Клан Борзых: Приёмыш. Том 2

Глава 1

Шш-уу-ии-ИИ-БАМ! Грохнула встроенная в руку твари рельсовая пушка, и снова ушла в перезарядку. Бункер вздрогнул и завибрировал, трещина на стене ещё расширилась на пару сантиметров, расползаясь уже от пола третьего этажа до середины потолка. И надо благодарить всех богов, что тварь не додумалась раскидать тела и не спустилась к первой батарее, чтобы долбить стену там.

Серый гигант, весь покрытый пластинами брони, с аугментациями, заменившими ему большую часть туловища и все конечности, смотрел своими четырьмя глазами в одну точку, которую продолжал долбить раз за разом. Глубоко спрятанная в шейные пластины голова, от которой наружу выглядывали только фиолетовые зрачки, даже не шевелилась.

«Сколько ему понадобится времени, чтобы пробиться внутрь?» – мысленно спросил я у системы автономного развития.

«О таком надо интересоваться у строителей или, по крайней мере, инженеров. Минут двадцать? Возможно, меньше».

Шансов, что монстр остановится просто так, оказавшись на верхнем этаже и не обнаружив никого из живых, не было. И оставалось только гадать, что привлекло Старшего техно-зомби в наше расположение.

Может, мои неумелые попытки подчинить себе дронов. Может то, что мы сумели знатно потрепать ряды Бедствия, наводя артиллерию на элитных тварей, и сами прикончили десятки из них. А может то, что в недавней схватке я умудрился не только выжить, но и окончательно упокоить одного из Старших-паразитов, захвативших этот бункер.

Разницы нет. Эта тварь идёт за нами, а значит, нужно выбираться.

– Сколько времени нужно, чтобы перетащить снаряды? – взяв Михалыча за плечо и наклонившись к самому уху, спросил я.

– Часа два ещё, минимум, – всё поняв, шёпотом ответил инженер, ставший у нас завхозом. Сейчас всё хозяйство передового капонира держалось на нём одном.

– Нет у нас столько времени, – пробормотал я, вновь выглядывая в ствол пушки, но ничего не изменилось. Тварь продолжала добить стену с настойчивостью отбойного молотка. Вот только делала она это из рельсовой пушки, и будь у нас хоть чуточку менее прочные стены, уже оказалась бы внутри!

«Можно попробовать зарядить пушку, которая на него смотрит, и всадить максимальный заряд», – достаточно чётко, чтобы Сара могла понять, что это не просто рассуждения, подумал я.

«У штурмовых модификаций киберов распределённая система мышления и несколько центров принятия решений. Даже если тебе удастся попасть точно в голову и пробить броню, он не умрёт. Возможно, немного замедлится, но и только», – ответила Сара, ещё недавно сама бывшая технологическим паразитом, пытавшимся захватить моё тело. Но у неё не вышло, и она даже смирилась. Кажется.

Мне повезло, дважды. Вначале спасённая княжна решила, что моя жизнь стоит дороже «дара», за который погибли десяток разведчиков, и отдала его мне. А затем Обелиск, охраняющий Москву от окончательного падения, адаптировал техническую начинку нейрочипа так, что она не могла мне навредить.

Но теперь за это везение приходилось расплачиваться, сидя на передовой. Хотя скорее уже в глубоком тылу противника, ведь большая часть соседних бункеров, если не все, пала. Подземную крепость пришлось взорвать, чтобы не дарить удобный плацдарм врагу, а Несокрушимый шагающий форт отошёл к стенам города. Ну, зато понятно почему его так зовут – быстрые ноги драки не боятся.

– Сейф обчистили? Всё ценное забрали? – спросил я, и Белков утвердительно кивнул. – Хорошо, тогда уходим. Возможно, увидев, что тут никого нет, тварь не станет тратить время дальше.

Михалыч кивнул ещё раз, и мы аккуратно спустились на второй этаж, заперев за собой люк. Вот тоже плюс – проход, достаточный для одного человека, но пробивающий себе проход гигант в лаз никак не влезет. Разве что оставит по пути половину брони.

– Что делать будем, вашбродие? – уточнил Белков, когда мы остановились на втором этаже. – Нам бы ещё часик, лучше полтора… и мы всё перетаскаем.

– Перегородки между этажами по полтора метра, если строители нигде не накосячили. Пробиваться будет через каждую минут пятнадцать. Так что полчаса у нас точно есть… главный вопрос: зачем он здесь и что мы можем сделать.

– А какая разница? Тварь есть тварь, – угрюмо проговорил Белков. – Делать-то что? Продолжаем выносить?

– Да, – кивнул я, задумавшись, но, когда завхоз уже собирался уходить, поймал его за плечо. – Я здесь ещё осмотрюсь, а ты передай, чтобы пришёл библиарий и захватил с собой кого-то, кто во взрывчатке понимает.

«Если бы нам удалось скачать информацию с чипа Старшего, это была бы я», – чуть обиженно проговорила Сара. Напомнить ей, что мы чуть не сдохли в процессе, и едва сумели выкрутиться благодаря зачарованным патронам и щедрости Жанны, инквизитора, что вручила мне пистолет и должность комиссара, я не стал.

Михалыч ушёл, а я остался на этаже, пытаясь придумать, как можно прикончить опасную тварь. Самое простое решение – взорвать здесь всё к чертям, вместе со Старшим. Но если этот монстр в состоянии пережить прямой выстрел из пушки, то что ему сделается от ударной волны?

Поглощённый своими мыслями, я даже не заметил, как к мерному звуку ударов и треска стен добавился новый – едва заметная трель. Зато это отследила Сара, увеличила громкость, и я тихо выругался – звонил телефон на третьем этаже. Откуда звонили тоже догадаться было несложно. Единственное, с чем ещё соединён этот бункер, – наш капонир, а значит, звонил оставшийся в штабе Кирилл!

– Вот же жопа ленивая, – не сдержавшись прошептал я сквозь зубы. – Сказано же было – ногами прийти. Где тут коммуникации?

«Хочешь перерубить провод? Боюсь, не выйдет. Они спрятаны глубоко в стенах», – ответила система, отмахнувшись. – «Но ты можешь добраться до распределительного шкафа рядом с громкоговорителем. Перехватить сигнал можно там».

«Умница, мне больше и не надо!»

Быстро добравшись до динамика в верхнем углу этажа, я успел поблагодарить и обругать конструкторов одновременно. Поблагодарить за низкие потолки, не пришлось даже искать, на что встать. Обругать – за прочную антивандальную конструкцию. Такую голыми руками не возьмёшь. К счастью, я порожняком давно не хожу.

Вытащив кинжал, быстро выкрутил болты на лицевой панели. Хотя увидела бы меня сейчас Ольга, точно обругала или вовсе посчитала сумасшедшим. Использовать благословлённое оружие словно рабочий инструмент – это вполне тянет на святотатство. Думаю, и у Жанны нашлось бы пара ласковых на эту тему.

Поднатужившись, вытянул наружу динамик и тут же оборвал провода. Да только телефон продолжил трезвонить… Ух, молодцы, на совесть делали, распараллелили, нормально вывели независимую часть… нет чтобы накосячить именно здесь? пришлось встать на цыпочки и бить кинжалом по проводам, идущим глубже.

«Есть! Сигнал потерян», – довольно констатировала Сара через десяток ударов.

«Ты отслеживаешь тварь наверху?» – тут же спросил я.

«Нет, после того Старшего я полностью изолировала себя от сети. Из дронов остался только Пак, но он получает данные при контакте. Могу показать данные на основе твоих чувств», – ответила система, дополняя моё зрение картинкой от источника шума. Пространственное мышление – хорошо, но визуализация того, что ты только слышишь или осязаешь – куда удобней и нагляднее.

И всё же строили выжившие на совесть. Техно-зомби уже проломил часть стены, но пробраться внутрь не смог. Было слышно, как он пытается разломать одну секцию стены за другой, но они не поддаются, в результате чего ему приходилось разбивать их по очереди, а после этого вырывать арматуру и мелкую сетку.

– Кажется, с часом я погорячился, может у нас и два есть… – задумчиво проговорил я, и в этот момент по бункеру прошла ударная волна. – Отлично, накаркал.

– О, ты тут, старшой, – услышал я довольный, хоть и напряжённый голос Василия. – Я к вам его светлость привёл!

– Говори тише, и залезайте оба.

– Выдёргивать меня из штаба, в зону повышенной опасности, крайне нерационально, – Филинов явно злился. – Моя обязанность документировать и сохранять, а не…

В этот момент грохнуло ещё раз, но теперь уже ближе, а затем по потолку покатились крупные обломки.

– Ну вот и всё. Волк в домике, поросятам нужно срочно соображать, что с этим делать. И я сейчас про нас с вами, а не про Секачовых, – сказал я и увидел, как испуганно присел Кирилл, а Василий и вовсе начал посматривать на люк.

– Есть же шанс, что он сейчас осмотрится, поймёт, что никого нет дома, и просто уйдёт? – прошептал Манулов, нервно облизав губы.

– Только на это надеться нельзя. Как и убить его из пушки. Увы, даже если броня не выдержит, и снесём голову, нужно будет, по крайней мере, несколько попаданий. А их нам никто не даст.

– Нужно завалить проход между бункерами! – Кирилл был настроен решительно.

– Не поможет. Он просто поверху придёт, долбить уже наши стены.

– А если пороха натаскать, побольше. Сложить на этаже и, дождавшись, пока он спустится, подорвать? – предложил Василий, постоянно косясь на потолок. В наступившей тишине было отчётливо слышно, как по монолитной бетонной плите ходит тварь, шаря по командному этажу.

– Надо спуститься, – предложил Кирилл, и никто даже не подумал спорить. Ещё минус этаж. Мы остановились на первом, а на нулевом, матерясь и ругаясь, Белков подгонял бойцов, перетаскивающих снаряды. Подойдя к люку, я опустил его, чтобы шум не привлекал внимание монстра. Если у твари такие же способности, какие мне даёт Сара, то он без труда нас вычислит, как только перестанет шуметь сам.

– Порох сам по себе не особо опасен, только когда разгоняет снаряды, – я продолжал осматриваться вокруг.

– Если бы можно было развернуть все пушки на этаже и разом пальнуть по твари, такого даже она бы не пережила, – уверенно проговорил Манулов.

– Мечтать не вредно.

– Это можно устроить. – неожиданно сказал Кирилл. – Забить стволы, открыть затворы и вначале сунуть порох, а потом снаряд. Сила выстрела упадёт вдвое, но можно положить заряд большей мощности, чем обычно.

– Только как мы заставим тварину на месте стоять, да ещё там, где нам надо? – спросил Василий. – Кому-то придётся стать героем.

– Может, и не придётся. Почему он пришёл сюда, в зачищенный бункер, а не к нам?

– Очевидно, ему нужны были не люди, и не наша смерть, – пожав плечами, ответил мне Филинов. – Но что?

– Может, он к дружкам шёл? – неуверенно протянул Василий.

– Твою мать, точно! – я чуть не ударил себе ладонью по лбу, в последний миг сдержался. А то башка пустая – звон бы точно до твари долетел. – Так. Ладно. Мы успеем. Главное, делать всё быстро и тщательно. Кирилл, нам нужно средство, прожигающее броню. Лучше всего термит или что-то похожее. Килограммов десять.

– Хотите сжечь бункер целиком?

– А он сильно эффективен? Нам нужно будет добить раненую тварь, весом в четверть тонны. Если не пригодится – отлично, но я не хочу рисковать. Так что, сумеете сделать термитную смесь?

– Не понадобится. В запасах должна быть готовая, но не больше двух килограммов, – ответил Филинов.

– И два у нас, уже четыре. Отлично, складывается картинка. Брат Кирилл – готовьте смесь. А ты, Вася, наводи все пушки в одно место, вот сюда. Чтобы дальше от входа было.

– А как мы привлечём его внимание? – удивился Филинов.

– Это оставьте на меня. Сейчас займусь, – ответил я, рывком открыв люк на нулевой этаж, и спрыгнул в толчею грузчиков. – Михалыч, мне нужно, чтобы ты работал тише, и ещё кучу всего.

– Да как тут тише, если эти оболдуи постоянно косячат, – чуть не плача проговорил он, сам таща пороховой картуз.

– Значит, выгоняй всех нафиг. Привлечёте внимание твари раньше времени, и все тут подохнем! – сказал я, и завхоз сжал губы в линию. – Ты тела из штаба куда дел?

– В морозилку, к остальным, когда продукты вынесли, – ответил Михалыч. – А то они уже вонять начали.

– Это хорошо. Очень хорошо… – в уме я уже прикидывал варианты. – Так. Мне нужен весь термит, что у нас есть из местных запасов и из наших. А ещё – десяток снарядов и ядер. На первый этаж. И придумай, чем можно будет стволы заткнуть, чтобы давление создать. Всё, я побежал.

– Так это… Сделаю! – вытянулся по струнке Белков, растерянно глядя мне вслед.

«Командуешь хорошо, а мы чем займёмся?» – спросила Сара. – «Приманкой я быть не собираюсь и тебе не позволю – это чистой воды самоубийство!»

«Как хорошо, что у вас нет воображения, а только повторяемые паттерны поведения», – усмехнувшись подумал я. – «Что он ищет? Собрата старшего, который послал сигнал. Значит, мы его ему дадим».

«Но он мёртв! А у нас нет нужных схем, мой уровень аппаратного обеспечения слишком низкий, я не могу им притвориться!»

«А тебе и не надо», – ответил я, забежав в штаб и схватив ожидавшего команд дрона. Разменивать последний рабочий экземпляр на ловушку не хотелось, но погибнуть из-за жадности – это ещё и глупость.

«Перепрограммируй его так, чтобы он дал сигнал SOS по времени. Больше от него ничего не требуется. Приоритет выбирай самый нижний, чтобы не привлекать новых тварей», – приказал я, добираясь обратно. Дрон – единственное, что я не мог доверить другим. Чёрт его знает, как паразит поведёт себя, если сорвётся привязка.

– Куда термит устанавливать? – нервно спросил Филинов, когда я вернулся, таща на загривке порядком воняющий труп Старшего техно-зомби. Понять волнения было легко. За то время пока я бегал, грохот перешёл с третьего этажа на второй. Теперь монстр находился почти прямо над нами, и с минуты на минуту сообразит, что нужно спускаться ниже. У нас было лишь немного времени, пока он проверяет казармы и уборные.

– Прямо над телами, – ответил я, бросив тело заражённого к центру стены. – Вася, сможешь нацелить на него и сделать так, чтобы пушки разом выстрелили?

– Сигнал нужен какой-то… Может растяжку поставить? – почесав в затылке, предложил Манулов.

– Да, так и сделаем, наводи пока. А я пойду обеспечу этому уроду массовку, – ответил я, и прихватив двух бойцов из отряда Белкова, отправился в холодильник. Через пять минут основная сцена была готова.

Тела лежали кучей, я попытался придать им вид будто погибли все в жуткой схватке. Будто люди навалились толпой на одного Старшего и погибли, героически забрав его с собой. Для этого даже пришлось пожертвовать оружием и доспехами, чтобы казалось будто здесь никого не было.

– Всё. Если у него мозгов немного, он увидит то, что мы хотим ему показать, и попадётся в ловушку, – улыбнулся я, отряхнув руки.

– А если нет? Если он не купится на уловку? – мрачно спросил Филинов, только что закончивший крепить взрывчатку к лампе, так чтобы не бросалась в глаза.

– Значит, придётся подрывать туннель, бункер, и надеяться, что тварь завалит обломками, и она не сможет передать сигнал о помощи.

«Я бы на это не рассчитывала», – заметила Сара. – «Нам пока жутко везло, даже сейчас враг стучит не в наши стены. Но бесконечно так продолжаться не может».

«А нам бесконечно и не нужно. Всего две недели осталось», – ответил я и, поднявшись, ещё раз осмотрел ловушку. Крови не хватает, выбоин на стенах, но учитывая плохое освещение, может, заражённому это в глаза не бросится.

– Всё, уходим! Нужно заложить пороховые заряды в туннеле, – скомандовал я, выгоняя всех с этажа. Дождавшись, пока все уйдут, я вынул дрона и разместил его под телом Старшего, активировав сигнал помощи. Но не успел я отойти в сторону, как грохот сверху усилился, а затем я услышал, как титан бежит в мою сторону.

Едва успел спуститься, когда люк между вторым и третьим этажами вспучило от удара. Снаряд из рельсовой пушки не только пробил композитную многослойную броню, толщиной больше полуметра, но и заставил её выгнуться, словно крышку кастрюли.

Дожидаться, пока тварь пробьёт себе дорогу, я не стал, хотя как он будет протискиваться в узкий лаз, было интересно. Хорошо бы, если, спеша на помощь сородичу, он скинет часть брони… но рассчитывать на это не стоит.

– Ходу! Ходу!!! – я активно замахал руками, поторапливая замешкавшихся бойцов, и в этот момент прямо над головой раздался жуткий грохот. А через секунду раздался ещё один взрыв, только в туннеле… Выход, до которого было рукой подать, завалило вместе с бегущими по нему людьми.

Глава 2

– Михалыч, ты как там? – громко позвал Васька, и я не сдержавшись отвесил ему подзатыльник. – За что?..

– Тише будь. Тварь может быть ещё жива, – прошептал я и полез в сторону Белкова. – Не ори, разбирай завал.

– Понял я… – обиженно потирая темечко, проговорил Манулов.

– Живой вроде, – констатировал я, нащупав пульс на шее. Инженера в момент взрыва застало у самого выхода, так что хорошо прошлось и ударной волной, и завалило. Но внешних повреждений я не заметил, даже кровь из ушей не текла. Вполне могло всё обойтись лишь контузией.

– Ты что делаешь? – я едва успел перехватить руки Васьки.

– Так надо вытянуть… – проговорил тот.

– Совсем у вас заводских мозги отбитые? Это не земля, а обломки. Не тяни – выкапывай, – зло прорычал я, раскидывая куски перекрытия.

Михалычу повезло. Он стоял рядом с куском стены, до этого обрушенной выстрелом из пушки, так что по большей части его завалило серым песком – отработкой от старых строений. Наверное, и этот бункер после окончания сезона разберут на куски и пустят в дробилку, чтобы потом засыпать валы и укрепления.

«Наверху происходит движение. Два, нет, три источника шума. Они пытаются пробиться сюда».

«Отслеживай, но не отвлекай», – приказал я, сосредоточившись на том, чтобы разобрать насыпь и не обвалить куски дальше. Каждый раз, когда при извлечении крупного обломка песок начинал осыпаться, приходилось замирать и упираться руками, чтобы Белкова не завалило ещё больше.

Сосредоточившись, я совершенно потерял счёт времени. Сколько прошло? Может, минут тридцать, а может, больше часа. Мы работали молча, на пределах своих возможностей, и лишь тяжёлое дыхание перекрывало доносящийся шорох осыпающегося песка, треск бетонных перекрытий и гулкий стук нескольких ног у нас над головами.

Тварей явно прибавилось. Старший пробил нашу защиту, и теперь толпа заражённых почти беспрепятственно проникла в бункер. Даже если мы сумели прикончить живой таран, теперь у нас было много маленьких проблем вместо одной гигантской. И спасало то, что двери между нулевым этажом, где мы находились, и первым, всё ещё оставались заперты. Но надолго ли?

– Ууу… – простонал Белков, кажется, приходя в себя, и я поспешил прикрыть его рот ладонью. Не задушить бы товарища, в процессе его спасения.

– Тише, тише, – прошептал я, наклонившись к самому его уху. – Не дёргайся, пришёл в себя?

– Я ног не чувствую. Как ватные.

– Спокойно, может, просто сосуды пережало. Пока не видно ничего. Раз очнулся – помогай. Руками разгребай в стороны, пока мы будем сверху убирать.

– Понял, – слабо кивнул Михалыч, и я сильно сомневался, что он и в самом деле в адеквате. Но сейчас отвлечь его от возможной боли и страха утери конечностей было не менее важно, чем спасти жизнь. Иногда психологические травмы самые страшные. Вроде и цел человек, и руки-ноги у него на месте, а внутренний стержень сломался. И ходит такой, ест-пьёт, делает что-то на автомате всю оставшуюся пресную жизнь.

Потому, как бы глупо это ни звучало, даже если тебя завалило, даже если вокруг сплошное дерьмо – сдаваться нельзя. Это худшее, что ты можешь сделать для себя и родных. А значит?

– Тихо, спокойно, работаем, – я был настроен уверенно, а Василий покосился на меня как на психа. Хотя… Может отчасти так оно и было. Но главное, что меня услышал Белков, понял и кивнул.

Восхищал меня этот лысый мужик. Своей простой, но железной целеустремлённостью, своим умением работать руками и неугомонной, можно даже сказать, болезненной работоспособностью – трудоголизмом в чистом виде. На таких людях всегда держались мелкие предприятия и большие фирмы. Хотя, без коммерческой жилки и доли авантюризма они никогда не достигали вершины.

– Вот, уже почти получилось. Уже таз видно.

– Может, попробуем вытянуть? – спросил Василий, с опаской оглядываясь. Уже минут пять за нашими спинами твари долбились в люк между этажами. И это была одновременно хорошая и плохая новость. Хорошая – значит, Старший всё же сдох, иначе он уже снёс бы перекрытие. Плохая – твари не собираются отступать. Что им тут, мёдом намазано? Или они просто пытаются заполнить собой все щели?

«Возможно, после подрыва нескольких укреплений, они получили новую вводную и теперь стараются собрать как можно больше взрывчатых веществ, для прорыва обороны и уничтожения стен», – прокомментировала Сара. – «Я продолжила отслеживать движение, как ты и приказал, и хочу предупредить, что Старший пережил ловушку».

– Как? – вырвалось у меня вслух, но ответа у Сары не нашлось. Да и не особенно сейчас он был важен. Если тварь жива, значит, у неё по крайней мере повреждена рука-пушка. А значит, она не сможет пробиться вниз.

«Это наилучший вариант из возможных. К сожалению, есть ещё несколько. Самый вероятный – штурмовик получит приказ на отступление, а ему на смену придёт другой». – заметила система. – «Существует также ненулевая вероятность получения подкрепления или специализированного копателя».

– Так, ну, почти получилось, – отметая лишние мысли, проговорил я, когда удалось освободить Михалычу колени. Внешний осмотр показывал, что крови нет, но я не мог сказать, опухли ноги или всегда такими были, а значит, и внутреннего кровотечения или перелома не определить.

«А мы можем сделать мне рентгеновское зрение, или что-то подобное?»

«Ресурсов недостаточно. В данный момент приоритет на создание модуля Тишина, секции РЭБ. Необходимо ещё семнадцать грамм нанитов».

«Что этот модуль даёт? Как-то блокирует чужие сигналы?»

«Верно. Модуль Тишина создаёт интенсивные помехи из микроволн, эффективные лишь в небольшом радиусе, но полностью блокирующие любые радиочастоты. Плюсы модуля – дезориентация противников со слабой вычислительной системой, нарушение цепочки командования, блокирование передачи любых сообщений».

«Минусы? От нас будет фонить так, что за сотню километров засекут?»

«Учитывая протяжённость фронта, это не критично. Но это нарушит не только вражеские, но и наши коммуникации. Модуль является обязательной частью системы Светоч, позволяющей контролировать низших и рядовых техно-зомби», – прокомментировала Сара, и заметив, что я сомневаюсь, дополнила: – «Вы обладаете навыками в медицине, достаточными для проведения точной операции на внутренних органах и сосудах? Если нет, то чем вам поможет рентгеновское зрение?»

И в самом деле, чем? Я на мгновение зажмурился, прогоняя из головы лишние мысли. Нет волшебной палочки, так что действовать будем по старинке. Только когда ноги Белкова показались полностью, мы аккуратно оттащили его в сторону и наложили шины по всей длине, от таза до голени.

– Хорошо, – кивнул я, когда убедился, что конечности зафиксированы. – Здесь оставаться нельзя, а голыми руками мы много не наработаем.

– Ты что, старшой, туда хочешь лезть? – с опаской спросил Василий, мотнув головой в сторону люка, из которого продолжали раздаваться мерные удары. Странно. Кажется, их даже меньше стало. А ведь я думал, что тварей набежит тьма. Конечно, старые твари из другого мира не чета новообращённым. У них когти, способные пробить металл, изменённые мышцы и кости – они могут и пробиться. Но время у нас есть.

– Если мы закроемся в туннеле, то рано или поздно воздух закончится, и мы задохнёмся. Да и копать нечем. Остаться здесь – всё равно что в могилу добровольно лечь, – покачав головой, ответил я. – Можем перебраться в подвал, это выиграет нам несколько суток времени. Или пока твари не начнут вскрывать погреб – тоже не вариант.

– И что делать? – растерялся Манулов.

– Копать путь к нашим. Что ещё? Других вариантов у нас нет. Но прежде, придётся вернуться за инструментами. Ты остаёшься здесь, а мы быстро сгоняем, – похлопал я по плечу Белкова, и тот коротко кивнул. – Ноги болят?

– Да… Но это же хорошо, что они болят? Значит, не отнялись совсем, – завхоз слабо улыбнулся.

– Конечно. Значит, нужно отлежаться, и всё нормально будет, – приободрил я мужчину, а у самого всё сжалось. Да, боль может быть хорошим признаком, а может быть симптомом переломов со смещением или внутреннего кровотечения, и в этом ничего хорошего не было.

Единственный, кто ему может помочь – хирург, а единственный на многие километры специалист остался по ту сторону песчаного завала. И в этом тоже крылась большая проблема. Если бы туннель был в сплошной породе, да что там, в грунте – можно было бы попробовать раскопать лаз. Но так как над нами песчаный вал, он продолжит осыпаться, если только мы не укрепим проход.

– Оружие у тебя есть, на крайний случай? – спросил я, и Михалыч помотал головой. К моему удивлению, Василий без всяких просьб вытащил откуда-то из-за пояса крохотный двуствольный пистолет и вручил инженеру. Тот слабо кивнул и сжал пистолет в лапище. – Хорошо. Мы прикроем люк, чтобы до тебя быстро не добрались, но воздух поступал. А ты лежи здесь, никуда не уходи.

– Я постараюсь, – коротко вздохнув, улыбнулся Белков. – Не сдаюсь!

– Так держать, правильный настрой, – похвалил я и достал из кобуры свой пистолет. Как назло, трофейный автомат с разгрузкой я снял, чтобы легче было таскать тела, ружьё бросил как бесполезное и сейчас остался с одним пистолетом. Пять магазинов с мелкими патронами в подсумках на поясе, ещё один запасной в кобуре сбоку. Десяток винтовочных имперских в патронташе и два оставшихся зачарованных в нагрудном кармане, под бронёй.

– Я первый, прикроешь! – приказал я и, дождавшись кивка от Василия, выглянул в коридор нулевого. Тварей пока не было, но судя по скрежету когтей о металл, они решили сосредоточиться на люке с первого этажа. Посчитали, что проще выбить его, чем разворотить бетонные перекрытия? Вполне разумно, к сожалению. Но время пока было.

Прокравшись по этажу, мы спустились в погреб. К счастью, люк закрыть не успели, а то бы пришлось ещё и с замком возиться. И только оказавшись внутри, я сообразил, что понятия не имею, где и что находится. Хотя учитывая творящийся бардак, даже у Михалыча спрашивать не имело никакого смысла.

Вначале тут побезобразничали заражённые, вынося порох для подрыва туннеля, а потом ещё и наши добавили, спеша вынести всё, что не приколочено гвоздями к полу. Времени на это не хватило. Так что добра осталось половина этажа, но валяющееся было почти невозможно систематизировать. Почти.

– Ищем инструменты, полки, доски и подпорки. Ящики пустые обязательно бери.

– На кой нам пустые ящики? – ошарашенно уставился на меня Васька.

– Всё подряд не бери, только большие. Так, чтобы выломав две стенки, можно было внутрь пролезть, или подпорки из них сделать. Пайки, патроны – всё, что внутри, сваливай в одну кучу, чтобы проще потом разбирать было. Понял?

– Понял. Как тут не понять, – пробормотал Манулов. – Ящики, чтобы внутрь пролезть… гробы что ли делать будем? Так помирать уже не некрасиво?

Но спорить не стал, а большего мне было и не нужно. Я же, благодаря поддержке Сары, искал инструменты. Вначале мне даже показалось, что их нет. Ну в самом деле, на кой лопата или лом в полностью отстроенном, почти герметичном бетонном бункере? Но создатели были теми ещё параноиками, так что я нашёл всё необходимое.

Целая стойка с лопатами, фомками и прочим инструментом. Правда, лежали они в самом дальнем углу, как запас для непредвиденных ситуаций. Тут даже сварочный аппарат имелся и газовый баллон к нему. Интересно, откуда они пропан брали? Не из древних же запасов остался. Значит, как-то синтезировали, сохраняли и накачивали.

– Нашёл! – радостно крикнул Манулов, и, выглянув в общий зал, я увидел его с двумя ящиками выше роста. – Вот!

– Это из-под чего они? – удивлённо спросил я, разглядывая конструкцию.

– Так пороховые. Песком были засыпаны, лежали в дальнем углу. Наши снаряды вытащили, а ящики бросили.

– А ещё там такие есть? – я воодушевился и, взяв с собой две сапёрные лопатки и лом, отправился вслед за Мануловым. В результате улов был не сказать, чтобы колоссальный, но нам должно было хватить. Пять двухметровых ящиков, и в самом деле – почти гроб. Только слишком узкий. Придётся протискиваться, прижимая руки к груди. А ведь ещё нужно как-то копать дорогу дальше.

– Тащи к Михалычу, я пока придумаю, как распорки делать, – сказал я и начал подбирать инструменты. Хорошая новость – туннель должен быть обрушен на расстоянии метров десяти, не больше. Плохая, даже эти десять метров – слишком много. Нужно как-то протискивать ящик дальше.

Колёсики к нему не приделать, сверху постоянно будет давить песок, так что придётся рыть туннель, пробивая путь собой. А ещё проблема с воздухом никуда не денется, и… Зажмурившись, я заставил себя успокоиться и осмотреться ещё раз. Нет колёс? Будем подкладывать железные гильзы. Нет рычага? Используем две фомки в связке. Никогда не сдаваться.

– Ладно. Работаем, – собрал я всё необходимое и двинулся к туннелю между бункерами. За одну ходку всё утащить не удалось, пришлось сбегать трижды, и в последний раз чуть не вздрогнул, когда звуки скрежета сменились на звонкие удары. Только не говорите, что… аккуратно подкравшись к люку, я услышал до боли знакомое – шш-уу-ии-ии-ИИ. Бам!

Я в последнюю секунду отдёрнул голову и сумел сохранить слух, но люк выгнуло. А ведь в прошлый раз с первого же выстрела его пробило насквозь! Значит, твари всё же досталось, но она каким-то образом умудрилась восстановить орудие.

«Мне было приказано наблюдать, а не отвлекать вас от такого важного дела, как копание в мусоре», – ответила Сара на прямой вопрос. – «Что касается Старшего, очевидно, он использовал ресурсы с тел низших для восстановления частичной работоспособности. А после продолжил выполнять миссию».

«Каких ещё ресурсов? Мы же собрали всё до последней крупицы».

«Он собирает с ещё функционирующих. На данный момент на первом этаже фиксируется всего три звуковых сигнатуры, пять минут назад их было больше сорока. Вероятно, старший счёл допустимым поглотить наниты из тел подчинённых, чтобы выжить самому и продолжить миссию».

Вот же, тварь… Устроить ещё одну ловушку? На нулевом уровне пушек нет, но вдруг после прошлого взрыва ему хватит и обычной бомбы с крупной дробью? Или ядро в голову. Я не Быков, стрелять с рук из пушки не смогу, но никто же не запрещает её на что-нибудь положить?

«Вероятность выживания при таком экстремальном решении приближается к нулю. Крайне рекомендую придерживаться прошлой тактики и прокопать выход. При закрытии люка вам хватит кислорода на три часа активных действий. В зависимости от давления на песок вы сумеете прокопать от шести до десяти метров».

Уу-ии-Бам! – догнало меня, когда я уже спускался в туннель. Может, Сара и права, и сражаться с тварью бесполезно. Может. Но не факт. Проверять я это буду только в самом крайнем случае.

– Вася, держи ствол, – прокряхтел я, кладя на край люка переносную пушку. – Треноги не будет, но на один выстрел тебе хватит. Увидишь тварь – всаживай в ней всё, что есть, и закрывай люк. В идеале – чтобы попал в правую руку.

– Попробую, – кивнул Манулов, принимая оружие. – А ты что делать будешь?

– Заниматься любимым делом пехоты и инженерных войск – копать! – усмехнувшись ответил я. – Всё, не отвлекайся.

Вначале дело пошло споро – сиди себе на коленях, откидывай в сторону песок, да двигай доски-подпорки. Но уже через три минуты пришлось лечь и поставить над собой ящик, иначе сколько не рой, постоянно засыпало по новой. В результате обычная и даже рутинная деятельность превратилась в настоящий подвиг.

Откопать чуть, протолкнуть локтями песок к ногам, оттуда коленями и стопами выпихнуть наружу. Пройти на пару сантиметров дальше, подложить железную пластину к крышке ящика, упереться в неё фомкой и, используя вторую как рычаг, сдвинуть конструкцию вперёд. Подложить под стенки гильзы, чтобы катить, а не тащить. Повторить всё заново…

– Идёт! Идёт, тварь! – раздался я приглушённый крик Васьки, грохот выстрела, а через секунду барабанную дробь выстрелов из двух револьверов и лязг закрываемого люка. – Всё, я пустой. Вроде попал…

Уу-ии-Бам! – стало ему ответом.

– Вашу мать!

– Не ори, помогай копать! – рявкнул я, не видя, что происходит снаружи. Я едва успел засунуть под обвал один ящик. Два метра. Значит, впереди у нас ещё восемь, если повезёт. А ведь там ещё придётся подтаскивать ящики по очереди, иначе между ними тоже будет песок сыпаться.

Не думать. Не бояться. Копать. У нас просто нет иного выхода.

Я рыл как крот, экономил дыхание, не оглядывался и просто рыл. А позади пыхтя то же делал Василий. Он проталкивал песок до конца, приставлял с помощью фомок ящики, подавал мне гильзы.

А тварь продолжала долбить люк, не теряя энтузиазма. Единственное, что нас спасало – последний люк был внешним. Он и по толщине, и по прочности отличался ото всех между этажами, как замковые ворота отличаются от межкомнатных дверей. Но я нисколько не сомневался, и он тоже рано или поздно сдастся под напором твари.

Так что мы делали всё, что могли, пока снаружи не послышались новые звуки – голоса! Я начал рыть в три раза усерднее, плюнув на ящик.

– Там есть что-то! – услышал я приглушённый голос, а в следующую секунду лопата провалилась в пустоту.

– Не стрелять! Свои! – заорал я, маша сапёрной лопаткой в дыру. – Свои!

– Живые?! – услышал я голос Быкова, а в следующую секунду меня схватили сильные руки и вытащили наружу, проделав моим телом быстро осыпающуюся дыру. – Живые! А я им говорил: наш комиссар просто так не сдохнет. Говорил!

– Это точно. Поставь меня на пол, здоровяк, и вытаскивай Васю и Михалыча. Только со вторым аккуратней, ранило его.

– Всё сделаем в лучшем виде, не сомневайтесь, ваше благородие, – продолжая лыбиться, сказал Иван. Через минуту на этой стороне были уже все.

– Белкова к врачу, а сюда пушку и сапёров, – приказал я, отряхнувшись и немного придя в себя. – Мы не единственные, кто выжил. Надо добить эту тварь.

Глава 3

– Готовьтесь, оно идёт, – приказал я, слыша, как трещит насыпь под напором твари. А потом знакомое: у-у-и… – В стороны!

Выстрел рельсовой пушки в замкнутом пространстве превратил песок и гальку в шрапнель, ударившую по выставленным щитам. Если бы не подготовка – уже этого хватило, чтобы вырезать всех собравшихся в туннеле. Основной же заряд пролетел между вжавшимися в стены бойцами и врезался в амбразуру, но броня выдержала.

Тварь выскочила в получившуюся пробоину, и Сара тут же активировала ускорение, впрыснув в кровь ударную дозу гормонов. Восприятие ускорилось в десятки раз, и только благодаря этому я успел рассмотреть монстра, продолжавшего на нас охоту. И довольно отметить – ловушка сработала.

От гигантского мало что осталось. Броня была раздроблена, и даже габариты уменьшились в три раза, став более человеческими. От левой руки и защитного воротника остались только головешки. Доспех на груди превратился в обломки, покрытые трещинами. И даже правая конечность была потрёпана.

– Бей! – крикнул я, прикрывая уши, и в тот же миг позади нас грохнула пушка. Снаряд врезался в только начавшую подниматься тварь, откинув её обратно на завал и оставив в груди здоровенную дыру. – Не дайте ему выстрелить! Иван!

– Ща! – довольно ответил Быков и, шагнув из-за щита, пальнул от бедра из своего орудия. Грохнуло так, что если бы я не открыл заранее рот и не прикрыл уши – словил бы контузию. Но мы всё успели обговорить, пока тварь разрывала люк на входе. Выстрел снёс в сторону ногу твари, почти оторвав её ниже колена, но монстр всё ещё держался, пытаясь прицелиться в нас. И следом за Иваном над щитами поднялись стрелки с крупнокалиберными винтовками и ружьями.

Выстрел! Отдача пошла по кирасе, почти нивелируясь, но ствол всё равно дёрнуло вверх, выплюнув пулю толщиной с палец. Тварь повело в сторону, она попыталась прикрыться обрубком левой руки, но в этот момент по ней прошёл целый град ударов, сбивая прицел и шатая из стороны в сторону.

– По правой бей! – выкрикнул я, выбрасывая отстрелянную гильзу и загоняя в ствол новый патрон. Очередью такими пулями можно только со станкового пулемёта стрелять, ну или такому здоровяку как Быков, но у него игрушка интереснее.

Монстр повернулся боком, показав здоровенную дыру от предыдущего попадания и пряча правую руку. Гудение было слышно даже за грохотом выстрелов. Не став спешить и спускать курок, я задержал дыхание. Прицельный комплекс в реальном времени обсчитывал траекторию пули, но я не надеялся только на электронику.

Секунды тянулись словно кисель, заставляя до скрежета сжать зубы, но я поймал момент! Долю мгновения, когда тварь раскрылась, чтобы навести своё дьявольское оружие на нас. И когда она только раскрылась, я зажал спусковой крючок. Гормоны настолько растянули восприятие, что я видел, как закручивается бронебойная пуля. Как она, раздирая воздух оставленными стволом нарезами, ныряет под культю твари. Пролетает в миллиметре от брони и врезается в бицепс, разрывая ткани.

Технос дёрнулся, невольно отведя ствол вниз, и его снаряд ушёл в молоко, проделав в полу глубокую борозду и выбив бетонную крошку и пыль. Из глотки твари раздался яростный вопль сожаления, но больше она сделать ничего уже не смогла.

– Бойся! – раздался крик от входа, и бойцы разом вжались в стены, зажимая уши ладонями. А затем грохнуло перезарядившееся орудие и техно-зомби разворотило правое плечо, оторвав руку напрочь.

– Патронов не жалеть! – крикнул я, демонстративно нажимая на спуск. Тварь ещё пыталась что-то сделать. Пыталась поднять оторванную лапу, шагнуть в нашу сторону, но стальной град прибил её к насыпи. Вторым выстрелом Быков всё же лишил её ноги. Затем я попал точно в череп, а прикончил её кто-то из стрелков, удачно попав в уже существующую пробоину в доспехе.

– Не подходить, я проверю, – достав из кобуры пистолет, приказал я.

Теперь в верхнем стволе был заряжен зачарованный патрон, и я был почти на сто процентов уверен, что, если не хватило всего предыдущего, он поможет. Но не понадобилось. Тварь ещё была жива, если так можно назвать её существование, в теле происходили какие-то процессы, Сара показывала на копящуюся энергию.

«Опасность! Запущен механизм самоуничтожения! Необходимо срочно покинуть стометровую зону!»

– Все назад! Эта дрянь может рвануть! – крикнул я, сам понимая, что сто метров на открытом воздухе и то же расстояние в туннеле, две совершенно разных величины. Никто не успеет добежать до дверей в бункер.

«Где резать?» – спросил я, достав кинжал.

«Бесполезно! Дай мне!» – потребовала Сара, и я прижал левую ладонь к открытой ране зомби. – «Сопротивляется!»

«Сейчас поправлю», – зло подумал я, достав кинжал, и со всей силы вогнал его в рану на черепе. Там что-то заискрило, и я вздрагивал, когда электричество отдавало в руку, но не переставал резать паутину схем.

«Замри!» – без эмоций сказала Сара, отключив даже голограмму, лишь бы сэкономить вычислительные мощности. Все её ресурсы уходили на борьбу с оставшимся повреждённым центром твари, и длилось это почти минуту. – «Всё, можешь отпускать. Нет, стой! Сердце! Вырежи её сердце! Сейчас!»

Если это была шутка, то крайне дерьмовая. Сцепив зубы я начал кромсать грудь твари, выламывая ставшими стальными рёбра и вбивая кинжал между пластинами брони. Шло тяжело, да ещё и система постоянно подгоняла, но когда я увидел вместо привычного человеческого сердца железный шар, внутри которого что-то светилось, всё начало вставать на свои места.

«В чём дело? Можешь объяснить нормально?»

«Нам повезло, очень и дважды. Целостный поведенческий модуль, реактор с инженерным комплексом и достаточно нанитов, чтобы активировать Тишину. Только теперь у нас моральная дилемма».

«Не дёргай тигра за хвост».

«То, что ты держишь в руках – не сердце, думаю ты и сам это понял, это портативный реактор на ядерном топливе, заряд почти иссяк, но лет тридцать ещё продержится», – довольно отметила Сара, а затем даже позволила себе рассмеяться, когда я отстранил предмет от себя. – «Не бойся, он достаточно прочный и упругий, чтобы выдержать попадание по касательной. И герметичен, насколько это вообще возможно – не фонит».

«Значит, у меня в руках портативный ядерный реактор?»

«Скорее аккумулятор. Не очень мощный, город от него не запитаешь, но один дом с сотней жильцов спокойно», – заверила система, и рядом с шаром побежали строки с характеристиками и цифрами. – «А дилемма вот в чём: собранных нанитов хватит либо на создание Тишины и прикрытие бункера от внимания Старших, либо на создание модуля для работы инженерного комплекса. Одно из двух».

«Тут даже думать не о чем. Наниты мы сможем собрать позже, если выживем. А появление второй такой твари не факт, что переживём».

«Разумно. Пожалуй, тут я тебя даже поддержу», – с облегчением выдохнула Сара. – «Мне нужно около получаса на формирование устройств».

«Нам будет чем заняться», – ответил я, подбирая руку, оторванную у твари. Она была помята взрывами, в нескольких местах остались выбоины от пуль, а одна даже застряла прямо в конечности, сплющившись. Чего в конечности не осталось – так это органики. Странная помесь из бывшей человеческой анатомии и техники.

– Всё закончилось, можете выходить! – крикнул я, помахав рукой с зажатым сердцем техноса.

«Чувствую твоё расстройство, но не понимаю с чего».

«Да ерунда. Думал, что убийство хоть этой твари позволит получить божественную искру. Не получилось, не повезло».

«А ты знаешь, как её получить?»

«Убить кого-то достаточно сильного, благословлённым оружием. Учитывая, что я твари черепушку расковырял кинжалом – второе условие выполнено. Проблема в первом. А раз элиту и старшего я уже убивал, искры не получил, значит осталось не так много вариантов. Вернее, один – Высшие».

«Светочи и тот, кого воистину можно назвать богом киберов – Император. Первый среди высших. Но нам вряд ли удастся его даже поцарапать, не то, что убить», – прокомментировала Сара. – «От него даже бежать бесполезно».

«Это мы ещё посмотрим», – усмехнулся я, закинув оторванную руку в сухарку.

– Что делаем, господин комиссар? – подойдя ко мне спросил Быков.

– Нужно разрыть завал.

– Разрыть? Нет, ни в коем случае! – услышав мои слова, воскликнул Кирилл. – Мы должны, наоборот, взорвать остатки туннеля, чтобы продержаться до конца Бедствия.

– Разрыть! – повторил я. – Сейчас десятки тварей пытаются прогрызть себе путь к погребу, в котором остался порох. Если его не отбить, заражённые сумеют сделать бомбу и взорвать стену, потолок в нашем бункере или притащат бомбу к крепости.

– Это уже не наши проблемы! Там есть свои защитники.

– Нет – наша. Вы меня не слышали, брат библиарий? Они могут взорвать нашу стену, и им даже не придётся для этого звать Старшего. Хотите спокойно спать? Надо отбить форт во второй раз, забрать порох, а потом можно и завалить вход. Нам нужны подпорки и доски, чтобы удержать завал. Что встали? За работу!

– Есть! – откликнулся Быков, и уже через минуту из нашего погреба поволокли обломки ящиков, куски стеллажей и прочее. Я же не стал мешаться и отошёл проведать Михалыча, которого мы тащили за собой через все завалы. Пока шла оборона, Филинов успел его осмотреть и даже сменить повязки.

– Как он? Операция не нужна?

– На данный момент я сделал всё, что мог, – немного обиженно проговорил Кирилл. – Кости раздроблены в нескольких местах, собрать их без снимков и оборудования не представляется возможным. Даже будь мы в городе, а не на передовой, я бы не взялся за столь сложную операцию.

– Он сможет ходить?

– Скорее всего, но с тростью и спустя длительное время. Ему вообще очень повезло, что вы его вытащили, и повезёт не меньше, если он доживёт до конца Бедствия. Лекарств у нас хватает, двойной запас позволит держать его оставшиеся ночи в медикаментозном сне. Остальное его организм должен сделать сам.

– Не нужно во сне, – прохрипел Белков, схватив меня за руку. – Пусть я не могу сражаться и ходить, но вполне могу сидеть. Дайте мне помощников и верстак, не списывайте со счетов.

– Никто не собирается тебя списывать, но и бросаться на амбразуру, не щадя себя, нет никакого смысла, – я аккуратно похлопал его по плечу. – Ты сделал достаточно, но, когда чуть поправишься, сумеешь сделать ещё больше. Так что отдыхай.

– Обещайте не списывать меня!

– Клянусь, – сказал я, прижав кулак к сердцу, и мужчина слабо улыбнулся. – А пока, спи и выздоравливай.

– Что вы теперь намерены делать? И что постоянно держите в руке? Это же артефакт? – Филинов быстро переключился с пациента на интересующую тему. – Вы достали это из тела врага?

– Верно, на оба вопроса. Это мой трофей и артефакт, который нам ещё послужит. Надеюсь. И я даже дам его осмотреть, если пообещаете не совать ваши шаловливые пальцы внутрь. Это своего рода бомба, и при взрыве погибнут все в форте.

– Ясно, – проговорил Кирилл, но по его фанатичному взгляду было понятно, что ему наплевать, бомба это или нет. Главное – перед ним был новый, неизученный артефакт, который можно получить в свои загребущие руки.

– Пожалуй, я оставлю его у себя, а то, не ровен час, вы сорвётесь, брат бибилиарий. И вместо форта останутся одни руины.

– Да я к нему даже пальцем не притронусь! Обещаю! – почти искренне возмутился Кирилл.

– Тогда тем более, зачем его оставлять, верно? – усмехнувшись заметил я. Правда, носить с собой тактический ядерный заряд мне тоже не улыбалось, но раз он пережил несколько выстрелов из пушки, уж тряску как-нибудь перенесёт.

Вернувшись к своей койке, я забрал ранец и сложил в него трофеи. Запас карман не тянет, ну разве что немного. Но с артефактами из тел техно-зомби делиться я не стал. Во-первых, то, что Кирилл принёс мне в обмен на ставший бесполезным пульт, ценным являлось только с его точки зрения. Ружьё, которое надо заряжать по одному патрону? Очень сомнительно.

А во-вторых, я и в самом деле не мог довериться ему до конца. У библиария была своя, очень особенная логика. Иногда мне казалось, что он вполне может прикончить меня во сне, лишь бы заполучить артефакты. А уж доверять ему сердце, точно не стоит. Может, после, когда всё уляжется.

В замену ружья я взял трофейный Калашников под унитарный патрон, самый распространённый и универсальный. Всё же логика в словах Жанны была – пятьдесят патронов при том же весе – не лишние. Да и привык я к старой доброй схеме, продержавшейся больше трёхсот лет.

С удовольствием нацепил на себя разгрузку с десятком магазинов. Мало, но это всё, что смог выделить мне Михалыч на общих основаниях. Сейчас ещё придётся нового завхоза назначать, та ещё морока. Но лучше, чем заниматься всем самому. А ещё надо проследить за переносом боеприпасов…

С этими мыслями я простучал магазины, проверяя всё ли наполнил, и спустился обратно в туннель. Надо отдать должное – тут справились и без моего руководства, и к удивлению, командные функции взял на себя Данила, с перевязанной головой. Семён тоже учавствовал в работе, но не вмешивался.

– Княжич, вижу, пошёл на поправку? – улыбнувшись спросил я.

– Ты сейчас издеваешься так? – раздосадовано бросил Данила. – Мы идём с тобой. Бобров достаточно поправился, чтобы сидеть в комендантском кресле. И не думай меня отговаривать.

– И не собирался.,– пожал я плечами. – Ты руководишь своим копьём, я руковожу всей зачисткой форта. Устроит?

– Да, – ответил, поморщившись, Данила, но, когда я уже собирался уйти, поймал за рукав. – Прости, я забыл тебе сказать спасибо, за то, что вытащил нас из окружения. Если бы не твоя помощь, нас бы всех там перебили. Сразу должен был сказать.

– Благодарность принимается. Но вообще – не за что. Уверен, ты сделал бы для меня то же самое. Просто сейчас у меня более подходящий артефакт и ничего более.

– Всё равно, спасибо. Мы свои долги не забываем.

– Всё нормально. Это не последнее бедствие, к сожалению, так что сочтёмся, – похлопав его по плечу, ответил я, и, отойдя в сторону, наконец, присел. Решил отдохнуть впервые за много часов. Песка я нарылся на две жизни вперёд, тем более что рабочих рук и без меня хватает.

«Интеграция модуля Тишина завершена, РЭБ активирована», – довольно отрапортовала Сара, когда туннель был прорыт наполовину. – «Теперь, с кем бы мы ни столкнулись, они не сумеют рассказать о нашем появлении. Паразиты, низшие и младшие потеряют внешний контроль и будут действовать на автомате, самым примитивным образом. Можно даже забыть о мелких нападениях».

«Зато для крупных мы станем ещё более лакомой мишенью».

«Верно, но, если нами заинтересуется один из Владык, будет уже совершенно неважно. Всё, что нам остаётся, сидеть тихо».

«Знаешь… Ситуация глупая, и, наверное, прозвучит слишком самонадеянно… Но с рядовым бойцом я справился, когда у меня ничего кроме топора и кинжала не было. С элитой обошлось парой гранат и выстрелом из пушки. А сейчас мы прикончили Старшего. Может, и Владыку найдём, чем встретить?»

«Вероятность такого события крайне мала», – скептически заметила Сара. – «Она буквально стремится к нулю».

«Ну, я и первые две встречи пережить не должен был. А вот последнюю мы заранее подготовили, оборудовали сцену и разыграли всё как по нотам. Не думаю, что это можно назвать везением. Так что…»

«Если придётся, мы сделаем всё от нас зависящее. Но сейчас лучше о таком даже не думать. К слову, зачем ты таскаешь с собой обрубок лапы? Тебе его не прирастить, нанитов недостаточно», – поинтересовалась система, изобразив голограммой удивление.

«Заменить свою руку этой? Даже не думал. Но… источник питания у нас есть, основа для оружия тоже. Ты мне обещала работающий инженерный модуль, если наберём достаточно нанитов на модификацию. Так что почему не попробовать?»

«Сделать из высокотехнологичной аугментации оружие, действительно почему нет? И тебя совершенно не смущает, что это была чья-то рука?»

«А должно?»

«Может, и нет», – Сара задумалась. – «Думаю, попробовать можно. Вначале всё равно придётся поймать и перепрограммировать новый дрон, собрать достаточно нанитов для апгрейда. Но в целом…»

– Проход готов, ваше благородие, —уведомил меня довольный Иван. – Идём?

– Конечно, идём! Куда мы денемся! – оттолкнувшись от стены, ответил я. – Быков с пушкой первым, я – вторым, Василий – третьим. За нами копьё княжича Борзых. Вперёд!

Глава 4

Мы двигались, никуда не спеша. Ни к чему сейчас торопиться, бессмысленно и опасно. По какой-то причине твари не стали лезть в туннель между бункерами, вероятно, были полностью заняты дверьми в погреб, так что мы спокойно добрались до ведущего на нулевой этаж люка.

– Эк его… – тихо крякнул Иван, оглядывая дыру с рваными металлическими краями. – Я внутрь не влезу.

– Никто и не собирался. Вася, ты сможешь в механизме замка разобраться?

– С чего это я? – удивлённо спросил Манулов.

– Что, на заводе с шестернями не учили разбираться?

– Я городской, – бросил Василий, покосившись на люк. – И там всё разворочано. Разбираться не в чём.

«Тут я не соглашусь. Благодаря инженерному блоку и поверхностному сканированию можно составить схему запоров с последующим их извлечением».

«Вот и займись», – ответил я, подойдя к дыре вплотную и держа её на прицеле. Не хватало ещё чтобы сейчас кто-нибудь спрыгнул вниз или, свесившись, вцепился мне в голову. Предосторожность оказалась не лишней, когда над краем появились характерные металлические лапы.

«Стой! Это свои!» – успела остановить меня Сара, выкрасив знакомый силуэт паука зелёным.

– Пакетик? – удивлённо проговорил я, когда паук спрыгнул мне на ладонь. Не мешкая дрон тут же извернулся и подключился к моей контактной группе, передавая собранные ресурсы.

«Два грамма, это он хорошо поработал», – заметила система. – «Я проанализировала маршрут. После выполнения команды по передаче сигнала он собрал наниты со всех ближайших павших, а затем выбрался наружу и в соответствии с протоколами продолжил сбор там».

«Как он узнал, куда направляться и где нас искать?»

«Произошло то, чего я опасалась: собрав слишком много, он начал восстанавливать свои логические цепи. К счастью для нас – недостаточно для самостоятельных действий. А после активации Тишины, все низшие и паразиты в зоне досягаемости будут воспринимать нас не иначе как Старшего».

«Значит, безопаснее всего будет идти в одиночку? Чтобы не подвергать риску других?» – задумался я, перебирая варианты. – «Если меня не станут воспринимать как угрозу, можно прирезать всех по одному и даже патроны не тратить».

«Техносы долго боролись за выживание, в том числе друг с другом, они не станут сдаваться без боя. Так что нет никакой разницы, идти одному или с компанией», – огорчила меня Сара. – «Я разобралась с механизмом, нужно повернуть вон ту шестерню и тянуть за рычаг».

Выполнить её план получилось не с первого раза, но взяв у Ивана топорик и воспользовавшись им как молотком, я сумел выбить нужные элементы. Как ни обматывал железяки тряпками, звон получился порядочный, так что к моменту, как люк открылся, встречающих собралась целая толпа.

– Делай «А»! – весело крикнул Быков и разинул рот. – А!

– А… – повторили за ним остальные, и в тот же миг заброшенная на край пушка извергла столб дыма и пламени, выплёвывая ядра, скреплённые цепью. Толпу заражённых, что чуть замешкались, оказавшись в зоне действия РЭБ, размолотило в кровавую кашу. Некоторые ещё дёргались, сопротивляясь, но мы быстро поправили эту оплошность, добив их холодным оружием и редкими выстрелами.

– Снова идут, – кивнул в сторону лаза на первый этаж Вася.

– Это их проблемы. Работаем, – коротко ответил я, и по нулевому этажу разнеслось гулкое эхо выстрелов. Зомби лезли сверху, но через дыру не могли пройти даже по двое, так что никакой опасности не представляли. И только возле люка в подвал нас ждало непродолжительное сопротивление – здесь собралось несколько военных версий, бросившихся в атаку по стенам и перемещающихся рывками.

Будь это моя первая схватка с тварями или не помогай мне Сара с прицельным комплексом, может, у них появился бы шанс. Но сейчас мы расстреляли всех, не позволив приблизиться к нам даже на пять метров. То, что две недели назад было смертельно опасным, превратилось в мишени.

– Княжич, держите на прицеле проход. Я проверю, что с люком.

– Сделаем, – тут же ответил Данила, и четверо оставшихся бойцов, включая Семёна, взяли выход на первый этаж в кольцо.

– Мы его откроем? – с сомнением спросил Васька, когда мы наконец расчистили люк от тел монстров.

Они до последнего пытались его вскрыть, глубоко исполосовав когтями. За то время пока мы пробирались к своему капониру, а потом убирали завал на пути обратно, они умудрились процарапать пять сантиметров стали, добравшись до запирающего механизма. К счастью, ни у кого из них не нашлось инженерного комплекса, чтобы решить простейшую задачку. А может, они просто ждали Старшего, который откроет им дверь. Как раз того, чьё сердце и рука лежали у меня в ранце.

– Хорошая новость – мы её откроем. Плохая – закрыть потом вряд ли получится, – констатировал я вычисления системы. – Иван, помоги-ка.

Вдвоём со здоровяком мы отпёрли, а затем откинули в сторону тяжеленную крышку люка. После чего, наконец, оказались в уже знакомом беспорядке, в который мы с Васькой добавили свою долю. Хорошо или плохо, но сейчас прибираться мы тоже не собирались.

– Готово! Зови остальных, – обратился я к Манулову. – Выносим всё ценное и сваливаем, времени в обрез.

Через минуту начали подтягиваться все свободные люди из бункера. Каждый взваливал на горб мешок с добром. Пару гильз для пушек или картузов с порохом и бодрой трусцой направлялись обратно. Не сразу сообразили использовать вагонетку для перевозки по нулевому этажу, но после дело ускорилось. Единственная проблема – всё время, что мы таскали, от выхода наверх не стихала стрельба.

– Им что, мёдом намазано? – спросил Быков, когда мы толкали вагонетку мимо копья Борзых.

– Они тупые, им приказали спуститься и забрать порох, они будут спускаться до последнего, – ответил я, не обращая внимания на кучу тел. Кажется, между ними бегал Пак, собирая наниты с мёртвых и ещё живых.

«Он точно не выйдет из-под контроля?» – поинтересовался я у Сары.

«Больше того, теперь мы в состоянии его перепрограммировать, задавая длительные паттерны поведения и алгоритмы работы. В том числе поиска конечной точки для сдачи ресурсов», – не без гордости объявила система. – «Ещё двадцать восемь грамм, и можно будет вносить более сложные программы, даже упрощённые нейросети».

«Чего? Зачем тебе наниты для программирования? Одно – код, другое – материальные носители».

«Если хочешь, чтобы тебе постоянно пекло шею, из-за того, что нет нормального распределения моих модулей и охлаждения, нет проблем. Но любые вычислительные мощности, в том числе для программирования, требуют не только процессоры, но и охлаждение, и питание. Понимаешь, к чему я веду? Это всё на-ни-ты!».

«А инженерный комплекс? Что ты получила? Разве нельзя из подручных материалов создать всё необходимое?»

В ответ Сара не поленилась, нашла в скаченных архивах людей фотографию с крайне осуждающим выражением лица, на её основе адаптировала свою внешность и посмотрела так, что мне даже немного стыдно стало за свою несообразительность.

«Ладно, допустим, для твоих вычислительных мощностей нельзя. А вообще можно? Можешь ты собрать процессор из углерода и металла?»

«Сто грамм