Десант в Камелот. Книга третья. Прощай, король!

© Анатолий Завражнов, 2025

ISBN 978-5-0068-1142-3 (т. 3)

ISBN 978-5-0065-4233-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Из черновых записей мастера Блэйза

«Многие дни и века в памяти благодарных потомков сохранятся мудрые мысли и славные деяния доброго короля нашего сэра Артура и верных его рыцарей Круглого Стола! Благородством и мужеством короля вкупе со светлым разумом английское королевство устояло в тяжелые времена туманных границ и устаивает до сей поры. Вероломные нападения кочевников, латов и прусов с востока, наглых риммов с юга, бесчисленных звероподобных монстров с запада и севера – всё это зло, ниспосланное небесами за неведомые чужие грехи, рассыпалось от мощных ударов королевской рати во главе с благородными рыцарями.

В то же время среди лордов и рыцарей находились предатели, возомнившие себя истинными владетелями королевства и осмелившиеся поднимать противозаконные мятежи. Противно даже упоминать их имена – пусть вовеки будут они прокляты, те, кто воспротивился справедливым королевским указам об ограничении бездарного времяпрепровождения в виде охот, балов, пиров, турниров. А ведал сэр Артур, что это меры временные и направлены на выживание всего населения, для коего требуется вместо турниров увеличивать пахотные земли, пастбища и ремесленные мастерские. И поделом достался несогласным полный разгром и изъятие их владений в пользу верного рыцарства.

Также с восхищением, восторгом и глубокой благодарностью подданные единогласно и с воодушевлением принимали королевские указы о признании равной людям расы водных духов бриганий и дозволении им беспрепятственно находиться среди населения королевства. Бриганьи же, в свою очередь восхищённые королём нашим, оказали всемерную поддержку в разгроме кочевников и прочих врагов, пожелавших поработить свободную от сотворения мира Англию!

Исходя из всеми видимой необходимости увеличивать плоды сельского хозяйства и ремёсел, король сэр Артур повелел также запретить всякие переходы подвластных лордам к другим господам. А самовольных нарушителей объявлять бродягами и тут же казнить. Это справедливое решение с одобрением воспринято всем благородным сословием и простонародьем – теперь не нужно думать и гадать о других местах и стремиться туда, где раньше жизнь казалась лучше, чем таковая имелась под властью своих господ.

Особо следует упомянуть наличие в королевстве двух воинов из чуждого нам мира, которые явились по призыву волшебника Мерлина взамен ушедших на поиски мира нашего рыцарей Круглого Стола Ланселота и Пелеаса, По повелению короля Артура странники, как их стали называть во всём королевстве, всеми доступными им средствами содействовали королю в изничтожении врагов внешних и внутренних, а также в противодействии нелепым требованиям римской церкви и инквизиции и налаживанию добрых отношений с другими расами. Кои другие считались до сей поры порождением дьявола, и в их наличие всячески запрещала верить римская церковь. Странники совершили множество славных путешествий вдоль и поперёк королевства, сражаясь с монстрами и прочими чудовищами из-за тумана. Им же с помощью небес и короля нашего удалось свершить небывалое: привлечь на свою сторону водных духов бриганий и горных духов дартенов.

Бок о бок с ними путешествовали и сражались с нечистью и нечестивцами рыцари Роберт Гоорский и Оливер Нантресский, а также четверо оруженосцев благородного происхождения, которым король Артур оказал великую честь присоединиться к Рыцарству Круглого Стола, каковое событие и должно со дня на день произойти.

Последним славным подвигом странников стали несколько побед, одержанных ими в жестоких битвах с драконами, обитающими доселе в Пеннинских горах. Вследствие чего странники освободили от власти этих зверей королевские рудники, а также спасли большое количество пленённых драконами прекрасных леди и даже рабов из числа подданных короля нашего. Слухи о том уже успели распространиться в королевстве в виде песен, баллад и сказаний, но я жду реальных подтверждений от самих странников.

И моих ушей, к великому сожалению, коснулись разговоры среди благородных сэров о том, что король наш Артур охладел в отношении к странникам, подобно его советнику Мерлину. Признаюсь лишь этому дневнику, что не желаю более называть Мерлина великим волшебником, поскольку этот случайно упомянутый человек стал излишне заниматься самолюбованием, самовосхвалением, самовосхищением и враньём, что и от меня требовал, недостойный! Пусть сим неблагородным делом занимается его новый личный летописец – если можно так назвать этого всем известного лгуна Брэмса! А я не буду!

Причиной же недовольства короля, видимо, стало известие, также пока неподтверждённое, о том, что странники отказались передавать в Камелот свои трофеи в виде некоего количества лично ими убитых драконов. Где в настоящее время находятся эти трофеи, также мне неведомо, а взглянуть на них крайне любопытно и желательно для достоверности моих нетленных хроник…»

Снова к востоку

Волны тревожной тишины прошли по сотням драконов – тем, кто ещё не успел уснуть после ночного торжества. Все с их способностью к «мыслепередачам» знали, чем обычно заканчивается появление из тумана этих летучих чужаков. Да, их удавалось сбивать пламенем, только и сами драконы гибли или получали ранения от неведомого оружия. Так до сих пор появлялись единицы или, как в последний раз, три такие птицы, одна из которых «подарила» Пятому Лепестку четыре пленника.

Вон они сейчас, увидев приближающееся спасение, вовсю отплясывают, чего-то радостное крича и размахивая своими шляпами-цилиндрами! Будто ничего уже им тут не грозит в окружении многочисленного крылатого народа. Совсем забыли, что драконы могут и не позволить приземлиться воздухоплавателям.

– Прилетели, значит, колонизаторы, – глубокомысленно прокомментировал Николай, вглядываясь в приближающиеся точки дирижаблей. – Грашш, Эртис, Саркиш, вы уже поставили защиту над гнёздами? – обратился он к главам племён. – Особенно Саркиш, вы же и обустроится не успели, а ваше гнездо – самое первое на пути американцев. Дали указания охране? Так проверьте и передайте, чтобы сделали защиту как можно прочней.

Все главы напряглись, разговаривая с соплеменниками, оставшимися в гнёздах. Наблюдатели от Первого и Второго Лепестков тоже, видать, предупреждали своих о чужаках, хотя их племена располагались настолько далеко на юге, что вряд ли визитёры туда повернут, если только их ветром не сдует. Показались и шлейфы чёрных дымов, которые оставляли за собой паровики, установленные на «самых современных аппаратах».

– Интересно, – продолжил Николай, обращаясь уже к Сергею. – На сколько у них хватает запасов горючего. Там каменный уголь небось – дров не напасёшься, а уголь нужно рассчитывать с учётом точки возврата, а то ведь можно надолго тут застрять.

– А нас это сильно волнует? – лениво ответил приятель. – Возможно… Сколько их там всего? Ага, три десятка. Так возможно, что треть из них несёт не пассажиров, а именно уголь, не вовсе же они дураки. Но и этого маловато – летят-то в неведомые дали, где для них топлива никто не запасал, а самим ещё поискать надо. Меня больше волнует, каких гадостей от них следует ожидать?

– Для кого именно гадостей? – Николай перевёл взгляд на беснующуюся четвёрку. – Для нас – никаких, для драконов, дартенов и бриганий – тоже. Да даже и для короля, если подумать, то не особо-то и страшны эти пришельцы. Подумаешь, пушки у них с ружьями – тот же Мерлин уже дважды с ними успешно разбирался. Мы и сами это умеем. Если же пришельцы, в соответствии со своей натурой, захотят колонизировать Англию мирно, пусть – даже интересно посмотреть на поведение короля сэра Артура. Население вот…

– А что население? – возразил Сергей. – Много то население наторгует самостоятельно? Сдавать продукцию и сырьё будет по-прежнему своим господам да редким скупщикам-торгашам. А господа – как хотят, в том числе и сам король. Думаю, не совсем уж у него крыша поехала, чтобы то самое население обирать до нитки, его-то кормить кто будет? Не зря же нормальные указы творил, из-за которых крупный мятеж возник.

– Ладно, – встрепенулся Николай и поднялся с удобного лежбища. – Господа команда, теперь нужно быть внимательными и готовыми ко всяким переговорам любого формата. Пока считаю, что эту воздушную армаду вовсе не следует подпускать к драконьим гнёздам. Ты как, командир?

– Согласен. В любом случае нужно подождать да посмотреть, с чего начнут эти залётные пташки.

Пташки начали с воздушной разведки. Как недавно драконы Пятого лепестка облетали гору с «рабами», так и нынешние летуны какими-то своими хитрыми манёврами стали облетать территорию Шестого Лепестка: и над самим гнездом висели, где наверняка обнаружили огромное скопление драконов, и удалялись от него во все стороны. С час, наверное, кружили, ничего не предпринимая. Но их понять можно: находились бы внизу одна-две мифические особи, ставшие реальностью, можно бы и сразу на переговоры пойти с поддержкой пушек, а то и начать с тех же пушек. Но против такого количества… Попробуй выстрели разок, так от всех трёх десятков дирижаблей и пепла не останется. А может, вдали от этого гнезда и искали некие малые группы? Всё может быть. Но наверняка главное, что удерживало их над этим местом, так вот эти четверо их граждан, которые уже вовсе охрипли и даже руками размахивали не столь активно, как вначале. Можно же решить, что, если четверо остались живы, так и другим ничего не грозит.

Такая мысль, видимо, и посетила командующего этой флотилией, поскольку все дирижабли собрались прямо над серединой гнезда. И начали плавно опускаться. Красивое зрелище! Солнце блестело на отполированных поверхностях огромных внешних каркасов сигарообразных оболочек и гондол, бликовало на пропеллерах. Даже дымы, поднимавшиеся ввысь, не портили картину, а создавали впечатление чёрных кучерявых туч. Спуск завершился метрах в ста от земли. Невидимая стена, наверное, весьма удивила воздухоплавателей, и они сделали несколько попыток «подниматься-опускаться» в разных местах с тем же результатом. В конце концов шесть аппаратов начали удаляться в разные стороны, проверяя наличие преграды, остальные, кроме одного, поднялись повыше.

Что же, верное решение: если аборигены не пропускают всех сразу, то, может, одиночки опасаться не станут. Четыре главы племён и два наблюдателя образовали некий круг, в середине которого расположилась команда странников. Все рассматривали манипуляции дирижаблей. Спокойно рассматривали, пока к ним не подлетел взлохмаченный и злой Морган.

– Немедленно пропустите наши корабли! – его визг, наверное, и на дирижаблях было слышно. – Немедленно! Нам срочно нужно попасть к своим! Пропускайте, иначе они всё тут разнесут из пушек к чертям собачьим вместе с вами!

– И с вами? – уточнил Сергей. – Но ты иди-ка отсюда, драконы думать будут.

Морган начал было снова визжать, однако кто-то из дартенов или бриганий дал ему хорошего стартового пинка.

– Что вы посоветуете, странники? – меж тем спросил Грашш. Как-то для людей незаметно получилось, что именно глава Третьего Лепестка стал лидером крылатого сообщества. Но это их, драконье, дело.

– Да пускай забирают этих четверых демократов и летят себе дальше. Наблюдайте за ними издалека, иначе они вам все ваши территории за пределами гнёзд изгадят – геологи у них есть, порох тоже. Такие карьеры появятся, что у вас вся живность пропадёт, – Сергей посчитал, что таких мероприятий для спокойной жизни драконов окажется достаточно. Может быть.

– Пропустить-то одного сможете? Наверняка они и разговоры с вами заведут. Но уж как разговаривать, это ваше дело…

Дирижабль, что оставался неподвижно «на крыше» вдруг словно провалился вниз. Замедлился быстро – всё-таки пилоты наверняка опытные, без тренировок в управлении этими махинами много не налетаешь. Орлов с Гусевым знали, конечно, хоть и в теории, что для швартовки дирижаблей используются специальные мачты, чего тут не могло быть в принципе. Потому смотрели на посадку с великим любопытством. Впрочем, как и все остальные. Горные и водные духи, само собой, кружили вокруг аппарата. Чтобы понять, наверное, как эта штуковина летает безо всякого волшебства. Тут же даже крыльев нету, хоть таких уродливых, как эти самые… дельтапланы. Пусть и красивые, но раз взмахнуть ими нельзя, значит, уродливые.

В десятке метров над землёй дирижабль завис. Из гондолы вниз полетела верёвочная лестница и пара канатов. Быстро спустились четверо: то ли техники, то ли охрана. Стараясь не смотреть по сторонам, они ухватили канаты и привязали их к стволам невысоких деревьев – такая получилась замена швартовочным мачтам. Те, что закрепляли «якоря», встали рядом с деревцами. Странники отметили, как эти люди взяли наизготовку свои «берданки» – лица старались держать каменными, однако глаза их бегали вокруг, не скрывая ужаса.

Это ж надо видеть, с какой величественностью и грацией по качающейся верёвочной лестнице спускалось следующее лицо! Будто некий монарх по парадному трапу спускается, чтобы облагодетельствовать своим присутствием верноподданных и даже тех, кто не очень «верно» – всех в общем. И без никакой поддержки ступил на землю с последней перекладины! У него имелось при себе всё, чего так не доставало Моргану при первой встрече: основное-то в наличии – фрак, жилет с золотой цепочкой хронометра, штаны в полоску и штиблеты, даже цилиндр, но вдобавок присутствовали галстук-бабочка, трость, монокль в правом глазу и сигара под белоснежными усами.

Следом спрыгнули шесть человек, вооруженные ружьями, и встали за хозяином. Тот обвёл благосклонным взглядом окружающее пространство, и остановил его на странниках, по-доброму улыбнувшись. С полсотни метров их разделяло, пришелец задержался, ожидая, наверное, хлеба-соли или «ключей от города», потом двинулся вперёд. Никто из команды и не подумал пошевелиться, так и сидели – для рыцарей и оруженосцев бессонная ночь не прошла бесследно, головы не шибко соображали, поэтому они и ориентировались на странников. То же решили сделать и драконы.

– Итак, с кем имею честь, аборигены? – вежливо произнёс воздухоплаватель, тормознув шагах в трёх от Сергея и выпустив клуб дыма. – Уверен в том, что именно вы являетесь хозяевами этого бесчисленного стада неведомых нам животных, потому и говорю с вами в этом диком краю. Назовитесь!

– И встаньте, когда с вами говорить мистер Харлей! – ляпнул один из сопровождающих и тут же свалился мордой в землю. Остальные замерли в состоянии недвижимости.

– Мистер, значит, – протянул Сергей. – Харлей притом. Родился где-то между Юконом и Амазонкой, но это ерунда. Ты кто такой?

– Перед вами – полномочный представитель сената Северных штатов! – гордо возвестил Харлей. – Прибыл в эту глушь для ведения переговоров о принятии сих земель под флаг нашего государства.

– Дайте-ка глянуть на ваши верительные грамоты, – учтиво потребовал Николай, опять же не поднимаясь с места. Но руку протянул.

– Что ты имеешь в виду, туземец? – спесиво удивился американец.

– То, что удостоверяет твои полномочия, колонизатор. Без грамот тебя можно принять за обычного гангстера. За коего мы тебя и принимаем, пока не докажешь обратного. Я понятно выразился? Что, нету документа? Тогда проваливай в свой сенат.

– Но… но так переговоры не ведутся, – слегка растерялся представитель.

– Не ведутся, – согласился Сергей, – и даже не начинаются. А ты начал вообще с оскорблений.

– Не понял! – поднял усы Харлей.

– Я объясню, – вдруг вступил Грашш и поднял крылья, встав на все лапы, от чего сопровождающие Харлея попятились. – Ты посмел назвать наше великое племя животными, не так ли? Я обязан поджарить тебя тут же!

Тут и мистера проняло. К нему, кстати, пытались протолкнуться четверо во главе с Морганом, но охранники грубо отпихивали их, не слушая никаких стенаний. На секунду Харлей обратил на них своё драгоценное внимание и небрежно указал на лестницу в дирижабль. Трое мгновенно исчезли в недрах гондолы, а сам Морган зачем-то задержался, наливаясь багровым цветом физиономии.

А мистер раскрыл рот и застыл, глядя на Грашша и не веря своим ушам. Не заметил даже, как монокль упал с лица. Можно представить, как этот ковбой с моноклем перегоняет своё стадо коров на новое пастбище, и подбегает к нему бык с грубыми словами:

– Ты куда это нас гонишь, скотина? В той же стороне вся трава давно пожухла. Сами знаем, куда идти, а ты шёл бы, пьянь эдакая, в свой салун да играл на клавесинах!

Нет, возможно, что ковбои и разговаривают со своими подопечными из-за долгого отсутствия двуногих собеседников, но тут-то вообще нечто дикое. Коров и кнутом можно в сознание привести, а с драконами такое вряд ли прокатит. С трудом отдышался, но спросил снова у странников.

– Это что за синематограф? Что за идиотские фокусы вы мне показываете?

– Сейчас загоришься, поверишь в реальность, кретин, – Сергей наконец не выдержал и вскочил на ноги. – Забирай своих земляков и улетай, куда хотел!

– А я сюда хотел! – продолжал наглеть мистер. – Именно сюда. Нам нужен хозяин этих земель, если таковой имеется. Думалось, что это вы тут распоряжаетесь, а, оказывается, вы сами в подчинении чёрт знает у кого. Стало быть, вот с этими представителями странного животного мира и буду разговаривать, а вы давайте в сторонку!

Сергей не успел и пальцем шевельнуть, как над Харлеем нависла голова Грашша.

– Ты что себе позволяешь, чужак? – зашипел глава племени. И тут же начали подниматься на крыло многочисленные хозяева гор. – Ты здесь никто, и никакое оружие тебе не поможет. Тебя спасает только то, что ты незнаком с нашими обычаями, и сможешь улететь, если перестанешь открывать свой поганый рот. Никаких переговоров с тобой мы вести не станем! Заодно предупреждаю, что за всеми вашими полётами мы будем следить, и тот, кто осмелиться опуститься в наших горах, тут же сгорит. Всё понял? Убирайся!

– Д-да… – завертел шеей Харлей, обрывая руками свой воротничок, будто тот его душил. – Да! Улетаем. Но есть последний вопрос к людям. Кто тут властвует в этих землях?

– Король, – махнул рукой на восток Сергей. – Вон там, в Лондоне.

– Ах, в этой дикой деревне, – пробормотал мистер, показывая жестами подчинённым, что нужно сниматься с якорей.

– Надо же! – ни к кому не обращаясь, ухмыльнулся Николай. – А этот чудак, оказывается, на деревенском языке говорит. Это же для него должно быть так оскорбительно, что его предки из глухой деревни родом. Впрочем, какое нам дело…

Представитель сената, пропустив вперёд двоих охранников, уцепился уже за перекладину лестницы, когда вдруг ожил Морган.

– Одну минутку, мистер Харлей, тут остаются мои, то есть наши, разумеется, должники. Эй вы, животные! Мне глава племени обещал несколько мешков золота и самоцветов за рабов. Тащите сюда обещанное!

– Где рабы? – удивился Саркиш. – Ты не справился с заданием. За что оплата?

– Это вы не справились с рабами, которых я вам доставил! – искренне возмутился Морган, указывая на странников. – А я их вам привёл, куда было указано.

– Тебе бывший глава указал привести рабов, а ты привёл тех, кто его убил! – взвился дракон. – Убирайся, наглец, пока ещё можешь!

К всеобщему удивлению, Морган растолкал охранников и невесомой пушинкой взлетел в гондолу дирижабля. Недостаточно хорошо, но всё же было видно, как, толкаясь и там, прорвался в переднюю часть, где располагались две пушки. И тут же начал разворачивать ствол одной в сторону глав племён. Безумец! Или просто псих, свихнувшийся на почве не доставшегося богатства. Сергей, не раздумывая, поджёг порох в снаряде. Наверное, эта оружейная часть как-то отделялась от остальной гондолы, потому как взрывом её просто оторвало и разметало в стороны вместе с пушками, пушкарями и Морганом. Дирижабль резко дёрнулся вверх – канаты уже отвязаны. Так вот они и полетели ввысь – четверо балтались на канатах, остальные с Харлеем во главе – на верёвочной лестнице. Драконы сопроводили их до защиты, закрыли «прореху», через которую представитель сената со свитой унеслись к небесам.

– Наконец-то! – вздохнул Сергей и снова улёгся. – Не дали в себя прийти после праздника, негодяи. Грашш, надеюсь, ты не зря им сказал, что не допустишь их к горным богатствам?

– Нет, – подтвердил дракон. – сейчас мы с главами определим порядок преследования заморских наглецов. И, судя по их поведению, уверен, что пару-тройку из этих извергающих дым аппаратов придётся сжечь.

– Если считаете это благое дело нужным, не отказывайте себе ни в чём, – посоветовал Сергей. – А нам сейчас нужно решить, куда двинем дальше.

– А разве наш общий пир помешает вам это сделать? – удивился Грашш при активном согласии соплеменников. – Неужели вы думали, что одного вечера и ночи достаточно? Нет уж, появление нового Лепестка событие настолько важное, что тут и тремя днями не отделаться.

– Как вы, рыцари? – обратился Сергей к команде. – Вроде бы вас король Артур страстно желает встретить, а?

– У нас срочные неотложные дела, – возразил Оливер. – У всех. И может, трёх дней для них не хватит, да ещё дорога – сэр Артур должен это понимать.

– Посмотрим, – усмехнулся Николай. – Если новых указаний от его наставника Мерлина не последует, значит, действительно, король понимающий.

В общем-то уже к вечеру этого дня всем стало понятно, что им просто надоело есть, пить и временами спать. Всем надоело, если честно, особенно неугомонным бриганьям – эти за своими подопечными готовы лететь куда угодно, лишь бы лететь, да узнавать нечто новое. Им откровенно завидовали все их соплеменницы и даже королевы. Но последние, как дамы ответственные, уже к полудню увели своих подданных в родные места – там тоже дел небось хватало. Да ещё и нужно было отслеживать, как налаживается жизнь у тех водных духов, что уже активно приживались в человеческих поселениях и семьях. Веолина рассказала по секрету Сергею, что ей королева Корделия поведала по большому секрету, что далеко не всё там гладко. Примерно половина из тех, кто решился приобщиться к племени людей, вернулись назад – вот не получалось у них приспособиться или привыкнуть к обычаям и порядкам, царившим в среде их избранников. Как могли, скажем, свободные по природе бриганьи смотреть на подчинение, часто очень жёсткое их супругов неким господам. И наоборот, если избранник оказывался рыцарем или лордом, то как он мог настолько презрительно и жестоко обращаться с подчинёнными ему людьми? Нет, этого понять и принять невозможно. И разочарованные девушки возвращались домой.

Имелись и другие причины, по которым не получалось тесного общения с людьми, о каком мечтали бриганьи, на глазах которых так прекрасно жили их подруги со странниками, рыцарями и оруженосцами. К примеру, отношение к ним со стороны женщин желало быть получше – это, мягко говоря. Неприкрытые злоба и ненависть сквозили в каждом слове и взгляде, будь то в семьях или в трактирах. Понять-то можно: мужчин всегда не хватало, а тут здрасьте, явились невесть откуда красавицы, да ещё и волшебницы впридачу – какой мужик устоит? «Волшебство! Страшное волшебство, которому не место в обычной и привычной жизни!» Между прочим, такие и подобные выражения стали употреблять и священники, до сих пор весьма лояльные к другим расам – им-то нужно свою паству сохранять, в которую бриганьи никак не вписывались. Это среди простонародья, а в благородном сословии вовсю развернула своё ползучее противодействие бриганьям королева Гвиневера. На любом приёме или пиршестве, где присутствовала она или её верные фрейлины, наличие бриганий среди людей обсуждалось и осуждалось яростно и однозначно. В том числе использовалась и наглая ложь, вроде того, что этим водным исчадиям нужна абсолютная власть в королевстве, вплоть до полного избавления от людей или превращения их в бессловесных слуг. «Посмотрите на своих супругов, братьев и любовников! – восклицала разъярённая Гвиневера, нервно глотающая вино. – Гляньте на наших благородных рыцарей, которые доселе посвящали нам, прекрасным леди, свои подвиги и серенады! Где ныне эти рыцари, где? Почти все они ползают у ног этих… Тех… Других приживалок, опоивших наших безвольных и слепых мужчин, и даже короля! Что остаётся нам, а? Либо прыгать со скал в пучину вод, либо уходить в монастыри, забыв о своей молодости и красоте, либо изгонять! Травить, бить, убивать, вязать! Всех! Мы обязаны освободить рыцарей…» И тому подобные высказывания приходилось слушать добрым подданным короля Артура и ему самому.

Пока же, помня об оказанной бриганьями помощи, сэр король находился в тягостных раздумьях, не оглашая их даже своим соратникам по Круглому Столу. А из бриганий оставалась всего дюжина – тех, кто нашёл понимание у наследников благородных лордов. Эти молодые люди были хорошо знакомы с Оливером, Робертом и их нынешними оруженосцами. Проживали они рядом с их поместьями. А вот что творилось по всему королевству, то вело к прямой конфронтации между людьми и водными духами. Так что проще, как начинали считать обе королевы, прекратить попытки сближения с людьми, возвращаться к привычному образу жизни. Хотя и он начинал приедаться из-за того же примера охранительниц странников.

– Грустно это, – печально констатировал Николай. – Но причина понятна и непонятно, откуда появилась, хоть и это понятно. Вот не в женской натуре слушать мужских советов, а если слышать случайно, то делать наоборот. Гербета, не дерись! И не собираюсь я советовать, просто рассуждаю о ситуации. Вот вам ни с того ни с сего захотелось пожить среди людей, так? Но это же не значит, что тут же нужно замуж выскакивать, а такое впечатление, что прям сразу всем бриганьям замуж захотелось!

– Да, мне вот захотелось! – подтвердила Мэйбл. – За Инноченцо.

– И мне за Роберта, – добавила Диана.

– И мне! – прозвучал общий женский хор.

– Я рад за нас, – продолжил Николай. – Так вспомните, сколько мы с вами знакомы. Полгода уже. А если учесть то, что мы вместе пережили и прошли, то выйдет год за пять. Думаю, что мы друг друга неплохо успели узнать, прежде чем вы сейчас замуж захотели… Гербета, чего по голове-то? У меня голова внутри и так тобой полна, а ты и снаружи добавляешь старательно.

– Потому что не сейчас, а давно уже хочу, – созналась Гербета.

– Что давно, по голове мне стучать?

– Ах ты…

– Так о чём это я – все мысли мне тут выбили. Вы сами-то гляньте, что с вашими подругами произошло: куда они торопятся, не узнав, что за человек перед ними? А мужчины они такие… Не скажу точно, какие, но красота им последний ум вышибает похлеще кулачков Гербеты. Да и повыпендриваться – тоже причина для женитьбы на водных духах. А дальше происходит то, что происходит: куда местным женщинам деваться, если войны, междоусобицы, турниры и пиры регулярно сокращают мужское поголовье? Можно просто какое-то время рядом жить, показываться населению на глаза в человеческом обличье, интересоваться людскими порядками, которые вам, кстати, по душе вряд ли придутся. Сами видели, что тут творится. Я понятно рассуждаю?

– Да уж, – вздохнула Веолина. – Я твои слова королевам передам по секрету. Пускай сами думают, как дальше жить. В основном ты прав, конечно: столько веков жить по своим обычаям, а тут нате, загорелось…

Эта женская проблема как-то внезапно нарисовалась, когда команда, уставшая от драконьих посиделок, обсуждала срочный вопрос: куда двигаться дальше? Бриганьи вспомнили информацию от дартенов-изгоев о водных духах колпи, живущих на западе – любопытно же познакомиться с хранителями вод, настолько резко отличающихся от них самих. Может там мужской пол как раз? Тут-то и появилась информация о бриганьях среди местных людей. Однако всё же перевесили доводы о необходимости появления рыцарей и оруженосцев перед ясные очи короля. Да ещё, если честно, очень уж им хотелось побывать наконец дома – столько событий, а поделиться с родственниками нужно ведь. Те, кто доставлял в поместья драконьи туши, сообщили, что к ним там появилась масса вопросов, и если б они начали рассказывать, то и до сих пор бы не вернулись. Да и не честно это по отношению к остальным. Так что ничего, кроме короткого описания битвы, в результате которой эти трофеи появились, родня не услышала. А это уже не честно по отношению к ней.

– Так значит, ты, рыцарь и благородный сэр, знал, чем занимается муж твоей сестры? – с гневом вопрошал Аш Элфорд рыцаря Круглого Стола Бернарда Герносского. – И сам принимал в том участие, раз посещал владения Брока вместе с волшебником Мерлином? Объясняйся перед родственниками!

– С какой это стати я, рыцарь Круглого Стола, обязан отчитываться перед какими-то провинциальными лордами? – презрительно отвечал благородный сэр Бернард, родной брат леди Ингрид, супруги лорда Брока Элфорда, которому странниками приказано сдать свои лордовские полномочия и не отсвечивать.

Он их и сдал. Только не своей супруге или малолетним детям, а брату жены. Этот же брат, неведомо как прослышавший о происшедшем, неведомо как срочно оказался во владениях Брока, чтобы этими владениями овладеть. Так прямо и сказал, что, раз Брок не в состоянии, а супруга его – женщина, отягощённая детьми, то именно он, сэр Бернард, обязан и имеет полное право взять лордовские земли под свой надежный щит. Вместе со всем движимым и недвижимым имуществом, которое он и намерен срочно пересчитать, переписать, учесть и начать им распоряжаться. По прямому указанию, между прочим, королевского советника великого волшебника Мерлина!

– Ты сильно ошибся, рыцарь! – встал спокойный Иорик. – Мерлин – это не сам король, и нам его указ – не указ. Твоя сестра Ингрид по всем нашим обычаям и законам твоему роду не принадлежит. А соответственно, и ты не имеешь никакого отношения к землям рода нашего. То, чем владеем мы, пять братьев Элфордов, досталось нам от наших предков – не менее славных рыцарей, чем ты. Они и останутся нашими навеки. Сам Брок, его сын Адам лишились права тут господствовать за их преступления. Пускай живут себе в каком-нибудь охотничьем домике или идут к тебе на службу. Ингрид, говоришь, не может стать госпожой? А ты у неё спросил?

– Она всего лишь женщина! – огрызнулся Бернард. – Кто это её спрашивать будет, и зачем?

– И это говорит рыцарь Круглого Стола? – удивился Иорик. – Будь уверен, твои слова услышит вскоре весь Круглый Стол, или ты забыл, кто сидит рядом с тобой? Ты забыл правила вашего королевского рыцарства? Но это твоё дело. Сейчас же знай, что ни к какому господству в наших землях тебя никто не допустит. Хочешь междоусобицы? Начинай, посмотрим, что скажет его величество король! Тебе же сообщаем, что леди Ингрид остаётся здесь полновластной хозяйкой до совершеннолетия двух сыновей. Так что, если, как и прежде, желаешь оставаться нашим гостем и родственником, забудь о своих претензиях. Иначе…

– А иначе с вами будет говорить сам Мерлин! – вскипел Бернард, сверкнув очами. – Советник короля великий волшебник Мерлин! И моими станут не только владения Брока, ни все остальные земли Элфордов!

Выскочил рыцарь Бернард из-за стола в замке теперешней его хозяйки Ингрид Элфорд, выбежал из гостиной, потом из замка и пропал в неизвестном направлении.

Шум этот происходил уже после того, как сюда наведалась команда странников и проверила исполнение своих указаний по поводу новых владельцев, но, в первую очередь – удалось ли отправиться в свои родные места бывшим рабам Пятого Лепестка. К счастью, для этих терявших разум и память людей, леди Ингрил очень по-хозяйски распорядилась своим рыцарям сопроводить народ до места или мест его проживания и проследить, чтобы по пути с ними ничего не случилось, и дома чтобы их приняли как полагается – особенно это касалось отношения к семьям пропавших мужчин их господ, неважно, кем эти господа были. Заодно она поведала странникам, что те мужчины, что побывали в рабстве у драконов, обычные простолюдины, работавшие пастухами при овечьих стадах. Просто пропадали с пастбищ неведомо куда в разное время. Родня пыталась их искать, да без толку. В разбойники вряд ли они подались – при этом хоть какую-то связь с семьями поддерживали бы. Так и что – в деревнях погоревали, да и всё, а лорду какое дело – на их место быстро другие нашлись. А кто и как их уворовывал, то, кроме самого Брока да ещё Адама, сына его, неведомо.

Но сами-то эти бывшие лорды тут, так и поспрашивали их с пристрастием. Скрывать своё участие они не стали, рассказали, что имелся такой приказ от волшебника Мерлина, который им передавал тот же Бернард, указывал время передачи, для того и посещал изредка свою сестру – очень уж скучал по ней, говорил на каждом шагу. И среди лордовских воинов нашлось полдюжины одиноких любителей поживиться, вот они и сопровождали уворованных и усыплённых людей на ту самую гору. Вот они-то как раз и исчезли сразу после возвращения, никто их больше не видел.

Собственно, и делать тут больше нечего, в этом бывшем королевстве Элфордов. Не проверять же, в самом деле, как там с беженцами у Галла или с наследством короля Барри. Да пусть уже живут, как хотят! Намного ближе проблемы своей команды, в частности необходимый визит рыцарей с оруженосцами к королю. Приглашали их всех ещё и во владения бриганий – вот сюда почему бы и не заглянуть на денёк? А то уж сколько времени всё по чужим племенам и гнёздам. Нельзя сказать, что без толку, но бриганьи – это ведь самое начало знакомства с особенностями этого странного государства, не считая, само собой, волшебства Мерлина, Марго, Ниневы и леди Аэронвен – владычицы озера.

И здесь, на острове, встречу отпраздновали полным составом семей королев Корделии и Вильмы. Порадовались, наговорились не мыслепередачами, а вслух… И тут перед уходом уже получили от вездесущих духов сообщение, что дирижабли чужаков приземлились где-то на середине пути от острова бриганий до Камелота. На обширном лугу между лесом и одним из притоков их реки начали какую-то непонятную бриганьям суету. Ещё бы она понятна была, когда духи в жизни не встречали таких человеческих бескрылых летающих монстров. Дельтапланы видели, стало быть, знают, что люди могут летать, но чтобы без крыльев, да в таком количестве! И не знали, естественно, что нужно для взлётов и посадок. Хотя, в гнезде драконов наблюдали, как дирижабль снижался и привязывался к деревьям. Возможно, и здесь так, а что дальше?

А дальше оказалось, что американцы, как их называли странники, более умны и расчётливы, чем показались при первых контактах. Но это выяснилось, когда команда уже двигалась в направлении к Камелоту. Посмотрели на творящееся издали, общаться с этими воздухоплавателями больше никому не захотелось. На поляне высилось уже с десяток швартовочных мачт, каждая из которых представляла собой пирамиду из трёх очищенных сосновых стволов. Остальные пока находились в том же «заякоренном» состоянии, как и дирижабль представителя сената в гостях у драконов. Далее при более подробном «изучении» стало понятным, что, как минимум, половина аппаратов представляет собой просто грузовики, где вместо пассажирских гондол прикреплены чуть ли не вагоны с углём. Так что визитёры в чужое государство имею возможность более или менее дальних перемещений. А в случае необходимости могут ведь и пополнять запасы на родине.

Ещё заметно, что гости начали выстраивать некое подобие форта: окружают часть луга высоким частоколом из заострённых брёвен и земляными валами. В десятке мест этой изгороди появились и площадки, на которых уже установлены пушки, а также имеются и четыре вышки для часовых. Неплохо так и со знанием дела обустраиваются, видать, у них, действительно, далеко идущие планы в покорении этой новой земли. То, что она – возможно, их прародина, не имеет никакого значения – какая разница, где воровать сырьё и кому продавать свои товары! Но это, понятное дело, не только от них зависит, а что там решит король, к которому эти предприниматели непременно доберутся, ещё никому не известно. Пускай копошатся, а у команды странников свои дела.

В любом сословии разные особи

Сперва решили всё-таки посетить родителей и родственников Роберта и Оливера – тех людей, благодаря которым у Орлова с Гусевым появились и рыцарское достоинство, и оруженосцы – то есть у нынешней сплочённой команды корни именно здесь, в поместьях лордов Мэтью Гоорского, Джеффри Нантресского и леди Лионоры Камилард, бывшей фаворитки короля Артура.

Поскольку у заокеанских предпринимателей задерживаться не стали, через пять дней неспешного хода явились перед светлые прекрасные очи леди Лионоры – так уже не в первый раз решали Роберт с Оливером, чтобы не огорчать своих родителей выбором – кого посещать в первую очередь. А леди Камилард явилась как бы соединительным звеном между лордами, да и просто была их давнишней приятельницей. А после королевской опалы и лишения статуса фаворитки так и вовсе занялась хозяйством, многое перенимая у старых знатоков этого дела. К тому же в этот раз она сама ждала сына Матиаса – нынешнего оруженосца Николая.

Уж неведомо откуда, но замок Камилард в полном составе ожидал команду странников. Пытался было любознательный Николай всякими обходными путями выяснить, как леди узнала об их приближении – никто ни в чём не сознался. «Сердце чуяло!» – уверенно призналась леди. Может, так оно и было, какая в конце концов разница-то? Главное, что ждали и радовались все, в том числе и лорды Гоорский и Нантресский, которых естественно, сердце леди Лионоры предупредило, они и поспешили сюда со всеми семействами.

Всеобщей радости и суматохи не было предела! Пока обнимались-целовались, в том числе и с бриганьями, невестами всех парней команды, обменивались бессвязными словами, никто не обращал внимания, что в обширном дворе замка Камелард скромно стояли вовсе чуждые для этих мест существа. Но обслуга, суматошно перемещавшаяся в разных направлениях, всё-таки наткнулась на дартенов… Такого крику, особенно женского, ещё не знали здешние места! Две служанки так и вообще в обморок хлопнулись. Тут Сергей опомнился наконец.

– Внимание, господа и леди! – командирский голос пресёк начавшуюся было панику и установил сравнительную тишину, в которой слышны только всхлипы чувствительных дам и редкое ржание столь же чувствительных лошадей. – Отставить суматоху, страхи и прочие глупые выражения на лицах! Извиняемся, что сразу не предупредили, но среди нас сегодня наши новые друзья, которые неоднократно помогали нам совершать славные подвиги. Это духи гор – дартены, о которых в своё время придумано немало сплетен. На самом деле, это мирные разумные духи. К бриганьям вы привыкли, привыкните и к дартенам. Знакомиться будете в стихийном порядке во время всеобщего общения, веселья и хоровых песен.

Слова странника воспринимались с большим недоверием, но Герберт и остальные подошли к своим охранителям и повели их представлять сначала леди Лионоре, потом своим семействам, потом дартенов уже растащили по разным компаниям.

Столы расставлены и большом зале замка, как и в малом, и в подворье – все присутствующие нынче, включая всю обслугу, слушали рассказы о небывалых путешествиях и приключениях всем знакомых молодых людей. Родственники, особенно подростки, гордились неимоверно. Сергей с Николаем помалкивали, отдавая все тяготы повествований друзьям. А те и не уставали, поддакивая и перебивая друг друга. Вопросов – море, все желали малейших подробностей. А начинать-то пришлось от лорда Барримора! От страусов и львов. Волшебницу не упоминали по известным причинам, зато с удовольствием говорили о турнире в поместье маркизы де Ванс, о своих победах и женитьбе сразу двух лордов. Потом – дартены с их злоключениями и ликвидацией армии риммов… Потом путешествие к Пеннинским горам, потом…

– Да как же вы, молодые люди, так скоро перешли в такую даль? -недоумевал старый лорд Гоорский. – Всё как-то быстро у вас получается, не лукавите ли?

– Так мы же и не пешком шли, отец, а летели, – как само собой разумеющееся отметил Роберт. – Потому и быстро.

– О чём это ты? – в наступившей внезапно тишине переспросил Мэтью. – На дартенах, что ли? Или на своих невестах? Не стыдно?

– Чего это стыдно, – чуть не обиделся Роберт. – Сами летели, на своих крыльях. Дельтапланы называются.

– Так мы и показать можем! – воодушевился Матиас. – Пусть мама полюбуется, как её сын стал летучим рыцарем! То есть станет рыцарем… Вон главная башня какая, с неё и сиганём!

Люди всё также молча смотрели, как Роберт, Оливер и все оруженосцы отправились к лестнице наверх и начали подниматься. Следом поспешили дартены и бриганьи – как это шоу без них, красивых? С десяток пацанов бросились следом, горя от любопытства. Николай с Сергеем остались за столом – пускай молодёжь хвастается.

Когда в лучах послеполуденного солнца с баши сорвались шесть крылатых силуэтов, люди сначала также молчали, некоторые крестились, однако вскоре начались восторженные вопли. Ещё бы не восторгаться, когда над тобой парят твои знакомые парни, а вокруг вьются полупрозрачные красавицы в развевающихся разноцветных платьях и плавно кружатся невиданные раньше полульвы-полуорлы! Великолепное зрелище, которое явно нравилось и самим летунам. Они то поднимались, то опускались чуть не к головам зрителей, потом вновь устремлялись в небеса, делая огромные круги над замком.

Вот с этих высот зоркие дартены и усмотрели отряд конных воинов, продвигающийся по лесной дороге в сторону замка. Были они ещё далеко. Часа полтора ещё двигаться, как определил Роберт – дорога-то знакома – именно по ней можно попасть в «Поместье странников», на ней этих самых странников пыталась задержать Фея Марго, когда они впервые направлялись к леди Лионоре по её приглашению. Да и остальные парни на раз ходили здесь. Странно это – никаких разговоров о новых гостях в замке не велось. Летучая компания опустилась, но не слишком низко – лишь бы появилась возможность рассмотреть, кто это такие, во всяком случае, вооружены ли конники, да и посчитать из не мешает. Посчитали, получалось три десятка рыцарей с оруженосцами. И увидели… Матиас чуть не сверзился с высоты от удивления. Дело в том, что пока рыцари забрала свих шлемов не опускали и лица открыты полностью.

– Это же Энтони! – громко сообщил он остальным. – Брат мой Энтони! Спускаемся!

– Нет! – возразил Роберт. – Неизвестно, зачем твой брат домой направляется. Что-то о нём нам леди Лионора ничего не говорила.

Наверно, голоса с небес, пусть и неразборчивые, привлекли внимание рыцарей: те остановились, с недоумением вглядываясь в небо, а потом сразу – по чьей-то команде, наверно – взяли в руки арбалеты. Дожидаться противовоздушной стрельбы крылатые не стали, быстро поднялись и отправились в замок.

Приземлившись, скоренько убрали свои крылья, несмотря на многочисленные просьбы посмотреть, пощупать и «дать прокатиться». Всё это – после, может быть. Пока же нужно узнать, не знает ли кто о предстоящем визите. Команда с друзьями, два лорда и хозяйка замка – такой небольшой кружок организовали в малой гостиной. Леди Лионора сразу же получила новость от Матиаса, потому и поторопилась собрать нужных людей для разговора.

– Приятели-то мои, лорды Мэтью и Джеффри, знают почти всё об Энтони, кроме разве что о наших с ним сугубо личных разговорах. Которые, впрочем, за рамки претензий с его стороны не выходили – вы же все помните, что я лишила его права наследства. Вот он и настаивает до сих пор на отмене этого решения, ссылаясь, между прочим, на поддержку короля. Не знаю, что он имеет в виду – не королевское это дело наследников лордам назначать, разве уж при полнейшем отсутствии таковых и без завещания.

– Ага, – кивнул Матиас. – Как в случае с лордом Барримором чуть не произошло…

– Так вот, – продолжила леди. – Тогда, после прилюдного скандала и вашего ухода в Энтони словно дьявол вселился: собрал вещи, оружие, взял коня и отправился в Камелот, всем подряд во всеуслышание заявляя, что завтра же вернётся сюда рыцарем Круглого Стола и законным наследником этого поместья. Король Артур признал его, конечно, он никогда не отказывался от своей крови, но только как бастарда. Нарушить правила и посвятить в рыцари Круглого Стола первого встречного, будь он хоть его настоящим сыном, Артур права не имеет – никто из тех рыцарей его бы просто не понял. Но зато он сделал Энтони своим ближайшим полномочным порученцем с рыцарским достоинством. Понятия не имею, какие такие поручения он мог давать неопытному юнцу, но с одним королевским приказом тот здесь побывал. К счастью, тут как раз Мэтью с Джеффри находились. А приказ очень простой: забрать туши убитых драконов и доставить их в королевское личное распоряжение. Каково? Тем более, что мы все знали, как именно и кем эти драконы убиты. Если бы подданными короля, тут много всяких лазеек прибрать себе чужое добро, даже и трофеи. Но дело-то как раз в том, что странники никаких клятв и присяг королю не давали. Я права? Это, не говоря уж о чём то ещё типа совести, что мы все и пытались втемяшить в голову Энтони. Но он ничего не понял, кроме того, что драконов ему никто не отдаст. Раскипятился ужасно! Хорошо, у него в сопровождении тогда человек шесть всего было, их тут быстро успокоили, хоть и не обошлось без малой крови. Теперь наверняка с тем же приказом возвращается…

– Леди, – спросил Сергей. – А как, если не секрет, вы этими самыми трофеями распорядились? Просто интересно, у нас нет желания иметь такое в собственности и возиться с ним. Это – ваше.

– Благодарю, милорды, – казалось, с облегчением и смущением вздохнула Лионора и переглянулась с лордами, которые почему-то синхронно усмехались. – Тут такое дело… Мы долго думали, что с ними делать-то? Впервые же такое чудо появилось в королевстве. Все думали, даже обслугу думать заставили, вот от кого-то из них и получили хороший совет. Он у нас этот… как его… чучельник, вот.

– Таксидермист по-научному, – важно уточнил Николай. – Неважно.

– Да, так этот таск… чучельник и посоветовал из двух туш соорудить чучела – не век же их в волшебной заморозке держать, пропадут же зазря. А из сплющенных внутренности вынуть, обработать, как положено, и сделать такие странные обычные ковры. Нет, не на пол, а на стены. И всё это богатство собрать в одном месте, соорудив там огромный трактир! Слушайте, милорды, да к нам после устройства этого придорожного кабака деньги потекли рекой! И ничуть не преуменьшаю. Мы ведь, к счастью для себя, не поскупились на обустройство просто огромного и светлого помещения, в котором и чучела поставили, и «ковры» повесили. Да там человек триста помещается свободно! А сколько менестрелей уже побывало, сочиняло и пело! Не буду скрывать, появлялись у нас предположения, что эти драконы вам самим нужны, но вот как прекрасно уладилось, теперь можно сообщить вам, что по общему решению вам принадлежит четверть доходов от этого заведения. Можно прямо сейчас рассчитаться уже за прошедшее время.

– Леди Лионора, – строго сказал Сергей. – Какие четверть доходов? В вашем общем решении не доставало наших голосов. Мы вообще скоро собираемся покинуть этот мир, хоть и с огромным сожалением. Так что используйте эти средства с полным правом себе во благо: люди вы хозяйственные, и дети есть, и внуки пойдут, золота много не бывает. Если на дело. Уж в случае крайней необходимости будем к вам обращаться. Да, впрочем, какая необходимость, нам и от драконов кое-что перепало.

– Стоп, – остановил приятеля Николай. – О тех драконах после. После того, как выясним, чего тут порученцу короля требуется.

В целом-то ситуация понятна: обиделся сынок на маму за лишение принадлежавшего ему по праву старшего сына наследства и решил добиться правды. Любыми доступными средствами, коих, как он считал, у него достаточно – быть сыном короля, пусть и вне брака рождённым, это многое значило. Правда, вот ещё до того он другую мечту лелеял, очень хотелось быть многоуважаемым даже среди лордов рыцарем Круглого Стола. Оказалось, маловато для этого королевской крови, нужно, оказалось, и свою личную пролить, хоть маленько. И ещё разочарование: хоть сэр король Артур и обещал всяческую поддержку в вопросе наследования, но и тут законы мешают. Проклятье! Остаётся одно: как можно успешнее выполнять все поручения и приказания отца-короля, а то и без приказов оказывать благодетелю всевозможные услуги. Жизнь при дворе нетягостна, развлечений, несмотря на трудные времена, хватает. А редкие поручения много времени и сил не отнимают.

Так думал Энтони, когда отправлялся в первый раз к матери за законным королевским имуществом. Не вышло. В чём он признался королю, во всём обвиняя лордов Мэтью Гоорского и Джеффри Нантресского, которые помешали матери леди Лионоре принять правильное решение. Сейчас же, после донесений о явлении в Камелард команды странников, вдобавок к первому он получил и второе распоряжение, о выполнении которого не хотелось думать, но выполнить его он желал с огромным удовольствием.

О втором королевском поручении никто в замке, естественно, не подозревал, но хватало и первого – сомнений не возникало в том, что Энтони снова попытается забрать драконов, причём, на этот раз используя силовую поддержку рыцарей. Как-то не в обычаях у лордов было оказывать сопротивление королевским воинам, действующим по королевскому слову. Противодействие могло стать доказательством мятежа. А уж правомерно ли требование короля, то должен решать… А кто должен решать? Да в общем-то и никто, просто король обязан в таких случаях ссылаться на имеющиеся законы, указы или нерушимые обычаи, вот и всё.

– И что в таком случае делать? – развела руками леди Лионора.

– Ничего опять же, – пожал плечами сэр Мэтью. – Отбирать чужое имущество без оснований имеют право только разбойники. А какие у короля основания требовать себе имущество странников? Тем более, что оно – боевые трофеи, к ним вообще отношение особое. Как и в любой битве, всё, что есть при себе у поверженного, достаётся победителю, тут даже и налогов не выплачивается. А уж если ваш сын, леди, осмелится приказать воинам взять драконов силой, думаю, у нас достаточно средств им помешать. Кстати, на всякий случай, нужно отправить еще десятков пять воинов к нашему трактиру,

В своей предусмотрительности лорд Мэтью оказался прав: бриганьи сообщили, что отряд рыцарей свернул на дорогу, ведущую в обход замка Камелард именно к тому месту, где и располагался трактир «У дракона» – таковое название присвоили лорды своему прибыльному предприятию. Там и решили встретить незваных визитёров. Впрочем, Николай мимоходом выдвинул предположение, что этот отряд направляется куда-то дальше, а в трактире они хотят просто перекусить, да песни послушать. Это заставило присутствующих усмехнуться, однако чего только в жизни не случается. Довольно большой компанией хозяева и гости переместились к так называемому трактиру раньше рыцарского отряда – труда большого это не составило, поскольку от замка леди Лионоры туда вела прямая дорога.

Вот это трактир! По меркам землян ему и масса ресторанов могла позавидовать, во всяком случае, по размерам. Высотой уж никак не ниже трёхэтажного дома каменное задание усеяно широкими окнами, колоннами, лепниной – натуральный дворец, да ещё и вокруг него устроен обширный парк. Тут наверняка без волшебства не обошлось.-.

– И наши здесь свои умения приложили, – подтвердила Веолина. – Они ведь частенько сюда наведывались.

Внутри же не оказалось этих самых этажей – просто огромный зал с куполообразным потолком, с которого опускалось несколько люстр. Свечей не видать, значит, снова нечто волшебное, но сейчас ещё не вечер, хватало света из окон. Столы маленькие и большие, по прикидкам человек на триста. В цитре – круг, в середине которого на публику поглядывали два дракона с распахнутыми крыльями и оскаленными пастями. Ничего в них мирного, с мирными рыцари не стали бы сражаться. На боковых стенах виднелись такие же драконы только в виде ковров или барельефов.

– А касаться этих прекрасных фигур руками дозволяется? – поинтересовался Николай у Лионоры.

– Иногда, во время больших праздников. И под наблюдением охраны. В остальное время они отгорожены серебряными цепями, за которые заходить запрещено. А то, знаете, поначалу много было желающих проверить подлинность шкур, недоверия-то хватало, слухи ползли, что это подделки. Да вот немало находилось и таких, что пытались выломать на память часть чешуи. А так и заклинаний маленько применили. Но люди, в основном, не обижаются.

И свободная круговая полоса оставалась между чучелами и столами – почему бы и не поплясать желающим – захожие музыканты постоянно наведываются. На стороне зала напротив входа, как и положено, располагались кухня и прочие подсобные помещения.

– Это здание для ночлегов не приспособлено, – пояснил сэр Джеффри. – Для того не так далеко специально выстроен постоялый двор с конюшнями и прочим хозяйством. Здесь же – просто отдых.

Работники трактира, увидев такое количество своих хозяев, вовсю засуетились. Тут имелись постоянные места для них в дальнем от входа углу, но в этот раз такое расположение не устраивало – нужно оказаться между драконами и рыцарями, если они действительно нацеливаются на экспроприацию. Расположились с удобствами, бриганьи тоже не скрывались, лишь дартены не показывались тут. Кто-то из певцов уже старался заунывно описывать великий подвиг рыцарей, победивших злых крылатых чудовищ при освобождении прекрасной леди.

А вот и гости пожаловали! Усиленная охрана перед широкими дверями вежливо поинтересовалась, с какой целью столь великий отряд решил наведаться в этот замечательный трактир. Получила почти такой же вежливый ответ, что рыцари притомились в дальней дороге и желают перед продолжением пути передохнуть и перекусить. Тогда – милости просим. Чувствуйте себя, как дома, гости дорогие! Гости оставили снаружи оруженосцев с конями и тяжёлым оружием, сами же вошли и начали себя чувствовать, как дома.

Не смотря по сторонам – видимо, обстановку в зале знали уже – половина направилась напрямую к драконам в центре, остальные к боковым стенам. Но посмотреть вокруг всё же пришлось – прямо на их пути оказались столы с лордами и странниками. Почему-то отдыхать рыцари захотели с закрытыми лицами, а ведь Энтони не мог не узнать мать и её друзей. От неожиданности, видать, встал как вкопанный.

– Неужто устали в недолгом пути от Камелота? – по-доброму поинтересовалась леди Лионора. – Так выбирайте любые места и заказывайте еду. Очередной балладой насладитесь.

– Некогда! – отрывисто и грубо возвестил Энтони. – Нам требуется срочно забрать драконов и отвезти их королю. Надеюсь, на это раз препятствовать приказу короля не станете?

– Покажи приказ короля, рыцарь! – потребовал лорд Джеффри. – Приказ на свитке, заверенный королевской печатью.

– Какой ещё вам свиток? – вскричал Энтони. – Это устный приказ короля Артура!

– Ты кому это говоришь? – не менее громко и грозно вопросил Джеффри, поднявшись. – Ты- бандит и разбойник, пользуешься именем короля? Мы имеем полное право повязать тебя и повесить на месте! Что сейчас и сделаем – твоей преступной свиты не хватит, чтобы справиться с нашей охраной. Оглянись кругом!

А кругом вдоль стен зала уже стояли полсотни воинов в полных доспехах и даже с копьями, которые люди Энтони оставили у оруженосцев. И они взяли в окружение пришедших, на ходу советуя обычным посетителям отойти в сторонку. Что те и делали неохотно, с интересом глядя на происходящее. В зале воцарилась тишина, лишь певец так и продолжал свой бесконечный рассказ.

Рыцари нервно оглядывались, соображая, что делать – погибать-то кому охота? Отдельные смельчаки хватались за рукояти мечей, но тут же останавливались. Точней, соображать обязан один, тот, кто всех сюда вёл с радужными надеждами на награды. Он довольно долго выходил из растерянности, но всё же сумел выйти.

– Не получается так, – начал он срывающимся голосом, вытаскивая некий свиток, – тогда наставник короля великий волшебник �