Полет ласточки

Пролог

Слышали ли вы легенду о девушке, которая ждала своего возлюбленного из плавания? Может быть, даже спросите, какую из многих? Но история, которую я собираюсь вам поведать, заинтересует лишь самых любопытных. Я поведаю вам о дикой розе и отважном мореплавателе.

В одном старом королевстве жила премилая особа из очень состоятельной семьи. Ее пророчили замуж за выгодную партию. Но так уж вышло, что у прекрасной розы уже был возлюбленный. Он был совсем не нищ и имел высокий статус в обществе, но куда ему соперничать с самым уважаемым графом королевства. Думаете, молодой человек сдался? По классике жанра, конечно же, нет.

Он предложил семье девушки привести волшебный камень со дна озера на другом конце света. Этот камень мог не только излечивать, но и превращать маленькие камешки в бриллианты. Ходило много разговоров об этом чуде и, естественно, никто так и не пришел к единому выводу. Отец девушки посмеялся над мальчишкой, но все же дал ему два года. Если он не вернется с камнем Нептуна, то и руки дамы ему не видать. В то же время, он был уверен, что юноша не прибудет вовремя, банально погибнув в пути.

Девушка каждый день всматривалась в линию горизонта и надеялась увидеть тот самый корабль. Кто-то в городе говорил о ее чарах, которые направляли ему птиц, дабы они показали верный путь домой. Другие просто поражались ее глупости: променять власть на любовь. Влюбленный граф все же принял такую ставку. Он был настолько пленен красотой девицы, что не мог потерять ее.

С долгим течением времени эта история в устах людей обрела два исхода. Первый был счастливым: юноша приплыл в последний день с камнем, что был великолепнее любой драгоценности, и возлюбленные поженились. Второй финал совсем не такой радужный. Молодой мореплаватель так и не вошел в порт нужного города. Ходили слухи о том, что на обратном пути его погубили коралловые острова. Многие говорили, что это камень Нептуна не дал присвоить себя кому-либо. Бедная девушка сильно горевала, но приготовления к свадьбе начались в тот же день, как закончился срок договора. Месяц она лила слезы, пока не настала пора идти под венец. Свадьбу организовали на самом высоком обрыве королевства с видом на морские просторы. День был замечательным, все гости воодушевленными, а будущий герцог надеялся получить свое. Но роза оказалась дикой, шипы ее оставили глубокие раны в сердцах присутствующих. В момент брачного поцелуя она резко побежала и сбросилась со скалы. В своем белом платье она напомнила птиц, которых так любила, но вместо взлета упала, воссоединяясь с возлюбленным. Печальный финал.

В народе всего две концовки, но что будет, если вы узнаете истинную? Как вы отнесетесь к персонажам и к их судьбе? Я готова поведать вам подлинную историю о дикой розе и отважном мореплавателе.

Сад с видом на море

Думаю, что вы хотели бы узнать историю с самого ее начала. И берет она его из детства прекрасной юной девушки. Малышка родилась в достаточно знатной и богатой семье, приближенной ко двору. Хоть наша девчушка никогда и не была во дворце, но в скором времени отец надеялся представить королю и королеве свою дочь.

– Мисс Палетт, я не думаю, что вам можно находиться в саду так долго, – повышая голос, вторила гувернантка своей маленькой подопечной.

Рядом с поместьем вот уже сорок лет находится прелестный сад, откуда мисс Палетт наблюдает за играми морских волн. Если покопаться в истории дома, то Гроссмэнор имеет богатое на события прошлое. По словам главы семейства, их драгоценному жилищу уже не менее шестидесяти лет. Его построил Джоордан Палетт, назовем его «корнями» семейного древа. Именно благодаря его отважности и уму, семейство стало самым дорогим гостем во дворце. Более того, старший сын семьи всегда становится советником короля.

Чего только не было в этом доме. Смерть любимой дочери, пожар на почве ненависти, удар молнии в дерево. Как-то раз ночью в столовой упала большая люстра, после чего все горничные начали увольняться, говоря про проклятие Софи. Много слухов стало ходить, король даже предлагал переехать во дворец или подарить новую землю для поместья, но Джоордан наотрез отказался. Слишком уж он любил свое творение, как и свою бедную «папину звездочку». Ради нее он разбил сад с видом на морской простор. На ту же линию горизонта любуется сейчас и нынешняя мисс Палетт, точно так же, как и прошлая.

– Вы же знаете, мисс, что с легкостью можете простудиться. Ветер уже поднимается, а вы не одеты подобающе для такой погоды.

– Ох, мисс Гербер, я не могу надышаться этим воздухом, – гувернантка посмотрела на малютку пронзительным взглядом. – Только подумайте, мисс Гербер, какое это ощущение, когда паришь в воздухе как птица? Папенька только и говорит о дворе и о поиске подходящей партии для меня, хотя мне всего двенадцать. Вот вы, мисс, вынуждены были задумываться о своем будущем в свои двенадцать лет?

– Дорогая моя, вы же знаете, что это важно для вашей семьи. И мне невероятно жаль, что вы, в столь нежном возрасте, готовы рассуждать о бремени жизни. Пойдемте же в дом, немного погреемся у камина.

Уже через час маленькая мисс Палетт находилась в своей уютной постели и не могла лечь удобно, перекатываясь с бока на бок. Она думала лишь о том, что папенька говорил ей сегодня за завтраком. Как она должна себя вести, когда после четырнадцатого дня рождения ее представят ко двору, почему ждать еще два года и как унять свой характер, не сказав лишнего. «Ангел мой, она еще дитя, характер улучшится с возрастом, когда она в полной мере все осознает», – отвечала ему жена. Миссис Палетт постоянно наставляла гувернантку, что именно маленькая Клара должна выучить на ближайшие дни. Все претензии тоже были обращены к ней, когда в поведении девочки находили изъян.

И ни одного слова о старшем брате. Да, он ведь полностью оправдывает ожидания семьи, получая столько похвалы от учителей. Он будет следующим советником королевской семьи и уже давно представлен ко двору. А кем будет она? Еще одним украшением, еще одной розой в букете, которой так безжалостно отрежут шипы. Это необходимость. Вести себя подобает, следуя из своего положения в обществе. Мисс Палетт это уже усвоила, но мириться, почему-то, не хотела. Странно ведет себя это дитя, но, как и говорила мать, характер с возрастом будет другим. Не изменится, а просто спрячется в угоду тем, кто этого требовал.

– Вы все никак не можете выбрать бок для сна, мисс? – гувернантка некоторое время наблюдала за юной леди из приоткрытой двери, даже странно, что ее не заметили. – Вас опять мучают разные мысли, не хотите ли что-нибудь услышать на ночь?

Уловив эти слова, Клара тут же нашла нужный бок для сна. Луиза Гербер всегда была отличной рассказчицей. Может из-за ее молодого возраста, а может благодаря отцу, который в детстве постоянно рассказывал ей различные истории. Гувернантка отлично знала, что ее подопечная всегда готова выслушать очередной выдуманный рассказ, но в этот раз, Луизе захотелось поведать о старой легенде. Такое настроение молодой девушке навеяла погода и нарастающие морские волны. Она вспомнила о камне.

– Камень Нептуна? Брат как-то упоминал о нем из какой-то заумной книги, но я не слышала, что о нем ходят легенды, – девчушка, наконец, устроилась поудобнее и приготовилась слушать мягкий голос гувернантки.

– И все же это так. Никто не знает точно: вымысел это или правда. Некоторые говорят, что это дары планет, прямо как камень в посохе короля, другие – что это проклятие, а не милостивый подарок. По тем маленьким отрывкам из книг мы знаем, что камень размером с мизинец, но его свет сияет невероятно ярко. Папенька рассказывал мне, что это самый сильный волшебный предмет во всем мире, поэтому он так малоизучен. Ни у кого просто не хватает величия приручить его. По легенде камень является осколком планеты и, упав в море, он вобрал в себя величие водной, воздушной и земной стихий. Он, конечно, ими управлять не может, но благодаря этому у него появилось три хранителя. Первый – обитатель морей; единственный из хранителей, кто знает о своей участи и постоянно находится рядом и говорит с камнем. Второй – обитатель суши; тот, кто с легкостью сможет найти камень, если его поднимут со дна. Третий – обитатель небесных просторов; тот, кто может быстро перемещаться и следить с высоты. Камень Нептуна находится в озере, которое не такое уж и глубокое, но невероятно опасное. О том, как достать его с пучины, выдвигают множество предположений и все они абсурдные. Но в книгах написано о том, что камень может исцелять и превращать гальку в бриллианты.

– Но мисс Гербер, это же не логично. Почему камень находится на глубине озера, но один из хранителей морской. И вы говорили, что он упал в море, как тогда очутился в этом озере? – маленькая мисс только встрепенулась вместо сна, стараясь узнать о камне чуть больше. – Если он и правда обладает такими свойствами, то почему его не нашли уже? Вы говорите о том, что ни у кого не хватает величия, но за столько лет этого быть не может. Камень Марса уже давно находится в посохе короля, камень Венеры в соседнем королевстве, так почему этот не найден? Что в нем такого особенного, что отличает от остальных планетных камней?

– Мисс Палетт, у вас слишком много вопросов. Я рассказала о том, что знаю. Здесь многое не сходится, это же легенда. К тому же, камень Марса не обладает такими свойствами, как нептунский. О камне Венеры мы в принципе ничего не знаем, его свойства скрываются. Может быть, камень Нептуна перестали искать из-за слишком больших людских потерь или же просто никто понятия не имеет, в каком именно озере он лежит. Но вам, моя дорогая, пора спать. Завтра к вашему отцу должны прийти гости, так что все наши дела нужно начать делать пораньше.

Так оно и было: маленькая мисс встала раньше обычного и все ее уроки были окончены на два часа раньше. Сонные пальцы не так резво бегали по клавишам фортепиано, а смекалка работала очень заторможено. Но в скором времени она пришла в себя и убежала в сад, пока все были заняты приготовлениями к гостям.

Погода была теплая, но ветреная. Солнце часто скрывалось за облаками, переставая слепить в глаза. Девушка прошлась от нарциссов прямо к розам. Она невольно полюбила эти цветы, когда многие начали называть ее в их честь. Никогда не могла она понять этого, но, как потом сама догадается мисс, сравнение кроется не только во внешности. Она также прекрасна, хоть за ее миловидностью и кроется нечто острое, что может неожиданно поранить неподготовленного человека. Это зачастую не нравится родителям, а брата только потешает.

Тонкие пальчики с осторожностью и азартом касались шипов, но в какой-то момент нажали уж слишком сильно. Такое случалось не в первый раз, но именно сейчас Клара впервые поднесла свой палец к ярко красным лепесткам и сравнила с кровавой каплей. Что же так ее заворожило, хотелось узнать и ей самой. Наблюдала она достаточно долго, провалившись в некий транс. Мысли о жизни и смерти вертелись в ее голове. Рассуждения были такими детскими и быстроменяющимися, что в какой-то момент она просто капнула кровью на соседние розы. На них она была заметна и так завораживающе контрастировала. «Интересно, какого цвета розы предпочитала Софи», – мгновенно и совершенно неожиданно пронеслось в голове.

– Здесь невероятно красиво, мисс.

Вырванная из своих мыслей, она резко обернулась и увидела в десяти шагах от себя мальчишку, который уже выглядел как взрослый джентльмен. Его волосы были тщательно уложены, но ветер старался исправить эту ситуацию, выбивая вьющиеся локоны. Он стоял достаточно уверенно и смотрел на девушку сверху вниз, что ей точно не понравилось.

– Клара Палетт, – она старалась спрятать свой палец, накрывая ладонью ладонь и попутно пачкая голубую ткань своей юбки. – Простите, но я не знаю вашего имени, а также вы меня напугали.

– Прошу прощения, мисс Палетт, где мои манеры. Даниэль Хафнер, я прибыл сюда со своей семьей и искал вашего брата для знакомства, но нашел вас в этом чудном месте, – он окинул сад быстрым взглядом и заострил внимание на легких морских волнах. – Не хотел вас пугать, мисс, еще раз извиняюсь и смею вас спросить о местонахождении вашего брата.

– Если бы я знала, мистер Хафнер, то ответила бы еще во время вашей паузы, но, к сожалению, вы до сих пор наблюдаете меня. Можете поискать в библиотеке, – Клара ненадолго опустила взгляд, думая о чем-то. – Даже странно, что он вас не встретил, вы уверены, что он в доме, а не во дворце на учениях у дядюшки?

– Не могу вам ответить с полной уверенностью, мисс Палетт, но мне сказали, что он должен быть либо в саду, либо в гостиной первого этажа. Но я не смог его лицезреть нигде.

– Вы говорите как старик, а не как мой приблизительный ровесник, мистер Хафнер, – девчушка сказала это с совершенно безразличным видом, но в тот же миг уже думала, какое наказание ее ждет за столь плохие манеры.

В этот момент на лице юного Даниэля проскочило недоумение, которое резко сменилось обычным выражением. Но мисс заметила, что ему потребовалось несколько секунд, дабы скрыть улыбку. Юноша и вправду был практически ровесником Клары. Старше всего на два года, эту разницу между ними он определенно чувствовал. В его голове уже проносились ответы для мисс Палетт, он готов был ответить острой шуткой, пока не уловил полет птицы над головой. По какой-то причине это резко заинтересовало обоих.

Ласточка пронеслась рядом с ними, в скором времени улетев к обрыву рядом с садом. Птица парила в воздухе, а внизу блестело море, уловив лучи вышедшего солнца. Она свободна, но должна выживать. Всего несколько секунд прошло перед тем, как ласточка стала совсем маленькой точкой в небе, но для детей это было продолжительное представление. Юноша посмотрел на каштановые волосы девушки и глубоко вздохнул. Когда она вновь повернулась к нему, Даниэль покланялся и попрощался.

Так уж вышло, что семья Хафнеров вновь вернулась в родной город спустя сорок лет проживания в другом месте. Слишком уж большое поместье досталось им в наследство от покойной тетушки, чтобы отказываться от него. Отцы семейств были знакомы с самого детства, с тех самых пор, когда батюшка мистера Оскара Хафнера привозил своего сына на лето к любимой сестре. От этой сестры и получила поместье нынешняя семья. Но почему же они не жили в городе так долго?

Это связано с трагической историей Софи. Почему-то юную Клару всегда привлекала историю сестры ее дедушки. Происшествие до сих пор окутано тайной, которая связана с садом и люстрами. Когда-нибудь Клара расскажет ее своему сердечному другу, а я пролью свет окончательно, но, к сожалению, не для них. Для семейства это так и останется грустной историей юной звездочки Софи, единственной дочери Джоордана Палетта.

Кошки-мышки с Эллисом

Таких детей как Эллис Палетт часто называют золотыми. Воспитанный и невероятно умный пятнадцатилетний юноша. Он никогда не перечил родителям и выполнял все в лучшем виде. Но у них с сестрой всегда было одно главное сходство – мечты о свободе. Вот только юный мистер Палетт не мог противостоять никому, даже самому себе. Лишь с сестрой он мог чувствовать себя собой, поэтому часто позволял себе посмеяться как вместе с ней, так и над ней. И, в принципе, Клару это не задевало, она давно раскусила брата и сочувствовала ему. Но несмотря на это, ее все равно брала зависть в моменты, когда родители придирались только к ней. Она не помнит, чтобы видела, как Эллиса отчитывают или разочарованно вздыхают. Знала бы она, что это на самом деле было не так.

Эллис часто не выдерживал такой нагрузки и старался побыть наедине. Этому служило место, куда Клара направила юного Даниэля. В библиотеке он мог спрятаться и перенестись в другой мир, забывая о своих заботах. Это было единственное место, где он не слышал об обучении и дворце. Именно здесь Эллис плавал по морям вместе с отважными капитанами, здесь он переживал за судьбы и жизни команд корабля, здесь не думал о том, как ему тяжело. Часто его уединение прерывала сестра, но он не злился, а начинал читать для нее вслух. Глядя в заинтересованные глаза ему становилось легче, и он действительно чувствовал семейное тепло.

За год Клара, Даниэль и Эллис успели стать по-настоящему хорошими друзьями. Какие бы мелкие притирки не были у них в начале знакомства, они все равно прошли уже через полтора месяца. Мисс Палетт и мистер Хафнер сдружились раньше, ведь дружбу Эллиса нужно было заслужить, но с одной общей игры их отношения стали крепкими.

Немного о кошке и мышках, в которых они перевоплощаются вот уже два года. Идея этой игры зародилась одним зимним вечером возле камина. Была ужасная снежная буря, из-за чего семейство Хафнеров разместили на ночь в поместье Гроссмэнор. Родители, конечно же, разговаривали и играли в карты, шарады и другие взрослые скучные игры. А наша компания с детскими шалостями, которые затуманили их головы, захотели развлечься по-настоящему – так, как это умеют делать дети, только эти трое оказались достаточно заурядными. Даже в свои пятнадцать Эллис не смог придумать ничего лучше и поддался двенадцатилетней сестре. Обычная игра, в которую ребята заручились играть лишь раз в месяц.

Из команды выбирался один кот, целью которого было не просто схватить мышь, но и «запереть» в определенной локации, которая выбиралась в день игры. У мышек были обусловленные норки, в которых нельзя было прятаться дольше одной минуты, а кот не имел права стеречь мышь и шел на поиски другой. «Норками» служили обычно четыре комнаты из всего огромного поместья, которые тоже выбирались каждый раз заново для интереса. Также в игре был «сыр», который мыши не могли игнорировать. Обычно ребята брали мелкие игрушки взамен настоящей еды. Кот может положить «сыр» и спрятаться неподалеку, а мышь должна быть крайне осторожна, чтобы вовремя убежать. Такую уловку кот мог использовать только два раза за игру.

Игра и правда проходила каждый месяц. Даже любопытно, что за два года ни один форс-мажор не смог повлиять на ее начало. Сейчас семнадцатилетний юноша был выбран котом. Он сидел в библиотеке и ждал того момента, когда на часах стукнет ровно два часа дня. Родители уехали на пикник в ближайшую деревню с милым прудиком, а компания все же уговорила оставить себя в доме одних, конечно же, под присмотром ответственной (очень доброй и прощающей) мисс Гербер. Услышав щелчок минутной стрелки, Эллис резко вышел за дверь и со своим хитрым прищуром начал думать о местонахождении двух мышей. Лично для себя он часто называл их дуэтом крысок, но никогда еще не высказал им это в лицо.

В самом начале игры «мыши» прятались в поместье. Им не разрешалось двигаться с места или укрываться в «норе». Это должно быть не закрытое пространство, чтобы они успели быстро убежать от кота. Часто юноши поражались Кларе и ее умению бегать в платье. К ее везению, юбки у нее были, пока что, не такие уж и длинные. Она еще ничего себе не разбивала, но ушибленные локти и колени тщательно прятала от матушки с папенькой. Когда Ханна Палетт увидела каплю крови на подоле Клары два года назад, то начался настоящий осмотр. А после того, как маленькая мисс все же вставила слово о шипах розы, то обработка пальца заняла минут пять, пока матушка не убедилась, что с ней точно все в порядке. Из-за этих нелепостей прятать свои ссадины Клара научилась искусно.

Игра в кошки-мышки всегда проходила весело. Несколько раз им влетало, но всегда все прощалось. Главы семейств были рады такой дружбе детей. Но в то время, как Оскар Хафнер думал о возможном родстве, мистер Палетт грезил о более выгодной партии для дочери. Во дворце он был знаком с герцогом Томасом Бретснером и его сыном Михаэлем. Михаэль был ровесником Эллиса и часто отзывался о нем в самом хорошем свете, в отличие от Эллиса, старающегося не говорить о графе вообще. Мистер Палетт был уверен, что молодой граф возьмет титул герцога и его любимую Клару себе в жены. Замахнулся он, конечно, высоко, но странно, что его замыслы оказались правдивыми. Но об этом, опять же, немного позже.

Сейчас же поговорим о том, как именно закончить игру, придуманную нашей троицей. С котом все понятно: просто поймал мышей и все. Но вот для убегающих это сложнее всего. Клара не хотела придумывать что-то очень сложное, поэтому, она, долго не размышляя, выпалила то, о чем жалеет практически каждый месяц. Чтобы победить мышам – кот должен сдаться. Должен устать до такой степени, дабы объявить мышей победителями. И, как вы понимаете, это происходило нечасто. За два года кот проигрывал всего пять раз. Первый раз это был Даниэль, который еще мало знал поместье Гроссмэнор. Второй и четвертый – Клара, которая получила самое большое количество синяков в роли кошки. Третий раз Эллис, который просто забыл о важной домашней работе и старался поскорее закончить игру. Пятым разом оказался нынешний момент повествования.

Если вы не знали, то мыши заботятся друг о друге и проявляют эмпатию. Даниэль и Клара за все это время стали отличным тандемом. Полностью слаженная работа и придуманные сигналы. Они не всегда были в паре, но почему-то, сыгрались лучше, чем брат с сестрой или два лучших друга. Шестнадцатилетний юноша любил эту игру. Во время нее он показывал все свои озорливые черты, которые прятал перед родителями и другими людьми. Юный мистер Хафнер только перед друзьями открывался полностью, чему был благодарен не только им, но и судьбе. И был он благодарен за Клару. Нет, пока он смотрел на нее не влюбленным взором. Он видел в ней дружескую опору и человека, с которым можно весело подискутировать на бессмысленные или серьезные темы.

Клара уже слышала шаги брата и посмотрела в сторону укрытия второй мышки. Даниэль аккуратно выглянул из угла основания лестницы и ударил пальцем мочку уха. Они решили, что Клара будет приманкой. Ее заметить легче всего, и она специально укажет на местонахождения своего друга. Как только Эллис заметит Хафнера, Даниэль имеет право бежать вверх по лестнице, а Клара в норку на первом этаже. Они в первый раз пробуют в начале игры прятаться не в разных местах. Этой парочке захотелось больше риска и веселья.

Спустя целый час Эллис поймал только Клару. Сыр сработал, а она так не вовремя подвернула ногу. Еще долгое время ей пришлось сидеть в библиотеке и ждать того, кто войдет первым: кот или мышь. Ее пальцы без особого интереса перелистывали некий роман, а сама она думала о том, как перед матушкой не прихрамывать. Сидя в удобном кресле продолжительное время, ей уже захотелось общества. Она встала и подошла к окну с видом на сад. Где-то вдалеке летала ласточка. Этих птиц полюбила вся троица, видя в них свободных и грациозных существ. «Если бы я была ласточкой, то точно полетела бы искать камень Нептуна или же просто постаралась выжить в небесном просторе». На самом деле Клара часто думала о том, чтобы превратиться в птицу. Как-то раз мисс Гербер рассказала ей легенду о Софи, которая ходила между служанок. Они думали, что она могла заговаривать птиц и обладала маленькими возможностями ведьмы.

У служанок очень богатое воображение. О возможностях ведьмы ходят слухи из-за смерти Софи. Когда люди в поместье услышали громкий девичий крик с улицы, в столовой на обеденный стол упала люстра, которая поломала его на две части. После этого поползли истории о ведьмовском крике Софи, который чудом разбил лишь одну люстру. Но в реале это просто странное совпадение. Люстра была единственной, которую Джоордан Палетт купил у постороннего продавца. Так вышло, что она оказалась немного деформированной у основания из-за чего в какой-то момент не выдержала веса свечей. Она была невероятно дорогой, но это не помешало полностью уничтожить ее после страшного случая.

В момент полного спокойствия, когда девушка наблюдала за человеческой фигурой в саду, дверь в библиотеку отворилась, и Клара вздрогнула от неожиданности. Ведь стоял там не ожидаемый Даниэль. Весь красный и запыхавшийся Эллис смотрел на сестру и улыбался лишь одним уголком губ. Мисс Палетт не нужно было говорить вслух о мышиной победе, она и так прекрасно видела состояние брата. Но этот момент случался так редко, что она распахнула свои зеленые глаза в удивлении, а потом сузила их, поменявшись ролями.

– Что ж, дорогой братец, – она начала медленно подходить к нему. – Я вижу, как ты тяжело дышишь, вижу, что ты в своей берлоге, но только с одной мышью. Так скажи же это.

Она все ближе подходила к брату, пока он смотрел на нее с раздражением. Взгляд проигравшего, но сохранившего достоинство. Это Эллис умел делать превосходно, выдержка после дворцовых уроков была изумительная. Ни одним своим мускулом он не показал, как раздосадован и взбешен. В тоже время игра принесла ему море удовольствия, так что он выпрямился и постарался выровнять дыхание.

– Кот сдается, – медленно проговорил юноша, но увидев неудовлетворенный взгляд сестры, вздохнул и вышел за дверь. – Даниэль, кот сдался. Сдался и больше не в силах за тобой гоняться. Выходи к нам.

Он крикнул это так громко, насколько хватило сил. Уже через несколько секунд довольная мышь поднималась по лестнице. Волосы его были совсем немного взъерошены как после легкого ветра в саду, а ухмылка не сходила с красного лица. Он поднимался и посмеивался, переводя взгляд с лестницы под ногами на Клару.

– Ты так долго не мог признать свое поражение, что я уже успел выпить стакан воды и вернуться обратно, – Даниэль подошел к Кларе и слегка приобнял ее за плечи. – Лучшего дуэта не найдешь, все же жаль, что он распался так скоро. К слову, как ваша нога, мисс Палетт?

– Ох, мистер Хафнер, как видите, я пока не умерла от боли, но готова была от скуки. Как вам удалось так долго бегать от моего дорогого брата, в ваших то туфлях!

– Туфли были неудобными только у вас, мисс.

Эллис все это время стоял и пытался привести себя в порядок. Он начал искать глазами мисс Гербер, которая обычно после крика о конце игры, тут же появлялась рядом со своей подопечной. Но в этот раз она решила устроить для детей свой мини-пикник в саду, поэтому Клара, увидев ее из окна, повела ребят для «сюрприза». Конечно же, Луиза Гербер не надеялась быть рассекреченной, но приготовления были окончены, так что она не расстроилась. После игры ребята сильно проголодались, и пикник на свежем воздухе был как нельзя кстати. Родители должны были вернуться поздним вечером, поэтому у них еще оставалось время для совместных разговоров.

– Мисс Палетт, ваш день рождения ровно через два месяца, что бы вы хотели получить в подарок? – Даниэль, который не позволял себе обращаться к ней по имени при других людях, лукаво посмотрел на Клару. – Я не могу спасти вас от представления ко двору, но с радостью поднял бы вам настроение чем-нибудь красивым.

– Тогда теряется вся интрига подарка, милый друг. Я хотела бы получить от вас нечто особенное, что вы сами выбрали для меня. В такие моменты понимаешь, что подарок был вручен от души. Но вот от тебя, дорогой мой брат, я хочу определенную вещицу, – Эллис спокойно посмотрел на нее, хотя в глазах явно читался вопрос. – Сможешь ли ты достать мне дневник Софи?

Тут уже все удивились и застыли в молчании. Клара спокойно оглядела мисс Гербер и попросила ее уйти на пару минут, что получилось только после долгих уговоров. Она вновь обратила внимание на брата и выжидающе смотрела на него в упор. Даниэль наблюдал за этой картиной и недоумевал больше Эллиса. Ему так и не рассказали о Софи, хотя он собирал в своей памяти обрывки неаккуратно сказанных фраз о ней. Юноша ждал того момента, когда Клара, наконец, поведает ему главную тайну Гроссмэнора.

– Я не совсем понял тебя, сестрица, – после продолжительного молчания и игры в гляделки произнес Эллис.

– Я знаю, что ты меня понял, братец. Мари сказала мне, что когда она прибиралась в бывшей комнате Софи, увидела странное углубление в стене. Ты же знаешь, какая Мари болтушка, но жаль, что не слишком уж любопытная. Она решила не трогать там ничего, дабы не навлечь на себя гнев Софи. Но я помню, как дедушка рассказывал нам о ее дневнике и секретном месте. Он не хотел говорить, где именно оно находится, но уверена, что именно там, – Даниэль слушал внимательно и жаждал узнать для чего Кларе дневник. – Если ты найдешь его и подаришь мне после моего появления во дворце – цены тебе не будет. Ты же знаешь, как я интересуюсь ее жизнью, а тут такая возможность.

Мисс Палетт не сводила зеленых глаз с брата и понимала, что сыр брошен, осталось только, чтобы мышь попалась в ловушку. Глубокий вдох и медленный выдох. Эллис был сбит с толку, но показывать это категорически не хотел.

– И ты хочешь, чтобы я сделал это без шума? – Клара быстро кивнула и дружелюбно улыбнулась. – Я это сделаю, но не обещаю, что получится. А если и получится, то ты будешь не вправе отказаться от любой просьбы к моему дню рождения.

Клара радостно обняла брата. Теперь ей не придется самой возиться с этой стеной и дневником. Мышеловка захлопнулась.

Распустившаяся роза

Прошло уже два месяца со странной просьбы Клары. В середине августа она празднует свой четырнадцатый день рождения, в ожидании неловких ситуаций, которые произойдут с ней во дворце. Ее шестнадцатилетний друг уже выбрал ей подарок и с нетерпением ждал вечера, когда сможет подарить его. Но не только подарок его волновал. Даниэль также хотел узнать, как все пройдет во дворце. Он никогда там не был, но очень хотел рассмотреть морские пейзажи на картинах в королевской галерее.

На самом деле, Эллис тоже подготовил подарок. Он пробирался в комнату Софи несколько ночей, пока не нашел то углубление в стене. Оказывается, что его просто заклеили новыми обоями и завесили картиной. Мари заметила его совершенно случайно, когда снимала маленькую картину, чтобы протереть со всех сторон. Она поняла, что обои немного проваливаются внутрь и повесила картину обратно, спеша убраться из комнаты. Эллис же не спрашивал Мари о местонахождении и искал сам, дабы не вызвать подозрений. Когда он нашел, то понял, что у него нет тонкого ножа или лезвия, чтобы аккуратно сделать надрез в обоях. Ему пришлось раз в седьмой идти ночью за этим дневником и на сей раз – успех. Он и вправду лежал там. Эллис не знал, кому нужно было заклевать его обоями, но помнил, что дедушка не хотел, чтобы дневник Софи был найден.

– Мисс Палетт, вам письмо, – к Кларе подошла одна из служанок и протянула запечатанный конверт.

– От кого оно? – она повертела его в руках, но не смогла найти ни единой подписи. – И принес его обычный мальчишка?

Служанка кивнула и постаралась быстро удалиться. Клара ухмыльнулась и поднялась в свою комнату. Как-то раз Даниэль заикнулся, что если захочет послать ей тайное письмо, то сделает все именно таким образом. Но что такого секретного было написано на этой бумаге? Она подошла к столу и вскрыла конверт. На улице было раннее утро и солнце полностью освещало комнату, поэтому Кларе пришлось прятаться от слишком ярких лучей. Развернув лист бумаги и пробежавшись по нему глазами, она невольно улыбнулась.

«Мой милый друг. Я уверен, что вы догадались от кого это письмо, как только узнали, кто его принес.

Во-первых, поздравляю вас с днем рождения и напоминаю, что вы больше не имеете права называть меня старикашкой, говорите так Эллису, он старше нас обоих.

Во-вторых, с нетерпением жду услышать ваш рассказ о том, как вы споткнулись перед королем, чтобы после этого подарить вам восхитительный утешительный подарок. Я ломал голову целый месяц, но все же нашел то, что должно вам понравиться.

Пишу это письмо ради того, чтобы не выглядеть слишком взволнованным перед другими людьми и, конечно же, чтобы поздравить вас как можно раньше. Я уверен, что вы, мисс, сейчас переживаете невероятно сильно, но просто вспомните кто вы. И в тот же час забудьте, напомнив себе обо всех манерах, которым вас учили. Показывайте себя настоящую только при мне и Эллисе, это пойдет вам на пользу, я уверен. И если у вас будет возможность, рассмотрите каждую мелочь на картинах с морским сюжетом, буду вам невероятно признателен. За такую информацию готов платить вашими любимыми сэндвичами с индейкой собственного приготовления.

Удачи во дворце, милая Клара. Не опозорься, прошу»

«Я тебе это припомню, Даниэль Хафнер. Ты только сэндвичами не откупишься», – подумала юная мисс и сразу положила письмо в запирающийся ящик в столике. Она понимала, что за некой издевкой скрывалась поддержка, но сегодня ее платье было теснее обычного, а новые туфли жали так, что порой трудно было ходить. Длинная юбка была такой непривычной, что Клара действительно боялась споткнуться и упасть.

Наша юная роза уже начала распускаться. В свои четырнадцать она выглядела немного старше, чем ее ровесницы, но это смотрелось очень изящно. Пока что ее слегка пухлые щечки оставались при ней и ямочки при улыбке выглядели миловиднее. Она мельком посмотрелась в зеркало и обратила внимание на губы. Обычно они были красноватыми, но сейчас немного побледнели. Если бы на нее так не давил отец, она не волновалась бы ни капли, но ее руки покрылись мурашками при мыслях о падении. Миссис Палетт даже рассказывала дочери, как проходило ее представление ко двору после замужества, дабы привести в порядок чувства дочери.

Вся семья ждала карету, в которой отправятся во дворец. Каждый был в своем лучшем наряде темно-синего цвета семьи с тщательно продуманными деталями. Даже Эллис приоделся, хотя обычно во дворец он пребывал в своей обычной опрятной одежде. Нервничали все, хоть отец и не хотел этого показывать. Боялись какой-нибудь неосторожной фразы от Клары, которая может оскорбить кого-либо, даже не заметив.

Виновница торжества медленно спускалась по лестнице, синий атлас платья переливался при каждом шаге. Карета уже была подана и на первом этаже собралась вся семья. Миссис Палетт начала поправлять пучок в виде розы на голове дочери. Клара услышала, как мама громко втянула в себя воздух, а после повернула ее к себе, посмотрев в глаза.

– Знаешь, сегодня ты невероятно красива. Только убери печать и волнение из глаз, тогда все точно будет хорошо, – миссис Палетт повела дочь к входной двери.

Эллис подставил свою руку сестре и немного убавил шаг. Он шел молча, придерживая ладонь Клары своей. Она поглядывала на него, ожидая, когда он скажет хоть слово, даст напутствие или пошутит, но лицо его так и оставалось строгим. Эллис помог сестре сесть в карету в ее пышном платье и сам зашел следом за ней.

Всю дорогу царило молчание. Можно было услышать, как Клара ритмично постукивает каблуком, а Ханна Палетт сжимает юбку своего платья. Отец и сын смотрели в окно, изредка переглядываясь или смотря на источники шума. В какой-то момент мистер Палетт взял руку своей жены и так они ехали всю оставшуюся дорогу, периодически заостряя слух на стуке колес.

Из окон уже виднелись изящные ворота. Карета подъехала прямо к большой входной двери замка, где стоял дядя Клары и Эллиса. Вильгельм Палетт, брат Тобиаса Палетта, нынешний советник королевской семьи и один из учителей Эллиса. Он лучезарно улыбнулся и подошел к карете, ожидая увидеть своих любимых родственников. Вильгельм родился на четыре года раньше своего брата, а так как он старший, то и право королевского советника присвоено ему.

– А вот и моя дорогая племянница, – Вильгельм подошел к девушке и нежно взял ее за руку. – Поверить не могу, что ты уже так выросла. Помню, как ты маленькая старалась проехаться на брате как на лошади.

Клара мило улыбнулась и взяла дядю под руку:

– Зато теперь я могу ехать верхом на настоящей лошади, а то Эллис был просто отвратительным жеребцом, – она услышала короткое возмущение брата и слегка ухмыльнулась. – Не знаете ли, где все будет проходить?

Девушка немного крепче сжала руку дяди. Он посмотрел на нее ласковым успокаивающим взглядом и повел по коридору. Светлые стены дворца не нагоняли паники, но различные украшения, статуи и картины не давали забыть о значимости встречи.

– Милая Клара, не бойся так. Вся твоя семья знакома с королем и королевой, они не будут смотреть на тебя, как на пушечное мясо, – все остановились возле большой двери, которая разделяла две семьи. – Это королевская гостиная. В ней только король с королевой, которые очень хотят посмотреть на тебя. Честно говоря, я хвалил тебя, только подогревая их интерес.

Бедная Клара испугалась после слов дяди Вильгельма. В ее голове пронесся ураган мыслей. Она начала думать только о том, как не сможет оправдать ожидания королевской семьи, подведет дядю и родителей. Эллис, который понял, что дядя сказал очень неосторожную фразу, подошел к Кларе и положил ладонь на ее полуоткрытое плечо.

– Вы в своем репертуаре, дядя. Даже не заметили, что припугнули ее.

Вильгельм удивленно посмотрел на Клару, переводя взгляд на своего брата. Тот лишь пожал плечами перевел взгляд с брата на жену. Накануне этого дня, Ханна сделала ему небольшое замечание, умоляя не давить на Клару и не смотреть на нее строго. Забавно было наблюдать за серьезным Тобиасом, который то и дело старался смягчить свое лицо и выглядеть более непринужденным.

Вильгельм смущенно прочистил горло и внимательно посмотрел на Клару. Всегда интересно наблюдать за поведением обычно серьезных и сосредоточенных людей, которые попадают в такие ситуации, где больше нужен не ум, а внутреннее эмоциональное ощущение момента. Он взял ладонь племянницы и смущенно посмотрел ей в глаза.

– Я представляю, как ты нервничаешь, но сказал тебе чистую правду. Просто вспомни, какая ты умная девушка, ведь ты же Палетт. Не стоит переживать, мы рядом с тобой, – он заправил ей за ухо совсем маленькую прядку, которая выпала их прически. – Я сам скажу королю, что вы прибыли. Никаких посторонних людей, кроме нескольких слуг. Выпрямись, вдохни и выдохни.

Он отпустил руку девушки, принял серьезный вид советника и подошел к двери. Стража открыла путь в королевскую гостиную, и Вильгельм зашел туда. Клара не слышала, что он говорил, она была погружена в свои мысли и думала только о том, что должна заходить после Эллиса и как правильно поприветствовать королевскую семью.

Шорох ее юбки в какой-то момент стал очень громким, и она полностью сосредоточилась на нем. Но зайдя в комнату и услышав свое имя, девушка резко выпала из своего транса, сделала нужный реверанс и встала прямо, поприветствовав короля и королеву, смотря в пол, пока с ней не заговорят. Гостиная была светлая и просторная. В ней находилось немного картин с морским пейзажем, которые определенно забрали бы все внимание Даниэля. Но внимание Клары было обращено лишь на короля с королевой после того, как они поздоровались с ней.

Король был достаточно молод и занял трон всего год назад, когда его отец скончался от старости. Он был не слишком симпатичным, но что-то в его лице и фигуре привлекало. Они были утонченными и нежными, но в тоже время чувствовалась некая сила. Королева наоборот была крайне привлекательна. Являлась она принцессой соседнего королевства, что было приятным бонусом, так как брак заключался не по расчету. Она была свежа и очень мило улыбалась Кларе, немного поглаживая округлившийся живот.

Наша юная роза присела на небольшой диван рядом с братом и медленно выдохнула. Король с королевой мягко смотрели на девушку, которая только и ожидала начала разговора. Но говорили пока что только Тобиас и Вильгельм, редко подключая миссис Палетт.

– Эллис, граф Михаэль спрашивал на счет тебя, – неожиданно обратилась королева. – Он сейчас во дворце и хотел встретиться с тобой. Не хотел бы ты сходить и проведать его?

– Прошу прощения, ваше Величество, но я сейчас больше нужен моей сестре. Надеюсь, что граф Михаэль не будет сердиться и не откажется от встречи в другой день, – Эллис невозмутимо произнес отказ, что только вызвало облегчение у Клары.

Королева Маргарет очень по-доброму посмотрела на юношу и снова положила руку на живот.

– Вам повезло с братом, мисс Палетт, – Клара немного вздрогнула и посмотрела королеве в глаза, – Вильгельм говорил, что вы умны для своих лет, чем вы увлекаетесь, дорогая?

– Всем, что следует освоить любой девушке моего положения, – королева немного опустила уголки губ, ожидая честный ответ. – Но особую любовь я питаю к стратегическим играм. Не уступаю Эллису в шахматах. Так же люблю историю и птиц. В особенности отдаю предпочтение художествам.

После ответа девушки королева Маргарет немного задумалась и уже хотела что-то сказать, но вдруг король, окончив свою беседу с советником, неожиданно обратился к Кларе.

– Я тоже люблю птиц: изучать и наблюдать. Хорошо, что наша природа располагает к разнообразию видов, – король посмотрел в зеленые глаза Клары и присел немного поближе, потирая свое колено. – Какая ваша любимая птица, мисс Палетт? Я вот развожу соколов.

– Ласточки, ваше Величество. Эти птицы всегда завораживают мой взгляд. В особенности, когда летят над морем.

– Любите морские пейзажи?

– Да, ваше Величество. У нас есть сад, откуда самый прекрасный вид на море. Наш друг Даниэль Хафнер признал этот вид великолепным, а он очень избирателен в морских пейзажах.

– Избирателен? – переспросила королева Маргарет.

– Именно избирателен, ваше Величество. Он очень любит морские пейзажи и картины с морским сюжетом. Он часто рассказывает какие-то интересные факты про море, ваше Величество. Его дедушка бывший мореплаватель и он часто учил Даниэля, как управлять кораблем и как не погибнуть в море, а полюбить его.

Из-за нервов Клара совсем забылась и начала говорить не о себе или семье, а о своем милом друге. Королева грациозно протянула руку мужу, он быстро встал и помог ей самой подняться. Королева Маргарет подошла к нашей юной леди и мягко по-матерински посмотрела на нее.

– Может быть, вы хотите прогуляться со мной в саду, мисс Палетт?

Клара занервничала, но встала и, мимолетно посмотрев на Эллиса, кивнула.

– Конечно, ваше Величество, я с пребольшим удовольствием прогуляюсь с вами.

Ласково взяв Клару под руку, королева медленно повела ее к выходу. Практически сразу король Романд начал обсуждать торговлю с оставшимися мужчинами в комнате. Клара вновь заострила внимание на шелесте юбки, только на этот раз не своей. Шелковое платье королевы звучало по-особенному мягко, девушка сразу огорчилась, что они не пригласили матушку на прогулку, что было бы логично. Из мыслей Клару вырвал солнечный свет в саду. Они вышли на прогулочную дорожку, оставляя стражу на некотором расстоянии от себя.

– Что ж, милая Клара, могу я к тебе так обращаться? – Клара посмотрела не нее и быстро вымолвила свое согласие. – Может, расскажешь мне больше о юноше, который так завладел твоими мыслями при упоминании моря?

– Вы хотите знать о Даниэле Хафнере, ваше Величество? Разве он может быть интересен кому-то, кроме нас с братом, – королева звонко засмеялась и посмотрела на девушку.

– Почему ты думаешь, что он интересен только вам с братом?

– Мы его единственные друзья, ваше Величество. С нами он проводит большинство своего свободного времени, – она немного задумалась и посмотрела на свою руку. – При нашей первой встрече я назвала его стариком из-за слишком сильного официоза. Он до сих пор мне это припоминает, хотя это было сказано двенадцатилетней девочкой, которая не умеет держать язык за зубами.

– Хафнеры довольно известная фамилия в нашем королевстве. Я живу здесь не так и давно, но уже много чего успела узнать. Я как-то видела их в театре, когда Оскар Хафнер и его сын разговаривали с Вильгельмом. Мой дорогой Романд рассказал тогда историю их появления в городе, – королева подошла к клумбам с различными сортами роз и дотронулась желтого цветка. – Вот мне и интересно, какой из себя Даниэль Хафнер, раз он стал другом такого человека как Эллис. И вы с ним, наверняка, близкие друзья.

– Совершенно верно, ваше Величество. Мы с Даниэлем очень хорошие друзья, хотя иногда и любим поспорить, – Маргарет лукаво посмотрела на Клару и ухмыльнулась. – Он старше меня на два года, но разницы я практически не чувствую. Юные джентльмены в таком возрасте часто показывают себя с глупой стороны.

Клара думала о своем друге и смотрела на алые розы. Она вспомнила, что для нее он подобрал особый подарок, который хотелось быстрее рассмотреть. От мыслей о письме ей стало тепло на душе и как-то спокойно. Королева снова взяла Клару под руку и направилась дальше.

– Может, ты хочешь посетить в королевскую галерею? Мне кажется, что твой друг мог попросить тебя об этой услуге.

– Вы вновь оказались правы, ваше Величество. Мистер Хафнер попросил меня о детальном изучении и пересказе картин с морским сюжетом.

– Да, милая Клара, таких картин у нас много, запомнить все будет крайне сложно. Поэтому у меня есть другая идея, – она выдержала небольшую паузу и попросила Клару сесть на скамейку. – Прости, с каждым днем становится все сложнее долго двигаться. Так вот. Я знаю, что больше придется твоему другу по душе. Я уже упомянула, что картин с морскими пейзажами у нас достаточно, поэтому многие просто лежат в отдельной комнате, собирая пыль. Там, конечно же, не находятся шедевры, написанные великими художниками, но есть множество интересных и завораживающих маленьких работ. Может, ты хотела бы привезти подарок?

Лицо девушки засияло, а в глазах читался восторг и некое смятение. Королеве понравилась юная мисс Палетт, в какой-то степени, она видела себя семь лет назад. И ей, почему-то, захотелось порадовать эту премилую девушку, которая старалась выглядеть взрослой и которая еще не научилась осознавать свои чувства. Даже Маргарет сравнила девушку с розой. Цвет ее губ наконец вновь приобрел красный оттенок, а волосы красиво отливали медным блеском на солнце.

– Это невероятно щедрый подарок, ваше Величество. Смею ли я?

– Глупости, милая Клара. Если бы не смела, то предложения такого от меня не поступило бы. Единственное, что я прошу взамен – рассказать мне потом о его реакции с каждой мелочью, – королева Маргарет подозвала к себе одного из стражников, который помог встать обеим дамам, а потом также быстро удалился. – Что ж, моя дорогая, пойдем, выберем картину, а после вернемся в гостиную. Уверена, что все там с ума сходят.

Две леди уже подходили к дверям, как из них вышел юноша семнадцати лет. Волосы его напоминали ночное небо – темные, но с каким-то интересным оттенком. Клара сразу отметила его красоту. Черты лица были такими правильными и четкими. Она подумала, что даже Даниэль, не так красив, а для Клары он был практически идеалом мужской красоты. Глаза юноши были светлыми, она даже не сразу поняла, что это за цвет. Но после того, как он с королевы перевел взгляд на нее, она поняла, что они были мятно-голубыми и заметно контрастировали с короткими темными волосами джентльмена.

– Королева Маргарет, рад вас видеть, – он вновь перевел взгляд на Клару, которая была сильно ниже него.

– Граф Михаэль, и я рада вновь лицезреть вас, – королева, посмотрев на Клару, представила ее и пристально наблюдала за тем, как Михаэль обращается с ней. – Прощу прощения, но мы спешим, король и семья Палетт ждут мою спутницу. До свидания, граф Михаэль.

Молодой человек отвесил поклон и попрощался с дамами, после чего обернулся посмотреть на Клару еще один раз. Маргарет вела юную мисс в галерею, не роняя слов. Видно было, что она глубоко о чем-то задумалась, чем сильно смутила Клару, которая только и делала, что молча молила королеву сказать хоть что-то. Но всю дорогу до нужной комнаты Маргарет лишь смотрела перед собой, часто замедляя шаг.

Наконец они пришли в маленькую темную комнату, где хранилось, по меньшей мере, картин восемьдесят. Королева глубоко вздохнула, и выражение ее лица вновь стало мягким и дружелюбным. Она повернулась к Кларе и лучезарно улыбнулась.

– Вот, моя дорогая, можешь выбрать любую из картин. Думаю, никто против не будет, а если и будет, то противостоять королеве сложно. Я буду в галерее на одном из пуфиков, можешь не торопиться, – она погладила Клару по плечу и ушла из комнаты.

Клара осталась совсем одна наедине с полотнами. Она стояла несколько минут, оглядываясь и думая, что именно хочет подарить Даниэлю. Глаза разбегались, но она подошла к месту, где стояли средние картины, которые спокойно можно было держать в руках. Она нагнулась и начала перебирать холсты. Внимание привлекла прямоугольная картина с прекрасным закатным солнцем, выглядывающим из-за гор. Оно отражалось на мокром песке, а волна, закрутившаяся в идеальную спираль, которая уже почти слилась с остальным морем, была готова накрыть камни, которые находились на морском береге. Девушка разглядывала картину продолжительное время, думая: искать что-то с кораблем или подарить то, что так заворожило ее саму. Но еще раз посмотрев на солнце, она прижала картину к груди и вышла из комнаты.

Королева Маргарет одобрила ее выбор и повела обратно к семье. Они еще часа два находились в королевской гостиной, после чего уехали, так как в скором времени должны были встречать гостей. Вильгельм пообещал, что тоже приедет и подарит своей племяннице особенный подарок. Королева Маргарет обняла Клару и пригласила ее посещать дворец как можно чаще. Самой Кларе стало интересно, почему она так понравилась королеве и не из вежливости ли с ней так обращаются. Но Маргарет на самом деле полюбила эту девушку. Она напоминала ей не только себя саму, но и ее младшую сестру, которая скончалась от болезни в возрасте тринадцати лет. Королева неосознанно привязалась к Кларе, желая большего общения с ней. Король устало выдохнул и сел рядом с женой, запрокинув голову назад. «Дела, я должен заняться делами».

Море, запечатанное в сердце

Все приготовления к празднику были завершены, и Клара с нетерпением ждала гостей, в особенности одного юношу. Она сидела в библиотеке рядом со своим братом, который открыл новую книгу от дяди Вильгельма. Эллис изредка поглядывал на сестру, стараясь понять ее осознанный взгляд в пустоту.

Глаза девушки были направлены в одну точку, но вот мысли носились в ее голове, как волны во время шторма. Она вновь переживала все мгновения во дворце и пыталась понять, когда лучше подарить подарок своему другу. Клара уже оставила картину в библиотеке, куда хотела отвести Даниэля. Своя комната для этого точно не подходила, слишком уж Мари болтлива; ее хобби – делиться сплетнями и оно явно может сыграть с Кларой злую шутку. Вдруг в дверь постучали, что вывело обоих Палеттов из своих мыслей. Служанка попросила их спуститься на первый этаж к матери.

Эллис помог Кларе встать, и она взяла его под руку. Они шли медленно, немного оттягивая момент встречи с мамой.

– Клара, ты все думаешь, что могла сделать не так утром? – она кивнула и стыдливо опустила глаза.

– Знаешь, братец, королева Маргарет невероятно мила, но почему именно ко мне? К девушке, которую впервые увидела только сегодня?

– Глупая. Осторожнее с платьем, ступеньки. Иногда ты невероятно проницательная, но сейчас не понимаешь ничего. Никогда у тебя такого не было, что с первого взгляда, лишь с одной фразы, человек смог запасть тебе душу? – Клара медленно покачала головой. – Случится еще, милая сестра. Мне кажется, что Даниэль… Думаю, кажется.

Лицо Эллиса все время оставалось невозмутимым и спокойным, но при упоминании своего друга, какой-то мускул его руки дрогнул, и Клара посмотрела на брата. Но он не обратил внимания, лишь позвав матушку. Первым делом Ханна поправила прическу дочери, распустив нижние волосы и немного переделав верхний пучок.

– Совсем скоро прибудут гости, так что будьте поблизости. И, милый мой, – матушка посмотрела на сына и немного улыбнулась, – умоляю, не запирайся в комнате, побудь с гостями больше получаса.

– Да, мам.

Эллис стоял ровно, не показывая своих чувств. Клара посмотрела на него своим самым добрым взглядом, стараясь поддержать брата. Она знала, что быть в обществе малознакомых и фальшивых людей для него – личный ад. К роли советника ему придется долго привыкать. А фальшивых людей в высшем обществе, как рыбы в море. На день рождения была приглашена одна семья, где дочь всего на полгода младше Клары. Но жизненные ценности и восприятие мира различаются кардинально. Они даже не могут поговорить друг с другом. Эта девушка ближе к служанке Мари, с которой они могли бы обсудить все сплетни города.

Ханна Палетт закончила колдовать над прической дочери и оставила брата с сестрой вместе. Они вновь переглянулись, после чего Эллис подал руку Кларе. Она осторожно протянула свою, и он повел ее в свой кабинет. Раньше он не водил сестру в эту комнату, она была там всего пару раз, когда пряталась во время игры. А после этого еще и получала словесный подзатыльник. Эллис завел сестру в комнату и закрыл дверь, после чего указал на мягкое кресло, куда Клара и села.

Он начал проходить к своему столу, иногда глядя на книги, которые оставил после обучения. Клара следила за движениями своего брата, ощущая себя не очень уютно в его кабинете. В помещении только и был слышен звук стука по дереву и шелеста страниц. Эллис взял какую-то книжку в кожаном переплете и грациозно подошел к креслу. Девушка с интересом смотрела на то, что было у Эллиса в руке. Она догадывалась, но ждала подтверждение от брата.

– Я выполнил твою просьбу, дорогая сестра. Это было трудновато, но что не сделаешь ради твоей улыбки, – он нагнулся и протянул потертый и выцветший дневник. – Мне, конечно, очень любопытно, что ты нам вычитаешь, но в тоже время знать не хочу. Дедушка не просто так не хотел, чтобы его нашли.

– Дедушка просто не хотел видеть то, что напоминало о его сестре, – Клара провела рукой по переплету и посмотрела на брата, который все ждал ее реакции. – Как я тебе благодарна, милый Эллис. Этот подарок один из самых лучших.

Она встала и обняла брата, приподнявшись на носочки. Он нежно похлопал Клару по спине, после чего отпустил и посмотрел в глаза.

– Только прочитай его после праздника, а то никто из гостей тебя так и не увидит, я уверен в этом.

Клара рассмеялась и выбежала из кабинета. Она быстро помчалась в библиотеку, дабы спрятать дневник в то же место, где находится картина. Она думала о том, чтобы поведать сегодня своему другу о главной загадке поместья Гроссмэнор. Девушка уже и забыла, что будут другие подарки, ее сознанием завладела Софи. Клара была слишком взбудоражена и не хотела читать его одна.

Почти дойдя до дверей библиотеки, она столкнулась с мисс Гербер, которая выглядела слишком грустной. Как бы гувернантка не пыталась скрыть свои чувства, у нее плохо это получалось. За столько лет она уже успела привязаться к Кларе и полюбить ее. С подопечной Луизе повезло: она обращалась с ней уважительно и никогда не показывала свой высокий статус, относясь к своей гувернантке больше как к родной тете.

Грустно было осознавать, что Кларе больше не требовались ее услуги, и мисс Гербер придется в скором времени покинуть дом Палеттов. Луиза держала в руках маленькую коробочку, аккуратно перевязанную бирюзовой ленточкой. Девушки посмотрели друг на друга, и Клара в один миг все поняла. Она увидела глаза близкого человека, которые были невероятно печальны.

– Здравствуй, ласточка, – мисс Гербер мягко улыбнулась и потрогала локон подопечной. – Какой же прекрасной женщиной вы растете. Мне кажется, что не одно сердце еще будет трепетать от вашей улыбки. Чтобы подчеркнуть красоту ваших глаз я приготовила подарок, который будет напоминать вам о вашей добродушной гувернантке.

Луиза протянула милую коробочку и все никак не могла поднять глаз. Клара приняла подарок, но не решаясь его открыть. Она только сейчас по-настоящему осознала, что ей придется расстаться с человеком, который заботился и обучал ее с самого детства. В одной руке она держала дневник, а в другой коробочку, думая, что же ей следует сказать.

– Может быть, мы пройдем в библиотеку? – Клара с надеждой посмотрела на Луизу и, услышав положительный ответ, пропустила гувернантку зайти первой. – Давайте присядем на диване и поговорим.

Клара отложила дневник в тайное место, после чего быстро вернулась, чтобы сесть рядом с мисс Гербер. Она смотрела на коробочку, которую ей дала гувернантка. Молчание царило несколько минут, но казалось, что часов. Вдруг Клара начала распускать аккуратный бантик, чтобы, наконец, увидеть подарок, подготовленный с такой любовью. На бархатной подушечке были серьги. Красивые серьги, с розами на конце серебряной цепочки средней длины. Они были из красного стекла, а на самом основании были маленькие камни. Мисс Гербер специально подобрала лазуриты.

– Я хотела подарить вам что-то особенное, поэтому делала на заказ. Они не слишком длинные, но в волосах могут запутаться, так что аккуратнее, хорошо?

На глазах Луизы выступили слезы. Клара отложила коробочку с подарком и крепко обняла гувернантку. Осознание того, что она не услышит больше ее рассказов перед сном, делало еще больнее.

– Поможете мне их надеть? – Клара подала коробочку мисс Гербер

– Конечно, милая, конечно.

Они сидели молча, пока Луиза Гербер возилась с застежкой. Из-за пелены слез, она не могла нормально застегнуть серьги, но юная роза смирно ждала.

– Я так благодарна вам за все, что вы мне дали. Пообещайте, что мы будем видеться. Часто видеться…

– Конечно, милая. Как же я смогу прожить без вас хоть пару дней, – мисс Гербер закончила с сережками и взяла Клару за руки. – Ваши родители уже нашли мне работу у одной обеспеченной семьи с маленькой леди. Они специально подыскали поближе и побогаче. Я им благодарна, но как же вы будете без меня. А как я буду без вашего любопытного носа?

Клара усмехнулась и сжала руки гувернантки еще крепче. Луиза вновь хотела что-то сказать, но тут в дверь постучали. После тихого «войдите» в дверях появился Вильгельм Палетт. Он выглядел возбужденным, а после взгляда на Луизу немного смутился, ожидая видеть только Клару. В его руках находилась массивная коробка, которая была упакована немного небрежно.

– Я не хотел мешать вам, дамы, – Вильгельм прочистил горло и невозмутимо оглядел комнату. – Могу удалиться, если я не вовремя.

– Нет, мистер Палетт, не смею задерживать нашу именинницу, – Луиза встала, после чего главный советник короля медленно кивнул головой и с неохотой отодвинулся от двери, чтобы пропустить Луизу.

Клара, внимательно наблюдавшая за этой картиной, проводила гувернантку взглядом, после чего удивленно вскинула брови. Вильгельм же сел рядом с племянницей.

– Жаль, что она уходит из этого дома. Каждый раз, когда я скучал один в этом поместье, она коротала мое время беседой, – он закрыл глаза, глубоко вздохнул и слега улыбнулся, вновь взглянув на Клару. – Итак, моя любимая племянница. Я часто любовался твоими пейзажами маслом, но думаю, что тебе пора рисовать то, что хочется именно тебе. Честно признаюсь, Эллис мне помог с подарком, но только напомнив о твоей любви к птицам. А мне кажется, что рисовать птиц лучше акварелью, – Вильгельм взял коробку и положил на атласное платье. – Открой.

Клара распустила ленту. Этот ритуал она еще много раз повторит за сегодняшний день. Она аккуратно развернула бумагу, в которую была упакована коробка из красного дерева, закрывающаяся на металлическую защелку. Именинница открыла ее, предварительно посмотрев на спокойное лицо дяди, волнение которого выдавали напряженные уголки губ. На дне коробки была палитра акварели, которая выглядела изумительно. А на другой внутренней части были прикрепленные кисти, основание которых также было из дерева. Подарок был невероятно дорогой и красивый, но Клару тронуло то, что дядя выбрал по-настоящему ценный подарок. Он выбрал его, ориентируясь на ее интересы, а не на моду в обществе.

– Вы впервые так угадали с подарком для меня, дядюшка, – Вильгельм немного растерялся, – мне очень нравится, спасибо большое.

– Впервые?

Клара осознала, что именно было сказано, и прикрыла рот рукой.

– Ох, дядя, я не об этом. Вы же сами знаете, что для Эллиса подарок легче подобрать, ибо ваши интересы схожи. Я же немного другой случай. Мне нравятся ваши подарки, но раньше они больше подходили для моего брата, – глаза главного советника забегали, вспоминая подаренные вещи. – Но вы поняли механизм, не так ли? Просто спрашивайте у Эллиса. Спасибо еще раз, но пора бы спускаться к матушке.

Мистер Палетт помог встать племяннице с мягкого дивана. Клара положила свой подарок к дневнику и картине, после чего быстрым шагом вышла из �