантный корабль, на котором они сейчас находились. Каждый раз при ее приближении они останавливались и отдавали честь. Стандартная процедура, к которой за многие годы службы ты настолько привыкаешь, что перестаешь замечать и акцентировать на этом внимание, но сейчас это очень раздражало, ведь ей так хотелось, чтобы ее не донимали даже по таким пустякам, как приветствие.

Адмирал собиралась переодеться, а затем отправиться к Анису, чтобы узнать, как поживает Соня, но ей не пришлось этого делать…

Завернув за угол в последний раз, Вероника увидела две вещи. Первая – дверь своей каюты, а вторая – Соню, которая стояла совершенно неподвижно возле нее и смотрела в никуда.

Чуть сбившись с шага, Адмирал замешкалась всего на секунду, а затем, набрав побольше воздуха в легких, задержала дыхание, чтобы спустя короткое время выдохнуть и преодолеть последние шаги до девушки. Шаги до девушки, которая все так же не обращала внимания ни на кого.

– Соня! – произнесла Вероника, чтобы обозначить свое присутствие.

Неридианка, все также стоящая возле двери. Спустя только секунду ей удалось сбросить с себя дурман и повернуться к Адмиралу Веронике-Де-Вае.

– Да… – ответила она.

– Рада, что с тобой все в порядке. – сказала тетро… Девушка на это только кивнула. – Нам нужно поговорить, но не здесь! Предлагаю пройти ко мне.

Соня не сочла нужным что-либо отвечать. Вероника же, посчитав это согласие приложила наручный браслет к считывающему оборудованию, а затем предложила девушке пройти первой в момент, когда дверь отъехала в сторону.

Адмирал видела, что с неридианкой не все так хорошо, как могло бы показаться, но пока отложила этот вопрос на потом. Коридор не место, где им стоит обсуждать все, что пока не было сказано.

Они обе прошли внутрь, и дверь так же плавно отделила их от всех посторонних, которые иногда мелькали поблизости.

Апартаменты не были очень большими, но все еще хватало места, чтобы развернуться. Помещение было разбито на несколько частей: спальня, рабочая зона, уборная и зона отдыха. Все довольно компактно уместилось в одной каюте, но так как Соня еще не была в ее выделенной каюте, то заранее стало понятно, что ждать изысков не стоит. Даже высший состав не сильно баловали, а значит, их тем более баловать не станут.

– Проходи, садись. – сказала Тетро, указывая на один из стульев, который находился в рабочей зоне.

Проследив за тем, как приемная дочь совершенно безэмоционально проходит вперед и занимает одно из указанных мест, Вероника решила первым делом позаботиться о главном. Ничего не говоря, она направилась в ту часть своих покоев, которая отделялась под уборную. Быстро взяв все, что ей было необходимо, тетро вернулась к своей гостье, которая ничуть не сдвинулась с места.

– Вот, держи! – сказала Адмирал, при этом протягивая белое, совершенно обыденное полотенце и такого же цвета тапочки, которые были в стандартном наборе гигиенических вещей высшего состава.

– Спасибо! – Соня не стала отказываться.

Волосы после душа в медчасти все еще оставались влажными, а ноги успели немного замерзнуть, учитывая то, что обуви у нее сейчас не было. Этот момент прошел мимо нее, не отложившись в памяти как нечто важное. Сейчас ее интересовали вещи немного другого типа. Соня не стала заострять внимания даже на цветах вещей, которые были ей даны. Это вошло в такую же рутину, что, скорее всего, сейчас, дав ей новый наряд, Соня бы на автомате провела бы манипуляции с заменой цвета и размера, при этом совершенно об этом не думая. Смысл? Ее способности пока ей недоступны, а значит такой пустяк, как цвет, сейчас можно не брать в расчет.

– Ты только из «Туманки»? – решила начать разговор с нейтральной темы Вероника.

– Не совсем… – Соня быстрым, совершенно привычным движением повернула правую руку на себя для того, чтобы проверить время. – Я была у Аниса примерно час назад. Узнала, что ты вернулась, и решила подождать… – Она запнулась, а затем девушка, которая смотрела в одну точку, повернула лицо и пристально посмотрела собеседнице в глаза. – У меня есть вопросы.

Женщина, которая пристально наблюдала за приемной дочерью, четко улавливала каждое мимолетное движение и фразу, которые были ей сказаны. Это было важно. Даже будучи Адмиралом, она точно не знала, что за силы кроются в этой юной неридианке и можно ли уже начинать беспокоиться. Создавалось впечатление, что с девушкой не совсем все в порядке, однако это не удивительно. Сама Вероника была в похожем состоянии всего пару часов назад и прекрасно понимала, что сейчас творится у девушки на душе и сердце.

– Знаю. Нам многое предстоит обсудить. – смиренно начала тетро. – Начну с того, что твой отец был бы горд тем, как продвигается твоя учеба. Ты в числе первых, и это многого стоит. Твоя практика этому подтверждение. – Вероника тяжело вздохнула перед тем, как перейти к той части, которая не доставит ей никакого удовольствия. – Я не знала, что ты закончила практику раньше, и тебе поведали о смерти Генри…– она запнулась, пытаясь все еще удерживать все те кусочки, которые совсем недавно соединила воедино вместе. – Я думала, успею до твоего возвращения. То, что тебе не поведали о смерти твоего отца сразу после его кончины, тоже не было мне известно до недавних пор. Прости! – Хотя Вероника и не была виновата, но она считала, что обязана объясниться.

Соня сидела молча. Временное выгорание было сейчас как никогда кстати. Она все понимала, принимала, но эмоции не затуманивали ее сознание. Было ли это хорошо или плохо, сказать было сложно, но это было реальное спасение для нее сейчас, и это факт.

– Ты не виновата. –совершенно спокойным тоном ответила она. – Перед тем, как мы продолжим, ты должна знать, что сейчас я совершенно безэмоциональная. Я как пустой сосуд. –привела Соня пример и перед тем, как со стороны тетро последовали вопросы, добавила. – Это последствия срыва, и это временно.

Вероника кивнула, принимая это к сведению.

– Хорошо.

– Меня сейчас интересуют несколько вопросов, и если ты не против, я перечислю их все. –решила сразу перейти к делу Соня. Мачеха против не была и только кивнула в ответ. – Как он умер? Кто его убил? Почему его смерть держится в тайне? Состоялись ли похороны? Что ты будешь делать со всем этим и останемся ли мы семьей?

Вопросов было не так уж и много, но каждый из них был как выстрел из оружия высшей мощности, который разрывал и так поврежденный орган Адмирала еще на более мелкие кусочки.

Да! Она была военным. Да! Она работала в этой отрасли много-много лет и да! Она успела зачерстветь во многом, но Вероника все еще оставалась женщиной. Под маской уверенности и сдержанности сейчас находилась женщина, у которой отняли самое дорогое, и ей только предстоит понять, кто это сделал, и как продолжать жить, зная, что у нее была возможность на счастье в будущем в объятиях любимого мужчины, но у нее эту возможность отняли.

Две сильных, но временно сломанных женщины, которые совмещали в себе огромное различие между собой и невероятную схожесть, сейчас сидели и молчали. Они обе думали. И мысли были далеко не радостные.

За это время Де-Вае успела привести свои мысли в относительный порядок, чтобы начать отвечать на вопросы.

– Я не знаю, кто его убил, пока… – женщина специально выделила последнюю часть. – но я выясню, в этом можешь не сомневаться. –уверенно ответила она, при этом в ее взгляде и позе было столько обещания, что не поверить было невозможно.

– Я знаю, и я помогу! Это из-за меня он влез во все это. Только благодаря моему дару он стал вникать во все это, и только по этой причине его не стало. – сухо прокомментировала Соня.

– Я не стану тебя убеждать в обратном. Это бессмысленно! Я знаю… знала… Генри достаточно хорошо понимал, даже не будь первоначально информатором ты, он сам бы влез бы в это дело. Мы были в этом похожи. –сС грустной улыбкой сказала она. – Может, это было даже тем звеном, которое изначально меня привлекло в нем. Он шел к своей цели, несмотря ни на что. Его упорству можно было позавидовать. Его же упорство его и сгубило.

Вероника, которая за время разговора успела присесть, решительно встала и сбросила свой китель, а затем вновь повернулась к Соне, но садиться обратно не стала.

– Он нашел что-то, о чем не сообщил мне, а мы в этом деле были напарниками. Мы шли по той ниточке, которую ты дала нам с самого начала вместе, но я что-то упустила, а он решил не делиться. Точно сказать не берусь, но похоже на то, что он был очень близок к тому, чтобы узнать что-то важное и ему помешали. Он оказался очень близко, что и стало причиной его гибели. Я не знаю, кто его убил. Знаю, что исполнитель и заказчик разные лица, и я найду их всех!

Женщина прошла к столу, который был чуть в стороне от них, и наполнила стакан водой, которая была доступна в пищевом аппарате. Жестом предложив напиток Соне, но та отказалась. Пару мгновений тишины за время, которое Вероника быстро опустошила содержимое бокала и отставила его в сторону. Разговор продолжился.

– Похороны были совершены в космосе, как он и хотел… – она уточнила. – Мы много успели поговорить, и это была его воля. Прости, что ты не присутствовала там. Я была против, но это был приказ свыше. Оспорить я не смогла, хотя пыталась уже поверить мне. – Тетро улыбнулась, но улыбка получилась печальной и даже зловещей. – Когда мне сообщили о том, что он находится в плену, я и моя команда сделали все, что могли, чтобы спасти его, но на тот момент, когда нам удалось до него добраться, было уже слишком поздно. Он был мертв задолго до того, как нам удалось добраться до места, где его держали. Скорее всего, так и не получив того, что они от него хотели, они не стали с ним церемониться. Блин! Похитители даже не потребовали выкупа или ультиматума. Да чтобы тебя!!! – Адмирал была зла, как тысячи чертей.

Женщина, которая так старалась держать маску перед другими, потеряла свой хваленный контроль. Она схватила бокал, который совершенно недавно держала в руках, и швырнула его в стену. Он разбился с оглушительным звуком, принося за собой тишину.

Адмирал даже не стала обращать внимание на осколки, она просто продолжила говорить.

– Они не дали мне даже возможности спасти его. Отняли его у меня и тебя. – Тетро не кричала, она шептала, и это было еще зловеще, чем, будучи на пике своих эмоций начать выплескивать все накопившееся в виде крика. – Я не знаю, что я буду делать дальше и как жить. Сейчас я не способна об этом думать. Это выше моих сил, но могу сказать тебе две вещи наверняка… – Вероника вернулась в кресло и уставилась в Сонины глаза, которые неотрывно следили за ней. – Я отомщу, и мы с тобой семья. Пусть нестандартная и всего из нас двоих, но семья, которая превыше всего. Когда мы с Генри сошлись, я обещала ему, что в случае чего позабочусь о тебе, и я не намерена нарушать данное обещание. Теперь ты моя дочь, а я твоя мать, и только так ты можешь прийти ко мне в любой момент по делу или просто так. Хочешь афишируй это всем, а хочешь оставь эту информацию между нами, мне все равно. Это ничего не изменит, но знаешь, что сейчас пока о нашем родстве и моем браке никто не знает, у нас есть преимущества в поимке тех, кто забрал у нас Генри.

Соня смотрела на «мать» и понимала, что, даже будучи безэмоциональной, ей было очень важно и необходимо не только услышать все вышесказанное, но и увидеть те эмоции, которые сейчас читались в тетро – которая была ей сейчас ближе и родней почти всех во вселенной.

– Спасибо! – первое, что ответила девушка. – Мне было важно услышать это все, и ты права: незнание о нашем родстве окружающим сейчас играет нам на руку, поэтому считаю лучшим оставить это пока в тайне.

– Ладно. – приняла Вероника решение дочери.

Для обоих новый статус их отношений, к которому они пришли, был непривычен. Одно дело обговорить этот аспект их жизни, но принимать его номинально и совсем другое дело принять звание матери и дочери сердцем и разумом, даже изначально не будучи ими.

– Раз мы решили эти вопросы, то у меня остался всего один дополнительный вопрос… – уже не столь спокойно сказала Соня.

Эмоции постепенно начали возвращаться. Пока они были как маленькие проточены в огромной дамбе, но процесс был запущен, и только дело времени, когда этих маленьких проточено станет настолько много, что дамба не устоит и полностью поглотит своего носителя. Дай Богине, чтобы в момент, когда это случится, рядом никого не было. Контролировать себя Соня вряд ли сможет, а жертв и свидетелей своей боли она не хотела.

– Как я могу сейчас помочь тебе в расследовании? – спросила женщина, искренне веря в то, что сможет что-то сделать.

Вероника хотела ответить, что на данный момент она не способна сделать абсолютно ничего такого, что может ей помочь, но побоялась этим самым разрушить не только отношения между ними, но и веру в успех поимки убийц как таковых. Она не хотела отталкивать, но и подставлять под удар Соню тоже было опасно. Они так и не узнали, что конкретно было похитителем необходимо и получили они это или нет. Девушка могла быть под ударом, и лучше всего ее от этого удара было уберечь, найди ей занятие.

Минуты размышления и Веронике приходит идея, как это можно сделать, при этом не отстраняя Соню полностью и тем самым позаботившись о ее безопасности.

– Ты помнишь ту девушку, которая была первопричиной того, что ты вникла во все это? – спросила Адмирал, прекрасно зная, что та находится в ВАЗКе.

– Конечно! – ответила Соня.

– Тебе необходимо вытащить из нее побольше того, о чем она может знать. Если она видела разговор двух заговорщиков, то она точно знает место, где они могут собраться. Я знаю, что мы пришли к выводу, что она невиновна и все такое, но те знания, которыми она обладает, могут очень сильно облегчить наши с тобой поиски. Сама я вызывать ее на прямой разговор не стану. Это может ее спугнуть и выйти нам боком, но ты способна узнать больше даже без ее ведома. – высказалась тетро.

– Хорошо, но как я могу к ней сейчас подступиться, когда практика только началась и до того момента, как я вернусь к теоретической части, пройдет по крайней мере еще девять-десять месяцев. – сказала Соня, при этом высказывая некое недовольство, которое чуть проскальзывало в ее словах, но не в эмоциях.

– Первоначально тебе придется пройти эту практику и углубиться в учебу для того, чтобы у тебя была возможность будущей встречи с этой девушкой. Если только в ВАЗКе ты способна найти ее, то не упусти этот момент. – Она уже почти закончила, но как будто вспомнила что-то важное, добавила. – И еще… Отныне вся та информация которой ты будешь владеть по этому направлению, является полностью конфиденциальной. Она должна оставаться только между нами, и передавать ее необходимо только лично и при персональной встрече. Я не знаю, кто может быть замешан, но то, что в высших кругах есть крыса, я знаю наверняка. Осталось только вычислить эту гниду, и мы станем еще на шаг ближе к развязке этого заговора.

Дело, которое начиналось как обычный заговор и сговор против их Конфедерации, которых было множество, приобрело более масштабные обороты и стало личным для двух этих женщин, которые оказались вовлечены в пучину интриг, где уже пострадали их сердца. Время на то, чтобы собрать себя заново, у них было ограничено, и от этого времени зависит, как далеко их соперник успеет зайти в своих планах.

Глава 3

София Плутова либо Леди в синем, кадет Военной Академии Зеридской Конфедерации.

После той встречи многое поменялось. Соня вернулась к своей практике и по совету своего куратора и «матери» попыталась полностью отдаться учебе, чтобы хоть так заглушить свои переживания.

Многие так еще и не закончили свой первый этап прохождения практики, и поэтому у Сони было много времени на то, чтобы подумать. Думалось ей чаще всего в тренировочном зале напротив груши, которую она лупила, не щадя свои косточки.

Спустя неделю таких раздумий наступил момент, когда временное последствие срыва закончилось, и все те эмоции, которые были ей недоступны, вновь обрушились на нее. Они надломили ее и заставили рухнуть на пол, вылившись в непрекращаемый поток слез и крика на грани слышимости. Сколько это длилось, Соня сказать не могла, но в один момент это прекратилось. Она просто отключилась и только после пробуждения узнала, что Анис, который все так же отслеживал ее состояние, активировал паука и ввел ей в организм успокоительное и снотворное, которые и вырубили ее. Затем уже сам мужчина, удобно перехватив девушку, отнес ее в ее покои и укрыв одеялом, оставаясь при этом в ее каюте на протяжении долгих часов, пока она находилась в состоянии глубокого сна.

Пробуждение было быстрым, но не очень приятным. Голова раскалывалась на части, и сильная мигрень неприятно давила на виски. Еще до того, как она успела сообразить, где она и что произошло, Соня почувствовала легкое прикосновение к плечу.

– Это поможет от головной боли. – сказал мужчина очень знакомым и привычным голосом.

Девушка позволила закрыть себе глаза, тем самым пытаясь уменьшить боль, а спустя менее минуты поняла, что боль полностью отступила. Чудо, да и только.

– У нас уже вошло в привычку встречаться так. Ты часто ведешь себя как я, сплю, я же всего раз! – сказала Соня, поворачиваясь всем корпусом к мужчине, который сейчас сидел совсем близко.

– Согласен, это упущение необходимо исправить. Счет необходимо выровнять, и я в процессе того, чтобы исправить эту оплошность как можно быстрее. -шутливым голосом ответил врач.

– Жду не дождусь! – совершенно искренне ответила она, при этом так посмотрев на уста мужчины, что сомнений в том, что она сейчас так хочет, было никаких.

– Соня… – простонал мужчина, при этом с болью сдерживая свои инстинкты. – Ты не помогаешь… Вот как мне удержаться, когда ты так и манишь. –с упреком сказал он.

Тетро наклонился для того, чтобы поцеловать девушку, принимая свое поражение, но до того, как Соня успела понять, что задумал мужчина, он приложил свои мягкие и столь желанные губы к ее лбу и запечатлел легкий поцелуй, а затем быстро встал, стараясь отстраниться от соблазна, который так и манил его.

– Эй… – возмущенно ответила Соня, рассчитывая совершенно на другой исход.

– Ты же знаешь, что нам нельзя. Подожди до конца практики, и я сделаю операцию. Я бы сделал ее уже сейчас, но ты же понимаешь, что я не могу ее сделать сам себе, хотя Станислав и предлагал помочь. – добавил, между прочим, Анис, при этом вспоминая, как именно он предлагал свою помощь. Сломать ему нос и закинуть к первому попавшему врачу, если понадобится. Если Соня и дальше продолжит в том же духе, то, может, он и воспользуется его предложением…

– Я помню, но разум и чувства часто играют против друг друга. – заметила она.

– Хм… тонко подмечено. – не смог не согласиться он. – Ты помнишь, что случилось? – решил уточнить мужчина, который сейчас выступал в роли врача.

Грусть и печаль, которые последовали сразу же после заданного вопроса, было невозможно скрыть.

Для того, чтобы сразу не отвечать, Соня откинула одеяло и приняла сидячее положение, при этом отмечая, что спала в форме. Анис не стал ее раздевать.

– Помню. – все же решила ответить она. – Однако развивать эту тему пока не готова.

– Понимаю и не тороплю. – принял он ее ответ. – Знаешь, я все думал о том, почему ты так и не решилась задать вопрос о моем прошлом после того, как я рассказал о пиратах на одной из совместных лекций? Я был готов рассказать, но ты так и не спросила. –спросил он то, о чем думал не раз.

– Неожиданный вопрос, если честно. – Соня не думала, что день, когда она будет снова чувствовать, может повернуться днем, когда она узнает больше об Аниме. Может, это и к лучшему. Его боль может заглушить ее страдание и принести успокоение. – Посчитала неуместным лезть туда, куда меня не приглашали. Да и я подумала, что если в один прекрасный день ты захочешь открыться, то инициатива должна быть с твоей стороны. Я бы не хотела, чтобы меня заставляли погружаться в мою боль каждый раз, когда кому-то станет любопытно, вот и решила не настаивать.

Соня на собственном опыте знала, как лезть в чужие тайны и потом делать вид, что ты ничего не знаешь. Это гадко. Эти переживания как черная дыра, которая постепенно засасывает все глубже и глубже, а раз так, то мало кому захочется добровольно, без веской на то причины окунуться в эту пучину еще разок, только любопытства ради.

Что ответить на это мужчина не знал. Он успел надумать много предположений, начиная с того, что ей не интересно, до того, что ей брезгливо слышать все эти нюансы, но такой вариант в его голове не проскальзывал ни разу. Забавно! Она была идеальной, но даже не понимала, на сколько.

– Ты бы хотела узнать больше обо мне и о том, во что ты окунешься, связывая свою жизнь со мной? – спросил Анис. – Я уже подсознательно готов открыться этой женщине.

Для него уже стало совершенно не важно, является ли она его парой или нет и каков будет результат его операции. Для него Соня была той самой, ради которой он был готов поменяться и открыться. Он был готов идти на уступки и раскрывать новые просторы и границы, которые ранее для него были закрыты им самим же.

Если он не знал наверняка, то Соне сомневаться в их парности не приходилось. После урока, где ей случайно удалось уловить незримую нить между ними, она чувствовала, что это и есть их притяжение, которое было даровано им высшими силами и которое за эти годы девушке удавалось поймать еще пару раз.

– Если ты готов открыться, то я готова выслушать и принять все то, что ты посчитаешь нужным мне рассказать. – Соня специально построила предложение таким образом, чтобы у Аниса не отпало желание делиться своей историей, но в то же время у него было полное моральное право что-то не договорить или остановиться на любом моменте рассказа.

Только пережив травму и потерю отца, который был для нее всем, она поняла, как важно ценить то, что тебе даровано, и как важно то, чтобы на тебя не давили, когда ты не готов открыться другим и показать свою душу, тем самым выставляя ее на растерзание.

После смерти матери этого не было, да и быть не могло. Соня не знала свою мать, но как же забавно сложилась судьба, ведь мать, которая даровала ей жизнь, при этом пожертвовав своей для ее существования, звали Вероникой Плутовой, и теперь вновь приобретенная, хоть и не родная мать носит тоже имя, и могла носить ту же фамилию, если бы у них с Генри было бы больше совместного времени. Проделки судьбы, да и только.

Анис не стал начинать рассказ сразу же после Сониного ответа. Он встал и, преодолев небольшое расстояние до девушки, подвинул ее для того, чтобы приземлиться рядом. Неридианка тоже поменяла позу для того, чтобы лучше видеть лицо, а главное глаза говорившего.

Они сидели напротив друг друга и просто смотрели друг другу в глаза. Анис собирался с мыслями для того, чтобы понять, с чего стоит начать разговор, а Соня впитывала эмоции и переживания, которые шли от мужчины, который сейчас мысленно переживал все, через что ему пришлось пройти.

Эмоции все еще были очень яркими, и Соне ничего не стоило потянуть любую из них на себя для того, чтобы увидеть причину их возникновения, но она не стала этого делать. Отчасти ей было важно именно услышать все то, чем Анис был готов поделиться, а отчасти Соня не хотела полностью переживать чью-то боль заново. Сейчас ей хватало своей. Услышать и пережить – это далеко не одно и то же, и Соня знала это не понаслышке.

– Пожалуй, стоит начать с того, что моя история началась еще до моего рождения, но я не знал об этом. Я сам узнал все факты своей жизни совсем недавно, и для этого мне пришлось нанимать частного детектива. Наверное, я должен был это сделать давным-давно, но до того, как я встретил тебя… – Анис протянул руку и нежно сжал Сонину ладонь, которая лежала совсем рядом. – меня это не волновало и не мешало мне жить. Так вот… Я начну с небольшой предыстории. – Мужчина взял небольшую паузу перед тем, как начать, а затем сведения полились с него сплошным потоком. – Моя мать принадлежала к числу очень обеспеченных семей на территории Тетро. Ее звали Алиса Де-Лисова. Завидная невеста и писанная красавица своего времени. Само собой, отбоя от поклонников у нее не было. Эту часть истины я узнал буквально недавно! –уточнил Анис, и это было важно, ведь это полностью объясняло все то, что с ним случилось. – Моя мать встретила мужчину, которого она полюбила, но для него она не являлась истинной парой. Они встречались долгое время и даже решили пожениться. Никто сильно против не должен был быть. Мужчина, с которым она встречалась, входил в число очень обеспеченных и перспективных семей, и, по сути, их брак бы только укрепил позицию всех в их мире. Но вот незадача: на совместном ужине, который должен был быть также моментом обручения и оглашения помолвки, обнаруживается, что младший брат выбранного моей матерью – Алисой – мужчины, является ее истинной парой. – Анис, который сидел до этого спокойно, разъединил их с Соней рукой и встал. Ему необходимо было пройтись, хоть и в столь узком пространстве, как каюта студента. – В тот вечер помолвку все же объявили, но не тех двух тетро, которые этого хотели, а моей матери и младшего брата, ее возлюбленного. Не могу сказать было ли это решение моей матери или нет. Она мне вообще об этом не рассказывала. Самое интересное началось чуть позже, а точнее всего неделю спустя, когда было обнаружено, что Алиса Де-Лисова беременна и не от своей пары, а от того, кого полюбила сердцем и душой. Думаю, что истинное положение вещей попытались скрыть, и единицы знали, от кого родила первенца моя мать. Насколько тяжело ей было выбрать между возлюбленным и парой, даже не берусь представлять. Она часто говорила мне, что я – это то, в чем она видит желание жить. – Анис печально улыбнулся. – Всегда думал, что это образное выражение, но теперь знаю и понимаю, что она говорила это буквально. – Мужчина позволил себе недолгую минуту молчания перед тем, как продолжить. – Спустя еще пару месяцев случайным образом погибает мой биологический отец – Борис До-Мир. – Анис произносит это с трудом. Долгие годы своей жизни он считал своим отцом совершенно другого тетра, и поменять привычки невероятно сложно, даже если это касается простых слов. – Не думаю, что это было несчастным случаем, как в то время, об этом объявили, но сейчас не об этом. Я рос в семье богачей, а там воспитание совершенно другое, не такое, к которому привыкла ты. Даже в наше время продвинутых технологий и полного освоения космоса все еще существует такое понятие, как династические браки, и брак моих «родителей» был чем-то вроде. Я чувствовал любовь матери и даже немного от старшего поколения, но не от отца, а точнее отчима, как оказалось, не родного мне отца. Он не выражал презрения или ненависти открыто, но то, что у него постоянно не было времени на меня, было очевидно. Скорее всего, он рассчитывал, что моя мать подарит ему другого наследника, но на почве пережитого эмоционального стресса после меня она не смогла выносить здорового малыша. Попыток было несколько, но постоянные выкидыши, где даже врачи не могли определить их причину, не способствовали ее самочувствию.

Анис, который все это время пытался двигаться, повернулся к Соне и посмотрел ей в глаза.

– Мне продолжать? – спросил он.

– Да! – все, что решила ответить Соня. Она не хотела сбивать его с мысли.

– После очередного выкидыша, мой отчим, которого зовут Гер До-Мир, мать так и не взяла его фамилию, отправил ее в тот отпуск, как он сказал, набираться сил, после которого мы с ней попали в плен к пиратам. Я не стану вновь повторять все, что мне довелось пережить там, но теперь с новой информацией я не удивлюсь, если До-Мир был причастен к нашему похищению. Он выкупил мать и, посчитав это идеальным шансом избавиться от меня, оставил меня у пиратов на волю Богов. Как я недавно выяснил, он объявил меня погибшим. Мать не смогла пережить этого горя и спустя полгода угасла. Он женился вновь и сейчас у него есть дети, а значит для них я являюсь прямой угрозой их права на наследство. Надежды отчима избавиться от бастарда и прямого конкурента на наследство, ведь я являюсь потомком старшего сына их семьи, тоже не оправдались. Я сменил фамилию, убрав приставку Де, которая прямо показывала мою причастность к числу высших семей на Тетро, и продолжил жить. Станислав Ге-Ван, или Дядя Степа, которого ты прекрасно знаешь, был тем, кто спас меня от пиратов и в дальнейшем помог по жизни, став моим хорошим наставником, а затем и лучшим другом и соратником. Скорее всего, его громкое имя и уберегло меня от дальнейших преследований со стороны отчима, но теперь, когда я начал копать и нанятый мною детектив выяснил большую часть подноготной, о чем, к моему несчастью, стало известно многим, я жду повторных попыток по своему устранению или любых гадостей, на которые Гер-До-Мир будет готов пойти. Я пытался тебя оградить от всего этого, но не смог, так что теперь прости, но, как я ранее говорил, я не намерен тебя отпускать, а это значит, что тебе придется стать частью всего этого. – Он замолчал, ожидая того, что так внимательно слушающая его девушка может ему сказать.

– Ого! Это история, как сюжет хорошей детективной книги!.. – первое, что она произнесла.

На счастье Сони, Анис улыбнулся и затем и вовсе рассмеялся, тем самым сгоняя все накопившиеся напряжения. Когда он закончил, Соня продолжила.

– Ну, а если без шуток, то я с тобой! Захочу ты вернуть свое настоящее имя и все, что тебе принадлежит, или оставишь все как есть, и мы продолжим жить – это твой выбор, но в любом из вариантов я буду с тобой, и я помогу.

Анис не стал слушать, что еще хотела сказать Соня, он просто быстрым движением схватил ее в объятия и усадил себе на колени, а затем страстно поцеловал. В этот раз он не стал задумываться о том, что можно, а что нельзя. Он отдавался поцелуям полностью. Передавая и выплескивая все те эмоции, которые не мог передать словами в форме поцелуя, который сначала был напорист и властен, а затем нежный и отдающий. Анис прекратил целовать ее уста, но перед тем, как отстраниться, нежно чмокнул ее в нос, чем вызвал детский смех со стороны Сони.

Они целовались в тот день еще долго, но дальше так и не зашли. Правила, которые держали их в жестких рамках, были для них так же важны, как молоко матери для грудника.

Рассказав свою историю жизни, Анис и вправду облегчил состояние девушки, и теперь ее проблемы не казались ей столь ужасными. Оказалось, что не она единственная, которая столкнулась в жизни с трудностями, и не ей одной надо с ними бороться.

Принимая Аниса в свою жизнь, она берет на себя ответственность разделить его проблемы с ним. Так почему она не может то же самое сделать со своими проблемами? Почему она не может отдать часть своих переживаний и трудностей тому, кто готов их с ней разделить и помочь их преодолеть? Она может и сделает! Главное – открыться полностью тому, кто согласен нести по жизни с ней этот груз!

Глава 4

После того значимого для Сони и Аниса разговора, время побежало стремительно. Все ее одногруппники, которые так же, как и она, проходили практику на различных планетах, завершили свое прохождение различных испытаний. Из разговора с Пушистиком и Красавчиком, которые так же, как и она, проходили практику по направлению универсала, Соня узнала, что задания были очень идентичны, за исключением местности и выбранных для них планет.

Пушистику досталась схожая по климатическим условиям местность, и страдать из-за резких перепадов температуры ему не пришлось, хотя, учитывая его теплокровность и защитный костюм, жаловаться было просто кощунством. Красавчику в свое время пришлось немного хуже. Он, представитель Баландин, привык к более низким температурам, а его закинули в очень теплые места. Это не критично, но однозначно не очень комфортно.

К счастью, их тройка закончила практику без каких-либо серьезных травм или неудач, которые могли плохо сказаться на их результатах. Ну, а на Сонино счастье, ее друзья умудрились вернуться на базу в тот момент, когда она смогла восстановить свое внешнее состояние настолько, чтобы никто не заподозрил, что произошло за то время, которое она провела на десантном корабле после возвращения с Ворога и до прилета всех остальных.

На данный момент в планы девушки не входило делиться всей историей со своими друзьями. Она была не готова к тому, что кто-то еще может пострадать. Соня знала, что если рассказать все своим друзьям, и сейчас речь не только о Красавчике и Пушистике, а об Норбиусе, Дике и Маке, они захотят стать частью этой истории для того, чтобы помочь ей, что приведет к дополнительным жертвам. Может, она и сделает это в один прекрасный день, но явно не сейчас.

Как только последний из практикантов вернулся на корабль, тем самым завершив первый этап практики у их потока, им дали ровно час для того, чтобы привести себя в порядок и встретиться со своим куратором для дачи полного отчета о проделанной практике, их выводах, о том, на какой планете они были, и отчитаться обо всех их действиях, о проделанной работе.

Это заняло у них целый день. Все были выжаты как лимоны. С них спрашивали за каждую мелочь и за каждый неправильно сделанный шаг. Одну и ту же информацию приходилось повторять множество раз и в различной последовательности. Создавалось впечатление, что они не на отчет проделанной работы пришли, а на полноправный допрос.

Соне досталось из-за ее ранения и контакта с парнишкой, которого она привлекла для того, чтобы получить первую вещь на той Богиней забытой планете, которую, как она ранее правильно определила, называли Ворог.

Так как отчет они несли перед несколькими преподавателями, то досталось ей и от Вероники Де-Вае, Станислава Ге-Вана и даже от Аниса Лисова. Они не щадили и не обращали внимание на личные привязанности. Учеба и все, что с ней было связано, четко отделялись этой троицей в их и Сониной жизни, что было хотя и правильно, но местами обидно. Местами конкретно с Соней, Адмиралу Веронике-Де-Вае и Командору Анису Лисову даже приходилось быть чуть более требовательными в связи с их личной заинтересованностью.

Этому было две причины. Первая – они хотели ее обезопасить и тем самым убедиться, что все те знания, которые ей преподают в Военной Академии Зеридской Конфедерации, были усвоены ею в совершенстве. Вторая – в случае, если кому-то станет известно об личных отношениях и привязанностях к Леди в синем, к ней было бы не к чему придраться со стороны учебы и мнимых поблажек на основе личных чувств.

Когда Соне с друзьями все же довелось добраться до своих кают, они не стали даже обсуждать все, что им пришлось пережить, решив отложить этот разговор на недалекое будущее, например, на следующее утро.

Их планам не суждено было сбыться.

Как только все ученики добрались до своих кают, незаметно для многих в каюты был пущен усыпляющий газ. Соня этого не почувствовала, она на тот момент крепко спала, но после пробуждения запомнила этот урок на всю свою жизнь. Неважно, считаешь ты всех друзьями или врагами, опасаться необходимо всех. Подлость или неприятность может прийти откуда-то извне, ты совершенно не рассчитываешь.

***

Проснулись они совершенно в неизвестном им месте, но хотя бы не одни. В этот раз они находились в какой-то просторной казарме. Многие из тех, кто присутствовал здесь, уже успели прийти в себя, но были и те, кто все еще не проявлял признаков жизни.

Вокруг стоял шум и гвалт. Те, кто уже был в сознании, очень бурно обсуждали, собравшись недалеко от входной двери, которая находилась чуть правей от того места, где сейчас лежала Соня.

К радости девушки, она смогла рассмотреть своих друзей, которые успели очнуться раньше нее.

Оценив свое состояние как приемлемое, Соня стала осматриваться. Состояние было так себе после долгой спячки, а то, что сон был долгим, подсказал ей ее наручный браслет, который в этот раз не был отключен, а также задеревеневшие мышцы. Такое же ощущение у девушки всегда было после «Туманки», но в более легкой форме.

Соня приняла сидячие положения. Четыре дня прошло с момента, когда их допрашивали, и вот теперь они неизвестно где и неизвестно зачем.

Необходимости идти и узнавать, по какой причине, галдеж не было совершенно. Тон и громкость, выбранный ее соратниками по несчастью, позволяли прекрасно все расслышать и с места, где она находилась.

Оказалось, что суть проста – они не могут выбраться из этого помещения и бурно обсуждают различные идеи, как осуществить прорыв сквозь двери. Также разговор шел о тех, кто придумал эти задания. На их же счастье, тех, кто неуважительно высказывался в адрес высшего руководства, было меньшинство, и все было завуалировано в столь непримечательную форму, что, будь ты трижды адмиралом, ты не смог бы прикопаться.

На одном из таких упреков Соня даже заслушалась, но не за их изобретательность. Дело было в теме самой дискуссии.

–Вот твою редиску, я бы тем, кто меня отправил спать, тоже бы пожелал сладких снов. Это же надо было так… – тут парень явно не мог подобрать правильное слово и поэтому просто шипел, выражая все свои эмоции-…вот что им стоило включить будильник минутой позже, а? – спрашивал он у своего собеседника.

Хотя бы для девушки теперь стала понятна причина ее долгого сна. Возмущаться причинами действий руководства и преподавателей было пустым переводом кислорода. Причину недовольства говорившего Соня не понимала ровно до того момента, как тот повернулся. Оказалось, что у того на лбу красовалась огромная гематома, которая явно была получена во время падения.

Сложить причину синяка и недовольства парня было проще простого, и Соня лишь обрадовалась, что сама во время распыления газа мирно спала на кровати, и ей не довелось получить своеобразные украшения на тело из-за новых методов обучения.

То, что это очередной этап практики, сомнению не подвергалось, а значит, ей необходимо понять, в чем эта практика заключается и желательно побыстрее.

Решив, что так она может сидеть еще долго, а это не решит ничего, девушка первым делом попыталась проверить наручный браслет для того, чтобы убедиться, что им не было оставлено никаких инструкций.

Их и вправду не было. Доступ и все свойства браслета работали так, как надо, но на попытки связаться с кем-либо за пределами этого помещения сигнал не проходил, что по меркам их времени было полным абсурдом. Сигнал был даже в самых глухих трущобах и недалеких планетах, но его не было тут. что значило – это сделано нарочно?

Вывод – это новый этап практики с совершенно непонятными условиями, и учитывая то, что в этот раз им не дали даже оружия с собой, им придется думать головой для того, чтобы понять, в чем заключается смысл этого задания и как его пройти. Далеко не факт, что выход за пределы этого помещения и есть их цель.

Перед тем, как что-то решать и предпринимать активные действия, Соня решила проверить все окружение своим даром для того, чтобы понять, что происходит за пределами этих стен.

Интересно стало сразу. Отмести все ненужные эмоции, волнения, страха, азарта и даже злости, не заняло у Сони много времени. Проделывая этот трюк настолько часто, для нее больше не было трудно расшифровать те вибрации, которые сейчас ее окружают, и те, которые она хотела уловить.

Интересно было то, что Соня не улавливала ничего за пределами комнаты. Вообще ничего. Никаких вибраций живых существ. Они находились в полном вакууме, что наводило на некоторые выводы. Первое – никого живого, на расстоянии ее возможностей уловить что-либо, сейчас за пределами этой комнаты не было. Второе – миссия, которую они должны выполнить, не связана с живыми организмами. Ну и третье – из всего того, что она успела уловить, у нее сложилось впечатление, что дверь, в которую так стремительно пытались пробиться ее коллеги по несчастью, не является выходом.

Идти к толпе у Сони желания не возникло, даже несмотря на то, что там находились ее друзья, которые пока еще не заметили ее пробуждения.

Оценив еще раз свое состояние как терпимое и готовое для передвижения, девушка поднялась и медленной походкой пошла вдоль стены, начиная с того места, где она стояла, и вдоль всего помещения. Соня старалась не огибать предметы по дуге, а идти по ним, тщательно осматривая каждую мелочь, которая могла бы показаться подозрительной или неуместной.

Доверившись дару, девушка не стала зацикливаться на проходе, который был самым очевидным решением, а попыталась найти альтернативу.

Медленным темпом она успела дойти до середины помещения, когда столкнулась с таким явлением, как любопытство окружающих.

Так как подвижек к открытию дверей не было, то многие стали искать другие варианты, и тем самым замечая, что эта гениальная идея посетила их не первыми. Многие просто наблюдали и выжидали, чем закончится исследование неридианки, а те, кому довелось последние годы провести с Соней за одной партой и в одной аудитории, ждали итогов этого обхода. Из опыта они знали, что лучше девушке не мешать, и тогда мало того, что ты не пострадаешь, но, вероятно, узнаешь что-то новое и необходимое.

Соня не славилась дружелюбностью в своем коллективе. Друзья у нее были. Они же были и частью ее семьи, и защитного круга. В этот круг она мало кого принимала. Учитывая ее дар, дарованный Богиней Судьбой, ей всегда хватало эмоционального накала в ее жизни. Важным моментом было то, что из-за своих особых возможностей Соня часто знала о всех окружающих худшие, а также лучшие секреты, что мало способствовало сближению.

Так и получилось, что по жизни веселая, общительная и местами гиперактивная нера могла показать себя истинно только малому кругу личностей, которым доверяла свои переживания и свои мысли. Для окружающих же она была Леди в синем или синем платье, и последняя часть ее псевдонима была идеально подобрана для ее описания. Властная, сильная духом, упертая, недоступная и уверенная, а часто и просто недосягаемая. Для разных групп она была совершенно разной.

Подойти к ней решились только друзья, при этом сделав это совершенно синхронно. Дядя Степа не зря руководил их столько лет. Каждый шаг был отточен до идеала и выполнялся автоматически. Только те, кто не служил, могли заметить, насколько выточено совершали малейшие движения все тут присутствующие, для них же это было уже обыденностью, и, скорей всего, мало кто из них уже сможет вспомнить как можно двигаться иначе.

Последующие двадцать минут прошли в относительной тишине, если не брать в расчет то, что звуки, издаваемые самими учениками во время поиска, все еще присутствовали, хотя и в менее громкой форме, чем у обычных жителей Конфедерации. Только завершив первый обход, Соня остановилась. Она обошла все помещение вкруг и при этом проверив все стены и всевозможные стыки на потолке. Утешительного вердикта все еще не было, но унывать было рано. Девушка еще не проверила пол и все кровати, на которых они находились.

– Ну? – первым не выдержал Пушистик. – Есть идеи, как отсюда выбраться и в чем заключается практика?

– Сложно сказать, но если хотите помочь, то помогите проверить пол и все кровати. Думаю, что мы все что-то упускаем, и не может практика быть настолько очевидной. – ответила она. – Сами подумайте, когда в последний раз нам задавали что-то, что не имело бы подвоха. Плюс ко всему, к тому моменту, как я очнулась, берусь предположить, что вы уже давно бились над тем, как отсюда выбраться.

– Ты права. –влился в разговор Красавчик. – Мы очнулись где-то час назад, и все наши попытки открыть дверь не увенчались успехом, так что, если есть идеи, мы готовы слушать.

– Согласен! –добавил Красавчик. – Не думаю, что нас всех вместе помес�