Попаданка по вызову. Ведьма берётся за работу!

Глава 1 Жестокая реальность

– Что значит, вы опечатываете мою мастерскую?!

Нервно схватившись за край лакированной столешницы, я посмотрела на служителя закона с ужасом.

– Я… я не могу закрыться! Заказы… У меня заказы расписаны на год вперёд! Важен каждый день, сроки горят! Да если я не выполню условия договоров, то захлебнусь в неустойках. А там кредиты! У меня бабушкина квартира в залоге, чёрт вас побери!

– Это ваши проблемы, – пожал плечами невысокий мужчина совершенно невзрачной внешности. Такого встретишь на улице и никогда не запомнишь. – На вас поступила жалоба о применении в производстве запрещенных на территории нашей страны веществ. А заодно об антисанитарии, – он брезгливо уставился на дохлую крысу посреди мастерской.

И я тоже на неё посмотрела. Хорошая крыса, жирная. И лежит прямо-таки напоказ в самом центре помещения.

– Мы проверили и установили правомерность жалоб. Поэтому опечатываем здание и отзываем вашу лицензию. Вы сможете снова работать, когда заплатите положенные штрафы и устраните все нарушения. Когда получите вновь разрешение на работу, в частности – на работу мастерской, тогда и приходите.

– Вы серьёзно сейчас?! – я затрясла злосчастными бумажками перед носом мужчины. – Я бы в жизни не использовала свинец в качестве стабилизатора для краски! Это же чушь! У нас что, двенадцатый век, чтобы других материалов не было? А крыса? Вы только посмотрите на неё! – мы оба снова уставились на труп. – Она лежит точно посреди мастерской. В том месте, где больше всего слезла краска с покрытия половых досок. Значит, именно по этому месту я больше всего и ходила. Неужели вы думаете, что она бы мне здесь не помешала?!

– И на что же вы намекаете? – поднял он белёсую бровь.

Я развела руками.

– Даже не знаю… Вам не кажется, что мне её подкинули? Точно так же, как подмешали ядовитый свинец сразу во все банки с краской, тем самым её испортив! И теперь вы хотите меня лишить ещё и лицензии!

– Радуйтесь, что на вас уголовное дело не завели, – отрезал он.

Моя челюсть с громким щелчком захлопнулась. Не думаю, что мне бы хотелось узнавать, насколько он сейчас серьёзен. А отправиться за решётку у нас может любой ангел, если знать, как правильно подать его дело.

Растерянно оглянувшись, я села на приготовленные вчера вечером коробки с заказом. Сегодня его должны были забрать, а вырученные деньги как раз бы пошли на оплату ежемесячной аренды и, частично, на покрытие кредита. Теперь же я не понимала, как быть.

– Что же мне делать? – спросила вслух, поднимая глаза на мужчину. Не может же в нём не остаться ничего человеческого! – На получение лицензии у меня в прошлый раз ушёл год! А на сбор всех справок для открытия мастерской ещё три месяца. За это время я не просто разорюсь. Я потеряю репутацию, которую нарабатывала пять лет!

Серые глаза на секунду пронзили меня насквозь. Потом переместились на крысу и, наконец, задумчиво обвели взглядом обстановку вокруг.

– Поймите правильно, Елена Дмитриевна, – он сверил правильность моего имени с бумагами, – я неукоснительно следую правилам и действую только лишь в рамках закона…

Я напряглась, мысленно принимая охотничью стойку. Ну-ка, ну-ка… Что там дальше?

– Но в вашей ситуации… – он сочувствующе вздохнул. Разве что взгляд так и остался холодным и колючим, – когда молодая женщина попадает в беду… – я еле удержалась от того, чтобы его не поторопить. Ну же! Хочешь взятку, так скажи прямо! – Я мог бы вам посоветовать организацию…

В мои руки легла белоснежная сверкающая визитка.

– «МирПро», – прочитала я единственную надпись на лицевой стороне, а затем перевернула карточку, – кадровое агентство?!

– Они помогают с выправкой документов, – пояснил он, – ускоряют, так скажем, процесс. А больше я ничем помочь вам не могу.

На стойку легли официальные бумаги об отзыве лицензии, опечатывании мастерской и огромном штрафе.

Мы вышли на улицу, и мужчина закрыл моими же ключами дверь.

– Неужели вы даже не дадите мне убрать крысу?! – взмолилась я. – Она же стухнет!

– Не положено, – отрезал он, – лучше займитесь… бумагами.

Получив это сомнительное напутствие, я осталось одна посреди заснеженной улицы. Прямо у входа в собственную мастерскую, ныне закрытую для меня.

Мысленно досчитав до десяти, я скомандовала:

– Так, Лена, соберись! Ещё ничего не кончено! Где там это агентство?!

Книга пишется в рамках литмоба: По договору – Ведьма!

https://author.today/work/tag/%d0%bf%d0%be%20%d0%b4%d0%be%d0%b3%d0%be%d0%b2%d0%be%d1%80%d1%83%20%d0%b2%d0%b5%d0%b4%d1%8c%d0%bc%d0%b0

Глава 2 МирПро – Мир Профессий или Мировое Пространство?

Контора «МирПро» обосновалась в недорогом торговом квартале. Мне казалось, что сейчас по таким улочкам уже никто не ходит. Зачем? Если большая часть магазинов, продающих товары для жизни, давно и прочно нашли своё место жительства на первых этажах жилых многоэтажек.

Зато здесь было тихо и спокойно.

И пусть я задыхалась от быстрого бега, в который пустилась, едва вылезла из маршрутки, всё равно медлить на входе не стала, взбежав по ступенькам и рывком распахнув входную дверь.

Колокольчик над головой жалобно звякнул, а я внеслась внутрь вместе с порывами ледяного ветра, с вытаращенными глазами ища того, кто мог бы мне помочь.

– Здравствуйте! Мне нужно заново выправить лицензию, получить разрешение на работу мастерской, а также бумажку, не знаю, как она называется, о том, что я устранила все нарушения, вот!

Не знаю, что присутствующие поняли из моих истеричных выкриков, только вот сидящие за прилавком двое людей, что-то до этого серьёзно обсуждающие друг с другом, подняли головы. На меня уставилась симпатичная ухоженная женщина лет тридцати с небольшим хвостиком, а также…

– Это вы?! – выдохнула неверяще. Мне показалось, что у меня в глазах двоится.

– Что вы увидели? – перетянула на себя внимание девушка, мило улыбаясь.

Я недоуменно моргнула, а потом снова посмотрела на мужчину.

– Ой, нет, простите. Обозналась, видимо…

Ещё секунду назад мне показалось, что передо мной тот самый нехороший субъект, который вместе с командой проверяющих утром пришёл с претензиями в мою мастерскую. Я тогда только на работу пришла, так что зашли внутрь все вместе. Ну, и крысу посреди помещения тоже увидели одновременно. Мужчина тогда помахал перед моим носом удостоверением, а потом они устроили самый настоящий погром, проверяя все до одной баночки с краской, бутылочки с растворителем и каждую записную книжку, ища хотя бы упоминание запрещённых веществ.

Потом найденные банки с краской изъяли, и я осталась один на один со служителем закона, который и оформил все злополучные бумаги.

Но за стойкой стоял явно другой мужчина. Не брюнет, а блондин, намного ниже ростом и полнее, разве что глаза… При всей невыразительности лиц обоих мужчин эти серые глаза будто дыру в голове сверлили, настолько взгляд был холодным и колючим. Но всё же мне показалось – ну, взгляд похож… Но лица-то разные!

– Нет, ничего, – мягко улыбнулся мужчина, и я уверилась, что это совсем другой человек – такая хорошая, радушная улыбка! – Я правильно понял, у вас проблема с документами?

– Да!

– Можно посмотреть?

Я суетливо вытащила из папки листы бумаги и передала мужчине.

– Ага… Ммм… Угу… Ну, всё понятно! – возвестил он, выкладывая листы на стол.

– Что понятно?!

– Да вы садитесь, Елена Дмитриевна, садитесь…

– Нет, спасибо, – стало как-то неловко, но у меня каждый час был дорог!

– Садитесь! – его голос посуровел, а глаза неприязненно вспыхнули. И, хоть на его лице до сих пор цвела радушная улыбка, что-то в этом взгляде заставило меня с размаху усесться на стул для посетителей.

– Ну вот, – голос мужчины снова вернул былую мягкость, – так же лучше, правда? Итак, Елена Дмитриевна, ваша ситуация очень неприятная…

– Ужасно неприятная, – подтвердила женщина, тоже быстро пробежавшись глазами по листам.

– Но нет ничего, чего бы не было возможности исправить…

– Правда?! – сердце затопила радостная надежда, и я заёрзала на стуле в нетерпении. – Что нужно сделать?!

– Вы же знаете, что выправление лицензии очень долгий процесс, а оформление для работы в не предназначенном для этого помещении тоже дело не быстрое, и вам как физическому лицу очень сложно будет сделать всю документацию в короткие сроки. Но мы можем предложить вам выход…

Он сделал паузу, в течение которой я, наверняка, должна была проникнуться моментом. Но я, наоборот, напряглась.

– Что это за выход?

– Вы можете подписать с нами договор о том, что ищете работу, – ещё шире улыбнулся собеседник. – Вы станете нашим клиентом. И мы уже напрямую подберём для вас работодателя. Например, это может быть любой ваш уже существующий заказчик. Тогда все сделки с ним пройдут через нас, а по факту для вас ничего не изменится. Вы точно так же будете работать, выполнять заказы, получать деньги и оплачивать все кредиты и счета.

Я удивлённо вскинула брови, а женщина рассмеялась.

– О, не переживайте! Мистер Лорентино лишь предположил, что у вас они могут быть. У всех же сейчас есть кредиты!

– Да-да, разумеется, – усмехнулся мужчина, имеющий крайне странное имя для совершенно обычной среднестатистической внешности, – любые расходы, которые, наверняка, есть у молодой леди.

– А моя мастерская?

– Мы можем предложить вам переоформить договор аренды на нас. Точно такой же расчёт. Вы работаете как обычно, просто через нас.

Брови сами собой сошлись на переносице.

– Разве для того, чтобы в ней работать, не нужно получить разрешение? У меня её опечатали. Чтобы вновь открыть в ней двери, нужно договариваться… – я неопределённо помахала руками, не представляя, сколько организаций нужно будет пройти, чтобы мастерская вновь заработала, – со всеми!

Мистер Лорентино внимательно посмотрел на свою помощницу, и девушка понятливо вскочила и скрылась в подсобке, чтобы буквально через полминуты вернуться обратно, неся поднос с чашками и заварочным чайником.

– Простите, я совсем забыла о вежливости, – она рассмеялась так мило, будто это был не человеческий смех, а перезвон колокольчиков, – Елена Дмитриевна, выпейте нашего чаю!

– Нет, я…

– Выпейте, выпейте! Он поможет вам согреться и расслабиться. У вас сегодня был тяжёлый день, вы ещё даже наверное не завтракали, а на улице так холодно…

Я передёрнула плечами, вновь вспоминая промозглую сырость за дверью. И то верно, я даже не смогла выпить свой утренний кофе в мастерской, сразу окунувшись в ворох проблем.

Мне подали резную чашку с тонкими стенками, в которую был налит слегка желтоватый напиток. Носа коснулся запах ванили, луговых трав и мёда.

– Цветочный чай, – тонко улыбнулась девушка, уходя обратно за стойку, – с расслабляющим действием. То, что вам сейчас нужно.

Я кивнула и пригубила. Языка коснулась обжигающая, чуть сладковатая жидкость, а тело покрылось мелкими мурашками, практически сразу согреваясь и расслабляясь.

– Простите, о чём мы говорили? – повернулась к мужчине, понимая, что немного потеряла нить разговора.

– Документы, – кивнул он, – я могу вам помочь. Будете работать от имени нашего агентства.

– Но разве кадровое агентство может получить разрешение на работу по моей специальности? – язык плохо слушался, мысли туманились, но я попыталась вернуть себе способность трезво мыслить. Для этого села ровнее и потрясла головой. Да, скорее всего, бег по морозу мне ещё аукнется. Может, даже выльется в затяжную простуду. Вон, как тело всё ломит…

– Наше агентство может всё, – уверенно кивнул его владелец.

Я лишь фыркнула. Понятно, почему они работают в сфере рекламы – столько пафоса! Хоть сразу на баннер рекламный слоган пиши.

– Так… – голова всё больше тяжелела, но я упрямо пыталась продолжать рассуждать здраво, – а что взамен? То есть, сколько стоят ваши услуги?

Явно же, что такие предложения не бесплатны. Скорее всего, они очень дороги…

– А взамен, – мужчина усмехнулся, – мы бы хотели иметь возможность воспользоваться вашим талантом и способностями.

– В смысле?!

Девушка вновь рассмеялась. Словно маленькая фея, она перетягивала на себя внимание, отвлекая от излишне проницательного взгляда мужчины.

– Кто же не знает Елену Соколову?! Ваша способность возвращать к жизни самую старую и потрёпанную мебель облетела не один город!

На лицо выползла глупая улыбка. Приятно, чёрт возьми! Я не зря столько времени нарабатывала себе имя среди реставраторов мебели и возможных клиентов. Было невероятно лестно, что меня уже узнают практически на улице!

– Ну хорошо, – сдалась на милость этим людям, – но я хочу внимательно прочитать договор. А ещё хотелось бы узнать, нет ли каких-то скрытых условий…

– Пожалуйста, – передо мной лёг исписанный мелким почерком лист бумаги. Кто сейчас пишет договоры от руки?!

Я попыталась вчитаться в строчки, но буквы нещадно расплывались, слова путались, а голова, как только я шевелила ею, начинала кружиться.

«Договор… МирПро»… – МирПро, это Мир Профессий, наверное. Дурацкое название. – «Соколова Елена Дмитриевна… Заключает договор… Передача от представителя… Обязуется использовать таланты, знания и навыки»… – Боже, сколько пафоса в простом документе!

Дальше уже читать было абсолютно невозможно. Глаза слезились, а в мозгу будто молоточками начали стучать.

Усилием воли я просмотрела договор до конца, выискивая слова «кредит», «ипотека» или что-то вроде «передаю»… и тому подобное, что могло бы свидетельствовать о работе мошенников. Но вроде никто на меня повесить долги не пытался, поэтому я взяла в руки ручку, выглядевшую точь-в-точь, как старинное перо, и, подписав договор, в изнеможении откинулась на спинку стула.

– Ну, вот и прекрасно, – удовлетворённо проговорил голос мужчины, – столько проблем с этими землянками. Больше никогда не буду брать отсюда прислугу. Слишком въедливые. Если бы не завещание предыдущей глупышки, ни за что бы не связался. Забирай её, Латирэль.

– Слушаюсь, мой лорд! – прозвенел хрустальный голос девушки, на глазах становящейся всё более и более молодой и прекрасной. А потом, не иначе как в бреду, я увидела два острых ушка, выглянувшие из сложной причёски.

– «Всё-таки заболела…» – подумала обречённо, прежде чем провалиться в темноту…

Глава 3 Попытка побега и наглый ковбой

– Опять забрали ведьму с Земли, – голос говорившего был полон презрения и скрытой безысходности, – с ними огромная куча проблем. Неужели нельзя было взять кого-нибудь… попроще?! Женщина – это плохо. Ведьма – ещё хуже. Но землянка – это полный кошмар!

Я приоткрыла один глаз, пытаясь оглядеться. Но перед взором плясали лишь световые пятна. Голова болела так, будто её тугим обручем скрутили.

– Требовали именно такое… Смотри, – прошелестело с той же стороны, – оно проснулось!

В ответ послышалось раздражённое прицокивание, а потом воздух рядом со мной колыхнулся.

– Так, милочка, слушай внимательно сразу, чтобы потом я не повторял, – я застыла, боясь даже пошевелиться. – Ты в другом мире. Скорее всего, тебя обманом сюда притащили, как и некоторых других немного ранее. Главная информация: первое – это не мы тебя похитили, второе – назад дороги нет.

Я резко дёрнулась, но плечо сжала крепкая, но совсем небольшая рука.

– Подожди, у тебя ещё будет время для паники. Вы все паникуете. Но дай сначала договорить. Хотя я очень сомневаюсь, что ты что-то поймёшь. Так вот, наш мир делает запрос на ведьм… время от времени. В кадровом агентстве Мировое Пространство – это они подбирают для каждого мира подходящих кандидатов, а также собственноручно пересылают их сюда. В этот раз запрос был конкретный, так как происходит передача прав на трудовое место. Предыдущая ведьма пожелала, чтобы её сменила землянка, максимально на неё похожая. Выбор пал на тебя.

Я ещё раз дёрнулась, но куда там!

– Здесь – перевалочный пункт для вашей адаптации. Но проход работает лишь в одну сторону, так что никакие «вернуть обратно» невозможны. Я просто подчинённый. И в большинстве случаев мы получаем ведьм с Туррины – у них там война, голод, полная разруха, так что они только рады оказаться в мире с передовыми магическими технологиями. Но иногда к нам заносит и вашу братию, и тогда… Ооо, после последней землянки нам пришлось перестраивать левое крыло здания, потому что она никак не могла поверить, что не сможет вернуться.

К этому моменту я уже проморгалась настолько, чтобы суметь посмотреть на говорившего. И чуть не отпрянула, потому что передо мной был… пень… Зелёный, на ножках. С двумя глазками-бусинками и ртом, полным зубов.

Пень на мою реакцию раздражённо вздохнул и проворчал:

– Ну вот, опять… На себя посмотри, ведьма! Ты тоже не красотка, но я же молчу!

Всё это было настолько… настолько дико, что мне лишь оставалось хлопать глазами и просто открывать и закрывать рот. Пальцы на руках нервно смяли пушистый плед, заменивший мне одеяло. Плед был мягким и тяжёлым и наверняка должен был действовать успокаивающе. Но почему-то не действовал. Потому что хотелось постучать по собственной голове и, наконец, проснуться.

– Зачем я вам? – голос подвёл, так что вместо привычного звучания раздался прерывистый хрип. – У меня ничего нет. И я… не ведьма. Это ошибка. Чудовищная ошибка…

– Первая стадия – отрицание, – снова прошелестел голос со стороны двери. Я посмотрела туда, мельком отмечая, что нахожусь в самой обыкновенной малюсенькой аскетично обставленной комнате, и чуть повторно не упала с тахты, на которой сидела. Потому что перед входом в полутора метрах над землёй парило… облако!

– О, хоть не я один вызываю брезгливость, – обрадовался пень, – Бульбо, ты тоже страшный!

– Я не страшный… – обиженно пробулькала пушистая полупрозрачная субстанция, – я просто немного не в форме…

– Мамочки… – прошептала еле слышно, – верните меня обратно! Клянусь, я возьму, наконец, отпуск и буду больше отдыхать!

От одной мысли, что моё подсознание могло сыграть со мной такую шутку, становилось дурно.

– Не положено! – отрезал пень.

– Не по правилам, – поддакнуло облако.

– Но зачем вам тогда нужны землянки, если с ними проблемы? – я пыталась найти хоть что-нибудь, любую зацепочку, кнопочку, ответик… Хоть что-нибудь, что помогло бы мне вернуться. Либо в сознание, либо в свой мир. – Скажите этому вашему агентству Мировое Пространство, что вам не нужны ведьмы с Земли, пусть заберут меня. Тем более, я и не ведьма вовсе. Так что они, можно сказать, некачественно свою работу сделали, так что пусть возвращают, а к вам как раз приедут те самые, с Туррины!

– Вторая стадия – торг, – хмыкнуло над ухом облако.

– Я тебе сочувствую, ведьма… немного… Но ты не понимаешь сути! Это – не торговые отношения. Скорее, это обмен жизнями среди миров, – высокопарно воздел руки к потолку пень, – если ты перенеслась в наш мир, то твоё тело там погибло. Скорее всего, уже и похоронить успели – время течёт в мирах по-разному.

Я во все глаза смотрела на говорящий мультяшный персонаж и чувствовала, как горло сдавливает болезненным спазмом. Руки-ноги начали непроизвольно дрожать, так что захотелось прижать их к себе, свернуться калачиком и громко-громко закричать. Что значит, тело погибло?! Что значит, меня больше не существует?! Быть такого не может! Не может же?!

– Но зато тебе не о чем жалеть, – подлетело облако поближе и частично коснулось меня своей влажной холодной поверхностью, – у тебя нет никого, кто стал бы о тебе плакать. Так что можешь просто начать жить заново!

– С чего ты взял?! – я возмущённо вскинула голову.

– Так контракт же! – потряс корешками пень. – Контракт подписывала ты лично! Иначе не пропустил бы тебя проход! Путешествовать между мирами может только тот, кому некого терять!

– Чушь! Я вообще не видела, что подписываю, – меня одурманили чаем подозрительным! Наверняка, от него крыша и поехала! И у меня есть, что терять!

– Что?! – воскликнули оба существа, вставая передо мной и тараща глаза. Зелёные – у пня и серые – у облака.

– Квартира! Мне от бабушки квартира осталась! Я уже как год за её цветочками сама слежу! А без меня они подохнут!

– Ну, цветы не жалко, – я сказала бы, что пень пожал плечами, если бы это было возможным – настолько странно выглядело его движение верхней частью тела, – они не имеют души, так что цветы не в счёт.

– Но это не всё!

– А что ещё ты там могла оставить?

– Работу! – не удержавшись, слёзы брызнули из глаз. – Там же моя работа осталась! Я – реставратор мебели! Лучший в своём городе! И у меня там мастерская… Как я без работы? Там мои заказы, клиенты, репутация, в конце концов, и и-инстуме-е-енты!!! – я не выдержала и разрыдалась.

Только сейчас до меня начало доходить, что всё это – не сон. Меня забросило не пойми куда, не пойми зачем, и назад я уже не вернусь. Осознание этого пугало. Здесь новый мир. Тут живут пни… облака… Как же я здесь?!

– Быстро оно до третьей стадии дошло, – пробормотала белесая субстанция в клубах своего… пара?.. или дыма?.. подавая мне стакан с водой, – другие бушевали сначала долго. Я даже дубинку приготовил, если что, – успокаивать…

Я аж водой подавилась. Закашлялась, смотря с удивлением на довольно милое на вид существо. Дубинку?!

– Ничего-ничего, – посочувствовало оно, – поплачь, легче станет. Потом подумаем, куда тебя дальше…

Я шмыгнула носом и действительно минут десять пыталась взять себя в руки. Начинала думать о перспективах, а потом опять скатывалась в панику, страх и переживания. И только после заметила, что уже роняю слёзы в подушку, укрытая всё тем же тяжёлым и убаюкивающим пледом.

– Что такое? – еле ворочая языком, спросила у парочки, пытаясь поднять голову от подушки.

– Бульби, – недовольно произнёс пень, смотря на товарища с осуждением, – ну и зачем ты ей помогаешь?!

– Так жалко же! – зарокотала прозрачная вата. – Я совсем немного туда плюнул. Зато поспит, ему легче будет! И оно ничего не спалило и не разбило – значит, не плохое!

– Сама должна справляться! Это её долг! Она теперь обязана пользу приносить, а не на перинах спать!

– Вы что… меня вырубили? – глаза уже закрывались, но я всеми силами пыталась показать недовольство. – Сколько можно?! Опять… Я нормально хочу…

Стакан выпал из рук и покатился по деревянному полу. Но это я услышала лишь фоном, так как тело вновь погрузилось в вязкий тяжёлый сон. Неужели я, подобно деве в беде, буду при каждом удобном и неудобном случае сознание терять?!

***

Я ещё даже глаза не открыла, а мозг уже подкинул неприятные воспоминания.

Вот иномирный козёл, притворяющийся проверяющим, громит мою лавку. А вот он же мне мило улыбается в своей фирме МирПро. Теперь я была уверена, что это один и тот же человек. И вообще, эта фирма…

«Мир профессий»? Как же! «Мировое Пространство»! Только вот, если не знаешь, догадаться нереально.

А вот я уже разговариваю с пнём и облаком. Да… Такое нарочно не придумаешь. Моё тело на Земле погибло, и я… похоже, застряла здесь навсегда.

Остаётся признать, что с помощью этой парочки я оказалась в другом мире, где, похоже, меня принимают за ведьму. А ещё… Я подписала документ, который разрешает использование моих «таланта и способностей». Скорее всего, это означает какую-то работу, и боюсь, что пожизненную.

Вот с этого и начнём!

Я открыла глаза, абсолютно уверенная в том, что пора переставать страдать. Лучше, наконец-то, начать что-то делать.

– О, а эту стадию я не знаю, – немного удивлённо проплыло мимо меня Облако. Лицо обдало прохладной свежестью, запахло озоном, а на коже остались капельки воды. Как если бы сунуть лицо в в увлажнитель воздуха… Серые круглые глаза, торчащие прямо из тумана, внимательно меня осмотрели, особенно уделив внимание ногам в джинсах, и их хозяин вынес вердикт: – Ты – странное!

– Странная, – поправила я, нервно улыбаясь. Пусть общение с облаком попахивало психозом, но если это – мой новый мир, то я не могу шарахаться от каждого жителя, – я девочка. Ко мне лучше обращаться: «она», «её», а ещё лучше – Лена.

– Лена? – придвинулись ближе глаза. Я еле удержалась от того, чтобы не закричать. Оголённую кожу рук, сложенных на коленях, обдал прохладный воздух, вызывая табун мурашек по телу. Боже мой, надеюсь, в этом мире не все жители такие?

– Да, это моё имя.

– Странное.

Я пожала плечами.

– Другого нет. А ты – Бульби?

Имя я запомнила, когда пень к нему обратился. Да и не сложное оно было. Только вот облаку моя осведомлённость не понравилась. Он нахохлился, если я правильно угадала его движения, немного раздулся, а потом поплыл от меня к двери, на ходу бормоча:

– Бульби звать другим нельзя. Бульби только друзья могут звать.

Я проводила его взглядом и решила, что пора вставать. Хотя бы для того, чтобы восполнить самые естественные человеческие потребности, умыться, в идеале ещё – поесть, а потом нужно будет потрясти пень на информацию.

Если с первыми двумя делами сложностей не возникло – туалет и душевая, даже с водопроводом, обнаружились за небольшой дверцей недалеко от кровати, то со следующими целями дело пошло сложнее.

Дверь в коридор… оказалась закрыта.

– Эй! – подёргала за ручку. – Выпустите меня, пожалуйста! Бульби! Мистер… Пень! Кто-нибудь!

В ответ была полная тишина. Тогда я замолотила руками по деревянному полотну, ощущая, как поднимается к горлу паника, недовольство и психоз в одном флаконе. Всё же такие потрясения, как переход в другой мир, не проходят бесследно. И ещё незнамо сколько я буду срываться по всякой ерунде только потому, что нервы ни к чёрту.

– Выпустите меня немедленно! Я – не пленник! Бульби! Бульби!!! Я хочу есть!

Так как мои вопли снова проигнорировали, я рассерженно метнулась к окну, благо, оно было без решёток.

– Второй этаж, – пробормотала себе под нос, распахивая створки, – отлично.

Дальше было уже дело техники. Зря, что ли, из дома в подростковом возрасте сбегала? Снять с кровати простынь, пододеяльник, завязать их морским узлом между собой. Так как батарей в комнате не наблюдалось, то пришлось привязывать свой спасательный канат к ножке кровати, предварительно придвинув её к окну.

– Ну, с Богом! – пожелала себе от всей души и полезла через подоконник. – Хорошо, что форму не растеряла, – бормотала приглушённо, упираясь ногами в стену и крепко держась за импровизированный канат. – Права была бабуля, когда говорила, что зарядка – главное в начале дня. Кто ж знал, что так пригодится мне эта наука?!

Я перехватывала ткань то одной рукой, то другой, совершенно игнорируя то, что уже вся вспотела, лишь мельком отметив, что нахожусь посреди цветущего сада, а значит, в этом мире лето. Ну, хоть от холода не умру в бегах…

Дальнейший план действий пришлось отложить, потому что я услышала звук звякнувшего колокольчика, а следом за ним – открытие входной двери… Прямо подо мной!

– Ну всё, Дуплин, теперь, надеюсь, со шкафом проблем не будет, – раздался приятный мужской голос.

А в следующую секунду случилось то, что никак не могло случиться. Мой морской узел, связывающий вместе простынь с пододеяльником, натянулся и… размотался…

– Что за… – судя по звукам, мужчина поднял голову и увидел мой зад.

Ну, а в следующее мгновение этот зад вместе с его хозяйкой рухнул вниз, погребая под собой неосмотрительного мужчину…

Я даже не ударилась. Высота была небольшой – метра два, максимум, – я же почти спустилась. А упала чётко на голову мужчине, который от неожиданности не успел даже вякнуть, а теперь лежал подо мной и что-то невнятно бормотал. Наконец, он сформулировал свои мысли и отодвинул моё… кхм… седалищное место от своего лица, поинтересовавшись у стоящего в дверях пня:

– Дуплин… Что это за… милая леди… покидает твой дом столь занимательным способом? Я даже не думал, мой друг, что ты настолько оригинален. А ведь мы с тобой много лет знакомы!

Зелёное существо оглядело меня с головы до ног и недовольно пробормотало:

– Сбежала, значит…

– Выдержку из списка вычёркиваем… – пролетел мимо нас Бульби.

– Вычеркиваем, – согласился пень, – терпеть эта ведьма не умеет.

– Я много раз звала! – возмутилась подобной характеристике. – Вы даже не сказали ничего! А я есть хочу и вообще… Как можно закрывать на ключ свободное существо?!

– А не могло бы ваше существо с меня слезть? – хмыкнул снизу мужчина, а потом совершенно бесцеремонно пожмякал мой зад. – Не могу сказать, что я прямо сильно против нашего общения, но всё же первую встречу видел всегда несколько иной.

Я вспыхнула от негодования и моментально перекатилась с тела на землю, чтобы потом вскочить на ноги и возмущённо затрясти рукой в воздухе.

– Знаете… знаете, что?! Я не такая!

Тем временем этот субъект тоже поднялся, и я смогла лицезреть весьма впечатляющую фигуру… Ковбоя? В голове, кроме этой ассоциации, и не было ничего. Я начала снизу: кожаные ботинки, обхватывающие голенища, узкие бёдра, талия, переходящая в крепкие широкие плечи, и сильные руки. Мужчина был одет в белую льняную рубашку и узкие, почти неприличные брюки с подтяжками. Я специально долго не смотрела на лицо, потому как боялась, что после такого тела оно может сильно разочаровать. Например, глупым взглядом. Но когда всё же посмотрела…

Мама дорогая, да у меня тахикардия началась! Теперь понятно, почему я ему ничего не сломала – такая мощная шея не только мой тощий зад выдержит, но и быка на себе удержит! А вот загорелое лицо принадлежало типичному засранцу: острые скулы, покрытые лёгкой щетиной, упрямый высокий лоб, на котором сидела как раз таки ковбойская шляпа. К этому в комплекте шли пронзительные карие глаза и… и совершенно голливудская улыбка мартовского кота!

– Ведьма, говорите? – мурлыкнул он, с явным удовольствием рассматривая мои ноги, затянутые в узкие джинсы. – Я бы даже не сказал… Она ведь не страшненькая! Куда доставите?

Доставите? Доставите?! Я что, посылка со шпротами, чтобы меня «доставлять куда-нибудь»?

– Запрос был из столицы, – совершенно незаинтересованно проворчал Дуплин, – вроде, из Академии Искусств. Им давно ведьма требовалась.

– О, надо же! Но… погодите, мне тоже нужна! – всполошился мужик, поедая меня глазами. – У меня дома, как в свинарнике! Постоянно времени на него нет. Так что ведьма бы очень-очень понадобилась! У меня, правда, только одна кровать… Но… – он пошёл кругом, смотря на меня, словно на пирожное с кремом, – но это же не проблема, правда?!

– Конечно, не проблема, – пожала в ответ плечами, – я слышала, мужики прекрасно спят в сарае на куче сена с выбитыми зубами и немного кастрированные… Знаете ли, я прекрасно обращаюсь с топором…

Не знаю, понял ли он значение последних слов, но о смысле явно догадался, потому как инстинктивно как-то зажался и боком прошёл мимо меня в дом к пню.

– Слушай, а вам точно не бешеную подсунули? – обеспокоенно спросил он, косясь на меня левым глазом. – Агрессивная какая-то. Ты бы её, прежде чем отправлять, проверил лучше. Ну там, кровь, слюну. Мало ли, ядовитая, а в Академии Искусств дети ходят…

– Вы в своём уме?! – у меня от возмущения чуть капюшон на шее не появился, как у кобры в периоды ярости. – Я вам ничего не сделала, вообще-то! И меня без спроса притащили в этот мир! Мне и в своём прекрасно было!

Он развернулся ко мне и пожал плечами.

– Раз перенесли, значит, были причины. В конце концов, в других мирах люди с ведьминской кровью не живут счастливо, потому что силы запечатаны. Но здесь, как убираться начнёшь, так сразу полегчает, не переживай, – я хотела было сразу задать миллион вопросов и ещё больше раз возмутиться его словами, но мне никто не дал такой возможности. – Ну ладно, раз моё предложение отклонили, то не смею вас отвлекать. Дуплин… – пень с недовольным выражением… хм… на коре пожал сухой веткой руку мужчине. Тот же повернулся в сторону одного из коридоров и крикнул:

– Бульби, пока!

– Уходи, Крис… – прошелестело оттуда, – давно пора…

Проходя мимо меня, он приподнял шляпу и подмигнул коричневым глазом. Терпкий запах дерева и костра коснулся носа, и только я хотела уже переключиться на своих конвоиров, как почувствовала…

– Ах ты, гад! – схватила стоявшую у двери метёлку и метнула в сторону удаляющегося мужчины. – Ещё раз меня за задницу ущипнёшь, и я тебе голову снесу, понял?!

Тот, кого пень назвал Крисом, эффектно увернулся, даже не повернувшись. Лишь шляпа слетела с вихрастой головы, но была ловко перехвачена сильной рукой и водружена обратно.

– Забавная пташка, – рассмеялся он глубоким раскатистым смехом и исчез за поворотом.

Я хотела было бежать следом, чтобы раз и навсегда научить правилам хорошего поведения, но была остановлена тонкой, но крепкой словно сталь рукой пня.

– Тебе запрещено покидать территорию, пока не подготовилась к жизни в нашем мире, ведьма.

Я раздражённо посмотрела на охранника, потом кинула взгляд на угол сада, за которым исчез мужчина, и согласно кивнула головой, стараясь избавиться от дурмана в голове.

– Да, ты прав, Дуплин. У меня у самой накопилось много вопросов. Но сначала… Можно всё же поесть?!

Глава 4 Условия работы и зачем этому миру ведьмы

Надо мной всё же сжалились и дали наконец-то поесть. Я довольно уныло жевала самую обыкновенную пшённую кашу и обдумывала, как теперь быть.

– Дуплин, – обратилась к сидящему напротив пню, потому как облако куда-то опять уплыло. А жаль, оно мне больше нравилось, – этот… Крис что-то сказал о том, что я буду работать в академии искусств.

– Это я сказал!

– Не суть, – отмахнулась нетерпеливо, – так вот, разговор шёл про то, что я буду, как бы сказать… убираться… А что это значит? Может, он что-то перепутал? В чём вообще для вас смысл брать ведьм с других планет…

– Миров!

– Да, миров… Зачем я вам?

Какое-то время существо молчало, но потом приосанилось и заняло горделивую позу.

– Тебе очень повезло. Так как именно тебя Мировое Пространство выдало на один из самых почётных запросов. В саму Академию Магических Искусств! Других ведьм обычно просто распределяют в богатые дома, и они…

– Подожди, подожди, – прервала пень, – распределяют, чтобы что? Какая сила у ведьмы и почему она так нужна?

Я вспомнила, как характеризовали типичную ведьму в моём мире: остроконечная шляпа, чёрный балахон до пят, зелья, настойки и всякие травы. Ну, и сушёные мышки, конечно. А, и кот! Чёрный, с зелёными глазами. Вот, теперь точно всё.

– В смысле, почему? – удивился он. – Это же все знают! Сила ведьм – в наличии бытовой магии. Только им она подчиняется. И от силы ведьмы будет зависеть, насколько хорошо она овладеет этим искусством. Все самые знатные дома, дворцы и прочие важные места всегда имеют штатную ведьму в коллективе. Для поддержания порядка. Это очень почётная должность!

Я захлопала глазами и неверяще повторила:

– Меня… меня вызвали в другой мир… чтобы сделать уборщицей?!

Никогда не имела ничего против уборщиков. Сама после института подрабатывала, но для подобной должности совсем необязательно разорять человека, вырывать из привычной жизни, обманом затаскивать в другой мир, а потом и вовсе убивать оставшееся без присмотра тело.

– Не просто уборщицей! – возмутился Дуплин. – Ведьмы не только порядок поддерживают. В зависимости от своих сил они могут почти всё! Обустраивать выставки, перетаскивать мебель, оформлять дома! Некоторые из них шьют одежду. Всё, что угодно, и на что есть талант у конкретного работника. Иметь ведьму в штате не просто почётно – жизненно необходимо!

У меня глаз дёрнулся.

– А почему бы вашим жителям не делать то же самое, ты мне объясни?!

– А зачем? Если ведьма сделает быстрее и дешевле?

Вот тут у меня из рук ложка выпала. Вот, где собака зарыта! Дешёвая рабочая сила.

– Рабов покупаете?! – прищурилась я, начиная закипать. – Обманом заманиваете в свой мир, даёте в невменяемом состоянии подписать контракт на пожизненную службу, а потом всю их оставшуюся жизнь пользуетесь благами чужого труда?!

– Оно закипает… – пробормотало облако, пролетая мимо нас по коридору. Но, натолкнувшись на мой взбешённый взгляд, поправило само себя: – Она. Она закипает. Видишь, Ле-ена, я помню… – и скрылось за стенкой.

– Глупые женщины – землянки, – закатил глаза к потолку пень, – уйду на пенсию! Объясняешь, объясняешь, как им повезло оказаться в другом мире, что в своём их бы ждала несчастливая судьба, а они знай своё твердят!

– Моя судьба в моих руках, – отрезала я, – хоть в том мире, хоть в этом. Я никому не позволю ею распоряжаться. Самое ценное, что есть у человека – это право выбора. А вы его просто забрали, решив, что для нас лучше.

– Я ничего не могу сделать, – собеседник страдальчески вздохнул, – я просто работник перевалочного пункта, помогающий тебе адаптироваться к новому миру. Просто прими как данность: назад дороги нет, у тебя есть ведьминская сила, которая заключается в бытовой магии, и ты уже подписала контракт на работу.

– А что, если я откажусь? – этот вопрос действительно интересовал. – Что мне грозит? Ну, вот не буду я работать вашей ведьмой-уборщицей. То что тогда?

Он приподнял верхнюю часть туловища, вроде как пожимая плечами.

– Согласно контракту, тебя не могут держать насильно. Да и как заставить человека работать? Особенно ведьму. Если ты откажешься, тебя обязаны отправить в свой мир, – но не успела я обрадоваться, как он продолжил: – Но так как твоё тело там погибло, то ты, фактически, просто растворишься в пространстве.

Горло сдавил спазм. Выбор без выбора. Либо работай, либо немедленная, пусть и гуманная смерть. А как звучит-то безобидно – «растворишься в пространстве». Уж говорили бы как есть: «Не будешь слушаться, расщепим тебя на атомы».

– Хочу видеть контракт! – оживилась я. Может, хоть пойму, на что подписалась? Вдруг, всё не так страшно?

Пень ещё раз вздохнул, а по коридору в обратную сторону пролетел Бульби.

– Контракт у работодателя… В столице… На работе…

Он завис в воздухе, с интересом глядя на меня круглыми серыми глазами. Точно так же уставился на меня и Дуплин. Оба ожидали моего решения.

– Тогда я хочу поехать в столицу, – сказала твёрдо, – расскажите мне всё, что я должна знать, и я отправлюсь в Академию Искусств.

В конце концов, если мне суждено жить здесь, то я обязана знать, с чем сражаюсь. Только так можно придумать, как бороться за свою свободу и право выбора.

Глава 5 Дорога до Академии Искусств

Через три дня Елена Соколова в гордом одиночестве отправилась в путь. Дуплин и Бульби махали мне с крылечка вслед тем, что у них росло вместо рук. Точнее, Дуплин махал, а Бульби просто мигал поддерживающе глазами. Они были уверены, что я не сбегу.

Мало того, я тоже была уверена в том же. А всё почему? Потому что разорвать контракт и «отправить меня обратно», а по факту – просто расщепить можно было из любой точки их мира – достаточно лишь поставить соответствующую печать на подписанный мною договор. Так что я словно послушная овца сама бежала на заклание. На кону, в этот раз, была моя жизнь.

Меня усадили в самый обыкновенных экипаж, извозчик, напоминающий большую толстую жабу, надул кожаный капюшон на шее и довольно бесцеремонно заметил:

– Проспишь, девка, свою остановку, я тебя будить не буду!

От неожиданности я отпрыгнула и вытаращила глаза на весьма колоритного мужчину.

– Чего смотришь?! – подозрительно осведомился Жаб, нервно надувая и сдувая свой капюшон. Туда-сюда, туда-обратно…

В спину толкнул Дуплин, который ради этого дела даже подошёл ближе.

– Простите, сэр. Ведьма не местная – манерам не обучена.

Я возмущённо заморгала, но всё же постаралась отвести взгляд. Да, мне сказали, что тут живут существа самых разных рас со всех миров, и у них может быть довольно непривычная для человека внешность, но… Но увидеть вместо извозчика жабу размером со стандартного мужчину всё же было довольно дико.

– Если заснёт, то придётся доплачивать! – пригрозил он, ткнув в мою сторону кнутом.

– Конечно-конечно, – покивала я. Всё равно денег не было, так что угроза как-то не впечатлила, – вы мне только скажите, как в центр столицы приедем, я сразу и проснусь.

Жаб крякнул от моей наглости, но, так как я уже скрылась внутри экипажа, не стал продолжать занимательную дискуссию. Я же, помахав рукой своим конвоирам, откинулась на спинку сидения, отправившись в новую жизнь.

Путь мой лежал через половину королевства, так что в дороге мне было чем заняться. Я глазела на местных жителей, достопримечательности, пробовала довольно странную стряпню в том трактире, который выбрал по пути извозчик, благо, пару медяков на обед и ужин мне жадный Дуплин всё же выделил, потом опять глазела на местных жителей, которые, по счастью, были в большинстве своём всё же люди. Не могу сказать, что я прямо плохо отношусь к другим расам, скорее, меня немного пугала их разнообразная и необычная внешность, а также тот факт, что невозможно угадать, насколько безопасный субъект перед тобой…

Совсем другие эмоции вызывала архитектура… Когда я узнала у своих временных учителей, что нахожусь в магическом королевстве, то ожидала чего-нибудь… волшебного и средневекового. Но если второе хоть как-то себя оправдывало – здесь действительно не было ни многоэтажек, ни автомобилей, ни электричества; то насчёт магии я довольно сильно промахнулась. Не было её. А если и была, то где-то у элитной прослойки населения, которая могла себе позволить артефакты или услуги тех же ведьм. В остальном это была обычная жизнь обычных средневековых городков. Довольно небольших, потому как за день мы успели их три штуки проехать.

Жаб, который оказался довольно противной личностью, даже попытался подселить ко мне ещё пару пассажиров, но тут уж я возмутилась – Дуплин ясно дал понять, что арендует мне транспорт, оплачивая его полную цену прямо до столичной Академии Магических Искусств.

И вот… Спустя восемь часов, за которые моя пятая точка превратилась на этих совсем не гладких дорогах в хорошую отбивную, экипаж замедлился, а потом и вовсе остановился.

Так как последние часа два в окно смотреть не хотелось, то я просто лежала вдоль лавки, кое-как устроившись на своих многочисленных юбках. Да, меня приодели как приличную даму этого мира. Так что любимые джинсы лежали в чемодане, а я была похожа на торт со взбитыми сливками – до того много торчало вдоль бордового подола белых рюшей.

Остановку же я прокомментировала лишь тем, что открыла глаза и уставилась в деревянный потолок. Опять, наверняка, Жаб остановился с приятелями поболтать. У него в знакомых половина жителей столицы! Мы только и делали, что тормозили, а потом снова ехали. Но нет, в этот раз всё было иначе.

– Приехали, ведьма! – довольно бесцеремонно распахнул дверь извозчик.

Я лишь глаза на него скосила. В желудке мутило так, что я уже и не знала, радоваться концу путешествия или нет. Вдруг, как только я вылезу, мой организм не выдержит, и случится конфуз?

– Вылезай, некогда мне! – грубо поторопил он.

Со страдальческим вздохом я сползла с насиженного места и начала собираться, очень стараясь не делать резких движений.

Невдалеке послышался приближающийся звук шагов. Всё ближе, ближе… Потом последовал звук одышки, словно её обладатель упёр руки в колени и изо всех сил восстанавливал дыхание… Ну, а потом…

– А где? Где госпожа ведьма?! – говоривший явно был взволнован, окончания проглатывал, тараторил, но от его слов захотелось выпрямиться во весь рост и плечи распрямить. Госпожа ведьма! Слышали, как звучит?!

И тут незнакомец показался в зоне видимости и узрел мою монументальную позу, всё ещё внутри экипажа.

– О, наконец-то вы тут! Мы вас очень ждали!

Мужчина суетливо отпихнул замешкавшегося Жаба и подал мне руку, помогая спуститься на землю перед величественным зданием, освещённым светом фонарей. Я покрутила головой, отмечая, что будущее место работы явно отличается наличием финансов в управлении: идеально ровные кустики на площади перед входом, аккуратные дорожки, выложенные тротуарной резной плиткой. Само здание было длинным и архитектурно сложным: множество колонн, балконов, лепнины, даже статуй! Оно извивалось, то выдвигаясь вперёд, то уходя чуть назад, и тянулось в длину не менее, чем на пятьсот метров. Дворец, в общем, а не дом.

Новый сопровождающий тем временем получил мой багаж, и не успела я даже пикнуть, как он заплатил извозчику за проезд! Второй раз! Ведь до этого и Дуплин давал ему денег. Жаб, не будь дураком, тут же сунул звякнувшие монеты в карман, вскочил на козлы, стегнул лошадей, радостно надувая капюшон на шее, и был таков.

– Нет, подождите! – запоздало очнулась я, кидаясь следом, но только пыль из-под колёс успела глотнуть, так как ушлого извозчика и след простыл. Я растерянно обернулась к мужчине. – Ему… Ему уже заплатили…

– Ох, негодник, – усмехнулся тот, – ну ничего, ведьмам дорожку переходить – себе дороже. Пожалеет ещё, так что не переживайте, госпожа! – он галантно взял мою ладонь двумя руками и церемонно поцеловал. – Самое главное, что вы уже тут! Мы очень вас ждали!

– А вы?..

– Зовите меня Фриц! – он расправил круглые плечи и выдвинул вперёд внушительное пузо. Но всё равно при этом еле-еле доходил мне до плеча, так что как бы ни старалась я смотреть в глаза мужчине, взгляд всё равно нет-нет, да выезжал на плешивую рыжую макушку. – Я – заведующий хозяйственной частью. По факту, мы с вами будем работать в непосредственной близости, мадмуазель, чему я несказанно рад!

– Да-да, я тоже, – пробормотала, нервно улыбаясь и переступая с ноги на ногу. Надеюсь, здесь не нужно будет так перед каждым встречным расшаркиваться? У меня навыка подобного никогда не водилось, а сейчас тем более. – Может, мы уже пойдём? Я немного устала, да и хотелось бы посмотреть на объём предстоящей работы…

Точнее, убедиться, что эта работа мне не по зубам, потому как величественность здания в данной конкретной ситуации меня не восхищала, а пугала. Чего это им ведьма понадобилась? Не дай Бог, полы мыть… А у меня этих самых сил с бытовой магией как не было при попадании, так и не появилось, сколько бы Дуплин надо мной ни бился. В конце концов, он плюнул и сказал, что я еду туда, где подобные таланты развиваются. Вот пусть и учат. На вопрос, а точно ли эти самые силы у меня есть, он лишь глаза закатил и уведомил, что МирПро – профессионалы! И нашли идеальный вариант под запрос работодателя, то есть меня. Так что не стоит задавать ему глупые вопросы. Пришлось смириться с подобным положением дел и довериться судьбе.

И вот теперь-то я и боялась, что зря не настояла на том, чтобы «пробудить» силы заранее. Если во мне не найдут ту самую пресловутую магию, боюсь, я буду ручками эту махину отмывать! А мне… никак нельзя! Мне нужно лишь увидеть договор, показать его хорошему юристу и найти лазейку для того, чтобы с него спрыгнуть. А так как хорошие юристы в этом мире, собственно, как и в любом другом, стоят не менее хороших денег, то один месяц, скорее всего, всё же придётся поработать золушкой. Но потом…

– Конечно-конечно! – засуетился Фриц, подхватывая мой чемодан за ручку и подавая мне локоть. И его совсем не смущало, что для того, чтобы воспользоваться его любезным предложением, мне придётся согнуться в три погибели. Но, чтобы не обижать нового коллегу, я всё же уцепилась за протянутую руку и постаралась с вежливой улыбкой внимать всему, что он вещал о славной истории этого места.

Боюсь, правда, что запомнила я мало, потому как поздний ужин просился наружу, а голова больше всего на свете мечтала оказаться на подушке, но я стоически кивала во время пауз и даже выдавала стандартные звуки, вроде: «угу», «хм», «о» и «да что вы говорите?!»

Мы прошли через боковую дверь. Точнее, одну из множества боковых дверей. Эта была менее красивой, чем другие, с самой обыкновенной, не резной металлической, а неказистой деревянной ручкой. Вот, боюсь, по ручке мне и придётся её в будущем вычислять, потому что при таком огромном количестве я даже по счёту эти двери различать не смогу – слишком их было много на протяжении стены здания. Впрочем, как и открытых проходов.

– А какая общая площадь Академии? – поинтересовалась у сопровождающего.

– Без малого четыре поля! – гордо проговорил он. – И это – только здание! А ещё есть сад, огород, лес, несколько открытых театров и площадок для артистов. Вы не представляете, как мы вас ждали! Никто, кроме вас, не справится с такой работой! У нас была ведьма на балансе, но старенькая. Боюсь, после увеличения в прошлом году левого крыла, она немного спятила. И три месяца назад скончалась, бедняжка, даже завещание оставила весьма странное, с требованием найти "такую же" ведьму. Пришлось потрудиться – вас где только не искали, но теперь будет всё в порядке! А ведь мы за это время с ног сбились, пытаясь хоть как-то поддерживать здесь всё в чистоте и порядке…

– Ага… – проговорила я, старательно стараясь не таращиться в ужасе на говорившего. Валить отсюда надо. Валить и побыстрее! Изверги – старушку убили! А я ещё молодая, я жить хочу! – Ну что ж… Надо так надо, только боюсь, вы зря меня так превозносите, я весьма необученная ведьма…

– О, не переживайте! Наш ректор – зверь, а не человек, ещё ни один работник не ушёл от неё без результата.

– Радость-то какая…

С моего лица можно было слепок делать и выставлять в музее ужасов. Но я постаралась улыбнуться. Завтра же свалю отсюда! Пусть расщепляют, в самом деле! Я вроде пожила достаточно, работа, опять же, хорошая была. А провести остаток жизни техничкой в огромном дворце, без права разогнуть спину – не жизнь моей мечты… Если мне не суждено работать по специальности, то какая разница, где будет мой прах – горевать-то всё равно некому…

К счастью, надо мной всё же сжалились и, после плутания по многочисленным коридорам, привели в аккуратную милую комнатку в самом конце коридора.

Вне себя от радости я просто закрыла дверь перед рассыпающимся в пожеланиях хорошего сна завхозом и, скинув шляпку и ботинки, рухнула на розовое покрывало лицом вниз.

Глава 6 Рабский договор

Стук в дверь повторился.

– Госпожа фея, доброе утро! – надрывался Фриц. – Работа не ждёт! Мы хотим как можно скорее лицезреть ваш профессионализм!

Я мученически простонала в подушку, мечтая, чтобы посетитель растворился без следа.

– Может, она куда-нибудь ушла? – робко предположил девичий голос.

– Да нет, не должна была… Госпожа!!!

Болело всё. Задница, ноги, руки, спина, колени… Вообще всё. Мой организм был явно не приспособлен к такого рода путешествиям. Неужели у них здесь нет хотя бы маломальски удобных экипажей? Или это только мне так повезло собрать на дороге каждую кочку и каждую яму? Тогда сделали хотя бы мягкие подушки на лавках…

В дверь снова поскреблись, что-то невнятно бормоча.

– Нет никого, уходите… – пробормотала, еле ворочая языком. В сознании потихоньку всплывали события предыдущего дня, но даже тот факт, что я проснулась на новом рабочем месте, не мог заставить меня подняться. Вставать, чтобы что? Чтобы на меня повесили уборку этой махины? Увольте! Желательно, в прямом смысле слова…

Но долго предаваться безделью мне не дали. За дверью послышалось шебуршение, а потом властный женский голос твёрдо проговорил:

– Отойдите, у меня есть ключ.

Там тут же стало тихо, а я как-то инстинктивно напряглась. Знаю я эти голоса… Точнее, их обладателей. Знаю и ничего хорошего не жду.

Многолетняя выучка подбросила в воздух, а когда дверь открылась, присутствующим предстала абсолютно собранная и радушная ведьма, в этот момент старательно поливающая цветочки на подоконнике.

Я повернула к посетителям лицо, на котором сияла фирменная улыбка. Именно ею я вот уже много лет встречала клиентов в своей мастерской и на вызовах. А после довольно правдоподобно удивилась.

– Оу, доброе утро, господа. Прошу прощения, вы стучали? Видимо, я не услышала, так как была… – мимолётный взгляд на чуть приоткрытую дверь недалеко от кровати, – в уборной…

– Мадмуазель Елена? – вперёд вышла женщина среднего возраста, среднего роста, довольно средней внешности, затянутая в серое платье с корсетом. Её серые волосы были стянуты в строгий пучок на затылке, а на лице читалась спокойная уверенность. Я тут же переключила на неё всё внимание, довольно быстро сообразив, что за подобной обычной, ничем не выделяющейся внешностью скрывается королева улья. И то, как она «безопасно» выглядит, говорит лишь о том, что с ней нужно держать ухо востро. – Доброе утро, меня зовут леди Мальмонель. Я руковожу Академией Магических Искусств, – в мою сторону протянулась узкая ладонь с идеальным маникюром.

– Очень приятно познакомиться, – по сравнению с её серой строгой внешностью моё помятое в дороге бордовое платье, спутанные медные волосы и довольно фигуристая внешность казались почти вульгарными. Но я всё же любезно пожала протянутую руку и почти незаметно поправила выехавший хвост волос с правого боку на затылок, – я как раз мечтала с вами поговорить о моём… трудоустройстве.

– Что ж, извольте, – милостиво наклонила голову собеседница, – жду вас через пятнадцать минут в своём кабинете. Думаю, – тут её взгляд коснулся моей причёски и пробежался по наряду, выдавая самую капельку настоящих эмоций. К моему сожалению, это был отнюдь не восторг, – что вам нужно немного привести себя в порядок, мадмуазель. Дорога до нас была длинной, и вы наверняка устали. Аннетта вам поможет переодеться, а Фриц проводит ко мне, – тут её взгляд упал на наручные часы, крепящиеся тонким ремешком к запястью. – Мы как раз успеем переговорить, а потом пойти на завтрак через двадцать семь минут.

С этими словами она развернулась и пошла к двери, а вышеупомянутые Фриц и Аннетта, оказавшаяся девчушкой лет восемнадцати в белом накрахмаленном передничке и таком же чепчике, дружно шарахнулись в сторону, освобождая дорогу.

Когда мы остались одни, то как-то дружно выдохнули.

– Ну что ж… – смял шляпу в руках завхоз, – тогда я, наверное… подожду… там. В коридоре…

– Подождите, Фриц, подождите… – закивала девчушка головой, выпроваживая мужчину, а после обращаясь ко мне: – Госпожа, что же вы стоите?! Вам же пятнадцать минут дали!

– А что, не успеем? – заинтересовалась я.

– До кабинета ректора идти отсюда девять с половиной минут, так что нам нужно поторопиться! – она уже судорожно рылась в моём чемодане, видимо, выискивая что-нибудь приличное.

Проблема в том, что Дуплин, заказавший мне одежду, обладал… довольно специфическим вкусом. Так что самое приличное платье было как раз на мне. Наконец, из самых недр чемодана выудили тёмно-синее платье с глубоким декольте и чёрный газовый шарф.

– Вечером я займусь вашим гардеробом, – пообещала девушка, довольно решительно двигаясь в мою сторону.

Я пожала плечами и позволила себе помочь, так как накануне порядком измучилась с застёжками на платье, располагавшимся на спине, на местный манер.

– Что же такого страшного, если мы не успеем? Разве это реально собраться за… – я прикинула отмеренное мне время, с учётом дороги до ректорского кабинета, – за пять с половиной минут? И почему вы так странно считаете здесь всё? Я уже не говорю о том, что знаете сколько и откуда идти!

– Леди Мальмонель невероятно внимательна к деталям, – заученно прощебетала Аннетта, распутывая гнездо на моей голове, – и она тщательно следит за тем, чтобы все работающие здесь сотрудники были пунктуальны и точны. В том числе знали расстояние и время, которое нужно потратить, чтобы добраться из одной точки академии в другую.

– Какой кошмар, – искренне посочувствовала я. Чую, не уживёмся мы с этой дамой – я всегда была вольной птицей.

Не смотря на то, что я никуда не торопилась, Аннетта довольно быстро меня собрала и буквально вытолкнула в объятия крайне довольного Фрица.

– Ну, наконец-то всё наладится! – радовался он, ведя меня по коридорам красивого старинного здания. Больше всего здесь было белого цвета: белые стены, белые колонны, белые горшки для цветов… Тем интересней смотрелась искусная золотая лепнина на потолке, которая сопровождала нас всю дорогу до кабинета ректора.

– А где все? – закрутила я головой, с интересом оглядываясь по сторонам. В моём понимании, в академии должно быть много народу, раз это учебное заведение…

– Мы сейчас в административном корпусе, – словно неразумной, объяснил Фриц, – а вышли из общежития для сотрудников. В этой части академии не учатся. Все лекции и тренировки проходят гораздо дальше, – он махнул рукой вперёд и вправо, – а так как сейчас утро, то все студенты и преподаватели в столовой на завтраке. Леди Мальмонель всегда приходит под самый конец завтрака, потому что дорожит своим временем.

Я только кивала, впитывая информацию. Наконец, меня оставили перед строгой белоснежной дверью и, пожелав удачи, скрылись за первым же поворотом. А я, глубоко вздохнув, направилась на близкое знакомство со своим работодателем.

– Войдите, – послышался уверенный голос из-за двери.

Я нажала на ручку и оказалась в идеально «правильном» кабинете. Именно так я бы его назвала, учитывая, что всё здесь было будто выстроено по линейке. Максимально удобно располагался шкаф с книгами – так, чтобы на него не попадали лучи света. Занавески висели на окнах складочка к складочке, с одинаковым расстоянием между друг другом. Половина пола была устлана строгим ковром серого цвета. Ворс был не длинный и не слишком короткий, а идеально средний, ровно подстриженный и умеренно мягкий.

Где-то на расстоянии двух третей всей длины комнаты возвышался массивный деревянный стол. Я окинула его профессиональным взглядом. Это была действительно очень хорошая работа! А ещё он был словно новый – на нём не было ни царапин, ни сколов, ни потёртостей, лишь лак, поблёскивающий в лучах утреннего света из окна. Создавалось впечатление, будто его лишь сегодня утром поставили в эту комнату, привезя прямо из мастерской.

И вот за этим монументальным столом сидела моя прямая работодательница.

Леди Мальмонель являла собой прекрасный пример деловой женщины. При моём появлении она подняла голову от бумаг, закрыла заполняемый до этого журнал, отодвинула его на край столешницы, затем осторожно положила ручку в корзину с пишущими принадлежностями и только после этого протянула руку в сторону кресла и любезно предложила:

– Мадемуазель Елена, садитесь, прошу вас.

Я неуверенно прошла в это царство порядка и идеальности и присела на кресло, стараясь ничего вокруг себя не помять. Ещё неизвестно, не выставят ли мне ценник после увольнения за порчу имущества. Ведь я надеялась, что правда смогу уволиться. И, желательно, сегодня же.

Пока я разглядывала окружающее пространство, меня поторопили.

– Мадемуазель Елена, – тонко улыбнулась женщина, – не забывайте, что у нас осталось меньше десяти минут на разговор. Точнее… – она сверилась с часами, – девять минут и сорок семь секунд. Я внимательно вас слушаю. Можете говорить всё, что хотите.

Получив это недвусмысленное пожелание, я постаралась собраться с мыслями и без предисловий попросила:

– Я бы хотела посмотреть условия моего договора. Дело в том, что я подписывала его в бессознательном состоянии, так что не помню ни конкретных условий, ни срока окончания этой работы. Не говоря уже о том, что я не знаю, какая будет зарплата.

– Надо же? Как жаль… – по лицу женщины можно было предположить всё, что угодно, но только не то, что ей действительно жаль.

Она открыла верхний ящик стола и вытащила оттуда тоненькую папку. Никуда не торопясь, ректор перелистывала страницы, пока не дошла до злополучной бумажки. Я прямо издалека увидела собственную подпись, так что заёрзала на кресле и вытянула шею, стараясь как можно быстрее увидеть, на что сама согласилась.

– Не стоит переживать, мадмуазель Елена, – с этими словами мне передали, наконец-то, договор, и я смогла вчитаться в строчки, написанные от руки размашистым почерком.

«Кадровое агентство «МирПро» заключает договор с Соколовой Еленой Дмитриевной о работе в качестве ведьмы в Магической Академии Искусств в мире Шанталь.

Елена Дмитриевна, урождённая ведьма без раскрытия способностей бытовой магии, даёт согласие на перемещение в мир Шанталь с последующим уничтожением тела в родном мире, а также обязуется проработать на новом месте работы в течение всей жизни или до замужества, если такое событие произойдёт. Обещает раскрыть собственные таланты, способности и магию на благо своего работодателя, а также нового места работы.

Работодатель обязуется: обеспечить Елену Дмитриевну горячим питанием три раза в день, удобной комнатой, одеждой, окладом в сто тридцать пять фунтов годовых, а также закрепить за ней место работы пожизненно. Обязуется предоставить ей свободу выполнения возложенных на неё обязанностей, а также не препятствовать проявлению индивидуальности.

При несоблюдении договора работодатель имеет полное право поставить печать уничтожения на договор, тем самым отправив Соколову Елену Дмитриевну обратно, прочь от мира Шанталь.

Работа предоставляется по исключительному праву наследования должности по завещанию. Завещание составлено ведьмой Мариввой. Кадровое агентство «МирПро» расписывается в том, что ведьма подобрана по принципу идеального совпадения ауры, а также всех перечисленных качеств»

Я подняла голову от документа и ошарашенно потрясла ею, не в силах поверить в прочитанное. Это что ещё за рабский договор?!

– Могу я посмотреть на завещание Мариввы?

На лице директрисы появилась дежурная улыбка.

– Боюсь, что нет, мадемуазель. По правилам нашего мира, после приёма на работу нового сотрудника, завещание усопшего уничтожается.

– Да как так-то?! – не выдержала я, ударив кулаком по столешнице. – Это же официальный документ! Как его можно уничтожить? Как я могу быть уверенной в том, что ваши действия не были противозаконными, если я даже не могу посмотреть на это завещание?

– Законы вашего и нашего мира отличаются.

Очень хотелось, чтобы хоть что-нибудь на этом безмятежном лице появилось – хоть какие-нибудь эмоции. Я уже не говорю о сочувствии, потому что тут понятно, что его и близко нет. Ну, хотя бы злость? Или хоть что-нибудь?

Я сидела и не знала, что спросить. Просто тупо смотрела на строчки договора, понимая, что это самый настоящий рабский ошейник.

– А… а сто тридцать пять фунтов… Это хоть много?

– Вполне, – ректор пожала плечами. – Именно столько получает ведьма королевского двора. А как вы можете догадаться, её зарплата является эталоном. В этом плане наша академия выступает передовой величиной, ценя своих сотрудников и обеспечивая их достойным уровнем жизни.

Идеально ровные плечи ещё больше распрямились, являя королевскую осанку, острый подбородок взмыл в воздух, а женщина самодовольно улыбнулась. Она явно была довольна тем, как управляет своим детищем.

– А можно сравнение?

– Извольте. Зарплата Фрица составляет тридцать пять фунтов годовых.

Я удивлённо вскинула брови. Да ладно, почти в четыре раза меньше?!

– А зарплата учителя?

– Магистр нашей академии на первоначальной ставке получает около пятидесяти фунтов годовых. Потом эта сумма увеличивается с каждым годом и в конце концов доходит до ста пятидесяти фунтов годовых при достижении должности профессора.

Я задумчиво кивнула. Ну, при таком раскладе, если, конечно, учитель здесь – уважаемая профессия, тогда мне действительно выделяют весьма щедрое вознаграждение. Только какой в этом смысл, если я всё равно не могу справиться с должностными обязанностями?! Как сказал там Фриц… четыре поля? Уж не знаю, сколько у них в километрах или метрах площадь поля, но то, что я увидела даже в главном здании, явно выходит за тысячу квадратных метров. А это значит, они от меня хотят, чтобы я поддерживала абсолютно всё, абсолютно одна в идеальном состоянии. Но это же нереально!

Я посмотрела на работодательницу и честно призналась:

– Мне очень жаль, но я не обладаю бытовой магией. Я не знаю, кто в этом виноват, но у меня нет сил, которые подходят для этой работы. Есть ли какой-то способ аннулировать договор?

– Только через печать разрыва, – бесстрастным голосом прокомментировала она.

Я поёжилась.

– А другого варианта нет?

– Боюсь, другого варианта, мадемуазель Елена, не существует.

И опять эта вежливая улыбка. Скоро она мне в кошмарах сниться будет.

– Так что же мне делать? Я видела, у вас здесь идеальный порядок! Кто его поддерживает? Может быть, вы попросите его? Потому что я не могу и не умею обращаться с той силой, которую вы мне приписываете. Более того, у меня её нет!

Хотелось донести до женщины, как они ошиблись.

Ну нет, нет у меня этих сил – я вообще не ведьма. Как можно выполнять такую работу, не обладая достаточными для этого качествами?

Ректор вздохнула и сверилась с часами.

– Мадемуазель Елена, ваше время истекло. Я буду очень рада переговорить с вами ещё раз на подобную тему, но не раньше, чем через неделю, так как у меня очень плотный график. За это время надеюсь, что вы сможете привести в порядок наш зимний сад. Сейчас на территорию всей академии наложена иллюзия… – при этих словах я невольно вскинула голову.

– Иллюзия?!

– Все присутствующие в нашей академии видят изменённый и довольно чистый вид помещений. Но это не значит, что они таковыми являются на самом деле. Ведь мы живём без ведьмы уже больше трёх месяцев. Однако иллюзия рассеется ровно через два месяца. До этого момента вы должны привести в порядок всю вверенную вам территорию. И, повторюсь, начать нужно с зимнего сада. Я уже не говорю о том, что в наших планах на этот год была постройка нового комплекса.

Тут она вздохнула с горделивой улыбкой на губах.

– Вы же понимаете, у нас Академия Искусств, и наши студенты – довольно тонкие натуры. Им нужен своевременный и комфортный отдых. Поэтому у нас давно был план по преобразованию уголка, отвечающего этим требованиям. Так что я очень надеюсь, что мы с вами сработаемся.

Она поднялась и посмотрела на меня свысока.

– Мне очень жаль. Но если вы не сможете оправдать оказанное доверие, то я буду вынуждена… естественно, в интересах академии… активировать печать уничтожения.

Я сложила руки на груди, даже не подумав встать следом, и посмотрела на директрису довольно враждебно.

– Активируйте. Мне не подходят условия вашего договора.

Клянусь, в её глазах промелькнул интерес. Правда, он сразу скрылся, уступив маске спокойной невозмутимости.

– Как я уже сказала, это произойдёт не раньше, чем через два месяца. Но… – тут её голос немного изменился, в нём появились вкрадчивые нотки, – разве вам бы не хотелось узнать, на что вы способны? Вы жили всю свою жизнь как обычный человек, не наделённый ни магией, ни способностями.

– У меня был талант.

– Я читала ваше резюме, – кивнула она. – И это ещё один повод вам задуматься. Не кажется ли вам, что ваш талант идеально ложится на новую должность? Он будто дублирует её. А представьте себе, если это лишь малая доля того, что вы можете на самом деле? Неужели вам не хотелось бы этого узнать?

Я застыла не дыша, понимая, что женщина попала в болевую точку. Кажется, не было никаких других слов, которые смогли бы заставить меня хотя бы попробовать остаться на этой должности или раскрыть собственную магию, в существовании которой я была не то, что не уверена. Наоборот, я твёрдо знала, что её нет вовсе.

Но вот это раскрытие талантов… Когда я и так постоянно училась, узнавала новое и вечно страдала, что не могу всё успеть. Сколько раз мне хотелось, при работе с очередной мебелью, чтобы время шло медленнее! А я за месяц могла сделать лишь один шкаф. Да, он был идеальным! Но грандиозные планы попробовать и это, и то… с каждым днём всё больше отодвигались, а успевала я лишь немногое из запланированного. И это не говоря о том, что хотелось бы увидеть жизнь кроме работы. Но её как будто не было, потому что приходилось каждый раз выбирать: профессиональная деятельность или всё остальное.

И вот тут мне предлагали то, о чём я даже мечтать боялась.

Подчиняясь молчаливому приказу начальницы, я встала с кресла и словно сомнамбула, на негнущихся ногах вышла из кабинета.

Вот же стерва! Словно знала, какими словами меня можно заинтересовать.

Уже идя по коридору вслед за леди Мальмонель в сторону столовой, я задала последний вопрос:

– А где я могла бы научиться бытовой магии?

На секунду мне даже показалось, что женщина хмыкнула. Но возможно, это была лишь игра моего воображения. Потому что её голос, когда она заговорила, был спокоен и вежлив.

– Обратитесь в библиотеку, мадемуазель. Её управляющий может помочь вам найти подходящие книги. А доска знаний сможет подсказать, какие факультеты вам стоило бы посетить в качестве факультатива. И хотя ваша основная работа требует вашей полной занятости, в нашей академии мы никогда не стоим на пути знаний. Так что любой работник имеет право посещать лекции по своему выбору, получив предварительное разрешение ректората и работника библиотеки.

С этим неоднозначным напутствием она властно указала мне на столик в углу столовой, где сидели Аннетта и ещё несколько людей (и нелюдей), которых я характеризовала как работников. Сама же пошла в самый центр, туда, где завтракали преподаватели. Основная часть помещения была отдана студентам – и это был настоящий улей. Они жужжали и переговаривались промеж собой. Тут и там каждую минуту раздавались взрывы смеха.

Впервые за всё время пребывания здесь я почувствовала себя по-настоящему в учебном заведении.

Меня послали – я и пошла. Навстречу выскочил Фриц, который, рассыпавшись в любезностях, повёл меня в сторону раздачи, приговаривая:

– Ох, госпожа ведьма! Видели бы вы себя! Даже не думал, что вы так можете переживать из-за разговора с нашей директрисой. Но ректор действительно очень строга… – тут его глазки немножко забегали, и он, приглушив голос до шёпота, чистосердечно поделился: – Знаете, я даже боюсь к ней приходить со всякими проблемами. Потому что как только придёшь, она так на тебя посмотрит, что прямо как-то сразу жить не хочется. Так что уж мы тут научились сами проблемы решать. Чем меньше попадаешься начальству… – тут он поднял толстый палец к потолку, – тем лучше.

Я не смогла не согласиться. Действительно, к такому работодателю лишний раз и не подойдёшь.

А чтобы уложить в голове всё, что на меня свалилось за последние дни, решила всё же позавтракать. Тем более, что выбор блюд в этой академии поистине был огромным.

Я ковырялась ложкой в салате и мрачно размышляла о своих перспективах. Перспективы, прямо скажем, не ахти. Было такое ощущение, что договор трудоустройства перепутали с договором рабовладения. Всё, что там прописано, – лишь сплошные обязанности. Вариант не работать я в нём не нашла, равно как и вариантов, по каким условиям могу уволиться. Разве что если директриса не захочет выдавать мне заслуженные сто тридцать пять фунтов. Но это маловероятно – такая педантка наверняка держит всё под контролем. Так что шансы привлечь её за неисполнение служебных обязанностей стремились к нулю.

Как там было написано? «Обязуется работать в течение всей жизни…» Я напрягла память, вспоминая строчки и все те кары, что должны были посыпаться на мою голову при отказе от обязанностей. Но внезапно вспомнила и кое-что другое. То, на что изначально не обратила внимания: «…или же до замужества, если таковое произойдёт».

– Эврика! – повернулась к Фрицу и без предисловий спросила: – Ты женат?

Мужчина как раз обгладывал куриную ножку, поэтому сразу ответить не смог. Он постарался как можно скорее закончить жевать, положить обглоданную добычу обратно на тарелку и вытереть жирные руки о скатерть.

– Госпожа ведьма, я же работаю в Академии Искусств. Я такая же творческая личность, как и большинство присутствующих. Поэтому… – тут он немного замялся, подбирая слова, но затем продолжил: – В общем, не сложилось. Девушка, с которой мы общались, не смогла принять особенности моей натуры… Но я не в обиде! – он торопливо помахал жирными пальцами перед моим носом, разбрызгивая во все стороны соус, и добродушно улыбнулся. – Я понимаю, насколько сложно юным прелестницам в таком возрасте сразу осознать все плюсы замужней жизни. Поэтому я смиренно жду своей очереди. В конце концов, я ещё так молод! – от резкого движения рукой тарелка вместе с косточкой полетела на пол, взорвав пространство оглушительным звоном. Но завхоз, казалось, даже не заметил подобной мелочи. – У меня вся жизнь впереди!

Я скептически посмотрела на стремительно лысеющего мужчину, но всё же поддерживающе кивнула. Молод так молод… Потом немного помялась, но решила, что хуже ситуации, в которой я оказалась, быть не может, и поинтересовалась:

– А ты бы не хотел взять в жёны…

– Кого? – заинтересовался он.

– Меня, – скромно похлопала глазками, стараясь выглядеть максимально невинно. Но, видимо, не помогло…

Мужчина резко замолчал и посмотрел на меня с неподдельным ужасом. Аннетта побледнела, а все остальные сидящие за столом вздрогнули и дружно отодвинулись подальше вдоль стола. Я недоуменно огляделась, пытаясь понять, что такого странного я сказала. Ну, подумаешь, мы с ним знакомы всего один день – разве есть преграды для настоящей любви?!

– В-вас? – он смотрел на меня настолько ошарашенно, что я даже оскорбилась. Не он ли сегодня и вчера весь вечер твердил, какая я прекрасная и замечательная со всех сторон?

– Чем же я вам не подхожу, дорогой Фриц?

– Так вы же… ведьма… – он замолчал так, будто это что-то объясняло.

Я поджала губы и непримиримо сложила руки на груди.

– Дорогой друг, объясни, пожалуйста, почему то, что я ведьма, является таким уж препятствием для брака?

Он явно не горел желанием продолжать разговор, потому как протёр платочком резко вспотевшую красную лысину и пробормотал:

– Госпожа… прошу прощения, кажется, меня зовут на кухню. Да, точно, они меня звали, а я забыл! Простите! Думаю, мы увидимся с вами совсем скоро!

С этими словами он подорвался и буквально вылетел из столовой, чуть ли не сбивая своими не маленькими габаритами столики, за которыми сидели студенты. Кстати сказать, эти юные дарования смотрели на меня с искренним интересом, а некоторые даже показывали пальцем. К одному особо ретивому я, поймав момент, обернулась и демонстративно показала язык. Глаза юноши округлились и чуть не вылезли на лоб. А я словно ни в чём не бывало вернулась к беседе за столом. Точнее, к её отсутствию – все молчали и пытались на меня не пялиться. Получалось не очень.

– Аннетта, объясни мне, пожалуйста, почему моё предложение Фрицу вызвало такую бурную реакцию? – видя, что девушка уже набрала в грудь воздуха для ответа, уточнила: – Особенно меня интересует, почему он так зациклился на том, что я ведьма. Думаю, вы знаете, что я не из этого мира, поэтому мне не совсем понятно отношение здесь к… этой профессии. Разве она считается чем-то противозаконным?

– Нет-нет, госпожа! – девушка замахала руками, даже чуть привстав от волнения. Она пригладила непослушный выбившийся локон и торопливо проговорила: – Вы не подумайте ничего плохого! Просто… понимаете… ведьмы не выходят замуж.

Я опешила.

– Как это – не выходят? Они что, не женщины? Или они все уже замужем, когда попадают в ваш мир?

Я оглянулась на сослуживцев. Здесь были и люди… Правда, большинство из них предпочитали уткнуться в свои порции. А вот представители других рас – полулюди-полуживотные – наблюдали за мной с нескрываемым любопытством, но не спешили вмешиваться. Тут были и жабо-образный мужчина, и человек с головой птицы, клевавший зерно из тарелки, и даже крошечная самая настоящая фея на краю стола.

– Нет, женщины, конечно. Но все же знают, что ведьме не нужно замужество. Они… другие…

Это «другие» прозвучало почти как оскорбление. Я недоуменно наморщила лоб, а Аннетта растерянно умолкла.

На помощь ей пришла та самая фея. Она подняла голову с тихим перезвоном, отчего на блюдо посыпалась золотая пыльца.

– Считается, что ведьмы не созданы для брака, – её звонкий голосок разносился над столом и проникал прямо в сознание. Удивительно, как такое крошечное создание могло перекрикивать без всякого усилия целое море гомонящей молодежи, – к тому же, ходят слухи об их мстительности, мелочности и корыстности. И хотя ведьмы в мире Шанталь пользуются уважением, на них не принято жениться. Слишком велик риск, что она тебя убьёт.

Я поперхнулась соком, который решила выпить в самый неподходящий момент.

– Убьёт? Я не ослышалась?

Фея кивнула, опять осыпая свою порцию блестящими блёстками.

– Я же сказала – они мстительные. Здесь не женятся на нелюдях, – она пожала плечиками и жестом обвела сидящих за столом необычных существ. – Ты же понимаешь, что человек не может жениться на мне? А человеческая девушка – например, на мистере Карри? – она указала на мужчину с головой птицы. – Или на мистере Жабосоне? – теперь на жабо-образного. – Так почему ты думаешь, что человек свяжет жизнь с ведьмой?

Я опешила от такой постановки вопроса.

– Но я же тоже человек! – мне было сложно объяснить очевидное. – Я вообще не уверена, что я ведьма. Но даже если так, то я выгляжу как человек и по строению тела абсолютно человеческая. То есть, я могу быть супругой самого обычного мужчины!

В голове не укладывалось, как можно было сравнить меня с феей, которая была ростом с куклу! Не то, чтобы я имела что-то против них, но тут и дураку понятно, что мужчина и фея несовместимы. У меня же совсем другая ситуация!

Но моя собеседница лишь покачала головой и усмехнулась.

– Поверь мне, ты для них такая же диковинка, как и я.

Такая прямая констатация факта выбила меня из колеи. В голове крутилась навязчивая мысль: «Неужели здесь я никогда не смогу выйти замуж и обрести семью?» Одно дело – умереть от того, что тебя расщепили, другое – жить много-много лет, но при этом быть обречённой на одиночество. Теперь стало понятно, почему пункт о замужестве в договоре выглядел лишь формальностью.

С глубоким вздохом я решила подумать об этом завтра и вновь обратилась к Аннетте:

– Ты покажешь мне Зимний сад?

Девушка, обрадованная тем, что я перестала задавать сложные вопросы, закивала.

– Конечно, госпожа! В ближайшее время я – ваша первая помощница. Вы можете просить меня о чём угодно.

Вот это она зря сказала! Пусть я и не считаю себя ведьмой, но предлагать мне такое всё же не стоило…

Глава 7 Месье Фи-Филин

Из столовой нас провожали шёпотом. Многим было интересно посмотреть на самую настоящую ведьму. Хотя, как по мне, самая настоящая фея, говорящая и рассыпающая вокруг себя блёстки во все стороны, – куда более интересный объект для изучения, чем просто обычная девушка, пусть и со странными способностями.

Я же ничем визуально не отличалась от людей, здесь учащихся. Ну, разве что не была настолько богатой и родовитой. А именно такие здесь и учились, если судить по одежде, сложным причёскам, наличию маникюра и драгоценностей. Это всё как-то недвусмысленно намекало на знатное и богатое происхождение. А я в своём платье была похожа на бедную родственницу. Хорошо, что меня это не сильно беспокоило, так как было самым меньшим из моих проблем.

Аннетта повела меня широкими коридорами в сторону Зимнего сада, попутно проводя экскурсию.

– До Зимнего сада от столовой идти пешком через учебный корпус – двадцать минут. А если пойдём через улицу, то будет на семь с половиной минут дольше. Раньше в Зимнем саду очень часто отдыхали студенты после тяжёлого трудового дня, а я любила туда приходить по утрам, до работы, и любоваться на поющий фонтан. Так как магии во мне нет, – тут она печально вздохнула, но через силу улыбнулась, – то я стараюсь не мешать студентам своим присутствием. Но сейчас и это невозможно, так как вот уже две недели он стоит закрытым. Со смерти ведьмы Мариввы мы не можем сделать решительно ничего для восстановления сада, а ведь это место очень важно для всех учеников и работников! Так что мы все ждём его восстановления!

– А что случилось?

Она смутилась.

– Ну… сейчас это место… не в форме.

– Что ты имеешь в виду? – нахмурилась я. – Как место может быть не в форме?

Она страдальчески вздохнула.

– Поверьте, вам лучше посмотреть самой.

Скажу честно, её слова не показались жизнеутверждающими, но я всё-таки надеялась, что всё не так плохо. Потому что для идеалистки, вроде ректора, любая царапина и любое пятнышко – катастрофа, из-за которой нужно срочно опечатать непригодное помещение. А все остальные могут лишь услышать раздутую версию проблемы. Так что, возможно, то, что она называет «в ужасном состоянии», на деле – всего пара проблемных зон, сломанных полочек, на которых стоят горшки с цветами, или что-то столь же незначительное.

Только вот, когда Аннетта распахнула двустворчатые двери, ведущие в Зимний сад, у меня непроизвольно вырвался вскрик:

– Вашу бабушку! Это… это что?! Здесь что, мамонт пробежал?

– Нет, госпожа. Я правда не знаю, что такое ваш «мамонт», но это был ученик музыкального факультета.

– Музыкального факультета? – медленно повторила я, ошарашенно оглядывая пространство. – И что же делал здесь ученик музыкального факультета?

Зимний сад был… разгромлен. И это мягко сказано. Я так понимаю, изначально здесь стояли деревянные стеллажи и висели на стенах полки для цветов. Но сейчас всё это богатство, всё это великолепие валялось на полу. Острые обломки бывших полок торчали словно могильные кресты из наваленной на каменной плитке земли. Большинство цветов либо погибли, либо были очень близко к этому.

Фонтан посреди огромного помещения (метров на триста квадратных) был расколот на две части, и вода из него, которую никто не удосужился перекрыть, разливалась в разные стороны, создавая непроходимую мешанину из грязи. Мало того, когда Аннетта открыла двери, часть этой гадости выплеснулась наружу, так что нам пришлось даже отпрыгнуть в сторону. Теперь мы смотрели на всё это великолепие издалека.

– Понимаете, госпожа, наверняка вам говорила леди Мальмонель, что в нашей академии учатся довольно тонкие натуры, обладающие своим особым индивидуальным вкусом, – явно процитировала девушка свою работодательницу. – Так вот, граф Лидик после тяжёлого дня решил немного отдохнуть в тишине сада и принёс с собой арфу. Её звук его всегда успокаивал. Он начал играть свою новую арию, которую сочинил несколькими днями ранее, но…

– И что же случилось? – вкрадчиво спросила я.

Девушка вздохнула.

– Не только граф Лидик обладает очень тонкой душевной организацией. Он совсем забыл, что в Зимнем саду живёт месье Фи-Филин. И ему, по несчастью, совершенно не понравилась новая ария графа Лидика. Он настолько расстроился, что покинул своё насиженное место и решил покончить с собой, кинувшись вниз с потолка.

– Что?!

Я задрала голову вверх, пытаясь разглядеть потолок стеклянного купола, в котором располагался Зимний сад.

– Скажи мне, пожалуйста, – ласково спросила я, – а месье Фи-Филин – это кто? И зачем он решил покончить с собой? И…

На самом деле, у меня было куда больше вопросов. Но ответы на них давались настолько абсурдные, что я даже не знала, о чём спросить дальше.

Однако всё решил случай.

– О! – неожиданно переключилась Аннетта с меня на что-то другое, находящееся внутри купола. Девушка подобрала подол простого рабочего платья и, высоко поднимая ноги, направилась вперёд, прямо по грязной жиже. – Месье Фи-Филин, а мы как раз про вас говорили! Вы представляете, нам наконец-то прислали госпожу ведьму взамен Мариввы. Она-то и обещала, что самым первым делом приведёт в порядок ваше прекрасное королевство!

Я только рот открыла от такой откровенной лжи, а потом, подхватив собственные юбки, бросилась вслед за помощницей. Иначе она сейчас такого наговорит! Но добежать не успела, потому что прямо перед моим носом неожиданно просвистело пустое ведро.

– Незнакомка! Незнакомка в моём саду! – проорал хриплый каркающий голос откуда-то сверху.

Пару секунд я ошеломлённо хлопала глазами, разглядывая ведро, которое чуть не убило меня, а потом подняла взгляд на потолок, выискивая обладателя голоса.

– Что смотришь? – ухмыльнулся жирный, толстый филин, сидящий под самым потолком на ветке уцелевшего дерева. – Никогда мудрую птицу, что ли, не видела?

Я сглотнула.

– Вы меня чуть не убили!

– Не, – отмахнулся он плешивым крылом. – У старого Фи меткость в правом глазу как засела, так больше оттуда не выходила! Я точно знаю, куда нужно бить, чтобы попасть человеку по голове. А уж ведьм на своём веку я забил немало, – он горделиво выпрямился, а до меня внезапно дошло.

– Так это вы устроили весь этот разгром?

На самом деле, слабо верилось, что птица, пусть и такая толстая и сильная на вид, да ещё и говорящая, может сотворить подобное побоище. Но других претендентов на это злодейство не было. Если уж он чуть не убил меня ведром, то, вполне возможно, у него есть и другие способы укрощения буйных студентов. Особенно, когда они пытаются потревожить старческий сон игрой на арфе.

Но обитатель сада весьма оскорбился от моего вопроса, потому как встал на лапы, распушил перья на затылке и зашипел не хуже дворовой кошки.

– Знай, с кем говоришь, ведьма! Я здесь живу с момента основания академии! И сам решаю, что в этом мире красиво, а что отвратительно. Этот малец хотел доказать мне, что его заунывное пиликанье – это красиво. Но на самом деле… – он сделал эффектную паузу, перетоптался с лапы на лапу и только потом продолжил: – Это отвратительно!

Я вздохнула. Сейчас я ощущала себя Алисой в Стране Чудес. Происходящее вокруг было настолько несуразным, что назвать его фантастическим приключением даже язык не поворачивался. Скорее, приходило осознание, что похоже мне придётся работать с сумасшедшими.

Осмотревшись по сторонам и полностью игнорируя надувшегося от важности филина, я прикинула предполагаемый фронт работ.

Даже не представляю, как из этого места можно сделать хоть что-то более-менее приличное. Мало того, что были разгромлены все стеллажи и полки. При большом желании их можно поставить на места или заменить на новые и повесить обратно на стену. Но, во-первых, это время, которого мне, конечно, никто бы не дал. Во-вторых, на всё это нужна недюжинная мужская сила. А я одна. Но что гораздо хуже – вода, смешанная с землёй, уже успела повредить полы и стены, по которым полезла плесень.

Так как ботинки уже были забиты грязевой кашей, я без сожалений побрела к фонтану, присела около него на корточки и внимательно осмотрела повреждение.

– Чаша точно под замену, – пробормотала сама себе под нос, – она раскололась надвое, а так как стояла на ножке, то её нереально будет склеить обратно. Вес слишком огромный – она просто не будет держаться.

Между тем филин не терял времени даром. Довольно эффектно для своих габаритов он спикировал вниз, присел на бортик фонтана и уставился на меня жёлтым немигающим взглядом.

– Ну? Чего застыла? Я жду. И так исстрадался столько времени, живя в разрухе… – тут он хотел пустить слезу, но чёрные глаза были напрочь сухие и только хитро поблёскивали на пернатой морде. – Только постарайся, пожалуйста, не забыть, что на фонтане была выгравирована надпись. Это был подарок мне от королевского библиотекаря. Так что верни её в том же виде, в котором она была. Раз уж ты – замена предыдущей ведьмы, то она наверняка должна была тебе рассказать, насколько важно, чтобы в Зимнем саду всё было правильно. Идеально! Красиво! – он фанатично прикрыл глаза, наслаждаясь торжеством момента.

Я поднялась с корточек и преувеличенно расстроенно развела руками.

– Увы. Маривва умерла три месяца назад, и мы не успели с ней обсудить столь важный момент. Более того, я даже её не знала.

Птица недоверчиво хмыкнула.

– Хочешь сказать, что не знаешь, какая здесь была надпись? А что… что тогда будет с моим домом? С моим садом? Он… он… умрёт?! – с каждым словом его каркающий голос становился всё выше и истеричнее. Он возмущённо взмахнул крыльями и клювом ткнул меня прямо в руку. – И где взяли эту страхолюдину?

Я вскрикнула и замахнулась на наглое пернатое ближайшим горшком, а Аннетта испуганно ахнула и побежала нас разнимать.

– Месье Фи-Филин! Разве можно? Ведь госпожа ведьма…

– Елена, – подсказала я.

Девушка кивнула.

– Госпожа Елена – ведьма!

И сказано это было таким голосом, что сразу стало понятно: она на что-то намекает. Проблема в том, что я не понимала, на что именно. Зато понял филин. Он крякнул, надулся и, просверлив меня недовольным взглядом, проговорил:

– Ну и что, что ведьма? Я их не боюсь!

Развернулся ко мне, гордо выпрямил спину и выставил вперёд объёмное пузо.

– Слышала, ведьма? Я не боюсь твоей мсти… мести… – поправил сам себя.

– Очень жаль, – искренне посочувствовала, – но, во всяком случае, я не смогу вам помочь, так как не обладаю магией на том уровне, на котором обладала Маривва. Более того, я вообще не ведьма. Поэтому, боюсь, вам придётся жить здесь в творческом беспорядке.

Каюсь, не удержалась от подколки.

Зато филин воспринял мои слова явно по-своему, потому как сердито надулся и поинтересовался: