Мангака 4

Глава 1

– …состояние тяжёлое, но стабильное, – устало отвечал на вопросы отца пожилой японец, с трудом скрывая раздражение. Впрочем, я мог его понять. Мало того, что ему выпало дежурить в новогоднюю ночь, так ещё и поспать не дали.

Мы примчались в Кодому, этот небольшой город-спутник Осаки, около четырёх часов утра, и ждать приёмных часов отец не собирался. Уж не знаю, что он говорил сначала на входе охране, а потом врачам, но препятствий нам никто не чинил. Кастет с Гансом остались в машине, так что внутрь мы зашли вдвоём, и чем-то испуганная медсестра вызвала к нам дежурного врача.

– У вашего отца довольно крепкий организм, так что, думаю, всё будет хорошо, – продолжал доктор, – Мы удалили тромб, закупоривший сосуд, из-за чего к сердцу перестала поступать кровь, и теперь всё должно быть в порядке. Недели две мы его ещё, разумеется, подержим в больнице, а там будем смотреть по ситуации. Если всё будет хорошо – отпустим домой.

– Я понял, – вздохнул отец, – Тромб, значит? Это может повториться?

– К сожалению, да, – развёл руками доктор, – Увы, но от этого никто не застрахован. Впрочем, если ваш отец не будет подвергать себя высоким физическим нагрузкам, то, возможно, больше подобного не произойдёт.

Получается, деду нельзя будет продолжать свои занятия боевыми искусствами… – тут же сообразил я, – Хреново… Вряд ли он от подобного удержится. И опять может запеть свою песню про семейное дело, и что мне нужно подхватить упавшее знамя с занятиями в его додзё. А мне и послать его теперь нельзя. Волноваться, думаю, ему противопоказано пока. Придётся снова мягко и вежливо отправить его по недалёкому пешему путешествию во всем известном направлении. Впрочем, это я уже вперёд забегаю. Устал просто, и перенервничал, вот и раздражён теперь. Ещё и эта встреча с Мидори выбила из колеи. А ещё я, под действием шампанского, видимо, не иначе, решил выпендриться перед ней, и объявил Ханако своей девушкой. И та, вот что странно, даже возмущаться не стала… И что теперь получается? Что она реально моя девушка, и я сам в этом виноват? Не то, чтобы я был против этого, она мне действительно нравилась, вот только можно ли назвать это чувство любовью? Сильно сомневаюсь. С другой стороны, далеко не всегда же когда парень с девушкой начинают встречаться, у них прям любовь сразу? Тут скорее просто о симпатии поначалу речь идёт. Так может, я загоняюсь на пустом месте, и ничего страшного? Приеду, походим на свидания, как нормальные люди, и там уже видно будет, куда идут наши отношения?

Я задумчиво взъерошил волосы на голове, и переключился на разговор отца с врачом.

– …нет, к нему сейчас нельзя. Ему ввели сильнодействующее болеутоляющее и снотворное. Он спит. Приходите попозже, лучше после обеда, – терпеливо объяснял врач тоном, не допускающим возражения, не обращая внимание на рык отца. А этот тип кремень, смотрю. Далеко не каждый устоит перед моим разгневанным отцом.

– Ладно, – наконец, сдался отец, – Хорошо, мы придём позже. И… Спасибо вам, – неожиданно выдавил он из себя.

– Не за что. Это моя работа, – недовольно буркнул доктор, – А сейчас позвольте мне уйти. У меня была тяжёлая смена, хочется хотя бы немного отдохнуть.

– И куда мы теперь, в гостиницу? – поинтересовался я, когда мы вышли на улицу, и побрели к машине.

– Зачем? – удивлённо глянул на меня отец, – У деда же тут дом свой. Поедем туда.

– Логично, – потёр я замёрзший нос, – Не знал, правда, что у тебя есть от него ключ.

– А у меня его и нет, – пожал он могучими плечами, – Но, поверь, войти туда нам это не помешает.

– Ты что задумал? – насторожился я, но отец уже не слушал меня, садясь в машину.

***

– Эм, а вам не кажется, что-то, что вы сейчас делаете, можно характеризовать, как взлом с проникновением в чужое жилище? – нервно поинтересовался я, опасливо поглядывая по сторонам, пока Кастет возился с замком в доме деда, а отец с Гансом загораживали его от посторонних взглядов.

– Не боись, всё пучком будет, – пропыхтел по-русски Кастет, – Уже почти всё готово. Надо же, столько лет прошло, а руки-то помнят…

На этих словах замок щёлкнул, Кастет нажал на дверную ручку, и дверь бесшумно приоткрылась.

– И к чему так рисковать? – попытался я в последний раз воззвать к голосу разума отца, пока мы не вошли внутрь, – В чём проблема, переночевать в гостинице, а днём взять ключ у деда, и зайти уже как положено, с его разрешения? Мы ж не бедствуем, деньги на гостиницу есть!

– Да что ж ты переживаешь, как старый дед? – мрачно глянул на меня отец, – Ничего нам не будет за это проникновение. Отец один живёт, если у кого-то будут вопросы, то он потом подтвердит, что мы пришли сюда с его разрешения. Гостиницу надо было заранее бронировать. Их всего две тут, и мест нет, Ганс звонил, узнавал. У них тут какой-то фестиваль проходит по аниме и манге, и на ближайшие три дня все места заняты. Свободные гостиницы сейчас разве что только в Осаке есть. Идёмте уже, пока никто из соседей полицию не вызвал, – и отец первым шагнул внутрь.

Я переглянулся с Кастетом, он пожал плечами, и тоже зашёл. ЗА последовал Ганс, и последним уже вошёл я.

– Да где ж у него тут свет включается? – послышалось где-то рядом в кромешной темноте ворчание отца, – А! Вот!

Вспыхнул яркий свет, я заморгал ослепшими глазами, а когда проморгался, то первым, что увидел, было дуло ружья, направленное в нашу сторону, которое держала какая-то девчонка.

– Не двигаться! – звонко выпалила она, – Руки за голову! Кто дёрнется – стреляю без предупреждения!

Мы синхронно выполнили команду, с недоумением глядя на неё. Среднего роста, до невозможности худая, как будто её не кормят совсем, где-то моего возраста, короткая стрижка делала похожей на мальчишку, а чёрные глаза, сузившись, злобно глядели на нас. Двуствольное ружьё для неё явно было тяжеловато, и дуло постоянно норовило опуститься вниз, но она тут же вскидывала его обратно.

– Девочка, ты бы убрала ружьё. Тебя разве не учили, что нельзя направлять его на людей? – равнодушно произнёс отец, не сводя с неё тяжёлого взгляда.

– А вас разве не учили, что нельзя забираться в чужие дома? – нервно выпалила она, – Не дёргайтесь! Сейчас вызову полицию, и будете им объяснять, что тут забыли!

Она отошла к журнальному столику, на котором лежал телефон, но тут у неё образовалась дилемма. Чтобы взять его, ей надо было положить ружьё, так как одной рукой она его держать не могла. Она попыталась зажать его под мышкой, но быстро отказалась от этой идеи, когда ружьё чуть не упало на пол, и она опять вцепилась в него двумя руками, направив дуло на нас.

– Это скорее я должен у тебя спрашивать, кто ты такая, и что делаешь в доме моего отца! Что-то не помню, чтобы отец рассказывал о тебе, – процедил отец, наблюдая за её бесплодными попытками пристроить ружьё как-нибудь так, чтобы можно было взять телефон.

– Вашего отца? – она замерла, настороженно разглядывая нас, – Тогда вы, значит, Кента Кушито? – повела она стволом в сторону отца, и тут же перевела его на меня, – А ты тогда Сайто! А эти двое кто? – нахмурившись, глянула она на Кастета с Гансом.

– Это наша охрана, – коротко пояснил отец.

– Что-то непохоже, чтобы они были большими специалистам в этом деле, – усмехнулась она, – Даже с обычной девушкой справиться не смогли.

– А зачем? – пожал плечами Кастет, – Опасности ты для нас не представляешь. Это всего лишь досадное недоразумение. К тому же, ты едва удерживаешь ружьё, и вряд ли бы в кого-то попала бы, даже если бы выстрелила.

– Вообще то, оно заряжено картечью, так что я в любом случае в кого-нибудь, да попала бы, – огрызнулась она, – Хочешь проверить?

– Пожалуй, воздержусь, – благоразумно отказался Кастет.

– Ну, и охраннички у меня, – процедил отец, мрачно глянув на него, – Совсем расслабились. Нас чуть обычная девчонка не подстрелила!

– Сорян, – развёл руками Кастет, пока Ганс делал вид, что его весь этот разговор не касается, – Бывает и такое. Сам знаешь, невозможно предусмотреть всё. В своё оправдание могу лишь сказать, что картечью бы она нас вряд ли убила бы, а второго выстрела я бы уже ей не дал сделать. Хочешь докажу?

– Ой, да замолчи уже лучше, – отмахнулся от него, поморщившись, отец, и перевёл взгляд на девушку, – Так что дальше-то? Так и будем тут стоять? Может, уберёшь уже ружьё? Давай я тебе документы наши покажу, если ты нам не веришь.

– С вашими рожами и документов никаких не надо, – проворчала она, с облегчением кладя ружьё на стол, – Вы ж оба копии старого Кушито. Проходите. Комнаты себе сами готовьте. Моя – вторая справа наверху. Её не занимать, и без стука не входить. Так же прошу в трусах по дому не расхаживать, иначе я снова за ружьё возьмусь. Всем всё понятно?

– Погоди, не торопись, – остановил её отец, когда она уже повернулась, чтобы уходить, – Кто мы такие – ты знаешь, а вот кто ты? Отец про тебя ничего не говорил. Как тебя зовут и что ты тут делаешь?

– Живу я тут, что непонятного-то? – буркнула она нехотя, а в моей душе заворошились нехорошие подозрения.

Нет, в том, что у деда могла быть любовница, не было бы ничего удивительного, но не такого же возраста! К подобному я точно не был готов, и даже не знаю, как бы стал относиться к нему, если бы моя гипотеза подтвердилась бы, но…

– Меня зовут Наоки Хамагато, – недовольно представилась она, – Старик Кушито – мой опекун. Они дружили с моим дедом, и когда он умер, то Сумато-сан оформил на меня опеку, так как родителей и родственников у меня нет, и иначе меня отправили бы детский дом. Я уже год живу здесь, и помогаю ему по хозяйству. Почему он не рассказал вам обо мне – я не знаю. Ещё вопросы есть? Надеюсь, что нет. Я спать хочу.

– Погоди, – торопливо остановил уже я её, так как отец, похоже, был в лёгком шоке от новости, что у него вдруг появилась, вроде как, сестра. Пусть и чисто формально, не кровная.

– Да чего ещё то?! – взрыкнула она, глянув на меня.

– Ты знаешь, что случилось с дедом? Я не об инфаркте, а что к нему могло привести? Это случайность, или что-то произошло?

– Ну, уж этот вопрос мог бы и до утра подождать! – рявкнула она так, что я аж вздрогнул. Да, дед точно нашёл достойную себя дочку.

– Так уже и есть утро, – улыбнувшись, кивнул я на настенные часы, показывающие шесть утра.

– Твою ж мать! – нецензурно ругнулась она, глянув на них, – Мне через два часа вставать уже! Идите спать, позже поговорим. И да. Там действительно кое-что случилось, из-за чего у твоего деда инфаркт произошёл, но про это я тебе сейчас ничего не скажу. Надеюсь, что теперь ты, как и я, останешься без сна. Живи теперь с этим и мучайся, – она решительно развернулась, и потопала по лестнице на второй этаж.

Мда, чувствую, что с этой новой «родственницей» мы ещё намучаемся, – проводил я её взглядом, охваченный дурным предчувствием, – Какая-то цундере, прямо. Вот только если она думает, что из-за её последних слов я спать не буду, то хренушки ей! Дайте мне только до подушки добраться, и ничто не сможет мне помешать!

Глава 2

Сглазил я сам себя. То ли новое место сказалось, то ли из-за деда переживал, то ли всё вместе, но уснуть я не смог.

Ещё и кровать какая-то уж очень жёсткая оказалась, я весь извертелся, пытаясь устроиться поудобнее, и в итоге у меня все бока и спина часа через два разболелись так, что я забил на попытки уснуть, и встал с кровати в крайне раздражённом состоянии.

Похоже, мне комната деда досталась, – сообразил я, откинув простыню, проверив матрац, и обнаружив, что он буквально пару сантиметров толщиной. По сути, это даже не матрац, получается, а что-то типа пледа или одеяла, только плотного, постеленного поверх деревянного ложа кровати. Не удивительно, что я себе всё отлежал.

Несколько минут я ещё осматривал комнату деда в попытках найти что-нибудь, что можно было бы подстелить, но ничего подходящего не обнаружилось, и я вышел из комнаты, и пошёл искать кухню, чтобы сделать себе кофе и взбодриться немного. Заодно гляну, может, там диван есть? Проще тогда будет там вздремнуть немного.

Долго искать не пришлось. Спустился вниз, а дальше по запаху шёл. Кто-то явно варил себе кофе, и этот аромат привёл меня на кухню, которая практически ничем не отличалась от той, которая была в доме отца. Даже мебель и окраска стен были очень похожи.

У плиты обнаружилась растрёпанная Наоки, которая мрачно зыркнула на меня, когда я вошёл, но ничего не сказала, наливая себе в кружку из турки кофе.

– Доброе утро, – буркнул я ей, подойдя к шкафу, и ища себе кружку.

– Ой, да завались лучше. Какое оно, нахрен, доброе, когда из-за вас, придурков, я только два часа поспала? – нервно огрызнулась она, усаживаясь за стол, и придвигая к себе сахарницу.

– Так спала бы дальше. Каникулы же, – пожал я плечами, решив пока не обострять, и не реагировать на придурков. Так-то она в чём-то права была. Мы завалились без спросу к ней в дом, ещё и замок вскрыли, вместо того, чтобы как цивилизованные люди хотя бы в дверь позвонить для начала. Меня такой приход гостей тоже не обрадовал бы.

– Вот спасибо, а я-то и не знала ведь! – язвительно заметила она, – Совсем идиот? Думаешь, стала бы я подрываться с утра пораньше первого января, если бы у меня дел не было? Я б тогда до обеда валялась бы в кровати. Работа у меня. В отличие от вас, детишек, у которых одна школа да девушки на уме, я работаю.

– Работаешь? Здорово, – проглотил я пока «детишек», наливая себе растворимый кофе, банку которого обнаружил в шкафу. Вообще, как хозяйка в доме, это она должна была хотя бы предложить сделать мне кофе, но с манерами у неё, похоже, было всё плохо, – И кем ты работаешь?

– А тебе какая разница? – опять огрызнулась она.

– Да просто интересуюсь, – миролюбиво улыбнулся я ей, – Я и сам, в общем-то, работаю. Дед разве не говорил?

– Да-да, все уши прожужжал, какой у него внук гений, картинки всякие рисует, – пренебрежительно отмахнулась она, – Понятно, что у тебя, как у всех мальчишек, одна манга на уме. Только работа-то тут причём? Вот я вкалываю официанткой в кафе, а ещё в кинотеатре подрабатываю, билеты проверяю. По шесть – восемь часов в день иногда на ногах провожу. А у тебя работа в чём заключается? Картинки всяким придуркам продавать? И разве на этом заработаешь нормально? На кофе, разве что, – усмехнулась она, кивнув на мою кружку.

Всё. Достала. Терпеть её пренебрежение не было больше ни малейшего желания.

– На своих картинках только за прошлый месяц я заработал больше пятидесяти тысяч долларов, и купил себе дом, – скучающим тоном произнёс я, не став полную сумму заработанного раскрывать, – Но ты ведь, разумеется, официанткой больше зарабатываешь?

– Врёшь! Быть такого не может! – вскочила она с места, побагровев, – Все вы, мальчишки, любите в глаза пыль пускать, и постоянно врёте! Столько только известные мангаки зарабатывают! Так что какой-нибудь другой дурочке эти сказки про тысячи долларов рассказывай, – она резко успокоилась, и села обратно.

– А какой смысл мне тебе врать? – невозмутимо смотрел я на неё, – Тем более, в том, что легко проверить. Не веришь мне, спроси у деда, когда у него будешь. И ты, кстати, обещала рассказать, что с ним случилось.

– Да уж спрошу, можешь даже не сомневаться. Терпеть не могу лгунов! – фыркнула она, – А что касается деда… – она на несколько секунд замолчала, собираясь с мыслями, – Его, можно сказать, довели до такого состояния… Глава школы карате Сётокан заявился к нему в сопровождении нескольких учеников в додзё на тренировку, и вызвал на поединок. А дед же гордый… Не смог ему отказать. Согласился. Тот урод моложе и физически сильнее его, вот и загонял его совсем… Итог ты знаешь… Инфаркт, – помрачнела она, – Сколько раз я уже говорила деду, чтобы он завязывал со своими поединками, что не мальчик уже. Но он же никогда никого не слушает. Всё по-своему делает. Даже не подумал о том, что он не только собой рискует, но и мной! Вот что со мной будет, если его не станет? Детдом? Скотина! Если выживет – лично его добью, козла старого! Не до смерти. Чтобы понял, что нельзя так поступать с людьми! – рыкнула она под конец.

– Но зачем это тому каратисту? – продолжил допытываться я, игнорируя пока все её оскорбления, – Чего он добиться-то хотел?

– А сам сообразить не можешь? – зло глянула она на меня, – Учеников переманивает, естественно. У нас до недавнего времени в городе две школы боевых искусств было, деда и ещё одного старого идиота, который кунфу учит. А тут недавно, с полгода назад, один тип школу карате открыл, и стал учеников набирать. Городок у нас маленький, населения немного, вот он и решил себе клиентов из других школ сманить, заодно конкурентов разорить. Деда он уже три раза на поединок вызывал. В первых двух дед победил, благодаря чему удержал большую часть учеников, а вот вчера… Проиграл. Всё-таки, возраст сказывается, – вздохнула она, – Да ещё и пьёт постоянно! Пусть теперь попробует только к стакану прикоснуться, прибью, гада!

– Правильно, – согласился я с ней, – В этом я тебе помогу. С алкоголем он и правда меры не знает.

– Ой, лучше помолчи, может он… Помощничек, – поморщилась она, – Помогли уже… Это же он от вас весь пропитый приехал. Да и чем ты поможешь? Это меня он не тронет, а тебя просто прибьёт, если ты попробуешь ему что-то сделать. Лучше не лезь. Всё, мне на смену пора, – спохватилась вдруг она, глянув на часы, – Заболталась с тобой, теперь опаздываю уже! – и она пулей вылетела из кухни.

***

– Ну, ты как тут? Живой? – проворчал отец, когда мы вошли в палату к деду.

Тот лежал на кровати, и лежал какую-то книгу. При виде нас, он убрал её в сторону, и радостно улыбнулся.

– Не дождётесь! Меня так просто не взять какому-то там инфаркту! – глухо рассмеялся он, – Вот отдохну тут пару недель, и всё отлично будет. Извините, что напугал вас, и молодцы, что приехали. У меня как раз есть разговор к вам…

– У меня к тебе тоже, – перебил его отец, – Почему ты не рассказал нам про Наоки? Мы пришли к тебе домой, а тут нас сюрприз с ружьём в руках поджидал. Чуть не подстрелила ведь! Что за тайны?

– С ружьём?? – ахнул он, – Вот засранка! Всё-таки узнала как-то код от сейфа! Приду домой – выдеру!

– Ты от темы-то не уходи… Почему ты прятал её от меня? – нахмурился отец.

– Да не прятал я её, – как-то смущённо заёрзал на кровати дед, – Просто… Как тебе объяснить-то? Понимаешь, мы были очень дружны с её дедом. Когда-то он спас мне жизнь, и когда он попросил, чтобы я присмотрел за ней, когда его не станет, я не смог ему отказать. Вот только когда я оформил на неё опекунство, на меня столько говна со стороны окружающих вылилось, – поморщился он, – В каких только извращениях меня не обвиняли. Говорили, что я чуть ли не наложницу себе завёл. И ведь всем плевать было, что служба опеки ко мне чуть ли не каждую неделю приходила! В общем, я решил не рассказывать об этом и вам, чтобы и от вас чего-то подобного не услышать. Думал, что ты не поймёшь меня. Вспомнил, как ты осуждал свою тётку, которая установила опеку над подростком, вот и… Промолчал.

– Да я не за это её осуждал, а за то, что она сделала это из-за денег. Из-за выплат, которые положены за опеку! – раздражённо рыкнул отец, – И это при том, что в деньгах она никогда не нуждалась. Жадная чрезмерно. Она и этого бедного парня чуть ли не голодом морила, и он у неё в каких-то обносках ходил. Ты-то тут причём?

– Ладно, извини, – смущённо прокряхтел дед, – Больше такого не повторится. Признаю, виноват.

– Хорошо, проехали, – буркнул отец, – А ты о чём поговорить хотел?

– Помощь мне ваша нужна, – нехотя признался дед, глядя почему-то на меня, – Я недели на три выбыл, но такого простоя моё додзё просто не переживёт. Я и так слишком долго отсутствовал, когда у вас был, и сейчас если учёба встанет, мои ученики просто разбегутся. Помогите мне. Подмените меня кто-нибудь из вас на это время.

– Я точно не смогу, – тут же отказался отец, – У меня Света скоро рожает, надо рядом с ней быть, и очень много работы. Я не смогу много времени тут проводить. Сколько раз в неделю у тебя занятия, два, три?

– Три, – вздохнул дед.

– Нет, точно не смогу, – покачал головой отец, – К тому же, ты же знаешь, у меня всё очень плохо с контролем. Могу ненароком убить какого-нибудь ученика, если он меня взбесит.

– А у меня работа и съёмки, – поспешно подхватил я, увидев, что они оба на меня смотрят каким-то оценивающим взглядом.

– Насколько мне известно, твои съёмки практически закончились, – медленно произнёс отец, – Мангу ты и тут рисовать можешь. Если надо будет в корпорацию съездить, сядешь в электричку, и через два с половиной часа у нас будешь. Не вижу проблем.

– А я – вижу! – вспылил я, – Ну, какой из меня учитель? Кто вообще подростка слушать будет? К тому же, я занимаюсь другим видом боевого искусства! Чему я их учить буду?

– Ему и будешь, – кивнул каким-то своим мыслям дед, – Ученикам даже полезно будет с другим стилем познакомиться. В муай-тай особенно хороши удары ногами, вот и сделай на это упор. Слушаться они тебя будут, в этом я помогу. Пожалуйста, Сайто, помоги мне, – умоляюще глянул он на меня, – Иначе дело всей моей жизни просто погибнет. Я уже не смогу набрать себе новых учеников. Пожалуйста. Мне очень нужна твоя помощь… Всего на три недели!

Всё, это был шах и мат. Не мог я отказать в помощи человеку, который столько раз выручал меня…

Глава 3

– Погоди, – остановил меня отец, когда я уже собрался согласиться с предложением деда, – Сначала пусть расскажет, что с ним случилось? Что спровоцировало инфаркт?

Он внимательно глянул на деда, который смущённо заёрзал на кровати, отведя в сторону взгляд.

Отцу я пока не стал рассказывать о том, что мне Наоки поведала. Не успел ещё, да и интересно было версию деда послушать. И кто знает? Может она мне всё это наврала. Пока эта история больше напоминала сюжет какого-нибудь аниме или кино.

– Да что тут рассказывать? Гхм, – откашлялся дед, – Просто перетренировался. Такое бывает. Подверг себя лишней нагрузке, вот тромб и оторвался. Впредь постараюсь до подобного не доводить.

– Постараешься? Нет, тут не так надо говорить, – покачал головой отец, – С тренировками тебе придётся совсем завязывать. И тогда возникает вопрос – а как ты дальше собираешься тренировать учеников, если тебе будет запрещена физическая нагрузка?

– Для того, чтобы учить бою, самому драться необязательно! – решительно отрезал дед, – Не вижу тут никаких проблем.

– Правда? – не выдержал, всё же, я, – Тогда почему же ты дерёшься? И что будет, если тот придурок из школы Сётокан опять к тебе придёт, и будет провоцировать, вызывать на поединок? Что ты ему скажешь, что тебе врачи не разрешают? Так это тоже приведёт лишь к тому, что ученики уйдут от тебя. Тут как ни посмотри, а школу всё равно закрывать придётся. Увы!

– Откуда ты узнал? – удивлённо вытаращился на меня дед, – Хотя, можешь не говорить. Наоки проболталась, значит…

– Не понял? Что ещё за поединки? – рыкнул отец, переводя недоумевающий взгляд с деда на меня, и обратно.

– Да у деда тут конкурент появился, из-за которого у него инфаркт этот случился, о чём он нам решил умолчать, – сдал я деда с потрохами, и рассказал отцу всё, что узнал от Наоки.

– Это правда? – глухо спросил отец, мрачно глядя на деда.

– Ну, да… – нехотя признался тот, и тут же попытался исправить ситуацию, – Но подобного больше не повторится, уверяю тебя. Тот козёл получил, что хотел – победу надо мной, и больше я ему не интересен буду. Несколько учеников я, конечно, после этого поражения потеряю, но Сайто так даже проще будет с оставшимися работать. Для тренера-новичка лучше, когда учеников у него немного…

– Отец, ты совсем, что ли, в маразм уже впал? – тихим, жутковатым голосом, перебил его отец, не сводя с него взгляда, – Ты просишь Сайто о такой услуге, и собирался умолчать о том, что у вас какой-то ненормальный ходит по школам, и вызывает всех учителей на поединки? А ты не подумал о том, что было бы, если бы он пришёл к Сайто, и тому пришлось бы с ним драться? Вот что тогда? Ты не забыл, случайно, что Сайто нельзя больше участвовать в поединках? Что любой пропущенный удар в голову может оказаться для него последним? Или тебе плевать на внука? Извини, но я не дам разрешения на то, чтобы Сайто участвовал в этом!

– Ты прав. Об этом я не подумал… – потерянно ответил дед, – В своё оправдание могу лишь сказать, что у меня и мысли не было о том, что глава школы Сётокан может вызвать на поединок подростка! Но вот сейчас я понимаю, что от этого урода всего можно ожидать… Сайто действительно лучше во всё это не лезть… Справлюсь сам как-нибудь, – аж осунулся он, – Видимо, школу всё же придётся закрывать. Слишком стар я уже для всего этого…

– Это действительно будет самым лучшим решением, – согласно кивнул отец.

– А вот я так не считаю, – возразил я, что стало, судя по выражению лиц отца и деда, неожиданным для них, – Отец, ты не видишь, что дед живёт своей школой? Если он не будет ей заниматься, то потеряет смысл своей жизни. А для таких людей, как он, потерять смысл своей жизни – это очень болезненный удар, и многие из них долго не живут после этого. Он должен и дальше заниматься своим додзё! Другого варианта больше нет.

– Это слишком опасно… – начал было отец, но я его перебил.

– Конечно, опасно, пока тот придурок лезет в чужие школы. Деда, вон, до инфаркта довёл. Значит, кто-то должен ему объяснить, что так делать нельзя. И объяснить так, чтобы он надолго это запомнил! Как мне кажется, самым правильным тут было бы сделать с ним то, что он делал другим. Прийти к нему в школу, вызвать на поединок, и отделать как следует на глазах учеников! И сказать, что так будет каждый раз, когда он будет вмешиваться в дела чужих школ. Такие люди, как, он понимают только силу.

– Нет, я не позволю тебе драться с ним! – вскинулся отец.

– Так я и не собирался, – аж опешил я, – Я, вообще-то, о тебе думал. Твоего же отца до инфаркта довели. Неужели ты готов спустить это с рук? Не хочешь сам в это лезть, найми кого-нибудь. Ещё вариант – вообще заявление в полицию на него написать. Уверен, что за то, что он деда до инфаркта довёл, его и посадить можно.

– Нет, только не в полицию! – тут же возразил дед, – У нас был честный поединок, и если я полицию вызову, то точно всех своих учеников лишусь и репутации.

– Ага, очень честный. Молодой мужик деда на поединок вызвал. Честнее просто некуда, – саркастически заметил я.

– А ведь ты прав, сын! – аж посветлел вдруг лицом отец, – Это ведь отличный выход. Убивать за такое, конечно, не стоит, но проучить обязательно надо! Слишком размяк я в последнее время в своей спокойной семейной жизни, и забыл, что ряд проблем только так и решаются. Ладно, тогда Сайто может спокойно присмотреть за твоим додзё, отец, уверяю тебя, тот тип тебя больше не побеспокоит…

– Может, не надо? – разволновался дед, – Вдруг ты его покалечишь? За такое тебя ведь и посадить могут! Насколько я помню, твои… эм… умения сложно к спорту отнести, и они предназначены как раз для того, чтобы быстро вывести противника из строя, зачастую, очень грязными способами.

– Не переживай, отец. Я буду осторожен и аккуратен. И у нас будут свидетели того, что это был обычный спарринг, на который он сам согласился, – растянул губы в холодной улыбке папаша, – А если он вдруг вздумает в полицию обратиться, то мы подадим встречный иск за доведения тебя до инфаркта. Тут уже никакого урона твоей чести не будет. К тому же, ты ведь и сам знаешь, что полиция не любит связываться с крупными корпорациями. Пойду я. Сразу и займусь этим вопросом. Только Кастета с Гансом с собой возьму, на всякий случай.

– Я с тобой! – тут же подскочил я.

– Даже не думай об этом! – жестко отрезал отец, – Мы-то скоро уедем, а вот ты – останешься. Не надо, чтобы тебя связывали с этим делом. Да и зачем тебе это?

– Просто хотел посмотреть, как ты дерёшься, – пожал я плечами, – Я ещё ни разу этого не видел. Хотелось бы оценить уровень твоих умений.

– Всё равно не успеешь, – усмехнулся отец, – Я не буду там показательных боёв устраивать. Два-три удара, и всё будет закончено. А потом у нас будет с ним долгий разговор, и я не хочу, чтобы ты его слышал. Цензурных слов там будет мало, – ещё шире оскалился он в недоброй усмешке.

– Да я, вроде, не ребёнок уже… Переживу, – буркнул я.

– Ну, раз не ребёнок, то и веди себя как взрослый, – пожал он плечами, – Побудь с дедом. А то как бы он не переволновался тут, пока вестей от нас ждать будет.

– Ладно, – нехотя проворчал я, а сам стал нащупывать телефон. Напишу Кастету, и попрошу его записать драку. Потом, естественно, удалю видео, чтобы оно в дальнейшем случайно не всплыло нигде.

***

– Слушай, дед, – начал я, когда отец вышел из палаты, – Я у тебя насчёт этой Наоки хотел спросить. Чего она злая такая? Или это только нам так повезло? Как она выживает-то с таким характером? У нас же таких девушек не любят. Нигде в мире не любят, – поправил себя я, – Но у нас – особенно.

– А с чего ей доброй быть? Жизнь её прилично потрепала, знаешь ли… – грустно улыбнулся дед, – Ей ведь всего семь лет было, когда её родители погибли в автокатастрофе. Потом её взял к себе дедушка, но характер у него очень сложный был. Он сразу к ней стал как ко взрослой относиться, и приучать к самостоятельной жизни, готовя к тому, что в любой момент его может не стать. И методы у него в этой учёбе порой бывали очень жестокими… Затем умер и он, и она почти год провела в детском доме, пока я сумел оформить опеку над ней. Такая жизнь её одновременно и закалила, и ожесточила. В школе, конечно, ей поначалу было очень тяжело, но потом одноклассники всё же приняли её. Городок у нас маленький, так что все быстро узнали подробности её жизни. Это немного смягчило людей, и они стали закрывать глаза на её особенности. Друзей, конечно, у неё нет, но и врагов тоже, а это уже не мало. Она, на самом-то деле, не такая уж и злая, как кажется. И заботливая. Ворчит, но помогает мне.

Зашибись… Ещё одна девушка с непростой судьбой, – мысленно поморщился я, – Что ж мне так везёт-то на них? Психованная дочь соседки, Ханако, с её сложными отношениями с родителями… Кого ещё забыл? У Мидори тоже не всё хорошо с родителями, несмотря на её внешне благополучный социальный статус и богатство семьи. Из всего моего женского окружения разве что Мия самой нормальной была, да и та, с заскоками. Эталону японского общества ни одна из них не соответствовала. Впрочем, да и пофиг на неё. Её жизнь меня никак не касается. Хочется ей из себя хамку изображать – пусть изображает, это её дело, и ей с этим жить. Правда, это в школе на её странности глаза закрывают и в этом маленьком городке, где все всё знают друг о друге, а если будет поступать куда-то, то там на подобное закрывать глаза не будут. Это жизнь, а не аниме, и девушкам с жестким характером тут жить очень сложно, если они не из богатых и влиятельных семей. Но, опять же, – это не моё дело! Вот, кстати, насчёт богатства…

– А почему она на двух работах работает? У вас настолько плохо с деньгами? – решил я всё же ещё кое-что узнать у деда про Наоки. Не столько из-за неё, сколько из-за деда. Если у него финансовая проблема, то я просто обязан ему помочь.

– Да нормально у нас всё с деньгами, – отмахнулся он, – Школа, может, и не такой большой доход приносит, как мне хотелось бы, но на жизнь хватает. Выплаты, которые я за опеку над Наоки получаю, я ей отдаю. Видимо, она прекрасно понимает, что если со мной что-то случится, рассчитывать ей будет не на кого, вот и решила финансовую подушку сделать, как я думаю. Со мной она эту тему неохотно обсуждает. Сколько раз я ей говорил, что лучше бы на учебе сосредоточилась, вместо этой работы – всё без толку. Если тебе так уж интересна эта тема, то лучше с ней поговори. Может, с тобой она пооткровеннее будет?

Ага, делать мге больше нечего, можно подумать. Самое главное я услышал, что дед не нищенствует, а остальное мне не интересно.

– Слушай, а ружьё-то тебе зачем? – уже перед самым уходом вспомнил я, так и не дождавшись никаких сообщений ни от отца, ни от Кастета, что немного напрягало.

– На охоту в молодости ходил, вот и осталось с тех времён, – неохотно буркнул дед, – Давно уже хочу избавиться от него, да всё забываю. Теперь уже точно продам его ко всем екаям. И вали уже отсюда, я спать хочу.

Глава 4

– Ну, наконец-то! – проворчал я, когда отец с Гансом и Кастетом ввалились в дом. Судя по их внешнему виду, никто из них не пострадал. И по радостным ухмылкам на лицах сразу стало ясно, что всё прошло хорошо.

– Вы хоть позвонить могли, что у вас всё нормально? Я ж тут места себе не находил! – накинулся я на них.

Уже часа три прошло, как я вернулся с больницы, на улице давно наступил вечер и подступала ночь, и я весь извёлся, пока их ждал.

За это время я успел обойти весь участок деда, изучив его спортивную площадку, на которой слегка размялся, добрался до додзё, которое, как оказалось, находилось здесь же, за домом деда. Приехали мы сюда поздно, а точнее будет сказать, очень рано, и как встали, почти сразу уехали в больницу к деду, так что рассмотреть до этого я ничего не успели, и поспешил исправить это упущение, тем более, что всё равно надо было чем-то себя занять.

Выглядело додзё вполне традиционно – одноэтажное деревянное здание, с классически изогнутой черепичной крышей, вокруг которого росли карликовая сосна и японский клён.

Когда я подошёл к нему поближе, то сразу стало понятно, что додзё очень старое – пошарпанные чуть покосившиеся стены, с местами облупившейся краской, прямо кричали о том, что дому уже много лет и ему нужен хороший ремонт.

Двери оказались не заперты, так что я не удержался и заглянул внутрь. Впрочем, там и рассматривать то особо нечего было. Большой, практически пустой, зал, с деревянным полом из японского кипариса, со святилищем синдзэн в передней части додзё, со специальной полкой камидана, на которой располагался маленький синтоистский алтарь синдэн.

Я побродил несколько минут по пустому залу, рассмотрел алтарь, деревянное тренировочное оружие, развешанное на одной из стен, да и вышел оттуда. Ещё насмотрюсь. С завтрашнего дня я, похоже, начну тренировать учеников деда.

Вот только пока очень смутно представлял себе, как буду это делать и чему учить. Я ж даже не знаю толком, чему их тут учили. Дед из своего боевого искусства очень мало успел мне показать. В основном, мы с ним физической подготовкой занимались, да спарринги проводили. Причём, я использовал умения из муай тай, и дед вовсе не пытался меня переучить. Скорее, учил тому, чтобы я мог успешно противостоять разным стилям боевых искусств.

Может, этим и заняться? Поучить их умению противостоять бойцу муай-тай? Нет, не выйдет, – чуть подумав, понял я, – Для этого надо знать сильные стороны боевого искусства деда, чтобы понимать, что из него использовать. Скорее всего, придётся всё же сосредоточиться на том, о чём дед говорил – поднатаскать их в ударах ногами, да и общую физическую подготовку проверю. В принципе, для тех двух-трёх недель, которые будет отсутствовать дед, этого более чем достаточно.

Я вернулся в дом, и решил заняться ужином. Всё равно кроме меня его никто не приготовит. Наоки как ушла с утра, так и не пришла до сих пор, и вряд ли после тяжёлого рабочего дня она захочет кормить непрошенных гостей.

Проинспектировав запасы деда, и сделав себе мысленную пометку, что обязательно надо их пополнить завтра, я сварил уже поднадоевший мне за последние дни рис, пожарил мясо с овощами, и выложил из банки на тарелку маринованный дайкон. Получился вполне традиционный для Японии ужин.

И как раз к концу моей готовки они и заявились, так что и разогревать ничего не придётся.

***

– Сорян, – опять по-русски произнёс Кастет, пока отец лишь молча усмехнулся на моё возмущение, проходя мимо меня. Я давно уже заметил, что Лёха предпочитает разговаривать со мной на русском, видимо, очень скучая по родной речи.

– Пока пробили адреса этого типа, пока дождались начала его занятия, много времени прошло, – рассказывал Кастет, скидывая берцы, – Так что мы так-то недавно только закончили с этим делом и сразу домой поехали. Деду написали, что всё ок, и он может забыть об этой проблеме, а тебе не стали, так как подъезжали уже. Смысл? Жрать есть чего? – переключился вдруг он, – С утра ни крошки во рту не было. Живот аж прилип к позвоночнику.

– Так чего не поели-то пока ждали? – не понял я его внезапную голодовку.

– А ты об этом у этих двух спроси! – злобно уставился Кастет в спину Ганса, который уже шёл в сторону кухни, – Я ведь так и сказал, давайте, мол, хотя бы по хотдогу или рамену возьмём, пока ждём. И знаешь, что они мне заявили в ответ? Мол, расслабился я слишком от этой спокойной жизни. Терпеть, типа разучился. Мы ж, типа, в засаде сидим, какие перекусы могут быть? В засаде! Прикинь? – зло фыркнул он, – Вот это наше ожидание в машине прихода обычного тренера по карате у нас теперь засадой называется!

– Ладно, пошли, спасу уж тебя от голодной смерти, – рассмеялся я, заходя на кухню.

Через минуту уже перед всеми тремя стояло по тарелке с ещё горячим рисом и овощами с мясом, и они активно заработали вилками. Даже отец не стал палочек требовать, видимо, это его Света переучила.

Я не стал отрываться от коллектива, наложил и себе, и присоединился к ним.

– Никогда бы не подумал, что скажу такое про рис, но ведь вкусно, блин! – махнул вилкой Кастет, – И мясо такое мягкое… Да у тебя талант, Сайто! Ещё один. Если вдруг не пойдёт дело с мангой и кино, то вполне можешь свою кафешку открыть, и готовить там блюда и японской, и русской кухни. А что? Я бы ходил!

– Слушай, заканчивай уже на русском языке болтать. Из нас троих только Сайто его знает, – проворчал Ганс, нацеливаясь вилкой на дайкири, – По крайней мере, из цензурных слов, – чуть подумав, добавил он.

– Ну, почему же? – с жутким акцентом произнёс вдруг отец, – Я тоже немножко понимать его. Учил, чтобы со Светой на её языке мочь говорить. Да и в командировках бывать в Россия.

– Хрена себе! – удивлённо выпалил Кастет, чуть не подавившись мясом, – Нет, главное, за столько лет, сколько мы уже дружим, русский язык не интересовал его, а стоило с год назад появиться рядом красивой русской девушке, так сразу заговорил на нём! Вот кобелюга! Понял, да? Учись! – глянул он на Ганса, – А то так и останешься неучем. И без девушки. Сам же говорил, что русские девушки тебе очень понравились, когда мы в России были на задании, и чем тебе не повод, чтобы язык выучить?

Ганс никак не отреагировал на его речь, продолжая невозмутимо есть. И было у меня подозрение, что уж у него-то точно никаких проблем с девушками нет. Здесь, в Японии, мужики обликом вылитые арийцы, были в моде.

– Да хватит уже о девушках! – не выдержал я, – Расскажите лучше, как разговор прошёл? Сильно отец его побил? Проблем не будет?

– Да какие проблемы, о чём ты вообще? – расхохотался Лёха, – Нет, тот тип поорал, конечно, немного, по возмущался, когда мы к нему на тренировку ввалились. Даже выгнать попытался нас вместе с лучшими своими учениками. Так что, сам понимаешь, мне не до съёмок там было. Мы их поваляли чутка. Так, не сильно, чтобы не травмировать и следов не осталось. А потом твой папаша объяснил этому придурку, с чьим отцом тот связался, и какая корпорация за нами стоит. Так этот тип, прикинь, ещё и извинялся потом перед ним, и кланялся всё остальное время беседы. Так что никаких проблем у Кушито-самы с ним теперь не будет.

– Хорошо, если так, – с сомнением покачал головой я. Знаю я такой тип людей. Может, в открытую гадости делать и перестанет, но вот исподтишка, чужими руками, вполне может продолжить.

– Да точно тебе говорю! – подмигнул мне Лёха, – К тому же, если будут какие проблемы, позвонишь нам, и мы приедем, и наведём тут порядок. Не переживай, всё норм будет!

– А вы с Гансом что, со мной не останетесь? – удивлённо я глянул на него.

– А зачем? – вопросом на вопрос ответил он, – Тут тебя никто не знает, никаких проблем не ожидается, а у нас полно дел накопилось. Если вдруг понадобимся, то за несколько часов примчимся. Да и вообще пока больше нет необходимости в твоей охране, всё тихо. Может только после премьеры фильма ещё присмотрим за тобой, чтобы фанаты не затоптали! – жизнерадостно заржал он.

***

Спустя час я сидел на кухне и пытался составить план двухчасового занятия на завтра. Но чем больше я пытался на нём сосредоточиться, тем больше прыгали у меня в разные стороны мысли, так и норовя соскользнуть в сторону манги и аниме. И понятно, отчего! Додзё, боевые искусства, дед-наставник, поединки с представителями других школ – это ж всё так и просилось в мангу!

Ещё и школьник в качестве пусть и временного, но сенсея! Я попытался сходу вспомнить что-нибудь подобное из манг и аниме моего мира, но, если отбросить всякую магию, вспоминались лишь Бог старшей школы, Кулак полярной звезды, Боец Баки, да Сильнейший ученик Кеничи. И те с оговорками, в виде всяких там внутренних энергий, и прочей мистики, не имеющих никакого отношения к реальным боевым искусствам.

Да и по сюжету ничего похожего нет. Ну, либо я не помню ничего похожего. Может, вообще свою собственную мангу придумать? Тряхнуть стариной, так сказать? Костяк-то сюжета, в принципе, есть уже.

Я схватился за карандаш, и стал набрасывать основную сюжетную линию прямо на плане завтрашних занятий.

Итак, существует додзё, где старик учит подростков забытому могущественному стилю боевых искусств. В школе существует сложнейший отбор учеников, достойных того, чтобы их ему учили. Из десяти пришедших учеников проходит испытание лишь один!

Другие школы боевых искусств завидуют успеху старика, и мечтают закрыть его додзё. То и дело его вызывают на поединки, где он расправляется с каждым, осмелившимся бросить ему вызов!

Но однажды один из глав школ идёт на подлость, и перед очередным поединком травит деда. Тот выходит на бой ослабленным, и проигрывает… Не в силах стерпеть позор от поражения, старик решает закрыть додзё и уйти в горы, но ученики уговаривают его не закрывать додзё.

После долгих уговоров старик соглашается, но при одном условии – что учить теперь будет не он, а его внук, который живёт, ну, допустим, в Европе. Может, даже, в России. Над этим ещё подумаю.

Типа, его обучил этому отец, который однажды пропал (это будет ещё одним вариантом развития дальнейшего сюжета – пометил я себе). Внук приезжает к деду, и оказывается, что он ещё школьник!

У деда, при этом, живёт воспитанница, помогающая ему по дому (вспомнилась мне тут Наоки), настоящая цундере.

Дед вводит внука в курс дела, и уезжает жить в горы отшельником, оставив эти двоих жить вместе.

Поначалу, естественно, эти двое всё время ругаются, но со временем у них просыпаются чувства друг к другу, и в конце истории они будут вместе.

Тут я поймал себя на том, что на автомате начал вырисовать героиню, придав ей облик Наоки, вздрогнул, перекрестился, поспешно стёр её, и начал рисовать уж в облике Миу Фуриндзи из Сильнейшего ученика Кеничи. И тут же пометил себе, что мой герой будет выглядеть как Кеничи.

Логично, что остальные школы не успокоятся, продолжат пытаться закрыть их школу, и то и дело будут вызывать на поединки Кеничи. Плюс, в самой школе не все ученики будут рады, что их тренирует по сути ребёнок.

Главгада обязательно надо будет ввести! И это должен быть тоже подросток, а не взрослый. Главы других школ будут гадить исподтишка, так как это будет совсем не круто выглядеть, если взрослые докапываются до ребёнка. Этого не поймёт никто из их окружения, и даже собственные ученики. Вот последних-то они и будут натравливать на ГГ!

Допустим, они ему в школе прохода давать не будут. Должен же он учиться в школе? Должен. Вот это и обыграем. А главгадом у нас будет какой-нибудь особенный ученик из додзё деда, которого тот когда-то выгнал из школы за жестокость. Главы других школ найдут его, и наймут, чтобы он избил ГГ и заставил его бросить школу.

В общем, тут уже было с чем работать. Нюансы можно будет потом прописать. Там и следы отца вдруг объявятся, и наш ГГ кинется его вдруг искать, и подруга детства вдруг поселится по соседству. И что-нибудь про мать можно будет придумать. Мол, ушла в другую семью, там у ГГ растёт сестра, и однажды она нагрянет в гости.

А что? Вполне неплохая манга может получиться! – резюмировал я, разглядывая свои наброски. Теперь бы ещё время на неё найти… Блин, вот всегда я так! Не доделал до конца ещё ни одну историю, и уже новую собираюсь начать! Мне бы на предыдущих сериях сосредоточиться, но меня вечно куда-то в сторону тянет, и я ничего не могу с этим поделать!

Ещё с того мира была у меня черта, что если меня посещала какая-нибудь навязчивая мысль или идея, то мне было очень тяжело от неё избавиться. Сколько манг я не до рисовал только потому, что в процессе их рисования мне приходила в голову идея очередной манги, и я переключался на неё!

Нет, тут подобного не будет, – я вздохнул, и решительно отодвинул свои наброски в сторону. В первую очередь буду заниматься исключительно теми мангами, на которые у меня заключен контракт, всё остальное – в свободное от них время.

Вот закончу сегодня-завтра главу Мастеров, тогда и можно будет выделить пару часов на новую идею. Потом очередную главу Ван Пис завершу, там до конца тома совсем чуть-чуть осталось, завершу – и можно будет чуть-чуть выдохнуть.

Правда, ещё Тетрадь смерти есть… – я устало откинулся на спинку стула, закрыл глаза, и потёр разболевшийся лоб, – Многовато… Впрочем, с этой новой мангой меня никто не торопит. О ней и не знает ещё никто, кроме меня, так что буду её рисовать никуда не торопясь, и не начну выкладывать в сеть, пока она не будет хотя бы на половину готова. А ещё лучше – на две трети.

– Я дома, – буркнул вдруг рядом кто-то голосом Наоки, от неожиданности я чуть не навернулся вместе со стулом, и, открыв глаза, увидел вошедшую на кухню девушку, которую чуть ли не покачивало от усталости.

***

– Это и есть твоя работа? – презрительно спросила девушка, усевшись напротив, и без разрешения схватила мои наброски.

– А разрешения ты не хочешь спросить? – вопросительно поднял я бровь. Нет, я знал, что она беспардонная хамка, но не ожидал, что настолько.

– А вы не хотели спросить разрешения, прежде, чем ввалиться ко мне в дом, а потом ещё и продукты мои подъесть? – огрызнулась она, – Я уже проверила холодильник, и вообще-то, очень рассчитывала на эти овощи и мясо, которые вы тут сожрали без меня.

– Так-то мы тебе тоже оставили. Еда на плите, подогрей себе, – буркнул я, но, надо было признать, доля истины в её словах была. Обязательно завтра же схожу в магазин! Не собираюсь быть ни чьим нахлебником. И овощи с мясом верну ей. Пусть подавится.

– И на том спасибо, – фыркнула она, встала из-за стола, и пошла подогревать себе еду, так и не расставшись с моими набросками и просматривая их на ходу.

– А ведь неплохо, – произнесла она вдруг после пяти минут молчания, и активной работы палочками.

– Ты про еду или про наброски манги? – усмехнулся я.

– И то и то неплохо, – равнодушно ответила она, – Кто-то из ваших охранников готовил? Странно, что вы с собою повара не привезли. Вы же явно богачи какие-то.

– Нет у нас повара, – раздражённо проворчал я, – Я сам готовил!

– О! Да ты у нас полон талантов, я посмотрю, – противно захихикала она, – Повар, картинки всякие рисуешь. Может, и вышивать ещё умеешь? Или оригами увлекаешься?

– Я полон разных талантов, – не повёлся я на подначку, – Мои картинки уже изданы многотиражной мангой, ещё я в кино снимаюсь. А ты чем увлекаешься, помимо того, что официанткой подрабатываешь и билеты в кино проверяешь? Или это и есть твоё хобби?

– Ой, да пошёл ты! – резко бросила она, вставая, и чуть ли не бросив тарелку в раковину, – Думаешь, я поверю, что ты сам всего этого добился? Наверняка папочка помог. Он же у тебя важная шишка в Сони! Дед рассказывал. Сидит тут, умничает с важным видом, а сам без своего папаши и не представляешь из себя ничего! Конечно, поверю я в то, что обычного школьника взяли в кино сниматься, и мангу его издают! Смешно.

– Можешь думать, что хочешь. Мне всё равно, – пожал я плечами, – И могла бы спасибо сказать за еду.

– Ага, приготовленную из моих продуктов! Отвали, придурок, – бросила она, и выскочила из кухни. Вот и поговорили…

Глава 5

– …как вы уже знаете, ваш тренер, Кушито-сан, находится в больнице, с инфарктом, – вышагивал, сложив руки за спиной, отец перед строем учеников, – Но прерываться занятия не будут. На время отсутствия вашего учителя занятия будет вести его внук и мой сын Сайто Кушито, – кивком головы указал он на меня.

Я легким поклоном поприветствовал учеников. Судя по их вытянувшимся при этих словах лицам, к такому повороту они не были готовы. Похоже, они уже решили, что новым сэнсэем у них будет этот здоровенный мужик, а он вдруг на подростка им показывает. И это старшей-то группе обучения! Ну, да. Вот так мне повезло, что начинать учёбу придётся с самых опытных, возрастом примерно от шестнадцати до двадцати лет.

Не будь здесь отца сейчас, наверняка бы уже возмущённые вопли раздавались, но он решил на день задержатся, и помочь мне в первый день занятий, за что я ему был очень благодарен. Честно говоря, я немного нервничал, глядя на выстроившихся перед нами двадцать человек, которых мне сейчас надо будет чему-то учить. Казалось бы, на соревнованиях за мной наблюдало намного больше народа, и тогда меня это не волновало, а тут перед парой десятков трясусь.

Похоже, опять мне прошлая жизнь привет передаёт. Там на меня тоже мандраж накатывал, когда мне приходилось в центре внимания быть, и о чём-то рассказывать окружающим. Ещё со школы со мной такое было, когда я даже стих не мог рассказать перед всем классом, заикаться от волнения начинал. Приходилось каждый раз с учителем договариваться, чтобы она меня отдельно, где-нибудь на перемене выслушала.

Странно… Когда я пришёл тут в школу, то подобное не повторилось, я вполне спокойно отвечал учителю, и уже благополучно забыл об этом аспекте своей прошлой жизни, а тут вдруг опять накатило. Или это из-за того, что здесь нет учителя, который поправит меня, если что-то пойдёт не так, и угомонит учеников, если они насмехаться начнут?

Неужто, опять моя трусость вернулась? Нет уж! – до скрипа сжал я зубы, чувствуя, как внутри меня разгорается злость на самого себя, – Подобного я больше не допущу!

– Да чему вообще нас может научить этот мальчишка? – всё же не выдержал, и взорвался один из учеников, надменно глядя в мою сторону, – Это вы чтобы деньги не возвращать, да? Я требую, чтобы мне вернули мою плату за месяц, и я лучше в школу каратэ тогда пойду заниматься.

– То есть, ты думаешь, что мой сын не сможет тебя ничему научить? Считаешь, что мы не хотим возвращать тебе твои жалкие несколько тысяч йен? Уверен? – отец замер прямо напротив парня, и уставился на него тяжёлым взглядом. Тот побледнел, но не сдавался.

– Да, уверен! – с вызовом ответил он, поддерживаемый молчаливым согласием остальных учеников.

– Ну, что же. Хорошо. Тогда предлагаю следующее, – не сводил с него взгляда отец, – Спарринг здесь и сейчас, в полной защите, без оружия. У тебя будет две минуты против моего сына. Покажи нам, на что ты способен. Выиграешь – и я лично сразу же отдам тебе твои деньги. Даже с процентами. Проиграешь – и ты остаёшься в школе, и больше не возмущаешься. Как тебе моё предложение? Согласен?

– Я? Против этого мелкого? Да я за минуту его уделаю! – самодовольно усмехнулся тот.

– Отлично. Тогда готовься. Защиту одевай, – сухо ответил ему отец, глянул на меня, и слегка кивнул. Я кивнул в ответ, и тоже пошёл одевать шлем и перчатки, кипя от злобы. Мелкий? Да он всего на пару сантиметров выше меня! Ну, или на три. Пять максимум! В плечах по шире и по мощнее это да, но не на много. Зря он так самоуверен… Но это даже к лучшему.

Пока всё шло так, как предполагал мой отец, и по разработанному нами сценарию. Мы оба были уверены в том, что кто-нибудь, да возмутится. Нет, конечно, вернуть деньги и выкинуть недовольного из школы было не проблемой, вот только за ним могли последовать и остальные. Многим трудно решиться на такой шаг, пока кто-то не сделает его первым. Зато, когда пример перед глазами, то этих людей ничего уже не удержит.

Как по мне, так и пофиг, не хотят заниматься, так пусть валят. Вот только дед, боюсь, подобного подхода не оценит. Если он вернётся, и обнаружит, что ученики разбежались, то его может новый инфаркт свалить, так что придётся провести показательную порку.

Конечно, существовала вероятность того, что показательная порка ждёт сейчас меня самого, но я оценивал её как крайне маловероятную. Я-то знал, что меня ждёт в спарринге, а вот противник – нет. Он будет ожидать, что против него также выйдет боец, изучающий бу-дзюцу, а выйдет боец муай тай. Если бы мы устроили спарринг, разрешающий использовать деревянное оружие, те же мечи, или шест, то он, скорее всего победил бы, так как бу-дзюцу, в том числе, изучает и искусство владения различным оружием, вплоть до серпов, но отец специально сказал, что бой без оружия, и тут уже у него шансов мало.

– И стоило ради этих двух минут защиту одевать? – недовольно проворчал парень, выходя в центр татами, – Я бы и без неё его спокойно уделал бы.

– Разговорчики! – рявкнул отец, – Распустил тут вас мой отец, я смотрю. Если учитель сказал надеть защиту, то ученик должен ответить – хай! И молча выполнить! Готовы? Ну, так начинайте. Чего зря время терять?

Он отошёл в сторону и демонстративно посмотрел на часы. Мы начали сближение под пробежавший по залу тихий гул голосов остальных учеников, с интересом наблюдавших за развитием событий.

Соперник не стал выжидать и присматриваться ко мне. Самодовольно улыбнулся, глядя, как я выжидаю, решил, видимо, что я его опасаюсь, и бросился ко мне, чтобы тут же отлететь от моего удара ногой в грудь в прыжке. Каким-то чудом он устоял на ногах, и даже ухитрился заблокировать рукой мой добивающий удар в голову, но удара второй ногой в голень не ожидал.

Захромал, поспешно попытался разорвать дистанцию, растерянно глядя на меня, но я не собирался давать ему передышки, и буквально приклеился к нему, осыпая ударами ногами, коленями, кулаками, и даже пару раз локтем приложился.

Надо было отдать парню должное, выносливость у него была впечатляющая, и мне так и не удалось сбить его с ног, несмотря на все мои старания. Он как мог отбивался, блокировал удары, уклонялся, кривился от каждого пропущенного удара, но стоял. Впрочем, не сильно это его спасало. Я был намного быстрее его, и он ловил удар за ударом, даже не пытаясь контратаковать.

В какой-то момент мне даже удалось его подловить, взвиться в прыжке, и пробить коленом по наклонённой голове, но даже тогда он не упал, хотя, судя по бессмысленному взгляду, явно находился в нокдауне!

Поразительно просто. Видимо, благодаря столь впечатляющей выносливости и устойчивости он и оказался среди лучших учеников деда.

– Стоп! Время! – скомандовал отец, и я отошёл в сторону, и стал стаскивать с себя перчатки и шлем.

– Ты как? Слышишь меня? Сколько пальцев? – отец усадил парня на пол, и размахивал перед его лицом рукой.

Остальные ученики, пользуясь отсутствием контроля, оживлённо вполголоса переговаривались, разбившись на группки, и опасливо поглядывая на меня.

– Продолжать можешь? Или домой пойдёшь? – поинтересовался отец у пришедшего в себя через пару минут парня.

– Всё в порядке. Смогу, – сконфуженно ответил он, и, пошатываясь, встал в строй. Что ж. Надо отдать ему должное. С характером у парня всё было в порядке. Надо бы, кстати, его имя узнать. А то всё парень, да парень.

– Ещё есть желающие бросить вызов своему новому учителю? – окинул строй учеников взглядом отец, – Или покинуть школу? Нет? В таком случае, оставляю вас с вашим новым сэнсэем. Начинайте занятия.

Он поклонился ученикам, мне, мы ответили ему взаимностью, и он покинул додзё, оставив меня наедине с этими двадцатью парами глаз, уставившихся на меня.

Я глубоко вздохнул, и резко выдохнул, прогоняя остатки робости и нерешительности.

– Как вы уже знаете, меня зовут Сайто Кушито, – медленно пошёл я вдоль строя, разглядывая учеников, – А вот я вас – ещё нет. Сейчас я начну зачитывать список с именами. Тот, кого называю, должен сказать – я, сделать шаг вперёд, и встать на место, когда я назову следующего. Начинаем. Айдзо Кобоши!

– Я! – громко выкрикнул невысокий, ещё ниже меня ростом, подросток вышел вперёд, и с облегчением встал на место, когда я назвал следующего, – Акихиро Мукато!

И так двадцать раз… Моего соперника, кстати, как оказалось, звали Иуоо Камичи.

Блин, вот и не верь так во всякие приметы и значения имён. Иуоо в переводе с японского означало – каменный человек, так что тут попадание было прямо в цель.

– А сейчас посмотрим на вашу выносливость, – многообещающе улыбнулся я, глядя на своих жертв, – Напра-во! Бегом марш! Двадцать кругов для начала! Трое, кто прибежит последними, будут скакать лягушками ещё пять кругов!

И без того начавшие довольно резво бег ученики, сразу же резко ускорились.

– А ведь это, возможно, даже будет весело, – с усмешкой наблюдал я за своими подопечными, всячески старавшихся не оказаться в числе трёх замыкающих, и кое-кто уже даже не стеснялся работать вовсю локтями, – И чего я переживал? Возможно, быть учителем в додзё вовсе уж и не такая плохая идея, как я думал раньше.

***

– …значит, всё прошло отлично, говоришь? – переспросил отец, когда мы стояли с ним на улице. и ждали, когда из дома выйдут Кастет с Гансом.

Отец решил не ждать утра, и уехать уже этим вечером. Как я понял, у него появилась срочная работа, и больше он не мог задерживаться тут.

– Более чем, – кивнул я довольно, – Это оказалось даже забавно, когда двадцать человек выполняют любую твою команду. Иуоо, кстати, ну, тот тип, который свалить хотел, – объяснил я, увидев недоумевающий взгляд отца, – Оказался крайне скверным бегуном, и ему ещё и попрыгать пришлось, так как в тройке последних прибежал. И упёртый как не знаю кто! Я хотел освободить его от наказания, но он отказался.

– А вот это плохо, – нахмурился отец, – Твоё слово должно быть для учеников законом! Если ты что-то говоришь им делать или не делать, то они должны беспрекословно подчиняться, а не спорить с тобой. В следующий раз, если он опять что-то откажется выполнить из твоих команд, прогони его с занятия. К тому же, не забывай, что ты отвечаешь за их здоровье, и если кому-то из них станет плохо на занятии, то вопросы и претензии будут к тебе. Не переусердствуй с заданиями для них, не загоняй. Для начала просто выясни, на что они способны, а потом уже определяйся с нагрузкой. Всё понял?

– Да, отец, – согласно кивнул я, осознав его правоту. Этому придурку Иуоо действительно могло стать плохо на этих прыжках после нокдауна, и я должен был настоять на том, чтобы он их не делал. Надо было вообще его от пробежки отстранить, и дать ему время в себя прийти. Не подумал я, и плохо. Не надо забывать, что я теперь могу не только издеваться над учениками, но и отвечаю за них.

– Ну, что? По машинам? – весело выкрикнул вышедший из дома Кастет, явно довольный тем фактом, что сваливает из этого городка, – Давай, Сайто. Не скучай тут. Будут проблемы – звони! – он ободряюще стукнул меня по плечу, и пошёл за руль.

Отец молча пожал мне руку, открыл было рот, явно собираясь сказать какое-то напутственное слово, но тут же захлопнул его, улыбнулся одним уголками губ, и пошёл к машине.

Уже через минуту она сорвалась с места, и я остался совсем один… Если не считать той ненормальной в доме, которая уже вернулась с работы.

***

– …а прообразом ученика, бросившим вызов новому учителю в школе, будет как раз Иуоо, – бормотал я себе под нос, сидя на кухне, и продолжая делать наброски новой манги, – Вот только сделаем его по крупнее, и назовём, пожалуй… – задумался я, подняв вверх глаза, – Пусть будет Горо. Да, так однозначно лучше. И, пожалуй, надо добавить пару женских персонажей среди учеников. Если на занятиях будут симпатичные девушки, то парни будут ещё лучше стараться. И какие-нибудь смешные ситуации можно будет придумать с ними. Да тот же стандартный сюжет с перепутанными мужскими и женскими раздевалками. И почему, интересно, дед не взял себе девушек в обучение?

– Да затем, чтобы они не отвлекали парней от занятий, – плюхнулась вдруг напротив меня за стол Наоки, а я аж вздрогнул от неожиданности, – Привет!

– Привет, – настороженно отозвался я, – Я думал, ты теперь не разговариваешь со мной?

– А я и не собиралась, но дед, когда я сегодня навещала его, объяснил мне, что я не права, – пожала она плечами, – Рассказал побольше о тебе. Что никто тебе не помогал, и ты сам пробивался. Что не такие уж вы богачи, как я думала. Через что тебе пришлось пройти на пути к успеху, так что… – она сделал паузу, тяжело вздохнула, глянула на окно, за которым уже ничего не было видно из-за позднего вечера и отсутствия там фонаря, и снова посмотрела на меня, – Так что извини меня. Я была не права. Видимо, всё же позавидовала тебе. Легко считать чьи-то успехи незаслуженными, и гораздо тяжелее смириться с тем, что твой ровесник намного успешнее тебя. Не поверишь, я даже мангу твою сегодня купила, – криво усмехнулась она, опустив голову так, что мне совсем не было видно её глаз из-за длинной чёлки, – Хотела убедиться в том, что ты бездарность, но… Но ты действительно придумал шикарную мангу. Я одновременно и восхищалась тобою, когда читала, и хотела прибить, понимая, что мне никогда не добиться тех успехов, которых ты уже достиг. Так что… Мир? – протянула она мне ладошку для рукопожатия.

Я с сомнением глянул на неё, ожидая очередного подвоха, но всё же пожал, – Мир. И ты рано сдаёшься. У тебя вся жизнь ещё впереди. Может, ты станешь известной актрисой, или удачно выйдешь замуж, после чего мои доходы будут выглядеть просто смешными. Почему ты, кстати, так зациклена на деньгах и так много работаешь? Неужели дед тебе мало даёт на карманные расходы? Извини, если лезу не в своё дело.

– Да всё нормально, – отмахнулась она, забралась на стул с ногами, натянув на голые колени футболку, – Ты мог бы и сам догадаться, если бы подумал. Ты ж не глупый парень, я это уже поняла.

– Из-за деда? – предположил я, – Боишься, что он умрёт, и ты останешься без средств к существованию?

– Ну, вот видишь. Говорю же, ты умный парень. Понимаешь… – задумчиво протянула она, – Я же ему никто, по сути. Он не удочерил меня, а взял под опеку. В случае его смерти, к наследству я не буду иметь никакого отношения. Я моментально лишусь всего – карманных денег, жилья… По сути, я могу вообще на улице оказаться! Если я к тому времени буду совершеннолетней, то мне даже детский дом не светит!

– Погоди… – нахмурился я, – Но ведь тебе должно было достаться имущество родителей, деда… Не может же быть, что они тебе совсем ничего не оставили?

– А ты думаешь, там было что оставлять? – грустно усмехнулась она, – Они у меня не миллионеры были. И родители, и дед жили в съёмных домах. Да, кое-какие сбережения у них были, и они достанутся мне, когда я стану совершеннолетней, но того, что есть там, мне максимум хватит на полгода скромной жизни в съёмной квартире. Ну, и сам подумай, какие у меня есть варианты? Если я хочу чего-то добиться в этой жизни, то мне обязательно надо получить высшее образование, и крайне желательно, в престижном вузе. А сколько оно стоит, ты, думаю, и сам прекрасно представляешь. Вот мне и приходится крутиться. У меня ж всего полгода осталось до поступления. Если дед поможет, то хорошо, но я не могу на это рассчитывать. Я с детства привыкла полагаться только на себя. Но хватит обо мне, – встряхнулась она, – Что-то я слишком разоткровенничалась. Ещё решишь, что я жалуюсь на жизнь, а это не так. Всё, пойду спать.

Она решительно встала, и задвинула стул.

– Спокойной ночи!

– Спокойной ночи, – задумчиво ответил я. Что-то сомневаюсь я, что дед бросит её на произвол судьбы. Не такой он человек. Наверняка он её в число наследников включит, если уже не включил. И с поступлением точно поможет. Но стоит ли ей об этом говорить и обнадёживать? Думаю, нет. Это дед сам должен озвучить.

– Но в твоей будущей манге всё же кое-чего не хватает, – уже уходя, бросила она мне обернувшись.

– Это чего же? – удивился я.

– Девушек! – многозначительно произнесла она, – Секрет хорошей манги, пользующейся успехом, в большом гареме вокруг главного героя. У тебя же лишь соседка по дому, да подруга детства. Этого мало! Все мужики повёрнуты на гаремах. Добавь школьную подругу, ещё фанатку в школе боевых искусств, можно и лоли куда-нибудь прикрутить, и вот тогда у манги точно будет успех! – она подмигнула мне, и вышла из кухни, а я на полном серьёзе стал обдумывать её идею. Что-то в этом было…

Глава 6

– Иуоо, стой! Да подожди же! – донеслось из-за спины бредущего по улице хмурого парня, возвращающегося домой после тренировки. Он настолько глубоко ушёл в свои мысли, что даже не сразу понял, что это его зовут.

И надо ж ему было выпендриться и против нового учителя выступить? Ведь можно было догадаться, что у такого мастера, как Кушито-сэнсэй внук не может быть слабаком!

Нет же, вылез. И разгромно проиграл на глазах у всей группы, став для всех посмешищем. Теперь нужно быть готовым к тому, что ему ещё долго будут сегодняшний бой вспоминать. И никого не волнует, что, как оказалось, их новый учитель специализируется в муай-тай, а не в бу-дзюцу, и даже чемпионат префектуры выиграл.

Об этом выяснилось сразу после окончания тренировки, когда в раздевалке Адаши первым же делом загуглил о нём информацию и тут же радостно и с выражением зачитал для всех.

Так мало того, что Сайто-сэнсэй оказался сильным бойцом муай-тай, выяснилось, что он ещё и в кино снимается, причём, в одной из главных ролей! После этого он вообще чуть ли не кумиром для всей группы стал.

И для Иуоо в том числе.

Он и сам мечтал стать крутым бойцом, сниматься в фильмах, стать звездой, чтобы на него все девушки вешались, а тут живой пример оказался перед глазами.

И ведь не из красавчиков, что самое главное, которые добиваются успеха исключительно из-за своей внешности. Нет, Кушито-куна к ним точно не отнести. Жутковатая внешность у него, особенно, глаза. Вылитый дед. И это не помешало ему получить роль в кино, а значит, и у него, Иуоо, есть все шансы! Надо только постараться! И что-нибудь придумать, чтобы о его сегодняшнем конфузе поскорее забыли…

– Иуоо! Ты меня слышишь вообще?

– Чего вам? – недовольно рыкнул он, повернувшись, и увидев, что его догоняют двое парней из додзё, но не одногруппников, а по младше. Из средней группы.

– Ты с тренировки? Была она? Я слышал, что Кушито-сэнсэй в больнице, – запыхавшимся голосом спросил один из них, тяжело дыша. Видимо, бегом его догоняли.

Мда, тяжело им придётся завтра, если Сайто-сэнсэй будет их также, как нас сегодня, гонять, – мысленно отметил себе Иуоо, глядя на взмыленных парней.

– Была, – односложно ответил он.

– И как она? Кто вёл? Тяжело было? – засыпали они его вопросами, а у Иуооо забрезжила в голове смутная идея, как сделать так, чтобы в додзё забыли о его конфузе, и переключились на кого-нибудь другого. И эти двое ему в этом помогут…

Иуоо даже их имён не помнил, но знал, что эта неразлучная парочка те ещё придурки. Строят из себя настоящих бандитов. В школе не дают прохода тем, кто слабее, на улице тоже докапываются до подростков.

Кушито-сан давно уже хотел выгнать обоих за их выходки, но почему-то, до сих пор этого не сделал. Всё жалел. Думал, что сможет привить им дисциплину, и перевоспитать. Но, по мнению Иуоо, этим двоим уже ничего не поможет.

– Кушито-сана пока его внук замещает. Ваш ровесник где-то, – окинул он их оценивающим взглядом. Ну, да. Где-то лет по шестнадцать им и есть, с виду.

– Чего-о-о? Да ты гонишь! Подросток занятия ведёт? Чему он вообще может научить? – одновременно закидали они его вопросами.

– Ну, мы сегодня, в основном, бегали, – невозмутимо пожал плечами Иуоо, – Отжимались, там, ещё. В общем, ничего особенного, почти одни сплошные физические упражнения.

И чё, даже не спарринговали? – вытаращился на него один из парней, выплюнув жевачку, – Вот отстой!

– Ага, терпеть бегать не могу. Если только за пивом сгонять. За что мы только деньги платили? – подхватил второй.

– А чего вы тогда его слушались? – почувствовал вдруг подвох первый, с подозрением глядя на Иуоо снизу вверх. Был он даже чуть ниже их нового сэнсэя, но довольно широкоплеч, а на его губах вечно змеилась, как приклеенная, кривая ухмылка, – Послали бы, да потребовали деньги назад. Я ж сам слышал на днях, как ты дружкам своим говоришь, что хочешь в школу карате перейти? Передумал?

– Решил повременить немного, – пожал плечами Иуоо, – Мало ли… Вдруг старик скоро выздоровеет? Обратно же он вряд ли возьмёт, а в этой школе карате занятия чуть ли не в два раза дороже стоят. К тому же… – изобразил он слегка смущённый вид, – Сегодня новый учитель не один был, а с отцом, а тот у него с виду настоящий зверюга. Даже здоровее старика, прикиньте?

– Да ну нафиг! – синхронно не поверили ему оба приятеля.

– Да точно вам говорю, – с жаром кивнул Иуоо, – Но он в конце занятия ушёл, и, как я слышал, уже уехал из города, так что завтра его уже не будет. Так что на следующем занятии лично я точно скажу ему, что если мы так и будем бегать вместо того, чтобы драться, то пусть тогда хотя бы половину суммы за этот месяц возвращает. Бегать я и не приходя в додзё могу.

– Точняк! – злобно вякнул второй тип, высокий, тощий парень, с маленькими злыми глазками, которые вечно смотрели куда-то в сторону, а не на собеседника, – Я тоже обратно деньги потребую, и пусть только попробует не отдать! Слушай! – осенило вдруг его, и он бросил взгляд на дружка, на лице которого всё ещё угадывалось сомнение. Видимо, он был поумнее в их паре, и чуял подвох, но не мог понять, в чём он заключается, – Так может, пока старика дед, мы с его мелкого внука долю потребуем? Типа, станем его помощниками, а он пусть нам деньжат отстегнёт за это? Будем ходить с важным видом, лупить мелких, и ещё и деньги за это получать станем, прикинь?

– Тихо ты! – прошипел ему сквозь зубы первый, бросив косой взгляд на Иуоо, – Потом это обсудим. Ладно, пора нам. Увидимся, – бросил он последнему, переглянулся ещё раз с другом, и они вразвалочку пошли прочь.

– Два дебила, – сплюнул сквозь зубы Иуоо, и довольный пошёл домой. Его проблема была практически решена. Завтра эти недоумки наедут на Сайто-сэнсэя, огребут от него, естественно, и про его сегодняшнее недоразумение все сразу и забудут, так как появится новая тема для обсуждения и насмешек.

В том, что Сайто без проблем уделает их, он ни на секунду не сомневался. Он бы и сам без проблем их обоих отделал бы при необходимости, а уж новый сэнсэй их вообще размажет по татами тонким слоем.

***

– Не, обойдусь, пожалуй, без лоли… – размышлял я молча, глядя на носившихся по додзё детей младшей группы. Никогда подобного не понимал ни в мангах, ни в аниме.

Пусть даже у меня не было в учениках девочек, но это ничего не меняло. Не мог я себе представить, как за моим ГГ будет бегать ребёнок. И пусть даже многим японцам нравится про подобное читать и смотреть, но в моей манге такого не будет. Ограничусь двумя новыми подружками для героя – в школе, и на занятиях боевыми искусствами, и хватит с него! К тому же, у него ещё младшая сестра будет, и вот с ней сделаем всяких нелепых, смешных и милых ситуаций, которые так любит читатель.

– А ты новый сэнсэй, да? – набрался смелости, и спросил меня мальчуган лет восьми на вид. До занятия оставалось ещё минут десять, но большинство уже пришли, и он долгое время в компании сверстников опасливо наблюдал за мной издали, но всё же решился, и подошёл ко мне.

При этом, в этой младшей группе были не только дети семи – девяти лет. Десяти и одиннадцатилетние тоже встречались, и был даже один парень, которому уже стукнуло тринадцать. Просто он только с полгода назад, судя по записям деда, начал заниматься, потому и попал в группу для начинающих.

Всего же у деда занимались три группы, которые он назвал очень просто – младшая, средняя и старшая. Со старшей я уже вчера познакомился, а остальные две ждали меня сегодня. Сначала младшая, сразу после обеда, а ближе к вечеру настанет очередь средней.

С каждой из групп нужно было проводить по два занятия в неделю, так что нагрузка, в принципе, получалась небольшой, и времени свободного у меня, по идее, прилично должно оставаться.

– Да, я временно заменяю Кушито-сэнсэя, – улыбнулся я ему, – Тебя как зовут?

– Исаму, – комично серьёзно произнёс он, – А дедушка Кушито скоро выздоровеет? Он же поправится, да?

– Разумеется, – решительно кивнул я, – Пару недель полечится, и вернётся к вам.

– А чему вы нас будете учить? Лично мне очень нравится бокенами сражаться! У меня лучше всех в группе это получается! Мне сам дедушка Кушито так сказал! – гордо надулся он.

– Ну, раз он так сказал, то так и есть. Уж он точно не стал врать бы, – стараясь не заржать, ответил я, – А чему я вас буду учить, ты скоро узнаешь. Как раз начинать пора. Иди к своим, стройтесь.

– Сэнсэй сказал, строиться! – радостно завопил он, убегая от меня, гомон стих, и дети суетливо выстроились в шеренгу, и поклонились мне.

Я ответил тем же, а когда выпрямился, то увидел, что они все до одного смотрят не на меня, на дверь.

– Простите, я хотела бы записаться к вам на занятия, – робко произнёс женский голос, и я, даже ещё не видя, кто это говорит, как-то сразу понял, что у меня появляются первые проблемы…

Я нехотя обернулся, и увидел то, чего и боялся. У дверей с нерешительным видом застыла девочка. Даже уже, наверное, девушка, можно сказать. Ей могло быть как двенадцать, так четырнадцать, в этом возрасте у девушек было очень сложно понять, сколько им лет. Тем более, у японских девушек, которые и в тридцать могли выглядеть на пятнадцать.

– У нас сейчас занятие начинается, приходите после него, – с трудом сдержав тяжёлый вздох, произнёс я, и отвернулся, думая, что разговор на этом закончен. Но я ошибался…

– Простите, но, если можно, я хотела бы сразу заниматься начать, – робко, но довольно твёрдо заявила она, – А уже после занятия можно и оформиться будет.

– Так не принято…

– Вы не переживайте, деньги у меня есть! Я точно заплачу! – выпалила она, перебив меня, решив, что дело в деньгах. А я ещё так и не придумал, на основании чего откажу ей… Дед точно не обрадуется, обнаружив такого нового ученика…

Вот, кстати… А имею ли я вообще право набирать новых учеников? Мы с дедом этого не обсудили, да и наверняка должен договор от его имени составляться, а значит…

– Простите, – опять повернулся я к ней, – Но я не имею права набирать учеников. Это может только мой дед делать, а он сейчас на больничном. Извините. Приходите позже. Недели через две.

– Если дело только в этом, то ничего страшного, – мягко улыбнулась она, – Кушито-сан сам предложил мне прийти сюда к нему на занятия. Странно, что он вас не предупредил об этом. А оформиться мы и потом можем, когда он выздоровеет.

– Действительно, странно, – согласился я с ней, лихорадочно соображая, что же делать. Впрочем, раз дед не предупредил меня о ней, то пусть сам и выкручивается. Я тогда вообще не при делах, получается.

– Ладно, идите переодеваться, – махнул я ей в сторону раздевалки, – И побыстрее. Занятие уже начинается.

– Хай! – коротко поклонилась она, и побежала переодеваться, а я невольно задумался о том, а есть ли тут вообще раздельные раздевалки? Я не особо осматривал ту часть здания, но возникло у меня подозрение, что для девушек раздевалки тут может и не быть, и тогда скоро вполне может возникнуть ситуация, которую я задумал для сюжета своей новой манги.

Вот, кстати, насчёт манги… Как только я решил ввести в сюжет девушку, занимающуюся под руководством главного героя боевыми искусствами, как тут же такая девушка появилась и в реальной жизни! Совпадение? Или я своими мыслями и мангой начал влиять на реальность? Надо будет написать о том, что гг неожиданно наследство перепало в десяток миллионов долларов. Вдруг и мне чего перепадёт?

Правда, мне и тратить их особо не на что будет, ну да ничего, уж с этим я как-нибудь справлюсь

– Я готова! – запыхавшись, выдохнула она, подбежав буквально через пару минут к ученикам, и вставая в строй.

– Отлично, – мрачно улыбнулся я, – Меня зовут Сайто Кушито, я буду заменять Кушито-сана на время его болезни. А теперь повернулись все направо, и бегом марш вокруг зала. Десять кругов для начала. Последние трое прибежавших пойдут два круга гусиным шагом.

Для младшей группы я, естественно, нагрузку сделал поменьше, но принцип остался тот же. Сначала проверяю их физические возможности, а потом уже решаю, что с ними делать дальше.

Единственное, процедуру знакомства я решил пропустить в этот раз. Всё равно я их всех не запомню за эти пару недель.

Девчонка же бежала просто отвратительно, и сразу же оказалась на последнем месте в забеге с большим отрывом от предпоследнего. Через пять кругов же и вовсе выдохлась, и уселась прямо на пол, тяжело дыша. И чего в ней дед нашёл? Если, конечно, она не выдумала тот факт, что это он позвал её… Хотя зачем бы ей это? Да и проверить легко.

– Ещё не поздно отказаться, – тоном змея искусителя предложил я ей, подойдя ближе, и наклонившись, – Где выход знаешь…

– Нет! – она аж подскочила сразу. И откуда только силы взялись? – Я не сдамся! Мне… Нужно это. Я справлюсь.

И она продолжила забег, и даже добежала кое-как эти десять кругов, но, естественно, на последнем месте, после чего просто рухнула без сил, так что к гусиному шагу она приступила уже тогда, когда остальные двое проигравших уже почти прошли дистанцию.

При этом, она жалобно глядела на меня, начиная идти, но я никак на это отреагировал, продолжая занятие. Сама захотела заниматься, так что пусть не ждёт к себе особого отношения.

***

– Ты, эта, слышь, чё сказать хотим… – начал какой-то крепыш, подойдя ко мне с приятелем, когда до начала занятия со средней группы оставалось минут двадцать.

Они заявились самыми первыми, и явно хотели поговорить со мной наедине, пока остальные ученики не заявились. Может, стесняются?

– Бегать мы не будем, короче! – выпалил тут вдруг второй, – Понял, да?

– С чего бы? Геморрой замучил, что ли? – с сочувствием глянул я на него, – Так ты лечись, не забрасывай это дело. Он излечим, если ты вдруг не знал. Я в тебя верю, в общем.

– Да ты чё! Какой ещё геморрой! – аж обиделся он, – Сам ты…

– Мы не будем бегать потому, что не за это платили! – отрезал первый, глянув на второго как на идиота, – Мы драться сюда пришли, а не в догонялки играть! И эта… Деньги нам назад возвращай за месяц, раз настоящий мастер с нами не будет заниматься.

– А ещё сверху гони за то, что мы, типа, помощниками твоими будем! – опять влез второй, – С мелкотой там заниматься… Все дела. Половину денег, в общем, нам отдавай.

– Так вы в мои помощники решили наняться? Просто шикарно! – аж восхитился я, – Тогда можете сразу приступать. Я как раз гадал, кто в додзё полы будет мыть после занятий. Вёдра и тряпки я вам сейчас выдам. Время ещё есть, помоете сейчас перед занятиями, а потом ещё и после.

– Ты охренел? – прошипел первый, сделав шаг ко мне, и взяв меня за ворот кимоно, – Какие ещё полы? Деньги гони сюда! И быстрее, пока у меня терпение не закончилось.

Но тут, на его несчастье, терпение закончилось уже у меня, и я резко пробил ему с правой в солнышко. Бедолагу аж скрючило, и вытошнило на пол мутной жижей.

Второй с диким криком подскочил ко мне, и тут же отлетел назад, получив прямой удар ногой в грудь.

– Вёдра и тряпки сейчас принесу. Пока я тут буду сэнсэем, вы двое будете заниматься уборкой. Хотя бы раз не придёте, или не сделаете что-то из того, что я прикажу, про занятия в школе можете забыть, как в этой, так и в любой другой в этом городе. Поверьте, я могу это устроить, – холодно улыбнулся я им, краем глаза заметив, что в дверях застыл какой-то только что вошедший ученик, – Вам всё понятно? Не слышу ответа!

Я пнул по скрючившемуся на полу телу первого, и он простонал что-то о том, что они всё поняли. И нет, это было не слишком жестко по отношению к ним. Знаю я их шакалью породу. С подобными типами только так и надо, они признают только силу.

Нет, можно было бы, конечно, и выгнать их из школы, только я не был уверен, что у меня есть такие полномочия. К тому же, они оплатили занятия… И дед зачем-то их держит. Так что пусть пока пашут, а там дед выйдет, и сам решит, что с ними делать.

Глава 7

– Куда по мытому! – рявкнул на очередного вошедшего в додзё ученика высокий тощий парень, сверля его злобным взглядом, – По стенке обойди, или сейчас сам мыть будешь!

– Простите… – испуганно выдавил из себя ученик, глядя, как два главных хулигана его школы ожесточённо драят полы в додзё, и на цыпочках засеменил вдоль стены, в сторону раздевалки.

– Парни, гляньте, Токоши пришёл! – встретил его радостный вопль приятеля, который тут же подскочил к нему, и стал ожесточённо размахивать руками, вываливая новости, – Ты видел, да, этих двух придурков? Видел же, да? Тоже обходить заставили?

– Ага, – ошеломлённый напором, кивнул Токоши, – Я аж офигел. Кто-нибудь знает, что с ними произошло?

– По слухам… – опасливо начал его приятель, и оглянулся, как будто боясь, что их подслушают, хотя все присутствующие ученики уже знали эти слухи, причём, от него же, – Они на нового тренера наехали, а тот поколотил их, и заставил отрабатывать.

– Они совсем с ума сошли, на сэнсэя наезжать? – изумлённо вытаращился на него Токоши, – Или, может, пьяные были? На что они вообще надеялись?

– Ты просто ещё нового сэнсэя не видел, – жизнерадостно расплылся в улыбке приятель, – Кушито-сан в больнице же, и на время своего отсутствия внука позвал сюда нас тренировать, а тот нашего возраста где-то. Вот они, видимо, и решили, что могут продавить его, и получили за это.

– Нас будет тренировать подросток? Офигеть! – ещё больше удивился Токоши. Нет, такое бывало, конечно, что сэнсэй назначал кого-то из учеников своими помощниками, и те помогали проводить ему занятия, но то всё было под его присмотром, а чтобы вот так, без всякого присмотра, подростку такое доверить, вот это было странно, конечно… Кто ж его вообще слушать будет? Нет, младшие, конечно, в любом случае слушаться будут, а вот остальные…

– И что, никто из старших не возмущался по этому поводу? – поинтересовался он у приятеля, который всегда был в курсе всех новостей, и у которого долго они не задерживались, из-за чего его считали главным сплетником школы. Небезосновательно, впрочем. Он даже ухитрялся приторговывать на этом, беря деньги за то, что добывал нужную информацию. У него прям талант был по узнаванию всяких слухов и сплетен, и мог любого заговорить, заставляя проболтаться.

– Конечно, возмущался кое-кто, – довольно подмигнул ему друг, – Иуоо же знаешь? Ну, вот он и высказался, чтобы ему деньги вернули, и что он школу тогда сменит, раз его теперь будет подросток тренировать. Мол, тот не сможет его ничему научить.

– И что? – и не пытаясь скрыть интереса спросил Токоши, прекрасно помня, кто такой Иуоо. Против него Токоши и минуты бы не простоял.

– И то! – торжествующе отозвался приятель, как будто был очень рад случившемуся, – Новый сэнсэй вызвал его на поединок, и победил. Больше никто против выступать не стал. Я уже жду не дождусь, как хочу увидеть его! Прикинь, он уже успел в младшую группу девушку принять сегодня!

– Да быть того не может! – чуть не подпрыгнул Токоши, прекрасно зная, как их старый сээнсэй относился к девушкам на занятиях, – Его ж дед прибьёт!

– А это уже их дело! – отмахнулся приятель, которого звали Мико, – Ты лучше прикинь, что тогда и в нашей группе девушка появиться может. Согласись, круто будет!

– Наверное, – неуверенно отозвался Токоши, у которого и в школе-то с девушками не всё хорошо было, а если точнее, то совсем плохо, так как они и не разговаривали с ним, и он жутко смущался в их присутствии, а если они и здесь появятся, то он и тут уже не сможет расслабиться.

– Да точно тебе говорю! – не оценил его сомнений Мико, у которого дела с девушками в школе обстояли не лучше, чем у друга, но надежды с кем-то познакомиться он ещё не потерял, – Кое-кто из наших одноклассниц, и не только, уже хотят записаться, узнав, что занятия теперь загадочный парень ведёт, со страшным взглядом, который, к тому же, ещё и актёр, как говорят. И наверняка кто-то из них рано или поздно и в нашу группу попадут.

– Кто о чём, а наш Мико всё о девушках, – хохотнул сидевший на лавке Идзуми, обувая кроссовки.

– Ага, наш Казанова! – насмешливо подхватил сидевший рядом с ним Мичи, – Ты бы лучше почаще о занятиях думал, чем о них. Вечно же в спаррингах проигрываешь, а девушки любят победителей, – элегантно убрал он назад длинную прядь волос, явно намекая на себя.

– Ой, да завались ты… – вяло огрызнулся Мико, – В прошлый раз ты случайно победил. Сегодня я тебе наваляю!

– Ну-ну, – насмешливо фыркнул Мичи, но продолжать пикировку не стал, так как пора было идти на тренировку.

***

– Вот уроды, – чуть ли сплюнул на пол Рюку после очередной шуточки кого-то из учеников, стоявших в строю в ожидании нового сэнсэя, о блестевшем как у кота яйца поле после усердных стараний наказанной парочки, и о том, что же могло сподвигнуть их на этот трудовой подвиг, но тут же передумал, вспомнив, скольких усилий лично ему стоило вымыть недавно этот пол, и что скоро им с Сузуму опять придётся его мыть, и было бы довольно нелепо добавлять работы самому себе.

– Ничего. Ты главное запоминай всех этих юмористов, потом на спаррингах отыграемся, – буркнул ему Сузуми, бросая исподлобья угрюмые взгляды на окружающих, которые поспешно отводили от него взгляды. Всё-таки их тут побаивались немного, хотя и не настолько, чтобы перестать подкалывать.

– Может, ну его нахрен, эти полы с этим новым тренером? – шепнул ему Рюку, – Обойдёмся как-нибудь без боевых искусств. Ну их. Не хочу так унижаться.

– Да? – скептически глянул на него приятель, – А в спецшколу, значит, хочешь? Забыл, почему мы вообще здесь торчим? Тот старик, если ты не помнишь, не сдох, и скоро вернётся, а значит, его договорённости с нашими папашами остались в силе. Перестанем ходить заниматься, он тут же сдаст нас полиции, и тогда всё… Это в нашей школе мы в авторитете, а в спецшколе уже нас будут гонять все, кому не лень. Не знаю, как ты, но я лучше тут буду полы мыть, чем там – туалеты, и только Ками знает, какие ещё издевательства.

– Забыл, – виновато буркнул Рюку, – Я тоже лучше тут… И чего вообще нас дёрнуло этого Иуоо послушать? Не такой уж и тряпкой оказался этот Сайто. Удар у него поставлен что надо…

– А что, Иуоо? Он нас не подговаривал наехать на тренера. Это ты вдруг с чего-то решил, что мы можем его прогнуть, а я вдруг почему-то повёлся… И знал ведь, что ты обычно всякую дичь несёшь, но… – проворчал Сузуми, глядя, как их недавний обидчик входит в зал.

– А чего сразу я-то? – вякнул было Рюку, но тут и он увидел сэнсэя, и я заткнулся.

В строю тут же прекратились все разговоры, и ученики синхронно поклонились учителю.

– Всем добрый день, – обманчиво мягким голосом начал тот, но на его лице сияла такая предвкушающая улыбка, а глаза смотрели так злобно, что никого эта мягкость не обманула. К тому же, у всех был живой предмет перед глазами, что будет с теми, кто недостаточно серьёзно отнесётся к новому учителю, так что все молчали, преданно смотрели на него, и внимательно слушали каждое слово.

– Меня зовут Сайто Кушито, я внук вашего учителя, и, пока он болеет, буду его замещать, – сложив руки за спину, и расхаживая взад-вперёд перед строем, – продолжил он, – Как зовут вас – мне не интересно. Если вдруг кто-то из вас меня заинтересует, то тогда узнаю имя в процессе занятия. Сегодня же я собираюсь проверить вашу выносливость. Мы будем много бегать, заниматься другими физическими нагрузками, те, кто справится хуже всех, будут наказаны. Есть ли кто-то, кто не согласен с моей методикой обучения? – он замер, и внимательно посмотрел на учеников. Те замерли, даже боясь пошевелиться.

– Никого? – удивился учитель, – Странно… Ну, хорошо. Тогда направо, и бегом марш вокруг зала. Двадцать кругов. Трое последних будут отжиматься по сто раз после пробежки.

Всё также безмолвно ученики выполнили команду, и довольно резво побежали, под внимательным взглядом своего нового учителя.

***

– Ну, ты как тут? – поинтересовался я у деда, войдя в палату. Он уже привычным жестом убрал под подушку книгу, которую читал перед моим приходом, и слегка улыбнулся.

– Я-то нормально. Лежу, отдыхаю. Всё хорошо. Ты-то как сам? Не съели тебя мои ученики?

– Пытались, но подавились, – усмехнулся я, и рассказал ему, как меня сначала пробовал на прочность Иуоо, а потом те двое придурков.

Я, кстати, так и не узнал пока их имена. Да и ни к чему они мне пока. Моё обращение по имени ещё надо заслужить.

– Странно, от Иуоо я такого не ожидал, – нахмурился дед, – Он мне никаких проблем раньше не доставлял, очень исполнительным и дисциплинированным всегда был. И чего на него нашло, интересно?

– Не знаю, – пожал я плечами, – Но, думаю, дальше проблем у нас с ним не будет. А вот насчёт той парочки не уверен… После сегодняшнего могут и уйти из школы. Да и хрен бы с ними. Думаю, мы без них переживём.

– Если это те, про кого я думаю, то не уйдут, – покачал головой дед, – Есть у нас кое-какие договорённости с их папашами, сегодня же позвоню им, и напомню. Уверен, те им так всыпят, что они ещё и извиняться перед тобой будут.

– Да мне как-то пофиг на их извинения, – пожал я плечами, – Они в любом случае, пока ты не выйдешь отсюда, будут в додзё полы мыть, и не только. Я обязательно придумаю, к чему ещё их припахать. Только я не понимаю, а зачем вообще их учить боевым искусствам? Из них же явно уголовники растут. Не сделаем ли мы так хуже для общества?

– А вот это хороший вопрос, – аж заёрзал дед на кровати, поудобнее устраиваясь, – И в чём-то ты даже прав… Но… Есть все шансы перевоспитать их, и я пообещал отцам, что попробую. Все обстоятельства их дела я раскрывать не буду, уж извини, это не моя тайна, но я попробую сделать из них нормальных людей. Мне кажется, что для них ещё не всё потеряно. Но это не твоя головная боль. Ты правильно сделал, наказав их, да и вообще по строже с ними будь, не жалей. Это даже хорошо будет, если они станут с нетерпением ждать моего скорейшего возвращения.

– Да не вопрос, – пожал я плечами, – Буду максимально жёстко с ними работать. Но я ещё кое о чём хотел поговорить. Тут к нам девушка пришла записываться, и говорит, что ты разрешил…

– А! Малышка Юми пожаловала всё же, – обрадовался он чему-то, – Отлично. Да, разрешил. Пусть ходит.

– Но как мне её оформить? И чему я вообще стану её учить? Не проще ли ей тогда начать, когда ты выздоровеешь? – не сдавался я, и попытался сбросить этот груз со своих плеч. Уже с первого занятия стало заметно, что остальные ученики уделяют ей уж слишком много внимания, и соревновательный дух между ними вырос. Пока всё было нормально, но в скором времени это могло привести к проблемам и дракам.

– Оформлять не надо пока, я сам этим займусь, когда выйду, – прокряхтел дед, – И нет, не проще. Даже лучше будет, если она начнёт заниматься под твоим началом. Ты всё же помягче меня, да и наверняка не сможешь с неё жёстко обращаться, вот и привыкнет хотя бы немного к занятиям, если не сбежит. Если уж она твоих занятий не выдержит, то на моих ей точно делать нечего. Ты же ей пока просто выносливость подтяни, физическими упражнениями по нагружай. Технику я ей сам ставить буду.