Спаситель или дьявол?
1
– Алана, подожди. Все не так.
– Не хочу ничего знать. Отстань от меня.
– Да стой же ты, – догоняет меня, хватает за локоть и тянет на себя.
Принимаюсь высвободиться из его крепких, жестких рук, но куда уж там. Он такой накаченный, что мои удары скорее напоминают атаку борцовской груши голыми руками. И надо ж было подцепить этого ненормального сталкера.
На неделю я приехала к тете, чтобы отдохнуть хорошенько перед тем, как официально стану студенткой самого престижного университета. Но ни радости, ни отдыха я не ощутила за эту неделю. И все из-за одного придурка, положившего на меня глаз. Мдаа… с везением я никогда не дружила. Но это самое худшее, что могло произойти со мной.
Еще минут 10 назад я наткнулась на своего надоедливого сталкера, зажимавшего какую-то девушку на улице. Не успела я обрадоваться, что наконец избавилась от него, как при виде меня он оттолкнул свою спутницу, чем ошарашил бедолагу и двинулся за мной.
Ну вот зачем я далась ему? Продолжал бы свое дело. Я была бы на седьмом небе от счастья.
– Пусти. Сейчас же, – цежу с таким же равнодушием как всегда и замечаю, как лицо его приобретает другое выражение: злость, ярость и что-то еще. Более пугающее.
Сжимает руку сильнее, явно синяк останется. Такие не привыкли получать отказ. Поэтому и разозлился. Вот бы сейчас он отпустил меня и я рванула отсюда со всех ног. Подальше от него. От этого города. От всего.
– Она сама полезла ко мне, – оправдывается жалко.
Он начинает изрядно трепать мне нервы.
– А мне что с этого? – выпаливаю, не выдержав. – С самой нашей встречи я только и делала, что посылала тебя на все четыре стороны. Причем тут она? Тут дело в тебе. Не нравишься ты мне пойми уже. Ты противен мне. Сколько я еще должна терпеть тебя?
В следующую секунду он отпускает меня и залипает пощечину своей громадной рукой так, что кожу жжет, как от ожога. Страх стремительно нарастает, к глазам подступают слезы. Я не смею поднимать голову и увидеть вновь страшное лицо громилы. Во что я вляпалась? Такого я и не ожидала от него. Хотя стоило, если учесть, какой он псих. Вот я дура!
– Вот черт! – бросает гневно и отводит взгляд, но не надолго. – Эй… Раз я удостоил тебя столько внимания, думаешь тебе все можно? Ты такая же шлюха. Только играешь, чтобы набить себе цену. Достала уже своей наигранной правильностью. Шевели задом и сядь в машину, пока я сам тебя не затащил туда.
Поднимаю взгляд и натыкаюсь на его лицо, что кажется мне более отвратительнее.
Вокруг темно. Ни души. Ничто ему не помешает этого сделать. Беги же, Алана. Беги. Но не все так просто. Он поймает. Даже шаг сделать не успею.
С каждым разом страх во мне становится сильнее, мысли путаются. Не сразу, но вспоминаю про духи в маленьком флакончике, которые я купила по дороге из-за одного настойчивого продовца.
Осторожно лезу в карман за ними. Бросаю колпак на землю и тут же брызгаю ими ему в глаза. Пока он переключает внимание на свои глаза, я быстро собираюсь и бегу прочь.
Я не так хорошо знаю этот город, но сейчас мне принципиально куда, главное подальше от этого мудака.
Несусь прочь, частенько бросая взгляды назад, чтобы убедиться, что он не бежит следом. Но недолго радуюсь. Его лицо все же показываетсся позади. Он рычит во весь голос, правда я так и не разберу что. Чем дальше я бегу, тем чаще вижу подобных ему отморозков. Останавливаюсь, чтобы отдышаться и заодно понять, куда меня занесло, потому что это место я еще никогда не видела.
Вокруг сплошные одинаковые здания двухэтажные, мрачные, в окнах горят красные лампочки. Музыка во всю грохочет, а кругом такие же громилы как мой сталкер, да и похуже, женщины красуются в полуголом виде перед ними. И каждая жаждет их внимания. Действительно. Куда это меня занесло?
Я все же цепляю внимание многих и пока они не опустились до уровня сталкера продолжаю свой путь. Забегаю в здание, где меньше всего света и людей, потому что больше выхода отсюда не вижу. Открываю первую попавшуюся дверь, вбегаю внутрь с мыслью запереться до утра, как вдруг замечаю, что ключа нет. Блин!! Да за что мне все это?
Мои ноги подкашивают, руки сильно дрожат. Мне очень страшно. Что мне теперь делать? Как выбраться отсюда? Я очень хочу домой. Черт! И почему только я приехала сюда?
Паника нарастает с новой силой. Внутри все сжимается от осознания того, куда я попала. Что мне теперь делать? В голову приходит мысль покинуть это место, но все рассеивается из-за приближающихся шагов и криков девушки. И направляются они точно сюда.
Я быстро осматриваюсь вокруг и нахожу единственное наиболее безопасное место. Шкаф. Открываю двери и залезаю внутрь. Как только закрываю двери за собой, в комнату кто-то входит.
Через узкую щель вижу девушку, которая вешается на парня и сдувает губы , как обидчивый ребенок. Парень же стоит спиной, поэтому его лицо не получается созерцать. Капец! Они же не собираются сейчас представление устроить? Прошу не надо! Мои глаза не выдержат еще и этого.
– Ну, заааай…, – роняет девушка и тянется к парню. – Не злись ты так, Эйден.
Когда он отходит назад, отцепляя ее от себя показывается его лицо. Дааа уж… Сталкер даже рядом не стоит с этим. Лицо, как у модели. Даже с такого расстояния, в такой темноте и через эту узкую щель я замечаю это. И в отличие от тех, что на улице этот более нормального телосложения.
Когда девушка снимает с него черную куртку, а следом и футболку, оголяя идеальный пресс с кубиками я закрываю глаза. Бедные мои глаза. Не знаю почему, но от этого парня веет дикой опасностью. В сто раз хуже, чем от сталкера. Он не знает, что здесь прячется кто-то, не смотрит в эту сторону, но у меня внутри все переворачивается от волнения. Сердце бешено стучит, что кажется они услышат его. Но парочка выходить как назло не собирается.
– Эйден… Ох! Как же я скучала по тебе.
Заставляю себя вновь посмотреть в щель и вижу, как девушка дотрагивается до его тела, как он резко перехватывает ее руки и отцепляет от себя. А сам опирается на стол. Молчит. Не выдает ни капли эмоций.
– Эйден…
Эйден… Она столько раз повторяла его имя, что оно уже отпечаталось в голове.
– Я же извинилась. Скажи, что мне делать, чтобы ты простил меня?
– Что угодно сделаешь? – произносит парень за все время молчания и от его следующего высказывания мою крышу окончательно сносит. – Встань на колени.
Ну не мудак ли еще один?!
Она же не сделает этого? Но к моему удивлению она встает и даже рада этому. Как можно быть такой? У нее совсем гордости нет? Или хотя бы самоуважения?
– Что? Что ты хочешь? Я все сделаю.
Ну точно двинутая.
– Попроси искренне, – приказывает тот, а у меня холодок пробегает по телу, будто это обращение он бросает мне. Лучше бы он и дальше продолжал молчать.
– Раздевайся.
Да блииин!! За что мне это? Неужели мне предстоит созерцать мини-фильм 18+? Бедная моя психика!
Закрываю глаза, но все равно слышу, как растегивается молния и что-то падает на пол. Кошмар.
– Как закончишь, выйдешь и пройдешься перед всеми, держа в руках листок с просьбой простить тебя. Тогда может и подумаю.
От этого заявления парня у меня ноги подкашиваются. Открываю глаза и натыкаюсь на маленького жука, ползущего к моей руке. На автомате встряхиваю руку и не сразу соображаю, что только что натворила.
В попытке избавиться от него я неосознанно ударяю по тому месту, где он был секунду назад. Воцаряется мертвая тишина. Такая, что я слышу только бешеное биение своего сердца. Они точно узнали обо мне. И почему я не могла подождать? Это же просто жук, хоть и жуткий. Но уж лучше бы я и дальше терпела компанию жука, чем следующее.
Не хватает смелости выглянуть через щель, потому что боюсь. Ужасно боюсь. Шаг. Затем еще. Медленный, тихий, выворачивающий душу наизнанку. Меньше всего мне хотелось бы попастся этому психу.
Волнение целиком охватывает мое тело, ноги становятся ватными так, что я еле стою. Прижимаю ладони ко рту и закрываю глаза.
Двери со скрипом открываются, но ничего не происходит. Все та же тишина. А я готова провалиться сквозь землю лишь бы не встретиться с ним.
Кое-как заставляю себя открыть глаза и встречаюсь с холодным взглядом карих глаз. Только сейчас понимаю, что боюсь, как не боялась еще никогда. Мысли кружатся в голове и каждая из них подгоняет ужаснее предыдущую.
Он делает шаг вперед и я инстинктивно отступаю, прижимаясь к стене. Взгляд незнакомца пронизывает меня, словно невидимый нож, заставляя дрожать от страха. В его присутствии пространство сжимается, воздух становится тяжелым. Отвожу взгляд, но лишь для того, чтобы заглянуть за его спину и вижу ту же девушку. Вот только блузка ее теперь лежит на полу.
– Свободна, – грубый голос парня возвращает меня в ужасную реальность.
Не совсем понимаю, кому он бросает это. Мне? Потому что его глаза прикованы ко мне. Будто дикий зверь, готовый наброситься в любую секунду.
– Но, Эйдеен…
– Я сказал проваливай, – спокойно повторяет с тем же непроницаемым лицом, не сводя с меня глаз. Не смотрит, а пожирает взглядом. Боюсь представить что за мысли у него там.
Девушка выбегает из комнаты и на секунду, когда дверь открывается, мы сталкиваемся глазами с тем самым сталкером. Машинально тянусь к парню в попытке спрятаться за ним, даже не сразу соображаю, что дотронулась до него. Вот я дура! В попытке сбежать от одного придурка, цепляю внимание другого, гораздо безбашенного.
– Ах вот ты где… – внезапно он замолкает и дальше уже продолжает дрожащим голосом. – Из..извини, Эд. Не знал, что девчонка твоя.
И пулей вылетает из комнаты. Я в оцепенении замираю, не понимая, что только что произошло.
Если судить по телосложению этот громила намного больше него, хотя с головы до ног псих идеален во всем, будто с обложки модного журнала сошел. И тело у него накаченное, хоть и не так переборщено, как у сталкера. Теперь понимаю, почему эта девушка соглашалась на все, что он приказывал ей. И что означали его последние слова?
– Вижу тебе не понравился твой спутник, – слышу голос парня возле уха и тело обдается мурашками.
Поднимаю голову и нахожу его лицо слишком близко. А на губах расползлась наглая ухмылка. Отталкиваю парня, вырываясь на свободу из своего укрытия, и отступаю как можно дальше, словно каждая часть меня ищет спасения от его присутствия.
Внутри меня царит смятение: я абсолютно не знаю, что делать дальше. Но находиться в компании этого самодовольного мажора вдруг представляется самым страшным и опасным выбором. Я чувствую, как его уверенность испаряет мою слабую решимость убежать.
– Я… мне нужно идти, – выпаливаю резко.
– Так иди.
Не нравится мне его ответ. Чую, есть тут какой-то подвох. А потому не смею и шагу сделать.
– Не хочешь?
– Хочу. Не представляешь, как сильно хочу. Но… не совсем уверена, что ты позволишь.
Я не хотела признаваться себе в этом, но, когда он начал смеяться, поняла, что попала в самую точку. Он просто издевался надо мной и не собирался отпускать.
– А голова у тебя работает, – произносит, перестав смеяться. – Правильно. Не позволю.
Уже когда он разбрасывался приказами направо и налево, а потом наслаждался тем, как его слушаются, я поняла, что нет ничего страшнее, чем связаться с таким типом. И надо же было мне выпасть такая учесть. Соберись, Алана. Не станет же он против воли приставать. Хотя нет. Станет. Его даже сталкер испугался.
– Как тебя зовут?
Надо же моим именем интересуется. Насколько я знаю, бабники никогда не запоминают имен своих жертв, хоть и переспрашивают тысячи раз. Еще минутами ранее ставил на колени одну, а теперь переключился на меня. Подлец высшего сорта!
– Тебе какое дело? – выдаю, набравшись смелости. – Я оказалась здесь не по своей милости и вовсе не для того, что развлекать кого-то. Так что отойди и дай мне уйти.
– А я разве держу?
Так и хотелось бросить ему «да, своим жгучим взглядом» Но оставила свои мысли при себе. На всякий случай проверяю на месте ли духи и чувствую облегчение, когда нахожу их. Не уверена сработает ли этот трюк с ним, но стоит рискнуть, если полезет ко мне.
– Что ж…, – произносит вдруг, опустив голову, но не проходит и пяти секунд, как его взгляд вновь упирается в меня. И на этот раз более пронзительнее. – Я давал тебе выбор. А ты сделала свой.
Хватаюсь за флакон и за считанные секунды, когда он оказывается напротив меня, брызгаю ему в глаза. Но уйти мне не удается, поскольку он хватает меня за руку и тянет к себе так, что я припечатываюсь к его телу. Видно, как ему тяжело держать глаза открытыми, но этот псих не собирается сдаваться. Я еще никогда не видела никого живучее его. Разве возможно так стойко держаться?
– Мы с тобой еще встретимся. Обязательно встретимся, – цедит, сжимая мою руку сильнее. Кажется я сильно разозлила его.
Его хватка ослабла и я воспользовавшись случаем решила добить его, не знаю даже зачем.
– Мы с тобой никогда не встретимся больше. Не хочу иметь ничего общего с таким психом. Раз тебя все боятся и у тебя смазливое личико, решил, что и меня можно заставить встать на колени? Нет уж. Я не настолько глупа.
– А вот это интересно.
Он все же не выдержал и отпустил меня, протирая глаза. Не теряя ни секунды, я побежала к двери, но успела услышать его громкий смех за спиной.
На улице я не почувствовала облегчения из-за жутких лиц, что уставились на меня. Атмосфера такая же мрачная и пугающая, но есть разница. Теперь все они уставились на меня. Все. Абсолютно все.
Я даже заметила девушку, что вставала на колени перед этим идиотом. Она так и сделала. Разделась догола и без капли стеснения, я бы даже сказала с гордостью расхаживала, держа в руках бумагу, на которой большими буквами написано " ПОЖАЛУЙСТА ПРОСТИ МЕНЯ, ЭЙДЕН. "
Сумасшествие какое-то! Они тут все умом тронулись.
Разворачиваюсь и бегу по обратному пути, откуда пришла и вдруг из угла появляется парень и мы оба падаем на землю, столкнувшись.
– Примного извиняюсь, киска, – роняет тот, протягивая мне руку.
По его наглой морде можно легко догадаться, что он один из них.
– Ты чего творишь? Это же девчонка Эда, – говорит мужчина, подбегая к нему и у парня тут же меняется выражение лица. Страх. Как тогда у сталкера.
А ведь никто ко мне не приближается. Все смотрят, но не делают и шага. Потому что… боятся его. Этого долбаного придурка. Сильнее всего злит их это дурацкое высказывание "девчонка Эда."
Понятия не имею почему я посмотрела в сторону здания, где только что чуть от страха не умерла, но мой взгляд так и остался прикованным к окнам на втором этаже, где стоит этот идиот и смотрит прямо на меня, положив руки в карманы. Как он успел так быстро прийти в себя? И почему не пошел тогда за мной?
Я даже думать об этом боюсь, поэтому вскакиваю с земли и бросаюсь прочь. Как можно дальше от этого кошмара.
2
Прошел уже месяц с того самого жуткого дня. Вернувшись домой к тете, я тут же начала паковать чемодан и заказала ближайший билет. Я просто не могла оставаться там. Даже дома, рядом с ними, страх не покидал меня. А еще больше я боялась, что сталкер вернется.
В оправдание срочного отъезда я сказала тете, что нас в универе зовут на общее собрание, чтобы познакомиться поближе. Благо, она поверила.
И вот он, этот волнующий первый день в универе! Я застыла перед зеркалом, разглядывая свое отражение, и не могла сдержать счастливый блеск в глазах. Я так долго мечтала об этом, так упорно шла к своей цели, и вот – моя маленькая победа!
С детства я увлекалась рисованием. Сначала это было простым увлечением, но с каждым годом оно нравилось мне все больше и больше. В итоге… я поступила на художественный факультет.
Взяв рюкзак, я спустилась вниз, где меня уже ждали родители.
– Оооо!! – воскликнул папа, с восхищением и гордостью разглядывая меня.
Я всегда была больше папиной дочкой, чем маминой, поэтому и сейчас он еле сдерживал слезы в отличие от мамы, которая была стальная, как каменная стена. Она была рада за меня не меньше, но хорошо умела держать свои эмоции в равновесии.
– Кто это? Дорогая, неужто этот светлый ребенок наша дочь?
Я не могла сдержать улыбку от того, с какой любовью и гордостью они смотрели на меня.
– Как же быстро она растет, – вздохнула мама, но быстро сменила грусть на радость и обняла меня. – Ты позавтракать не спустилась. Пойдешь голодной?
– Я очень нервничаю. Так что мне в горло кусок не полезет, мама. Если проголодаюсь, там поем.
– Ну хорошо. Тогда иди, иначе опаздаешь.
– Неа. Не опоздает, – сказал папа уверенно, задрав голову и как-то странно усмехнувшись.
Чую я что-то тут не чисто.
– Ты это о чем? Ты не можешь ее отвезти. Только попробуй, – пригрозила ему мама. – Надо продать машину. По-другому, видимо, ты не угомонишься.
– Да не собираюсь я садиться за руль. Я… позвонил своему сыну.
Вот оно что! Кое-кому незабываемую ночь прервали.
– А если он был занят?
Верно, мама. Он ооочень занят.
– Я спросил его. Он сказал, что полностью свободен.
На улице послышались сигналы. Я снова осмотрела себя в зеркале и, выдохнув, вышла за родителями.
Наш дорогой Марк пригнал свой джип прямо во двор и вышел к нам с ослепительной улыбкой. И не скажешь, что не выспался по его виду.
– Дядя, тетя, доброе утро, – воскликнул он и поздоровался с ними в своей фирменной манере, которую придумал сам.
Я до сих пор не разберу, как и что они делают руками, но им всем это каждый раз поднимает настроение.
– Привет, малышка, – переключился на меня, а потом, перестав улыбаться, спустил черные очки двумя пальцами вниз и присвистнул, с головы до ног просканировав меня.
Дурак!
– Ну наконец-то ты стала студенткой. Да вот только жаль, что мы не в одном универе.
– А мне нравится. Я бы тебя и там не вынесла.
– Лгунья!
– Марк, доверю эту работу на сегодня тебе, – обратился к нему папа.
– Не переживай, дядя. Ты доверяешь ее в надежные руки.
Тоже мне надежные. С Марком мы дружим с детства. Ни его семья, ни моя не в курсе его бурной жизни. Они знают его, как милого, воспитанного, доброго и ответственного парня. А ведь он тот еще бабник. Не упускает ни одну юбку и постоянно зависает в каких-то клубах.
Вчера, когда я писала ему, он сказал, что к нему придет " милая " гостья . После таких гостей он только днем просыпается и то не факт. А вот сегодня приехал по одному звонку папы. Бедненький!
Но есть в этом и плюсы, хоть они и надоедают иногда. Марк периодически дает мне какие-то советы насчет парней, с кем можно встречаться, а кого категорически надо обходить стороной. Кому надо верить, кому нет. Какими бывают бабники и как не подцепить их внимание. От него я много чего узнала.
– Ну все, мне пора. Мама, папа, увидимся вечером. И не забывай пить лекарства, папа.
Обняв их на прощанье, я взобралась на переднее сиденье. Вскоре Марк тоже сел за руль и завел мотор.
– Выглядишь неплохо, – произнесла я, издевательски закатив глаза.
– Очень смешно, – ответил он, снимая очки.
– Прости, не хотела отвлекать тебя от твоей милой гостьи. Но я не знала, что папа тебе звонил.
– Я не мог проигнорировать звонок дяди, да и с гостьей мы недолго общались.
На последнем слове он сделал акцент, рассмеявшись. Ну что за бабник, а? И что они только находят в нем? Ну красив и что? Зато полный придурок.
– Кстати, как он себя чувствует сейчас? Ему больше не становилось плохо?
– Нет. Он вовремя пьет лекарства. И наконец уволился с работы. Надеюсь, хоть теперь отдохнет как следует. Однако зная папу, он будет искать чем заняться дома.
Раньше ему тоже становилось плохо, но он смахивал все на усталость и продолжал работать. Даже когда Марк уговаривал его, не согласился поехать в больницу. Две недели назад у него случился сердечный приступ и его сразу доставили в больницу. Я тогда так испугалась за него. Это был самый страшный день для всех нас. К счастью, все обошлось. Но врачи сказали, чтобы он был осторожен и не перегружал себя.
– Видимо я снова должен с ним серьезно поговорить. Он слишком упрямый, впрочем как и его дочь.
– Ты что-то имеешь против упрямых людей?
– Неет, разве я посмею? Вы еще и ужасно пугающие. Я не рискну. Что я буду делать если на моем красивом лице появятся шрамы?
– Ты такой самовлюбленный! Ненавижу тебя!
– Уж какой есть, малышка.
– Не называй меня так. Сколько раз мне это говорить? Ощущаю себя на месте твоих " незванных гостей. "
Он громко рассмеялся, запрокинув голову.
– Ты такая смешная! Не переживай. Я только тебя зову так. А гости – это гости.
– Все равно не называй.
– Господи! Незванные гости! Ты просто нечто.
Он еще долго смеялся, вспоминая в разговоре эту фразу.
– Кстати, где твой кулон?
При упоминании этого слова, я нервно схватилась за шею, закрывая ее воротником.
– Потеряла что ли?
Заметив мое волнение, он произнес:
– Точно потеряла. Это плохо. Очень плохо.
– Мне тоже не по себе. Я ведь с ним не расставалась с самого детства.
Это был подарок родителей, когда я родилась. И купить другой ведь невозможно, потому что он был сделал на заказ: цепочка, к которой крепилась молния, а на другой стороне молнии инициалы моего имени. Я была долгожданным ребенком родителей. Они говорили, что я как гроза ворвалась в их жизнь, озарила все вокруг. Глупо, конечно, но именно это их и вдохновило на такой необычный подарок.
– Они знают?
– Нет. Если узнают очень расстроятся.
– Не помнишь, где бы могла потерять его? Может… у тети?
Когда я слышу про тетю, то всегда вспоминаю тот день и как могу избегаю разговора. Марку я тоже ничего не рассказывала.
– Не знаю. Может быть.
– Так почему бы не съездить туда? Можем вместе поехать, если хочешь.
– Нет.
Кажется, вышло слишком резко.
– Учеба началась, – поспешила я объясниться, чтобы не вызвать подозрений. – У меня будет не так много времени. Я еще дома поищу. Может уронила где-то.
– Ладно.
Когда до универа осталось всего ничего, я попросила его остановиться. Он остановился на свободном месте и только потом спросил:
– Зачем?
– Сам же учил быть аккуратнее, если не хочу привлекать внимания. Симпатичный парень на крутом джипе подвозит девушку. Конечно, всем станет любопытно.
– Так ты признаешь меня симпатичным? – усмехнулся он.
– В их глазах. Они просто не знают тебя так хорошо, как я.
– Хорошо, малышка. Быстро учишься. Позвони мне потом после занятий. Хочу узнать, как прошел день юной художницы. Ты мне еще мой портрет должна. Когда отдашь?
– Я не соглашалась. К тому же рисовать людей намного сложнее.
– Ты кому тут лапшу на уши вешаешь, хитрюга? Я видел дядин портрет в их комнате.
И почему он везде все успевает? Надо было спрятать его хорошенько.
– Придумываешь новую отговорку? Даже не смей. Иначе проклятиями осыпаю. И не видать тебе потом карьеру художницы.
Вот же… Как он меня бесит!
– Короче… жду свой портрет в ближайшее время.
– А что я взамен получу?
– Мою любовь. – прошептал он, наклонившись ко мне.
– Да иди ты! – я силой оттолкнула его от себя и вышла из машины, специально сильно хлопнув дверью.
– Хорошего дня, малышка, – только и услышала я.
Придурок! Стану я тратить свое время на тебя.
Без кулона я ощущаю какую-то пустоту внутри. Поэтому и радость от сегодняшнего дня чувствую не в полной мере. Он был частичкой меня. С самого детства я берегла его как могла.
Я весь дом перерыла, но так и не нашла его. Мысль о том, что он мог потеряться там очень настораживает. Я не хочу возвращаться туда. Но и его потерять не могу. Ну… буду пока скрываться от родителей. А дальше… дальше я понятия не имею, что делать.
Универ оказался просто гигантским! Сегодня я только и делала, что плутала по коридорам в поисках нужной аудитории, столовой или, на худой конец, туалета.
В моей группе парней оказалось больше, чем девушек. Завести подружку сегодня не получилось, но к этому мне не привыкать. С людьми я схожусь тяжело, если не считать Марка. Обычно, если с кем-то и начинаю дружить, то рано или поздно наши пути расходятся. А многие вообще пытаются подружиться со мной лишь ради внимания Марка.
Марк даже пошутил как-то раз по этому поводу, сказав: " Ну признай уже, малышка, что ты проклята не иметь друзей, кроме меня родного. "
Но… огромное НО. Как и в любом крутом универе, тут есть свои " короли и королевы. " А такие бюджетники, как я редкость. Сегодня мне довелось встретить группу девчонок, которые то и дело показывали свою власть и превосходство. Мне, главное, обходить их стороной и не попадаться им на глаза.
После пар я пошла в библиотеку, чтобы взять некоторые учебники. Спускаясь по лестнице, я чуть не полетела вниз из-за девушек, пронесшихся мимо вихрем, чуть не сбив меня с ног. Сама я удержалась, а вот книги посыпались на пол.
– Это Форбс! Девочки, там Форбс приехал!
– Серьезно?
– Какой же он офигенный!!
– Зачем ему приезжать сюда?
Мимо меня проносились и другие девушки. И все они мчались к выходу, постоянно твердя о каком-то Форбсе. Ну вот. Очередной местный король видимо приехал.
Я потянулась за последней книгой, как вдруг чья-то рука опередила меня.
– Вот, держи, – прозвучал голос.
Я поднялась и взяла книгу, которую мне протягивала девушка с милой, но в то же время слегка дерзкой улыбкой. Она не похожа на других: длинные светлые волосы, в которых проскальзывали темные пряди, с зелеными глазами. Одета просто, но со вкусом: черные джинсы с блузкой светлого цвета. Легкий макияж на лице в отличие от некоторых сделанных тут.
Она не бежит к двери, как другие. Очень надеюсь, что она не помешана на таких.
– Спасибо, – произнесла я в ответ.
– Ты здесь новенькая? Я Рейна, приятно познакомиться.
Она приветливо протянула мне руку, и я, в ответ, пожала ее. Неужели, нашла себе подругу?
– Я, Алана.
– Красивое имя. Думала, тут уже и не осталось нормальных людей, но ты не побежала с этими дурачками.
– Аа… Мы с тобой мыслим одинаково. Я тоже считаю их глупыми.
– Есс!! Я в тебе это сразу заметила как только увидела. Только ты все равно будь поосторожнее. Они не видят перед собой никого, особенно когда слышат фамилию Форбс.
– Так ты в курсе, кто это?
– Конечно. Я тут все знаю. Введу тебя потихоньку в курс. А пока, пошли в столовую.
– Я только за.
– Только мне вот тоже интересно, что он здесь делает?
– Кто?
– Форбс. Он выпустился в прошлом году.
Без понятия, кто это за Форбс такой. Самое главное – я нашла себе подружку. И надеюсь самую настоящую.
Не думала, что у нас так быстро завяжется разговор. Поскольку это была наша последняя пара, мы с ней надолго застряли в столовой. Она тоже поступила в этом году, но в курсе обо всем, что происходит и происходило здесь раньше.
Рейна рассказала мне о группе девчонок, на которых я наткнулась сегодня утром, о мажорах, что делают тут все, что вздумается.
Но, что меня зацепило так это та самая фамилия Форбс. А если точнее его имя.
Когда услышала из ее уст " Эйден, " сердце сильнее забилось. Не у него одного же такое имя, так почему я вся так напряглась? Может, из-за того, что это имя ассоциируется только с тем днем?
Я еле как избавилась от этих ощущений и мысленно успокоила себя. Ведь не может быть таких совпадений. Тем более из-за одного то имени.
– Ты на машине? – спросила Рейна, когда мы шли к выходу.
– Нет.
– Тогда подожди меня на улице. Я сейчас пригоню машину.
– Хорошо.
Что что, а вот паршивое чувство я отогнать так и не смогла. Его имя, будто проклятие, которое пало на меня и лишило всякой радости. Думаю… пока не увижу этого Форбса и не удостоверюсь, что это не тот псих, я не смогу успокоиться.
Этот придурок так завладел моими мыслями, что я, погруженная в свои тревоги, совсем забыла о Рейне и продолжала идти вперед.
Но стоило мне поднять голову и взглянуть перед собой, как я замерла на месте, не веря своим глазам. Это был он. Тот самый Форбс, чье имя я так отчаянно пыталась выкинуть из головы. Его взгляд, пронзительный и насмешливый, скользнул по мне, и я почувствовала, как по спине пробежал холодок.
Я стояла, как вкопанная, не в силах произнести ни слова.
Он оттолкнулся от машины и направился ко мне. В каждом его движении чувствовалась уверенность и власть.
Единственное, что мне оставалось – это бежать. Но стоило мне повернуться и сделать шаг, как его голос остановил меня.
– Лана, значит, – бросил мне в спину, от чего мои ноги прирасли к земле.
Сердце стучало в неистовом ритме, предчувствуя приближающуюся тревогу. Я мысленно приказала себе сбежать, как можно быстрее, но сделала совершенно иначе.
Повернулась к нему и поймала на себе пронзающий, обжигающий взгляд и наглую ухмылку, которая будила в душе холодный страх. Каждое его движение, каждое слово, взгляд излучало опасность.
Он не делал попыток приблизиться ко мне, но я-то знала, на что способен этот псих.
3
Назвав меня по имени, он ясно дал понять, что узнал кто я. Искал обо мне информацию? Неужели такой же злопамятный, как сталкер?
О чем это я? Не стал бы он приезжать сюда только чтобы меня най… Форбс… О, нет! Если это он, значит это вовсе не чужой для него город, если его выпуск был в прошлом году. А туда он просто поехал, как и я.
Чтобы подтвердить свою догадку, решилась задать ему вопрос.
– Что тебе нужно? – голос дрожал, выдавая мое волнение. Но я старалась держаться как можно увереннее.
Он усмехнулся, будто наслаждался моим страхом.
– Просто хотел убедиться, что ты меня не забыла.
Его слова словно ледяной душ окатили меня с головы до ног. Забыла? Да как я могла забыть этот взгляд, эту ухмылку, этот кошмар, который он устроил в моей жизни?
– Как ты там говорила…, – протянул он, деланно задумавшись. – " Мы с тобой никогда не встретимся больше. " Тогда ты была такой смелой, а что сейчас? Духи кончились?
Ненормальный!
– Эй, Алана, запрыгивай…
Голос Рейны донесся издалека, но в этот момент я уже мчалась обратно в универ. Без понятия, почему я так поступила, ноги сами понеслись прочь.
– Будем снова играть в догонялки, Лана?
На мгновение я обернулась. Он, не торопясь, шел за мной внутрь здания. Черт! Да что ему от меня надо?
Я взлетела по лестнице, стараясь не смотреть назад. Внезапно вокруг раздался визг и смех девчонок. И тогда я поняла – он внутри.
– Лана!! – его крик, казалось, пронзил все здание университета.
Наступила мертвая тишина. Все замерли, уставившись на нас.
Я посмотрела вниз и наткнулась на его спокойное лицо. Ухмылка наконец спала. Но теперь я боялась его еще больше. А он наслаждался этой ситуацией, наслаждался моим замешательством и страхом.
– Лучше тебе остановиться. Иначе будет хуже. И ты это знаешь.
Я почувствовала, как кровь отливает от лица. Все взгляды – любопытные, осуждающие, удивленные – были прикованы ко мне. Казалось, время остановилось, и я застыла в центре этого немого спектакля.
Вот тебе и спокойная жизнь, Алана. В первый же день ты стала популярной. А ведь тебе еще учиться здесь несколько лет.
Будет хуже… А разве может быть еще хуже?
– На этот раз сбежать не получится.
Кто сказал, что не получится?
Одним своим взглядом он давал понять, чтобы я спустилась к нему. Если убегу, разозлю его. А если нет, разозлюсь на себя. За свою слабость и за то, что позволила какому-то помешанному мажору запугать себя.
Да, я боялась его. Но ему не позволю думать, что все будут подчиняться каждому его слову.
Кажется, он прочел вызов в моих глазах. Усмешка скользнула по его губам, и он медленно, предостерегающе покачал головой. Словно говоря: "Не смей".
Я развернулась и побежала дальше по огромному коридору.
Знала, что он пойдет за мной. Слышала его уверенные шаги, эхом разносившиеся по коридору. Он не бежал, нет. Он был уверен, что поймает меня. И это бесило еще больше.
Я завернула за угол, надеясь встретить препода или еще кого. Но как назло на пути попадались лишь студенты.
К счастью, из одного кабинета вышел профессор и я сразу бросилась к нему. Он то точно поможет мне. Рейна говорила, что это самый строгий и бессердечный профессор. Что ему лучше не попадаться на глаза. Может его он испугается и уйдет.
– Профессор! – обратилась я к нему, преграждая путь.
Эйден не заставил себя долго ждать. Остановившись недалеко от нас, он положил руки в карманы и как-то странно начал смотреть в нашу сторону. Нет. Он точно не испугался. Скорее выглядел так, будто ждал от меня очередных глупых действий.
– Если вам нечего сказать, отойдите, – грубо произнес профессор.
Я и забыла о нем, сосредоточив все внимание на безумце позади него.
– Извините, но… я… я…
И что мне ему сказать?
– Она со мной.
Всего несколько шагов и Эйден поравнялся с нами. При виде него профессор сразу изменился в лице. Стал более улыбчивым. Неужели…
– О, Эйден, так эта девчонка с тобой?
– Да. Не девчонка. Ее зовут Алана Робинсон. Так, на всякий случай говорю.
На какой еще такой случай?
– Я понял. Что ж… я пойду.
– Конечно.
И мы снова остались одни. И очень близко.
Больше я ничего предпринять не успела, потому что он резко схватил меня за руку и потащил в какую-то комнату, закрыв за нами дверь. Больше похоже на подсобку.
– Добегалась? Думаю теперь можно и поговорить.
– Почему здесь? – спросила я и отошла на шаг назад, когда он сделал один вперед.
– Ты бы даже из окна выпрыгнула лишь бы убежать.
– Со второго этажа?
– Для тебя и десятый не помеха.
Еще шаг вперед. Такими темпами я скоро в стену врежусь. А помещение и так маленькое.
– Хочешь мне отомстить за тот раз? – выпалила я.
Меня это все уже начинало бесить.
– Я не занимаюсь такой ерундой.
– Тогда, что тебе надо?
– Ты.
От его слов по спине пробежали мурашки. Он смотрел прямо в глаза, не отрываясь, словно гипнотизировал. Я пыталась отдышаться, но с каждым его шагом воздух словно сгущался.
Я догадывалась о таком, но до конца прогоняла эти мысли. Ох, Марк! Ты столько речи толкал о том, как не подцепить внимание мажоров. Но ни слова о том, что делать если все же попал в такую ситуацию. И я понятия не имею, как мне отцепить его. И как сбежать отсюда?
– Не хочу.
Мой голос прозвучал скорее как жалкий писк, чем как уверенный отказ.
– Захочешь.
А вот его ответ прозвучал более чем уверенно.
– Сказала же нет.
Я попыталась сделать шаг назад, но уперлась спиной в холодную стену.
В его глазах читалась решимость, от которой по коже бегали мурашки. Я чувствовала себя загнанной в угол, беспомощной и уязвимой. И ведь нет с собой ничего, чтобы защититься как тогда.
– Ты думаешь, у тебя есть выбор? – тихо спросил он, наклоняясь ближе. Его дыхание опаляло мое лицо, и я невольно вздрогнула.
– Что ты собираешься делать? – прошептала я, чувствуя, как предательские слезы подступают к глазам.
– Все, что захочу, – ответил он, и в его голосе послышалась неприкрытая угроза.
Он отступил назад, но от этого легче не стало, потому что начал уже по-другому смотреть на меня.
Обвел взглядом с головы до ног, будто оценивая. В его взгляде читалась не только решимость, но и что-то еще, что-то хищное и опасное.
Я попыталась собраться с мыслями, найти хоть какой-то выход из этой ситуации. Но страх сковал меня, не давая возможности думать ясно. Кажется, будто время замедлилось, и каждая секунда длилась целую вечность.
Когда Марк рассказывал мне о подобных случаях, мне это казалось шуткой и я даже думала, почему в таких ситуациях девушки не защищают себя и позволяют так с ними обращаться. Почему не дадут отпор? Не накричат на них?
Сейчас я сама оказалась на их месте, но ничего не могла предпринять. Из-за страха я застыла на месте. Такое чувство, что если сдвинусь, мои ноги не выдержат и я рухну на пол. Вот тогда будет намного унизительно.
А его «все, что захочу» так и стояло в ушах.
Я закрыла глаза, готовясь к худшему и едва ли сдерживала слезы. Только расплакаться мне еще не хватало. Нет. Только не перед ним.
Однако… ничего не происходило. Открыла глаза и увидела, что он стоит на месте, глядя на меня с непонятным выражением. В его глазах уже не было той решимости, той угрозы.
Он сделал глубокий вдох и отвернулся.
– Я передумал, – тихо произнес он и, резко хлопнув дверью, покинул комнату, оставляя меня в полном недоумении и с бешено колотящимся сердцем.
Как только он ушел, слабость волной накрыла меня, заставляя сползти по стене на пол. И тогда я разрыдалась.
4
Когда я подняла голову, успокоившись, со мной рядом уже сидела Рейна.
– Ты как? – спросила она обеспокоенно.
Ну хоть один нормальный человек. Все остальные видели нас, но никто не предпринял попыток помочь мне. Как и тогда. Они тоже испугались его.
– Нормально, – только и смогла я выдавить.
– Идем. Я отвезу тебя домой.
– Это он? Эйден Форбс?
– Да. Но откуда вы знакомы?
– Случайно столкнулись как-то.
– То есть вы не встречаетесь?
Да не дай Бог! Я и этот псих?
– Нет, – твердо заявила я. – И надеюсь больше не встретимся.
– Это было немного странно. Казалось, он сюда приехал из-за тебя.
– Ничего такого, Рейна.
– Ну… ладно. Твое дело. Идем.
Всю дорогу до машины мы шли под пристальными взглядами. Некоторые перешептывались, другие как-то злобно окидывали меня взглядом, а третьи так вообще откровенно насмехались.
– А она ничего такая. И задница зачетная. У Эйдена, как всегда, глаз-алмаз, – выкрикнул кто-то из парней и все хором начали посвистывать и ржать.
Дебилы! Ненавижу! И их и виновника всего этого дурдома!
Мне вслед кричали вещи и похуже и даже мое тело обсуждали. Уроды! Я сильнее сжала кулаки и держалась изо всех сил.
По приезду я быстро направилась в дом, чтобы избавиться от ощущений, будто на меня все смотрят.
– Алана? Дочка, это ты? – раздался голос папы со стороны кухни.
Я никогда не жаловалась родителям на проблемы. Предпочитала справляться с ними сама. И до сих пор у меня это отлично получалось.
Я все еще надеюсь на то, что его последние слова означали, что он оставит меня в покое. Мне не нужно переживать, ведь он быстро найдет мне замену поинтереснее. Да же?
Отдышавшись у двери и нацепив на лицо улыбку, я пошла на кухню. Что бы ни случилось, а папу я не могу огорчить. Не после случившегося.
– Почему не отвечаешь? – спросил папа, когда увидел меня.
Так и знала, что найдет себе занятие. Чинит шкаф, хотя утром он был в полном порядке.
– Извини. Не слышала. Что ты делаешь? Мамы нет дома?
– Нет. В магазин пошла.
– Так вот почему ты за шкаф взялся. Была бы она тут, не позволила бы тебе ни к чему прикасаться.
– Алана, хоть ты не начинай. Я тут от скуки пораньше умру, если не сделаю хоть что-то. Кстати, как прошел первый день? Понравилось? Нашла себе друзей?
С первых секунд он мне понравился. Все казалось таким волшебным. Пока не появился он. И не испортил все мои впечатления об этом месте. Теперь мне даже не хочется завтра туда возвращаться.
– Понравилось, – ответила я с той же улыбкой. – И у меня появилась подруга.
Ну хоть это правда. Рейна, кажется, хорошей. И сегодня она мне помогла сбежать от этих уродов.
– Да? А Марк не будет ревновать?
– Точно Марк… он просил позвонить ему.
Я достала телефон из сумки впервые за все время после случая в универе и увидела уйму пропущенных от Марка. Я включила беззвучный режим, чтобы он мне не мешал, поэтому не слышала.
– Все в порядке, – сказал отец, держа одной рукой дверцу шкафа, а другой тянулся к отвертке на полу.
Я подошла к нему и протянула ее.
– Спасибо.
– Так, что значит все в порядке?
– Он звонил мне. Сказал, что ты ни на сообщения, ни на звонки не отвечаешь. Спрашивал вернулась ли ты или нет. Я предположил, что ты могла поставить на беззвучный. И он сразу успокоился. Вот, глупый мальчишка, даже не подумал об этом варианте. – рассмеялся папа.
– Ну да. Он иногда жестко тупит. Давай я подержу. Что ты там вообще чинишь?
Я взялась за дверцу вместо папы и он начал разбирать другие инструменты.
– Да тут кое-что неправильно было.
– Просто признай, что специально сломал что-то, чтобы починить.
– Да ты что? Нет, конечно.
– Так ведь утром все было нормально.
– Не было. Ты просто не заметила.
– Готова поспорить, все так и было.
– Говорю же, не было.
Позже мама вернулась из магазина и за разговорами я и забыла о сегодняшнем инциденте. Но стоило мне оказаться в своей комнате и лечь на кровать, как все предстало перед глазами. И как мне туда завтра поехать?
Ладно другие, но профессор… Даже такие, как он боятся его? Он что настолько влиятельный человек?
Любопытство взяло вверх. Я достала ноутбук, устроилась поудобнее на кровати и забила в поисковик ненавистные мне два слова.
«Эйден Форбс»
Экран мгновенно заполнился разными ссылками, фотографиями и статьями. Фамилия Форбс звучала эхом в мире финансов, технологий и даже политики. С ними даже сотрудничает компания Марка. Может ли он знать его?
Я углубилась в чтение, жадно впитывая каждую деталь. Стремительный взлет, череда головокружительных сделок, благотворительные фонды, научные разработки. Все говорило о безусловном успехе и невероятном влиянии. Но между строк, в комментариях и форумах, мелькали и другие отзывы – о жесткости, безжалостности, готовности идти по головам ради достижения цели.
Чем больше я читала, тем сильнее понимала, насколько они влиятельны и богаты. И как далеко простираются их связи.
Внизу статьи была фотография. Мужчина в безупречном костюме с грозным видом, рядом – элегантная женщина в черном платье. Оба восседают на черном кожаном диване, словно на троне, а за ними… он. Все с тем же ледяным, безжалостным лицом. На нем черная водолазка, плотно облегающая шею, а сверху пиджак того же цвета.
Он красив. Безусловно. Но слишком опасен. Вероятно о таких и говорил Марк, когда упоминал о мажорах, не терпящях отказа.
С Марком проще. Если девушке не понравится, он молча отстанет. А вот бывают такие придурки, которые не принимают отказа. То же самое было и с тем сталкером. Но этот… Этот перешел уже все грани.
Закрыв ноутбук, я откинулась на подушку, глядя в потолок.
Плевать. Мне просто надо быть немного смелой. Раз уж такое все же произошло, не буду же я позволять им топтать себя.
На следующий день все так же. Те же взгляды, те же перешептывания. Держись, Алана. Через несколько дней они забудут о тебе.
– Привет, – появилась из ниоткуда Рейна.
– Привет.
– Как себя чувствуешь?
– Честно говоря… паршиво.
– Не переживай ты так об этих неудачниках. Они просто завидуют тому, что ты получила столько внимания от Эйдена.
– Это не так, Рейна.
– Да ладно. Это же очевидно.
Опять он. Мне ужасно не хочется разговаривать с ней о нем. Но и грубить не могу.
– Давай не будем говорить о нем, – бросила я кратко и пошла дальше.
– Как хочешь, – ответила она и поравнялась со мной.
На протяжении двух пар я сидела как на иголках. Все время думала, что он вот-вот появится, не сводила глаз с двери, не могла сосредоточиться на лекциях. Но он не появлялся. А может и не появится? И я зря себя так накручиваю?
– Почему не ешь? Тут подают довольно вкусную еду, – произнесла Рейна.
– Как-то не хочется, – лениво выдала я.
Мне кусок в горло не лезет. А вот она ест очень даже аккуратно, словно боясь ненароком запачкать себя. Я бы даже отметила элегантно? Я как-то видела, как семья Марка ест точно так же. Значит и Рейна из богатой семьи?
– Думаешь о Форбсе? – неожиданно спросила она и, поймав мой изменившийся взгляд, продолжила. – Да не кипятись ты так. Он, наверное, уже забыл тебя. У него девчонки задерживаются максимум ночь. До утра еще никто не дотянул.
– Что ты еще о нем знаешь?
– А что? Интересно? Еще утром просила не упоминать его.
– Просто хочу знать, чтобы быть уверенней.
– В чем?
– В твоих словах.
Я очень надеюсь, что это правда и он забыл обо мне. Следующего такого раза я не выдержу.
– Слушай, Алана. Он тебе, действительно, не нравится?
– А что? Такое невозможно? А ты? Тебе нравится этот псих?
– Псих? – рассмеялась она. – Ну ты и скажешь. Не воспринимай все так близко к сердцу. Я заметила, что с того момента ты стала напряженной и не улыбаешься. А что насчет меня? Нуу… он привлекательный. Не то, чтобы прям влюбиться, но хотя бы такие мысли у тебя не возникают?
– Не возникают. Он пугающий. К черту его красоту.
– Видишь? Ты заводишься с пол оборота стоит упомянуть его. Расслабься. Все скоро забудут о тебе. Да и он сейчас наверное с другой развлекается, если только не с "другими."
Мне даже думать противно о таких вещах. Пусть развлекается хоть с одной, хоть с целой группой. Главное, чтобы это была не я.
С того дня прошла уже неделя. И он, к счастью, больше не появлялся. Как и говорила Рейна, все забыли обо мне и я снова стала невидимкой.
Я вернулась к своему привычному образу, много занималась, а в свободное время рисовала. Это даже отвлекало от всех ненужных мыслей.
Наконец выдался долгожданный выходной. Хоть в универе и затихли все проблемы, душа все равно не рвется туда больше.
Во дворе папа и Марк что-то увлеченно мастерили. Видимо, и тут отец умудрился отыскать какую-то поломку. Дома каждый уголок вылизал, теперь принялся за улицу. Он неисправим!
Я прихватила две бутылки воды и вышла к ним.
Несмотря на яркое, без единого облачка, солнце, воздух оставался свежим и прохладным. Но они оба сняли верхнюю одежду, оставаясь в одних футболках.
–Это же мне? Спасибо, малышка, – воскликнул Марк, молниеносно выхватив из моих рук одну бутылку.
Я одарила его недовольным взглядом и протянула другую отцу.
– Господи! Вы двое никогда не повзраслеете.
– Это все он. Кстати, что вы мастерите?
– Скамейку. Чтобы мы с тобой в старости могли на ней сидеть и любоваться закатом, – бросил Марк, лукаво вскинув бровь.
Отец громко рассмеялся и чуть водой не подавился. Ему всегда нравились шутки этого балбеса.
– Нет спасибо, – ответила я. – До старости я тебя не дотяну. Будешь со своей половинкой делить другую скамейку. А на этой я буду со своей половинкой.
– Ишь чего удумала. Скамейку делаю я, а достанется тебе?
– Ты ее делаешь у меня дома.
– У нас нет такого понятия как "у тебя", верно дядя?
– Верно. Это и твой дом тоже.
– Слышала? 1:0, малышка.
Ненавижу ему проигрывать!
– А давай так. Говоришь будешь со своей половинкой на нем сидеть?
– И?
– Я тут придумал кое-что интересное. Кто первым на него сядет рядом с тобой, за исключением нас, тот и будет твоей судьбой. Ключевое слово тут «рядом с тобой».
– Глупости.
– А что? Неплохая идея, – оживленно поддержал его папа.
– И вы верите в эту чушь?
– Мы просто хотим посмотреть, кто это будет. Необязательно в это верить.
– Согласен. Мне тоже интересно, кто будет сидеть на этой скамейке рядом с моей дочкой.
– Ладно уж. Но на многое не расчитывайте. Меня все равно дома не бывает. Только если в старости рядом кто-то не сядет потому что у него ноги затекли от нескольких шагов.
– Ну ты и дурочка!
Перестав их отвлекать, я присела на ступеньки и стала наблюдать за их работой. Марк то и дело отпускал какие-то шуточки, заставляя отца смеяться.
Через пару часов скамейка была готова. Не без огрехов, конечно, но вполне пригодная для использования. Мы все вместе уселись на нее, провожая уходящий день. Я посередине, а папа и Марк слева и справа от меня.
Закат и правда был невероятным: небо окрасилось в оттенки розового, оранжевого и лилового, словно кто-то разлил акварель по холсту.
Я быстро достала телефон из кармана и сделала пару фоток.
– Потом перенесу эту красоту на холст, – сказала я.
Но и тут не обошлось без шуток Марка.
– А мою красоту ты когда перенесешь?
– Отстань. Мне нужно вдохновение. Я не могу просто взять и за пару секунд нарисовать тебя.
– Дядю же смогла.
– Верно. Меня же смогла.
– И ты туда же? – спросила я, удивленно уставившись на папу. – Занимаешь его сторону, вместо дочери?
Они решили объединиться и добить меня?
– Тебе паренька совсем не жаль?
– Вот именно. Тебе меня не жаль?
– Сколько раз он просил тебя об этом?
– Вот именно. Сколько раз я просил тебя?
– Нарисуй один раз, оставив остальные дела.
– Вот именно! Всего лишь один раз нарисуй меня.
– Ничего не слышу. Не слышу! Не слышу!
Я закрыла уши руками и громко повторяла одно и то же. Но их голоса перекрывали мой. С одной стороны Марк, который постоянно твердил о своем портрете и всячески пытался убрать мои руки, а с другой папа, который помогал ему.
5
– Куда мы вообще идем, Рейна?
– Я точно помню, что оно было где-то здесь. Еще немного.
– Уверена? Может пойдем в другое место?
– С чего бы? Мы почти пришли.
С самого утра Рейна донимала меня предложениями куда-нибудь выбраться. Сначала заикнулась о клубе, но я отрезала сразу: ни ногой! Я никогда в них не была и не имею желания быть.
Никогда не понимала этой тяги к гудящей толпе, навязчивой музыке и липким танцполам, где, как назло, обязательно найдется какой-нибудь перебравший лишнего идиот, жаждущий «знакомства».
Ненавижу такие заведения всей душой и искренне не понимаю, что люди находят в этом балагане веселого. Видимо, кому-то и по душе такое "развлечение". Но только не мне.
Потому Рейна переключилась на какое-то популярное кафе, которое открылось недавно.
И вот мы уже полчаса блуждаем по закоулкам, тщетно пытаясь отыскать это злосчастное заведение. Рейна то и дело заводит меня в какую-то глушь, клятвенно заверяя, что кафе – вот оно, за углом, а потом с виноватым видом плетется обратно, бормоча: «Я перепутала…»
Я уже махнула рукой на дорогу и просто покорно следовала за ней, не глядя по сторонам. Но стоило мне увидеть вдалеке какое-то здание, как по спине пробежал ледяной озноб.
А все дело в том, что оно смутно напоминало клуб, но здесь не было привычной толпы, лишь изредко заходившие люди. В темных окнах тускло мерцали разноцветные шары, но изнутри не доносилось музыки.
И я невольно вспомнила тот день. А что если… Что если там Форбс?
– Ты чего? – спросила удивленно Рейна, обернувшись ко мне.
Дальше ноги не шли, поэтому я остановилась.
– Может все же пойдем в другое место? – неуверенно произнесла я.
– Так ты из-за этого клуба, что ли? Алана, мы идем в кафе, а не туда. Не будь ты такой трусишкой. Пошли.
Трусишка… Я не была такой, но он…
Я и сама не понимаю, почему становлюсь такой при виде него или мест, напоминающих его. Я просто боюсь.
Взяв себя в руки, я снова сделала шаг вперед.
– Аа… можешь подождать пока тут? Срочный звонок. Мне нужно ответить.
– Конечно.
Рейна отошла в сторону, а я остановилась перед кафе рядом с тем клубом. Так она про это кафе говорила?
– Так ты у нас все же плохая девочка.
Опять этот злосчастный голос. Тело покрылось мурашками. Дыхание участилось.
Я медленно обернулась и встретилась с его холодными глазами. Эйден… Стоило уйти отсюда сразу же. Ведь чувствовала, что что-то случится.
В поисках Рейны я оглянулась по сторонам, но нигде не видела ее. А в следующую секунду мои ноги так вообще оторвались от земли, словно в кошмарном сне. Он с легкостью перекинул меня через свое плечо и понес внутрь клуба. Я дергалась, кричала, била его руками по спине, но все бестолку. Казалось, его это только забавляло.
– Да пусти ты меня!! – вопила я, но мой голос тонул в оглушительном реве музыки.
А ведь с улицы не было слышно ни звука.
Эйден не обращал внимания на мои протесты. С каждым шагом я понимала, что сопротивляться бесполезно. Он был сильнее и решительнее. Он нес меня, словно куклу, сквозь танцующую толпу.
Затем свернул в узкий коридор и толкнул какую-то дверь. Мы оказались в небольшой комнате, обставленной кожаными диванами и низким столиком. Здесь было тихо, лишь слегка доносились приглушенные басы из общего зала.
Эйден бросил меня на диван, и я, отскочив, попыталась встать, но он схватил меня за руку и повалил обратно, подняв обе руки над головой.
Мое сердце бешено колотилось в груди. Страх и злость боролись во мне, не давая сосредоточиться. Я попыталась вырваться, но его хватка была железной.
– Что ты творишь?! – выдохнула я, чувствуя, как к горлу подступает истерика.
Он молчал, лишь сильнее сжал мои запястья. Его взгляд скользил по моему лицу, задерживаясь на губах. Я чувствовала себя абсолютно беззащитной, словно загнанный в угол зверь.
Внезапно он наклонился ближе, так, что я почувствовала его дыхание на своей коже. Шепот прошелся по моим губам, словно лезвие ножа.
– Ты сама этого хотела, – прозвучало над ухом. – Разве не для этого пришла сюда?
– Я пришла в кафе с подругой, а не сюда.
– И где же твоя подружка? Там не было никого кроме тебя.
– Она…
Не успела я договорить, как он другой рукой взял меня за подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза.
– Маленькая лгунья.
– Не трогай меня. Не моя вина, что ты все неправильно понял.
– Неправильно понял?
– Пусти меня. Я не хочу.
– Захочешь.
Опять этот надменный, самоуверенный тон.
Он придвинулся еще ближе, и я почувствовала его губы у своей шеи. Отвращение волной захлестнуло меня. Я дернулась, пытаясь вырваться, но он сильнее придавил меня к дивану.
– Это насилие, ты знаешь? – закричала я, надеясь, что хоть это остановит его. – Насильно заставишь переспать с тобой?
– А кто сказал, что насильно? – прозвучал вкрадчивый ответ.
– А что это еще? Я ненавижу тебя! Твои прикосновения! И все, что связано с тобой! Я просто не выношу тебя.
На мгновение он застыл, испепеляя меня своим взглядом. Казалось, его глаза прожигают меня насквозь. Не знаю, откуда у меня взялись силы выдержать эту невыносимую пытку.
В уголках его губ заиграла знакомая, зловещая, хищная ухмылка, не предвещавшая ничего хорошего.
– Мне так даже больше нравится, – прошептал он, и последняя искра надежды угасла во мне. – В следующий раз будешь знать, кому следует доверять.
– Псих! – выкинула я, вкладывая в это слово всю свою боль и отчаяние.
– Сочту за комплимент, – ответил он с ледяным спокойствием и жадно впился в мои губы.
Его поцелуй был грубым и властным. Я пыталась отвернуться, но он крепко держал меня, не давая ни малейшего шанса на сопротивление. С каждой секундой отвращение нарастало, перерастая в панический ужас. Я чувствовала себя загнанной в клетку, беспомощной жертвой в руках хищника.
Слезы хлынули из глаз, обжигая щеки. Я закрыла глаза, пытаясь отгородиться от происходящего, представить себя в другом месте, в другое время, убедить себя, что все это происходит не со мной. Но его присутствие было слишком ощутимым, его дыхание обжигало мою кожу, его руки сжимали меня, не давая забыть о реальности.
Мне надо было как-то остановить это безумие. В отчаянной попытке я вцепилась зубами в его губу, прикусив ее со всей силы. Сначала он не реагировал, словно не чувствовал боли. Но когда я впилась еще глубже, он отреагировал.
Хватка ослабла, и я, воспользовавшись мимолетной свободой, вырвала свои руки и оттолкнула его. Но не успела подняться, как он снова схватил меня, развернул и с силой прижал к себе. И снова его губы, хищные и жадные, впились в мои и я ощутила привкус крови. Затем его поцелуи, такие же настойчивые и грубые, обрушились на шею.
Он отстранился так же внезапно, как и набросился на меня. Но руки не отпускал.
Глаза его горели нездоровым огнем.
– Теперь ты усвоила урок?
Я не ответила. Не могла. Только смотрела на него, полная ненависти и презрения, едва сдерживая слезы.
– А сейчас делай то, что ты умеешь лучше всего. Беги. И лучше как можно быстрее. Потому что если я поймаю… уже не отпущу. Лана!
Дважды повторять не пришлось. Я вскочила едва он разжал мои руки и пулей вылетела из комнаты.
Я не видела дороги, когда он нес меня сюда, поэтому теперь не имела ни малейшего понятия, куда бежать. Я быстро спустилась по лестнице, то и дело задевая прохожих. Благо, они проходили мимо, будто ничего не произошло. А может это опять из-за него?
Вокруг было слишком много людей и музыка гремела вовсю. Забив на головную боль, слабость, сковывающей тело, я пробивалась сквозь толпу, чтобы скорее покинуть это проклятое место.
Вырвавшись наконец из толпы, я схватила первого попавшегося официанта за рукав.
– Где здесь выход?
Он указал пальцем в противоположную сторону, но, обернувшись ко мне, вдруг изменился в лице. Бросив быстрый взгляд куда-то за мою спину, вверх, он мгновенно испарился.
Я догадалась, кого он там увидел, и, затаив дыхание, медленно обернулась.
Эйден стоял на лестнице, облокотившись на перила, и прожигал меня взглядом.
Как и в тот день… Он так же стоял у окна, не предпринимая никаких попыток догнать меня. Будто издевался.
Как и тогда я развернулась и побежала к выходу. К моему везению, на улице уже стояло такси.
– Вы сейчас свободны? – обратилась я к водителю, подбегая к машине.
Он как-то странно осмотрел меня с головы до ног, из-за чего я даже пожалела о своем решении.
– Да, конечно! – последовал ответ, а сам он расплылся в улыбке.
Плевать. Хуже этого психа уже никто не будет.
Забив на все, я взобралась на заднее сиденье и назвала водителю свой адрес.
Я спокойно выдохнула лишь когда клуб исчез из виду. Что это вообще было? Похоже моя жизнь уже не будет нормальной.
– Вижу, вечер удался на славу, – хмыкнул водитель, бросив на меня оценивающий взгляд через зеркало.
Повезло хоть, что этот не стал приставать. И едем мы правильной дорогой.
– В каком смысле? – настороженно поинтересовалась я.
– Я насчет вашей шеи.
– Шеи?
Вот черт! Пожалуйста, только не это! Нет! Не надо!
Лихорадочно достав из кармана куртки телефон, я включила переднюю камеру.
Да чтоб тебя… Этот ненормальный оставил засос на моей шее и не один. И как мне в таком виде домой пойти? Будь ты трижды проклят, Эйден Форбс!!
Когда мы доехали до дома, я попросила его назвать номер счета, чтобы перевести деньги.
– А разве… – замешкался он, но потом сразу добавил. – Да неважно.
Что за странный тип?
Расчитавшись с ним, я выскользнула из машины. За всю дорогу единственным нормальным способом, чтобы скрыть свою шею я нашла придвинуть волосы вперед. На то, чтобы быстро поздороваться с родителями и скрыться в своей комнате вполне достаточно.
Так я и поступила. Они увлеченно о чем-то разговаривали в гостиной. А когда я вошла все их внимание переключилось на меня. Свет был выключен и мои шансы не попасться возрасли.
– Ну как повеселилась с подругой? – спросила мама.
Вот я дура! Даже о ней умудрилась забыть.
– Дда, – выдала я как можно увереннее. – Я пойду лягу спать. Сильно устал�