Вторжение: Осколки внутри моего сердца
Глава 1. Этап первый.
Туман густел, скрывая небесные светила. Барьер, который подобно прочному щиту обволакивал нашу планету, порой, волнами блестел, размазывая очертания Солнца и Луны.
Я почувствовала на своей щеке каплю, упавшую с неба. Она стекла к подбородку и упала, впитавшись в мою одежду.
Стоять на улице в дождь не самая лучшая затея, ведь, как всем известно на Земле, вода, падающая с неба, стала немного токсичной, но у меня была веская причина.
Я нервничаю.
Позади меня большое здание и я пытаюсь решиться. Вернее, я давно решила, просто я пытаюсь приказать телу не дрожать от волнения. Судорожно вздохнув и мотая головой, я пыталась избавиться от последней частички своих сомнений.
Гром привел меня в чувства быстрее, чем мои мысленные уговоры и я влетела в "Военную Академию имени Эшта".
Мужчина в синем костюме, больше напоминающим комбинезон с вшитыми неоновыми лентами по бокам, любезно остановил меня.
– Девушка, вашу руку, пожалуйста, – сказал охранник, выставив сканер над тыльной стороной моей кисти, которую я как раз подала ему.
Чип, вживленный под кожу еще в младенчестве, среагировал и выдал на экране его сканера всю информацию обо мне.
– Причина вашего визита? Ева, – спросил он, взглянув на меня.
– Хочу поступить в Академию Сайадов*1, – уверено произнесла я.
Мужчина улыбнулся и достал небольшой планшет. Пару кликов по экрану, и он ответил:
– Вам нужно в левый сектор. Номер здания 7. Как войдёте в зал, поверните налево. Вам нужно выйти на улицу, а там вы уже поймёте, куда идти.
Поблагодарив его, я вошла через огромные металлические двери, которые открыли мне всю масштабность главного зала. Меня встретил высоченный потолок, много дверей и рам по стенам, широкая неоновая лестница в центре, которая виднелась далеко от входной двери. Мне казалось, она движется, но вниз или наверх, я не могла разобрать. В зале было много людей, они хаотично передвигались, заходя то в одну дверь, то в другую. В центре здания было большое количество достопримечательностей, связанных с военным делом. Видимо первый этаж был своеобразным музеем.
Из любопытства я подошла к одной из стеклянных витрин, которая располагалась ближе ко мне. В поле моего зрения оказалось изделие, похожее на то, что используют некоторые солдаты.
– "Автомат Калашникова", – прочитала я на табличке. – 1949 год по 2076 год.
Таким оружием пользовались наши предки. На сегодняшний день этими пулями не пробить одежду человека, но выглядит довольно устрашающе.
Долго не думая, я направилась в левую дверь. Впереди меня и сзади уже шли люди. Скорее всего они направляются туда же, куда и я. Пройдя через длинный коридор, я вышла на улицу. Ярко-зеленый газон на секунду ослепил мои глаза. Конечно же он искусственный. От такого количества пластика и имитации природы можно задохнуться. Вокруг вились дорожки, их окружали здания с большими номерами. Чуть правее, на 120 градусов от меня находилось то самое здание с большим номером 7. Видимо его построили недавно. От него даже пахло свежими строительными материалами, не говоря уже о внешних данных. Строение со стороны было похоже на огромный черный куб.
Разжав кулаки, я почувствовала холодок в ладонях – они вспотели.
Стать сайадом было моей мечтой с пяти лет. Я не могу вот так просто уйти, потому что боюсь, что не пройду предварительные экзамены или что меня вообще с самого начала не возьмут. Мой рост составляет 165 сантиметров, а тело довольно худое и хрупкое. Хоть я и старалась с детства усиленно тренироваться, мышечной массы я набрала немного, но это уже результат!
Зайдя в здание, я наткнулась на большого робота, который преградил мне путь.
– Пожалуйста, оставайтесь на своем месте и не двигайтесь. Ожидайте дальнейшей команды, – проговорила техника.
Я застыла и глазами начала рассматривать все вокруг. Я искала людей, но ни одного живого человека в приемном зале не было.
Почему я должна остановиться? Это еще один контроль?
Напряженная ситуация и страх заставили меня случайно двинуть рукой. Через секунду робот наставил на меня красный луч, готовый вот-вот пробить мой череп.
Задержав дыхание, я зажмурила глаза, мысленно прощаясь с жизнью.
– Нарушитель! Нарушитель! – повторял тупой робот.
– Лекс, отмена! – донеслось мужское эхо откуда-то издалека.
Я открыла глаза и увидела, как робот убрал луч и принял обычное положение.
К нам подбежал высокий мужчина в черном костюме, похожим по дизайну на одежду того охранника в центральном здании.
– Простите, я уходил на пять минут и оставил его сторожить дверь. Он немного перестарался, – сказал незнакомец, еле дыша.
Видимо, он бежал к нам из-за всех сил.
– Опоздали бы вы хоть на минуту, и мои мозги украшали бы вашу дверь. – Вымучено улыбнулась я.
– Уверен, они у вас красивые, – посмеялся мужчина, почесав свои золотые волосы на затылке. – Вы новенькая. Я так понимаю, хотите поступить на защиту от внеземной цивилизации?
Короче говоря, сайад. Ну и зачем такое длинное название выговаривать?
Я кивнула и показала руку. Он про сканировал и выдал мне серебряную бумагу с иероглифами нового языка программирования.
– Вам нужно на второй этаж, в 789 кабинет. Советую вам поторопиться, – вежливо улыбнулся охранник.
Я поспешила на второй этаж по двигающиеся лестнице. Уже в коридоре меня начал обгонять парень в сером худи и накинутом на голову капюшоне. Не уступая, я пыталась обойти его, но мы оба оказались в пролете, когда заметили большое скопление людей возле той самой двери.
Молодой человек резко остановился и тяжело вздохнул. Здесь было примерно тридцать человек.
– Вы хотите сказать, что вы все в 789 кабинет? – недовольно выкрикнул он, и меня будто облили ледяной водой от его голоса.
До боли знакомый голос. Чей…
Я пыталась вспомнить. В голове было слишком много воспоминаний. Я не могла разобрать, откуда знаю его.
Все разом оглянулись и подтвердили его догадку. Он цокнул и вновь тяжело вздохнул.
– Черт возьми, на дворе 2276 год, а проблему с очередями еще не решили! Кто последний?
– Я! – выдала я, стоя справа от него.
Молодой человек обернулся, и меня будто снова окатили водой.
Ин Карит- мой бывший одноклассник из средней школы.
Он обсмотрел меня с ног до головы, затем как-то наивно заморгал. Парень словно растерялся, хотел что-то сказать, но будто передумал, опустил голову и еле слышно проговорил:
– Тогда я за тобой.
Мы сидели на скамьях напротив друг друга и ждали, когда рассосется очередь, нередко встречаясь взглядом. Возможно, мы и здесь будем в одной группе. На самом деле эта встреча была неожиданной, ведь в школе Ин не упоминал о том, куда он хочет поступить. Я бы не хотела быть с ним снова в одной группе.
– Думаешь, поступишь? – спросил Ин, смотря четко в мои карие глаза.
– Не думаю. Я знаю, – уверенно высказала я, скрестив руки на груди.
Он ухмыльнулся и отвел взгляд.
– Ты не изменилась. Все так же рвешься стать сайадом.
Последний раз я видела его четыре года назад в школе. Он был лучшим в любом виде спорта и достаточно популярен среди девушек, но особо ни с кем не встречался. Честно говоря, он нравился мне. Высокий брюнет с аккуратными чертами лица. И эти большие серые глаза свели с ума не одну девушку. Харизма из этого парня всегда сочилась, как нескончаемая река. Он не слишком изменился. Возможно, стал более взрослее и всего-то.
Я отвернулась, сделав вид, что мне больше интересна толпа, которая переговаривалась друг с другом.
Спустя года, я начала понимать. Мне больше нравилось то, что он очень сильный и выносливый, чем я не могла похвастаться. Наивно предполагала, что он будет дополнять меня. Ину не нужно особо прикладывать усилия, его и так возьмут в академию, а вот меня…
– Почему розовый? – донёсся до моих ушей знакомый нагловатый голос.
Я обернулась и вопросительно выгнула бровь, осведомив, что не поняла его. Ин показал на свои волосы. На самом деле я поняла его вопрос. Просто захотелось, чтобы он повторил.
В 5 лет со мной произошел один неприятный случай, который оставил след глубоко в моем сердце. Тогда-то я и увидела розовые блики. Для меня этот цвет является символом новой жизни.
– В салоне напутали, – пошутила я с серьезным лицом.
Он вновь усмехнулся, откинул голову на стену позади себя и посмотрел на людей. Его мощный кадык слегка выпирал. Парень нервно постукивал кроссами по полу. Осталось около пяти человек в коридоре. Когда очередь дошла до меня, я незамедлительно вошла в кабинет. Комната была серой и пустой, за исключением двух матовых черных кресел, стоящих друг напротив друга. На одном из них сидела стройная женщина с укороченными под каре темными волосами, у которой вместо правой руки был протез. На ней были ВС очки, через которые она могла увидеть все данные моей жизни.
– Присаживайся, Ева. Меня зовут Дана, – начала она.
Присев на кресло, я ощутила, что оно очень жёсткое. Вполне предсказуемо, ведь на войне нет комфорта.
– В детстве ты случайно встретилась лицом к лицу с инопланетным существом. Опиши мне этот момент. Что произошло?
– Оно хотело напасть, но меня спас сайад.
– Почувствовала ли ты жжение в сердце?
– Нет.
– А что ты чувствовала?
– Мне стало трудно дышать, и я потеряла сознание.
Женщина что-то отметила в планшете, и вновь взглянула на меня.
– Как ты оцениваешь состояние своего здоровья на данный момент? – продолжила Дана.
– Отлично.
– Проявлялись ли у тебя какие-нибудь сверхъестественные способности после встречи с пришельцем?
– Пока не замечала.
– Почему ты решила стать сайадом?
– Если бы не сайад, я бы не сидела здесь. Я хочу так же спасать людей, и помогать им.
Женщина сделала еще несколько пометок на экране. Затем она протянула руку, взяв мой лист, поставила печать.
– Для начала нужно пройти первый этап. Полное обследование организма. В листе есть направление в центральную больницу. У тебя неделя на это. Потом твой визит будет аннулирован. Удачи!
Я вышла из кабинета и встретилась взглядом с Ином. Он был взволнован.
– Ну как? – спросил парень, встав со скамьи.
– Первый этап – полное обследование, – не радостно проговорила я.
И он прекрасно понимал, почему я в таком подавленном состоянии. Ин не раз видел мои приступы в школе. Я старалась скрывать свою болезнь всеми способами. Последний раз я проходила обследование в детстве, сразу после встречи с инопланетянином. Тогда мне сказали, что у меня все показатели здоровья в норме, исключая шоковое состояние. Но со временем приступы начали проявляться. Я чувствовала головокружение и падала, а затем возникало ощущение, что мою грудь пронзают сотни острых игл. Это состояние обычно длиться до пяти минут, так что подозрений со стороны взрослых это не вызывало. Став старше, я начала привыкать к этому, и теперь я воспринимаю все как само собой разумеющиеся.
Я молча шла по длинному коридору в сторону выхода из здания.
Полное обследование включает в себя все уголки моего тела и органов. Они будут проверять всё. Если что-то выйдет наружу, мне обязательно это запишут в состояние здоровья, да ещё откроют историю болезни и заставят лечиться. У меня нет на это времени. Я должна поступить в Академию!
– Ну, как всё прошло? – улыбнувшись мне, спросил охранник на выходе из здания номер 7.
– Направление на первый этап. – Я помахала ему серебристой бумагой.
– О, поздравляю! Но это не самый трудный этап. Впереди еще два.
Какие бы не были сложные следующие этапы, первый – самый трудный для меня. Нужно молиться всем богам, чтобы меня допустили хотя бы до второго этапа.
Охранник был ко мне добр. По-видимому, он хорошо знает это здание. Возможно, работает тут достаточно долго. Если исключить момент с роботом, то в принципе мы с ним хорошо поладим. Мне нужны хорошие знакомые, особенно, если они из места, где я собираюсь осуществить свою мечту.
– Как вас зовут? – спросила я, остановившись возле двери, которая уже открылась сама.
– Ой, а я разве не представился? Элрик. – Вновь улыбнулся парень, показывая на свой бейдж.
Ну да, у него ведь имя на форме написано было. Видимо мои переживания затуманили не только разум, но и глаза. Через силу улыбнувшись и вежливо кивнув в ответ, я ушла. Чувство страха съедало меня изнутри, пока я ехала в центральную больницу в этот же день. Мне хотелось знать, что меня ждёт, и в то же время было дикое желание сбежать отсюда.
Абсолютно белое волнообразное огромное здание под наименованием "Центральная больница"с нетерпением ожидало встречи со мной. Подойдя на ресепшен, я протянула свой документ. Администраторы сидели в таких же ВС очках, как и Дана. Это весьма удобно для них. Не нужно постоянно сканировать руки, всё и так видно.
– По направлению на обследование.
– Секундочку, – ответила сотрудница, что-то активно печатая на большом экране компьютера.
Закончив через три минуты, она сказала:
– Вам нужно в первый кабинет на этом этаже.
Серебряную бумагу, по-видимому, мне отдадут после полного обследования. Я отправилась искать этот кабинет. К счастью, очереди почти не было, и я зашла в открытую дверь. Меня встретила женщина в белом костюме и неестественно светлыми волосами.
– Ева, верно? – спросила она, сидя за столом и заканчивая кликать по планшету.
– Да.
– Заходи в голубую дверь. Тебе нужно будет полностью раздеться и надеть специальную одежду. Она лежит на кушетке. Я зайду через пять минут.
Войдя в следующую комнату, слева от себя я обнаружила вещь с проводами, а прямо посередине стоял огромный аппарат с выдвинутым лежаком. По-видимому, я должна буду лечь туда, и меня поместят внутрь этой техники. Я быстро переоделась. Костюм хорошо растягивался. Скорее всего, он был безразмерный для всех типов телосложения. Пяти минут не прошло, как в комнату вошла женщина и принялась невозмутимо настраивать медицинскую аппаратуру.
– Ложись сюда. – Она указала на тот самый лежак, и я поспешила выполнить её указ.
Врач надела на меня шапочку с проводами и помогла устроиться поудобнее.
– Советую закрыть глаза и расслабиться. Также в ходе обследования ты можешь почувствовать, как что-то кольнуло твою кожу. Не переживай, это костюм будет брать у тебя из вены немного крови для анализов.
Я кивнула. И меня закатали внутрь белоснежного аппарата. Все-таки я терпеть не могу больницы. Мне не страшно из-за всех этих обследований. У меня нет клаустрофобии или боязни уколов. Мне страшно, что будет потом.
Что напишут в моем паспорте?
Если что-то найдут в моём организме, то я могу навсегда забыть о Военной Академии.
В целом общее обследование заняло минут тридцать. Я вышла из аппаратной комнаты и заметила серьезное лицо женщины. Она наклоняла голову в разные стороны, сосредоточенно изучая что-то на своем экране.
– Все хорошо? – нетерпеливо спросила я.
– Да. Только…
Повисла напряжённая тишина. Страх волнами начал биться об углы моего тела.
Что только? Что не так?
– Я дам тебе направление к кардиологу, – неуверенно сказала она, что-то печатая на световой клавиатуре.
– Что-то не так с моим сердцем? – спросила я, сдерживая тремор в руках.
– Я не могу понять. У меня есть догадки, но их должен подтвердить кардиолог. Не волнуйся. Ничего страшного не будет. Врач через час уходит на операцию. Как раз успеешь. Тебе нужно в девятый кабинет.
Я кивнула и в подвешенном состоянии вышла в коридор. Ноги подкашивались, и я присела на скамью. Люди увлеченно ходят туда-сюда и даже не понимают, в каком я сейчас состоянии. Моё сердце стучит с такой силой, что меня пошатывает от его ударов. Я запустила пальцы в волосы и сжала их. Затем откинула пряди и глубоко вздохнула. Постучав в девятый кабинет, я надеялась услышать хоть какой-нибудь голос, но в ответ была тишина. Я решилась зайти.
– Простите, можно войти? – спросила я, выглянув из-за двери в сам кабинет.
– Да, проходите, – послышался хриплый мужской голос откуда-то из угла комнаты.
Закрыв за собой дверь, я неуверенно направилась к пустому креслу на колёсиках, стоящим возле объёмного белоснежного стола. Из-за широких мониторов показался мужчина в лабораторном халате. Я присела и сразу почувствовала тот самый больничный комфорт. Сидение было весьма мягким. В комнате кардиолога пахло медицинскими препаратами, хотя в поле зрения их не было. Как и все кабинеты, этот был полностью светлым. На стенах располагались стеклянные полки с моделями сердца; некоторые выглядели как искусственные образцы, другие же напоминали настоящие органы. За спиной доктора возвышался крупный серый шкаф. Панорамное окно также находилось позади, но внешний мир был почти закрыт для кабинета из-за плотных жалюзи.
Врач увлеченно что-то печатал. Затем обратил внимание на меня.
– И так ты прошла полное обследование, – начал он.
Я наконец обратила внимание на самого специалиста и была готова признаться, что мое сердце перестало биться вовсе. Я даже дышать забыла. На бейджике кардиолога четко было написано «Доктор Алик Фарид». Глупо моргая, я пыталась осознать, где нахожусь.
– Как поживает твое сердце? Есть жалобы? – продолжил он.
Алик стал настоящим врачом, как и говорил мне когда-то. Черные волосы в причёске «каскад», густые брови и эти зеленые глаза вернули меня в самое детство.
Мне было 12 лет, когда я видела его последний раз. Узнал ли он меня спустя семь лет?
Мои глаза по привычке опустились к его рукам, на которых были приподняты рукава медицинского халата.
Эти глубокие шрамы – моя вина.
Заметив мой пристальный взгляд, он аккуратно приспустил халат и закрыл отметины.
– Простите, – поспешно выдала я, выпрямившись. – Какой был вопрос?
– Как твое сердце?
– Прекрасно.
– Уверена?
– Более чем!
– Смотрю твое обследование и мне так не кажется, – сказал он, серьезно всматриваясь в экран компьютера.
Я сжала губы в тонкую трубочку. Прошло всего минут пять после проверки моего здоровья, а он уже успел все изучить и сделать выводы.
– Я четко вижу осколки в твоем сердце, – продолжил он.
– Может, ваш аппарат глючит? – не сдавалась я.
Ну всякое бывает. Техника порой может сломаться. По крайней мере, я на это надеюсь.
Он незаметно усмехнулся. Затем достал стетоскоп.
– Подойди ко мне и подними верхнюю одежду, – сказал он, культурно опустив голову.
Я на ватных ногах подошла к Алику и подняла рубашку. Он приложил головку медицинского инструмента к моей груди и стал слушать биение моего сердца. Мужчина несколько раз менял положение своего аппарата, прежде чем уверенно снял его со своих ушей и сосредоточенно посмотрел в мои глаза. Я опустила одежду и взволнованно ответила на его взгляд.
– Ев, это не шутки.
Судя по тому, как Алик ко мне обращается, он узнал меня. От этого легче не стало.
– Все так серьезно?
– Осколки в твоем сердце мешают выбросу крови в твое тело. Хорошо, что они пока не вышли из сердца вместе с кровотоком в вены, но такое происходит и ты не исключение.
– Что от меня требуется? – Я вернулась в кресло.
– Лечь в больницу…
– Боже нет, – перебила я его. – Алик, пожалуйста. Ты ведь знаешь, как для меня этоважно.
К черту вежливый тон. Я знаю его. Он знает меня. Зачем прелюдии? Тем более сейчас не до этого!
– Ты всё ещё стремишься стать сайадом?
– Я всегда буду к этому стремиться. Это мой смысл жизни!
– Ева, твоё сердце может отказать в любой момент! Ты понимаешь это? – строго, но тихим хриплым голосом высказал врач.
– Не откажет! Я чувствую себя хорошо. Со мной ничего серьезного не происходило.
– Покане происходило.
Он развернулся к компьютеру и стал увлечённо печатать.
– Алик, ты открываешь историю болезни?
Он проигнорировал меня и лишь поправил прямоугольные металлические очки.
– Пожалуйста, не делай этого. Помоги мне пройти этот этап. Прошу! – взмолилась я, героически сдерживая слёзы.
Мужчина на секунду остановился, затем продолжил печатать.
– Алик, взамен я сделаю всё, что скажешь.
Он перевёл взгляд зелёных глаз на меня и нахмурил брови. Его челюсть напряглась, и были заметны нервно играющие жевалки. Он встал и вышел из кабинета. Его не было несколько минут. Страх съедал меня изнутри. Напряжение ощущалось во всём теле. Мне было ужасно стыдно перед ним за наше детство и за то, через что я сейчас заставляю его пройти. Но я не могу лежать в этой проклятой больнице, когда мне наконец выпал шанс исполнить то, к чему я долгое время готовилась.
Я беспощадно, до хруста мяла свои пальцы и ожидала худшее. Алик всегда был строг со мной и серьезен. Он очень редко шёл мне на уступки. Процент того, что он мне откажет может достигать девяносто девяти.
Вскоре врач спокойно вернулся в кабинет и сел за компьютер.
– Я не буду создавать тебе историю болезни и не укажу в обследовании проблемы с сердцем, но взамен ты будешь раз в неделю приходить лично ко мне и обследоваться, а также выполнять все мои рекомендации. Ты должна понимать, сделав это, я впредь несу за тебя большую ответственность и прошу уважительно относиться к моим назначениям.
Я широко раскрыла глаза и послушно несколько раз кивнула. От счастья я готова была бегать по комнате и кричать. Мне выпал этот несчастный один процент его милости.
– Большое спасибо! – громко выкрикнула я. – Обещаю, буду выполнять все твои рекомендации!
Алик всё так же сдержанно сидел и с безэмоциональным лицом водил пальцами по сенсорному экрану своего компьютера.
Мне хотелось в порыве радости обнять его, но я решила, что это будет лишним. Тем более всё, что было в детстве, там и осталось за громким шумом, самоотверженностью и розовыми бликами.
_______________________________________________________________________________
1*Сайад – термин, придуманный в 2222 году, означающий «защитник от внеземной цивилизации».
Глава 2. Этап второй.
Здесь меня точно не найдут.
Я торжественно хихикала, пролезая под ограждением. Это место самое недоступное, так что я выиграю эту игру. Спрятавшись за деревом, я начала думать о том, что меня может быть видно и решила поменять ствол на другой. Так я повторила несколько раз. И поняв, что теперь я победитель, затаилась.
Прошло много времени. Тишина давила на уши, но я не сдавалась. Вот ребята удивятся. Они, наверное, уже ищут меня повсюду.
Последний солнечный луч осветил кроны деревьев и скрылся вместе с дневной звездой за горизонт. В лесу воцарилась ночь. Стало прохладно. Я съёжилась и прильнула к древесине. Безмолвный лес по началу стал пугать своей темнотой, но потом я привыкла. Шелест листьев начал убаюкивать меня, и я задремала.
Непонятный свист и звук дрожащего железа, будто от удара, заставил меня разлепить глаза. Я сонно оглянулась в поисках неприятного шума и заметила вдалеке голубое свечение.
Встав с сырой земли, я побрела на этот притягательный свет. Ветер с каждым разом усиливался и уже начал управлять моими каштановыми волосами.
Огромная дыра в пространстве с зияющей пустотой внутри никак не гармонировала с лесной чащей. Завороженная этим явлением, я застыла на месте в пяти шагах от него. Края этого овала будто пилили и искажали пространство вокруг себя. Голубые искры летели во все стороны.
Запахло горелым, когда я услышала свое имя. Оно звучало издалека. Кто-то отчаянно искал меня.
Неужели ребята все-таки нашли меня.
Я обернулась на голос и увидела знакомого мальчика. Он смотрел в мою сторону с круглыми от удивления глазами. Я думала он подойдет ко мне, что бы мы вместе посмотрели на эту странную штуку, но он не двинулся с места, будто загипнотизированный. Послышался скрежет из этой дыры, и мальчик взволнованно открыл рот. Его губы так смешно двигались, будто в немом кино. Он стал бежать в мою сторону. Чем ближе он был ко мне, тем более чётче я видела на его лице сильную тревогу. Я резко обернулась и в мгновение почувствовала, как страх сжал мои внутренности и горло. Существо, пылающее иссиня-черным огнем с множеством белых глаз, выходило из пустоты и смотрело чётко на меня. Ноги примёрзли к земле, и кто-то толкнул меня назад. Пришелец замахнулся в тот самый момент и откинул в сторону мальчика, который секунду назад быстро закрыл меня своим телом. Я попятилась назад, плюхнулась на свежую траву с ужасом, ища и окликая пострадавшего. Господи, пусть он будет жив!
Непонятное создание тянуло щупальца ко мне, и я истошно закричала.
– Нееет!!! – выкрикнула я, резко открыв глаза, лёжа в своей постели.
Сердце бешено отбивало ритм, пропуская сквозь себя ледяную кровь. Я дышала так, будто пробежала без остановки десять километров. Резко подняв голову, я сжала тёмно-зелёную пижаму в области груди. Страх всё ещё был в моем теле.
– Ева? – послышался глухой голос из соседней комнаты.
Мама? Боже мой! Я напугала её.
Я резко встала с постели и побежала на голос. Мама уже перелезала с кровати на инвалидную коляску, когда я вбежала в её комнату.
– Не вставай, – пролепетала я, подбегая к ней ближе.
– Что случилось? – слабым и тихим голосом спросила она.
– Ничего. Всё хорошо.
– Ты так сильно кричала. Точно всё хорошо?
– Плохой сон приснился, – наигранно посмеялась я, – пустяки. Не переживай мамуль.
Она погладила меня по щеке и вновь посмотрела своими глазами сожаления. Я не любила этот её взгляд. Совершенно точно, она думала о том, что ей очень жаль, что она стала обузой для меня. Но это не так! Для меня мама была единственным близким человеком, и я буду бороться за ее жизнь всегда!
– Девочка моя, я чувствую, когда тебе плохо, – проговорила она.
– Поверь мне, мам, всё хорошо, – врала я.
Ей не нужно знать о моих проблемах. Однажды, я дала обещание самой себе, что буду рассказывать Лале только хорошие новости своей жизни. Негатив лишь опечалит её прекрасные, хоть и прошедшие через беспощадное время, оливковые глаза.
– Я не успела вчера рассказать тебе все новости, – начала я, лживо улыбаясь, – я почти поступила в Академию. Первый этап из трёх я уже прошла!
Посмотрев краем глаза на время, я принялась аккуратно усаживать маму на коляску.
Восемь утра. Пора пить лекарства и завтракать.
– Правда? – искренне удивилась Лале, – я никогда не сомневалась в твоих силах. Ты моя умница.
– Сегодня будет второй этап. Так интересно, что там будет…
Забалтывать людей у меня выходит лучше всего. Отвлекая маму позитивным диалогом, я и сама перестала думать о том, как начался мой день. Совесть порой охватывает меня с головой, когда я вру маме, но я просто не могу накладывать на больную женщину свои проблемы. Никогда так не сделаю. Пусть я буду самым лживым человеком на всей планете, я не стану печалить близкого человека.
Маме 54 года. Однажды, она вышла из дома и прогуливалась вдоль леса в сторону магазина. Голубая волна резко сбила её с ног и теперь в её сердце осколки души инопланетного существа. Они так и не мутировали. Вот уже десять лет они доставляют маме беспокойство. Доктора всей планеты ищут способ спасти людей, клетки организма которых не способны переработать осколки и преобразовать их в рейтроны. Примерно 95% людей, заболевших Кардооскилозом, не имеют достаточно сильную иммунную систему, чтобы войти в список везунчиков, относящих себя к 5% населения. Люди приблизительно через 10-20 лет после заражения умирают, а врачи ничего не могут с этим сделать, хотя в наше время любую известную человечеству болезнь можно вылечить.
Лале пьет лекарства, поддерживающие её сердце. А я молюсь во всех существующих храмах о её выздоровлении.
У меня больше никого нет.
Экран, мирно висевший на стене в гостиной, включился, заметив нас.
– Доброе утро. Сегодня 1 августа и прекрасная солнечная погода. Температура воздуха составляет 23 градуса по Цельсию. Днём температура достигнет 37 градусов, не забудьте надеть защитные костюмы. Радиоизлучение солнца сегодня особо сильное. Берегите себя, – проговорил электронный голос, показывая снимки солнца и различные места планеты Земля, – Карноус Кром выступит с речью через десять минут!
Я, не обращая внимания на экран, при поднесла лекарства Лале и принялась готовить завтрак.
– Интересно, какие новости будут за месяц, – проговорила мама.
«Всё как обычно! «Мы не сдаёмся. Военные уже видят результат. Наша задача охранять наш вид».» – подумала я, имитируя голос президента нашей планеты.
– Может наконец люди придумали защитный барьер для Земли по лучше, – пробормотала я.
Мама с надеждой посмотрела на меня, затем перевела взгляд на экран, в котором киношно показывали сайадов, героически спасающих людей от врагов с другой планеты.
На самом деле всё выглядит не так воздушно, как передают нам по новостям.
Я была там. Я знаю.
Переворачивая оладьи, я скривила лицо. Вторая сторона немного подгорела.
Я летаю в облаках.
Некоторые лепёшки подгорели не так сильно, их я отдам маме.
Зазвучал гимн Земли. Экран показал развивающиеся голубо-зеленый флаг планеты.
Мама положила морщинистую руку на сердце. Глаза её немного прослезились. Она от счастья и патриотизма. Я знаю. Не люблю видеть, как мама печалиться.
– Приветствую дорогие земляне, – начал Карноус Кром с экрана, – мы с вами сейчас находимся в нелёгком положении. Как вы знаете нашу планету окружили инопланетные существа. Мы всё ещё пытаемся понять причину их враждебности. Устанавливаем контакт. Для обоих сторон важно найти компромисс. Ну, а пока, мы не сдаёмся! Военные активно защищают наши границы и результат уже виден! – Мощные плечи старика, как по команде напряглись. Взгляд стал суровым.
"В который раз". – подумала я, закатив глаза.
– Наша задача всеми силами охранять наш вид!
Я раздражённо выдохнула, поливая оладьи клубничным сиропом и подавая на стол. Обратив внимание на маму, я не решалась прервать её прочный зрительный контакт с кумиром. Не часто её глаза так искрятся. Я даже ревную немного.
Закончив слушать этот уже приевшиеся, заученный всем человечеством стих, мама наконец обратила внимание на меня.
– Ух ты, – воскликнула Лале, – выглядит восхитительно Ева. Мне не терпится попробовать.
Я расплылась в улыбке и села за стол. Солнце падало сквозь прозрачные окна прямо на наш стол, создавая теплую атмосферу. Радужные блики заполнили всю кухню, плавно переходя в гостиную.
Экран вдруг громко стал проигрывать гимн Земли.
– Длюту заткнись! – рявкнула я в сторону гостиной.
Наступила резкая тишина, затем послышалось пение птиц за открытым окном.
– Зачем ты так? – недовольно спросила мама.
– Ну, а как ещё. Тебе громкие звуки противопоказаны.
– У тебя просто плохие отношения с Длюту, – заметила Лале.
– Мам, он искусственный интеллект. Ему всё равно, как я с ним общаюсь.
– Мне не всё равно, Ева, – послышался электронный голос из звуковой колонки, стоящей на деревянной столешнице рядом с нами.
– Тебе спать пора, – поморщилась я, пережёвывая очередную оладью.
– Я не сплю Ева. Я всегда готов помочь.
– Тогда помоги мне. Избавь меня от своего надоедливого голоса, – спокойно проговорила я.
– К сожалению, я не смогу этого сделать. Кто тогда будет говорить вам доброе утро? – Не сдавался искусственный интеллект.
Лале улыбнулась с удовольствием дожёвывая лепешку, облизывая тонкие губы, измазанные сиропом.
Я закатила глаза и усмешливо выдохнула.
– Всё хорошо Длюту. Ты молодец, – проговорила мама, сдерживая смех.
– Благодарю Лале. Всегда рад помочь.
Длюту был нашим персональным искусственным интеллектом. Он был с нами столько сколько я себя помню. Я стала недолюбливать его совсем недавно, когда он начал подслушивать мои разговоры и сливать все мои чаты и данные маме. Врать иногда не получалось. Лале узнавала о моих неприятностях раньше, чем я успевала придумать оправдания. Сейчас, я установила персональную защиту на все мои файлы, но он все равно подслушивает мои разговоры через домашние колонки.
Загрузив грязную посуду в посудомойку, я направилась в ванну умываться. Я начала невольно думать о том, что приснилось мне сегодня утром. Мне не часто снятся такого рода сны. Но если такое случается, то не запомнить их я не могу. Мне привиделось мое детство. Мой грех, который я не искуплю. Я знала, что в ту закрытую зону нельзя входить, но мне было важнее то, что я выиграю эту чертовую игру в прятки.
Я зажмурилась над прозрачной раковиной, пытаясь отогнать своё прошлое на второй, третий, десятый план.
То, что было не вернуть! Оно уже произошло, и я никак это не исправлю.
Плеснув в лицо ледяную воду я вздрогнула, по коже волнами поплыли мурашки.
Через час после того, как Алик заполнил моё состояние о здоровье, мне пришло сообщение от Академии Сайадов. Они ждут меня сегодня на второй этап в час дня.
Надев черные джоггеры и кофту с SPFclo защитой уровня 89, я взялась за распыление прозрачной защиты на волосы и открытую кожу. Днём обещали сильную радиацию и высокий градус, подстраховаться не помешает.
Выйдя из комнаты, я обнаружила маму, смотрящую ток-шоу. Обычно, если у меня днём дела, она вот так тихо сидит и смотрит на экран. Конечно, когда я прихожу, то отважу её куда-нибудь в парк или на мероприятие. Инвалидная коляска не должна сковывать её кругозор.
– Мам, я буду к вечеру. Не скучай. Если вдруг что, обязательно пиши. Чат*1я взяла с собой, – проговорила я, показав ей маленькую прямоугольную технику и бросила её в рюкзак.
– Удачи Хэва и будь пожалуйста осторожна, – заключила мама, взволнованно провожая меня взглядом.
До Академии добираться достаточно долго. Примерно два часа. Поэтому я решила потратиться на магнитокоп. Этот транспорт доставит меня до центра города за тридцать минут. Стоит 110 ницей*2. Дорого, конечно, но ощущения незабываемые. И судя по времени, которое показывает мой ибрас*3, я могу опоздать.
Еле успев запрыгнуть в транспорт, пока двери не за стеклились, я села на место, указанное в билете.
Я облегчённо вздохнула, когда заметила свое пустое сиденье у самого панорамного окна. Отлично! Значит день сегодня будет проходить недурно.
Магнитокоп начал своё движение, точнее полет. Он летал сквозь магнитные кольца, расположенные на приличном расстоянии друг от друга, при этом в салоне никаких помех не наблюдалось. Внутри всё было так же тихо и удобно, как и до старта. Мимо проносились пейзажи центрального города планеты – Зегидрона.
Высоченные здания, пронзающие своими концами облака, сменяли друг друга. Множественные овальные корабли парили на нашем уровне меж высоток и так же стремительно скрывались за нашим транспортом. В салоне играла музыка. Я подавила смешок и уставилась в окно. В данный момент все слушали Бетховена. Засмотревшись на сидение впереди меня, я неосознанно вспомнила, как мама назвала меня «Хэва». Так она называла меня, когда хотела признаться, что любит. Я стала глупо улыбаться, уставившись в одну точку. На самом деле не многие знают это обращение ко мне. Так зовут меня, только избранные люди, когда хотят сказать, что любят.
Вскоре, выйдя из магнитокопа, я отправилась пешком в сторону Военной Академии.
Жарко совсем не было. Наша одежда имеет свойство охлаждать или согревать кожу в зависимости от внешней температуры.
Странно. Здание Военной Академии не было так заполнено людьми, как в прошлый раз. Пройдя контроль в центральном здании, я направилась в уже привычное, седьмое.
– Вашу руку, мисс, – невозмутимо проговорил Элрик.
– Неужели вы меня не запомнили? – спросила я, вежливо улыбнувшись, подавая руку.
Золотовласый парень внимательно посмотрел на меня, затем сделал лицо попроще.
– Запомнил, конечно. Но мне в любом случае нужно проверять каждого входящего, пока вы не поступите в Академию и у вас не будет свой пропуск.
Я поджала губы, но улыбку не убрала.
– Кажется вы выглядите лучше с нашей прошлой встречи. Новый парфюм? – добродушно спросила я.
Он зарделся, отходя чуть назад и уставился в планшет, делая серьезный вид.
– Кхм, Ева, – заикаясь проговорил он сам себе.
– Я могу идти на второй этап?
– Да, конечно. Тебя ждут в 540 кабинете на втором этаже.
Я устремилась к лестнице и краем уха услышала голос Элрика.
– Уд – ууу-дачи, – неуверенно прокричал он.
Я ухмыльнулась и показала ему большой палец вверх. Я находила Элрика забавным. Он казался довольно простым парнем.
Идя по уже знакомому коридору, я всё больше удивлялась. Абсолютно никого. Гробовая тишина.
Войдя в 540 кабинет я прищурилась от большого количества белого цвета в комнате. В центре помещения стояли два небольших стола друг на против друга и железные стулья. Оглянувшись по углам, я не заметила камер наблюдения.
– Пожалуйста поместите свою сумку, гаджеты и украшения в полку справа от вас, – послышался электронный голос из неоткуда.
Я послушно выполнила указ, предварительно вытащив из сумки серебряный лист.
– Присаживайтесь на стул, – скомандовал голос.
Сев на неудобный жёсткий стул, я поставила пропуск перед собой. Из стола напротив вышел костлявый робот. Он аккуратно взял бумагу и единственным большим круглым глазом взглянул на него.
– Вижу, первый этап пройден. Сейчас вы на втором этапе. Его смысл в том, чтобы понять ваши умственные способности.
Я скрестила пальцы между собой и глубоко вздохнула, ничуть ни нервничая.
– На вашем столе будут появляться задания. Ваша задача указывать нужные ответы.
Убрав руки со стола, я обнаружила на белой плоскости черные символы. Подняв глаза, я заметила, что огромный глаз приблизился ко мне достаточно близко. Он внимательно наблюдал за каждым моим движением.
В этот момент я поняла. В списке самых ненавистных вещей в моей жизни на первом месте это больницы, на втором – роботы. Терпеть эти тупые железки не могу. В наш век, к сожалению, эти твари везде!
Стараясь не обращать внимание на жуткий глаз, я приступила к первому заданию.
Задание: «Перед вами три палки разных размеров. Расположите их так, как считаете нужным.»
Мои брови в удивлении поползли вверх. Это только первое задание…что за бред?
«Так, ладно. Палки разных размеров. Из них ничего не соорудишь, разве что поставить в определённом порядке. По возрастанию или убыванию? Черт, это проверка на интеллект?» – подумала я.
Я решила тупо расположить их по убыванию, так как соорудить из этих палок ничего нельзя.
Каким-то образом стол понял, что я закончила и сразу же переключил себя на следующее задание.
Задание: «В каком году Карноус Кром издал указ о создании отдельной Академии для защитников от вне земной цивилизации?»
Ничего легче и не придумаешь. Ответ на этот вопрос знает любой уважающий себя сайад, ну или тот, кто стремится поступить в Академию.
На пустом пространстве я стала пальцем выводить ответ – «2225 год».
Задание тут же исчезло и появилось новое.
Вопрос: «На задании вы с напарником наткнулись на пришельца. В ходе битвы ваш напарник ранен. Ему угрожает опасность: его могут убить. Портал открыт. Чем вы займетесь в первую очередь: спасёте напарника или закроете портал?»
Краем глаза я заметила таймер в углу стола. Готова поклясться, что он появился только что.
Он отсчитывал 10 секунд.
«Черт возьми, что происходит?» – успела подумать я.
9 секунд.
«Серьезно?»
8 секунд.
«Так, ладно…»
7 секунд.
«Если оставлю портал, из него могут выбраться много пришельцев и тогда человечество окажется в ещё большей опасности.»
6 секунд.
«Если оставлю напарника, пришелец его убьет.»
5 секунд.
«Но ведь это же напарник.»
4 секунды.
«Пожертвовать одним, чтобы спасти тысячи.»
3 секунды.
«Но это ведь тоже человек…»
2 секунды.
«Если оставлю портал открытым, более дорогие мне люди пострадают.»
1 секунда.
Я с холодной головой сделала свой выбор и появилось следующее задание. Казалось, с каждым разом уровень сложности возрастал. Над некоторыми пунктами я могла сидеть по 10 минут, если того позволяли условия. Судя по тому, как сильно болела моя спина и ягодицы, я находилась в этой комнате минимум два часа и прошла около 150 заданий. В определённый момент, я отчаянно глазела в белоснежный потолок с мыслью, что возможно меня ждет бесконечный экзамен.
После того, как я перестала чувствовать указательный палец из-за постоянных тыканий, стол побелел и глаз вернулся к своему месту.
– Поздравляю! – торжественно проговорил робот, – вы успешно прошли второй этап. Вы ответили на 1000 заданий: из них на 799 вы ответили верно, 188 заданий вызвали интерес судей, 13 вопросов остались без верного ответа.
Я уставшими глазами наблюдала за роботом, ожидая, пока он закончит тараторить.
– Ожидайте сообщения на третий этап в скором времени. До встречи.
Железяка протянула мне серебряный документ.
Я молча встала и взяв документ, кое-как поковыляла за своими вещами.
«Полное издевательство. Как будто в тюрьме. Хотя бы стул сменили бы.» – проворчала я самой себе.
Выйдя из кабинета, я облегчённо вздохнула, увидев привычное освещение. В коридорах, по-прежнему, никого не было. Я почему-то думала, сдавать экзамен новички будут всем скопом, но видимо каждого вызывают в определённый день и по отдельности. Ещё это может зависеть от того, как быстро новобранец выполнил первый этап.
Измученная морально и физически, я спускалась по двигающиеся неоновой лестнице.
– Вид измотанный, – подметил Элрик, встречая меня у выхода из здания.
– Я сдала, – хриплым голосом проговорила я.
– Я знаю. Вся академия знает, – сказал охранник.
Я устало улыбнулась и кивнула.
– Но ты молодец. Так быстро выходят со второго этапа единицы. Тебе потребовалось на 1000 заданий всего два часа. Многие и за три не могут пройти.
Прекрасно. Я и так знала, что сдам этот этап. Я готовилась. Много читала. Проходила большое количество тестов, и не зря.
– Это. – Привлек мое внимание Элрик, – я на самом деле не пользуюсь парфюмами.
Это немного отрезвило меня, и я тупо уставилась на этого высокого парня, который от смущения рассматривал полы.
«Его так задели мои слова? Ну надо же.» – усмехнулась про себя я.
– Удачной работы Элрик, – заключила я, выйдя из здания.
Достав из сумки Чат, я заметила сообщения от мамы и друзей с работы, а также…
+1 сообщение от Доктора Алика?
Ответив на мамины сообщения, я открыла чат с врачом.
"Жду тебя сегодня в больнице. Нужно обсудить назначения"– писал он.
Смесь страха и ненависти к такого рода встречам, создавала водоворот внутри меня. Это неприятное ощущение волнами распространялось по всему телу.
Я поехала в центральную больницу.
Блестя на солнце и ослепляя мои глаза, это здание ещё больше начало мне не нравиться. Но я заставляла себя идти в это при-неприятное место. Я дала обещание и не могу нарушить его. Тем более, без Алика меня бы, наверное, и в саму Академию не допускали бы, не говоря уже о том, чтобы учиться там.
– К Алику Фариду, – безразлично проинформировала я администраторов на ресепшене.
Девушки нахмурили брови и с недоумением посмотрели друг на друга, затем начали активно клацать по клавиатуре. Потом не отходя мониторов одна из них на ровном месте начала говорить с врачом. Видимо на ней был микро-наушник.
– Доктор Алик, к вам девушка. Видимо без назначений, талонов и направлений. Пропустить? – она выдержала вежливую паузу, – да, розовые. Хорошо.
Я обижено сдула прядь волос с лица и уставилась на девушку.
– Доктор Алик Фарид ожидает вас в 9 кабинете.
– Благодарю, – мелодично и нагловато произнесла я.
Идя по коридору, мельком читая статьи и дипломы на стенах, я удивилась. Тут почти всё о достижениях Алика. В прошлый раз я настолько была в стрессе, что даже не заметила этого.
После двух стуков в дверь, я по-хозяйски зашла в кабинет кардиолога.
«Когда он так вырос?» – первый вопрос, что пришёл мне в голову.
Алик был весьма здоровый физически. Раньше он тоже был высок, но мышечной массы особо не наблюдалось.
Он был в маске и перчатках, когда я вошла. Заметив меня, мужчина, не торопясь снял перчатки, маску и сбросил в ярко-желтую урну. Скорее всего он после операции или осмотра. В любом случае вид у него уставший, как в прочем и у меня.
– Присаживайся, – послышался его хриплый и грубый голос.
Я без комментариев выполнила его просьбу. Он сел за свой стол напротив меня.
– Итак, начнём. Как ты себя чувствуешь?
– Отлично, – резко выдала я.
– Хорошо, тогда спрошу немного по-другому. Если отбросить глупые попытки врать мне. Как ты себя чувствуешь? – последнее предложение он проговорил угрожающее, с паузой после каждого слова.
Я напряглась.
– Сейчас я чувствую себя нормально, – сказала я, аккуратно обводя каждое слово.
– До сегодняшнего дня, что конкретно переживало твоё сердце? – Алик лениво раскрыл первые две пуговицы своего белоснежного халата и с уставшим видом рассматривал что-то в экранах своего компьютера.
__________________________________________________________________________
1*Чат – прямоугольный гладкий и компактный гаджет, предназначенный для сообщений и звонков.
2*Ницы – общепринятая на Земле онлайн валюта.
3*Ибрас – наручный тонкий браслет, полностью заменяющий телефоны прошлых веков. Единственное, что невозможно сделать на этом устройстве, это писать сообщение или звонить.
Глава 3. Приступ.
Под халатом у Алика была голубая рубашка. Судя по его общему состоянию, парню было жарко, но он не мог расстегнуть ещё и нижнюю часть одежды.
Странно. В кабинете было не так душно. Неужели он так усердно работал, что даже вспотел.
Длинные пальцы массивной руки, лениво водили по сенсорному столу. Он ведь не просто кардиолог, он еще и хирург. Эти изящные руки, скорее всего, провели не мало операций и спасли множество жизней.
Сегодня его лицо было бледным. Спал ли он вообще?
Его очки бликовали. Я не могла четко разглядеть контур его глаз, но я помнила их, когда мы ещё были школьниками. Тогда его ярко-зелёные глаза были очень серьёзными. Алик быстро вырос и поставил себе цель. Он шёл к ней несмотря ни на что. Любые преграды на своём пути он уничтожал.
Его черные густые волосы…
– Ева? – послышался хриплый мужской голос, который выдернул меня из раздумий.
Мой взгляд резко вернулся к выжидающему лицу доктора.
– Да? – суетливо переспросила я.
– Тебе нужно время, чтобы обдумать мой вопрос?
«А какой был вопрос? Черт, я забыла. Вернее, даже не обратила внимание.» – подумала я, неловко посмотрев на него.
– Я немного не поняла твоего вопроса. Прости, но ты можешь разъяснить его? – выкрутилась я.
Рядом с ним возникает четкое ощущение собственной неполноценности. Чувствую себя тем двенадцатилетним ребёнком, который в порыве гормонов признался ему в любви.
– Были ли случаи плохого самочувствия в твоей жизни? – переспросил он.
– Однажды, я напилась крепкого вина и выпила немного водки. Так плохо я ещё себя никогда не чувствовала, – увлечённо начала я.
Густые брови доктора в удивлении поползли вверх.
Я неловко улыбнулась.
«Неужели он не об этом спрашивал или я сболтнула лишнее?» – подумала я.
– Я спрашивал не про факторы добровольного саморазрушения. – Доктор на секунду опустил голову и нескладно сменил позу. – Были ли моменты, когда без вмешательства со стороны твое самочувствие ухудшалось?
Он так и намекает на это. Тот случай в школе, когда я первый раз чуть не потеряла сознание. Он был там и часто спрашивал об этом, но я упрямо твердила о том, что я здорова и, что все это со мной произошло по вине неуклюжести. Я просто не могла рассказывать всем подряд, что я чувствую. И не рассказала бы даже самому близкому человеку.
Я нервно бегала взглядом по столу доктора, поджимая губы. Я думала о том, как бы ему сказать правду, соврав.
– Был один момент. Когда маму поразило волной, я ощутила безысходность, страх и учащённое сердцебиение…
Взглянув на Алика я почувствовала, как уверенность в ту же секунду покинула меня.
«Ну зачем он снял очки? С ними он выглядел более безобидным.» – подумала я, пытаясь скрыть нервозное смущение.
Зеленые глаза, обрамленные короткими черными ресницами, напряженно смотрели четко в мои.
Нервно вцепившись в сидение своими тонкими пальцами, я слабо улыбнулась.
Он тяжело вздохнул и уставился на свои металлические очки, которые он держал в руках. Доктор задумался о чем-то. Наблюдая за ним, я не могла распознать, о чём конкретно были его мысли. В лице вроде как было сожаление или…раздражение.
– Это был единственный случай? – тихо спросил Алик, не подымая глаз.
Может рассказать ему правду? Он выглядит очень измотанным… Нет. Если я расскажу всё как есть, он будет пичкать меня таблетками и обследованиями. Находиться в больнице я буду намного чаще, чем сейчас.
– Да, – невинно ответила я.
Он вновь тяжело вздохнул, но еле слышно.
– Ев, – начал он, уставившись в экран своего компьютера, – я назначил тебе ЭКГ и 5-Дскан. Будь добра, сходи сейчас во второй кабинет и можешь идти домой.
– Зачем?
– Эти обследования дадут мне больше информации о состоянии твоего сердца.
– Я же сказала, что чувствовала себя плохо всего один раз, – не сдавалась я.
– Ты прошла второй этап? – вдруг сменил тему Алик, обратив взгляд на меня.
– Д-да, – растерянно ответила я.
– Поздравляю. – Доктор еле заметно улыбнулся. – Помнишь наш уговор?
Я кивнула.
– Так вот. Если ты отказываешься выполнять мои требования, я напишу письмо в Академию с информацией о твоём реальном состоянии здоровья. Думаю, смысла в поступлении уже не будет.
Сердце вдруг сжалось от страха. Он не глупый мальчишка. Это взрослый мужчина, который видит меня насквозь во всех смыслах.
«Боже, за что мне это.» – взмолилась я про себя.
– Я поняла тебя, – поспешно проговорила я, вставая с кресла, – второй говоришь кабинет?
Доктор победно кивнул.
– Я свяжусь с тобой, как просмотрю результаты обследования, – заключил Алик, вновь приступая к работе за компьютером.
В следующем кабинете меня уже ждали. Пришлось снять с себя всю верхнюю одежду. Далее на мою грудную клетку надели полу кольцевой аппарат, который изнутри подстраивался под мои формы, будто пластилин. Мне велели не двигаться и просто свободно дышать. Процедура заняла десять минут. Я даже ничего не почувствовала.
«Эти аппараты точно работают?» – задумалась я, но тут же застыла с полу надетой одеждой, смотря в экран диагноста.
Так четко свое сердце я ещё не видела. Оно даже двигалось: сжималось и разжималось.
И что там можно увидеть? Обычное сердце. Бьётся, как у всех. Вот если бы оно не билось, тогда можно было назвать это проблемой.
Почему-то я вышла из больницы подавленной. Неужели моя совесть решила дать знать о себе. На секунду, я даже подумала рассказать всю свою жизнь Алику. Наверное, ещё раза три, если он на меня так посмотрит, своими пронзительными глазами, я будто под гипнозом всё доложу.
Я встряхнула ибрас и он показал мне время. Было пять часов дня. Солнце уже скрывалось за высотками, отбрасывая их угрожающие тени на землю.
Сегодня у меня ночная смена. Я как раз успею, если сяду на магнитокоп.
Кафе «Дивный сад» – там я работаю. Оно находится в тридцати минутах пешком от моего дома и открыт почти круглосуточно. Я устроилась туда, будучи ещё школьницей. Конечно, меня вначале не хотели брать, но я доказала им, что могу выполнять свои обязанности и даже лучше. Когда с мамой произошло несчастье, я была в средней школе. По началу мы с мамой жили на её инвалидное пособие, но вскоре лекарства стали стоить дорого и все государственные деньги уходили на лечение. Так как нам нужно было что-то есть, я начала работать и по началу скрывала это от мамы. Поздние визиты домой, я оправдывала дополнительными занятиями в школе. С того момента я и начала всем вокруг врать, чем я не горжусь. Совесть очень часто пожирает меня изнутри. Например, как сейчас: я нагло врала доктору, который помог мне. Лгала близкому другу, хоть и бывшему…
Моменты из прошлого вдруг начали всплывать в моей голове, словно слайд на высокой скорости, и я, как назло, знала и помнила каждое пролетающее воспоминание.
– Наконец-то, а то я уже подумывала, что ты не придешь, – облегчённо выдохнула Ноами.
Девушка с короткими каштановыми волосами, резко сняла с себя кружевной белоснежный фартук и накинула на мое плечо.
– Я же обещала Ноа. – Улыбнулась я. – Ты же знаешь, я держу обещания.
– Ага, знаю я, как ты держишь обещания, – ответила она, закатывая глаза.
Я вопросительно взглянула на неё.
– "Ой простите, сегодня не получится, я после тренировки ног не чувствую", – с имитировала мой голос Жанна, появляясь из-за двери в подсобку, – "извините, лечу с Луны, не могу выйти на работу…"
Ну последнее предложение явное враньё.
Я возмущенно выдохнула, качая головой.
– Да, да. В самую точку попала. Даже тембр голоса похож, – подметила Ноа, переодеваясь.
– Жанн, причины были реальными. Ты уж точно знаешь, – заверяла я, надевая форму официантки.
– Нет, не знаю, – пожала плечами начальница.
– Да как ты можешь? Я даже доказательства тебе отправляла!
Девочки только посмеялись, будто ликуя над тем, что очередной раз вывели меня.
С ними я работаю достаточно долго. Особенно с Жанной. Это кафе принадлежит ей. Мы знаем друг друга почти пять лет. Моя начальница высокая женщина с весьма плотным телосложением и рыжими кучерявыми волосами.
– В зале пока работает Индира, – сказала начальница, провожая меня взглядом из подсобки, – сегодня нужно поднажать, народу многовато.
– Поняла, – ответила я, впопыхах входя в зал.
Привычный яркий и теплый свет на секунду ослепил меня. Я принялась за работу.
Кафе было довольно скромным. Помещение не большое. Много горшков с цветами украшали стены. Растения были настоящими. Редко в наше время встретишь настоящее растение на территории города. Иногда мне казалось, что именно из-за большого количества зелени, люди часто посещают это непримечательное кафе. Меню было самое обычное. Можно было даже случайно спутать это заведение со столовой. Деревянные круглые столики и стулья кружили по залу, будто рябь на воде. Светло-коричневые стены идеально гармонировали с изумрудными листьями растений. И мы, официантки, в зеленых шелковых платьях до колена, леталиот одного столика к другому. Атмосфера здесь всегда была позитивной. Любой человек, войдя в наше кафе уже менялся в лице.
Я смотрела на это количество людей и понимала, что домой я вернусь очень поздно. Возможно даже к утру. Работали мы до последнего клиента, иногда и круглосуточно.
– Выглядишь уставшей, – остановила меня Жанна на пол пути к кухне.
– Жан все хорошо. Просто не выспалась, наверное, – улыбнулась я.
Дело было плохо. Жанна была тем человеком, который чувствует своих сотрудников, лучше, чем их матери. Она была доброй и отзывчивой, но и строгой могла быть. Ей бессмысленно врать, но я всегда пытаюсь, как в первый раз.
Начальница сощурила глаза. Её морщинка, меж рыжих бровей, стала заметна. Она будто через силу отпустила меня, принимаясь за работу на барной стойке.
Я продолжила бегать от столика к столику, расплываясь в улыбке.
– Ох, когда уже можно будет домой идти? – устало выдала Индира, массируя свои лодыжки.
– Не скоро, там ещё пять человек сидят, – ответила я, выпивая целую кружку холодной воды из кулера.
Понимаю ее. Она работала весь день и сейчас до последнего клиента. Индира новенькая. Работает с нами месяца два не больше. Она достаточно красивая девушка. Тёмная матовая кожа и европейские черты лица. Гены решили остановится на ней и одарить невероятным сочетанием черт. Волосы, конечно, у неё были крашенные, светлые, но это очень хорошо гармонировало с её внешними данными. Она была негейкой расы.
Негейцыпоявились относительно недавно. Они были зарегистрированы, как новая раса людей. Скорее всего из-за них негроидная раса скоро исчезнет навсегда, как это было с европейцами и азиатами в 2196 году.
Выпив всё содержимое кружки, я жадно вдохнула воздух и выдохнула. Я потянула посуду к деревянному столику рядом с куллером и в следующую секунду не могла понять, почему поверхность начала раздваиваться. Частые моргания не помогали. Теперь столов было до десяти, и они накладывались друг на друга. Я прижала кружку к груди и попыталась нащупать стену слева от себя. Мне нужно сползти по ней, чтобы не упасть – это была моя стратегия на такие случаи. Голова стала тяжёлой и начала беспомощно свисать с моей шеи. Я всё-таки нашла стену и спиной облокотилась на неё. Медленно сползая, я пыталась ровно дышать, но с каждым вдохом я чувствовала боль в сердце. Описать это чувство можно было только так, будто внутри сердца оставили тысячу игл, и они растут в размерах, протыкая его насквозь.
Единственно, о чём я могла думать это – «только не здесь, только не сейчас».
Я всё ещё пыталась вглядываться в предметы, окружавшие меня, но я не могла понять на что смотреть. Вещи двигались и размножались. Они кружили вокруг меня, будто танцуя и издеваясь надо мной.
Я перестала чувствовать своё лицо. Губы онемели. Я опустила голову и взглянула на свои руки. Они есть, но я не узнаю их. У меня было 10 или 7 пальцев на одной руке.
Сквозь туман в моём мозгу, я пыталась контролировать ситуацию и спокойно глубоко дышать.
Постепенно чувство и осязание возвращалось ко мне, а боль в сердце притуплялась. Предметы вокруг меня перестали извиваться, и я уже четко могла видеть перед собой знакомый силуэт. Напротив меня сидела Жанна, сжимая мои предплечья и гладя моё лицо своими горячими руками.
– Ты меня слышишь? – голос эхом доходил до моих ушей.
– Да, – хрипло произнесла я.
Начальница с облегчением выдохнула, на секунду опустила голову, затем повернулась к рядом стоящей фигуре.
– Индира, продолжай работать, я сама здесь разберусь, – сказала она.
Девушка поспешно скрылась за стеной.
– Ходить можешь?
Я кивнула и на дрожащих ногах с помощью руки Жанны поднялась с пола.
– Жанн все хорошо. Голова закружилась просто, – оправдывалась я сразу.
Она одарила меня гневным и переживающим взглядом.
– Ев, что с тобой происходит?
– Ничего.
– Знаешь сколько раз за все время работы с тобой я заставала тебя в таком состоянии? Раз восемь! И всегда одни и те же внешние симптомы! – строго